Александр Бразицкий
Волшебный сон

Глава 1. Необычное утро

Лену резко вырвало из сна ослепительное полотно света, пылающее за стеклом. Она, морщась, нащупала на прикроватном столике очки. Мир обрел четкие очертания, но время – нет. Часы показывали без пятнадцати шесть. Сердце екнуло. Ее внутренние будильники, годами настроенные на девять утра, взвыли в унисон, заливаясь тревогой. «Что за чудо?» – беспомощно прошептала она в непривычно яркую тишину комнаты.

Встав под душ, она почувствовала странное беспокойство, легкую щемящую тоску. Было ощущение, что сегодняшний день не должен пройти, как все остальные. Решив поддаться внутреннему импульсу, она надела старые джинсы, удобные кроссовки и, накинув рюкзак на плечо, вышла на улицу, даже не позавтракав.

Воздух был свеж и прозрачен, как хрусталь. Москва, обычно громкая и суетливая, замерла в предрассветной дремоте. Солнце только поднималось над крышами, и его косые лучи золотили капельки росы на траве. «Словно в сказку попала», – мелькнула бессмысленная мысль. Ноги сами понесли ее вперед, в знакомый с детства парк – прочь от дома, от реальности, которая вдруг стала такой хрупкой.

В парке было безлюдно и непривычно тихо. Пение воробьев казалось оглушительным хором. Проходя мимо ржавых, давно заброшенных качелей, она вдруг замерла. Что-то зацепило ее взгляд, какая-то игра света. Воздух над сиденьем самой дальней качели дрожал и искрился, словно над раскаленным асфальтом.

«Показалось, наверное», – решила Лена, но любопытство оказалось сильнее. Она подошла ближе и осторожно протянула руку.

Мир взорвался светом и цветом. Земля ушла из-под ног, в ушах зазвенела оглушительная тишина. Лена инстинктивно зажмурилась, а когда открыла глаза, то поняла, что сидит не на качели, а на холодном каменном полу.

Ее окружала круглая комната без окон. Стены из грубого песчаника были покрыты резными фресками, изображавшими драконов и воинов в доспехах, не похожих ни на какие земные. Воздух пах пылью, воском и чем-то еще – озоном и старой магией. Его освещали свечи в массивных канделябрах. В центре стоял огромный дубовый стол, на котором была вырезана карта незнакомых земель с причудливыми названиями.

– Ты кто? И что здесь делаешь? – раздался над ее головой хриплый, безжизненный голос.

Лена вздрогнула и вскочила на ноги.

– Я… Лена. Оказалась здесь случайно. Где я?

– В Сердце Мира. Доме-Хранители. Ты призвана, Лена. Беда ступила на земли Шемавера, и мир призвал того, кто может ее остановить.

Паника, острая и холодная, сжала ее горло. «Домой, мне нужно домой!»

Лена сглотнула ком в горле.

– Я… Я не понимаю. Домой… Мне нужно домой!

– Домой ты сможешь вернуться, лишь выполнив свое предназначение, – прозвучал ответ, и в его безжизненности было нечто ужасающее. – Беда ступила на земли Шемавера.

– Какое предназначение? Я студентка, а не… не герой! – голос ее сорвался. Это был крик загнанного в угол зверька.

– Прими этот дар.

На столе материализовался серебряный кулон с крупным аметистом.

– Это твое убежище. Однажды днем и однажды ночью ты можешь вернуться сюда, чтобы восстановить силы. Он даст тебе пищу, кров и безопасность. А теперь… готовься.

Прежде чем Лена успела что-то сказать, в ее сознание хлынул поток образов, звуков и знаний. Она узнала алфавит Шемавера, увидела его расы – людей, гномов, эльфов и орков, почувствовала искажение, темное пятно, разъедающее реальность. Зло, имя которому – Аваал.

Когда видения отступили, она была одна. На столе лежала кожаная книга-путеводитель, а на карте пульсировала светящаяся точка. «Этравер». Ближайший город назывался Зимолойл.

Судьба была назначена. Путь – указан.

В тот миг, когда Лена исчезла с качелей, прохожий, гулявший с кошкой, замер от изумления. Воздух над пустым сиденьем задрожал, и на землю упал странный кристалл, испещренный незнакомыми рунами. Кошка замяукала и отпрянула, а мужчина поднял теплый камень, чувствуя, как по его руке бегут мурашки.

Глава 2. Зимолойл и Орк по имени Саша

Дорога до Зимолойла заняла весь день. Пейзажи Шемавера были одновременно прекрасны и чужды. Слишком уж яркие цвета, слишком чистый воздух. Лена шла, механически пережевывая «наколдованный» домом хлеб, и пыталась осмыслить произошедшее. Попасть в другой мир? Стать «Избранной»? Это было похоже на плохой плохой роман в жанре фэнтези.

