# Новое место

Александр Черевков

Братья близнецы напоминали мне моё рождение. Когда вспоминал странички из детства – первое слово в пелёнках, первый шаг в ползунках. С трудом начина понимать, что можно делать, а что нет.

Часть-1. Другое пространство жизни.

Даже у маленькой истории бывают большие проблемы.


1. Смена жизни.

Новый учебный год ничем не отличался от прошлого учебного школьного года. У меня всё те же нагрузки. Изменились лишь цифры и даты на одну величину.

Мы стали старше на один год и выше ростом на один сантиметр. Даже цифра на двери нашего класса повзрослела на одну единицу.

В коммуналке у каждой семьи произошли свои проблемы. Отец семьи наших соседей по коммуналке Магомед Абдуллазизов и мать Фатима и раньше никогда между собой не ругались.

Сейчас стали как кошка с собакой друг на друга кидаться. Почти каждый день в синяках и в царапинах. Причина в том, что дети не ухоженные. Постоянно грязные и голодные.

Если бы наша мама за ними не присматривала, то пацаны Абдуллазизовы давно могли откинуть сандалии, которых у них не было, а они были босые. Магомед был нефтяником, получал большие деньги, которых не хватало.

В то время как Фатима ходила вся в шелках, в золоте и в бриллиантах. Она каждый день драила своё лицо до зеркального блеска деткой игрушкой раскруткой пуговицей на нитках.

Магомеду это всё надоело. Он посадил жену на карцер в пустую комнату, где было только барахло Фатимы.

Почти месяц Магомед держал Фатиму под замком на воде и хлебе, которые ей давал перед уходом в смену на вахту.

В туалет не выпускал. Там у неё был таз бельевой и ведро с водой. Когда в коммуналке дышать стало нечем, то по просьбе нашей мамы, ради наших близнецов, он выпустил её.

Из карцера вышло нечто похожее на обезьяну. Лицо, обросшее щетиной. Вся одежда на ней грязная до такой степени, что можно было подумать её родили на помойке и с дня рождения никогда не мыли. От неё воняло так, что общий туалет во дворе не имел такого отвратительного запаха.

– Денег ты никогда не получишь. – сказал Магомед на русском и на аварском языках, чтобы понимали все присутствующие рядом. – Продукты детям буду приносить в дом сам. Ты будешь жить в своей комнате. Мы будем жить отдельно от тебя. Когда дети подрастут с тобой разведусь. Если тебя не устраивает моё решение. Можешь покинуть семью прямо сейчас.

С этого момента наши семьи перестали общаться между собой. Наша мама несколько дней проветривала от вони коммуналку и драила общую территорию до блеска.

Две недели близнецы жили у наших родственников. Наша мама жила вместе с близнецами. Мне в эти дни пришлось скитаться между школой, родственниками и чердаком нашего коммунального дома.

Наш отец все эти дни находился по месту своей работы, где занимался пьянкой и распутством.

Видимо эти его похождения в аулах не понравились горцам. На отца дважды покушались. Месяц с переломами лечился.

– Всё! Больше здесь жить нельзя. – сказал отец, когда выписался из больницы, после очередного покушения на него. – Уезжаем подальше отсюда.

8-го марта отметили годовщину смерти бабушки Нюси и стали собираться в дорогу жить в Курджиново на реке Лаба высоко в горах рядом с главным кавказским заповедником, где чистый воздух и вода.

Много дичи на местах возможной охоты. Главное, что нет тех, кто хочет убить отца. До отъезда нашей семьи было не до планов на приключения. Зимой по разным причинам лечился в больнице.

Пропустил много занятий в школе надо было навёрстывать упущенное по всем предметам, чтобы не оставили на второй год, которого у меня тут в Новом городке уже никогда не будет.

Когда закончился школьный учебный год и меня перевели в следующий учебный класс. Мы сразу отправились купаться и ловить рыбу на пресные заливы, в последний раз всей нашей дружной группой, которые были вместе в огонь и в воду.

Как у трёх мушкетёров – один за всех и все за одного. Мы всей дружной группой мчались к своему ангару с лодкой, словно беспокоились что-то потерять в пространстве своей жизни.

Когда открылся ангар, как мы сразу поместились в лодке и на огромной скорости без лебёдки сорвались вниз к пресным заливам. Едва воды коснулись и тут растворились в неведомом пространстве нашей жизни.

Мы словно утонули. В меня вонзился мой первый крик в день моего рождения. Перед глазами мелькнул манеж вокруг дерева с тутовником. Рядом меленькая девочка, которая назвала себя моей тётей Галей.

Она умерла на следующий год. Дальше поток моих детских приключений до поступления в первый класс. Затем добровольное заточение в немецком доте из резины в Червлённой-Узловой.

Лето в пещере сталактитов и сталагмитов. Друзья великаны, обросшие с головы до ног густыми волосами и щетиной. Ураган на острове Чечень.

Девочки русалки на камне в морской таинственной пещере. Дальше поток ненужной информации. Поход к открытию границы между Востоком и Западом. Мираж войны дикарей в пространстве огромной долины.

Первая дрожь от прикосновения к обнажённой девичьей груди размером с пуговки. Всё это меня держит и тут же хочет выбросить наружу. Вокруг меня блаженства не понятное никем.

Кто-то или что-то обволакивает моё сознанием и не хочет от себя отпускать. Но мне говорят таинственные голоса, что пора и честь знать пользоваться подобным наслаждением.

Пора вернуться в пространство обычной жизни, а не тонуть в безумие своём. Тут же понимаю, что море не хочет меня отпускать от себя.

В какой-то миг чувству на себе солёные как море слёзы своей мамы. Прощальные вздохи друзей и одноклассниц. Печальный вой лохматого друга немецкой овчарки по кличке Джульбарс.

