Всеволод Вольтов
Отголоски Стали

Глава 1: Забытые Стены

Город, окружённый серыми стенами, Компактного присобранного многоэтажного жилья, казался замороженным во времени. Каждый дом хранил в себе тени прошлого, которые, казалось, никогда не покинут его. Когда-то здесь водились улыбки, смех и мечты, но всё это затерялось под завесой забвения, как старые фотографии, потерянные в потоке времени. Люди обитали в этом городе, как постоянные тени, стараясь избежать напоминаний о том, что когда-то было.

На главной улице города, где пленительные огни магазинов и звук шагов пересекавшихся прохожих создавали иллюзию нормальной жизни, находился Институт Памяти. Это было место, которое смело заявляло о своих амбициях: избавиться от тяжести воспоминаний. Устройство, которое находилось в его недрах, позволяло «включать» память зданий, возвращая их в предшествующее состояние. Вдоль стен института стояли слишком многообещающие постеры, на которых предлагалось «избавиться от прошлого», как будто оно было чем-то, что можно выбросить как ненужный мусор.

Однажды в многоэтажке на западе города, известной как «Мята», произошло нечто странное. В день, когда устройство включили впервые, к ней подошли крашеные тени: граждане, чья жизнь была замурована в маленькие уголки своих квартир, сомневались, что всё это безопасно. При этом в воздухе витал запах ожидания, перетекал в усталость и страх. Их здания могли вспомнить то, что они старались забыть.

Сначала всё шло гладко. Стены «Мяты» раскрыли свои давно запечатанные тайны, вспоминая радостные моменты первых жителей: улыбки детей, торжества, вечерние собрания. Люди смотрели, затаив дыхание. Но затем, как будто по щелчку, прошлое заполнило пространство тревожными сценами: крики, слёзы, и темные тени, пронзавшие мглу.

Один из жителей, Алексей, оказался в центре внимания, когда стал свидетелем этих памяти, которые начали накапливаться в его собственном сознании. Он не мог отделаться от запечатленного видения: сцены насилия, которые произошли в его доме десятилетия назад. Ему казалось, что он снова переживает эти моменты. Боль от воспоминаний была столь остра, что он решился обратиться в Институт Памяти.

Там Алексей встретил человека, которого звали Иван. У него были глаза, полные глубокого понимания и, возможно, страху. Он понимал, как запоминается земля, и каким образом воспоминания об её насилии могут подорвать даже самое истерзанное сознание.

– Я хочу забыть, – произнес Алексей с искренностью, которую он давно не чувствовал.

Иван лишь кивнул.

– Но не растеряй себя, – произнёс он тихо. – Иногда лучший способ забыть – это помнить.

Эти слова остались с Алексеем. С каждым новым воспоминанием, которое включалось благодаря устройству, он чувствовал себя всё более разорванным между двумя мирами: миром, погружённым в забвение, и миром, полным воспоминаний, которые, возможно, никогда не должны были быть восстановлены.

Забудь, зашумело в его голове. Почему нужно было забывать? Сколько ещё людей готовы заплатить, чтобы городам оставалось что забыть? Каждая улица, каждый кусочек стали и бетона начинал шептать о том, что память – это не просто информация; это настоящая жизнь, пропитанная всеми радостями и страданиями, которые когда-либо существовали.

Алексей оставил институт в смятении. Город всё ещё спал, погруженный в свои мифы, и он, как одна из его теней, вновь поплыл в мрак неопределенности. Пора было узнать, как будет выглядеть будущее, если память возьмет верх над забытием.

Глава 2: Очистка Памяти

Сквозь туман утреннего света, город просыпался. Многоэтажки соседствовали с яркими вывесками магазинов и утренним гамом уличных кафе, однако в воздухе витали незримые тени. Алексей решил вернуться в «Мяту», совершенно разный по сравнению с тем, кем он был ранее. Его напряжение и тревога переплетались с жгучим желанием понять природу памяти, которая так стремительно вторгалась в его жизнь.

В этот день, Институт Памяти проводил демонстрацию новейшей технологии, позволяя горожанам «включить» и «очистить» воспоминания зданий. Множество людей собрались, надеясь увидеть, как завеса забвения исчезнет, оставив только чистую историю. Алексей все более осознавал, что теперь он не просто зритель, а потенциальный участник этого процесса.