Зимолойл оказался небольшим, сонным городком, обнесенным частоколом. Люди в ярких кафтанах и сандалиях лениво бродили по улицам, с любопытством поглядывая на ее странную одежду, но не задавая вопросов. В воздухе витала апатия, словно все жители находились под легким снотворным.

Таверна «Пьяный Ёж» встретила ее полумраком и запахом прокисшего эля. За стойкой стоял угрюмый трактирщик, а в углу, закинув ноги на стол, сидел тот, чья внешность не оставляла сомнений – орк. Высокий, с зеленоватой кожей и мощными клыками, он был с головой укутан в плащ, но его выдавали огромные руки в стальных перчатках и двуручный меч, прислоненный к стене.

Лена, собрав остатки смелости, подошла к стойке.

– Добрый вечер. Можно… меню?

– Отбивная и эль. Или уходи, – буркнул трактирщик.

В этот момент орк поднял на нее взгляд. Его глаза были не злыми, а усталыми.

– Ее счёт – на мне, – его голос был глухим, как удар гонга. – Садись, Елена. Я тебя ждал.

Лена осторожно опустилась на стул напротив,

– Вы… знаете мое имя?

– Всё знаю. И то, что ты попала сюда через портал у качелей, и то, что Дом дал тебе аметист. Меня зовут Саша.

– Саша? – невольно переспросила Лена.

– Слишком сложно выговаривать мое родовое имя на общем наречии, – усмехнулся орк. – Да и не звучит оно так… по-домашнему

Он откинул капюшон, и Лена увидела его лицо – испещренное шрамами, но с умным, пронзительным взглядом.

– Я вызвал тебя. Активировал портал, когда чары Аваала достигли критической точки. – Он посмотрел на нее прямо, и в его усталых глазах она увидела не злорадство, а тяжелую, неподъемную вину. – Да, я выдернул тебя из твоего мира. Против твоей воли. И за это я несу тяжесть. Но иного пути не было.

Он достал из походной сумки старый, потрепанный манускрипт.

– Это – пророчество. В нем тринадцать имен. Ты – последняя. Остальные… пали. Аваал, падший архонт, наложил на Шемавер заклинание Равнодушия. Люди, эльфы, гномы… они медленно теряют волю, эмоции, способность к сопереживанию. Мир угасает. Лишь орки и темные эльфы, чья магия основана на силе воли, пока сопротивляются.

Лена смотрела на список имен. Ее имя было в самом низу. Предыдущее – какая-то Анна – было с трепетом вычеркнуто.

– Почему я? Что я могу сделать?

– Для начала – дойти до Кридасона. Там находится Храм Выбора. Он определит твой путь и откроет твои скрытые силы. А я…, я буду тебя сопровождать. Это мой долг и моя искупительная жертва за тех, кого я не смог уберечь.

В его голосе звучала такая неподдельная боль, что у Лены сжалось сердце. Она кивнула.

– Хорошо. Но сначала – я должна вернуться в Дом. Мне нужно… все это переварить.

Лена молчала, переваривая сказанное. Гнев кипел в ней вместе со страхом. Ее использовали как пешку.

– А если я откажусь? Прямо сейчас повернусь и уйду?

Саша медленно кивнул.

– Отведу тебя к порталу сам. Но он работает в одну сторону. Ты вернешься в свой мир, но Дом-Хранитель закроется для тебя навсегда. А этот мир… – он мотнул головой в сторону заоконной тьмы, – будет обречен. Выбор за тобой, Елена. Всегда был.

Дороги в дом не случилось, времени было в обрез.

Глава 3. Темная Странница и Первая Кровь

Следующие несколько дней они шли по предгорьям, направляясь к Кридасону. Саша оказался молчаливым, но надежным спутником. Он учил ее основам выживания в этом мире, показывал съедобные растения и рассказывал о политике Шемавера.

– Ты не первая, – мрачно сказал Саша. – Анна… та, что до тебя, сошла с ума от видений. Она начала видеть врагов в союзниках. Мне пришлось… – он замолчал, смотря в пустоту. – Иногда быть Избранным хуже, чем быть мертвым.

Однажды их путь пролег через каменистую пустошь. Внезапно с запада донеслись крики и звуки магических разрядов. Обогнув скалу, они увидели поле боя.

Пятеро всадников в черных доспехах сжимали в кольцо одну-единственную фигуру – девушку в темных одеждах. Та отчаянно отбивалась, посылая в атакующих сгустки фиолетовой энергии, но ее щит уже трещал по швам.

– Слуги Аваала! – рыкнул Саша и, не раздумывая, ринулся в бой.

