Андрей Гаврилин
Пробуждение в мире, где дышит магия

Глава 1

ГЛАВА 1 – ПРОБУЖДЕНИЕ В МИРЕ, ГДЕ ДЫШИТ МАГИЯ

Часть 1 – Лес, который не должен существовать

Холодный ветер скользил по его щеке, как осторожное прикосновение неизвестной руки. Редкие капли росы падали сверху, будто невидимые нити легкого дождя. Мягкий мох, густой и пружинистый, был его единственным матрасом.

Мальчик медленно открыл глаза.

И его собственный взгляд поразил его первым.

Ярко-бирюзовые глаза, будто наполненные чистым светом.

А в самой глубине радужки – тонкие красные руны, мерцающие слабым светом, словно дышали.

Мальчик резко вдохнул и попытался подняться на локтях. Голова закружилась, мир поплыл, но через несколько секунд зрение прояснилось, и он увидел место, где оказался.

Лес… но не обычный.

Гигантские древья, высотой в десятки метров. Их кора покрыта мягким внутренним свечением, будто под ней текли нити света. Листья переливались оттенками изумруда и золота. Воздух был плотным, насыщенным запахами трав, цветов и чего-то незнакомого – магии.

Он встал на колени, глубоко дыша.

Страх подступал, но растерянность была ещё сильнее.

– Где я?.. – прошептал он тихо.

Его собственный голос прозвучал глухо, будто лес поглотил его, не желая отпускать наружу.

Он сел на корни огромного дерева. Только тогда заметил маленькую лужицу между камнями. Любопытство взяло верх – он наклонился.

И увидел в отражении не только своё лицо, но и себя самого – Касеиля.

Да, это имя всплыло в сознании так ясно, будто он знал его всю жизнь.

Так его звали. Он помнил это точно.

Хотя не помнил… ничего другого.

Касеиль.

Он выдохнул, шёпотом повторив:

– Я… Касеиль…

И в этот миг руны в его глазах слегка вспыхнули.

А затем – ударом волны – в голову хлынуло знание.

Не воспоминания.

А именно знания, словно кто-то невидимый вложил их в него, как закрытую книгу.

Барьеры. Их природа. Их формы. Их сила. Их применение. Управление через глаза.

Касеиль схватился за голову, но боли не было – только тяжесть, как если бы он увидел сон длиною в тысячи страниц за секунду.

Он вытянул ладонь вперёд.

Почувствовал странное напряжение за глазами, едва различимое тепло.

Руны вспыхнули.

Воздух перед его ладонью дрогнул – и тонкий свет сформировал маленький, прозрачный купол.

Барьер.

Его первый.

Его собственный.

– Я могу… – прошептал Касеиль.

Он осторожно тронул поверхность барьера. Она была твёрдой, гладкой и одновременно тёплой. А затем – рассеялась, словно вода, в которую бросили камень.

Тепло внутри груди сменило холод страха.

Он был один…

Но он не беспомощен.

Мир вокруг будто почувствовал его движение. Ветки дрогнули, листья тихо зашелестели. Лес жил. Он наблюдал.

Касеиль поднялся и сделал шаг.

Ноги дрожали, но он шёл. Он должен был понять, где он. Найти еду. Жильё. Что угодно, что поможет выжить.

Лес встретил его хрустом веток, редкими звуками – от мягкого шороха до далёкого низкого рёва. Но одно чувство не покидало его:

здесь магия была повсюду.

Она текла, как потоки воздуха. Глаза Касеиля ощущали их, как линии света – тонкие, широкие, спокойные или опасные.

Он увидел куст с ягодами, светящимися мягким зелёным туманом. Интуитивно он протянул руку.

Руны в глазах ожили.

Воздушная завеса барьера роста растений опустилась на куст, как золотистый пар.

Куст дрогнул.

Листья раскрылись.

Стебли вытянулись.

Ягоды налились соком и заблестели крупнее прежнего.

Касеиль замер, восхищённо раскрыв глаза.

– Это… я сделал?..

Он осторожно сорвал одну ягоду, понюхал – запах был сладким, мягким, тёплым. Он попробовал.

Внутри тела расцвело приятное тепло. Лёгкая энергия, как солнечный луч, растеклась по груди.

Он понял – он может жить здесь.

Он сможет.

Но не успел сделать и пары шагов – как услышал хруст. Глухой. Тяжёлый. Словно что-то огромное переламывало ветки.

Касеиль замер.

Он медленно повернулся – и увидел тень. Огромную. Крупнее любого зверя, которого он видел в своей прошлой жизни… если она была.

Из темноты вышло существо.

Монстр.

Массивное, как медведь. С костяными наростами на плечах. С рогами. С пастью, полной острых, как ножи, зубов. Его глаза светились кровавым красным.

И оно увидело Касеиля.

Монстр рявкнул – и бросился вперёд.

Тело Касеиля замерло. Он не успевал подумать.

Но его глаза – реагировали сами.

– Защитный барьер! – выкрикнул он.

Мир мелькнул белым светом.

Купол окружил его полностью – прозрачный, но плотный, как алмаз. Монстр врезался в барьер всем весом.

Гулкий удар разнёсся по лесу.

Барьер не дрогнул.

Монстр отшатнулся. Рявкнул. Снова ударил.

И снова. И снова.

Защитный барьер Касеиля – тот самый, что дарован богом – оставался без единой трещины.

Касеиль сидел на земле, закрыв голову руками, дрожа всем телом. Но монстр через минуту отступил, устал, рыкнул и исчез в зарослях.

Лес снова затих.

Касеиль медленно поднял голову.

Он выжил.

И впервые с момента пробуждения у него потекли слёзы – тихие, горячие, освобождающие. Не от боли. От облегчения.

Но он понимал:

чтобы не умереть этой же ночью – нужно укрытие.

Он шёл долго. Его имя повторялось в голове, будто якорь:

Касеиль.

Ты жив.

Ты должен выжить.

И когда он увидел расщелину между скалами, узкий проход, ведущий в темноту – он понял, что нашёл это место.

Глава 1 – Часть 2

Пробуждение силы

Лес с каждой минутой становился тише, и тишина эта давила на Касеиля так, будто сама природа следила за ним. Он стоял у входа в найденную пещеру, сжимая пальцы до побелевших костяшек. Дождь прекратился, но запах влажной земли и тумана всё ещё висел в воздухе.

Внутри пещеры было темно. Глубокая, вязкая тьма, будто чернила, растекаясь от входа внутрь, скрывала каждый выступ, каждый камень, каждую возможную угрозу.

