# Садовник просит тишины

Александр Нежный

Главный герой новой повести Александра Нежного после сложных жизненных ситуаций, казалось, обрёл наконец возможность тихой спокойной жизни. Однако судьба уготовила ему очередные сюрпризы…

Моджахеды взяли их на рассвете. Перед самым восходом солнца рядовой Смирнов, стоявший на посту, прикорнул с открытыми глазами. Это его и погубило. Бородатый кавказец неслышно подкрался сзади, зажал ему рот и полоснул по горлу ножом. Затем чёрные тени окружили блок-пост. По сигналу старшего один рывком распахнул дверь и бросил внутрь гранату. А ворвавшиеся открыли плотный автоматный огонь по оставшимся в живых…

Лейтенант Селезнёв спал в дальнем углу и пули чудом его не задели.

Он судорожно вскочил, но тут же получил сильный удар в лицо, от которого опрокинулся навзничь. Потом было несколько ударов ногами по рёбрам и по лицу, а затем сильная рука поставила его на колени перед бородатым кавказцем, который внимательно посмотрел на дрожащего от предчувствия смерти лейтенанта. Селезнёв по своему, хоть и не большому опыту, знал как боевики расправляются с пленными российскими солдатами и офицерами…

– Что с ним будем делать, Муса?– спросил один из нападавших , приставив нож к горлу лейтенанта. – Давай зарежем его как барашка? Посмотрим какого цвета его вонючая кровь и одним неверным станет меньше… Все остальные уже отправились на суд к Аллаху. Он один остался…

– Постой Джавад. Это мы всегда успеем. Пусть сначала нам скажет кто он такой, если хочет жить, конечно. Ты кто? – жёстко спроси Муса, взяв лейтенанта за ворот куртки. – Фамилия, откуда, кто родители? А ты Джавад убери кинжал и включи видеокамеру…

Получив сбивчивый ответ от дрожащего лейтенанта, Муса расспросил его о воинской части, которая установила здесь блок-пост, а затем неожиданно достал из внутреннего кармана отпечатанный стандартный текст документа и авторучку. Вписав в пустую графу фамилию лейтенанта, он заставил его прочитать текст на камеру. Окончив сьёмку, Джавад включил воспроизведение. На маленьком экране дрожащий лейтенант говорил:

– Я, Селезнёв Андрей Сергеевич, лейтенант Российской армии клянусь и обязуюсь верой и правдой служить республике Ичкерия, выполнять все приказы. За нарушение этой клятвы пусть меня покарает Аллах…

Муса выключил видеокамеру и удовлетворённо посмотрел на лейтенанта, а затем заставил подписать и приложить кровавый палец к бумаге…

– Помни о своей клятве, русский. Если забудешь – мы напомним…

– Муса, пора уходить. Скоро прибудет смена на БТРах . Они наверно слышали стрельбу…

– Вот что сделай, Джавад. Застрели- ка нашего нового друга, но не до смерти… Так чтобы был тяжело ранен. Оставим его здесь среди убитых . Так ему больше поверят…

Приехавший усиленный отряд десантников обнаружил в здании блок-поста шесть трупов и тяжело раненого в грудь командира. Лейтенант Селезнёв за гибель людей на вверенном ему блок-посту должен был получить взыскание, однако из-за тяжёлого ранения несколько недель он пролежал в госпитале. После чего был переведён в другую часть.

Как стало известно позже, отряд Мусы Исрапилова был настигнут в одном из ущелий нашим спецназом и полностью уничтожен.


ГЛАВА 1.

1.

Они встретились в кафе «Радуга» в середине дня. Когда Кира вошла в зал она увидела возле окна пожилого бородатого мужчину лет шестидесяти.. Его короткая стрижка отливала ранней сединой, а серые глаза щурились от яркого осеннего солнца.

