# Хейтер из рода Стужевых – 1

Тимур Машуков, Зигмунд Крафт

Хейтер – как много в этом слове, для каждого из нас слилось…Вот и я был…хейтером. Любил знаете ли, поучить жизни всяких авторов – бездарностей. Но однажды написал не то и не тому. А он оказался обидчивым гадом и не пожалел денег, что б мне отомстить. Убили меня – вот так вот, ни за что. Тело померло, а сам я оказался в другом теле, в другом мире, в другом… Да я в боярке!!! Юхууу!!! Канон знаю, как нагнуть мир тоже, все тянки будут моими. А то, что меня ненавидят все, дара с гулькин нос, и тушка дрыща, так это по правилам. Держись мир и содрогнись от моего вели…Пха....Уууу....Зачем бить то так больно....

Приключения Алексея Стужева начинаются.

## Глава 1

Я поставил кружку с чаем на край стола и плюхнулся на компьютерный стул. Тот нещадно заскрипел подо мной и обреченно стих.

Я раздраженно фыркнул. Ну ничего сделать нормально не могут! Вот кто сказал, что капитализм хорошая штука? Клепают барахло, чтобы быстрее ломалось, и приходилось новое покупать.

Вздохнув, я подёргал мышку, и экран компьютера зажёгся. Ожидаемо, мой комментарий под очередным высером с названием «Тайны Чёрного Дворянина» оброс минусами.

Закатив глаза, я откинулся на спинку стула, та опять противно заскрипела. У автора там что, толпа лизоблюдов под боком на зарплате сидит? Так правда глаза колет? Я всего-то и написал, что лучше бы герой, вместо того, чтобы клеить очередную даму в беде, занялся наконец делами рода. Там против него интригу мутят, а персонаж сиськи мнёт почти целую главу. Опять его бедному коту-фамильяру всё дерьмо разгребать. Так и писал бы тогда о коте, а не об этом озабоченном малолетке, который дальше юбки одноклассницы ничего не видит.

«Читайте внимательно, жанр – гарем», – ответил автор, на что я только фыркнул и принялся вбивать свою мысль.

«Это боярка в первую очередь! То, что в тегах стоит гарем, ещё не значит, что, кроме похода к бабам, герою больше заняться нечем. Вот и писал бы чистую порнуху тогда, а не вводил читателей в заблуждение, ставя неверный жанр».

– Что?! – возмутился я, глянув на экран. – В игнор-лист добавил? Вот ведь, обиженка какая.

Несколько щелчков мышкой, и я вошёл в другой свой профиль на сайте, чтобы отправить ответ. У меня их с десяток – можно не экономить.

«И вообще, гарем не должен мешать развитию сюжета! Влажные фантазии хорошо, но дай герою хоть чуть-чуть мозгов!!!», – строчил я.

«Себе их купи. Не нравится, не читай», – последовал ответ.

«Тупой ублюдок, не умеющий общаться с читателями. Вали работать на завод, если писать не умеешь, тупорылая овца. Засрали своими высерами весь сайт и корчат из себя великих классиков. Встретил бы тебя в жизни, отмудохал по первое число. Таких, как ты, надо драть жестко, кверху задом, чтоб не забывалось».

Та блин! Опять игнор-лист…

Снова несколько щелчков, и я в чате этой обиженки. Ха! Меня обсуждают! Вот ведь черви. Он точно им приплачивает, не иначе. Или в чём тогда смысл пресмыкаться перед этой бездарностью?

Несколько моих чётких высказываний вызвали эффект взорвавшейся бомбы. Я попивал чаёк и хихикал, наблюдая за этими прикормленными шавками очередного недописаки.

Словив очередной бан, я откинулся на спинку стула и потянулся, чувствуя удовлетворение. Вновь знакомый скрип наполнил мою комнату. Я потянулся к кружке, но увы, напиток уже закончился.

Открыл очередную страницу в браузере. О, обнова! Сейчас почитаем.

«Этот недороман – просто ссылка на архетипы без креатива! – печатал я, переполненный благим негодованием. – В нём нет ни изюминки, ни понимания взаимодействия родов! У героя армия слуг рода, а он лично на поклон к очередному проходному персу пошёл»…

«В смысле, он просто щёлкнул пальцами и увёл с криптокошелька барона лям рублей? Автор вообще в курсе, что это не так работает?»…

«Пытаешься объяснить автору, как работает магия в его книге? А ты забавный», – ответила какая-то Кэтти.

«Да уж, – снова застучал я по клавиатуре. – А на что способны эти авторы? Печатают свои глупые мемуары о любви в условиях магии, когда вся суть родовой борьбы в том, как правильно разложить все приоритеты и использовать магию на благо своего рода! А вы об этом даже и не задумываетесь! Плоские персонажи просто попадают в глупые ловушки, впадают в истерики, а потом автор услужливо подсовывает очередной рояль!».

Появился кто-то с ником Реалист:

«Прометей 101, тебе ни разу не пришло в голову, что твой самодовольный высер не имеет смысла? Ты сам хоть на что-то способен, кроме как чесать языком? Давай, собери свои идеи, если ты такой умный и всезнающий, и напиши книгу!».

Я закатил глаза с презрением. Только такой плебс мог упомянуть о написании книги.

«Да что вы говорите! – напечатал я с чувством превосходства. – Мне не нужно быть поваром, чтобы наслаждаться вкусной едой. Так что ваш аргумент совсем не аргумент. Убей себя ап стену, если ничего умней не можешь выдать».

Да если бы я написал свой шедевр, он бы взорвал портал этой ширпотребной литературы! Я способен создать мир, где магия и аристократия сияют так, как эти потребители говна и не мечтали. Но против залива бабла в рекламу мне не выиграть. Капитализм же!

Эх, а если бы я попал в мир бояръ-аниме, то управлял бы всем без малейшего труда! Не то, что эти обсосы-персонажи, которые якобы были через одного элитными спецназовцами да королями демонов. Что-то ни разу не заметно. Как попадают в тело малолетнего дрочера, так сразу забывают про свой реальный возраст и мозги. Хотя, связи и деньги все решают что там, что тут…

Пока я мечтал о великом, мой профиль улетел в бан еще одного автора-неженки.

«Литература, – печатал я в очередном чате, – должна, прежде всего, учить нас борьбе за выживание, где настоящая цена жизни – желание оспаривать власть и противостоять магии! А не копошиться в эротических сценах и мелодрамах, как это делают новички с незрелыми текстами. Позор авторам, которые не понимают этого!».

«А ты сам-то много понимаешь? – внезапно появился человек с ником топового автора. – Чего тогда свой шедевр не напишешь, Серёжа?».

У меня внутри всё упало. Как он имя моё узнал? Неужели?.. Да нет, случайность.

«Мне за это не платят, в отличие от некоторых. Меньше бы вливали в накрутку, в топе были бы нормальные книги»…

– Опять споришь с интернетом? – я вздрогнул, услышав знакомый голос за спиной.

Это была моя младшая сестра, которой я минут пять назад крикнул налить и мне кружку, когда услышал свисток чайника.

– Ты уже часа два тут что-то доказываешь. Может, хватит?

Эх, жаль, девочки такие глупые. И Катя не исключение. Кроме как в гареме главного героя оказаться, заняться им больше нечем. Благо, мы в реальной жизни живём, и ей не придётся создавать серую массовку вокруг какого-то альфа-самца.

– Ты не понимаешь. Эти люди… Они вообще не разбираются в жанре! Они называют шедеврами откровенную халтуру. Кто-то же должен их просвещать!

Катя усмехнулась и поставила чашку на стол рядом со мной.

– Ну да, конечно. Ты – спаситель жанра. Что на этот раз? Литрпг? Фэнтези?

– Бояръ-аниме.

– Что? – она нахмурилась. – Опять какое-то новшество?

– Не удивлён, что ты не знаешь, – хмыкнул я. – Кружку пустую забери.

– А волшебное слово?

Вот ведь мелочная, будто ей сложно!

– Кать, пожалуйста, – я закатил глаза.

– Я только одного не пойму: а тебе самому-то это зачем? Ты же не писатель, не профессиональный критик. Ты даже блог не ведёшь. Ты просто тратишь время на споры с незнакомцами.

Я посмотрел на неё с осуждением. Да что она может вообще понимать?

– Имею право, – потянувшись, хрустнул пальцами. – Кто ещё этим бездарям правду скажет?

– Ну да, ну да, великий борец за правду, – протянула она, закатывая глаза, и пошла с пустой кружкой к двери. – Мусор лучше вынеси и молока купи. А то там на донышке.

– А сама чего?

– Я ужин готовлю. Мама сегодня на смене. Хватить лениться, Серёж. Или как там тебя? Прометей? – хихикнула она.

– Я хочу помочь людям!!! – пафосно вскинув руку, прохрипел я жутким голосом.

– Если мне не изменяет память, он плохо кончил.

– Ну да, ему печень выклевали. А мне мозг эти бездарные писаки!!!

– Ну тогда дуй за молоком и помоги реальным людям, а не диванным критикам, которые за аватаркой скрывают комплексы и прыщи. И пива папе возьми, – чуть поморщилась она.

– Возьми пива! – раздался рёв отчима из соседней комнаты.

– Подними свою жирную жопу и сходи сам, – огрызнулся я. – И мусор вынеси заодно.

– Что? Бунт на корабле? Договоришься у меня. Всыплю так, что неделю ходить не сможешь!

– Для этого тебе придется как минимум встать, а это невозможно. И что мать в тебе нашла? Ни рожи, ни кожи. Только и можешь, что целый день лежать на диване и смотреть телик. Сколько раз ей говорил, чтобы она тебя выгнала на улицу, надоел, сил нет. Добрая, жалеет всё.

Я обновил страницу, на мой комментарий за время разговора с Катей никто не ответил. Я зевнул и откатился на стуле от стола.

Устал от этих идиотов. И правда, схожу за молоком, всё равно делать нечего. Школа закончилась, документы в ВУЗ я подал. Надо наслаждаться отдыхом, а я, как персонаж супергероики, несу свет в массы. Точно, надо сериал какой-нибудь глянуть, как вернусь. А пива этому ублюдку из принципа не возьму: Катя пусть сама для своего папочки постарается, а мне он никто.

Не слушая, что там этот боров кричит, я пошел на выход.

Эх, кофе с молоком с утра – это святое. Катя и сама бы могла сходить перед готовкой, лентяйка мелкая – вся в своего папочку.

Она уже подготовила пакет с мусором, купюры тоже лежали на тумбочке у входа. Так что я надел кроссовки и потопал к лифту.

Солнце шпарит, духотень. Бак мусорный ещё в другой стороне от магаза, как назло. Вот бы взмахнуть рукой и полететь к нему. Но всё мечты…

– Серёж, Серёжа!

Я краем глаза увидел бабку-соседку, которая стояла в клумбе перед нашим многоквартирным домом. Ещё и куча травы рядом с ней.

Да ну нафиг! Сама вынесет, не надломится. Я человек интеллектуального труда, а не тягловая лошадь! Прибавив шаг, я поспешил скрыться за ближайшей живой изгородью. Фух, пронесло.

Ай, блин, чуть не упал в обмотанную лентами яму! Ещё две недели назад коммунальщики выкопали, да так и забыли. И кто о народе думать будет? Надо зайти на их сайт и накатать жалобу. А когда их будут дрючить, посмотреть на их оправдания. Скоро выборы мэра города, и на любые жалобы быстро реагируют.

– Сергей Козлов? – передо мной нарисовался какой-то незнакомый мужик.

Я сглотнул. Высокий, широкоплечий, бородатый. На байкера похож. На футболке череп с ножом в глазнице.

– Допустим, – неуверенно промямлил я, чувствуя, как ноги от ужаса немеют.

– Мне тут сказали, тебе «Тайны Чёрного Дворянина» не понравились, – улыбался он, потирая руки и делая шаг ко мне. – Это ведь ты под ником Прометей 101 писал, что автора надо драть жестко кверху задом? Обсудим, как ты это собирался сделать?

Что? Тот козлина топ реально меня вычислил и нанял какого-то мудака?! Меня парализовал ужас, я бессильно смотрел, как эта машина для убийств подходит ко мне всё ближе и ближе. Мысли лихорадочно метались в моей голове, я отмер и начал потихоньку пятиться. Бежать, нужно срочно бежать!

Швырнув в морду придурка пакет с мусором, я дал по тапкам. Главное – подъезд. Там домофон, он не зайдёт. Моё спасение близко. И камера там есть. Наверное. Она же работает?! Попрошу маму сходить со мной в полицию. Засужу сволочь! Из-за банальной критики урода нанял. Обиженка хренова. Ну ничего, дай только до компа добраться – я тебя, падла, в хейте утоплю!!!

– Ох, божечки! – воскликнула бабка-соседка, когда я врезался в неё и ту кипу травы, что она несла в руках.

Бабка была толстая, её весовая категория точно раза в три больше моей. Разумеется, при столкновении меня отбросило назад, чуть в сторону. Туда, где находилась та самая яма.

Секунда свободного падения. Бум! Рёбра прострелила боль, и я зажмурился.

– Сука, – еле слышно простонал я, сворачиваясь в позу эмбриона.

Бам! Удар прямо в почку. Бам! По пояснице. Какого?!

– Вставай! – кричал кто-то. – Хватит валяться! Будь ты хоть раз в жизни мужчиной!

Бам! На этот раз по животу.

– Да за что?! – срывающимся голосом крикнул я. – Я ведь ничего не сделал!

Похоже, этот мудак спрыгнул ко мне в яму и начал бить прямо на глазах у соседки. Мне же лучше, свидетель будет.

– Именно, дурень! Ты не сделал ни-че-го!

Бам! Опять почка. Да сколько можно?! Я ведь ничего такого не делал, я не заслужил!

Было дико обидно и больно, хотелось расплакаться.

Потом я почувствовал, как меня потащили за майку вверх с такой силой, что она затрещала по спине.

– Отпусти, урод! – я нашёл в себе силы сопротивляться.

Я собирался уже заорать, но мне в рот засунули какую-то вонючую тряпку. Огляделся по сторонам: как назло, двор был пустой, кроме той самой бабки, которая смотрела на все это и злобно так ухмылялась. Все люди – твари, я это всегда знал, конечно, но сейчас лишний раз в этом убедился.

– Иди спокойно и не рыпайся. Тогда, может, и вернешься домой на своих двоих, – прошипел мне в ухо мужик.

Бежать, надо бежать, и быстро. Резко дернусь, и фиг он меня поймает. Всё болит, но плевать. Бежать и орать. Кто-то, да появится. Это же город, а не глухая деревня.