Касеиль сделал вдох и прошептал:

– Барьер… защита.

Слово прозвучало тихо, но руны в его глазах вспыхнули на мгновение. Не ярко – скорее, как лёгкий отблеск, едва различимый, но ощутимый. И в следующее мгновение вокруг мальчика, словно вырастая из воздуха, появился слабый полупрозрачный купол. Он был едва-едва заметен, но Касеиль почувствовал – внутри стало теплее, спокойнее.

Он протянул руку и коснулся поверхностного слоя барьера. Пальцы прошли сквозь него без сопротивления, но от соприкосновения по ладони прошёл лёгкий холодок.

Это… моё. Это я сделал.

Ощущение силы, нежной, но надёжной, разлилось по телу.

Он медленно вошёл в пещеру, барьер мягко освещал шаг впереди него – защитный купол чуть светился изнутри, будто луны отражались в тонкой плёнке. С каждым шагом тишина становилась глубже, и только мягкий звук капающей воды нарушал мёртвый покой.

Пещера оказалась просторнее, чем казалась снаружи. Слева – плавный спуск вниз, где чуть вибрировал холодный воздух. Справа – массивный валун, за которым угадывался небольшой карман стены. А дальше, в глубине, воздух был густым, будто насыщенным магией.

Касеиль остановился. Его сердце билось часто, громко – он слышал его даже в ушах.

Внутри пещеры что-то шевельнулось.

Тихий звук. Едва уловимый. Но резкий.

Мальчик замер.

Руны в глазах вспыхнули ярче сами по себе, словно реагируя на угрозу.

Шорох повторился – и теперь он был ближе.

Касеиль вспомнил то, что сделал на поляне. Вспомнил, как активировал барьер, как руны ожили. И то же самое чувство сейчас охватило его – лёгкое покалывание в области глаз, как будто по ним бегут крошечные искорки.

Он прошептал:

– Барьер… иллюзий…

Внутри глаза вспыхнули алым, чуть более ярко, чем раньше. И на мгновение воздух перед ним задрожал, как вода от брошенного в неё камня. Лёгкая волна прошла по пространству.

Что-то в глубине пещеры издало резкий, визгливый звук – будто маленькое, но злое существо попало в ловушку.

Иллюзия сработала.

Он не видел, что именно попалось – иллюзорный барьер создавал не картинку, а пространство, целую сферу, в которой сознание противника терялось. Существо там могло видеть пустоту, бездну, собственные страхи – Касеиль ещё не знал точно, как работает эта магия. Он только чувствовал её.

Звук в ловушке усилился – и внезапно затих.

Совсем.

Касеиль выдохнул. Это было странно… пугающе и одновременно величественно. Он сделал шаг вперёд, барьер защиты колыхнулся. Прошёл по пещере ещё пару метров – и увидел.

На полу лежало существо – маленькое, серое, почти крыса, но с костяными наростами по всему телу и маленькими красными глазами. Оно не двигалось. Однако не было и следов крови, ни одной раны.

Барьер иллюзий… может убить?

Он резко повернулся и сел на холодный камень. Его начало трясти. Не от холода – от осознания.

Он не знал, чего хотел от своей силы. Защититься? Да. Но убить? Он всего лишь пытался создать иллюзию страха, чтобы прогнать зверька… а получилось иначе.

Он долго сидел, не двигаясь, пока дрожь не прошла.

Потом поднялся и осторожно обследовал пещеру дальше. За валуном, что видел раньше, действительно было пространство – небольшой карман, почти мини-комната. Сухая. Тёплая. И тихая.

Идеальное место.

Он вздохнул:

– Здесь… я смогу жить.

Барьер вокруг него чуть мерцнул – будто подтверждая слова.

Касеиль подошёл к входу в пещеру. Там лежали несколько веток, выбитых дождём. Он собрал их, вернулся внутрь и сложил у стены.

Работы было много – но впервые за этот день он почувствовал не страх, а… спокойствие.

Он поднял глаза на потолок и шёпотом сказал:

– Я справлюсь. Правда.

Ему никто не ответил. Но он знал – первый шаг он сделал.

И затем произошло то, чего он совсем не ожидал.

Когда он подумал о том, что хотел бы “закрыть” вход в пещеру, защитить её, не дать ветру или зверям войти… руны в его глазах вспыхнули ярче. Воздух перед входом задрожал – и медленно, очень плавно образовался купол, но уже не вокруг Касеиля, а на самом входе.

Пещера закрылась прозрачной, но плотной мембраной света.

Касеиль выдохнул:

– Я… могу строить барьеры отдельно от себя…

Он протянул руку к барьеру. Поверхность была гладкой, твёрдой, как стекло, но ощущалась… живой. Где-то в глубине барьера, будто под поверхностью, просвечивали узоры, похожие на ветви, корни деревьев или руны.

Это был его первый настоящий “домашний” барьер – его собственная защита, его линия, его стена.

Пещера стала местом, куда никто не войдёт. Никто не заберётся. Никто не навредит.

И в этот момент Касеиль впервые перестал быть потерянным ребёнком.

Он стал человеком, у которого есть свой дом.

ГЛАВА 1 – ЧАСТЬ 3

Ночь впервые опустилась на новый дом Касеиля.

Тёмная, густая, звёздная – настолько чистая, что казалось, будто лес сам затаил дыхание, чтобы слушать шорохи мира. Сквозь прозрачный защитный барьер, закрывающий вход в пещеру, было видно, как мерцают над кронами далёкие светящиеся точки – не только звёзды, но и странные парящие огоньки, что плавали между деревьями, иногда исчезая, иногда вспыхивая ярче.

Касеиль лежал на грубой подстилке из сухой травы, которую собрал перед закатом. Под ним холодный камень пещеры уже не казался таким суровым – барьер внутри создавал уютную, мягкую атмосферу. Это был его первый настоящий ночлег в новом мире.

Но уснуть ему было непросто.

Всё вокруг было слишком новым.

И слишком огромным.

Он чувствовал тяжесть тишины. Слышал, как вдалеке что-то кричит – не то птица, не то зверь. Как будто лес сам разговаривал с невидимыми обитателями. Время от времени по барьеру проходила едва заметная волна – словно сама магия пещеры отзывалась на его присутствие.

Почему я здесь?

Как я здесь оказался?

Кто я – теперь?

Вопросы роились, но ответов не было.

И всё же страх понемногу уступал место другому чувству – твёрдой решимости. Даже если он один, даже если всё неизвестно, он уже понял главное:

он может защитить себя.

