# Недоплата. Преступление расследует частный детектив Лев Зернов

Иван Владимирович Старостин

Частный детектив Лев Зернов, бывший следователь с острым умом и несгибаемыми принципами, берется за дело, которое кажется обычной финансовой аферой. Но простое расследование ведет его в мир высоких ставок, где правду скрывают за зеркальными счетами и поддельными контрактами. Столкнувшись с безжалостной системой, готовой уничтожить любого, Зернов понимает: чтобы докопаться до сути, придется заплатить высшую цену – поставить на кон собственную жизнь и тех, кто ему дорог. Это не просто игра на деньги. Это расчет по счетам, где главная валюта – совесть.

Все совпадения имён, названий компаний, городов и событий с реальными являются случайными и результатом творческого вымысла автора.

## Глава 1: Прозрачный счет

Часть 1

Дождь за окном был идеальным фоном для шахматной задачи. Не проливной, а мелкий, назойливый, превращающий ноябрьский вечер в размытую акварель. Лев Зернов отодвинул от себя шахматную доску – этюд с жертвой ферзя остался нерешенным. Не хватало одной, самой элегантной комбинации.

Его кабинет располагался в старом, но солидном здании в тихом арбатском переулке. Никакой вывески, только табличка на двери: «Л. Зернов. Консультации». Никто не приходил сюда за защитой от пьяных мужей или поиском пропавших кошек. Сюда шли с проблемами, которые боялись нести даже в полицию. Проблемами с деньгами, репутацией, а иногда – с душой.

В дверь постучали. Робко, словно боялись, что из-за нее ответит что-то опасное. Зернов вздохнул. «Клиент», – безрадостно констатировал он про себя.

– Войдите.

Дверь открылась, впустив в комнату запах мокрого пальто и страха. Вошла женщина. Лет тридцати пяти, строгая юбка-карандаш, аккуратный жакет. Но прическа была слегка растрепана ветром, а в глазах стояла такая отчаянная тревога, что Зернов мысленно отложил шахматы в сторону. Игра началась.

– Вы… детектив Зернов? – голос дрожал, но она пыталась это контролировать.

– Я тот, кто решает задачи, – ответил он, жестом приглашая ее сесть в кожаное кресло напротив. – А вы, судя по всему, принесли мне одну из них.

Часть 2

Она назвалась Алисой Сомовой, старшим бухгалтером в компании «Интеллект-Прогноз».

– Я не знаю, к кому еще обратиться, – она сжала руки на коленях так, что костяшки побелели. – В полиции… там могут быть свои люди. А у вас репутация.

– Репутация – дорогой товар, – сухо заметил Зернов. – И обычно его пытаются купить. Чем вы располагаете?

Алиса глубоко вдохнула, словно собираясь нырнуть в холодную воду.

– Через наш баланс проходят огромные деньги. По контрактам с офшорной компанией «Волант Холдингс». Суммы нереальные для тех услуг, что они якобы оказывают. Я начала копать… и поняла, что все документы – фикция. Блестящая, почти идеальная, но фикция.

– «Почти» – ключевое слово в моей работе, – Зернов откинулся на спинку кресла. – Что вас так напугало? Осознание, что вы работаете на мошенников?

– Нет, – она посмотрела на него прямо, и в ее глазах вспыхнул огонь. – Меня напугало, что все бумаги ведут ко мне. Подписи, отчеты… меня готовят в главные виновники. Я – та самая «крайняя». Я видела, как они работают. Если они это поймут… – Она не договорила.

Зернов наблюдал за ней. Испуг был настоящим. Но была и злость. И это ему нравилось. Злость – топливо для тех, кто решился на борьбу.

Часть 3

– Расскажите о «Волант Холдингс», – попросил Зернов, доставая блокнот. Он пользовался им, а не смартфоном. Бумага не зависала, не разряжалась и не прослушивалась.

– Я мало что знаю. Кипрская прописка, номинальные директора. Но за ними кто-то стоит. Кто-то здесь. Деньги приходят из государственных тендеров, которые мы выигрываем на разработку ПО. А уходят… будто в черную дыру.

– Ваш генеральный? Олег Волков?

Алиса кивнула.

– Он гений. Но не в программировании. В управлении. В убеждении. Он мог бы продать снег эскимосу и заставить его почувствовать себя счастливчиком.

– Интересная метафора, – Зернов что-то записал. Его интерес проснулся по-настоящему. Не банальное «отмывание», а сложная схема с госфинансированием. Это пахло большими деньгами. А большие деньги всегда защищались большой силой.

– Почему пришли именно ко мне? – снова спросил он, вглядываясь в нее. – Не в ФСБ, не в прокуратуру?

– Потому что вы честный, – просто сказала Алиса. – Мне сказали, что вас нельзя купить.

Зернов усмехнулся – коротко, беззвучно.

– Меня можно купить. Но не за деньги. Мне платят только одной валютой – правдой. И она часто оказывается самой дорогой.

Часть 4

Он задал еще несколько уточняющих вопросов о бухгалтерских проводках, о специфике контрактов. Алиса отвечала четко, с профессиональной хваткой. Она была умна. И это делало ее опасной для кого-то там, наверху.

– Хорошо, – наконец сказал Зернов, закрывая блокнот. – Я посмотрю на вашу «черную дыру».

– Вы беретесь? – в ее голосе прозвучала надежда, смешанная с недоверием.

– Я берусь за задачу. Пока что вы – мой главный источник информации. И, возможно, главная мишень. Вы готовы к этому?