Мужчина приподнялся в знак приветствия и представился:

– Олег Юрьевич. Можно просто Олег. Это я звонил вам по поводу работы…

– Кира Семёновна,– холодно представилась она, пристально глядя на его лицо. Она была уверена, по лицу может понять с кем имеет дело. Каково обычное выражение лица, таков, скорее всего, и характер. У этого Олега Юрьевича лицо было скорее печальным…

– Вот что, Олег Юрьевич. Я действительно подбираю человека, который бы повёл мое небольшое хозяйство. Это должен быть надёжный, честный, знающий и умелый человек. Не скрою, я навела о вас некоторые справки и мне порекомендовали вас, как именно такого. Однако сказали, также, что вы одинок, без семьи, что вы инвалид третьей группы… Сможете ли вы потянуть эту работу? Придётся быть и садовником, и слесарем и электриком и сторожем…

– Всё это мне знакомо, Кира Семёновна. Это мне по силам. Моя инвалидность не помешает… Однако скажите, что это за хозяйство у вас? Насколько я знаю, вы юрист, политолог, публицист и занимаетесь в основном этим…

– Дело в том, что после всех этих умственных работ мне нужен отдых. Я недавно купила небольшую дачу недалеко от города. Она неплохая, но запущенная… Я планирую приезжать туда на выходные и праздники, чтобы. подышать свежим воздухом, искупаться, поиграть с мячом… Мне нужен человек, который постоянно будет жить там и держать всё в готовности к моему приезду. За оплатой я не постою…

– Понял. Это в принципе меня устраивает.

Между тем приход Киры в кафе не остался незамеченным. Длинноногая с хорошей спортивной фигурой, с густой копной тёмных волос, вьющихся по плечам и миловидным лицом она явно произвела впечатление на двух кавказцев, сидевших за соседним столиком. Они оживлённо заговорили на своём языке, не отводя восхищённых глаз от Киры. Один из них не выдержал и подошел.

– Э…Дэвушка… Вы очень понравились нам и мы хотели бы угостить вас за нашим столом…

– Извините. Но я с кем попало не знакомлюсь… Тем более в кафе.

– Как? Вы презираете нас… Наверно за то, что мы кавказцы? Вы нас кровно обижаете…

– Причем здесь ваша национальность? Я сказала, что в кафе с незнакомыми людьми не знакомлюсь…

– Не надо быть такой гордой… Идите к нам и мы не обидим. Вашему папаше тоже вина нальём. Он рад будет, правильно, дед?

И он фамильярно похлопал Олега по плечу.

Олег взглянул на кавказца и поднялся…

– Слыш ты… Вали отсюда за свой столик и не привязывайся…

Лицо кавказца побагровело. Он хотел было что-то сказать, но увидев жёсткий взгляд Олега и вилку, зажатую в его руке, отпрянул и нехотя отошел. Они с товарищем снова залопотали на своём языке, злобно поглядывая на Олега.

– Ну вот, прервали наш разговор и испортили настроение, – проговорил Олег. – Пойдёмте. я провожу вас до машины, а по дороге договорим… Так что вы решили? Я подхожу вам или нет? Лично я согласен поработать у вас.

Кира, внимательно поглядела на Олега.

– Вы что, в самом деле пустили бы вилку в ход, если бы он полез в пузырь? Это же криминал, который ни мне, ни вам не нужен… У вас, говорят, даже была судимость?

Олег усмехнулся.

–Однако вы информированы обо мне… Не ожидал. Интересно, кто это так меня подсветил? А что касается этого казуса, то думаю, что до рукопашной дело бы не дошло. Ну, если бы я схватил кинжал, а не банальную вилку, то кавказская кровь, возможно, заиграла бы. А против вилки- это позорно. Знаете, кто-то хорошо сказал, что некоторые люди становятся скотами, когда с ними разговаривают по- человечески… Чтобы вернуть ему людской облик, нужно заговорить с ним по-скотски…

– Ну, вы просто философ.

Кира помолчала с минуту.

– Ладно! Попробуем поработать. Вот вам адрес и два ключа. От ворот и от дома. Найдёте. Осмотритесь. Устроитесь. Я приеду через три дня. Тогда поговорим конкретно…


2

Олег разыскал дачу Киры к обеду. Дачный посёлок под названием «Рассвет» находился на окраине большого села и был огорожен стеной, с запирающимися воротами, возле которых жил сторож. Ворота были открыты. Олег, справившись у сторожа, где находится дача Киры, вскоре открывал металлические ворота перед двухэтажным домом. От ворот песчаная дорожка вела к крыльцу, где Олег о поставил свою старенькую «Ниву-Шевроле».

Дом произвёл на него неожиданно приятное впечатление. Где-то в глубине его души давно жила мечта под старость поселиться в таком вот тихом уголке с небольшим садом, кустами облепихи и крыжовника вдоль забора, участком пашни и зелёной лужайкой на солнечной стороне. Всё это здесь было, хотя и в запущенном состоянии. Это всё поправимо и по силам даже ему одному.