Сила барьеров ощущалась внутри, как будто часть его души. Не требовала заклинаний, не требовала жестов – только желание, намерение и лёгкий толчок изнутри, похожий на дыхание рун в глазах.

Он не знал, откуда у него эта сила.

Но знал, что она – его.

-–

Ближе к полуночи лес ожил иначе.

Появились шорохи – быстрые, резкие.

Пробежали тени – маленькие, гибкие.

И один из них остановился прямо перед барьером у входа.

Касеиль приподнялся и посмотрел.

Это было существо размером с лисёнка, но с чёрной, блестящей шерстью и глазами, светящимися янтарным светом. Оно осторожно коснулось барьера лапой – и отскочило, будто ударилось о невидимую стену.

– Не бойся… – прошептал Касеиль, сам удивляясь тому, что говорит животному.

Но зверёк не пытался проходить внутрь. Он словно просто проверял границы – не враждебно, а любопытно.

Постоял ещё немного, посмотрел на мальчика – и исчез в темноте, словно растворившись.

Касеиль улыбнулся.

Этот лес был странным.

Опасным.

Но… живым. Слишком живым.

И он чувствовал, что часть этого живого мира – теперь принадлежит ему.

-–

Он проснулся ещё до рассвета.

Его разбудило ощущение – не звук, не движение.

Словно воздух изменился, стал плотнее.

Будто сама пещера звала его.

Касеиль открыл глаза, сел, прислушался.

И понял: магия.

Где-то глубже в пещере дрожала магическая вибрация – не угроза, не источник зла. Что-то… старое. Мягкое. Похожее не на монстра, а на… память.

Он провёл пальцами по каменной стене, чувствуя, как руны в глазах тихо откликаются.

Встал, сделал вдох и направился вглубь.

За вчерашним валуном, который он исследовал только поверхностно, оказался проход вниз – узкий, но проходимый. С потолка свисали длинные, прозрачные сталактиты, отражающие слабое свечение барьера позади. Он спустился осторожно, чувствуя, как воздух становится холоднее, но чище.

И там, в нижнем кармане пещеры, он увидел это.

Яму.

Небольшую, идеально круглую.

Будто кто-то давно выдолбил её магией или руками не человека.

Внизу лежал камень.

Гладкий.

Светящийся изнутри мягким зелёным светом.

И полностью покрытый древними рунами.

Касеиль подошёл ближе.

Медленно опустился на колени.

Пальцы дрогнули.

Рунные линии на камне были похожи на те, что время от времени вспыхивали у него в глазах.

– Это… такое же, как мои…

Сердце забилось быстрее.

Он коснулся поверхности.

В тот миг камень вспыхнул. Ярче. Теплее. Сильнее.

Свет охватил ладонь Касеиля, прошёл по руке, по плечу – и резко уколол в глазах.

Руны в его зрачках вспыхнули ярко-красным.

И он услышал голос. Не словами.

Не звуком.

А внутри головы.

«Ты пробудился рано…»

Касеиль отпрянул, упал на каменный пол.

Свет стал мягче.

«Но раз пробудился – значит, выживешь.»

Касеиль тяжело дышал. Его трясло. Лоб холодный от пота.

– Кто… кто ты?..

Никто не ответил.

Только слабый свет камня мерцал, словно дыхание.

Он ждал.

Минуту.

Две.

Три.

Голос не повторился.

Но что-то изменилось.

Касеиль поднял руку – и почувствовал, что внутри неё… стало больше.

Как будто магия барьеров стала плотнее, глубже, яснее.

Он попробовал создать самый простой барьер – защитный.

Перед ним появился не просто купол.

Теперь внутри него были мелкие символы, светящиеся, шевелящиеся, словно живые.

Барьер стал не только толще, но и «умнее» – чувствовался, будто реагирует на опасность заранее.

Касеиль выдохнул:

– Камень увеличил мою силу…

Он посмотрел на круглую яму.

На символы.

И понял: это место – древнее.

И оно почему-то выбрало его.

-–

Поднимаясь обратно наверх, он чувствовал себя другим.

Не старше – он всё ещё был ребёнком. Но будто лес стал понимать его, а он – понимать лес.

Он вышел к входу пещеры. Небо уже розовело. Туман опускался на землю, словно мягкое одеяло, и в воздухе пахло влагой и чем-то сладким – цветущими травами.

Касеиль подошёл к барьеру, закрывающему вход, и, подумав, провёл пальцами по нему. Барьер дрогнул – и исчез.

Он вдохнул свежий воздух.

– Пора… построить что-то лучше, чем просто куча травы…

Он улыбнулся.

Ему хотелось жить.

Даже если один.

Собрав вокруг пещеры несколько упавших веток, он начал делать первые попытки строить лежанку.

Разламывал, укладывал, связывал травой.

Иногда не получалось – ветка ломалась, падала, перекос шёл.

Он злился, морщился, но продолжал.

И вскоре – спустя несколько часов – в пещере появилась грубая, неровная, но настоящая деревянная лежанка, которую он устлал травой.

Он сел на неё и улыбнулся от ушей до ушей, как ребёнок, который построил свой первый домик.

Да.

Он и был ребёнком.

Но теперь этот мир – был его миром.

И он собирался в нём жить.

“Лес, который наблюдает”

Утро в этом мире наступало мягко, почти осторожно. Сначала лес вздыхал – листья слегка колыхались, словно приветствуя первые лучи. Потом туман расступался, давая пройти слабому, но тёплому солнцу. И лишь затем просыпались звуки: жужжание невидимых насекомых, пение странных птиц, щёлканье веток, когда по ним пробегали мелкие зверьки.

Касеиль стоял у входа в свою пещеру и смотрел на это пробуждение.

Его глаза, с алыми рунами внутри, мягко отражали золотистый свет рассвета. Внутри груди было спокойствие. Не такое, как у взрослого – уверенное и холодное. А детское – чистое, необъяснимое, когда мир кажется огромным, но… добрым.

Он глубоко вдохнул.

– Сегодня я… пойду дальше, – тихо сказал он, словно обещая это и себе, и лесу.

Но сначала – завтрак.

-–

Первые плоды

Он обошёл участок возле пещеры, чтобы найти что-нибудь съедобное. Еда, что он собрал вчера, почти закончилась – лишь пара кислых ягод осталась в складке его рубашки. Но лес был щедрым.

Через несколько минут он нашёл кусты, усыпанные круглыми, голубовато-зелёными плодами. Они сверкали так, будто внутри них тлеет маленькая искорка.