Увы, вместо крика вышло невнятное мычание – проклятый кляп! Из-за него не удалось нормально заорать. Я резко дёрнулся, тонкая ткань треснула и осталась в руках этого мудака.

Я рванул вперед, на ходу освободив рот. Сердце колотилось так, что казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Ноги сами несли меня, несмотря на боль в мышцах и ссадины на теле. За спиной раздались крики и топот – они бросились в погоню. Стоп! Откуда они – один же был?! Быстрый взгляд по сторонам: путь к дому перекрыт.

– Держи его! – крикнул кто-то из преследователей, и я с ужасом осознал, что их топот стал ближе.

Я свернул в узкий переулок, надеясь оторваться. Глаза метались в поисках выхода, но вокруг были только высокие глухие заборы и мусорные баки. Переулок оказался тупиком. Черт, знал же, что тут нет выхода!!!

– Ну, куда теперь, умник? – усмехнулся один из них, появляясь в конце переулка.

Я оглянулся. Их было трое: двое здоровенных мужиков и тот, кто держал меня до этого. Лица злые, глаза горят азартом. Они знали, что я в ловушке.

– Давай, попрыгай еще, – проворчал один из них, медленно приближаясь.

Я прижался спиной к забору, пытаясь найти хоть что-то, что могло бы помочь. Руки нащупали что-то твердое – старую ржавую трубу, валяющуюся в углу. Не раздумывая, я схватил ее и с силой швырнул в ближайшего мужика. Труба попала ему в плечо, и он с криком отпрянул.

– Ах ты, сука! – заорал он, хватаясь за место удара.

Этого момента мне хватило, чтобы рвануть в сторону. Я прыгнул на мусорный бак, оттолкнулся и ухватился за край забора. Руки дрожали, но адреналин давал силы. С трудом перевалившись через забор, я упал на другую сторону, едва не сломав ногу.

– Он там! Обойди! – кричали за забором.

Я не стал дожидаться этих уродов. Ноги сами понесли меня вперёд, через двор, мимо удивлённых прохожих. Крики преследователей постепенно стихали, но я знал, что останавливаться нельзя. Они не отстанут.

Выбежав на оживлённую улицу, я смешался с толпой, стараясь не привлекать внимания. Лицо горело, одежда была порвана и в пыли, но я был жив. И это пока главное.

– Эй, парень, ты в порядке? – кто-то тронул меня за плечо.

Я резко обернулся, готовый к новой схватке, но передо мной стоял пожилой мужчина в очках, смотрящий на меня с беспокойством.

– Ты выглядишь… как будто тебя хотели убить, – сказал он, оглядывая меня.

– Почти, – выдохнул я, пытаясь успокоить дыхание. – Помогите… позвоните в полицию.

Мужчина кивнул и достал телефон. Я оглянулся через плечо, ожидая, что из толпы выскочат те трое. Но их не было видно. Пока.

Но в этот момент я услышал резкий звук тормозов. Из-за угла выехал черный внедорожник, дверь его распахнулась. Из машины выскочили двое в масках, и я нутром почуял, что это вовсе не спасение.

Затравленно оглянувшись, я рванул в сторону небольшого супермаркета, куда и собирался ранее пойти за молоком. Из него как раз выходила какая-то женщина, так что двери уже разъехались. Тяжело дыша, я влетел в образовавшийся проход.

Покупатели обернулись на шум и уставились на меня. Ну да, видок у меня был тот ещё. Взмыленный, в крови, пыли, ещё и в порванной футболке.

– Помогите, за мной гонятся! – заорал я во всю ширь легких.

– Всем оставаться на своих местах, работает ФСБ, – послышался сзади ненавистный голос.

Обернувшись, я увидел уже других мужиков, в полувоенной форме с нашивками и в масках, что закрывали их лица. В том, что они фальшивые, я и не сомневался – такое сейчас можно везде купить.

– Парень, не дури. Ты пойдёшь с нами в любом случае, – неожиданно вежливо сказал один из них, приближаясь ко мне. – Советую сделать это добровольно.

В панике озираясь в поисках чего-то тяжелого, я ловил равнодушные, а где-то и злорадные взгляды посетителей. Те, ради кого я боролся с глупостью в интернете, были готовы отдать меня на растерзание бандитам. Руки зашарили по полкам, и всё, что на них лежало, полетело в зашедших. Но бесполезно.

Меня скрутили и под одобрительный гул толпы вытащили наружу. Миг, и вот я уже сижу на заднем сиденье джипа, зажатый с двух сторон. Полчаса напряженной езды, когда я мычал с воткнутым в рот кляпом, и, наконец, мы остановились.

Лесополоса. Внутри похолодело. Похоже, мне хана, но фиг им. Я так просто не сдамся. Рвану к деревьям, а там попробуй поймать.

– Беги, – вытолкнув меня из машины, эти уроды встали в ряд. – Считаю до трёх. Раз!

Я рванул так, что пятки засверкали.

– Два!

Послышались щелчки передёрнутых затворов. А деревья были так близко, совсем немного осталось!..

– Три!

– Пама… – только и успел выкрикнуть я, как что-то тяжёлое ударило мне в затылок, и мир померк.

## Глава 2

– …гите, – выдохнул я, падая на пол.

И открыл глаза, чтобы сориентироваться на местности и посмотреть, обо что споткнулся в этом лесу. Перед глазами всё плыло, тело ломило: перенервничал, видимо, да и таких физических нагрузок давненько у меня не было.

Выстрелов я больше не слышал – похоже, просто меня решили попугать. Нет, ну реально, за обычные высказывания у нас не убивают. Хотя этот автор та еще мразь – и не пожалел же денег, чтобы мне напакостить! Ну да ничего. Я теперь буду умней – тоже денег не пожалею, найму ботов, чтобы утопить его книгу в хейте. Тут уже дело принципа.

Шум, что за шум? И вообще, где я?

– Какого…? – только и успел я сказать перед тем, как получил удар в голову от мужика в дорогом деловом костюме. Сознание поплыло, и я почувствовал на губах вкус крови.

Почему-то я лежал не на земле, а на синем ковре в кабинете-библиотеке. Вокруг массивные стеллажи, уставленные книгами. Красивые дубовые стулья, резные, как и огромный стол, вокруг которого они стоят. Лепнина на потолке, люстра огромная. Всё дорого-богато. Да и я сам почему-то в рубашке, судя по длинным рукавам, а не в футболке своей любимой.

Все это мгновенно выцепил мой натренированный взгляд, привыкший сразу замечать то, мимо чего остальные пройдут, даже не заметив.

Бам! Лакированная туфля угодила мне прямо в ребро, от чего болью прострелило до позвоночника. Да мать вашу, за что?!!

– Именно! – орал незнакомец. – Какого лешего ты сбежал с дуэли с сыном графа Громова? Второй раз за неделю! Второй раз! Я думал, ты, недоросль, – он снова ударил меня в живот, – после прошлого раза с бароном Темниковым всё понял. Но нет, решил замахнуться ещё выше! Ты решил меня в могилу свести своими выходками? Чтобы я сгорел со стыда?

Бам! Почка. Больно-о-о…

Я заскулил, из глаз брызнули слёзы. Что тут вообще происходит?! Меня за всю жизнь не били столько, сколько за сегодня!!!

Да что там – меня вообще никогда не били. Мама во мне души не чаяла, всегда поддерживала. Говорила, я копия папы и такой же умный. Как и он, я должен нести свет истины в массы. Менять этот мир. Но куда там, когда денег еле до зарплаты хватает.

Увы, я своего отца не помнил, он умер, когда мне было всего три года. Сердечный приступ, прямо на работе. Был доктором наук, заведующим кафедры философии. В том самом ВУЗе, куда я документы подал.

Я всегда был хорошим человеком, мама не даст соврать. И учился отлично, и в связях, порочащих меня, замечен не был. Так за что? Ну не заслужил я такого отношения! Не заслужил… Как и отчима-мудака. И что только мать в нём нашла?

Кажется, меня перестали бить. Всхлипнув, я сфокусировал взгляд на своем мучителе. Мужик – невысокий, нос картошкой, но черты в принципе благородные. Небольшая лысина ему даже шла. И одет так, по-деловому, в строгий классический костюм, будто на встречу с олигархами собрался или сам был этим самым…

Он присел на край стола и вытирал лоб белым платочком. Я же попытался встать, пока он не начал снова меня бить. Поискал взглядом пути отступления – дверь вроде недалеко. Если постараюсь, успею добежать. Ненормальный какой-то. Надо от таких держаться подальше.

– На следующей неделе состоится званый ужин у Темниковых. Чтоб ноги твоей там не было! Ясно? С графом Громовым я поговорю. Предложу компенсацию. Из твоего наследства! – он злобно ткнул в меня пальцем. – В кого ты только уродился? Одна моя радость, Мария. Жаль, что девочка первой родилась. Но потенциала у нее на двоих таких, как ты, хватит. Надеюсь, братец её, Пётр, не подкачает, у Красниковых все талантливые были. Один ты неизвестно в кого пошёл. Говорили мне не жениться на Ольге, что родословная у неё никакая, но молод и глуп был, теперь вот расплачиваюсь.

Я пытался не дышать, когда вставал. Болело всё тело, от каждого движения стреляло то тут, то там. Даже выпрямиться нормально не смог. Сфокусировался на двери и начал двигаться в ее сторону. Осторожно, незаметно…

Я потихоньку пятился в сторону выхода, пока этот мужик продолжал нести какую-то чушь про то, что у некой Марии хотя бы родовой дар в наличии, а не как у меня. Псих! От такого точно надо держаться подальше.

– Всё, решено! – сказал он и оторвался от стола. Я так и замер в ужасе. – Ты уедешь в имение своей матери. Пересидишь там парочку лет, пока всё не утрясётся. Пошлю с тобой Аркадия Петровича, потренирует тебя работе с даром и фехтованию, чтобы дуэлей больше не боялся. И хоть на что-то был способен. Надеюсь, тебе будет достаточно этого времени, чтобы подумать о своём поведении. А сдохнешь – невелика потеря. Пётр подрастает, да и не только он, еще Александр есть. Время только трачу на твоё воспитание, – с раздражением сказал он. – Будь хоть каплю благодарен!

Мужик обошёл огромный стол и сел.

– Чего стоишь? Скройся уже с глаз моих долой! – рявкнул он.

Меня уговаривать не надо было. Я быстро метнулся к двери и выскочил в коридор. Вот ведь, музей какой-то. Ковёр, половина стены в дереве, вторая в обоях тканевых. Картины большие, красивые. Где я вообще?

– Алексей Платонович, батюшка ваш не переусердствовал случаем сегодня? – меня участливо взяла под руку какая-то дородная женщина в костюме горничной. Не эротичный который, а обычный, с юбкой в пол и всё закрыто. – Пойдёмте скорее, ушибы ваши обработаю.

Она потянула меня куда-то, сопротивляться я не стал. Женщина была очень доброй, прям как моя мама. Всё причитала, что отец мой неправ, что всё образуется, и я ещё смогу его порадовать. Что всё будет хорошо.

А я слушал её и думал о случившемся. Чужим именем меня называет, того шизанутого – моим отцом. Слишком знакомо звучит. Подозрительно знакомо. Я что, головой ударился, и мне сейчас сон снится? Видимо, перечитался я бояркой. Надо было аниме посмотреть, там сюжеты получше. Или хентай – всегда мечтал туда попасть. Быть тентаклиевым монстром – что может быть лучше?!! Взял в каждое щупальце по тянке и горя не знаешь.

Женщина привела меня в предположительно мою комнату и попросила снять рубашку. Я заметил зеркало и подошёл к нему. И правда, в отражении совсем не я. Парень, такой же тощий, светловолосый, голубоглазый. Но не я. Лицо породистое, аристократичное. Нос правильный, а не как у меня был, курносый. А у мужика того картошкой – я-то поблагородней его выгляжу.

А ещё чумовые татухи на предплечьях, прям рукава. Какие-то геометрические переплетения, лозы. Без понятия, что это, но выглядит круто.

Неужели я и правда попал? В боярку? Это как так?! Не веря своему счастью, я сел на стул, куда указывала горничная.

– Ай! – вырвалось у меня от прострелившей тело боли.

Женщина начала причитать: «тихо-тихо, сейчас всё пройдёт». Она наносила на мою спину какую-то мазь, от которой мне должно было стать лучше, если верить её словам. На моём же лице расплылась довольная улыбка. Как раз любовался своей новой, более выигрышной внешностью в зеркале.

Конечно, всё будет хорошо! Если я и правда «попал» в тело какого-то аристократа, то это же шанс! Наконец-то я не словом, а делом всем докажу, что был прав! Ух, как я развернусь – у меня миллион идей!!!

После обработки ушибов женщина дала мне просторную рубаху, которая надевалась через голову, и предложила прилечь. Мне и правда стало гораздо легче, почти ничего не болело. Магия, не иначе.

Видимо из-за свалившегося стресса и избиения меня начало клонить в сон. А может, из-за малинового чая, который принесла заботливая горничная. И не требовала никаких волшебных слов. Хорошо быть аристократом.

Счастливый, я уснул. Но сон ли это был? Я будто заново проживал в нём две жизни. Одну свою, а вторую – этого тела. Мне было непонятно, что стало с его прежним владельцем, и почему я тут оказался. И что стало со мной в моём прошлом мире. Но если верить канону, то меня там убили. Твари!!!

Впрочем, не буду горевать, буду танцевать, как поётся в одной песне… Теперь я знаю, что меня зовут Алексей Платонович Стужев. Титул наша семья носит баронский. Моя мать умерла пять лет назад – кто-то говорит, что проклятье ее доконало, а кто-то шепчется, что ее просто убили. Она была первой женой моего отца, Платона Борисовича Стужева. Сестра Мария старше меня на год, но она от второй жены барона. Видимо, в этом мире многожёнство норма. Хотя, о чём я? Это ж боярка!

Четыре года назад отец опять женился, и у меня появился брат Александр, ему уже три года. Но, кроме Марии, вторая жена родила еще и сына Петю, который младше меня на семь лет. Алексею, как и мне в том мире, восемнадцать, и он… То есть, я – старший в семье по мужской линии. Наследник рода и всех отцовских денег. Теоретически. А практически меня всего этого запросто могут лишить. Что очень порадует мачеху, которая быстро пропихнет своего сыночка наверх, но очень не порадует меня, ведь в таком случае я рискую мало того, что опуститься на самое дно, так еще и титула лишиться. А быть простолюдином в мире боярки очень некомфортно.

Так что мое будущее висит на волоске, потому как канон жанра без подляны – не канон. Куда ж в попаданство – и без подлянки?