Его меч описывал смертоносные дуги. Он двигался с невероятной скоростью для своего размера. Лена, застыв в ужасе, смотрела, как первый всадник рухнул с рассеченным плечом. Кровь, алая и яркая, брызнула на камни. Ее запах ударил в нос – медный и тошнотворный. У Лены подкосились ноги. Это было не похоже на кино. Это было ужасающе реально.

Через минуту все было кончено. Саша, тяжело дыша, стоял над телами. Он подошел к спасенной. Та откинула капюшон, открыв лицо с острыми чертами и длинными заостренными ушами. Темный эльф.

– Привет, Саш. Опять меня выручаешь, – она вытерла с губ кровь и улыбнулась. Ее взгляд упал на Лену. – А это, надо полагать, наша последняя надежда? Привет, Лена. Меня зовут Даша. Опусти меч, богатырь, все чисто.

– Ты все так же безрассудна, Даша, – проворчал Саша, очищая клинок. – Куда направилась одна?

– В Кридасон, к новому магистру. Говорят, он не тронут чарами Аваала. Хочу кое-что у него выяснить. А вы?

– Похоже, наш путь общий, – сказала Лена, наконец-то найдя голос. Вид крови все еще стоял у нее перед глазами.

Даша легко вскочила на ноги.

– Отлично! Втроем веселее. А то эти ублюдки, – она кивнула на тела, – попросили закурить, а когда я сказала, что не курю, обиделись. Некультурные.

Лена смотрела на эту странную пару – уставшего орка-философа и жизнерадостную эльфийку-сорвиголову. И впервые с момента попадания в этот мир ей стало не так страшно.

Глава 4. Храм Выбора

Кридасон был настоящей твердыней. Высокие стены, заполненный водой ров, строгие, но безразличные стражи на воротах. Внутри возвышались десятки башен, упирающихся в небо. Самая высокая из них и была Храмом Выбора.

Войдя внутрь, Лена ахнула. Пространство храма было бесконечно огромным, его своды терялись где-то в вышине, в туманной дымке. В центре залы стоял единственный объект – простой каменный алтарь.

– Тебе туда, – тихо сказал Саша. – Мы будем ждать снаружи.

Сердце Лены бешено колотилось. Она подошла к алтарю и положила на него ладони.

Камень под ее руками вспыхнул ослепительным светом. Ее сознание погрузилось в хаос. Перед ней проносились образы: шары пламени, испепеляющие города; молнии, рассекающие небо; ураганы, вырывающие деревья с корнем. Стихии разрушения требовали, чтобы она выбрала одну из них.

Но где-то на самом краю этого хаоса, в тихом уголке ее разума, мерцал другой образ: простая деревянная чаша, обвитая змеей, из которой прорастал целебный цветок. Этот образ излучал спокойствие и надежду.

«Вот этот, – мысленно прошептала Лена. – Я выбираю это».

Буря стихий мгновенно утихла. Громовой голос, прозвучавший прямо в ее разуме, возвестил:

«ТЫ БУДЕШЬ БОЕВЫМ ЦЕЛИТЕЛЕМ. ТВОЙ ПУТЬ – ПУТЬ ЖИЗНИ В САМОЙ СЕРДЦЕВИНЕ СМЕРТИ. ТЫ БУДЕШЬ НЕСТИ ИСЦЕЛЕНИЕ СОЮЗНИКАМ И СТАНОВИТЬСЯ СИЛЬНЕЕ ОТ РАН ВРАГОВ. ДА ПРЕБУДЕТ С ТОБОЙ СИЛА СОЗИДАНИЯ».

Свет погас. Лена отшатнулась от алтаря, чувствуя, как ее тело наполняется новой, незнакомой энергией. Она ощущала каждую клеточку своего тела, каждый ток крови. Она знала, что теперь может направлять эту энергию – затягивать раны, сращивать кости, укреплять дух.

Она вышла из храма. Саша и Даша ждали ее.

– Два часа, – сообщил орк. – Кем стала?

– Боевым целителем, – выдохнула Лена.

Саша уважительно кивнул, а Даша лукаво улыбнулась.

– Отлично! Теперь ты наша главная ценность. Береги ее, Саш, а то я, как всегда, в самой гуще боя.

Глава 5. Уроки Мастера и Экзамен в Подземелье

Следующие недели пролетели в интенсивном обучении. Мастер Аэлион, пожилой эльф с глазами цвета ясного неба, учил Лену управлять ее даром.

– Ты не просто лекарь, – говорил он, пока Лена с усилием удерживала вокруг своей руки сияющую ауру. – Ты – щит и опора. Ты будешь чувствовать боль своих союзников, как свою собственную. Ты должна научиться отделять ее от себя, иначе она сожжет тебя изнутри. Твоя сила – в сострадании, но твоя защита – в эмоциональной стене.