Когда Касеиль осторожно сорвал один и поднёс к носу, ягода пахла свежестью дождя и сладким соком.

– Можно?.. – пробормотал он, словно спрашивая сам у себя.

Он попробовал.

Вкус был мягким, почти тёплым, словно внутри ягоды пряталось немного солнечного света.

И только после того, как он проглотил, понял – внутри плода была магия. Очень слабая, но ощутимая.

Этот лес… даже пищу делает волшебной.

Он ел медленно, наслаждаясь каждым плодом, будто боясь, что они исчезнут, если он поспешит. Но нет – кустов было много, и ягоды росли на них так густо, что казалось, они вот-вот скатятся вниз.

Касеиль собрал несколько горстей и понёс в пещеру. Сложил ягоды в углубление у стены – как временную миску.

– Я сделаю себе настоящие полки… и стол… и… – он остановился, впервые задумавшись. – А смогу ли я построить дом… сам?

Мысль была пугающей, но притягательной.

Конечно, смогу.

У меня есть барьеры.

У меня есть время.

И… этот лес.

Он оглянулся на деревья, на их высокие стволы, уводящие взгляд в небо, на листву, переливающуюся оттенками зелёного.

Ему вдруг показалось, что лес смотрит на него в ответ.

Не глазами.

Не существами.

А… присутствием.

Мягким.

Терпеливым.

Необъяснимым.

-–

Второй барьер – “Рост растений”

Касеиль решил проверить одну из своих способностей, которая не давала ему покоя с момента пробуждения в этом мире – барьер роста растений.

Он вышел к небольшой поляне перед пещерой. Почва здесь была влажной, мягкой, наполненной ароматом корней и молодой травы.

Он присел на корточки и коснулся земли ладонью.

– Барьер… роста…

Руны в его глазах вспыхнули мягким зелёным.

Не красным, как защита.

Не холодным, как иллюзии.

А тёплым, живым.

И воздух вокруг него начал дрожать.

Сначала едва заметно – будто появляется лёгкая вибрация, как перед дождём.

Потом земля чуть потемнела.

А затем, прямо перед ним, на почве возникла тонкая плёнка света, похожая на прозрачный круг – слабый, но стабильный.

Барьер вырос до размера чуть больше двух шагов и застыл.

Касеиль смотрел широко раскрытыми глазами.

Он чувствовал… странное.

Внутри барьера земля будто пульсировала.

Жизнь… стекалась туда.

Он протянул руку и положил на землю обычное семечко, найденное ранее в сухой траве.

Секунды прошли.

Минуты.

И вдруг – земля шевельнулась.

Медленно.

Осторожно.

Как будто сама природа присматривается.

Из семечка пророс тонкий зелёный росток.

Он вытянулся, окреп, раскрыл пару листков…

Стал маленьким кустиком, ещё слабым, но уже живым.

Касеиль ахнул и отступил на шаг.

– Я… я могу так?.. – шепнул он.

Он присел и провёл пальцем по листку.

Растение тянулось к свету.

Не к солнцу – к нему.

К его магии.

Барьер растворился, сияние исчезло.

Но кустик остался.

Живой.

Настоящий.

С выращенным им самим.

Он не мог удержать улыбку – светлую, искреннюю, почти восторженную.

– Спасибо, – сказал он лесу, будто разговаривая с живым существом.

– Я… я обязательно построю здесь… что-то хорошее.

Первый костёр

Дальше он решил сделать то, что давно считал необходимым – научиться добывать огонь.

Вчера он согрелся благодаря барьеру.

Но он чувствовал – рано или поздно ему нужен будет настоящий огонь:

для еды,

для света,

для жизни.

Собрав сухие ветки и кору, он устроился перед пещерой.

Попробовал тереть палки…

Пробовал снова…

И снова…

Руки болели.

Ветки трескались.

Кора крошилась.

Но он не сдавался.

Пока в какой-то момент…

струйка дыма не поднялась над маленьким пучком сухой травы.

– Давай… давай… – прошептал он, как будто уговаривает.

И вот – крошечное оранжевое пламя родилось среди серой трухи.

Касеиль замер.

Его глаза расширились.

Он смотрел на огонь так, будто увидел чудо.

Тёплое.

Живое.

Своё.

Он подложил веточку, затем ещё одну – пламя выросло, стало устойчивым.

Тени от деревьев задрожали в ритме огня.

– Я… сделал это.

Его голос дрогнул.

Это был первый огонь в его новом мире.

И казалось, что именно с этого момента он стал не просто гостем леса – а частью его.

Он сидел перед костром долго.

Очень долго.

Наблюдая, как языки пламени тянутся вверх, освещая его лицо.

Внимание леса

С наступлением вечера лес изменился.

Огни, похожие на маленькие светлячки, появились среди деревьев.

Их было много – десятки, сотни.

Некоторые медленно плавали между ветвей, оставляя за собой слабый след.

Некоторые зависали на месте, будто смотрели на Касеиля.

Он сидел у костра и наблюдал.

И вдруг понял:

они не были просто светлячками.

У них не было крыльев.

Не было тела.

Это был свет самой магии.

Природный дух этого леса.

И он смотрел…

На него.

Касеиль почувствовал странную дрожь.

Не страх.

А уважение.

– Я… не враг, – сказал он тихо.

– Я просто… хочу жить здесь.

Светлячки-сущности слегка колыхнулись, словно от лёгкого ветра.

Некоторые приблизились, почти касаясь его барьера, но не проходя через него.

Они будто изучали мальчика.

И Касеиль понял – лес принимает его.

Не полностью.

Но… первый шаг сделан.

Этот мир – живой.

И я должен жить в нём правильно.

И впервые с того момента, как он очнулся в незнакомом лесу,

он почувствовал не одиночество…

а начало принадлежности.

Лес, который испытывает”

Ночь была тёплой, но густой.

Такой, в которой темнота кажется не отсутствием света, а чем-то живым, текучим, способным дотронуться до кожи.

Касеиль сидел у почти прогоревшего костра.

Огонь уже не плясал, а лишь тлел, оставляя мягкое красное свечение, похожее на дыхание спящего зверя.

Светлячки-духи давно растворились в воздухе.

Остался только он.

И лес.

Он дремал, облокотившись на каменную стену пещеры. Но не спал полностью – скорее слушал.

Треск древесины.

Шорохи в кустах.

Далёкий вой какой-то ночной твари.

Редкое хлопанье крыльев.

Он слушал… и понимал.

Мир вокруг не был враждебным.

Просто живым.

Каждое движение – часть огромного дыхания леса.