Стужевы, согласно фамилии, управляют холодом. Мы не можем управлять водой, как обычные водные маги, но вполне в силах её замораживать. А что у нас состоит из воды? Где у нас всегда есть вода? Верно. И в воздухе, и в человеке. Так что мы легко можем накрыть ледяной стужей город или заморозить всю воду в человеке, превратив его в ледяную статую. Ну, это в теории, и сильнейшие из нас. Но не суть.

Главная проблема в том, что у Алексея при инициации в день совершеннолетия был обнаружен слабый дар огня. Вот это поворот – сказал бы я, если бы не встречал такое сплошь и рядом. В книгах, конечно же. Отец тут же приказал перерыть всю родословную. Разумеется, нашёлся дед в каком-то там поколении, что якобы обладал магией огня, так что все успокоились. Вот только осадочек остался.

Платон Борисович и без того был строгим человеком, а когда вылезла такая неудобная особенность у Алексея, то есть, теперь у меня, как первого в наследовании сына, он будто озверел. По его распоряжению меня безжалостно гоняли на постоянных тренировках, под косые взгляды и ехидные перешептывания слуг.

Новость о несоответствующем даре наследника Стужевых быстро распространилась среди высших кругов – шила в мешке не утаишь. Все так и норовили задеть Алексея намёками о том, что он не барон Стужев вовсе, а какой-то нагулянный на стороне бастард. Потому он много с кем поссорился, чему был очень недоволен отец. Злобные детишки аристократов и так недолюбливали бывшего владельца тела за его вздорный нрав и острый язык, а тут такой весомый повод для травли появился!

Большая проблема заключалась в том, что дар огня действительно был слабым. Обмениваясь ударами с оппонентами, Алексей пугался и сбегал. И я его прекрасно понимал! Это было ужасно унизительно! А отец, вместо того, чтобы поддержать сына, только больше злился. Как сегодня. Он сорвался и избил Алексея, когда тот пытался оправдаться.

Но ничего. Теперь здесь я! Со всеми знаниями о жанре и не только! Я уж точно не пропаду! Это же классика – попал в слабое тело и пошёл расти над собой, попутно нагибая всех встречающихся на пути. Ну, и покоряя девичьи сердца и тела. А что, по канону положено!

Надо бы только понять, что это за магия, как ей пользоваться, и найти в себе скрытые силы, которые сразу превратят меня в архимага. Не могли же меня реально отправить сюда, не дав никаких при этом плюшек?! Это не канон тогда, так не бывает.

Кстати, про татуировки. На своё пятнадцатилетие Алексей напился в компании друзей и на слабо набил их, ещё и на голени обеих ног. Отец как узнал, сильно разозлился, но сводить не позволил. Типа, пусть этот позор будет вечным напоминанием. Почему только позор-то? Круто ж смотрится…

– Вставай, сволочь!!! – резкий удар разбудил меня и сбросил на пол, и ребра уже привычно отозвались острой болью. – Какого черта ты еще спишь, когда должен собираться и проваливать из поместья?!!

Мои глаза раскрылись, и я увидел в комнате девушку. Высокая, фигуристая, одетая в закрытое голубое платье, с черной косой до пояса – она походила на разъяренную валькирию. Красивое лицо, перекошенное гневом, было красным от бешенства.

– Ты что творишь, идиотка?!! – заорал я, откатываясь от ещё одного удара. Этот был направлен мне в голову и если бы прошел, было бы совсем туго. Вот ведь дура больная!

– Я творю? Я, да?! Это же я сначала нагадила, а потом трусливо сбежала с дуэли?! Это же я распускаю грязные слухи об аристократах? И, наверное, я сама отозвала у себя приглашение на бал к графу Хомутову!!!

– Ну подумаешь. Не пойдешь к своему тупорылому Витьке, которому от тебя только сиськи и нужны. Или ты серьёзно решила, что ты для него прям одна-единственная? Да он с дружками поспорил, что сможет тебя трахнуть на первом свидании! После того, как раздвинешь перед ним ноги, он тебя бросит. Информация сотка.

– Да как ты смеешь подобное говорить?!! – ее руки покрылись инеем.

А вот это уже плохо. Если она ударит по мне магией, я гарантированный труп. Мой слабый огонь против ее стужи не пляшет.

– Он не такой!!!

– Ага. Все мы не такие, пока тёлку в постель не уложим. Радуйся, что я тебя спас от позора, дура набитая!!! При всех моих недостатках, ты прекрасно знаешь, что я могу узнать все, что угодно. И этот спор был – я тебе гарантирую!

– Что здесь происходит? – в дверях показалась красивая женщина, одетая в строгое платье. Мать моя мачеха. По канону нереалистично подтянутая и красивая милфа.

– Мама, он про меня гадости говорит!!! – зарыдала та, бросаясь ей на грудь. Довольно объемную, я бы сказал. На такую и я бы бросился. – Закрой дверь, я его убью, а потом скажем, что он сам умер.

– Ты не можешь его убить, доченька, пока он является наследником рода, – поучительно сказала мачеха, улыбаясь. При этом она нежно гладила Марию по волосам.

– А потом? Ну, когда отец его лишит этого звания? – мелкая стерва будто клянчила новый телефон.

Вот ведь неблагодарная! Алексей же её реально спас от позора, и вот она, благодарность. Бабы дуры, что тут поделаешь!

– Тогда конечно. Кому будет интересна смерть простолюдина, – сверкнула та своими красивыми глазами в мою сторону.

А ты вот как, да? Простолюдина, значит? Я вам покажу! Вы у меня попляшете. Дайте только разобраться с сюжетом, и этот мир будет у моих ног. Я знаю все каноны, любые авторские ходы. Для меня нет сюжетных тайн.

Но в одном эта курица права – отсюда мне надо сваливать и начинать вникать во все в спокойной обстановке.

Пока же я стоял, сжимая кулаки так, что ногти впивались в ладони. Гнев кипел во мне, как раскаленная лава, но я знал – стоит сейчас проявить хоть малейшую слабость, и они разорвут меня на части.

Мачеха смотрела на меня своим холодным, оценивающим взглядом, словно я был не человеком, а каким-то недоразумением, которое нужно терпеть. Сестра, притворяясь невинной жертвой, всхлипывала у нее на груди, но в ее глазах читалось торжество. Она знала, что мачеха всегда на ее стороне. Всегда. Потому что это её мать, а не моя.

– Ты слышал, что сказала твоя сестра? – голос мачехи был мягким, как шёлк, но в нем чувствовалась сталь. – Ты действительно позволяешь себе такие слова? После всего, что мы для тебя сделали?

Я едва сдержал смешок. Сделали? Они сделали все, чтобы я чувствовал себя чужим в собственном доме. Но я молчал. Молчал, потому что знал – любое слово сейчас будет использовано против меня. Они только и ждут, чтобы я сорвался.

– Сказал то, что знаю и думаю, – повторил я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. – И не собираюсь оправдываться перед вами. Если вас все устраивает, если Мария хочет стать подстилкой графа – это её выбор. Я умываю руки тогда.

– О, как благородно, – фыркнула сестра, вытирая несуществующие слезы. – Ты всегда такой высокомерный. Думаешь, ты лучше нас? Ты никто, просто неудачник, который даже свою магию контролировать не может!

Ее слова жгли, как раскаленные угли, но я не подал виду. Она права лишь в одном – моя магия слаба. Слишком слаба, чтобы противостоять их силе. Но это временно. Я знал, что нужно делать. Нужно только время. Ещё ноги мои целовать будет и умолять вытрахать, приняв в гарем. Вместе со своей мамашкой.

– Я сказал – ты услышала. Дальше думай сама. Но потом не реви, когда Витька вытрет о тебя ноги.

– Довольно, – мачеха подняла руку, и в комнате стало тихо. – Сиди тут и жди, пока тебя не позовут. Транспорт за тобой прибудет через час.

Я кивнул, не говоря ни слова. Они думали, что я сломлен. Что я приму их правила, их игру. Но они ошибались. Я уже видел, как этот мир устроен. Видел его слабые места, его законы. И я знал, как использовать их в свою пользу.

Когда они вышли в коридор, дверь за их спинами захлопнулась с громким стуком. Я замер, глубоко вдохнул и медленно выдохнул. Гнев все еще клокотал внутри, но теперь он был холодным, расчетливым. Они хотели, чтобы я был слабым. Хотели, чтобы я сдался. Но я не собирался играть по их правилам. Сдались мне эти энписи, жалкие второстепенные персонажи.

– Подождите, – прошептал я, глядя на свои руки. – Вы еще узнаете, кто я такой. Весь мир узнает и содрогнётся.

Я прошелся по своей комнате, пытаясь успокоиться. У меня был план. И первое, что нужно сделать, – выбраться из этого дома. Пока они думали, что держат меня на коротком поводке, я уже готовился к тому, чтобы перевернуть их мир с ног на голову.

Но для этого нужно было действовать осторожно. Очень осторожно. Совсем не так, как я привык делать раньше. А еще нужно понять – зачем меня запихнули в это тело, и есть ли шанс вернуться обратно уже крутым магом. И если да – то держитесь. Я очень злопамятный. А пока сваливаем и качаемся – не люблю превозмогания, но тут, похоже, придется напрячь булки. По-о-о-оехали!!!

## Глава 3

Ульяна, а именно так звали ту самую пожилую горничную, была моей нянькой и личной служанкой матери Алексея, Ольги. Пришла вместе с ней из родительского дома, заботилась о госпоже, а потом и о прежнем владельце тела. После инициации отец отстранил её, перевёл в когорту обычных слуг, но она продолжала помогать Алексею. Вот и сейчас пришла, принесла завтрак и начала собирать чемодан.

– Не переживайте, Алексей Платонович, ваш батюшка погорячился. Наверняка через годик позволит вернуться, а то и к концу лета. Всё же вы его сын, наследник рода. Я тут побуду, за Лизкой прослежу, чтобы не наворотила делов, а то с неё станется. Да и за Катькой присмотреть надо бы. Вы пока потерпите, продержитесь. Всё утрясётся, вот увидите.

Алексей всегда относился к ней, как к нижестоящей служанке, но всё же с добротой. В конечном итоге, она всегда была рядом и заботилась о нём. Никогда не понимал такой преданности в книгах, это что-то не про настоящих людей. Даже сейчас она готова задарма служить лично мне. Глупая крестьянка, что тут скажешь. Но мне-то что? Главное, бесплатная рабсила.

Лизка – это Елизавета Андреевна, мать Марии и Петра, в данный момент первая и главная жена барона Стужева, главы рода и моего отца. Катька – это Екатерина Алексеевна, мать самого младшего моего брата, трёхлетнего Александра.

– Улька, – засмеялся я, – ты за кого меня принимаешь? Где наша не пропадала! Лишь мелкие неурядицы, нечего беспокоиться.

– Это вы правильно, Алексей Платонович, – она закивала, укладывая стопку рубашек в чемодан. – Такой настрой и надо держать. Уверена, это треклятая Манька с мачехой вашей, Лизкой, воду мутят. Напридумывали гадостей и подлили масла в огонь, с них станется. Но ничего, Платон Борисович человек отходчивый. И не глупый. Он поймёт, что вы о сестре заботились, о чести рода. Всё поймёт.

Ульяна так же недолюбливала моих мачех и называла их так, будто те обычные простолюдинки. Это звучало забавно, так что настроение у меня поднялось. Правильно, так их. Пусть радуются, недолго им осталось. Только немного разберусь, что к чему.

Пока я ел овсяную кашу с изюмом и корицей, на удивление вкусную, скроллил ленту новостей. Прошли те времена, когда аристократы жили в веке восемнадцатом или девятнадцатом. Нынче вся бояра адаптирована под современность, чтобы читатель чувствовал себя в своей тарелке. Так что телевизоры и смартфоны в наличии у любого аристократа или обеспеченного простолюдина. У остальных – кнопочные мобильники. Как у Ульяны моей, например. Всё работает на чём-то среднем между магией и электричеством. Маготехнологии так называемые.

Монополия у императора Долгорукого Московского и его подвластных родов. Но это птицы высокого полёта, Стужевы попроще. Ничего, и этим Долгоруковым нос утрём. Иначе какая это боярка? Главный герой – то есть, я – взберётся к вершинам, так положено!

В нашей Тульской губернии смотрящим за сотовой связью назначен самим императором дед того самого Громова, с кем Алексею не повезло поцапаться. А Витька Хомутов – его закадычный дружок. Оттого отец так и трясётся, будто не понимает, что главе рода нет дела до сумасбродного прыщавого внука. У него таких одиннадцать штук! И вообще, это нормально, что юные отпрыски аристократов выясняют отношения, чего так беситься-то? Будто этот Платон Борисович сам молодым не был. Развёл панику на пустом месте.

Тула вообще оружейный город, наш род тоже занимался узконаправленным, но не уникальным производством пуль малого калибра. Отец трясся за то, что не получит очередной госзаказ, если вдруг с кем-то из приближенных императора поссорится.

Меня же отец решил отослать в Тамбовскую губернию, уезд Козловский. Там находилось имение моей покойной матушки, которое являлось её приданым после замужества. Так как я – её единственный ребёнок, то по закону всё её имущество отходило мне с момента совершеннолетия. Так что я не гол как сокол, но со всем надо разбираться. Адекватных воспоминаний по поводу имения мне это тело не предоставило.

Тамбов, конечно, та ещё помойка, Козлов – тем более. Никаких приличных производств, основа экономики – сельское хозяйство, из промышленности только тряпки да мелкие комплектующие.

Всё это я узнал, полазив немного в местном интернете. Здесь он назывался ГИС – глобальная информационная сеть. Но положенный мне на сборы час прошел подозрительно быстро, и пора было выдвигаться.

Я осмотрел себя в зеркало и, честно говоря, что-то отражение мне не особо нравилось. Одежда-то смотрелась новой и приличной, но сидела впритык. Движения не стесняла, но рукава были коротковаты, как и брюки, буквально на грани. Да и сама ткань серая, не хватало ей благородства. Если сравнивать с тем, что было на отце вчера, то я будто его слуга. Но это был самый приличный костюм-тройка из моего гардероба.

– Алексей Платонович, вы прекрасно выглядите, – Ульяна восторженно смотрела на меня. Лицо её скривилось, будто она слезу пустить собралась. – Как же быстро вы выросли! Если бы только матушка вас видела.

Она вздохнула и покачала головой. Я же перевёл на неё полный скепсиса взгляд. Прекрасно выгляжу? Серьёзно? Воспоминания-то о виде одноклассников у меня есть, там одёжка явно получше этой. Но, увы, чем богаты. Чтоб его, канон жанра. Отвернутый нелюбимый наследник рода. Ничего выходящего за пределы моих ожиданий.