– Помни, каждое исцеление имеет свою цену, – предупредил Аэлион. – Ты берешь боль других в себя. Если не научишься отпускать ее, она съест тебя изнутри. Я видел, как великие целители превращались в пустые оболочки, неспособные чувствовать даже радость.

Лена училась: накладывать щиты, исцелять порезы на тренировочных манекенах, создавать волны очищающего света. Магия была тяжелой, но удивительно интуитивной. Она чувствовала ее правоту каждой фиброй своего существа.

Наконец, настал день экзамена. Аэлион привел ее к маленькой, неприметной башне на окраине города, завязал ей глаза и повел вниз по бесконечной винтовой лестнице.

– Отсюда начинается твой путь, – сказал он, развязывая повязку. – Обратной дороги нет. Действуй так, как подсказывает сердце и разум. Вот тебе меч. На всякий случай.

Он исчез, и тяжелая каменная дверь захлопнулась за его спиной. Лена осталась одна в небольшой камере с единственной другой дверью напротив. Она глубоко вздохнула и сделала первое, чему научил ее Мастер – наложила на себя несколько защитных чар. Воздух вокруг нее затрепетал серебристым свечением.

За дверью оказался длинный темный коридор. Сделав несколько шагов, она услышала сухой, костяной шелест. Навстречу ей, лязгая челюстями, бежал скелет с заржавленным мечом.

Сердце Лены ушло в пятки. Это не был манекен. Это был монстр. Его пустые глазницы смотрели на нее с немым желанием убить.

«О, Боже…» – прошептала она.

Инстинкт взял верх над страхом. Она резко выбросила руку вперед, и в грудь скелета ударил сконцентрированный сгусток целительной энергии. Для живого существа это был бы исцеляющий поток, для нежити – ослепительный свет солнца.

Скелет остановился, его кости на мгновение ярко вспыхнули, а затем рассыпались в кучу праха и костей. В воздухе запахло озоном и жженым пергаментом.

Лена стояла, тяжело дыша, и смотрела на свою дрожащую руку. Она сделала это. Она выжила.

Но коридор уходил дальше, в темноту. Где-то впереди слышался новый, более грозный рык. Ее испытание только начиналось.

Глава 6. Собрание Сил

В перерывах между тренировками и советами Лена находила странное утешение в самом неожиданном месте – маленькой палатке на отшибе лагеря, где жила девушка по имени Дарья. Она не была ни воином, ни магом. Она собирала травы.

– Твой чай пахнет домом, – как-то раз заметила Лена, сжимая теплую кружку.

– Это потому, что он из крапивы и иван-чая, – улыбнулась Дарья. – Простые вещи. Они везде одинаковы. Даже между мирами.

– Как ты…?

– Вижу странное в тебе? – Дарья усмехнулась. – Мир говорит с теми, кто готов слушать. Ты полна шума, Лена. Битв, пророчеств, страха. Но под всем этим… я слышу тихий, упрямый росток. Жизнь, которая хочет просто жить. Не забывай о нем.

Эта беседа была короткой, но после нее Лена чувствовала себя прочнее. Как будто кто-то напомнил ей, ради чего, в самом основании всего, она все это терпит.

Пока Лена проходила свои испытания в подземелье, Саша не терял времени. Он отправил магических гонцов во все уголки Шемавера, которые еще не поддались Равнодушию. Его призыв был прост: «Последняя Избранная здесь. Ей нужны союзники. Приходите в Кридасон».

И они приходили. Сначала это были небольшие группы – отряды вольных охотников-орков, кланы темных эльфов, предпочитавших действовать из тени. Затем прибыли гномы-рудокопы с севера, чья ярость была сильнее чар апатии. Даже несколько людей, сумевших сохранить свою волю, пробрались в город – отшельники, мистики, бывшие солдаты, в чьих глазах еще горел огонь.

Среди гномов-рудокопов с севера выделялся невысокий, но широкоплечий гном по имени Грод. Он был молчалив и редко смотрел в глаза, а его пальцы, привыкшие к точной работе с механизмами, теперь нервно перебирали складки своего засаленного кожанка. В отличие от своих сородичей, чья ярость горела ярким пламенем, Грод казался угасшим углем. Его семья – жена и двое сыновей – осталась в одном из горных поселений на границе земель, уже тронутых Чар равнодушием. Каждую ночь он выходил на стену и смотрел на север, пытаясь разглядеть в темноте хоть проблеск знакомого огонька, но видел лишь непроглядную тьму. Он присоединился к сопротивлению не по зову сердца, а от безысходности, надеясь, что общая победа как-то защитит его родных. Но с каждым днем надежда таяла, сменяясь гнетущей, холодной тяжестью на душе.