Первым делом он обошёл дом. Две спальни на втором этаже должны быть предназначены для хозяйки дома и её гостей. Внизу прихожая, гостевая комната, кладовка, ванная , туалет и зал, совмещённый с кухней. Везде осталась старая мебель. В кладовке нашлись лопата и грабли, топор и пила. Старые хозяева, очевидно, переехали в городскую квартиру и садовый инструмент им теперь не нужен.

Всё требовало небольшого ремонта, уборки и оформления под новых хозяев.

Вначале он решительно перенёс из машины свои вещи: чемодан, коробку с лекарствами, хозяйственную сумку с бытовыми вещами, спальный мешок и поролоновый матрац в пустую комнату на первом этаже. Первым делом проверил наличие электричества, газа и воды, которая, как оказалось, поступала из скважины. Затем занялся уборкой и обустройством.

Когда в субботу Кира приехала на свою дачу, она увидела здесь относительный порядок. Дверь дома была приветливо открыта, полы сверкали чистотой. Дорожки сада и лужайка были подметены и очищены от листьев и травы.

Подхватив тяжёлую сумку хозяйки, Олег проводил Киру в её спальню, а по дороге она выложила на стол кухни привезённые продукты. Когда через несколько минут спустилась в столовую, он напоил её чаем с дороги.

Незаметно любуясь красивой фигурой в спортивном костюме, невольно думал, почему такая красивая женщина лет двадцати пяти-тридцати холостая! И почему не выходит замуж?

– Как вы тут, Олег, обживаетесь? – спросила она, испытующе глядя на него. Признаться я сомневалась правильно ли сделала, сразу доверив вам дачу. Теперь вижу- вы деловой.

– Ничего! Здесь жить можно! Должен сказать, что вы выбрали неплохую дачу. Но если хотите сделать из неё настоящий уголок для отдыха, то я бы посоветовал сделать ещё небольшой бассейн, спортплощадку, беседку под деревьями и даже баньку. Это, конечно, требует денег, но в итоге всё окупится…

– Всё правильно! И я за это. Но только не всё сразу и ещё… нужен организатор. Вы это сможете?

Олег пожал плечами.

– В принципе могу. Но … нужно доверие, время и деньги. Извините, но мы с вами меньше недели знакомы и о большом доверии и планах говорить пока рано.

– Вы правы! Но я почему-то склонна доверять вам. Давайте так! Вы составите мне список необходимого на месяц, я оставляю вам деньги Покупайте и делайте что нужно. Дальше будет видно…

Через месяц её отдых на своей даче стал более полноценным. Кроме недорогого телевизора Олег купил два шезлонга и установил их на лужайке под яблонями. Новый сварочный аппарат позволил ему сделать несколько спортивных тренажеров. Зачем тратить деньги, если легко можно сварить из труб что-то вроде шведской стенки, скамейку для качания пресса и отжимания. В местной школе у физрука выпросил старое баскетбольное кольцо и закрепил его на небольшом щите под деревом. Купив мяч, он и сам охотно проводил время возле импровизированной баскетбольной корзины.

Расчистив аллею, он получил неплохую беговую дорожку для утренних пробежек.

Со спортом в основном было решено. Теперь надо было решить вопрос с уборкой дома. В местном посёлке он нашёл женщину, которая за умеренную плату согласилась раз в неделю убирать в доме. Еду пришлось готовить самому. Благо, что он был неприхотлив в еде и легко обходился магазинными супами, чаем, кофе. А когда Мария, так звали новую помощницу, приходя на уборку, стала приносить ему молоко и домашние пирожки, его рацион серьёзно пополнился. Поразмыслив, чем будет угощать Киру, он изготовил мангал и теперь легко мог устроить шашлык и запечь курицу и ещё что-нибудь.


Глава 2.

1.

В следующий свой приезд Кира увидела, что на окраине сада была вырыта экскаватором и уже зацементирована пологая с углублением в человеческий рост яма. Она сразу поняла, что это будущий бассейн. Представив, как она будет лежать в шезлонге у самого края, как купаться и загорать, ей стало весело.

– Ну вы даёте, Олег! Бассейн- это конечно здорово, но чем вы его наполните? Проведёте канал вон с той речушки? Так её саму нужно чистить, потому- что она идёт через посёлок…

– Мы сделаем проще Кира Семёновна. Я заметил, что в этом месте мокрая земля… Покопал и оказалось что здесь родничок… Пробью глубже и бассейн наполнится… Вы не против?