– Не ной, мама смотрит с небес и будет ещё гордиться мной! – я с гордостью посмотрел на себя в зеркало.

Ох, хорош! Как и полагается породистому аристократу. Но одёжку да, надо бы сменить. Ничего, всему своё время.

Держись, Козлов, я еду. Ещё и название, как моя бывшая фамилия – явно знак свыше. Всё сложится более чем хорошо, с моими-то познаниями в боярке! Все возможные ходы – они тут, в голове. Проще простого.

– Ульянка, – писклявый голос Марии резанул по ушам и заставил обернуться.

Девушка без стука вошла в комнату и сейчас смотрела на служанку с явным презрением.

– Ты чем тут занимаешься? Опять Лёше жопу подтирать прибежала, вместо того, чтобы выполнять свои прямые обязанности? А ну, пошла работать, пока я отцу не пожаловалась! Вылетишь на улицу мигом.

Ни слова не сказав, женщина выбежала из комнаты. Лишь бросила на меня напоследок извиняющийся взгляд. Ну да, она человек подневольный, и так наверняка минималку платят. Если платят.

– А ты что там в зеркале увидел, братец? – усмехнулась Мария. – Как ни прихорашивайся, красивее не станешь. Такси уже ждёт, хватай чемодан и живо на вокзал! Билет не забудь только, а то знаю я тебя! И паспорт! Паспорт где? Если поезд пропустишь, это будет фиаско, отец точно наподдаст тебе как следует. Вчерашний день ещё спокойным покажется.

Я повернулся к ней, смотря сверху вниз на это недоразумение. Вот ведь, змея подколодная!

«Ничего, ты у меня ещё попляшешь, сестрёнка», – внутренне усмехнулся я. Отодвинув край пиджака, достал из внутреннего кармана паспорт.

– Да неужели, в коем-то веке собран, – хмыкнула она. – Держи.

Она протянула мне двойной билет. Зная эту сучку, я внимательно все перечитал, но вроде всё правильно записано: место прибытия, время, даже купе люкс-класса, как и положено приличному аристократу. Неужели не додумалась подгадить? Подозрительно.

Положив билет в паспорт, я вернул тот во внутренний карман. Подошёл к кровати и взял чемодан. Но стоило его весу перенестись на руку, как в боку прострелило, и я невольно скривился от боли, ойкнув. Грёбаный папаша, даже чудо-мазь не помогла!

От моей реакции Мария засмеялась и, ничего больше не сказав, вышла из комнаты. Я потопал за ней, так как она, видимо, решила проверить, сяду ли в такси.

Чёрт, где слуги? Я что, тягловая лошадь, чтобы тащить всё это на горбу? Что там Ульянка такого наложила, блин? Надо было перепроверить её.

Чёрная машина стояла прямо перед крыльцом нашего двухэтажного особняка. Не удержавшись, я быстрым взглядом окинул сад перед домом – красиво. Всё цветёт и пахнет, несмотря на раннее утро.

– Чего ворон считаешь? Живее! – Мария толкнула меня в спину, благо, не сильно.

Водитель забрал у меня чемодан и быстро погрузил его в багажник.

– Подожди, – я резко обернулся, нахмурившись, – а где Аркадий Петрович?

Я почуял неладное, так как этот старый вояка и слуга рода ведь должен был сопровождать меня, а потом и обучать.

Судя по воспоминаниям тела, последние пару месяцев после дня рождения и инициации мною занимался специально нанятый человек, от которого Алексей частенько сбегал. Но время от времени Аркадий Петрович являлся лично всё проконтролировать, и это был сущий ад! Старый больной маразматик, тот ещё зануда и садюга. Будто на турнир готовил бедного Алексея. Вот зачем, спрашивается, главе рода быть хорошим бойцом? Его дело приказы раздавать, да контролировать, как всё исполняется.

– Дела ему закрыть надо, завтра приедет утром. Из-за тебя человеку приходится уходить с должности заместителя начальника охраны поместья в няньки. Такой позор на старости лет, – она театрально закатила глаза и вскинула руки. – Но ничего, может, хоть он из тебя человека вылепит.

Таксист тем временем уже открыл дверь на заднее сидение и только меня дожидался. Исполнительный, так сразу и не скажешь, что из сторонней конторы, а не водитель рода.

Я занял своё место, и автомобиль вскоре тронулся. Я смотрел через стекло на ухмыляющуюся Марию на крыльце и на удаляющийся двухэтажный особняк. Да уж, Стужевы не самый последний род Тулы, но мне на нормальный костюм всё же зажали. Пф-ф. Ничего, ещё посмотрим, кто кого.

Успел я вовремя. Таксист высадил перед главным входом вокзала и укатил. Я покопался в памяти и двинул в нужную сторону, благо, указатели в наличии. И чемодан на колёсиках, не тащить хотя бы тут. Нужную платформу я нашёл быстро, а буквально через минут десять прибыл поезд.

Пока закинул чемодан в тамбур, опять скривился от прострелившей в рёбрах боли и внутренне матюкнулся на папашку. Вежливый проводник даже не подумал помочь с поклажей, гад. Только билет проверил и отвёл к нужному купе.

Внутри всё оказалось по красоте, лишь две нижние полки, телик на одной стенке, кондиционер, что для лета хорошо. Пока было раннее утро, так что не особо жарко. Даже постельное кипенно-белое – я внимательно осмотрел.

Дилинькнул телефон, я посмотрел сообщение от Марии: «Ты там сел? Чего молчишь?»

«Сел», – отправил ей ответ и посмотрел в окно.

Поезд тронулся, а внутри меня всё так и пело: начало моей новой истории положено!

Опять дилинь. «Остановку свою не проспи и выйди, где надо. Сегодня в семь вечера приезжаешь ведь»

«Не переживай, сестрёнка. И по поводу Витьки я не врал!»

«Да пошёл ты! Не пиши мне больше».

Я фыркнул, закатывая глаза. Это кто кому ещё написывать начал вообще? Тупая курица.

Пролистал чаты, несколько из памяти не нашёл. Кикнули, что ли? Общеклассовый почитал, обсуждали, кто куда поступать собирался, в основном, девчонки трындели о всякой ерунде. Скукотень.

Кстати, а что со мной-то? Я вроде должен был подать документы в Тульскую Магическую Академию, так как Московской был недостоин по мнению отца. Естественно, на факультет боевой магии, хотя Алексей хотел – и я с ним полностью согласен – на госуправление. Но что теперь? Если он решил меня отослать на два года, это ведь не значит, что я должен сидеть дома всё это время? Не в тамбовский же подавать документы, в самом деле! Может, действительно, только летом ссылка и ограничится?

Пока появилось свободное время, я решил прикрыть глаза и прислушаться к своему дару. Согласно воспоминаниям, в районе сердца теплился огонёк, словно пламя свечи. Дар очень слаб, казалось, ещё немного и затухнет. Но когда Алексея охватывала ярость, огонь разгорался сильнее. Вот только нормально выплеснуть его не удавалось, он трепыхался, словно на ветру, но наружу не выходил. Лишь пару раз получалось запустить нормальный фаербол, а не жалкие всполохи. И то, сразу после этого жуткий откат наступал, тело покидали все силы, и Алексей чуть ли не в обморок падал.

Что ж, стандартно. Нужно пламя укротить, а ещё растрясти источник маны нормально. Наверняка ведь он огромный, просто закупорился где-то. Проклятие какое-то, злой заговор или что там ещё бывает? Неважно. Главное, открыть ход, и мана начнёт нормально питать дар.

К сожалению, сколько я ни пытался, пламя только слегка колыхалось от моих усилий. Печаль-беда. Похоже, все завязано на сильные эмоции, типа той же ярости. Так не пойдёт, надо что-то делать. Только что? У Стужевых есть информация лишь о даре холода, других книг Алексей в родовой библиотеке не находил.

А где там этот источник? Он должен питать дар, иначе тот не разгорался бы вообще, и я назывался бы «пустым». Но пламя ведь есть, значит, есть и источник маны. Но сколько бы я ни прислушивался, не находил ничего. Свеча тихо горела в пустоте.

Ладно, гнев так гнев. Что может быть проще? Вспомнил мудака отчима. Его заплывшую жиром харю и то количество пустых банок пива, которое вечно скапливалось возле дивана. Он наплёл матери, что после инфаркта ему здоровье не позволяет работать, а она, дура, уши и развесила. Вот как после отца она могла выбрать это нечто вместо того, чтобы просто заботиться обо мне, своём единственном сыне?! Сколько раз мне не покупали что-то нужное из-за этого борова?!!

Гнев наполнил моё сердце, я ощутил, как пламя затрепыхалось и разгорелось. Сжечь, всё сжечь! Ну, или хотя бы материализовать пламя на ладони.

Представил, как держу в руках, сжимая со всей силы, необъятную шею отчима. Пальцы так и скрючились, перед глазами ненавистная рожа. Теплота пламени потекла к ладоням, готовая выплеснуться в реальность…

Толчок от остановки поезда. Я сидел почти на самом краю постели и потому упал вперёд, на колени. Концентрация сорвалась, ладони обожгло. Дыхание сбилось, я начал задыхаться, перед глазами всё поплыло. Совсем как в воспоминаниях Алексея.

Чтобы прийти в себя, потребовалось время. Я рассматривал ладони, но ничего необычного не обнаружил, никакого намёка на ожог. Неужели показалось? Чёртов поезд! Ну почему ему надо было остановиться именно сейчас?! У меня же почти получилось!

Горло саднило, язык прилипал к нёбу, я начал кашлять. Под столом находился холодильник, я достал оттуда литровую бутылку воды и в один присест осушил её. Руки трясло, тело дрожало. Я прилёг на постель и сам не заметил, как задремал. Создание вновь наполнили воспоминания прежнего Алексея.

– Это бесполезно, – мужчина смотрел на меня с сожалением. Учитель огня, которого нанял отец. – Твой источник настолько мал, что пытаться использовать даровую магию смерти подобно. Ты так только сам себя калечишь. Камни зари и нейтральная магия твой удел, смирись.

Это последнее, что он сказал, а после этого отец нанял Алексею тренера по фехтованию и боевой подготовке. Камни зари – безумно дорогие артефакты, которые являлись природным источником маны, нечто вроде батареек, расходный материал. Алексей видел их только на картинках в учебниках. Вроде как добывались из разломов каких-то.

– Пока не сможешь нормально держать меч в руках, тебе не видать камней зари, – холодно сказал глава рода в темноте, пока Алексей находился в полубессознательном состоянии после очередной тренировки. Тогда он понял, что просто обязан пробудить свой источник и доказать всем, что имеет врождённую магию. Что он не талантливый простолюдин, юзающий лишь нейтральную магию.

В тот день Алексей принял усилитель, который удалось добыть с невероятным трудом. Пыль от тех самых камней зари, специально обработанная. «Алая пыльца». Но отец так невовремя вызвал сына, чтобы отругать. Сердце билось где-то в глотке, перед глазами плыло. А потом Платон Борисович ударил и спровоцировал сильную боль в груди, от которой Алексей упал и потерял сознание. А сразу после этого в его теле очнулся я.

Я не знаю, почему воспоминания последних минут жизни пробудились именно сейчас. Возможно, это произошло из-за того, что я попытался задействовать дар, который был связан с последними минутами жизни бывшего владельца тела.

Так, на заметку. Усилители не употреблять ни в коем случае. Не хватало ещё откинуться.

В животе заурчало. Безумно хотелось есть. Хоть я и ощущал себя усталым, поднялся и попытался отыскать в боковом кармане чемодана еду. Увы, ничего такого там не было. А вот кое-что нужное нашлось – кошелек. Тридцать тысяч – негусто.

Так, кажется, проводник говорил, в какой стороне вагон-ресторан. Наверняка там цены грабительские, но в билете была пометка о включённом в стоимость базовом обеде. Хоть сил особо и не было, отчего не хотелось никуда идти, я всё же взял себя в руки и, закрыв купе на магнитную карту, направился в сторону вагона-ресторана.

Закон подлости в действии – все столики забиты.

– Можно мне у стойки поесть? – обратился я к милой девушке, которая поприветствовала меня.

– Простите, у нас не положено, – её взгляд устремился вдаль, голос звучал озадаченно. – Похоже, вам повезло. У девушки за седьмым столиком свободное место. Если она не против, можете сесть к ней, либо подождать, пока место освободится.

– А в купе нельзя?

– Простите, но у нас так не положено.

Я вздохнул и сфокусировал свой взгляд, выискивая седьмой столик.

Гля, какая краля! Блондинка с небесно-голубыми глазами, в белой блузке, пуговки которой еле удерживали пышную грудь, пила чай, читая при этом книгу. Слегка вьющиеся локоны обрамляли ее лицо, придавая ей ещё больше очарования. Прекрасная дева без явных признаков стервозности во внешности.

А вот и она! Важная встреча с первой девушкой гарема! Сразу же откуда-то взялись силы, я поправил свой костюм, пригладил волосы и выпрямился, чтобы с достойным видом подойти к красотке. В конце концов, канон жанра, мне ли не знать!

## Глава 4

– Привет, можно здесь сесть? – спросил я, указывая на единственное свободное место напротив девушки.

Та отвлеклась от книги и рассеянно посмотрела на меня.

– Почему бы и нет, – кивнула она, слегка улыбнувшись.

Я повернулся и помахал рукой буфетчице, после чего сел. Первый шаг сделан, полёт нормальный.

Девушка вернулась к чтению, а я внутренне выругался. В книгах оно всё как-то проще, а я сам первым никогда к незнакомкам не подкатывал. Нужно собраться с мыслями. Скорее всего, у меня всего один шанс произвести впечатление и начать разговор.

Так, как там обычно было? Надо подумать.

Пока я перебирал варианты, мне принесли базовый обед. Поблагодарив официантку, чтобы выглядеть вежливым и интеллигентным, я улыбнулся девушке напротив. Но она, кажется, ничего не заметила.

Ладно, продолжим. Вот только с чего?

Пока думал, съел половину тарелки супа. Хм, а ничего так, вкусненько. Даже не ожидал. Так, стоп, я ведь познакомиться хотел. После супа тогда.

Доел, отодвинул тарелку и приступил ко второму.

– Я, кстати, Алексей. А вы…? – сказал я уверенно и положил кусочек мяса в рот.

Похоже, мне досталась недотрога. Ничего, такие потом в постели страстные. Перед глазами появился образ, и я чуть не поперхнулся, но запил морсом.

Наконец, девушка оторвалась от книжки и потянулась к чашке чая, чтобы сделать глоток.

– Я, кстати, Алексей. А вы…? – повторил я.