Поход в институт казался волнующим, но также и обескураживающим. Люди, находившиеся вокруг, обменивались взглядами, полными предвкушения и тревоги. Каждый из них, возможно, хранил свои собственные тайны, те, что могли быть освобождены, если только их дома вспомнят о том, что когда-то случилось.

На первом этаже института располагались несколько витков шкафов с экранами, отображающими статистику и отзывы тех, кто уже испытал технологию. Люди делились, как их жизни изменились после «очистки» воспоминаний. Но Алексей заметил, что в глазах многих застыло что-то большее, чем просто облегчение; это была тень сомнения.

Демонстрация началась. Группа выбирала одну из старых многоэтажек, расположенную в центре города. Караваны ожиданий и надежд заполнили зал, когда человека с белыми перчатками на руках пригласили к центру. Он заходил в здание с загадочным устройством, наделенным способностью «извлекать» память. Вскоре началась волнующая картина: стены распахнули свои воспоминания, и в воздух полетели изображения, как будто само время решило рассказать свою историю.

Сначала посыпались радостные сцены: вечеринки, яркие праздники, счастливые лица. Но затем начали проявляться зловещие моменты: ссоры, насилие, слезы. Это создавало дезориентацию не только в зале, но и для всех жителей, чьи дома служили местом противоречивых событий.

Алексей почувствовал, как его сердце забилось быстрее. Он вспомнил, что когда-то был счастлив, но те тени, которые скрывались в закоулках его сознания, начали подниматься. Он вспомнил, как в детстве его отец ссорился с матерью, и каждое зловещее слово рассыпалось, как хрупкие осколки стекла. С каждой новой сценой в его голове всплывали невыносимые воспоминания.

Внезапно тишина зала нарушилась. Один из зрителей, казалось, потерял сознание. Алексей увидел, как его тело дрожит, и как другие пришли на помощь. Память не стала легким бременем; она потребовала сил, и страх молчаливым криком проносился сквозь людей. Парализующая тишина окутала зал, когда воспоминания, всплывающие с экранов, заглушили азарт.

Пока зрители восстанавливались, Алексей подошел к Ивану.

– Как они могут быть уверены, что очищение безопасно? – спросил он, указывая на людей, покидающих зал со смятением и испугом.

– Да, это не просто процесс, – сказал Иван, указывая на уходящих. – Многие вещи, которые мы забываем, должны оставаться в нашем прошлом. Иногда мы не готовы к тому, чтобы столкнуться с этим.

Алексей почувствовал, как в его груди образовался ком. Он понимал, что возвращение памяти может измучить не только стены, но и самих людей. Как можно быть готовым к воспоминаниям, которые могут загнать в угол, лишив надежды?

В этот момент он понял: чистота совершенно невозможна. Все, что происходило, оставляло отпечаток. Нельзя было просто очистить его – многие воспоминания формировали личность, и избавиться от них было, как терять и целостность самого себя.

Алексей задумался о том, насколько жестоким может быть забвение. На какое-то время он стоял в тени, наблюдая, как эмоции накалялись в аудитории. Он понимал, что, несмотря на технологические достижения, значение этих воспоминаний вызывало не только страх, но и потребность в понимании. Боясь, что он сам может стать жертвой памяти, он решил, что не будет больше смотреть на процесс как на наблюдатель.

Решение родилось внутри него, как всплеск свежего воздуха после долгих лет одержимости. Он больше не хотел быть просто тенью, которую прошлое протянуло к нему.

– Я хочу попробовать, – произнес он с новым одушевлением, обращаясь к Ивану. – Я хочу, чтобы стены «Мяты» вспомнили всё. Нужно отметить не только хорошее, но и плохое. Это – часть нас самих.

Иван слегка наклонил голову, с интересом глядя на Aлексея.

– Ты готов принять последствия? Это может оказаться тяжелым испытанием.

– Я понимаю, – говорит Алексей, стараясь говорить с уверенностью, несмотря на внутренние колебания. – Я знаю, что это может быть трудно. Но я хочу понять, как прошлое становится частью нашего настоящего.

Иван кивнул с уважением и пониманием. Он знал, что решение Алексея могло привести к новым открытиям, но также и к глубоким ранам.

