Алексей Зелепукин
Одиночный выстрел

Вы когда-нибудь задумывались, что такое мгновение? Вроде моргнул – и всё, слишком короткий промежуток для видимых изменений. Доли секунды. Но только не на рассвете в лесу. Там, когда ты полностью сливаешься с окружающей природой, и дело совсем не в навороченном по последнему слову науки камуфляже, – там всё иначе. Время словно замедляет свой ход. Ты созерцаешь. Один на один с природой. Никаких резких движений, а про мобильные девайсы и речи быть не может – свет от них виден слишком далеко в темном лесу. Ты слушаешь и наблюдаешь, так же как твой первобытный предок в древнем, как сама жизнь, ритуале. Вот там, в этом древнем и нетронутом человечеством лесу, когда светило лишь начинает свой дневной путь, мгновение обретает смысл. Словно кто-то по мановению волшебной палочки добавляет света в этот мир, крутя вселенский диммер, окрашивая его всеми цветами радуги и наполняя жизнью. И с первыми лучами неописуемая радость бытия наполняет душу, словно родник жаждущего путника. Так было и в этот раз.

Развесив вокруг поляны ярко-оранжевые приманки с мочой оленихи, троица охотников разбрелась.

Тучный, невысокий Майк – потомок выходцев из Ирландии – проворно и тихо вскарабкался на холм у сосны. Ещё пара мгновений – и камуфляжная сеть надежно спрятала его от лишних глаз.

Ричи, второй из стрелков, – уже пожилой, но всё ещё крепкий выходец из старушки Италии – облюбовал восточный край прогалины, аккуратно взобравшись на тристенд, облюбовав один из двух могучих тополей, росших рядом. Алекс, ещё не старый, но уже облысевший голубоглазый американец русского происхождения, затаился у подножия огромного валуна поставив свой охотничий блайндс, прямо по центру поляны. Такой небольшой интернациональной командой они стали ждать рассвет, когда мать-природа, как великий судья, рассудит противостояние охотников и добычи.

Небо светлело, звезды гасли уступая голубизне рассветного утра.

Вчерашняя вылазка была успешной; на прогалине явно читались следы оленей. А листва ещё хранила их свежие испражнения. Именно тут пролегала оленья тропа с ночлежки в дебрях чащобы к местному городишку. Рассвет неумолимо приближался, и стрелкам оставалось лишь дождаться своей добычи. Пахучие контейнеры с запахом свежей земли надежно скрывали их собственные запахи. Время от времени то Майк, то Ричи использовали призывные манки, заодно проверяя не уснул ли кто из стрелков.

Но стадо опаздывало.

Птицы уже во всю занимались рутиной своего дня, наполняя округу щебетанием. Белки прыгали по деревьям торопясь запастись желудями на зиму. Ночные тяжелые тучи, так и не отстрелявшись дождевыми стрелами грациозно уплывали на Запад. День вступал в свои права.

Майк пару раз трубил в рожок, вызывая самца на поединок. Ричи гремел имитатором оленьих рогов, но все тщетно. Кроме пары белок на поляне никого не было. Совсем никого. Время тянулось словно кисель.

Лес застыл. Кое-где, перескакивая с ветки на ветку, выясняли отношения бурундуки. Пару раз дятел пытался выдолбить из-под коры свой завтрак.

Лишь листья, сорвавшиеся с ветки, медленно опускались к земле, словно вальсируя в застывшем безветрии.

Тишина. Казалось, её можно потрогать. После вечно шумящего города эта поляна казалась беззвучной.

«Наверное, также выглядел лес у замка спящей принцессы из сказки Андерсена», – мелькнуло в голове у Алекса.

Славянин закрыл глаза и крутанув громкость усилителя слуха на максимум удобнее устраиваясь в стрелковом кресле. Температура воздуха прошла свой минимум, выглянувшее солнышко заставила Алекса расстегнуть молнию на куртке. Сознание отдыхало превратившись в слух. Пару раз шорох листвы заставлял Алексея открыть глаза. Первый раз через поляну гордо шествовал по свои делам дикобраз, второй – белки устроили полтавскую битву за горсть желудей. И снова сладкая полудрема, свежий воздух, пряный аромат опавшей листвы.