Всё удаляется и тает в пространстве. Затем монотонный стук колёс пассажирского поезда в сумерках. Понимаю, что всё моё прошлое, хорошее и плохое, осталось там в пришедшей ночи.

Надо срочно спать, чтобы утром проснуться в новом потоке моей жизни. Где будут новые друзья и новые приключения. Своих старых друзей и старые приключения никогда не забуду, они останутся со мной.

Утро нового дня не принесло мне наслаждения жизни. Наша семья была в пути. Всё также как в коммунальной квартире. Братья близнецы вопят во всю глотку. Им постоянно что-то надо?

Мама старается успокоить малышей пряниками и лимонадом. Отец лежит на верхней полке в стельку пьяный. Через стенку в соседнем купе массовая драка. Проводник вагона по рации поезда вызывает на помощь наряд милиции, чтобы успокоить распоясавшихся пьяных пассажиров.

Присутствие стражей порядка отрезвляет обезумевших пассажиров, которые дают слово, что они не будут ругаться.

– Вы должны уважать историю. – строго говорит офицер милиции. – Вам доверили ехать в сталинском поезде, который отправится в музей истории.

Сейчас понимаю почему отец добивался купить билеты на семью на этот поезд. Так как на смену сталинским пассажирским поездам пришли новые поезда.

На последний проезд в старом поезде были большие скидки на билеты. Ветераны и инвалиды войны получали права на бесплатный проезд. Юбилейный сталинский поезд двигался медленно.

На каждой станции его встречали цветы и лозунги. На больших станциях торжественный приём с праздничными угощениями. Сталинский поезд провожали как вождя в последнюю дорогу, чтобы больше с ним никогда не встречаться.

На глазах, провожающих слёзы радости и печали. Вокруг такая суматоха, что пьяные проводники вагона и пьяные пассажиры не могут понять, кто приезжает, а кто выезжает.

Таким беспорядком пользуются воры. У пьяных пассажиров чистят карманы от лишних денег, с также воруют вещи. Мы едем в поезде вторые сутки. Ранним утром нового дня прибываем на станцию Армавир.

Мама заранее перетаскивает наши вещи в тамбур вагона, чтобы успеть вовремя выйти на перрон. В тамбуре вспоминаем, что в купе забыли пьяного отца. Мама отправляет меня туда в купе за отцом.

Отца вести с купе мне не пришлось. Он сам увидел, что семья оставила его одного с личными вещами на второй полке в купе и решил отправиться за нами. Как отец спускался сверху вниз мне не понятно.

Наверно, просто выпал ногами вперёд прямо на свои вещи? Поэтому остался невредимый. Вот наконец и станция Армавир. Мы со своими многочисленными вещами не выходим из вагона, а вываливаемся на перрон.

Каждый лично следит за своими вещами, чтобы никто не стащил наши вещи. Мама следит за вещами всей семьи, а также в первую очередь за нашими близнецами.

– Сейчас мы едем городским автобусом на автобусную станцию. – говорит отец. – Дальше у нас маршрут Лабинск, и к вечеру Курджиново. Если с транспортом и погодой нам повезёт. Тут в горах часто идут дожди.

К нашему сожалению, прямого рейса автобусом Армавир-Курджиново не было. Надо было ехать с двумя-тремя пересадками. Решили ехать до Лабинска. Дальше посёлок Мостовской, в котором жил старший брат моей мамы Фёдор Фисюков.

У него можно переночевать и утром ехать дальше. Была возможность ехать с Лабинска поездом по узкоколейки до Курджиново. Но, почти трое суток езды на обычном поезде нас так измотали, что мы даже слышать о поезде не хотели.

К тому же про узкоколейку мы всяких проблем наслышались, что решили ехать в посёлок Мостовской.

– Какие вы молодцы, что к нам заехали! – радостно встретил нас дядя Федя.

– Вообще-то хотели прямо в Курджиново ехать. – стала оправдываться мама перед старшим братом за поздний визит. – Но прямого рейса автобусом до Курджиново нет. Узкоколейка не для нас. Поездом устали ехать.

– Ничего страшного нет. – сказал Фёдор маме. – Можете отдыхать сколько угодно. Поедете дальше в удобное время. Сейчас за стол кушать и спать.

Как принято у терских казаков гостям на стол выкладывают всё, что съедобное есть в семье. Мама знала, что старший брат живёт не богато. Поэтому сказала Насте жене Фёдора, что нас закармливать не надо. Почти трое суток ехали на последнем сталинском поезде. Нас кормили на халяву.

– Так вы ничего не знаете! – с удивлением воскликнул Фёдор. – Час назад по радио сообщили, что в последнем сталинском поезде произошла трагедия. Десяток пассажиров погибли. Почти в каждом вагоне ограбление пассажиров. Пропали два проводника. Прокуратура проводит расследование.

– Подробности о трагедии в поезде мы не знали. – сказал наш отец. – Но по радио в поезде говорили, чтобы пассажиры следили за своими вещами, так как в поезде орудует банда грабителей. На каждом перроне были грабежи.

– Наверно, проводники пропали в нашем вагоне? – добавила мама. – Когда мы выходили из вагона на перрон в Армавире, то дверь в тамбуре была открыта. Проводники нас не провожали и новых пассажиров не встречали.

Мне неинтересно было слушать обсуждение взрослых о трагедии в сталинском поезде, сам был очевидцем этих трагедий, как грабили пассажиров. Видел, как проводники нашего вагона выбрасывали в окно пьяного пассажира. Меня самого чуть не сбросили с поезда. Мне всё это надоело.

– Шурик! Наши дети и твои братья уже спят. – прервала мои размышления тётя Настя. – Тебе тоже пора спать. В зале под часами есть твоё место.