– Анна, – она приветливо улыбнулась, но вдруг что-то вспомнила и слегка нахмурилась: – Но, если честно, я не заинтересована в случайных знакомствах в пути.

– Ого, сразу в лоб! – засмеялся я. – Что вы, ничего такого. Я лишь хотел просто пообщаться. Вы ведь книгу читаете? Что-то интересное?

– Да так, – она посмотрела на обложку и прочистила горло. Я уже прочитал название и загуглил, обычный женский роман. – Давайте не будем.

И опять уткнулась в свою книжку. Да что ж такое! Ты ж моя недотрога.

– Ну, знаете, Анна, я просто подумал… В поезде ведь скучно. Может, вы расскажете что-нибудь о себе, куда едете? Я, например, в Козлов. Знаете такой город?

– Отчего ж не знать, сама оттуда, – улыбнулась она, но потом снова нахмурилась. – Я еду с женихом. И, пожалуйста, не надо больше вопросов.

Она явно нервничала, типичная цундере. Снова в книгу уткнулась. Я на верном пути.

– С женихом? Поздравляю. Хотя, судя по вашему тону, вы не в восторге от такого попутчика. Я бы на его месте ни на минуту не оставлял такую прекрасную девушку.

– Вам не кажется, что это не ваше дело? Кушайте свой обед молча, пожалуйста.

– Молча скучно. Особенно когда рядом сидит такая прекрасная леди.

– Вы слов не понимаете? Я ведь попросила вас не лезть ко мне.

– Не стоит так расстраиваться. Хотите, я вам ещё кофе закажу? Ой, вы же пьете чай… А вы видели, какие здесь аппетитные пончики? Давайте проверим, какие они на вкус?

Девушка не нашлась, что ответить, потому я уверился в том, что всё делаю правильно.

– Вы никогда не задумывались, что пончики похожи на жизнь?

– Что? – она растерянно посмотрела на меня, но книгу отложила в сторону. Это успех.

– Они легкие, сладкие… но иногда и с дыркой внутри. Значит, мы сами можем наполнить её смыслом!

Она издала смешок. Да, я хорош!

– Так, может, расскажете немного о себе? Такой прекрасный день располагает к беседам, не находите?

Анна снисходительно улыбнулась.

– Если вы не против, я пойду, – мягко сказала она.

Я точно её заинтересовал. Так, нужно чуть поднажать, и она точно моя, номер один в гареме.

Она закрыла книгу, положила её в сумочку и поднялась. Но не успел я додумать мысль, какой из вариантов тут лучше подойдёт, как Анну схватил некий тип. Он перегородил собой весь проход, хоть и был тощим и высоким, как шпала. Ещё и со следами недавно сошедших прыщей, он явно не был красавцем, в отличие от меня.

Незнакомец держал девушку за запястье и слегка коснулся пальцев губами. Другой рукой за талию прижимал к себе. Анна же пыталась отстраниться, второй свободной рукой упираясь тому в грудь.

– Прости, что заставил ждать. Отец позвонил, – сказал он ей, с высокомерием смотря на меня. – Не познакомишь со своим… приятелем?

– Это не приятель, – сквозь зубы ответила она, ощущая от его прикосновений явный дискомфорт и не прекращая попыток отстраниться. – Просто мест не было, и я разрешила ему сесть рядом.

– Да? – тот перевёл на неё удивлённый взгляд. – А мне показалось, что вы мило беседовали. Ты ведь всегда испытывала болезненный трепет к сирым и убогим. Но не переживай, после нашей свадьбы ты не будешь знать, что такое нищета.

Свободной рукой она залепила пощёчину, но та вышла смазанной. Парень даже не дрогнул, лишь усмехнулся.

– Как ты смеешь?! – Анна была зла. – Мой род никогда ни в чём не нуждался!

– Да что ты говоришь? – его голос сочился сарказмом. – Наверное, именно поэтому наш брак согласовали ещё до того, как ты научилась говорить. Напомнить, что именно твоя семья получила взамен?

– Да пошёл ты! – залившись краской, прошипела она.

– Ты такая милая, когда злишься, – он изобразил умиление на лице, после чего схватил девушку за подбородок и попытался поцеловать.

С начала их диалога я растерялся от наглости и напыщенности этого индюка. Но сейчас ситуация приближалась к кульминации, мне нужно было действовать. Это ведь шаблонный шаблон! Сейчас я быстро осажу этого идиота.

– Пусти меня! – выкрикнула Анна. Она подогнула колени и опустилась на стул, избежав нежеланного поцелуя, но не освободившись от его хватки на своей руке.

Я к тому моменту встал в гордую стойку.

– Именно, пустите Анну. Что вы вообще себе позволяете? – голос прозвучал уверенно, как я того и хотел.

– Это не твоё дело, пацан. Сидел бы, да ел молча. Целее будешь.

– Я не могу стоять в стороне, когда кто-то обижает леди.

– Алексей, прошу вас, не нужно… – голос Анны был полон заботы обо мне.

Естественно, это лишь подстегнуло моё эго. Да я на боярках собаку съел! Вот как всё гладко идёт.

– Хорошим манерам вас определённо не обучали, – продолжил я уверенным тоном. – Ваше поведение лишний раз доказывает, что, кроме как тискать безропотных служанок, вы ничего не умеете.

Он рассмеялся и ослабил хватку, отчего Анна выскользнула из его рук и отошла в сторону, ближе ко мне.

– Бегите, – шепнула она.

– Что? – я как-то не ожидал подобного от неё.

– Бегите, я его задержу. Ну же, быстрее! – она несильно толкнула меня, на что я лишь поправил свой пиджак и гордо посмотрел на неё сверху вниз.

– Барон Алексей Стужев никогда не бросит девушку в беде. И не убежит!

– Стужев? – Анна задумалась. Видимо, вспоминая, где слышала эту фамилию.

Давай, девочка, вспоминай и восторгайся моим знатным происхождением.

Тем временем индюк закончил смеяться.

– У меня хотя бы есть эти слуги, – сказал он. – Алексей, значит? Ты ведь говорила только что, что не знаешь его, что он лишь случайно подсел. Знаешь, что-то у меня аппетита нет, надо немного размяться.

Он достал из кармана зелёную шёлковую ленту и начал обматывать свою правую ладонь. Выглядел при этом, как заправский маньячина. Да что не так с этим парнем? Хотя, все второстепенные персонажи должны быть на пафосе, чтобы главный герой мог ломать их гордость о своё колено.

– Валентин, что ты делаешь? – Анна была напугана. – Он ведь простой человек, возможно, даже не пробудился ещё…

– Не переживайте так, – я широко улыбнулся, – мой дар пробудился. Но он мне даже не потребуется…

– Вы ещё тут? – она недовольно зыркнула на меня. – Бегите уже, пока не поздно! Он закончил второй курс магической академии!

Пф-ф, да хоть пятикурсник. Герой просто обязан размотать его. Вот сейчас этим и займусь.

– Слышишь, Анна? Он пробудил родовой дар, – усмехнулся Валентин. – Так что ничего страшного не произойдёт, так ведь? Как там тебя, Алексей?

– Барон Алексей Платонович…

– Да без разницы, – перебил он меня. – Давай выйдем в тамбур?

– Валентин, не нужно, я пойду с тобой… – Анна вновь попыталась вмешаться.

– А выйдем! – оскалился я. – Анна, вам не о чем переживать, я защищу вашу честь.

– Да какая честь? – возмутилась она. – Вы совсем… идиот? Валентин известен своей силой, к тому же, он определённо старше вас. Прекратите немедленно красоваться друг перед другом! Иначе… Иначе я уйду! Валентин, тебе мало задирать меня, нужно и всех окружающих трогать, кто хотя бы посмотрит в мою сторону? Я не твоя вещь! Эта помолвка была давно, долг выплачен. Я не твоя собственность и замуж за тебя не собираюсь! У меня своя жизнь!

– И всё же ты до сих пор моя невеста. Твои родители не спешат расторгать помолвку. Да и посмеют ли? Ты должна радоваться и гордиться, что породнишься с таким уважаемым родом. А вместо этого ты так жестока. Даёшь пустые надежды сирым и убогим. Посмотри на бедного паренька, он ведь уже втрескался по уши. Не понимает, что ты не его поля ягода.

– На себя посмотрите, сударь, – усмехнулся я. – По одёжке судят лишь глупцы.

– Анна, ну ты видишь? – он развёл руками. – Он ведь сам нарывается, как я могу просто так оставить это без последствий? Меня ведь уважать перестанут. Как я в глаза матушке посмотрю?

– Вы! Вы, оба! Знаете что? Делайте, что хотите! Я на это смотреть не собираюсь!

Гордо подняв свой прекрасный носик, девушка развернулась на каблуках и ушла в сторону буфета.

– Я жду тебя через полчаса у себя в купе! – крикнул ей Валентин, после чего посмотрел на меня и хмыкнул. – Ну, пошли, герой, выйдем. Не передумал ведь?

– Разумеется, не передумал.

Ха, да у него даже подсосов нет, неудачник. Я уже готовил свой гнев и вливал его в пламя своего дара. Идеальные условия, вот сейчас он точно ощутит всю мощь моей магии огня!

– Ну, давай, – ухмыльнулся Валентин, когда мы оказались в шумном тамбуре.

Он повернулся ко мне и находился в расслабленной позе. Вот дурак! Хотя, это мне же на руку.

Магия в виде жара полилась по руке и достигла моего кулака как раз в тот момент, когда его попытался перехватить Валентин. Огонь тут же вырвался наружу и объял этого статиста-неудачника…

Стоп, что?!

Я в удивлении смотрел, как Валентин остановил мой кулак, который целился ему в солнечное сплетение, простым перехватом ладонью. А вместо шквала пламени появились редкие всполохи, похожие на мини-фейерверк.

– Это всё, что ли? – так и не дождавшись продолжения, удивлённо воскликнул он и впечатал мне в челюсть. И как только зубы не выбил?!

У меня тут же всё поплыло перед глазами, и я чуть не упал на пол. То ли от удара, то ли от перенапряжения магического. Но Валентин «любезно» помог сохранить равновесие, прижав меня предплечьем к стене. А потом последовали два удара в печень. Да что ж такое?!

Всё моё многострадальное тело взорвалось болью, я заскулил, не в силах вздохнуть. И таки упал на пол.

– М-да, я ожидал чего-то большего, – пробормотал он разочарованно.

Я уже готовился, что он ногами начнёт бить, зажмурился и постарался прикрыть все, что возможно, руками. Но вместо этого вздрогнул от грохота захлопнувшейся двери.

– Вот именно, вали отсюда! – крикнул я и поднялся, отряхивая от пыли брюки. Жаль, дышать ещё было трудновато. – Трус!

Дверь открылась, и я вздрогнул. Но это оказался какой-то левый взрослый мужик.

– Вы в порядке? – поинтересовался он у меня.

– Совершенно, – постарался я выпрямиться.

– Хорошо, держите, – он сунул мне тысячную купюру. Что? – Мой господин бывает не сдержан. Надеюсь, этой компенсации будет достаточно.

Он так и оставил меня стоять в тамбуре, одного, с ошарашенным видом и смятой купюрой в руке. Какого чёрта сейчас произошло вообще?! Не надо было принимать эти деньги, но в тот момент я был настолько удивлён, что не сразу сориентировался.

Какое-то время я еще простоял без движения, разрываясь между желанием выбросить деньги и всё же оставить себе. По местным меркам, это конвертируется тысяч в десять. А у меня не настолько много денег с собой. Возможно, я больше финансирования и не получу, если брать в расчёт отношения в семье.

Так что я сунул деньги в карман и вернулся в купе.

Дышать было дискомфортно, как и прикасаться к животу, к тому месту, куда бил ублюдок Валентин. И без того побои отца не до конца прошли.

Пошарив в сумке, я нашёл аптечку. Заботливая Ульяна расписала, какой препарат для чего и как использовать. Так что закинулся обезболивающим и кое-как помазал живот.

Но что, чёрт возьми, произошло? По канону жанра огонь обязан был появиться! Почему у меня ничего не получилось? Что я сделал не так? Но сколько бы я ни размышлял, все больше убеждался, что внешне всё сделал правильно.

Раздался осторожный стук в дверь купе. Я сначала испугался, но потом понял. Я всё понял! Это немного другой сценарий. Первый раз огребаю, получаю признание девушки, а потом уже превозмогаю.

Я попытался сделать максимально болезненный вид, после чего приподнялся и потянулся откинуть защёлку. Дверь тут же откатилась в сторону, вот только… Вместо Анны там стоял Валентин. Я так и сел, уставившись на него.

– Что, не меня ждал, урод? – усмехнулся он и тут же шагнул внутрь, закрыв за собой дверь. Его взгляд скользнул на столик, где помимо лекарств лежала та самая тысяча, которую дал его человек. – Полагаю, это моё.

Он взял купюру и демонстративно положил её себе в карман, после чего сел на соседнюю полку.

– Что вылупился, убогий? Сказать нечего? – насмехался он надо мной. – Надеялся отсидеться по-тихому в уголке, пока поезд доедет? Или ждёшь, что Анна тебя пожалеет?

– Почему тебя вообще это волнует? – я стараясь выглядеть уверенно, но голос предательски выдал напряжение.

– Надеялся, что увижу Анну у тебя. Это было бы на неё похоже, – он презрительно скривился. – Любит она сирых и убогих. Вот таких, как ты.

Вот ведь ублюдок! Во мне закипал гнев, опять пламя свечи стало больше, но вместе с тем перед глазами всё поплыло. Чёрт, надо успокоиться.

– Увы, её здесь нет. Исчезла, как только поняла, что найти здесь героя-спасителя не получится. Должно быть, сошла с поезда.

– Сошла? – удивился я. – Куда?

– На такси решила доехать наверняка, – пожал он плечами.

Я попытался улыбнуться и гордо выпрямиться. Но чувствовал, что губы дрожат от нервов:

– Или она просто не захотела видеть твою рожу.

– Ого, даже пытаешься огрызаться? – усмехнулся он. – Хочешь казаться смелым, но я-то вижу, как у тебя руки дрожат.

Я инстинктивно сжал кулаки, пытаясь взять себя в руки.

– Это от усталости. А может, просто тошнит от тебя.

Валентин резко вскинул руку в мою сторону, будто собирался ударить. Я непроизвольно дернулся, а он демонстративно пригладил свои волосы.

– Ой, смотри, какой дерзкий! – засмеялся он. – Но чего ж тогда такой дёрганый, герой?

Я вновь заставил себя выпрямиться.

– Мне просто не хочется снова тратить время на чью-то нездоровую потребность в самоутверждении.