Рация тихо щелкнула, прервав полудрёму-полумедитацию охотника, потом ещё и ещё. Условный сигнал от Ричи о съеме засады. Охотник вынул патрон из патронника и поставил ружье на предохранитель. Затем поднялся во весь рост и размял затекшие конечности. Рация щелкнула ещё раз; в наушнике раздался раздраженный голос Майка.

– Что вы как маленькие? Всего девять утра, можно было ещё подождать.

Алекс взглянул на часы.

9:01.

Голос Ричи в наушнике явно звенел раздражением:

– Майк, ты не хуже меня знаешь, что все белохвостые уже в городе, нет смысла торчать, теперь до вечерней движухи. Слезай, вернемся в город, перекусим.

Алекс окинул взглядом лежанку и на всякий случай окропил сеть из бутылки с экстрактом все той же готовой у осеминению оленихи. Перекинув ружье за спину, он начал двигаться по меткам к точке сбора, стараясь не ввязываться в перепалку двух более опытных товарищей. Майк и Ричи были настоящими охотниками, фанатами, по-другому и не скажешь. Для него же вылазка в осенний лес была своеобразным побегом из каменных джунглей Нью-Йорка, от людской толкотни в метро и шума не останавливающихся улиц, возможностью отдохнуть от рутины и работы.

Между деревьев мелькнул оранжевый жилет Ричи. Тот, несмотря на возраст, с ловкостью мартышки спускался вниз с облюбованного дерева.

– Тебе помочь?

– Не, я стенд тут оставлю. Нет смысла его туда-сюда таскать. Щас пристегну только. Ты как? Движение было?

Алекс мотнул головой.

– Пара белок и дятел. Дикобраза видел.А у тебя?

– Лисица с вороной в зубах. Странно, в прошлом году тут поголовье было почти критически большим, даже какое-то время на самок лицензию выдавали, – пробормотал Ричи, обвивая стенд велосипедным тросиком.

– Не удивительно, это ведь после эпидемии коронавируса. Тогда всё ж закрыто было. Может, тогда их и отстреляли всех?

– Вряд ли, мне Фредди этот лес сам рекомендовал, – Ричи щелкнул замком и несколько раз дернул за тросик, проверяя на прочность.

– Это тот твой друг из рейнджеров? – вклинился в разговор Майк, он все еще злился.

Ричи кивнул.

– Он самый.

– Да ему просто выпить было не с кем, вот он и наплел с три короба. Нет тут зверя, Ричи, нету.

– Майк, если ты не веришь Фредди, то можешь просто взять свой трак и попытать счастья в другом месте, я тебя не держу.

– Да будет вам, не кипятитесь, поехали лучше перекусим чего-нибудь, жрать охота, – попытался сбить накал Алекс.

* * *

Охотники шли молча, каждый думал о своем. Не больше получаса понадобилось стрелкам, чтобы добраться до своих машин. Ещё минут двадцать, может, чуть больше, чтобы доехать до Оксбоу, маленького городишка, растянувшегося вдоль трассы почти на полмили, – настолько маленького, что в нём все друг друга знают.

Любое событие, будь то незначительное происшествие или, как в прошлом году, удачное поступление в колледж сразу нескольких ребят, – это эпохальное событие, которое обсуждается всеми жителями в местном баре, единственном месте на всю округу, где можно поужинать. Несмотря на какую-то обособленность этого места, местные достаточно дружелюбно относятся к приезжим, хотя и не любят лишнего шума.

Солнце яркими лучами залило пестрящую разноцветной листвой округу; от вчерашнего ненастья не осталось и следа, когда два внедорожника неспешно подъехали к кафе возле заправки, второму по значимости заведению этого городишка.

Девушка лет двадцати принесла меню и кофе.

– Как открытие? Надеюсь, место нашли?

Ричи приветливо улыбнулся.

– Да, но пока ещё никого не видели; олени наверняка уже на чьем-нибудь бэкярде греют бока.

– Пока не видела, обычно они все тут тусуются, голов тридцать, житья от них нет, все цветы у мамы на клумбе сожрали.

Алекс не стал рассматривать меню и заказал омлет, пару сосисок и панкейки. Оставив Майка и Ричи обдумывать заказ, девушка ретировалась за стойку, сунув по ходу бумагу с заказом в окно кухни.

За соседним столиком сидел рыжеволосый мужчина.

– Очень советую панкейки, Лана, мать Дилана, готовит их просто волшебно.