Хозяева дома и мои родители сидели за столом на кухне. Им было о чём поговорить. Прошёл год после возвращения на Кавказ семьи Фисюковых с полуострова Камчатка.

Год после похорон бабушки Нюси, мамы большой семьи. Старший сын Фёдор Фисюков, ровесник Октябрьской революции, родился в октябре 1917 года. Во время ВОВ он был командиром танка.


В конце войны трижды был ранен и попадал в плен, с которого бежал и возвращался в свою воинскую часть. За это Фёдора сослали на Дальний Восток. Там он воевал против японцев. Затем его сослали на Камчатку.

Реабилитировали в 1958 году. Вернули ему все награды, многочисленные ордена и медали. Фёдор был классным гармонистом до и после ВОВ.

Играл на гармони на всех праздниках участвовал в художественной самодеятельности. У Фёдора двое детей, мальчик и девочка, по возрасту младше меня.

Близнецы Морозовы Лёня и Сашка ушли на фронт в 16 лет. С боями прошли от Кавказа до Берлина. Расписались на Рейхстаге. Не имели ни одного ранения. За ВОВ были награждены многими орденами и медалями. После войны близнецы женились на Татьянах. Каждый родил двух сынов с одинаковыми именами.

У Лёни ещё родилась дочка Наташа. Оба близнеца были машинистами на ЖД поездах. Их жёны работали на ЖД Кавказа. У бабушки Нюси были три дочери. Моя мама Мария1920 года рождения.

Надежда 1931года рождения. Тамара 1937 года рождения. Близнецы и три дочери жили все вместе на Старом хуторе в Гудермесе. Когда вышла замуж Мария, то парализованная на обе ноги бабушка Нюся жила с нами до своей смерти в 1958 году.

После чего её дети жили далеко друг от друга. Мне спать не хотелось. Просто лежал и думал, что иногда сбываются мои цветные сны. Помню как-то остался ночевать в Старом хуторе.

Там мне приснился цветной сон, что рано утром выпроводили коров из села на выпас к сочным травам. Там в поле стая волков порвала целое стадо коров.

– Мне тоже такой сон приснился! – с удивлением, воскликнул дедушка Гурей, когда ему рассказал о своём сне. – Сегодня не будем выпускать коров.

Всех тупых коров порвали волки. Коровы даже не мычали от боли и страха. Коровы сами паслись на поле у леса и сами возвращались на дойку.

В это утро доить было некого, коровы погибли. Остались наши бурёнки.

Цветные сны часто снились многим в клане терских казаков Выприцких.

Когда моя мама никак не могла забеременеть следующим ребёнком, чтобы у меня был брат или родилась сестрёнка.

Бабушка Маня Выприцкая – Лебедева сказала моей маме, что она родит двойню, как было предсказано в цветном сне. Так всё получилось. Через год мама родила Сергея и Юрку.

Маме моей мамы бабушке Нюсе за год до происшедших событий то же приснился сон, что 8-го Марта 1958 года, когда бабушке исполнится 88 лет она умрёт в день своего рождения.

Никто бабушке не поверил. Она разослала всем своим родственникам приглашение и умерла ровно через год. Вот так у меня начинает сбываться цветной сон, который приснился мне в поезде, что когда мы приедем в посёлок Мостовской в гости к родственникам, то на следующее утро первым рейсом из посёлка Мостовской в посёлок Псебай автобус упадёт в реку с моста.

Все пассажиры погибнут. Когда мы ехали в поезде, то родители не планировали заезжать в посёлок Мостовской, однако заехали. Выходит, что мой цветной сон начинает сбываться.

Наши родители планировали уехать первым автобусом до посёлка Псебай. Надо что-то придумать, чтобы сорвать поездку первым автобусом. Часы на стене пробили двенадцать часов ночи.

У меня сразу появилась идея перевести часы назад на один час. К примеру получается, что было пять часов, а мы всё ещё спим, ждём, когда будет пять часов утра на часах.

В сельской местности встают рано с первыми петухами в четыре утра. Завтра будет воскресенье. Никто не работает. В этой семье нет коров. На первую дойку коров вставать в четыре часа утра никому на надо.

Переведу часы на час назад или вперёд? Совсем запутался как лучше. Придётся остановить часы как есть. Любой механизм ломается. Дальше всё само будет.

– Шурик! Сынок! Вставай! – слышу голос мамы сквозь сон. – Мы проспали. Сергей и Юрка спят. Надо их тоже поднимать. Иначе мы не уедем сегодня.

– Ничего страшного нет. – успокаивает Фёдор. – Автобус часто от нас едет.

Настя накрывает на стол нашей семье. Все сейчас за столом не поместятся. Фисюковы дети проснулись, мальчик и девочка, возрастом младше меня.

С удивлением смотрят на нас. Не могут понять кто мы. Здесь кран с водой во дворе. Умываюсь холодной водой, чтобы совсем проснуться. За столом вся наша семья.

К нам присоединяется Фёдор, чтобы выпить с нашим отцом по сто грамм водки на посошок. После завтрака женщины целуют подряд всех детей. Фёдор берёт нашу сумку и спешит на автостанцию, которая от их дома метров пятьсот.

Надо успеть придержать автобус. Настя остаётся дома с детьми. Мы с вещами спешим на автостанцию. Фёдор купил билеты и придерживает автобус, чтобы он не уехал без нас. Автобус полный пассажиров взрослых с детьми. Наша семья с вещами едва помещается в автобусе. Водитель торопит, чтобы не срывали график.

– Вам повезло, что на второй автобус успели. – говорит Фёдор. – Сегодня заезд в пионерский лагерь в горах. До обеда здесь автобусы будут битком.