– Даже так? – он растянул слова, наклонившись чуть вперёд. Я же вжался в спинку дивана. – Но мне помнится, ты сам был уверен, что наваляешь мне. Но кишка тонка оказалась. Больше, чем на простенький фейерверк, силенок не хватило. Дам совет на будущее: знай своё место. Думаешь, что можешь сидеть тут, дерзить мне, словно равный? У тебя ни силы, ни влияния. Ты – пустое место. Один взмах – и тебя не станет.

Его голос был холоден, как у маньячины. Взгляд такой, будто реально готов меня здесь и сейчас прирезать.

– Если я такое ничтожество, зачем ты вообще со мной разговариваешь? – сказал я, пытаясь унять дрожь.

Он фыркнул и откинулся на спинку своего диванчика.

– Просто забавно наблюдать за тобой. Как крыса в ловушке. Ты так жалок, что мне даже бить тебя не хочется, а ведь собирался, идя сюда.

Он резко пересел ко мне, отчего у меня всё внутри сжалось. Он протянул руку, я отполз, но недалеко – вот она, стенка. Выхода нет.

– Не трогай меня! – крикнул я, паникуя.

Он коснулся сбоку моего живота, как раз там, куда бил недавно и где ещё болело. Я схватил его за запястье, чтобы убрать, но не смог сдвинуть.

– Расслабься, – усмехнулся он. – Ты ж аристократ, веди себя соответствующе. Я ведь помочь тебе пытаюсь. Где твоя благодарность?

– Убери руку, – сказал я более спокойно, так как пока он действительно не нажал на рану.

– Тише-тише. Сейчас тебе станет легче.

И я действительно почувствовал, как боль притупляется, место удара немеет. Даже расслабил свои пальцы на его запястье и выдохнул с облегчением. Но внезапно резкая, пронзительная боль окутала весь живот, разливаясь по всем внутренностям. Я сдавленно всхлипнул, пытаясь сделать вдох, спина выгнулась от напряжения, а пальцы на его запястье сжались со всей силы. Но тому, судя по всему, было по барабану. Да что за монстр такой! Он ведь не выглядит накачанным!

– Что, не можешь даже слова сказать? – он склонил голову, приветливо улыбнувшись. – Так-то лучше.

Я прикусил язык, пытаясь не издать ни звука, чтобы не дать этому уроду насладиться моим болезненными стонами. Но губы дрожали, а из глаз готовы были в любой момент брызнуть слёзы.

– Говорят, друиды могут взаимодействовать только с растениями, но ты теперь знаешь, что это не так. Мы можем влиять на всё живое. Но с растениями это действительно проще.

Он наконец убрал руку, но боль осталась. Бросив его запястье, я прижал ладонь к месту болезненного онемения. Этот же урод вновь протянул руку и резко дважды хлопнул меня по щеке, не сильно, но унизительно.

– Пусть это будет напоминанием, кто ты есть. Не смей больше попадаться мне на глаза. Иначе пожалеешь, – последнюю фразу он сказал с явной угрозой.

Он встал и поправил свой костюм. После быстро ушёл, громко хлопнув дверью. Я медленно выдохнул и тут же начал дышать, будто стометровку пробежал. Хотелось успокоиться и прийти в норму, но легко сказать. Руки дрожали, а боль не спешила уходить.

Вот ведь мразь. Ты у меня ещё ответишь за всё. Всего лишь первая будущая жертва моей мести. Твои дни сочтены, гнида. Радуйся победе, пока ещё можешь. Это ненадолго. Найду и закопаю. Или спалю.

## Глава 5

Боль прошла примерно через три часа. Уж такого я точно не забуду. Месть моя будет извращенной. Этот Валентин точно пожалеет, что на свет родился!

Я собирался поужинать спокойно в почти пустом вагоне-ресторане вечером. Пришёл позже всех, когда чувствовал себя уже нормально. Но всё было закрыто. Нашёл проводника, и тот огорошил, что кухня уже на сегодня прекратила работу. Предложил купить у него печенье. Да пошёл он, барыга несчастный. У меня по билету ужин положен был! Полноценный!

Примерно через полчаса поезд прибывал в Козлов. Так что я спокойно собрался, хотя и собирать-то особо было нечего. Разве что в аптечку кое-как удалось всё впихнуть. Как только Улька всё это разложила там так компактно…

Ничего, в поместье поужинаю нормально. Меня должны были встретить. Вот только на платформе никого не было. Я удивлённо осмотрелся по сторонам и потопал за всеми.

Да чего ж чемодан такой тяжелый? Каждый шаг в печени отдаётся. Переложил в другую руку груз, так вроде показалось легче.

Перед выходом с железнодорожного вокзала не было никого. Точнее, постороннего народа-то было полно. Встречающие рассаживали долгожданных родственников и друзей по машинам. До меня же никому не было дела.

Я решил посидеть на лавке и подождать немного. Пока сидел, наблюдал, как метрах в трёхстах от меня к остановке подъехал автобус, и туда погрузились все, кто сошёл с поезда и кого не встречали.

В итоге уехала последняя машина, и местность будто вымерла. Я вздохнул. Серьёзно? Меня действительно никто не встречает?

Меня терзали смутные сомнения. Машка вообще хоть кого-то предупредила, что я приеду? Я нашёл в справочнике номер стационарного телефона поместья и нажал вызов, но услышал: «Набранный вами номер не существует». Что за чёрт?

Я поднялся с лавки и постоял ещё какое-то время, после чего поплёлся на остановку. Чёртов чемодан! Ты вроде был легче с утра.

Судя по расписанию, которое висело тут же, через полчаса должен был подойти последний автобус за сегодня. Удобно, что карта-схема есть, даже понятно, где выходить.

Когда я уже думал, что транспорта не будет, наконец подкатил автобус. Десять минут опоздания! О чём я не поленился сообщить водителю, оплатив проезд наличкой.

Тот сделал вид, что глухонемой, и тронулся. В салоне сидели человек десять, все какие-то потрёпанные жизнью мужики. Возможно, работяги с завода, куртки одинаковые. Или что тут у них в Козлове есть?

Сам не заметил, как задремал. Меня растолкал водитель, который внезапно оказался не немым.

– Парень, это конечная, я в гараж.

– А? Что? Где я? – встрепенулся я, сонно осматриваясь по сторонам. Потом резко дёрнулся под сиденье, но чемодан был на месте, так что я с облегчением выдохнул.

– Конечная. Альбион.

Ну и название. Я поднялся и вышел на улицу. Дыра какая-то.

– А это точно Козлов? – обратился к водителю.

– Да! Район Низы. Конечная Альбион. Я ж сказал, – это было последнее слово перед тем, как он закрыл дверь и тронулся.

Что-то совсем сумерки, на часах начало десятого. Похоже, тут без такси не обойтись. Хотел сэкономить, доехать до центральной площади и уже оттуда вызвать машину. Но уже ничего не поделать.

Я открыл приложение, вбил остановку и адрес поместья. Зевнул, оглянулся. Ну и дыра, конечно. Село Кукуево какое-то. Район Низы? Подходит так-то.

Собаки где-то тявкают и завывают. За покосившимся забором одной из одноэтажных лачуг слышен детский плач. Метрах в трёхстах ларёк с двумя стоячими столиками. Там, тихо переговариваясь под звон бутылок, бухают мужики. В остальном – тишина.

Через какое-то время от ларька ко мне неровной походкой направились два ушлёпка, но вовремя подъехало такси. Я сел на заднее сиденье и выдохнул. И опять задремал. Чёрт! Не стоило пытаться пробудить магию, совсем устал.

Таксист разбудил меня и поинтересовался:

– Вам точно сюда? Выглядит как нежилое.

Я повернул голову и посмотрел в окно. Сразу же узнал здание за коваными воротами. В детстве прежний Алексей тут бывал. Но здание и правда было погружено во тьму, не виднелось ни огонька.

– Сюда, сюда…

Заплатив ему, я вышел. Но сколько бы на звонок ни жал, никто не спешил выходить ко мне. Но я знал, что там просто обязан кто-то быть. Сторож как минимум и уборщица, чтобы всё это содержать.

Поразмыслив, нашёл у дороги камень и начал им тарабанить по решётке.

– А ну, пшёл отсюда! – крикнул кто-то из темноты. Уже совсем ничего было не разобрать.

– Я тебе пойду, смерд! Барин приехал, отворяй!

– Да какой ты мне барин? Не уйдёшь, охранку вызову!

– Вызывай! Я им документы свои покажу, и тогда посмотрим, как они тебя отмудохают за ложный вызов!

Похоже, мои аргументы сторожу показались убедительными, так что он вышел с ружьём наперевес. И с фонарём в руке.

Собственно, им и ткнул мне почти в лицо, пытаясь что-то разглядеть своими подслеповатыми глазами. Я ведь увидел муть в них, катаракта, что ли, начинается? На вид лет сто как минимум деду, он ещё когда шёл к воротам, я заметил, что он скрюченный какой-то.

– Документы давай, – протянул он свою граблю.

Ну, я и дал.

Он ещё какое-то время сомневался, сравнивая фотографию с моей физиономией, но всё же вернул мне паспорт и начал открывать ворота.

– Простите, Алексей, сразу не признал. А чегось это вы к нам так рано? Мы только завтра, ближе к обеду вас ждали.

Вот ведь Машка стерва, так и знал! Эта тварь всё же подготовила подлянку.

– Ошиблись, видимо. Или ты, дурак, не так понял.

Он мне ничего отвечать не стал. Запер ворота и догнал у главного входа. Я вошёл в гостиную, включил свет и осмотрелся. В принципе, все как и в памяти. Вполне приемлемо. Сразу видно, что не шелупонь какая живёт. Просторный холл, путь вправо, влево, впереди лестница на второй этаж, рядом с ней тоже проход. Там должны быть кухня и трапезная.

– В доме ещё кто-то есть? – я повернулся к старику.

– Такмо нет. Утром только Акулина придёт, да слуги остальные. Готовиться к приезду вашему.

Он поставил фонарь на лавку. Значит, не показалось, масляный.

– Есть что пожрать? Я голодный, как волк, – мой голос прозвучал раздражённо.

– Так откуда? – он ошарашенно уставился на меня. – Пирожок есть, с капустой. Токма я его уже надкусил. Будете?

И он на полном серьёзе достал из кармана своей объёмной жилетки газетный свёрток в жирных пятнах. Развернул, показывая тот самый пирожок, съеденный на треть.

– Ясно. Не надо, – скривился я в отвращении. И довольный старик принялся тут же доедать свой ужин. – Тут есть комната готовая?

– Так вы можете в свою, старую…

Я помнил, как она выглядит внутри и что находится на втором этаже. Больше ничего.

– Проводи. Темно уже, да и давно тут не бывал.

Старик взял свой фонарь и попросил свет не включать лишний раз.

– Платон Борисович ругаться будет, если счета слишком большие придут, – пояснил он.

М-да, не ожидал, что глава рода Стужевых такой скряга. Хотя… Я посмотрел на свои рукава и вздохнул. А ведь мог бы нормальный костюм мне купить!

Войдя в комнату, я не стал ни к чему приглядываться. Кровать чисто застелена, слоя пыли не видать. Пойдёт.

Старик пожелал мне спокойной ночи и ушёл. Я же кое-как стянул с себя одежду, покрывало банально на пол сбросил. Стоило лишь моей голове коснуться подушки, как я моментально вырубился.

Тяжёлый же выдался денёк! Аккуратно надо тренироваться с магией, много сил жрёт.

– ПОДЪЁМ! – кто-то заорал прямо над ухом и сорвал с меня одеяло. – Бездарь, спит он! Одиннадцать часов дня! Марш на тренировку!

Возмутитель спокойствия оказался прав. Ощущение такое, будто я лишь пять минут назад глаза прикрыл, а уже светло, аж слепит.

Я с прищуром осмотрелся, но мало что спросонья смог разобрать.

– Отстань, я спать хочу, – пробормотал я и упал обратно на подушку.

Мир снова поплыл, но забыться мне никто не дал. Кто-то грубо схватил меня за голень и стащил на пол. Я больно ударился затылком и зашипел, садясь и потирая ушибленное место.

– Ты что там, совсем озверел?! Уволю к чертям! – обозленно крикнул я.

– А я не тебе, бездарю, служу. Одевайся и на выход. Каждые пять минут опоздания – лишний круг пробежки. Живо!

Только сейчас до меня дошло, что это тот самый Аркадий Петрович. Плохо дело! Судя по тому, что я о нем помнил, спорить с ним гиблое дело. Так что я оделся как можно быстрее в свою спортивку. Хотя эти шмотки больше на форму школьную походили, довольно свободную. На ноги натянул высокие ботинки. Так спешил, что даже в туалет забыл заскочить и умыться для приличия.

Внизу в главном холле стоял Аркадий Петрович. Крепкий мужчина с седыми висками, в строгом военном камзоле, отдалённо похожем на мой костюм. Гладко выбритый и бодрый.

При моём появлении он демонстративно посмотрел на наручные часы, а я на те, что висели на стене аккурат над его головой. Как я ни спешил, все равно опоздал на пять минут. Чёрт!

– Два круга сверху! – грозно гаркнул он.

– В смысле? Я на пять минут только опоздал! – возмутился я.

– На шесть. А я говорил – каждые пять минут. Вторые пять минут уже пошли. На выход, живо!

– Мне в туалет надо.

– Перетерпишь. Или мне ещё круг за туалет накинуть? Тогда можешь сходить, – он с прищуром посмотрел на меня.

– Иду я, иду, – с видом мученика я поплёлся на улицу.

Солнышко уже начинало припекать, благо, трек наш находился на границе территории, а там росли деревья и падала тень от них. Тренер не отходил ни на шаг и «подбадривал добрым словом».

После пробежки, когда я думал, что уже помочусь в штаны, он разрешил отлучиться. Изверг. Только где сортир, блин?! Вроде на улице должен быть.

Память ни разу не вывезла, но стоило мне заприметить продолговатое здание, как я опрометью помчался туда. Не ошибся.

Фух, весь взмок от этой пробежки, ноги так и трясутся! Выходить обратно к этому козлу не хотелось. Но и прятаться здесь не вариант, он заявится ведь. Так что я выглянул из-за угла и, убедившись, что никого не видно, поспешил к ближайшим кустам. Хотел было спрятаться где-то на территории поместья, но меня схватили за шкирку со спины.

– Ты куда это, Алексей? – прозвучал знакомый голос с явной насмешкой. – Тренировочная площадка с другой стороны.

– Да я водички попить!

– Нельзя, бок заболит. Потом напьёшься.

– Но у меня уже всё болит!

– Это ж прекрасно!

– Чем?

– Это значит, что ты всё ещё живой человек, а не кусок нетонущего говна, ха!