Пока демонстрация подходила к концу, Алексей обратил внимание на выступления людей, которые вышли из зала. Люди выглядели обескураженными, теряющими надёжность относительно своей жизни. Память их домов перегружала их душу.

Внезапно Алексей ощутил внутреннее беспокойство о том, что он может обнаружить. Будет ли это освобождением или же бременем? Но, несмотря на страхи, в его сердце возникло напряжение. Он знал, что если останется в тени, никогда не сможет понять себя, и его память проиграет.

Как только он вышел за пределы института, он увидел город, укутанный в странные ощущения. Это было абсолютно новое место, полное возможностей, но и сложных решений. Воспоминания прошлых жителей «Мяты» становились частичкой его будущего.

Алексей сжимал кулаки, решив, что его путь будет труден, но он не сможет снова позволить страху завладеть его жизнью. Память должна была быть пожалована, не важно, какую форму она примет. И он будет готов встретиться с ней лицом к лицу.

С неистовым ощущением будущего, он направился к дому, погружаясь в свои мысли о том, как открыть страницы своего прошлого, которые никогда не должны были быть забыты.

Глава 3: Эхо Насилия

Ночь окутала город, и в его улицах вновь зашумело: звуки рычагов и споров смешивались с мягким светом уличных фонарей. Алексей вернулся в «Мяту» с ощущением и волнением, которое было как предвестие бури. Его решение узнать о прошлом активно терзало его душу. К тому времени как он поднялся на этаж, его тянуло к окну, как будто сам воздух искал, чтобы предостеречь его.

Снаружи здания выглядели отражением тихого мира, скрывающего стаи забытых тайн. Однако внутри его сердце колотилось от волнения и страха. Он не мог избавиться от мысли, что в стенах этой многоэтажки скрываются воспоминания, способные обнажить ужасные истины о его семье и о том, что с ними произошло. Все эти годы он чувствовал, что нечто угрожающее оставалось в тени, но лишь теперь это угроза начала вырисовываться.

В ту ночь он пытался уснуть, но его разум упорно возвращался к демо в Институте Памяти. Сцены, которые он наблюдал, послужили неподдерживаемым фоном к его сырым эмоциям, и особенно мучительно было видеть реакцию других людей. В воспоминаниях они стали уязвимы и беспомощны, будто силуэт в тумане, который размывался от резкого луча света. Алексей понимал, что, если он решит открыть двери прошлого, ему придется столкнуться не только с воспоминаниями, но и с собой.

На утро он направился в институт. На лице Алексея отражалось решимость, и хотя ноги тряслись, он не мог себе позволить отступить. В голове ожидали вопросы: как это сработает? Какую память он извлечет? Онзаходил в зал, и когда подошел к сотрудникам, его встретил Иван.

– Ты готов, – произнес он мягко, заметив нервозность Алексея.

– Да, готов, – ответил он и добавил: – Я хочу, чтобы стены помнили.

Процесс начал с тщательной подготовки. Алексей набирался духом, его тела слегка притянули к большому устройству. Он почувствовал, как его охватывают первобытные страхи, и внутренний голос прокричал ему: «Не делай этого!». Но он подавил его, сосредоточившись на том, что он мог получить. Просто надо пережить всю экспозицию и позволить памяти выйти наружу.

По мере того как его тело обвили электроды, Алексей ощутил, как напряжение охватывает комнату, как шепот овладевает его сознанием. Это было как дыхание времени. И в мгновение ока стены начали мерцать, и воспоминания стали обретать форму.

Сначала всплывали картины радости: смех детей, яркие улыбки, вечерние семейные посиделки. Но затем всплыли и более темные моменты: крики, ссоры, затянувшиеся тени. Алексей увидел, как его мать стояла в углу кухни, напряжена, держа в руках пачку таблеток, с которых она уже собиралась сойти с ума. Эти образы были не просто воспоминаниями – это был полный груз всего, что дедушке, которому поднимали руку, было уйти на покой, но он оставил его матерь с пустым местом в душе.

Тревога охватила его, и он начал осознавать, как глубоко эти образы коренились в его прошлом. В его сознании возникли вопросы, на которые не было ответов: как это отразилось на его жизни? Как внутренняя тирания его семьи продолжала нарастать?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.