Дверь автобуса закрылась и наш общественный транспорт рванул вперёд, как лошадь на скачках на длинной дистанции в горы. Какое-то время моё зрение вертелось в разные стороны, чтобы увидеть место аварии первого автобуса, который приснился в моём цветном сне.

Но на трассе нет аварий. Дальше вокруг автомобильной трассы огромные поля с отарами овец и стадами коров. Небольшие холмы и никаких признаков рек и озёр.

Словно отары овец и стада коров выпили от жажды всю воду. Кроме этих животных тут больше нет никого и ничего. Даже скучно стало. Решил поспать.

Вдруг, автобус нажал по тормозам. Рывок вперёд меня чуть не перебросил на передние сидение. Дверь в автобусе открылась. Пассажиры быстро все стали выскакивать из автобуса и бежать куда-то вперёд.

Мой взгляд сразу упал на две таблички у дороги – "посёлок Щедок", "речка Псебайка". Лично мне всё стало понятно. Трагически сбылся мой цветной сон. Там уже некого спасать.

Просто из-за любопытства пошёл посмотреть, что там случилось. Речка так себе, её даже речкой трудно назвать, шириной метров пять и глубиной не больше двух метров.

Через речку не большой мостик. Видимо водитель задремал за рулём и левой стороной автобус врезался на большой скорости в правый барьер моста.

Автобус полетел в речку, завалился на крышу и сразу затонул. Из воды торчат только четыре колеса. Прозрачна вода окрашена в алый цвет крови. Никаких признаков жизни.

– Наверно, полчаса как была авария? – тревожным голосом, сказал водитель нашего автобуса. – Сейчас воскресенье. Не рабочий день. Транспорта на дороге нет и с посёлка мост не видно. Надо съездить в Щедок за краном.

Водитель сел в автобус и поехал в сторону посёлка Щедок. Пассажиры нашего автобуса остались у моста, ждать, когда приедет подъёмный кран, чтобы вытащить автобус из речки и автомобили скорой помощи, чтобы увести в морг людей, погибших в аварии. На аварию страшно смотреть.

– Если бы мы успели на этот автобус, то сейчас были там. – подумал вслух.

– Зря не болтай. – строго сказал отец, шлёпая мне по щеке. – Прикуси язык.

– Мне приснилось в поезде. – сказал с обидой. – Вы всё равно не поверили.

– Это ты остановил ночью часы? – прижимая меня к себе, спросила мама.

Мне больше нечего было сказать. Промолчал в знак согласия. В это время со стороны посёлка Щедок приехал наш автобус, а за ним машина подъёмный кран и три автомобиля скорой медицинской помощи.

Они срочно приступили к своей работе. Наша помощь здесь совсем не нужна. Наш водитель показал на свой автобус. Взрослые и дети со слезами на глазах пошли садится в автобус. Дверь автобуса закрылась, мы медленно поехали в Псебай, который начинался сразу за посёлком Щедок. Нас высадили возле автостанции.

Автобус свернул в сторону гор и густого леса. На автостанции Псебай стоял один автобус до посёлка Курджиново. В салоне автобуса нет никого. Можно подумать, что автобус ждал только нашу семью.

По водителю автобуса было понятно, что он знает о трагедии с автобусом на мосту за Щедком. Водитель молчит и нам нечего сказать. Автобус осторожно поднимается в гору.

Словно ощупывает сложный участок горной дороги. Опасается совершить аварию, как его коллега по транспорту. Мы тоже разом вздрагиваем при каждом скачке на камне, попавшем под колёса автобуса.

Тут ещё нудный дождик стал плакать с небес. Серые облака нахмурились с гор в вечерних сумерках наступающей ночи. Никто нас ни ждёт к ночи на автостанции в посёлке Курджиново.

– Вы случайно не местный? – спрашивает отец водителя нашего автобуса.

– Кто будет ночью ехать в чужой посёлок? – отвечает водитель вопросом.

– Где здесь находится улица Ленина дом№5? – обратно спрашивает отец.

– Вы находитесь на этой улице. – отвечает водитель. – Могу вас проводить к этому дому. Стрельниковы наши соседи. В доме всего две квартиры.

Водителя звать Игорь. Мы с ним познакомились. Он берёт одну нашу сумку и спешит к своему дому. Нам надо торопиться. Чёрные тучи и раскаты грома в горах предвестники грозы.

Скоро мелкий дождь превратиться в проливной дождь. Хорошо, что дом Игоря и Стрельниковых тут близко.

– Сосед! Принимай гостей! – кричит Игорь со двора входя в подъезд дома.

– Сергей! Как хорошо, что вовремя приехали. – радостно встречает нас Василий Степанович Стрельников. – Сейчас будет сильный дождь с грозой.

Вовка и Витька Стрельниковы выглядывают из своей комнаты. Они ни рады моему приезду.

В прошлом году, когда Стрельниковы уезжали с Избербаша в Курджиново. пацаны хотели меня побить на прощанье.

Но мне не в первой было проучить этих задир. Навешал им синяков на мордах. Наши родители пригрозили нам, что бы мы не затевали драку. Рассадили нас в разные стороны стола за ужином. После ужина пацанов отправили в свою комнату. Меня с моими братьями близнецами и с моими родителями разместили в зале на одну ночь. Завтра у нас будет своё жильё в посёлке.


2. Разборка на месте.

Не знаю каким путём и за какие деньги наши родители приобрели заранее жильё на краю Курджиново в местечке под названием "Дубки". Там были "Верхние Дубки" и "Нижние Дубки".

Наш дом оказался между ними. Напротив нас через поляну дом семьи Казаровы. Обе семьи стали дружить.