Майки скривился; нью-йоркец до мозга костей, он не любил разговаривать с незнакомцами.

– На самом деле здесь так много белохвостых? – отозвался Ричи.

Мужчина улыбнулся.

– Много… тут, у жилья. В лесу я никого не видел. Меня шаман проклял. Сколько в лес не хожу, сколько в засаде не сижу – ни одного самца не видел.

– Я, походу, тоже проклят, – усмехнулся Алекс. – Третий раз на охоту выбрался, тоже никого не видел. Прошу прощения, мне надо отлучиться. Пока сеть натягивал, во что-то вляпался. Надо руки сполоснуть, влажная салфетка не помогла.

Едва Алекс хлопнул дверью, Майк словно с цепи сорвался.

– Что, реально? Ты его с собой в третий раз взял после двух пустых?

– Взял, он хоть и новичок, но в лесу как у себя дома. Ты сегодня вчерашнюю локацию по навигатору не нашел, а он на глазок указал, ночью, в темноте. Забыл, как Алекс тебе фонарем на маркеры подсветил? Да и в лесу он всегда по-своему идет, у меня впечатление, что метки он для нас вешает.

– Я и сам могу траки повесить, мне для этого никто не нужен! А если зверя не будет, деньги твой пусть Эмти оплатит мотель, хоть какая-то польза.

– Он не Эмти, просто дух в вашем парне медвежий, вот его олень за версту и обходит, – пробурчал странного вида старик в углу кафе. Его опухшее лицо, испещренное морщинами, явно свидетельствовало о пристрастии к алкоголю. Старик поднял увешанную браслетами с амулетами руку кверху и театрально произнёс:

– За сотню баксов я на него «шторы повешу».

Сидевший за соседним столиком мужчина вновь попытался вклиниться в разговор.

– Вот он меня и проклял тогда, я медведя на заднем дворе замочил, повадился косолапый мусорные баки теребонькать. А этот пробурчал что-то на своем – и всё. С тех пор ружье так в сейфе и ржавеет, – добавил он.

– Хватит чудить, Ники, всех клиентов распугаешь, смотри, останешься без кофе на завтрак, – фыркнула на старика некогда красивая женщина бальзаковского возраста, хозяйка кафе, принесшая заказ Алекса.

– И ты, Френки, перестань. – Лана развернулась к рыжеволосому.– Оленей он не видел, спишь до обеда, а по вечерам от телевизора не оторвать, какой из тебя охотник?

Женщина обернулась к Ричи и Майку.

– Не обращайте внимания, они со всеми приезжими так, развлечений тут не много, вот и тешатся. Так, ну что? Выбрали что-нибудь? – сказала она уже абсолютно другим тоном, обращаясь к охотникам.

Майк заказал яичницу с беконом и яблочный сок, Ричи – сэндвич и сосиски.

Женщина, бросив на старика в углу укоризненный взгляд, удалилась на кухню.

Старик дождался пока хозяйка уйдет и продолжил.

– Я серьезно, можно даже в рассрочку. Только обряд лучше в полночь провести на берегу озера, когда полная луна отразиться в воде. Это гарантированно.  Древний  охотничий обряд гуронов. Запах человека навсегда скроется от зверя. Если на троих проводить сделаю скидку. Сто пятьдесят за троих…

Майк посмотрел на Ричи. Он почти уже согласился. Когда голос хозяйки снова долетел с кухни.

– Ники, я все слышу, старый извращенец. Я серьезно. Не перестанешь пугать клиентов пожалуюсь Теду.

– Тед Пачински – шериф наш. – вставил с соседнего столика рыжеволосый и приложил палец к губам.

– Решитесь, найдете меня, я тут на окраине живу. Напротив мотеля. Хозяин вам подскажет. Второго шанса не будет. Такая луна раз в десять лет.

Старик в старом странном плаще увешенном амулетами встал и двинулся к выходу.

Едва шаман хлопнул дверью, в зал вернулся Алексей и с аппетитом накинулся на завтрак.

– Эй, Алекс, с тебя сотня, – буркнул Майк.

Алекс, отложив вилку с ножом, полез в карман за бумажником.

– Даже не спросишь, зачем? – досаде Майка не было предела. Задуманная многоходовая издевка с треском провалилась.

– Раз просишь, значит надо. Так нужно или нет? – Алекс вытащил купюру.