–Ну- ну. Делайте как, хотите. Я вам доверяю.

Она поднялась к себе в спальню и вышла только к ужину.

Он приготовил салат из свежих овощей и запечённую курицу.

– Налете мне вина, Олег. Там я привезла бутылку и поставила в холодильник… У меня был сегодня сложный день и я устала. И себе налейте чего-нибудь…

Выпив глоток вина, она внимательно посмотрела на Олега:

– А вы молодец! Дом в порядке и даже что-то меняется к лучшему. Да. А где у нас мусорная корзина? Вот эти мои записки надо сжечь или порвать на мелкие кусочки. Я попыталась написать статью для одного журнала о сталинских временах, о нарушениях законов, и так далее… Но чувствую, мелковато… Надо ещё подумать.

Олег принял из её рук фаил с несколькими листами машинописного текста и вопросительно посмотрел на Киру.

– А можно я прочту? Когда-то давно и я был историком. Просто мне, порой , вечерами нечем заняться… Обещаю, что трепаться не буду, а потом сожгу на костре.

Она заинтересованно посмотрела на него.

– Прочтите… Мне даже интересно мнение свежего человека…

Скоро она ушла спать, а он углубился в чтение рукописи.

Утром она улеглась загорать на шезлонге. Когда он приблизился после первоочередных дел в саду, она спросила.

– Ну как мой опус? Есть на ваш взгляд в нём что-нибудь интересное и живое?

– А вам как сказать? Дипломатично или от души?

Кира засмеялась, явно не ожидая такого ответа.

– А давайте сначала дипломатично. А потом валяйте от души. Я вроде бы умею держать удар.

Он пожал плечами, как бы говоря; извольте получить.

– Стиль изложения у вас хороший, мысли ясные, язык доступный, без стремления щеголять научными терминами. В моё время это ценилось широкой публикой. Если вы сможете повторить эти мысли с трибун своими словами, то несомненно вас ждёт успех как оратора. Однако идеи, которые вы излагаете, на мой взгляд не всегда верные, если сказать мягче, сомнительные…

– Скажите пожалуйста, какая оценка, господин профессор, временно работающий садовником! – воскликнула Кира. – Извольте объясниться… Иначе я вызову вас на дуэль.

– Ну вот вы и обиделись, хотя просили начистоту… Что мне показалось…Вы написали статью для журнала с целью показать беззаконие сталинской системы. Уже поэтому вы отбирали факты, доказывающие эту мысль. Ваша цель была не истина, а только факты беззакония… Поэтому вы не взвешивали плюсы и минусы и более или менее искушенный читатель быстро поймёт, что вы субъективны, что пишете по заказу, что всё в жизни было гораздо сложнее, чем вы описываете. Да вы и сами это почувствовали раз отправили рукопись в костёр. Извините за прямоту…

Олег внимательно посмотрел на нахмурившуюся Киру, пожал плечами, повернулся и собрался было уйти. Но Кира его остановила.

– Постойте! Но ведь вы не будете отрицать что в сталинские времена сажали по наговорам, что был ГУЛАГ, что пытали и выбивали показания на самого себя, что перед войной вырубили цвет Красной Армии и что, наконец, проморгали начало войны…

– Это очень большие и непростые темы и о них нужно подробно по каждому пункту. Мы часто категорично судим, хотя и не всё знаем. Дело в том, что архивы ещё не открыты. Я читал,что часть документов о репрессиях, как оказалось, были подделкой времён перестройки, чтобы оправдать развал СССР. Когда серьёзных экспертов допустили к анализу части документов о репрессиях, оказалось, что там немало нестыковок. Ну ,например, бумага, на которой напечатаны эти указы, приказы и распоряжения была изготовлена в 80 годы, а не в тридцатые годы, а сами документы печатались на современной технике и были по большей части копиями, а не подлинниками. Нарушены и правила делопроизводства, порядок регистрации документов. Это наводит на грустные размышления…

– Ну хорошо… Допустим часть документов сфальцифицирована, но… лагеря -то были, ГУЛАГ был, воспоминания заключённых тоже и даже списки расстрелянных…А о начале войны всем известно… Вы что и это будете отрицать?