Понедельник был рабочий день. Ранним утром Стрельниковы помогли нам перебраться из их дома в наше новое место жительства на расстоянии трёх километров.

Затем все взрослые отправились на работу. Наш отец пошёл в исполком оформлять наше место жительства в посёлке Курджиново. Наша мама осталась дома с близнецами и со мной.

Надо было на новом месте жительства создать семейный уют. В доме хоть шаром покати. Нет ничего. За месяц до нашего отъезда в Курджиново отец отправил контейнер с нашей мебелью. Месяц жили у родственников в Новом городке.

– Стрельниковы сказали, что наш контейнер с мебелью прибыл в пятницу. – сказала мама, словно прочитала мои мысли. – Сейчас отец привезёт сюда контейнер. Мы сразу расстановим нашу мебель в доме по своим местам.

Близнецы вместе со мной разобрались со своими вещами. К нашему дому подъехал грузовой автомобиль с контейнером, в котором наша мебель. Сегодня с утра была солнечная тёплая погода.


Мебель с контейнера выгрузили прямо возле дома. Отец заплатил за перевозку, машина уехала.

– Давайте мебель занесём в дом. – распорядился отец. – Затем у нас будет обед. После обеда Шурка с нашими пацанами останется дома. Мы с матерью пойдём оформлять документы на жительство и на место работы. За одно сходим в Районо. Надо устроить Шурку учиться в школе в этом году.

Вообще-то мебели было как кот наплакал. Металлическая разборная кровать с металлической сеткой родителям. Деревянный манеж близнецов, которые едва помещались в своём манеже.

У меня раскладушка. Были ещё стол и четыре стула, которые в столярке сделали нам краснодеревщики. Когда наши родители ушли в посёлок Курджиново.

Мы вышли на поляну возле своего дома, чтобы познакомиться с местными ребятами. Ведь нам предстоит здесь жить. Хотя знакомится как бы не с кем. Напротив нашего старого дома через поляну шикарный дом, там тоже, наверно, живут дети?

Сергей и Юрка ни стали ждать, когда у них появятся друзья. Когда у калитки дома напротив появилась маленькая девчонка возрастом как братья.

Они тут же побежали к калитке знакомиться с соседкой. Вскоре у калитки появились мои ровесники. Долговязый пацан и девчонка моего роста.

– Казаров Вовка. – назвал пацан себя, когда они подошли к нашему дому.

– Казарова Люба. У калитки наша сестра Рая. – назвала она себя и сестру.

– Черевков Александр, Саша, Шурик или Сандро. – пошутил своим именем. – Называйте меня как вам нравится. У калитки мои братья Сергей и Юрка.

– Мы с ними уже познакомились. – шутя, сказала Люба. – Шустрые пацаны.

– Оба в меня. – пошутил перед новыми друзьями. – Вам скучно не будет.

Вовка и Люба стали смеяться. Сергей и Юрка у калитки с Раей тоже смеялись над своей шуткой. Так мы сразу нашли общий язык. До прихода к вечеру домой родителей в обеих семьях у нас образовались две возрастные группы между нашими домами, к которым примкнули ребята с местечка.


Вечером после рабочего дня две семьи своё знакомство за общим столом. Так как площадь дома нашей семьи не могла вместить за столом десять человек, а идти за стол в дом соседей не позволяла культура терских казаков. Поэтому стол накрыли на общей поляне между домами.

Летние школьные каникулы в самом разгаре. Сидеть дома плевать в потолок неинтересно и бескультурно. Душа требует приключения. Искать приключения одному нет смысла. Казаров Вовка не сторонник приключений.

Какой-то безразличный флегматик. Так себе, не рыба и не мясо. Надо сходить в центр посёлка Курджиново, там себе найти друзей, которые будут согласны на поиски приключений в горах, на речке или в ближайшем лесу.

Вообще-то до посёлка от нашего дома одному идти скучно. Тащить с собой братьев, это полный беспредел. Им всё сразу надо от меня.

– Шурик! Тебе завтра надо сходить в школу. – сказала мама, когда пришла из Районо. – С тобой хотят поговорить учителя о твоих способностях в школе. Завтра в девять часов утра в школе педсовет на тему успеваемости.

– Хорошо! Мама! Схожу обязательно. – согласили с решением педсовета. -Сам хотел завтра сходить в школу, узнать в каком классе буду учиться.

Мне повезло, что у Казаровых Вовке и Любы были какие-то свои дела в Курджиново.

Мы с вечера договорились, что в шесть часов утра выйдем из дома. Вначале сходим по делам Казаровых.

В десять часов утра в школе педсовет. Когда узнаем в каком классе мне в этом году учиться. После пойдём знакомится с будущими одноклассниками. Вовка и Люба знают всех своих ровесников в школе.

Когда к семи часам утра пришли в Курджиново, то пошли на автобазу узнать номер автобуса, который завтра будет перевозить школьников в пионерский лагерь.

– Выходит, что до вашего возвращения из пионерского лагеря буду один на нашей территории? – поинтересовался скорбным тоном. – Буду за няньку у своих братьев и вашей сестры. Представляю, как они меня перевоспитают.

– Ты зря беспокоишься в Дубках и в Курджиново ты не будешь один. – решительно сказал Вовка. – Ни все наши ровесники уезжают в месте с нами.

– После педсовета тебя познакомим с нашими друзьями. – добавила Люба.

– Мне неизвестно сколько здесь автобусов. – сказал Казаровым, когда мы вышли с автобазы. – Но на этом автобусе наша семья прибыла из Псебая.

– Вообще-то в Курджиново имеется несколько автобусов. – размышляя над моим вопросом задумчиво ответил Вовка. – Наш посёлок стоит на перекрёстке дорог. По частям света. Во все стороны имеются по два автобуса.