Но среди этого дыхания вдруг проскользнуло нечто иное.

Холод.

Тонкий, как игла.

Он распахнул глаза.

––

Первая тень

Темнота на границе света костра начала сгущаться.

Не естественно – нет.

Она собиралась в одну точку, как дым, втягиваемый в чёрную воронку.

Касеиль медленно поднялся.

На земле не хрустнула ни веточка.

Он почти не дышал.

Тень приобрела очертания.

Сначала размытые.

Потом – чёткие.

Из темноты вышло существо.

Похожее на волка… но слишком крупное.

Слишком вытянутое.

Слишком тихое.

Его глаза светились как два узких серебристых осколка.

Без ярости.

Без голода.

А с… проверкой.

Существо ступало мягко, шёрстка на его лапах почти не касалась земли.

Касеиль чувствовал, как барьеры внутри него возбуждённо дрожат – они хотели активироваться сами, на рефлексе, но он удерживал.

Он знал: если нападёт – будет война.

Если покажет страх – тоже.

Он поднял руку.

– Я… не враг, – сказал он тихо.

Существо остановилось.

Его глаза сузились.

В воздухе повисло напряжение, тяжёлое и плотное, как камень.

Касеиль впервые за всё время ощутил настоящий страх.

Настоящий – холодный, с дрожью внутри костей.

Но затем… лес вмешался.

Слева, среди деревьев, возникли те самые светлячки-духи.

Один, другой, десятки.

Они плавно окружили мягко мерцая, как маленькие живые свечи.

Тварь отступила на шаг.

Потом ещё один.

Она смотрела на Касеиля долго.

Очень долго.

А потом исчезла.

Не убежала.

Именно исчезла – растворилась в тени, словно возвращаясь туда, откуда пришла.

Духи медленно развеялись, будто выполняли своё.

Касеиль стоял неподвижно.

Сердце билось в горле.

Но он понял важную вещь:

Лес не просто наблюдал за ним.

Лес защищал его.

Не полностью.

Не как хозяина.

Но… как своего.

Утро после испытания

Когда рассвело, Касеиль проснулся от тёплых солнечных лучей, упавших ему на щёку.

Он посмотрел вокруг – костёр давно погас, земля холодная.

– Это был… тест, – сказал он вслух.

Не уверенно.

Скорее – пытаясь разобраться самому.

Он чувствовал: то существо было сильным.

Слишком сильным для него сейчас.

Если бы оно захотело – я бы…

Он сглотнул.

Но затем поджал ладони и встряхнул головой.

– Если я хочу жить здесь… мне нужно стать сильнее.

Эта мысль стала внутри него лёгким огнём – не пугающим, а побуждающим двигаться.

––

Первые попытки строительства

После еды – тех самых светлых ягод – Касеиль решил сделать шаг в сторону своей мечты.

Дом.

Не пещера, не временное убежище.

А настоящий дом.

Сначала он выбрал место – небольшое возвышение недалеко от пещеры, окружённое деревьями с трёх сторон. Солнце сюда падало почти весь день, и рядом была небольшая ложбина, которую он в будущем хотел превратить в огород.

Он собрал сухие ветки, сломанные стволы, лёгкие камни.

Но быстро понял: всё слишком тяжёлое, слишком громоздкое.

Тогда в нём вспыхнула мысль:

– Барьеры… я могу ими поднимать вещи.

Он протянул ладонь.

– Барьер… толчка.

Перед ним возникла прозрачная плоскость, едва заметно переливающаяся голубоватым.

Он поднёс её под тяжелый ствол… и сдвинул.

Ствол приподнялся.

Медленно, неровно, но приподнялся!

– Сработало! – он улыбнулся.

Вдохновлённый, он начал переносить камни, балки, ветки, используя барьеры как руки и рычаги.

Конечно, он уставал.

Магия выжирала силы – ноги дрожали, дыхание становилось тяжёлым, руки жгло.

Но он продолжал.

Когда солнце поднялось высоко, перед ним стояла первая конструкция – грубый каркас лёгкого шалаша.

Слабый, перекошенный, но свой.

Он сел на землю и улыбнулся так широко, как не улыбался с момента рождения в этом мире.

Это был первый шаг.

Не к защите.

Не к выживанию.

А к дому.

––

Лёгкое прикосновение леса

Когда он опять начал работать – собирая кору для крыши, выравнивая каркас, укрепляя его барьерами – ветер внезапно поднялся.

Не сильный.

Не опасный.

А… ласковый.

Он покачал древесные ветви, принес аромат хвои и трав.

Пронёсся по поляне, словно изучая строение Касеиля.

И вдруг – одна ветка сама по себе слетела с дерева и мягко упала рядом с его ногой.

Касеиль замер.

Он поднял глаза.

Лес молчал.

Но этот жест был слишком понятным, чтобы не понять.

– Ты… помогаешь мне? – спросил он.

Ветер снова прошёл мимо, будто в ответ.

Мальчик поднял ветку и добавил в конструкцию.

С каждым новым движением он ощущал:

лес не просто наблюдает.

Лес беседует с ним – своими способами.

И чем больше он развивает свой маленький мир, тем теплее кажется это место… и тем сильнее он чувствует себя частью чего-то великого.

Когда вечер снова лёг на лес, Касеиль почти закончил свою первую конструкцию.

Она всё ещё была далека от совершенства, но уже напоминала небольшой шалаш.

Он погладил одну из балок, проверяя прочность, и улыбнулся:

– Завтра доделаю крышу…

Но вдруг…

воздух вокруг стал плотным.

Слишком плотным.

Птицы замолчали.

Насекомые исчезли.

Даже ветер остановился.

Так бывает перед грозой.

Перед бедой.

Касеиль почувствовал тянущее напряжение, будто его руны внутри глаз откликнулись сами.

Он обернулся в сторону лесной чащи.

Тьма между деревьями была густая…

но теперь – не пустая.

Не один хищник.

И не любопытный дух.

А нечто большее.

Сильнее.

Глубже.

Лес не просто наблюдал.

Он предупреждал.

И всё, что Касеиль успел сказать, это:

– Кто там?..

Тишина ответила ему.

Но из этой тишины… уже кто-то шёл.

“Тени, что учат бояться”

Темнота передвигалась не шагами – а словно текла между деревьями.

Касеиль стоял неподвижно, едва дыша.

В груди стучало слишком громко – он боялся, что кто бы это ни был, услышит.

Первые силуэты возникли из густых кустов.

Один.

Второй.

Третий.

Это не звери.