Среди прочих, Саша заметил одинокую фигуру, стоявшую в тени арочной галереи. Высокий воин в походном плаще, лицо его скрывал капюшон, но через плечо виднелась рукоять невероятно большого клинка, похожего на гибрид меча и косы. Что-то знакомое и древнее исходило от этого воина. Подойдя ближе, Саша встретился с ним взглядом. Глаза под капюшоном были цвета старины и пепла.

– Меня зовут Паша, – голос его был глух и спокоен. – Я – последний из Ордена Палачей Бездны. Мы были первыми, кто поднял меч на Аваала, когда он лишь начинал простирать свою тень. Орден пал. Я выжил лишь для того, чтобы исполнить наш долг. Я буду наблюдать. И когда вы будете готовы бросить вызов ему по-настоящему, я найду вас.

Прежде чем Саша успел что-то ответить, воин развернулся и растворился в сутолоке лагеря, словно призрак.

Саша еще долго смотрел в ту сторону, где исчез незнакомец. В его словах не было угрозы, лишь холодная, неумолимая констатация факта, от которой по спине побежали мурашки. Этот воин был похож на лезвие, забытое в ножнах на тысячу лет, – все еще острое, но хранящее память о каждой битве, в которой оно побывало. В его глазах Саша увидел нечто знакомое – ту же пустоту, что была в его собственной душе после гибели Анны, но доведенную до абсолютного, философского предела. Это была не усталость от битв, а усталость от самого бытия, от бесконечного цикла войн и страданий. И в этой усталости таилась опасная, безразличная ко всему сила.

Кридасон, последний оплот сопротивления, постепенно превращался в армейский лагерь. Воздух гудел от разговоров на разных языках, звоне оружия и запахов экзотической еды. Здесь, у подножия Храма Выбора, зарождалось то, чего Шемавер не видел веками – настоящий союз рас.

Когда Лена, изможденная, но повзрослевшая, вышла из подземелья через три дня, ее встретила не только тройка ее друзей. Весь внутренний двор башни был заполнен воинами, магами, лучниками. И когда она появилась в дверях, они, как один, ударили оружием о щиты и доспехи. Этот грохот был громче любых слов. Это было признание.

Лена, все еще чувствуя на себе следы усталости и магии, смотрела на этих людей, эльфов, орков и гномов. Она видела в их глазах не равнодушие, покрывшее остальной мир, а надежду. На нее.

И впервые она почувствовала не страх, а тяжелую, взрослую ответственность. Она была их знаменем. Их последней надеждой.

Теперь ей предстояло оправдать это доверие. Поиски артефакта, способного противостоять Аваалу, только начинались.

Глава 7. Сердце Древних

Воздух в главном зале цитадели Кридасона был густым и напряженным, пахнущим дымом, кожей и надеждой. Лена, стоя на возвышении, смотрела на собравшихся вождей и старейшин. Рядом с ней, как скалы, высились Саша и Даша.

– Мы сильны духом, но одного духа мало против магии Аваала, – голос Лены, еще недавно такой неуверенный, теперь звучал твердо. – Его чары Равнодушия – это щит, против которого наши мечи бессильны. Мы должны найти способ сломать его.

– Легенды говорят о Сердце Древних, – из толпы вышел седой как лунь гном с посохом. Это был старейшина Борис, хранитель родовых сказаний. – Это не камень и не кристалл. Говорят, это семя первого древа жизни, что росло в Эпицентре Мира до прихода Аваала. Оно способно очистить любую скверну и вернуть миру утраченные чувства.

– Аваал… когда-то он был величайшим из архимагов, – тихо сказал Борис. – Легенды гласят, что он пытался остановить Войну Древних, но увидел столько боли, что его разум не выдержал. Он решил, что единственный способ спасти мир – лишить его способности страдать. Его равнодушие – это извращенная форма милосердия.

– Где оно? – спросил Саша, его практичный ум уже искал путь.

– Место его упокоения стерто из памяти. Но сказания гласят, что путь укажет тот, чье сердце чисто, а намерения ясны. Оно лежит в Садах Безмолвия, – гном тяжело вздохнул. – Но Сады эти – не место для живых. Это царство застывшего времени, где нет ни звука, ни ветра, а сам воздух пожирает память и волю. Многие искали его. Никто не вернулся.

Тишина повисла в зале. Описание Садов Безмолвия ужасающе напоминало действие чар Аваала.

– Мое предназначение – нести жизнь, – тихо, но четко сказала Лена. – Если этот артефакт – воплощение жизни, то только я могу до него дойти. Мы попробуем.