– К нам также приходят автобусы из других районов. – добавила Люба. – В школе тоже есть автобусы, которые возят учеников из местечка и Дубков.

Пока ходили по делам Казаровых пришло время педсовета в школе. Городские двухэтажные школы, в которых мне довелось учиться, отличаются от одноэтажных сельских школ. Длинное одноэтажное здание сельской школы в длину разделена коридором по длине.

По сторонам коридора классы. В конце коридора с левой стороны женский туалет. С правой стороны в конце коридора мужской туалет. За зданием школы разделены коридорами от классов, зал столовой с кухней и огромный спортивный зал. Перед зданием школы с правой стороны огромный плац к построению на линейку.

Над плацом навес от дождя и снега. С левой стороны спортивная площадка к футболу, волейболу и баскетболу. Там же у забора школьной территории здание с библиотекой, красный уголок и спортинвентаря.

По центру школьного здания крытая веранда. Дальше небольшой коридор с левой стороны раздевалка для девочек.

С правой стороны раздевалка для мальчиков. Дальше с левой стороны кабинет учительской. С правой стороны кабинет директора школы. В учительскую проходят ученики.

– К вам можно зайти? – открываю дверь в учительскую, громко спрашиваю.

– Конечно! Можно! Проходите! – громко мне говорит солидная женщина.

"Наверно, завуч?" – думаю так, определяя на вид должность женщины.

Робко вхожу в кабинет. Оглядываюсь по сторонам. Огромный кабинет. У стен столы учителей. В большинстве женщины и один мужчина. Наверно, физрук? Учителя ровесники моих родителей? От тридцати до сорока лет.

По середине кабинета стулья с учениками. Наверно, их на осень оставили?

– Меня зовут Вера Андреевна Степанова – завуч школы. – назвала себя солидная женщина. – В начале послушаем вновь прибывшего. Назовите себя.

– Александр Сергеевич Черевков 28 ноября1946 года рождения. – стал серьёзно отвечать под общее хихикание. – Ученик 6-го класса средней успеваемости, учился в средней школе№1. Новый городок – Избербаш Дагестан.

– Вы, случайно, не поэт? – спрашивает меня совсем молоденькая училка

– До тёзки слишком далеко. – понимаю намёк в свой адрес. – Но, пробую.

– Прочтите нам что-то свежее своё. – допытывается любопытная училка.

– Когда-то нужно начинать. – отвечаю не смущаясь. – Мой стих про Жабу -

Солнце скрылось, нет жары. Вышла жаба из норы. Кожа пупыристая, а глаза глазастые. Жабе очень нужен. Червячок на ужин.

– Почему червячок, а не комарик на ужин? – не унималась всё таже училка.

– Червячка хватит и на завтрак. – ответил ей. – Комарика и на ужин мало.

Присутствующие в кабинете стали смеяться и аплодировать. Училка поднялась с места и стала кланяться во все стороны, как успешная артистка на сцене. Хотя мне показалось, что аплодисменты принадлежат ни ей. Такого мнения были аплодирующие и сама "артистка", которая сконфузилась.

– Елена Викторовна! Хватит паясничать! – грозно, сказала завуч. – Вы не на сцене и не в классе. Хотя там тоже надо быть скромней. Сядьте на место!

Провинившаяся училка, словно нашалившая в классе ученица извинилась перед всеми. Садясь на свой стул от волнения, промазала мимо и с грохотом свалилась на пол.

Притихшая было публика обратно взорвалась смехом. Елену Викторовну коллеги подняли с пола и сразу усадили на её стул.

– Всё! Коллеги! Успокоились! – серьёзно, сказала завуч. – Педсовет продолжается. Думаю, Александр, как ученик, нас не подведёт. Вопросы есть?

– Есть! – поднялась молоденькая училка. – Мне сказали, что он художник.

– "Стрельниковы меня и здесь достали." – подумал молча в знак согласия.

– Александр! В какую смену тебе лучше учиться? – поинтересовалась Вера Андреевна. – Первая смена с 8 до 13 часов. Вторая смена с 14 до 20 часов.

– Мне всё равно в какую смену. – ответил безразлично. – Одну половину дня занятие в классе на уроках. Вторую половину дня в красном уголке художником за ватманом. Все мои учебные годы были одинаковые в школе.

– Вообще-то ты прав. – с грустью сказала завуч. – В этом мы с тобой коллеги. У меня тоже школа работа и дом родной. Пойдёшь во вторую смену в 6-й "Б" класс. В класс Елены Викторовны Федотовой. Вы с ней уже знакомы. Характером похожи. С такими же нагрузками на целый день. Не забывай, что в отличии от других учеников учебный год у тебя на неделю раньше. На этом мы с тобой прощаемся. До встречи в новом учебном году.

Мне больше не о чем было говорить на педсовете. Попрощался со всеми знаком приветствия и вышел из школы, где там на спортивной площадке ждали меня Казаровы. С ними с десяток пацанов и девчонок. Здесь всё понятно, это друзья и одноклассники Казаровых. С сегодняшнего дня и мои.

– Со слов Стрельниковых ты должен быть другим. – заметил Киров Степан при моём знакомстве с местными пацанами. – С тобой можно дружить.

– Не буду выяснять, что обо мне сказали братья Стрельниковы. – обратился с просьбой к новым друзья. – У меня к вам одна просьба. Позовите Витьку и Вовку на улицу. К ним есть мой персональный вопрос на данное время.

Заходить в гости к Стрельниковым считал не прилично устраивать драку в чужой квартире. Сам буду их звать на улицу, так они никогда не выйдут на мой вызов.

Боятся, что побью их публично. Таким образом опозорю братьев перед местными пацанами. Так что лучше хитростью их вызвать.