Они были худые, вытянутые, словно чёрные тряпичные куклы, которые когда-то были живыми.

Длинные конечности.

Сутулые спины.

И лица, скрытые в тёмных складках плоти.

Три существа двигались почти беззвучно, но неуверенно – будто их тёмные тела плохо слушались.

Первым запахом, ударившим в нос Касеиля, была сырость.

Злая, болотная.

Запах прогнившей ткани и мокрого мха.

– Это… – он не знал, что это.

Но всё его тело понимало: это не хищники.

Это ошибка природы.

Или магии.

Существа остановились.

Наклонили головы, словно вынюхивая.

А затем, будто услышав невидимый приказ, все трое резко повернулись к нему.

Сердце мальчика подпрыгнуло в горле.

– Барьер… – прошептал он.

Первые инстинкты

Он активировал барьер раньше, чем смог сформулировать мысль.

Глаза засветились красным – слабым, но ярким в темноте.

Перед ним возникла прозрачная полусфера.

Тонкая, дрожащая – как мыльный пузырь, но наполненный магией.

Существа тут же рванулись вперёд.

Движения были неудобными, ломаными, но быстрыми.

Первое существо врезалось в барьер головой.

Раздался звук, похожий на удар мокрой тряпкой об камень.

Барьер вспыхнул красным и выдержал.

Второе ударило в него плечом – барьер дрогнул сильнее.

Третье подползло сбоку и начало царапать поверхность длинными пальцами, похожими на костяные крюки.

Касеиль сжал зубы.

Это был самый настоящий страх – липкий, холодный, парализующий.

Он хотел бежать.

Хотел закрыть глаза.

Хотел исчезнуть.

Но лес смотрел.

Он ощущал эту мысль отчётливо.

Он обязан выдержать.

––

Существа не сдавались.

Их тела хлюпали, когда они били в барьер, будто были наполнены грязной водой.

Треск прошёл по куполу.

Как будто стекло лопнуло тонкой линией.

– Нет… нет, пожалуйста… держись, – прошептал Касеиль, выставив руки вперёд.

Пальцы дрожали.

Глаза жгло.

Магия уходила слишком быстро.

И тут один из тварей поднял руку – длинную, сухую, как ветка, – и ударил ровно в то место, где барьер был слабее.

Купол вспыхнул красным.

Затрещал.

И…

лопнул.

Побег невозможен

Касеиль отпрянул назад.

Существо прыгнуло прямо на него – чернеющие пальцы тянулись к лицу.

– НЕТ!!!

И в эту секунду, чисто на инстинкте, он активировал другой барьер.

Не защитный.

Не отражающий.

А тот, который он никогда всерьёз не пробовал.

Барьер иллюзий.

Зрение странно помутнело – будто воздух вокруг стал густым и красным, как туман из крови света.

Мир дрогнул.

И… исказился.

Перед прыгающей тварью вспыхнул красный круг, похожий на глаз со множеством символов внутри.

Касеиль видел его краем глаза, но чувствовал каждой клеткой – это его сила.

Существо влетело прямо в этот круг – и исчезло.

Не растворилось.

Не умерло.

Оно провалилось внутрь барьера иллюзий.

Остальные две твари отшатнулись.

Словно почувствовали, что пространство стало другим.

А Касеиль впервые ощутил:

Этот барьер не просто ловушка.

Не просто иллюзия.

Это… маленький мир.

Созданный его глазами.

Но сейчас был не момент для анализа.

Он чувствовал, что внутри барьера что-то движется.

Что существо там бьётся и пытается выбраться.

Слышал слабый хрип – не ушами, а сознанием.

Это было тяжело.

Очень тяжело.

Но ещё он чувствовал:

В иллюзии можно всё.

Можно замедлять.

Можно душить.

Можно… уничтожать.

Он не хотел убивать.

Он никогда не делал этого сознательно.

Но существо вырвалось бы.

И оно точно убило бы его.

Он сжал кулаки.

– Прости… – прошептал он.

И усилил барьер.

Изнутри пришёл слабый, еле слышный треск…

И всё.

Барьер погас.

Существо исчезло – полностью.

Оставшиеся две твари поняли всё.

Они взревели – не ртом, не голосом, а каким-то внутренним эхом, похожим на гниющий ветер.

Одна бросилась вперёд.

Касеиль активировал барьер пространства.

Тварь прошла сквозь него, как сквозь воду – её когти даже не коснулись кожи мальчика.

Она пролетела мимо, упала на землю, перекувыркнулась и зашипела.

Вторая попыталась ударить сбоку – но пространство вокруг Касеиля было плотным, как стекло.

Удар оттолкнулся от невидимой стены.

Он впервые понял:

Этот барьер – не щит.

Он – состояние.

Он делает его неприкасаемым.

Но долго держать его он не мог.

Глаза начали болеть.

Колени дрогнули.

––

Резервные силы

– Осталась одна попытка… – выдохнул мальчик.

Он поднял руку.

Пальцы дрожали.

Барьер иллюзий вспыхнул вновь – но слабее.

Красный свет стал рыжим, цвета заката.

Одна тварь избежала ловушки.

Вторая попалась.

Она исчезла в круге.

Последняя тварь, поняв, что происходит, отступила назад.

Она больше не нападала – она боялась.

Касеиль тяжело дышал.

Понимал: третья слишком сильна, чтобы попасться, слишком быстра.

И тогда…

Лес вмешался снова.

Сверху, из тёмных ветвей, упала толстая ветка.

Прямо на существо.

Оно рухнуло на землю.

Касеиль, едва отдышавшись, активировал иллюзию в третий раз – почти на пустом резерве.

Красный круг вспыхнул прямо под существом.

И оно исчезло.

Раз и навсегда.

Тишина вернулась.

Не та, что была до нападения.

Эта – усталая, тяжёлая, как воздух после грозы.

Касеиль стоял на коленях.

Руки дрожали.

Глаза болели, будто в них вбили иголки.

Он поднял голову.

Посмотрел на свой недостроенный шалаш.

И вдруг… заплакал.

Не громко.

Не от боли.

А от того, что он выжил.

Что смог.

Что лес помог.

И что он теперь действительно часть этого мира.

Он лёг на землю, чувствуя запах травы и тёплую поверхность почвы.

Лес вокруг тихо шумел.

Будто шептал:

Хорошо, что ты здесь, маленький странник.

“Лес, который лечит”

Когда дыхание Касеиля стало ровнее, он медленно поднялся на локтях.

Тело не слушалось.

Руки отзывались болью.

Глаза жгло так сильно, будто в них тлели угольки.

