# Беловы встречают Новый год

Кира Юрьевна Баженова

Старший сын, Паша, и восьмилетняя Лера готовят младшим братишке и сестрёнке подарки своими руками – до Нового года осталась всего неделя!

А что же им подарят родители? Лера давно просит щенка и очень надеется, что уже через семь дней исполнится её заветное желание.

Это книга о семейных традициях, о поддержке, проявлении любви и заботы к членам семьи, о подарках, сделанных с вниманием и теплом, о взрослении и принятии.

Рассказ создаёт новогоднее настроение, когда хочется дарить и быть одариваемым.

А ещё поможет детям понять, что подарки могут быть не совсем такими, какие они ожидают, но не менее приятными, потому что родители точно знают, к чему их дети готовы и что им точно понравится.

Книга подойдёт для читателей 7-12 лет и семейного чтения.

## I

– Новый год! – вдруг закричала Лера, запрокинув голову.

– Чего кричишь? До него ещё целая неделя, – недовольно буркнул Паша. – А я ещё маме подарок не придумал…

– Кричу, потому что срочно-срочно хочу подарок получить! – заёрзала Лера. – Вот и зову его, чтоб поскорее пришёл.

Паша покачал головой.

– Ты знаешь, что мне мама подарит? – с вызовом спросила сестра. – Знаешь? А папа? А я знаю! Мне собаку подарят!

– Так это ж на день рождения вроде? – засомневался Паша, не отрываясь от очередной поделки.

– Нет! – твёрдо возразила Лера. – Ну или да, но он ведь уже скоро, поэтому могут и на Новый год подарить.

– Вот глупая. До твоего дня рождения ещё целых восемь месяцев! – Паша потряс открытым клеем у сестры перед носом для убедительности.

Лера посмотрела на него с осуждением.

– Вот не можешь ты промолчать? Обязательно настроение надо испортить! – надулась она. – А я всё равно думаю, что щенка подарят уже через неделю! Поставят его под ёлочку, я утром проснусь, а он мне оттуда: «Тяф! Забирай меня скорее на ручки!»

– Ага, так всю ночь и просидит он под ёлкой! Это щенок-то? Ну даёшь… – покачал головой Паша, уже заканчивая аппликацию в виде корабля на открытке для младшего брата. – Ничего о собаках не понимаешь, а выпрашиваешь.

– Да ну тебя! – окончательно обиделась Лера.

Они сидели на полу родительской спальни и мастерили открытки и подарки для своих младших братишки и сестрёнки. Прямые, немного спутанные русые волосы Леры мешали ей работать, то и дело соскальзывая с плеч. Резким движением руки она запрокидывала их за спину, и на них каждый раз что-то оставалось: отрезок цветной бумаги, размохрившаяся полоска атласной ленты, комок наполнителя для игрушек… Так на волосах восьмилетней девочки уже скопилось немало свидетельств творческого вдохновения.

Паша, тёмно-русый мальчик десяти лет, старший сын в семье, сидел, перекрестив ноги и, сдвинув брови, завершал открытку для трёхлетнего брата Вити, любителя кораблей и самолётов.

На полу ворохом лежали упаковочные ленточки. Обрезки картона и бумаги разбежались по всему ковру, фломастеры без колпачков оцепили ребят в контратаке: опасно смотрели на белые носочки и новую пижаму.

– Опять ты фломастеры не закрываешь! – проворчал Паша и принялся обезвреживать разноцветных «солдат».

Лера не слышала его, слишком увлеклась: самодельная коробочка с сюрпризом для Танюши никак не хотела склеиваться.

– Я бы на твоём месте не надеялся на щенка, – продолжил брат. – У нас малышни полный дом, ещё и за собакой приглядывать… Глупые мечты!

Вдруг из соседней комнаты раздался грохот и пронзительный визг. Паша ринулся в детскую, в дверях в него чуть не врезался Витя с перепуганными глазами.

– Танюся! – жалобно протянул он.

Старшие и без того узнали плач младшей сестрёнки и мигом прошмыгнули мимо брата.

Танюша, двухлетняя светловолосая кучерявая малышка, держала на весу припухшую покрасневшую ручку и горько плакала.

– Танечка, что такое? Покажи ручку. Ах! – Лера активно дула и гладила ушибленную ручку. – Не плачь, пройдёт сейчас, не плачь. Пойдём, холодной водичкой полечим.

Лера взяла малышку на руки. Танюша, как обезьянка, обхватила сестру ножками, прислонила голову к её плечу и ещё всхлипывала, но получив должную долю сочувствия и жалости, понемногу успокаивалась.

Витя сбивчиво, кое-как рассказал, что залез на стул, а с него – на стол, чтобы достать модель парусника, а стул вдруг упал. Сам. Прямо сам. И придавил пальчики Тани. Витя тоже испугался и так разволновался в конце рассказа, что начал заикаться и повторять одно и то же:

– Прямо… э-э… на пальчики упал! П-прямо на… э-э… пальчики, на пальчики упал! – всё повторял Витя, скручивая и раскручивая край футболки.

– Ладно, ладно тебе, – успокаивал его Паша, – всё хорошо. Вон она уже хохочет там с Лерой.

Но Витя всё не унимался и повторял, как лез на стул, а тот упал. Тогда Паша прижал его к себе сильно-сильно и сказал тихонько на ушко:

– Ты ни в чём не виноват. Так случилось, бывает. Всё хорошо, ты не виноват, всё хорошо.

У Вити вдруг намокли глаза и задрожал подбородок, он прижался к брату и почти беззвучно выпусти все свои переживания за маленькую сестрёнку.

Когда Лера зашла в детскую вместе с повеселевшей Таней, Витя уже спокойно разглядывал модель желанного парусника. Паша, когда доставал её с верхней полки, зацепился взглядом за давно забытую коробку, пылившуюся на противоположной стороне.

Там лежали спутанные провода, сломанные детали игрушек, недоделанные поделки – словом, всё, что должно когда-нибудь починиться и пригодиться. У Паши вспыхнула надежда, и сейчас он сидел и быстро разбирал содержимое коробки. Вот она! Недоделанная шкатулка из фанеры. Ко дну были прикреплены только три стенки из четырёх, и ещё нужно было найти или вырезать снова крышечку. Паша осматривал шкатулку со всех сторон и что-то обдумывал. Тут глаза его вспыхнули идеей. Не успел он её сформулировать до конца, как из глубины лестничной площадки послышался звук бряцающих ключей, а за ним – открывающегося замка.

– Папа! – бросился Паша вместе со всеми в прихожую. – Можно я возьму твой выжигатель по дереву?

– Как это ты так с порога меня огорошил? Дайте хоть раздеться. И надо найти его сначала…– сказал папа, от куртки которого ещё веяло морозом.