– Вы что себе позволяете?!

– Тебя тренирую. У меня задание: за два с половиной месяца сделать из никчёмного задохлика полноценного аристократа. И я принял этот вызов, а ты?

Он всю дорогу практически тащил меня за ворот одежды. Мне только и требовалось, что ногами перебирать, да баланс держать. Но стоит признать, ткань хорошая оказалась, не порвалась. В отличие от моей любимой многострадальной футболки в прошлой жизни.

– За попытку уклониться от занятий – ещё один штрафной круг. Бегом!

Он как раз дотащил меня до тропинки, по которой мы бегали недавно. Не веря своим ушам, я обернулся:

– Вы это серьёзно сейчас?

– Бегом! Марш! – последовало вместо ответа, и он толкнул меня.

Разумеется, старикан бегал, как и я. Следил, видимо, чтобы я не сбежал. И даже почти не вспотел! А солнце уже успело высоко подняться. Я устал, как собака. Он не давал замедляться, будто норматив на скорость принимал.

Не знаю, на каких… Наверное, на последних волевых, я добежал, или, точнее сказать – доковылял до заднего двора родового поместья.

Чуть не упал на густую плотную травку, которая сейчас мне казалась невероятно мягкой и пушистой. Но тренер, будь он неладен, вновь подхватил меня за шиворот.

Я остался стоять, тяжело дыша и опираясь на колени. Мои ноги подкашивались после пробежки, пот заливал глаза. Я чувствовал, как лёгкие разрывает жгучая боль.

Передо мной встал Аркадий Петрович. В его взгляде не было ни капли сочувствия, только холодная требовательность. Вот ведь садюга!

– Не стой, как дохлая рыба, барон. Разминка окончена. Теперь растяжка. Быстро на землю, не мешкай! – сказал он, скрестив руки на груди.

Урод, сам ведь не дал мне только что упасть!

– Повторяй за мной, – он сел на одну ногу и начал тянуть другую.

Я уставился на него, как на идиота. Я почти задыхался, в коленях дрожь, перед глазами уже плывёт всё. И он мне предлагает вот это делать? Да я ж помру так!

– Но… С наскока так заниматься, – попытался я достучаться до его разума. – Это вредно для здоровья. Надо… давать телу отдых. Я уже на грани!

Аркадий Петрович размял вторую ногу и поднялся, фыркнув:

– На грани? Это ты, барон, так называешь лёгкую пробежку? В бою никто не даст тебе передышки. Тело должно служить тебе, а не капризничать, как избалованная барышня.

Я устало вытер лоб, согнувшись в пояснице.

– Но я не военный! Мне не нужно сражаться! Я изучаю магию!

– Какая магия? – вновь фыркнул он, смотря на меня сверху вниз, будто даже с ненавистью. – У тебя нет родовой магии Стужевых. Фехтование – твой единственный шанс претендовать на победу в дуэлях. Можем также изучить кулачный бой.

Что?! Ну уж нет! Он и так умудряется меня мутузить, а если кулачным боем, то на мне живого места не останется.

– Магия не заменит стального клинка и крепкого удара, – продолжал он говорить жёстким тоном. – Ты аристократ, а значит, обязан уметь драться. Хочешь, чтобы тебя в первом же полноценном поединке размазали по стене? Или надеешься снова сбежать при случае? Тогда Платон Борисович точно лишит тебя права наследования. Ты этого хочешь?

Я сглотнул горечь обиды. Ну ничего, старикан, ты у меня ещё попляшешь. Радуйся своей силе, пока есть возможность. Вы все у меня ответите!

С усилием я распрямился, скривившись от боли в ногах.

– Может, хотя бы минуту передышки?

Аркадий Петрович резко хлопнул меня по спине, отчего я едва не упал, чудом сохранив равновесие.

– Никаких передышек. Если тело орёт от боли – значит, оно живое. А если сдашься сейчас, будешь всю жизнь слабаком.

– Но я не могу даже стоять ровно! – недовольно сказал я, стиснув зубы.

Мужчина ухмыльнулся и отошёл в сторону, чтобы вернуться с деревянными мечами. Одним из них он резко ударил меня по икрам, вызвав болезненный вскрик.

– Вот и хорошо. Значит, самое время начинать настоящее занятие. Берёшь меч, и мы работаем над стойкой, – сказал он, протягивая мне деревяшку.

Я нервно выдохнул, но покорно взял оружие. Мои руки дрожали от усталости, но кого это интересует вообще?

– Это пытка…

– Это воспитание характера, барон. Начали!

Я сжал зубы, заставляя себя принять боевую стойку. Кажется, так надо, если верить памяти. И я тут же получил удар по пояснице. Да твою ж мать! Я взвыл от боли, пронёсшейся по телу.

– Ровнее! – гаркнул он. – И не ной так, я слегка хлопнул, а ты звуки издаёшь, будто тебя избивают безбожно.

Он издевается?! Слегка?! Да такими темпами он поясничный пояс мне отобьёт или обе почки сразу!

Всё моё тело ныло, мышцы горели от нагрузок, но отступать нельзя. Иначе… Иначе будет только хуже! От этого урода можно ожидать что угодно!

Аркадий Петрович сделал выпад, и я, вновь стиснув зубы, поднял меч, готовясь отразить удар. Ненавижу этого старикана!

Но куда там! Прежний владелец тела сам по себе не особо тренировался, нет никакой мышечной памяти. А у меня – так и подавно. Боль пронзила пальцы, и деревяшка отлетела в сторону.

– Та-ак, – протянул мучитель. – Похоже, нужно начинать с совсем базы.

И он заставил меня стоять в стойке с поднятой рукой и мечом целый час! На солнце! Я думал, что сдохну, но в обморок так и не упал. Рука отваливалась уже через полчаса, но он подходил и бил снизу, чтобы я приподнял ее.

А потом… Потом было фехтование минут на десять, за которые этот утырок меня чуть ли не избил до полусмерти. Обратно в дом занёс за шкирку.

Сразу же в холле я ощутил это. Что это? Что это за запах?! Восхитительный запах еды!!! Сделал шаг в сторону трапезной…

– Марш мыться и переодеваться, – изверг толкнул меня в сторону лестницы.

Чуть ли не на четвереньках я дополз до своей комнаты. Скинул всю одежду и встал под душ. После него и правда ощутил себя гораздо лучше.

Ублюдок! Он у меня за всё ответит!

Я переоделся в чистое и спустился вниз. В трапезной ждали только меня. Хотя, нет. Аркадий Петрович в другой одежде – когда только успел?! – уже отодвигал пустую тарелку.

– Медленно, – сказал он с осуждением и посмотрел на наручные часы.

Да пошёл ты…

Я сел на своё место и вдохнул полную грудь этого божественного аромата. Омлет с беконом. Сэндвичи с сыром и ветчиной. Апельсиновый свежевыжатый сок. Я накинулся на это и обомлел, насколько все оказалось вкусно! Да я в жизни ничего вкуснее не ел! Мне стало так хорошо, что я чуть не принялся рыдать от счастья, после всего, что пережил за утро.

– Ешь давай, и отдых до вечера, – где-то сбоку сказал Аркадий Петрович с явным пренебрежением, и я вздрогнул. – На сегодня ругать не буду, но впредь есть ты должен, как полагается по этикету.

– Простите… Отдых до вечера? – не понял я.

– Разумеется, до вечерней тренировки.

О-о-о, нет… Только не это! Я не вынесу… Что мне делать? Нужно же что-то делать, иначе меня тут замучают до смерти и прикопают под кустом сирени! Как пить дать…

## Глава 6

– ПОДЪЁМ! – прямо над ухом заорал Аркадий Петрович и, грубо схватив за голень, стащил меня на пол.

Но на этот раз я успел сгруппироваться и подскочить, так что не ударился головой. Вместо этого досталось копчику. Да за что?!

Изверг возвышался надо мной скалой, скрестив руки на груди.

– Опять спишь, барон? – усмехнулся он. – Когда ж ты выспишься, бездарь! Шесть вечера, марш на тренировку! И не вздумай попытаться сбежать, заранее предупреждаю.

Мне было дико обидно и жаль себя. Но что делать, я не имел представления, мозг всё ещё спал. А тело наполнила молочная кислота, казалось – ещё немного, и сдохну. Просто невыносимо!

Кое-как умывшись, я спустился вниз и вышел на пробежку. Тут без вариантов, надо разработать мышцы, чтобы эта боль ушла. Хоть и не хотелось страдать, было лень заниматься физической нагрузкой. Но разве есть варианты? У меня даже времени не было обдумать своё положение! Ещё и есть охота. Опять. По крайней мере, заранее сходил в туалет. А то знаю, какие с этим тут проблемы.

Я за немногим не закончил полноценный круг, оказавшись на заднем дворе поместья. Вот только тут меня поджидало двое мужчин, а не один.

– О, сам додумался размяться? Похвально! – Аркадий Петрович просто сиял самодовольством, когда я приблизился к ним. – Похоже, не всё потеряно. Сюда иди.

Он махнул рукой, и я покорно подошёл к ним.

– Знакомься, это Артемий Валерьевич Фурманов, будет пытаться научить тебя пользоваться огнём. Пусть я и считаю это пустой тратой средств и времени, таково решение твоего отца.

Да ладно… Он еще не забыл о сыночке?! Хоть что-то хорошее за последние сутки случилось.

Артемий этот выглядел лет на шестьдесят, весь седой. Подстрижен коротко, волосы не уложены и немного топорщились. На ногах кирзовые сапоги, черные рубашка, брюки и жилетка. Разве что галстука не хватало.

– Здравствуйте, – я протянул ему руку.

Хоть он ее и пожал, выглядел при этом так, будто ему очень не хотелось этого делать.

– Надеюсь на плодотворное сотрудничество, юный ученик, – сказал он, прокашлявшись.

– Что ж, тогда оставлю вас, – после таких слов Аркадий Петрович действительно ушёл.

– Мы будем заниматься на улице? – удивился я.

– А где ещё? – не понял учитель, осмотревшись. – Погода замечательная. Лучше расскажи, что ты знаешь о теории магии, кратко. Хотелось бы оценить примерный уровень знаний.

Так сходу вспомнить что-то серьезное не получилось. И всё же основу я выдал, чем Артемий Валерьевич остался недоволен. Он что, реально ожидал, что я учебник на зубок расскажу? Странный какой-то.

– М-да, – вздохнул он и продолжил совсем тихо, будто не ко мне обращаясь, – и чего я ожидал, собственно? И так ясно было, что нормальному магу наймут кого-то более благородного. А это так, блажь. Эго потешить.

Что? Он серьёзно? Типа, я не слышу, что он там бормочет? Нашли кого нанять, старого маразматика! Это всё Аркадий Петрович, посмеяться надо мной вздумал. Вот ведь… Дождётесь вы у меня. А я вот научусь! Даже с таким отбросом от мира магии. Научусь.

Тем временем Артемий Валерьевич затих, будто подвиснув. Я тоже уже подумал перед его глазами рукой провести или позвать, как он неожиданно хлопнул в ладоши.

– Что ж. Давай начнём с разминки, – заявил он. – По десять раз присядь, отожмись, боковые наклоны, перекаты на ногах.

Я уставился на него, как на идиота:

– Наху… Кхм, зачем?

– Огонь, молодой человек, любит тепло, – он потёр ладони друг о друга. – Потому тело надо размять, нагреть. Давай-давай. Работай. И представляй, как это тепло, словно волны, перекатывается внутри тела.

Делать нечего, решил подчиниться. Даже начал представлять, но неудачно. Не ощущал я никаких волн.

– Отлично, – продолжал учитель. – А теперь в груди жар чувствуешь?

Я кивнул, хотя это было не совсем так. То слабенькое пламя свечи всегда было со мной, и от всех этих разминок никак не изменилось.

– Настоящий маг огня должен уметь управлять дыханием, – продолжал учитель. – Огонь рождается с каждым вдохом. Закрой глаза и сосредоточься. Вдох глубокий – считай до четырёх – и выдох медленный. И так пять раз.

Он считал и повторял свои слова. Я слушался, честно. Отдавал всего себя дыханию, но… в груди едва тлело слабое пламя свечи, которое никак не хотело разгораться. Да что ж такое-то?!

– Получается? Готов?

– Нет, не выходит.

– Дыши глубже, давай.

Я прислушивался к своему дыханию, ощущая, как воздух наполняет легкие и покидает их. Но в остальном – не поменялось ничего. Ну, может, чуть чаще пламя трепетало, но больше не становилось. Повторно спрашивать, чувствую ли я что-то, он не стал. Вместо этого приказал направить энергию в ладонь.

Сделал, как он сказал, тут же открыв глаза. Разумеется, лишь пшик, искры. Как я уже видел не раз. И сразу же накатившая слабость, будто силы забрали.

Артемий Валерьевич скрестил руки на груди и посмотрел на меня исподлобья. Он тяжело дышал и явно был недоволен.

Наконец, спустя секунд десять, он цокнул языком:

– Алексей, ты меня разочаровываешь. Это что, фейерверк на именины? Ты огонь призвать пытаешься или комаров разгоняешь?

Я стиснул зубы, снова вытягивая руку. Повторил с открытыми глазами, без всех этих вдохов: результат прежний.

– Я стараюсь! Но магия огня мне плохо даётся! Будто что-то мешает.

– Знаю я, что тебе мешает, – пробормотал он. – Банальная лень!

– Не все такие умные и гении, чтобы всё получалось с первого раза. Кто-то сразу фаерболами кидается, кому-то приходится выжимать из себя искры, – недовольно заметил я, смотря на него исподлобья.

– Плохо даётся… Ага, – фыркнул он и прищурился. – Думаешь, у меня оно само зажигалось? Да ничего подобного! В армии я магию огня осваивал, уже за двадцать лет! Когда нас, в ком крохи таланта обнаружили, будто новобранцев, гоняли до изнеможения. Сутками у костров сидел, пока пальцы не трескались, пока не научился держать пламя, как надо. Командиры не жалели – не разжёг с первого раза? Голодай. Не смог согреть воду? Замерзай. Не слушается огонь? Значит, не хочешь достаточно сильно. Вот и всё, Алексей. Это сейчас с детками аристократы носятся, а раньше делали через «не могу», и знаешь что? У всех всё получалось в итоге.

Ну, началось, пошли байки о том, что раньше было лучше, трава зеленее, бабы-ровесницы моложе и вот всё это. Я закатил глаза, не удержавшись.

– Ты банально выдумываешь себе отмазки, – уверенно заявил Артемий Валерьевич. – Не можешь почувствовать пламя, потому что боишься боли. А без боли, Алексей, ничего не выйдет. Но не переживай, я знаю, что тебе поможет. Что заставит избавиться от страха боли и прокрастинации.