– Ну, что Стрельниковы! Рассказывайте! Кто из вас болтанул, что вновь прибывший художник? – обратился к обоим, когда они вышли на улицу.

Коротышка Вовка украдкой показал пальцем на верзилу Витьку. Так как до физиономии Витьки сложно дотянуться, то мне пришлось вначале провести ему удар в живот.

Когда он согнулся от боли, то следующий удар провёл в челюсть. Вовке тоже врезал по морде, чтобы он не ябедничал. На своего брата. Они оба были сексотами, поэтому у них не было друзей.

– В школе будете помогать оформлять стенгазету. – подсказал им на будущее. – На моих уроках по рисованию. Вы станете хорошими художниками.

Витька и Вовка в присутствии ребят согласились с моим предложением. После чего на мировую мы пожали друг другу руки. Затем пошли в парк отдыха, чтобы там сообща обсудить свои мероприятия на время летних каникул. В это время мне пришлось прислушиваться к моим новым друзьям.


3. Шайтан гора.

После того как Казаровы Вовка и Люба уехали отдыхать в пионерский лагерь, то мне стало скучно дома находится одному. Наша общая малышня – Сергей, Юрка и Рая целый день заняты своими детскими играми. Наши отцы с утра на работе. Мамы тоже заняты своими домашними делами.

Рядом с нашими домами сельская местность "Верхние Дубки" и "Нижние Дубки", дальше еврейское местечко. В поселениях между Дубками живут кришнаиты из Индии семьи как сектанты или как отшельники.

Коровы у них относятся к святым. В семьях не едят мясо и рыбу, все вегетарианцы. Кришнаиты не общаются с посёлком Курджиново. Там в общине у них, наверно, свой поселковый совет?

Вполне возможно, что даже своя школа есть? Никто никогда не видел, чтобы мёртвых хоронили. Говорят, что они трупы сжигают, а после кости закапывают у себя в саду или прямо у дома.

– Мама! У меня свои дела в Курджиново. – отпросился у мамы из дома.

– Хорошо, иди! – согласилась мама. – На обратному пути купи батон хлеба.

Мама дала деньги на хлеб с расчётом на мороженое мне на сдачи. Конфеты не очень интересуют, а мороженое всем нравится. Особенно пломбир в сельской местности.

В сельской местности любое мороженое вкуснее, чем в городе. Здесь мороженое пахнет парным молоком, мёдом и маслом. От нашего дома до центра в Курджиново будет расстояние в три километрах.

Можно идти по трассе или по шпалам узкоколейки. Каму как нравится. В любом случае можно пройти это расстояние за полчаса. Свежий воздух. Птички песни поют. Можно встретить тут диких животных в лесу.

До моего приезда в Курджиново местом встречи ребят в летние каникулы был небольшой парк отдыха, который парком назвать сложно. Вокруг Курджиново огромный естественный лес с далеко неизученными местами. Даже старожилы ни всё знали о красивой природе в этих местах.

– Пацаны! Сходить в лес по грибы и ягоды неинтересно. – начал издалека, после обмена приветствиями. – Всё это есть в лесу возле нашего дома. Хочется побывать там, где не ступала нога человека в пределах разумного.

– Так это тебе надо добираться на крайнюю точку северного или южного полюса – ухмыляясь, подсказал Киров Семён. – Можно в глубины океана.

– Туда успеем, когда подрастём. – отложил предложения Степана. – Думаю, что на расстоянии одного дня ходьбы тут можно найти что-то интересное.

– Вообще-то такие места имеются. – сказал коренастый Лайба Хуциев. – Мой дедушка Шуган говорил, что в юго-западном направлении есть Шайтан гора. Кто там был, в другом месте ничего подобного больше не видел.

– Ну, что там было? – поинтересовался Вася Максюта. – Расскажи нам это.

– Такой вопрос задал деду. – пояснил Лайба. – Он сказал мне, что когда там будешь, то сам узнаешь. Пока не с кем туда идти. Одному опасно идти.

– Твой дедушка очень умный человек. – пришлось мне поддержать Лайба. – Поэтому мы в воскресенье пойдём туда. Надо уточнить маршрут похода.

Ближе всех к нашему парку жил Егор Бердяев. Он сбегал домой за географической картой нашего региона. Наш маршрут находился между реками Большая Лаба и Бешеная.

Дальше за лесным урочищем. Совершенно безлюдное место. На расстоянии десятков километров нет ни одного населённого пункта всюду густой лес. До самого предгорья у реки Малая Лаба.

Вопрос о выборе командира отряда не стоял вообще. Мне одному удалось побывать в горах, когда мне было три года. Отцу надо было ехать в горы на инвалидной коляске собирать оригиналы на фотопортреты.

У мамы в колхозе надо было зарабатывать трудодни. У родственников свои дела. Моя первая поездка в горы с отцом прошла вполне успешно. Моё присутствие с отцом в горах, как талисман в его работе.

Горцы с искренней радостью встречали меня в своих домах. Угощали меня разными сладостями и подарками. Делали большие заказы на портреты детям и взрослым.

За год до поступления в школу совершил несколько попыток покорить вершины рядом с Гудермесом. Вообще-то меня больше интересовали не вершины, а приключения.

Руководителем первого похода за приключениями за городом к речке был тогда, когда первый раз пошёл в первый класс.

Затем в Новом городке в Избербаше с друзьями в течении пяти лет были школьные летние каникулы с многочисленными походами в поисках приключений.

Никому никогда не рассказывал о руководстве в походах. Братья Стрельниковы разболтали о походах. Хотя сами в них не участвовали.

– Мы с вами в поход не пойдём, – как всегда, сказал Витька Стрельников. – Должен кто-то вас подстраховать, если вы заблудитесь в своём походе.