Он моргнул – и мир на мгновение расплылся красными разводами.

Следы перенапряжения.

Следы магии.

И только сейчас он понял:

барьер иллюзий, барьер пространства – всё это слишком сильно для его восьмилетнего тела.

Но силы не исчезли.

Они просто требовали времени.

Он сел прямо на траву, прислонившись спиной к каменному входу пещеры.

Солнце уже взошло – утро было тихим и светлым, как будто ночь никогда не происходила.

Но следы боя остались.

Сломанная ветка.

Следы когтей на земле.

И главное – тишина внутри леса.

Не та спокойная, тёплая тишина, которую он уже полюбил.

А иная – внимательная.

Ожидающая.

Словно лес смотрел на него и думал:

“Ты доказал, что хочешь жить. Теперь – восстанавливайся.”

––

Первые признаки заботы леса

Ветер снова прошёл по поляне.

На этот раз нежно, едва касаясь кожи.

И вдруг… с одной из веток неподалёку упала ягода.

Спелая, крупнее остальных, светящаяся мягким голубым оттенком.

Она упала прямо к его ногам.

Касеиль удивлённо замер.

– Это… мне? – спросил он вслух.

Ветер качнул ветку, будто кивая.

Он осторожно взял ягоду в руки.

Она была тёплой.

Не как обычные ягоды – а как что-то живое, наполненное светом.

Он откусил маленький кусочек.

На языке вспыхнул вкус – сладкий, прохладный, словно холодная родниковая вода.

Но почти сразу по телу разлилось мягкое, тёплое ощущение.

Боль отступила.

Тяжесть в руках ослабла.

Глаза перестали жечь.

– Это… лечебная ягода? – прошептал он.

Вместо ответа – тихий шелест.

Он доел ягоду полностью.

И действительно:

силы начали возвращаться.

Не резко, а постепенно, как будто внутренние потоки магии приходили в гармонию.

И когда он встал, ноги уже не дрожали.

Касеиль посмотрел на своё строение – шалаш ещё держался, хоть и был слегка повреждён во время битвы.

Он провёл рукой по деревянной опоре.

– Я… могу это сделать.

Могу жить здесь.

Могу стать сильным.

Он глубоко вдохнул.

– Но один… я долго не протяну.

Эти слова прозвучали странно – не как жалоба, а как осознание.

Он вдруг понял:

Этот лес огромен.

В нём есть тёмные вещи.

Есть страшные.

Но есть и светлые.

И однажды он найдёт других существ, которые смогут стать частью его жизни.

Но пока – он должен выучить основы.

Научиться защищаться.

Стать частью этого места.

Он кивнул сам себе:

– Я не слабый.

Я смогу.

Восстановление шалаша

Он вернулся к работе.

Сначала поправил перекошенные ветки.

Затем укрепил их барьерами – маленькими, тонкими линиями, похожими на стеклянные швы.

Эти мини-барьеры он только начал учиться ставить.

Это была его импровизация: использовать магию как строительный раствор.

Они дрожали, но держались.

Он снова поднёс руку к одной из балок и сказал:

– Барьер фиксации.

Маленькая прозрачная пластина вспыхнула под его пальцами и приклеила ветку к опоре, делая конструкцию крепче.

– Работает… – улыбнулся он.

Он укреплял, связывал, подкладывал, чинил.

Работа шла долго, методично, но удивительно приятно.

Лес наблюдал.

И молчал – но в хорошем смысле.

Когда он закончил, шалаш выглядел лучше, чем утром.

Почти как полноценное убежище.

Не навсегда.

Но на первое время – достаточно.

Когда пришло время отдыхать, он взглянул на небольшую ложбину недалеко от шалаша.

Ему вдруг пришла мысль:

– А если… попробовать барьер роста?

Он присел и положил ладонь на землю.

Теплая, влажная, с мягким запахом травы.

Он закрыл глаза.

Внутри, где-то между рёбрами, вспыхнул тихий импульс.

Редкий, ещё слабый, но доброжелательный.

Он направил его вниз.

– Барьер роста… – прошептал он.

Почва под ним мягко загудела.

Не громко.

Не опасно.

Словно что-то в земле проснулось.

Перед ним разошёлся тонкий круг света – зелёный, мягкий, как свет светлячка.

Он поднимался с земли лёгкими волнами.

Трава вокруг стала ярче.

Мелкие ростки, которые он и не замечал, начали подниматься вверх быстрее.

Словно кто-то нажал ускорение на скрытой жизненной силе.

Касеиль смотрел, раскрывая рот.

– Получилось…

Он провёл пальцами по зелёным росткам.

Они были тёплыми.

И словно… благодарными.

Барьер погас, цикл завершился.

Но весь маленький участок стал живее, гуще, сильнее.

И Касеиль понял:

через год…

через два…

через пять…

Здесь будет настоящий сад.

Огород.

И в будущем – целые поля.

Это был только первый шажок.

Спокойный вечер

Ближе к вечеру он собрал несколько ягод, промыл их водой из ручья и устроился на мягкой траве у своего шалаша.

Солнце медленно опускалось между деревьями, окрашивая лес в золотой, янтарный цвет.

Птицы пели что-то мягкое, убаюкивающее.

Он ел ягоды, думал о прошедшей ночи.

О силе.

О страхе.

И вдруг заметил:

когда он активировал барьер иллюзий, одна из рун внутри его глаза слегка изменилась.

Не сильно.

Не опасно.

Но он помнил каждый её изгиб.

И теперь она стала чуть ярче, чуть чётче.

– Моя сила… растёт? – спросил он сам у себя.

Наверное, да.

Потому что барьеры – это не только защита.

Это рост.

Это путь.

Он лёг на спину и посмотрел в небо.

Чистое, тёплое, безоблачное.

И впервые за долгие часы – он полностью расслабился.

Когда наступила ночь, лес звучал привычно.

Ровно.

Спокойно.

Не было тех тяжелых теней, что приходили накануне.

Не было злобных хрипов.

Не было слишком густого молчания.

Словно само место признало его.

Тепло от костра наполняло пещеру.

Касеиль сел рядом, укутавшись в мягкие травяные пласты, которые использовал как одеяло.

И прежде чем заснуть, он прошептал:

– Спасибо… что позволил мне жить.

Лес тихо пошелестел в ответ.

И Касеиль уснул – впервые спокойно, не вздрагивая, не боясь темноты.

Потому что теперь он был не просто гость.

А житель этого леса.

“Первый зов леса”

Утро наступило медленно, мягко, будто не желая тревожить сон Касеиля.