Глава 8. Путь к Безмолвию

Их отряд был небольшим и проверенным: Лена, Саша, Даша и гном Борис в качестве проводника. Путь занял несколько недель. Они шли на восток, и по мере продвижения мир вокруг менялся. Краски тускнели, звуки становились приглушенными. Птицы не пели, звери не попадались на пути. Лес, в который они вошли, был величественным и мертвым. Листья на деревьях были идеально зелеными, но не шелестели. Воздух был неподвижным и густым, как сироп.

– Это Преддверие, – прошептал Борис. Его голос прозвучал неестественно громко в всепоглощающей тишине. – Дальше – только вам. Моя воля… слабеет. Я останусь здесь, на страже.

Лена кивнула, чувствуя, как на ее разум давит невидимая тяжесть. Она оглянулась на Сашу и Дашу. Лицо орка было напряжено, он сжимал рукоять меча так, что костяшки побелели. Даша, обычно улыбчивая, смотрела вперед с непривычной серьезностью.

– Готовы? – спросила Лена.

В ответ они молча кивнули.

Шаг за шагом они углублялись в Сады Безмолвия. Это место было прекрасно и ужасно одновременно. Цвели невероятные цветы, застывшие в одном положении, с них не падала роса. В ручьях текла вода, абсолютно прозрачная и без ряби. Даша попыталась произнести заклинание света, но звук ее голоса был поглощен тишиной, а магия рассеялась, не родившись.

Хуже всего была атака на разум. Лена чувствовала, как ее воспоминания становятся ватными, лица родителей – размытыми. Она сжала в кулаке аметистовый кулон, и слабый поток энергии из Дома помог ей очистить сознание.

– Держитесь! – крикнула она, но ее слова прозвучали как шепот. – Думайте о самом важном! О том, что вас держит здесь!

Саша мысленно повторял клятву, данную павшим спутникам. Даша вспоминала вкус краденых яблок из садов Кридасона и смех своих сестер. Они шли, цепляясь за свои якоря, как за спасательные круги.

Вдруг Лена остановилась. Она не видела пути, но чувствовала его. Ее дар целителя, ориентированный на потоки жизни, уловил слабую, едва заметную пульсацию в самом сердце этого мертвого места.

– Туда, – она указала в сторону, где, казалось, была лишь сплошная стена древних дубов.

Они обошли деревья и увидели вход в грот, скрытый завесами из лиан. Внутри грота стоял тихий гул, первый звук, который они услышали за много часов. И в центре, на каменном постаменте, лежал тот, кого они искали.

Это был не сам артефакт. Это был его Страж.

Глава 9. Испытание Жизнью

Страж был существом из коры, мха и света. Его форма напоминала древнего энта, но глаза сияли мягким, живым теплом. Оно не двигалось, но его голос прозвучал прямо в их сознании.

«Вы пришли за Семенем. Но оно не дается в руки. Оно признает лишь того, кто готов принять бремя жизни во всей ее полноте. Готовься, Целитель. Твое испытание – началось».

Пространство грота дрогнуло. Лена очутилась не в пещере, а в потоке видений.

Она увидела солдата с ужасной раной на груди. Ее инстинкты требовали исцелить его, но внутренний голос шептал: «Его время пришло. Его боль окончена. Позволь ему уйти с миром». И она, сжимая от боли сердце, прошла мимо.

Она увидела молодого Аваала, блестящего и прекрасного архонта, который от скуки и всеведения начал ставить жестокие эксперименты над миром. Искушение ненавидеть его, уничтожить было огромно. Но она увидела в нем не монстра, а заблудшую душу, истоки чьей боли уходили в глубь тысячелетий. И в ее сердце нашлась капля жалости к нему.

Она увидела Сашу и Дашу, падающих в бою. И вместо того, чтобы броситься к ним, она осталась на месте, направляя свою энергию на укрепление щита для всего отряда, доверяя их стойкости.

Испытание было не в силе магии, а в мудрости ее применения. В понимании, что жизнь – это не только исцеление, но и принятие смерти; не только любовь, но и прощение; не только защита одного, но и спасение многих.

Видения исчезли. Лена стояла на коленях в гроте, по ее лицу текли слезы. Она была опустошена, но очищена.

Страж склонился над ней. Из его груди вырос и распустился сияющий цветок. В его чашечке пульсировала крошечная капля света, похожая на росу.

«Ты не искала силы для себя. Ты искала исцеления для других. Ты поняла, что истинная жизнь принимает и свет, и тьму. Возьми Семя Чистой Жизни. Но помни: его сила временна. Оно рассеет чары Аваала лишь на короткое время и в ограниченном радиусе. Этого хватит, чтобы добраться до него. Но победить его ты должна будешь сама».

Лена осторожно протянула руку, и капля света соскользнула ей на ладонь. Она была невесомой и теплой, как первое дыхание весны.

Когда они вышли из грота, Сады Безмолвия вокруг них начали меняться. С ветвей упала первая капля росы. Где-то вдалеке прокричала птица. Жизнь возвращалась.