– Да ну тебя, забудь, тебе даже шторы не помогут, – проворчал Майк и вернулся к созерцанию меню.

– А вы чего, не выбрали, что ли, ещё? – удивился Алекс.

Ричи в ответ махнул рукой.

– Всё хорошо, просто Майки расстроился из-за утреннего… Мы уже заказали, сейчас всё принесут.

Позавтракав, охотники решили  вернуться в мотель на берегу большого озера и  более пристально изучить карту окрестностей.

Рассчитавшись с хозяйкой кафе, мужчины выбрались наружу.

– Алекс, не хочешь в стор зайти? – спросил Ричи, открывая машину.

– Хочу, конечно, воды взять не мешало бы и консервов каких-нибудь. Может, сосисок.

– Майк, ты с нами?

– Не, я на заправку, бензина долью.

– Тебе что-нибудь глянуть? – поинтересовался Алекс.

– Да нет, у меня всё есть. Хотя, вот, мож, кофе растворимого в мотель взять. И сливок.

– Халф или хеви? – переспросил Ричи.

– Халф-энд-халф.

Алекс закинул за плечи рюкзак и почапал за итальянцем.

Магазинчик был небольшой, но ассортимент был богатым.

– Какая муха Майки укусила? – спросил Алекс, толкая тележку между рядами.

– Не обращай внимания, он просто суеверный очень, хоть и старается этого не показывать. Я его уже сто лет знаю. Надежнее напарника в лесу не найдешь. Он меня как-то на горбу почти милю пер, я лодыжку подвернул. Просто он работу поменял, этот-то выходной еле выпросил. Вот и расстраивается.

– Понятно, а что за вопрос со ста долларами?

– Ай, не бери в голову, там местные легких денег ищут, вот и выдумывают. Пойдем, вон там возьмем кофе – и на кассу.

– Слушай, может, Фредди звякнуть ещё разок. Жаст ин кейс, мы вот здесь всё утро проторчали, – Алекс ткнул пальцем в карту на телефоне. – Может, вчера свернули не в ту сторону? Просто дабл чек.

– Да не вопрос, скинем покупки в машину – наберу, надо только куда нибудь на пригорок заехать, связь барахлить начала, с такой навигацией и на самом деле могли ошибиться.

Но набрать рейнджера Ричи не успел. Едва последний пакет перекочевал в багажник, Фредди позвонил сам. Пожилой охотник включил спикер.

– Ричи, привет. Ты же в Оксбоу?

– Привет. Да, мы тут.

– Слушай, у нас ЧП. Вчера группа ребят в горы ходила на пикник. Двое домой не вернулись. А сезон уже начался, скоро в лесу, как на во Вьетнаме, пальба начнется, родители переживают. Да и не лето на дворе. Мы людей на поиски собираем, присоединишься?

– Чёрт!!!  Надо было дать сотку этому шаману за шторы. Всё, пропала охота. Щас толпа в лес набежит, последнего зверя распугает, – не выдержал Майк и, хлопнув дверью, вышел на улицу.

– Конечно, Фредди, дай немного времени, надо подсобраться. Мы будем, где сбор?

– У здания ситихолла. Шериф со своими тоже подтянется. Протокол есть протокол.

– А нацгвардия?

– Пока без них, попробуем своими силами. Дело молодое, ребята местные. Не хотелось бы зря шум поднимать, но если к вечеру не найдем, вызовем.

– Понял. Едем.

* * *

Усталость валила с ног, солнце медленно и неумолимо скатывалось за горизонт. С сумерками в лес пришел холод. Морозный ветер пронизывал насквозь, не помогало ни снаряжение, ни термопакеты.

– Сколько мы прошли, Майк?

Ричи тяжело дышал, возраст давал о себе знать.

– Мили четыре, не больше. По идее, отсюда дорогу должно быть слышно. Местные должны были бы сориентироваться.

Алекс включил головной фонарь и развернул карту рейнджера.

– До пещер на склоне ещё миль пять, может, чутка меньше.

– Это ещё часа два с половиной, – констатировал Майк.

– Дольше, через минут двадцать будет совсем темно, будем идти на ощупь, ещё и таги вешать.

– Время шесть пятнадцать. Что будем делать? До машины мы тоже будем переть часа три.