– Не боюсь я боли, – тихо сказал я, отворачиваясь.

– Что? Не слышу! – он даже ладонь к уху поднёс.

– Я не боюсь! – уже крикнул ему. – И не прокрастинирую! Я хочу обучиться магии огня! Ясно вам?

– Твой настрой мне нравится! – похвалил он и предвкушающе ухмыльнулся, а я прям нутром ощутил, что сейчас будет подлянка.

Внезапно он крепко схватил меня за запястье и провёл двумя пальцами по ладони. Я вздрогнул – кожу пронзил резкий, жгучий укол. Ожог! Я дёрнул руку, но маг уже схватил вторую ладонь, повторяя жест. Острая боль заставила меня стиснуть зубы и зашипеть, а заодно сделать пару шагов назад.

– Что за чёрт? Вы совсем рехнулись?!

А этот хрыч спокойно так:

– Потерпи. Так надо.

Вновь схватил меня за запястье железной хваткой и провёл ладонью над ожогами. Боль тут же схлынула, кожа из красного вновь побелела, даже волдыри не успели образоваться. Я потряс руками, ощущая лишь лёгкое покалывание.

– Теперь ты понял? – сказал Артемий Валерьевич жёстко. – Огонь – это боль. Ты должен привыкнуть к нему. Ты должен чувствовать его, но не давать сжечь себя. Давай ещё раз.

Что?! Да он точно рехнулся!!! Естественно, я дал по тапкам от этого дегройда в сторону поместья. Но старикан быстро догнал меня и подмял под себя на земле, придавив коленом. Он выворачивал руки и жёг их, чтобы тут же исцелять. Я же орал от боли.

– Помогите! Спасите! Убивают! А-а-а!

И никто ведь не выходил! Мне казалось, что за оконными занавесками из тюли собрались слуги и с усмешками наблюдали за мной. По крайней мере, Аркадий Петрович точно там, наслаждается зрелищем. Я просто уверен в этом!

Не знаю, сколько продолжалась эта экзекуция, пока мудак не отпустил меня, бросив на земле, где я выл от боли и отчаяния. Да они что там, сговорились?! Мало мне одного сумасшедшего старика, получи по акции второго!

– Вставай! Долго нежиться на травке будешь, барышня? Урок ещё не закончен!

Я был зол. На Артемия, на себя, на то, что меня трясёт от боли, даже когда её уже нет. Ломота в теле после физической тренировки уже не казалась такой мучительной.

Медленно поднявшись, я собрался дать дёру, но старикан быстро схватил за меня плечо и не дал сбежать.

– Спокойно, юноша, – сказал он с усмешкой. – Давай, пробуй призвать огонь, – он отпустил меня. – Я жду.

Чёрт бы побрал этих шизанутых военных в отставке! Я глубоко вдохнул и закрыл глаза. Огонь внутри меня колыхнулся, теплее, чем раньше. Даже, кажется, немного крупнее. Я осторожно направил его к ладони.

Вспыхнуло ровное, небольшое пламя. Как та самая свеча. Но не успел я обрадоваться, как оно тут же потухло, а в глазах потемнело от истощения. Я пошатнулся, но, прежде чем рухнуть, почувствовал, как меня подхватил за плечо Артемий Валерьевич. Когда удалось сфокусировать взгляд, увидел его хмурое лицо.

– Что, уже валишься с ног? – с неприкрытым осуждением сказал Артемий Валерьевич. – Стоило хоть чему-то научиться, и сразу решил, что хватит? Ты боишься, Алексей. Боишься, что огонь тебя сожжёт, боишься, что не справишься. И вот теперь притворяешься, будто истощён. Я это уже видел. И не раз. Либо ты берёшь себя в руки, либо можешь забыть о магии. Давай, стой ровно, и ещё разок!

Я повторил. Потому что реально хотел, чтобы эта чёртова магия наконец заработала. И чуть не помер от истощения. А на третий раз реально упал в обморок.

– ПОДЪЁМ! – кто-то знакомый заорал прямо над ухом и сорвал с меня одеяло. – Бездарь, спит он! Семь часов утра! Марш на тренировку!

Я подскочил на подушке, оглядываясь с прищуром, так как было очень светло. Ощущение такое, будто пять минут назад я грохнулся в обморок прямо на занятии по магии. Я ведь помню это! Но сейчас раздет и в постели. Что за дежавю, на хрен?!

Уже в который раз меня схватили за ногу и стащили на пол. Аркадий Петрович, кто ж ещё.

– Жду внизу через пять минут! Что будет в случае опоздания, ты знаешь!

Да твою ж мать! Он это серьёзно?

Не помня себя, сонный, я кинулся в личный санузел. Потому что туалет пропускать нельзя! Уже научен. Живот-то как крутит, урчит… Я ведь только позавтракал в час дня. Вчера, выходит. Яичницей с беконом.

Но я не опоздал. Не опоздал! Так что только пять кругов. Всё уже знакомое. Разминка, избиение палкой, которая типа меч. Опять стойка с вытянутыми руками. Ну уж нет, я завтра клей возьму и приклею эту чёртову деревяшку! Хрен он выбьет её из моих рук!

Потом заползти на второй этаж. Помыться, переодеться, вниз. Еда… И снова поспать, хоть немного.

Разбудила меня служанка к обеду. Спать хотелось, конечно, но кушать – сильнее. На этот раз я намерен полноценно поесть, как то полагается.

Кое-как разогнулся и размялся. Кряхтел при этом, будто пополнил ряды местных стариканов. Трости разве что не хватало, так что я придерживался за стены и перила, пока спускался.

На стол накрывала, приносила и уносила тарелки та же женщина, что и в прошлый раз. Русая, лет так под сорок, полноватая, но не сильно. Уставшая, глаза прятала, будто боялась смотреть на господ.

– Тебя как звать? – поинтересовался я.

– Фёкла я, повариха ваша, барон Алексей, – устало сказала она.

– Алексей Платонович, – поправил я её, на что Аркадий Петрович хмыкнул.

– Как скажете, Алексей Платонович, – вздохнула она.

После обеда, когда тренер ушёл, я спросил у поварихи, кто ещё работает в поместье.

– Акулина, она главная, экономка. Сторож наш, Потап. Ещё две горничные на подхвате, Марфа и Евдокия. Садовник Архип. Вот и всё.

– Где Акулина?

– Идите за мной, – ответила Фёкла, задумавшись ненадолго. Наверное, решила, что проще показать, чем объяснить.

Все трое нашлись в подсобном помещении, сортировали бельё. Похоже, это нечто вроде прачечной.

– Кто из вас Акулина?

– Я, – не отвлекаясь от пересчёта сложенного белья, ответила самая старшая. – Вы что-то хотели, Алексей?

– Алексей Платонович.

– Да как пожелаете, – она пожала плечами.

– А остальные?

Женщины представились. Одна из них, Марфа, была достаточно молодая, лет двадцати, а вторая будто ее старшая сестра, очень похожа внешне. Либо это форма делала их почти одинаковыми. Её звали Евдокия.

– Завтра к концу тренировки, к полдевятому, наберите мне горячую ванну.

– Как скажете, Алексей Платонович, – ответила экономка, наконец глянув на меня и кивнув.

Я ушёл, оставшись доволен разговором. Слышал, что горячая вода помогала выходу метаболитов. Может, хоть тело так ломить не будет, и я не вырублюсь от усталости, оказавшись в своей комнате.

Вернулся к себе. Хотелось разузнать хоть что-то об этом городе Козлове. Не сидеть же в четырёх стенах вечно, так и свихнуться можно. Учитывая ещё окружение.

Я листал статью и даже рот открыл от удивления. Город держал граф Григорий Олегович Рожинов. У него тут поля, теплицы, мельница, пекарня, базы овощные. Главный наследник – Валентин! Тот самый мудак, с которым я столкнулся в поезде. Опять эти боярочные штампы! Да вы издеваетесь…

Нашёл информацию и об Анне. Её отец, барон Теплицкий, занимался ягодами, в основном, клубникой. Лет пять назад вывел какой-то удачный сорт, очень сладкий и долго хранящийся, отчего их дела пошли в гору. Но чаще их род упоминали лишь из-за Анны, как невесты графа Рожинова-младшего. Что Валентин, что Анна были старшими детьми в своих семьях.

Можно было выделить ещё два баронских рода, которые часто мелькали в сводках, но ровесников среди них я не обнаружил. Так что пока взял на заметку засветиться перед главами или их жёнами. Ради будущей дружбы, разумеется. Наверняка будут не против помочь юному и перспективному наследнику сильного рода.

В самом городе заняться было нечем. Выставки, театр – по фотографиям и описаниям ясно, что скука нудная. Про достопримечательности вообще молчу. Разве что рядом с местным аграрным институтом есть набережная, где можно было бы спокойно прогуляться с какой-нибудь красоткой. Так же имелся в наличии кинотеатр – неплохой вариант времяпрепровождения. Как и два местных ночных клуба – для простолюдинов и аристократов. Несколько кафешек и ресторанов я тоже постарался запомнить на будущее.

Пока шерстил ГИС, наступило время вечерней тренировки, будь она неладна. Ну, я тебе покажу, старый хрыч. Набираю номер и слышу через пару гудков:

– Дежурная часть, слушаю.

– В доме номер пятнадцать по Октябрьской происходит преступление. Незаконное удержание, пытки. Немедленно высылайте наряд.

Тишина, лишь голоса на фоне, но слов не разобрать.

– Простите, я не ослышался? Октябрьская, пятнадцать? Район Речной? Я правильно понимаю?

– Да, всё верно!

– Понял. Там же у вас в каждом дворе своя охрана. Кого там пытают? Горничную за разбитую вазу?

Вот ведь гад…

– Слушай сюда, ублюдок! Я – барон Стужев. В моём особняке сейчас истязают человека, и если через десять минут там не будет ваших ментов, я лично приеду и спрошу у твоего начальства, почему его подчинённые покрывают преступников!

– Ого, барон! – диспетчер смеётся. – А я, выходит, граф. Ладно, шутник, хватит трепаться. Звони в частную охрану, раз у тебя там «пытки».

– Ты только что назвал меня лжецом? – возмутился я. – Барона Стужева?!

– Не нужно передёргивать, юноша…

– Запомни моё имя. Алексей Платонович Стужев. Потом будешь вспоминать, когда тебя выгонят с работы без пенсии. Последний шанс – отправляешь наряд или нет?

– Ладно, барон, отправляю, – зло сказали с той стороны. – Но если это розыгрыш…

– Не твоё дело, что «если», – перебил я его. – Ты – шестерёнка. Делай, что сказано!

Трубку бросили. Что там органы, что тут, одни лентяи сидят! Управы на них нет!

Внезапно в дверь постучали. У меня чуть душа в пятки не ушла, но я быстро сообразил, что старик не стал бы стучаться, а открыл дверь с ноги, скорее всего.

– Войдите.

Дверь отворилась и показалась горничная Марфа.

– Алексей Платонович, пришёл Фурманов, ваш учитель магии. Он ожидает вас на заднем дворе.

– Спасибо. А где Аркадий Петрович?

– Он уехал в город по делам, будет к ужину.

Бинго! Просто замечательно.

Я быстро переоделся и с улыбкой до ушей пошёл на улицу. Ну, ты у меня сейчас отхватишь, старый хрен. Десять раз пожалеешь, что связался не с тем человеком!

## Глава 7

Артемий Валерьевич стоял передо мной, скрестив руки на груди, его тень – длинная и чёткая – ложилась на сочную траву площадки, которая стала нашим полигоном. Выглядел он строго и величаво, я даже проникся.

– Разминка, – коротко бросил он, и в его голосе не было места возражениям.

Я кивнул и принялся за привычные упражнения, чувствуя, как мышцы постепенно разогреваются, а дыхание становится глубже. Фурманов наблюдал молча, лишь когда я закончил, он одобрительно хмыкнул.

– Твоя старательность сегодня радует меня, – сказал учитель. – Теперь покажи, над чем работал вчера.

Я сглотнул. В груди что-то ёкнуло – то ли страх, то ли предвкушение. Ведь вчера у меня, кажется, получилось. Ненадолго. Но получилось.

Сосредоточившись, я вытянул руку, представляя, как внутри меня разгорается тот самый огонь, который должен вырваться наружу. Тепло от свечи рвануло в сторону ладоней и преобразовалось всего лишь в жалкие искры, рассыпающиеся в воздухе, как бракованный фейерверк. А ведь я по-настоящему старался!

Старик ожидаемо разочаровался, это было видно по его лицу. Отчасти оно выражало смирение, будто он готов и дальше тянуть свой крест в виде такого бездаря, как я.

– Я всё ещё вижу в тебе страх, Алексей, – сказал он и поджал губы, ненадолго задумавшись. – Но не переживай, это поправимо. Со мной рано или поздно ты освоишь магию огня на приемлемом уровне. Дай сюда свою руку.

Он сделал шаг вперёд, и я инстинктивно отпрянул, пряча руки за спину. Ладони горели в память о вчерашнем «уроке», будто кожа ещё не зажила.

– Нет, – пробормотал я, отступая. – Хватит. Вы вообще в курсе, что подобные методы незаконны?

С одной стороны мне действительно не хотелось вновь становиться жертвой эксперимента этого маразматика, а с другой, внезапное содействие точно бы породило подозрения. Потому я отрицательно замотал головой и начал пятиться, а после и вовсе рванул в сторону поместья.

Разумеется, я особо не спешил, хоть и понимал, что старикан прыткий. Он и в этот раз догнал меня буквально за пару секунд и повалил на землю, вцепившись в воротник. Вчерашняя сцена повторилась: я орал, а он приговаривал всякую чушь.

– Боль – это часть тебя! Боль – это энергия! Почувствуй, как она переполняет тебя! Только так, через принятие боли, ты сможешь обуздать огонь!

Так, что за херня? Ладно, слуги, эти уроды и вчера носа не показали из здания. Но менты-то где? Почему никого нет? Обманули? Вот ведь сволочи!

Наконец из-за угла здания вышел мужчина и направился к нам быстрым шагом. Мне было не до рассматриваний – нестерпимо жгло ладони. Но я удивился, что этот человек один. Почему он один? Где наряд?!

Пока он приближался, я узнал осанку, манеру движения и внезапно понял – Аркадий Петрович! Какого лешего он тут сейчас?! До ужина ещё далеко!

– Занимаетесь? – флегматично поинтересовался он, встав горой над нами.

Как раз выждал момент, когда я, задыхаясь, замолчу на время. Вот только лицо его выражало крайнюю степень недовольства, несмотря на спокойный тон.