– Мы сделали это, – выдохнула Даша, и ее голос снова звучал ясно и звонко.

– Нет, – поправила ее Лена, глядя на сияющую каплю в своей руке. – Мы только получили шанс. Теперь начинается настоящая битва.

Они повернули обратно, к Кридасону, к своей армии. Теперь у них было оружие. И последняя надежда Шемавера вела их домой, чтобы начать решающий поход против Тьмы.

Глава 10. Энергия Эпохи Титанов

Возвращение в Кридасон было триумфальным. Увидев, как по пути следования отряда Сады Безмолвия вновь наполнялись жизнью и звуками, армия встретила Лену и ее спутников ликующими криками. На несколько дней в цитадели воцарилась надежда.

Но она была недолгой.

Лена поместила Семя Чистой Жизни в центр Зала Совета. Его мягкий свет рассеивал уныние в сердцах воинов, но его радиус действия был не больше самого зала. Как и предупреждал Страж, силы артефакта хватало лишь на локальную защиту.

– Чары Аваала подобны яду, что проник глубоко в почву мира, – на очередном совете мрачно констатировал гном Борис, изучая артефакт с помощью хитроумных линз. – Капля противоядия очистит лишь ту землю, на которую упадет. Чтобы исцелить весь Шемавер, нам нужен ливень. А для этого Семя должно расцвести.

– И как этого добиться? – спросил Саша, скрестив мощные руки на груди.

– Ему нужна энергия. Не та, что есть в нашем оскверненном мире, а чистая, первозданная, – Борис отложил линзы и развернул перед советом древний, испещренный чертежами манускрипт. – Легенды моих предков говорят о Реликтовых Зарядах – кристаллах, что были сердцами первых Стражей Мира, Титанов. Их осталось три. Они – единственное, что может дать семеню силу для Великого Очищения.

Даша свистнула, разглядывая схему.

– Звучит здорово. И где же эти батарейки?

– В местах силы, где когда-пали сами Титаны, защищая мир от первой Тьмы, – Борис ткнул корявым пальцем в карту. – Пламенное Сердце покоится в недрах вулкана Золград, в павших чертогах гномьего клана Огненной Кузни. Сердце Ледяной Вечности скрыто в библиотеке Темных Эльфов, в городе Инелион, что завешен в вечных льдах на севере. А Сердце Грозового Ядра находится на вершине Громовой Горы, в древнем святилище орков.

– Сила сердец не бесконечна, – предупредил Борис. – Каждое использование будет требовать эмоциональной отдачи. Если в сердце будет пустота, Семя может увянуть.

– Три заряда, три разных конца Шемавера, – мрачно подвел итог Саша. – Аваал наверняка чувствует наши приготовления. У нас нет времени на три отдельных похода.

– Тогда идем не одним отрядом, а тремя, – решительно заявила Лена. Ее слова прозвучали с неожиданной для нее самой командной нотой. – Мы разделимся. Каждая группа должна состоять из тех, кто лучше всего подходит для локации. Саша, ты и твои орки знаете путь на Громовую Гору. Даша, твоя магия и знание древних текстов помогут тебе в библиотеке эльфов. А я… – она глубоко вздохнула, – я проберусь в вулкан. Мой дар жизни, возможно, поможет противостоять его губительной силе.

– Один? Ни за что! – рыкнул Саша.

– Я пойду с ней, – вызвался Борис. – Мои предки строили шахты Золграда. Я знаю тайные пути. И мой племянник, Витя, лучший взломщик замков во всем Кридасоне, нам пригодится.

План был рискованным, но другого выбора не было. В тот же вечер три отряда покинули Кридасон, взяв с собой магические камни связи для координации. Гонка со временем началась.

Глава 11. Пламенное Сердце

Путь в Золград был адским. Воздух у подножия вулкана выжигал легкие, а земля обжигала подошвы даже через толстую кожу. Лавовые реки медленно ползли по склонам, и тени слуг Аваала – огненных элементалей – мелькали в мареве.

Лена, Борис и юный гном Витя пробрались внутрь через старый вентиляционный тоннель, известный лишь клану Бориса. Внутри вулкана было еще жарче. Стены дрожали от подземных толчков, а вдали слышался мерный, как удар молота, гул гигантских механизмов.

– Кузница, – пояснил Борис, вытирая пот со лба. – Еще до Чумы Равнодушия здесь ковали лучшие клинки Шемавера. Теперь же тут хозяйничают его приспешники.

Им пришлось прятаться за грудами шлака, пропуская патрули из закаленных в лаве големов. Наконец, они добрались до центрального зала – гигантской пещеры, в центре которой пылало озеро магмы. На каменном островке посреди него, на наковальне из черного обсидиана, пульсировал красным светом Заряд – Пламенное Сердце. Оно было похоже на огромный рубин, внутри которого бушевала миниатюрная звезда.