– Вообще-то Витька прав. – согласился за всех Керимов Султан. – Мало что может случиться с нами в походе. Вы до похода нас не сдайте родителям.

Все разом стали смеяться над шуткой Султана. Дальше вопросы похода обсуждали без братьев Стрельниковых.

У них появились дома какие-то неотложные дела. Они оставили нас без своего особого внимания.

Хотя нам неинтересно было их присутствие. Кто ни с нами тому тайны не нужны. У нас оказалось очень много интересных взглядов на поход к Шайтан горе.

– Расчётный поход одна неделя. – стал объяснять друзьям условия похода. – Продукты на две недели. С собой сухой паёк, как в армии. Завтрак и ужин на месте привала на ночь. Обед вокруг нас – сезон спелых плодов и ягод. Обязательно лёгкое снаряжение. Общий вес не больше пяти килограмм.

– У нас нет легенды на поход. – напомнил Михеев Иван. – Как объяснимо родителям, куда мы собрались на пару недель. У меня строгие родители.

– Лично у меня нет никаких вариантов. – как бы извиняясь объяснил друзьям. – Недели нет как мы сюда приехали. Рядом родственники не живут.

– У меня есть вариант. – сказал Керимов Султан. – Как раз по нашему маршруту, километров пять отсюда, наш родственник пасёт овец на альпийских лугах. Там есть речка. Могу родителям сказать, что мы идём туда на рыбалку и спелые ягоды собирать. Там есть кошара и места отдыха нам.

– Вообще-то это и без легенды хорошее место. – поддержал Мирон Ситен. – Если не найдём по маршруту Шайтан гору, то можно там остановиться.

– Не забывайте, что мы живём в такой климатической зоне, где в любое время может быть дождь? – напомнил друзьям. – Поэтому не забудьте взять плащ или какую-то накидку от дождя. Спички и зажигалки не помешают.

На этом мы закончили обсуждать наши сборы покорять Шайтан гору. Разошлись по домам.

Договорились выйти в поход в шесть часов утра из этого парка. Так как моё место жительства находится в трёх километрах от парка, то мне придётся выходить из дома в четыре часа утра, а то раньше.

В отличии от пацанов из нашего отряда мне не надо было заново готовиться в поход. Все свои снаряжения в поход каждый раз усовершенствовал и обновлял.

Ко времени нашего отъезда в Курджиново у меня было всё так укомплектовано, что можно было совершать любой поход по суше и воде. Всё моё походное снаряжение прибыло контейнером к нашему дому.

В поход решили идти десять человек – Киров Семён, Лайба Хуциев, Вася Максюта, Егор Бердяев, Саша Черевков, Керимов Султан, Антюхин Павел, Кац Фима, Мирон Ситен, Михеев Иван – у кого не было проблем с родителями и со здоровьем. Ровно в шесть часов утра мы готовы к походу.

– Значить так, пацаны, во время похода не отстаём друг от друга. – стал объяснять друзьям порядок похода. – В лесу дистанция друг от друга на расстоянии трёх метров. В открытом пространстве дистанция до десяти метром. Если кому-то приспичило, то отряд ждёт в стороне, чтобы не потерялся. Короткий привал каждый час не больше пяти минут. Большой привал с ночёвкой за час до наступления сумерек. Порядок ночёвки на месте.

Первый день нашего похода прошёл нормально. Без всяких приключений и без встречи с дикими животными. Иногда, в гуще леса были какие-то шорохи или звуки, не понятные нам.

Мы сразу собирались в круговую защиту с оружием наготове. Начинали громко петь пионерскую песню. Мы ни знали как к нашим песням относятся дикие животные.

Но то, что среди них были любопытные, это узнали с первой песни. Наша песня похожая на рёв заинтересовала группу горных коз, которых мы испугались в лесу.

Рядом с нами была небольшая опушка леса, поросшая сочной травой. Видимо стадо горных коз направлялось через заросли леса на пастбище к опушке леса. Вполне понятно, что шум в лесу мы приняли за опасность.

Поэтому в целях собственной защиты с оружием в руках, мы стали реветь своё песню. Когда козы вышли на поляну, то просто с любопытством посмотрели на нас и как ни в чём не бывало принялись жевать сочную траву.

Мы от души посмеялись над своей трусостью. С новой задорной песней про козлика строем прошли вблизи стада смелых горных коз. Через пару минут за опушкой леса направились к альпийским лугам, расположенным в долине между небольшими горными вершинами, поросшими лесом.

На другой стороне альпийских лугов находилась огромная отара овец, охраняемых большими собаками кавказских овчарок.

При виде отары овец мы прекратили петь свою песню, чтобы не испугать овец и не спровоцировать собак на защиту своих овец. Такие хищники любого могут разорвать.

– Салам алей кум! Исмаил! – радостно, сказал Керимов Султан, когда к нам со стороны отары овец в окружении собак вышел чабан в чёрной бурке.

– Алейкум Ассалам! Султан! – приветливо ответил чабан, принимая гостя.

Наша группа присела на траву. Так принято в горах, чтобы собаки признали нас гостями, а не врагами. Собаки обошли нас со всех сторон с серьёзным видом. Они обнюхали каждого с подозрением. Не обнаружили от нас никакой опасности.

Лизнули наши руки и смело улеглись у наших ног. Мне неизвестно на каком языке общались Исмаил и Султан.

В Дагестане на таком языке не говорят. Местные языки мне неизвестные. В этих краях больше десятка разных языков, которые не входят в группу тюркских языков.

Не знаю как отец сможет по работе общаться с местными горцами. Наверно, родственники давно не встречались? Им было о чём поговорить. Султан даже забыл о нашем присутствии рядом с отарой овец.