Солнечные лучи осторожно пробрались в пещеру, коснувшись его щеки – и только тогда он медленно открыл глаза.

Он проснулся в удивительно хорошем состоянии.

Не было ни тяжести, ни боли, ни той слабости, что давила на него накануне.

Внутри всё было спокойно, ровно, будто кто-то осторожно выровнял его потоки магии.

Касеиль сел, потянулся, потом вышел наружу.

Лес встретил его мягким шелестом.

Воздух был свежим, напоённым ароматами влажной земли и цветов.

Над поляной мерцали тонкие струйки тумана, золотистые на солнце.

И вдруг…

Он почувствовал странное дрожание в воздухе.

Не опасное.

Не тревожное.

А зов.

Тихий.

Очень тонкий.

Но направленный именно на него.

Он огляделся.

– Это… что? – прошептал он.

Зов повторился – чуть глубже в лесу.

И как ни странно, его тело отреагировало само: сердце слегка ускорилось, а ступни будто сами хотели пойти вперёд.

Но это был не приказ.

Это было приглашение.

Лес звал его.

Он недолго размышлял.

Понимал, что идти без подготовки глупо, но что-то подсказывало:

“Это важно. И безопасно.”

Он взял с собой несколько ягод, пару веток, из которых делал мини-копья, и активировал слабый защитный барьер вокруг тела – почти прозрачный, едва заметный, но всё-таки барьер.

И ступил вглубь леса.

Дороги не было, но трава под его ногами странным образом раздвигалась чуть раньше, чем он делал шаг.

Словно лес ненавязчиво прокладывал тропу.

Птицы на ветках перелетали вслед за ним – не пугаясь, а будто наблюдая.

Иногда тихо щебетали, словно обсуждали его между собой.

Он шёл, удивляясь, насколько лес кажется… живым.

Хотя нет.

Он всегда был живым.

Но сейчас – осознанно.

Через несколько минут дорога привела его к небольшому просвету между деревьями.

И там он увидел корень.

Толстый, мощный, старый.

Словно часть огромного дерева, которое росло где-то в глубине и протянуло свой корень поверх земли.

Корень чуть светился изнутри слабым зелёным сиянием.

Касеиль подошёл ближе.

Сияние усилилось – мягко, приветливо.

– Ты… зовёшь меня? – осторожно спросил он.

И в ответ корень чуть дрогнул.

––

Внутри него вспыхнуло ощущение, будто кто-то протягивает ему руку.

Не физическую – энергетическую.

Тёплую.

Добрую.

Поддерживающую.

Касеиль наклонился и коснулся корня ладонью.

В тот же миг его сознание наполнилось образами.

Мельчайшими.

Короткими.

Как будто лес показывал ему не картины, а ощущения:

– запах свежей земли;

– вкус дождя;

– мягкость мха;

– лёгкое тепло солнца;

– вибрации жизни в каждой ветке.

И затем…

внутри его груди что-то щёлкнуло, словно открылась маленькая дверца.

Потоки его магии начали двигаться ровнее.

И он понял:

Лес не только принял его.

Он подарил ему часть себя.

Дар восстановления.

Слабый, но невероятно важный.

Теперь, когда Касеиль касался земли, его сила восстанавливалась быстрее.

Когда он использовал магию, она меньше разъедала тело.

И даже его эмоции становились стабильнее.

Это был первый настоящий дар леса.

Он даже не понял, как прошептал:

– Спасибо…

Корень мягко погас, дрожь исчезла.

Зов завершился.

Но связь осталась.

––

Возвращение – и неожиданное испытание

Когда он возвращался к своему убежищу, в груди было тепло и спокойствие.

Он чувствовал себя сильнее, чем утром.

Словно внутри него появилась новая опора.

Но стоило ему приблизиться к поляне, как он услышал:

трещ… треск…

Касеиль резко остановился.

Это был не хруст веток под зверем.

Не падение ветки.

Это был ритмичный звук.

Тяжёлый.

Неровный.

И ещё – дыхание.

Глухое, сиплое.

И внезапно из-за кустов вышло существо.

Оно было меньше ночного хищника, но всё равно пугающее:

высотой по грудь взрослому человеку, на толстых кривых лапах, с мордой, напоминающей смесь кабана и волка.

Глаза мутные.

На боках – старые раны.

И изо рта – пар.

Это был полумёртвый зверь, заражённый чем-то тёмным.

Не зомби.

Но близко.

Увидев Касеиля, зверь издал низкий утробный хрип и, шатаясь, двинулся к нему.

Касеиль почувствовал, как сердце ускорилось.

Но страха не было.

Он поднял руки.

Барьер вокруг пальцев засиял тонкой линией.

– Стой…

Зверь зарычал.

И бросился.

Касеиль вскинул руки:

– Барьер отражения!

Прозрачная выпуклая стена встала перед ним.

Зверь ударился лбом.

Барьер дрогнул.

Заскрипел.

И… треснул.

– Нет!

Касеиль отступил, но не успел – зверь снова прыгнул.

Он не думал.

Руки двигались сами.

– Барьер-сдвиг!

Тонкая полоска света вырвалась из его ладони, ударила зверя в бок и… сместила его траекторию.

Не сильно, но достаточно, чтобы зверь пролетел рядом, упав на землю.

Касеиль смотрел на свои руки с удивлением.

Этот барьер он не изучал.

Он придумался на ходу.

И работал.

Но зверь снова поднялся.

И теперь был злее.

Касеиль вздохнул.

Прижал ладони к земле.

– Ладно… попробуем то, что я видел утром.

Барьер роста!

Земля под зверем вспыхнула зелёным.

Трава, корешки, побеги – всё мгновенно выросло, оплетая его лапы.

Зверь завыл, начал рвать ростки, но они держались крепко.

А Касеиль уже шёл к нему.

Медленно.

Осознанно.

Его бирюзовые глаза светились.

Он остановился перед зверем, приложил ладонь к его голове и тихо сказал:

– Спи.

И активировал маленький барьер слияния – слабый, но точный.

Магический импульс прошёл по зверю.

Его мышцы расслабились.

Голова опустилась.

Глаза закрылись.

Зверь уснул.

Глухо, тяжело.

Но больше не был опасен.

Когда всё закончилось, Касеиль стоял на поляне, тяжело дыша, но с ярким огнём в глазах.

Он не чувствовал страха.

Он не чувствовал боли.

Он чувствовал рост.

Лес подарил ему силу.

А он – впервые – использовал её, чтобы спасти жизнь, а не отнять.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.