Но путь преграждал Страж – колоссальный голем из базальта и расплавленного металла. Его глаза полыхали темным огнем Аваала.

– Я отвлеку его! – крикнул Борис, выхватывая свой боевой молот. – Лена, Витя, делайте что должны!

Гном с громоподобным кличем бросился на голема. Лена поняла его замысел. Она не могла уничтожить такую конструкцию своим светом, но могла ее… перезарядить.

Пока Борис отчаянно фехтовал с големом, отскакивая от его сокрушительных ударов, Лена сконцентрировалась. Она послала в него не целительный поток, а чистую, нефильтрованную энергию Семени, которую она несла в себе. Она не атаковала тьму, а предлагала свет.

Каменная рука голема, готовая раздавить Бориса, замерла в воздухе. Темный огонь в его глазах дрогнул, смешался с искрами изначальной, чистой магии Титанов. Монстр затрепетал, издавая скрежещущий звук.

– Сейчас! – крикнула Лена.

Витя, извернулся, как ящерица, использовал этот момент. Он проскочил между ног голема, взобрался на наковальню и, используя специальные изолированные щипцы, снял с него Пламенное Сердце.

Голем, лишенный источника энергии, который исказил Аваал, застыл, а затем медленно начал рассыпаться на камни.

– Получилось… – выдохнула Лена, падая на колени от истощения. Борис, весь в саже и ссадинах, тяжело оперся на молот.

Первый Заряд был у них.

Ночью, когда лагерь погрузился в сон, Лена не могла уснуть. Она вышла за периметр охраны, чтобы подышать холодным воздухом, и на скале над их лагерем увидела одинокую фигуру. Высокий воин в плаще стоял спиной к ней, глядя в сторону Цитадели Безмолвия. Это был он – Паша. Он не двигался, слившись с ночным пейзажем, как каменный страж. Лена почувствовала исходящую от него не энергию, а ее полную противоположность – безмолвную, всепоглощающую пустоту, которая, однако, не была враждебной. Словно он был дырой в ткани мира, через которую наблюдает за чем-то иным. Прежде чем она решилась окликнуть его, фигура бесшумно растворилась в темноте, оставив после себя лишь чувство, что за их миссией пристально следят не только враги, но и тот, чьи намерения невозможно разгадать.

Глава 12. Ледяная Библиотека и Громовая Вершина

Тем временем, отряд Даши достиг заснеженных пиков Инелиона. Библиотека Темных Эльфов была не зданием, а целым ледяным каньоном, где знания хранились не на бумаге, а в кристаллах вечной мерзлоты. Чары Аваала проявились здесь иначе: они не разрушали, а замораживали знания, делая их недоступными. Эльфы-хранители, некогда мудрейшие из магов, стали безмолвными, ледяными статуями.

Задача Даши была не в бою, а в решении головоломки. Чтобы добраться до Сердца Ледяной Вечности, висевшего в центре ледяного лабиринта, ей пришлось «разморозить» древние рифмы-ключи, активируя кристаллы памяти в правильной последовательности. Это была битва интеллекта и магии, где каждый неверный шаг мог привести к вечной статуе в ледяной глыбе. Проявив недюжинное хладнокровие и остроумие, Даша восстановила цепь знаний, и ледяные двери распахнулись, даровав ей второй Заряд.

На Громовой Горе Саша и его орки столкнулись с самым прямым вызовом. Святилище предков охраняли не големы и не головоломки, а духи павших воинов, чей разум был искажен чарами Аваала. Они видели в орках предателей, примкнувших к «мягкотелым» расам. Саше пришлось сражаться не мечом, а словами. Он вступил в Ритуал Прения, доказывая духам, что истинная сила орков – не в слепом разрушении, а в верности своему слову и защите мира, который является их домом. Его простая, но искренняя речь, подкрепленная несгибаемой волей его сородичей, переубедила духов. Те, в знак уважения, расступились и позволили забрать Сердце Грозового Ядра.

Саша, дрожащими руками убирая щипцы, посмотрел на Лену:

– Я… я никогда не думал, что стану частью чего-то подобного. Мой отец говорил, что наш род обречен жить в подземельях, пока мир не закончится. А теперь…

– Он сжал кулак.

– Теперь я понимаю, ради чего он погиб в подземельях

Глава 13. Возвращение и Приготовление

Три отряда вернулись в Кридасон почти одновременно, неся на себе бесценные Реликтовые Заряды. Энергия, исходившая от трех кристаллов, заставляла Семя в центре зала пульсировать в унисон, его свет стал ярче и увереннее.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.