Алиса побледнела, но кивнула.

– У меня нет выбора.

– Выбор всегда есть, – парировал Зернов. – Можно сбежать. Можно закрыть глаза и надеяться на лучшее. Вы выбрали самый трудный путь. За это я с вами.

Он назвал сумму гонорара. Она была высока, но не заоблачно. Алиса, не колеблясь, согласилась.

Часть 5

Проводив клиентку, Зернов подошел к окну. Дождь не утихал. Он наблюдал, как Алиса Сомова вышла на улицу, оглянулась и почти бегом бросилась к станции метро. За ней никто не шел. Пока что.

Он достал телефон и набрал номер из памяти.

– Артем, – сказал он, когда на том конце сняли трубку. – Это Зернов. Нужна информация по одной конторе. «Волант Холдингс». С Кипра. Да, срочно. И тихо.

Он выслушал ответ и снова усмехнулся, на этот раз с долей старой товарищеской иронии.

– Нет, я не вляпался в авантюру. Я просто решаю одну интересную задачу. Напоминает шахматный этюд… с жертвой пешки в начале. Да, именно. Пешки. Перезвоню.

Он положил трубку. В тишине кабинета слышалось лишь тиканье настенных часов и ровный шум дождя. Задача была принята. Игра началась. И Лев Зернов уже чувствовал ее вкус – горьковатый, с примесью страха и металлическим привкусом опасности.


## Глава 2: Зеркальная бухгалтерия

Часть 1

Кабинет Артема Кротова находился на последнем этаже башни из стекла и стали. Отсюда Москва казалась не городом, а чертежом, ландшафтом для стратегической игры. Сам Кротов, дорогой и спокойный, как швейцарские часы на его запястье, наливал в хрустальные бокалы коньяк.

– Лев, – произнес он, протягивая бокал. – Всегда рад видеть. Хотя твой звонок редко сулит что-то хорошее для кого-то из моих… знакомых.

Зернов принял бокал, но не стал пить. Поставил на стол.

– «Волант Холдингс», – без предисловий начал он. – Что знаешь?

Кротов усмехнулся.

– Прямолинейен, как всегда. «Волант» – призрак. Конверт. Через него проходят суммы, от которых у твоего скромного бухгалтера волосы встали бы дыбом. Их интересы здесь представляют очень влиятельные люди. Очень.

– Имена.

– Ох, Лев… Имена – это не моя валюта. Моя валюта – информация. А информация требует взаимности.

Зернов молча вздохнул. Игра началась.

– Я ищу бухгалтера. Возможно, его запугали. Возможно, купили. Он мог обращаться в банк за консультацией. Молодой, неопытный, испуганный.

Кротов задумался на секунду, его пальцы поводили по краю бокала.

– Бывал тут у нас один… Робкий такой. Спрашивал про валютные операции с Кипром. Очень нервничал. Фамилия… Семенов. Игорь Семенов. Работал как раз в «Интеллект-Прогноз». Но он полгода назад уволился. И, по слухам, уехал из страны. Внезапно и навсегда.

Зернов кивнул. Первая ниточка. И первая пропавшая пешка.

Часть 2

Игорь Семенов не уехал. Его нашли в съемной квартире на окраине города. Лев Зернов стоял в центре залитого неестественно ярким светом от лампы следователей помещения и смотрел на то, что от него осталось. Молодой парень. Вскрытые вены. Рядом – пустой пузырек из-под снотворного и аккуратно уложенное предсмертное письмо. Слишком аккуратно.

– Самоубийство, – констатировал рослый, грузный мужчина в штатском – майор Гуров, его бывший коллега. – Все очевидно. Депрессия, долги… классика.

– Классика подставы, – тихо, чтобы слышал только Гуров, ответил Зернов. – У него были идеально чистые ногти.

– И что?

– Вскрываешь вены – инстинкт заставляет сжимать кулаки. Под ногтями остаются частички кожи, нитки от простыни. Здесь – ничего. Его убили, положили в ванну и уже потом провели лезвием. Допиши это в рапорте.

Гуров мрачно хмыкнул.

– Всегда ты был занудой, Зернов. У меня нет оснований заводить дело об убийстве. Нет доказательств. Закрываю как суицид.

Зернов понимал, что он прав. Но он также понимал, что это было послание. И адресовано оно было ему.

Часть 3

На следующий день Лев Зернов, с диктофоном и блокнотом в руках, входил в офис «Интеллект-Прогноз». Он был здесь под легендой – внешний аудитор из крупной консалтинговой фирмы, проверяющий финансовые процессы перед гипотетическим слиянием.

Генеральный директор Олег Волков принял его сразу. Его кабинет был образцом современного минимализма: стекло, сталь, панорамное окно во всю стену. Сам Волков – мужчина лет сорока пяти, с обаятельной улыбкой и пронзительными, слишком спокойными глазами.

– Лев, правильно? – Волков пожал его руку с теплотой, которой не было в его взгляде. – Рад познакомиться. Надеюсь, наша скромная компания пройдет вашу строгую проверку.

– Надеюсь, мне не придется ее усложнять, – с одинаковой долей любезности и скрытой угрозы парировал Зернов.

Они уселись. Беседа текла плавно. Волков был блестящим собеседником. Он сыпал терминами, шутил, рассказывал о перспективах компании. Но Зернов ловил его на мелочах. На том, как он чуть заметно замолкал, когда вопрос касался партнеров с Кипра. Как его взгляд на долю секунды становился остекленелым, когда Зернов упомянул «повышенные риски при работе с офшорами».