– Давайте разобьем стоянку тут. Одеяла у нас есть. Сигналки я тоже взял. Дров соберем. Я чет не очень горю желанием чапать назад, а про Ричи я и говорить не стану.

– Я в порядке, решите идти – пойдем, но я тоже за лагерь, крути не крути, с утра мы будем на пять миль ближе, да и дождя не обещают. Разведем костер, согреемся. Консерв на ужин хватит. Ты что думаешь, Майк?

– Че, я не охотник? Диким зверем меня не напугаешь, меня тревожит его отсутствие. Мы пока сюда шли, даже говна свежего не видели, да и в городе-то оленей не было, хотя хозяйка кафе говорила про огромное стадо, такое не проглядеть.

– Только не говори, что в шамановы бредни поверил, – усмехнулся Ричи.

– Я верю в то, что вижу и слышу, в то, что могу пощупать, остальное – лирика, фольклор, я уже вышел из этого возраста. Топор-то есть у кого-нибудь?

– Саперная лопатка, – ответил Алекс, вытаскивая инструмент.

– Ты ей могилу собрался копать?

Алекс убрал карту в рюкзак.

– Разбивайте лагерь, дров я притащу, этой лопатой не только копать можно.

– Только дебил возьмет в лес лопату, – сплюнул Майк, когда Алекс растворился в темноте.

– Зря ты, ей и кишки прикопать, и кость она получше кукри перерубает, говорят, русские с ней во второй мировой в рукопашную ходили.

– Так то русские, они вообще странные.

– Алекс же русский.

– Это многое объясняет. Не удивлюсь, если он ещё и огонь без спичек разведет, – буркнул Майкл и принялся разгребать листву под стоянку.

Минут через двадцать яркое пламя костра осветило лагерь. Спам шипел жиром в жестяных банках.

– Жалко, пива нет, – ворчал Майкл, ковыряя ножом в своей банке.

Алекс полез во внутренний карман.

– Пива нет, но есть абсент, немного, но для настроения хватит.

Сделав глоток, Алекс протянул фляжку Ричи.

– Хорошо сидим, почти как в детстве, в бойскаутовских походах, – проурчал Ричи, отхлебывая предложенный алкоголь.

– Я в детстве тоже в походы ходил, правда, обычно летом в лагере. Костер, палатки. Печеная картошка, страшилки у костра, песни под гитару.

– Что за страшилки? – оживился Майкл.

– Ну, истории разные, типа историй о Фредди Крюгере. Только чаще всего в них главным героем был Леший. Дух леса. Хранитель. Если ему не угодишь, в трех соснах заблудишься, а мужика решит – там и обосраться от страха недолго.

– А в чем прикол? – не унимался ирландец.

– Не знаю, если честно, не задумывался никогда, может, для куража. Адреналина поддать.

– Так ваш Леший типа нашей Чупакабры? – вставил Ричи, подбросив в костер очередную порцию дров.

– Да нее, он не монстр. Хотя он и медведем перекинуться может, или волком огромным. Но чаще всего это тень со святящимися глазами. Но если ты в лес с добром, да не гадишь, и по болоту проведет, даж ног не замочишь, и поляну грибную откроет, на логово зверя выведет. Как зеркало, вообще. Если нутро у человека доброе и он по-доброму… Ну, а злое…

Договорить охотник не успел, тишину леса разорвал истошный вопль.

Компания замерла, подняв ружья с земли.

Вопль раздался ближе.

– Это где-то дальше по склону, – тихо прокомментировал Алекс.

– Ночные хищники на охоту вышли, – отмахнулся Майкл. – Сова, небось, зайца терзает. Те визжат так, словно ребенок плачет. Всю душу в узел скрутит может, настолько жалостливо, что прям слов не подобрать, один в один – дитя человеческое. Утром увидим. Следы останутся, – отмахнулся Майкл, но ружье с колен не убрал. – А вот медведь на запах ужина враз к костру заявиться.

– Так огонь же, что на пламя попрет?

– Это только в киношках от Дискавери зверь совсем дикий. Тут к людям привыкшие, на огонь, конечно, не попрет, но рядом ходить-облизываться в надежде стащить что-нибудь однозначно будет, пока сигналку не зацепят. Пока не бахнет, будут в округе ошиваться. Тут медведи и на бекярд залазят, помнишь, что тип в кафе рассказывал.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.