–Я говорил лишь о том, что нам не всё известно…Теперь о диктаторе Сталине и о том, как проморгали нападение фашистов… Недавно я узнал любопытные факты о начале войны, о которых написал в мемуарах даже маршал Жуков, хотя и его мемуары подправлялись. Так вот 21 июня 1941 года накануне нападения. Жуков с Тимошенко были приглашены к Сталину. Тимошенко, как вам наверняка известно, был в то время главнокомандующим, а Жуков начальником Генштаба. В Генштаб тогда стекались многочисленные донесения разведки, называющие даже точную дату нападения. На вопрос Сталина что будем делать решительный Жуков предложил осуществить план опережающего удара по немцам, которые, судя по донесениям, уже вышли на исходные позиции. Ударить первыми, ошеломить, а затем начать наступление в Польше. Так удалось бы, по мнению Жукова, избежать нападения и сохранить миллионы жизней.

Однако Сталин отверг этот план. А только дал согласие к ночи отправить в войска приказ о выдвижении на боевые позиции, который, как известно, запоздал… Почему? Этот факт позже не только историки, но даже многие военачальники в мемуарах ставят в вину Сталину. Жуков же позже признал правоту решения Сталина. Что было бы, если бы ударили первыми, причём неподготовленной для наступления армией? Наступление бы наверняка скоро захлебнулось. А ответный удар отмобилизованной и опытной немецкой армии был бы намного эффективнее и последствия были бы гораздо хуже. Уж лучше ждать врага на подготовленных позициях.

А заранее отдать приказ о выводе войск на боевые позиции до начала наступления гитлеровцев это прямая услуга Гитлеру, который искал повод для начала войны, для нарушения договора о ненападении. Вы же знаете, что Гитлер, несмотря на своё коварство и вероломство, всегда искал повод, чтобы выглядеть перед немцами поприличнее. Помните, что перед захватом Австрии он устроил шествия австрийцев с просьбами присоединиться к Германии. Перед захватом Чехословакии он активизировал судетских немцев. Перед нападением на Польшу, он устроил провокацию с нападением, якобы, поляков на немецкий городок…

Выходит, Сталин оказался дальновиднее, чем боевые генералы, которых сегодня расхваливают на все лады и ставят памятники. Вот и оценивай его после этого как тупого, кровожадного тирана, страдающего манией величия и преследования.

– А репрессий, по-вашему, тоже что ли не было?

– И с репрессиями всё не так просто. Я думаю, что после Испании, где такую зловещую роль сыграла «пятая колонна» из предателей, после измены некоторых видных чекистов, Сталин явно опасался возможной «пятой колонны» в СССР. Тем более, что антисоветского материла в стране было предостаточно. Недавно озвучили ранее секретные цифры. Немцам в годы войны служило что-то 1 миллион двести тысяч наших, 70 тысяч русских казаков и много всяких националистов. И многие каратели были из числа наших. А генерал Власов чего стоит? Так что не нужно о Сталине так категорично. После жёстких мер, чистки, и это факт, за все годы войны не было серьёзных с выступлений противников советского строя. Даже ГУЛАГ работал на укрепление обороны страны.

– А вы любопытный садовник, Олег, – усмехнулась Кира.– С вами можно обсуждать исторические темы. А не коммунист ли вы в душе?

– Нет не коммунист. Они, кстати, тоже немало намутили, описывая прошлое в выгодном для себя свете…. Потом Хрущёв заставил переписывать историю , потом Брежнев. Историю, как науку, жалко. Она стала похожа на девушку лёгкого поведения…

Он повернулся и направился в сад делать свою работу.


2.

За вечерним чаем она неожиданно сказала.

– Ладно, Олег, я не обиделась на вас. Во время наших споров вы вовремя остановились и были достаточно тактичны. А я, признаться, не люблю бестактных. Но вы заинтриговали меня. Кстати, зовите меня просто Кирой, и давайте перейдём на ты, но…

Помолчав, продолжила.

– Скажи мне, Олег. Как ты представляешь свою будущую жизнь? Извини, конечно, за прямоту и может быть бестактность… Вот тебе сейчас за пятьдесят… Ты инвалид. Детей и семьи, насколько я знаю, нет… Как будешь доживать свой век?

– Ну-у. Буду работать садовником, пока вы, то есть ты меня не выгонишь,– засмеялся Олег. И, помолчав, добавил:

– Я многое умею. Простой работы не боюсь. Думаю, на кусок хлеба всегда сумею заработать. Ну а потом куда-нибудь в дом престарелых или пансионат… Или построю где-нибудь в глуши умный дом, где будет легко обеспечивать себя необходимым и буду там жить до смерти. Как капитан Немо или наша знаменитая отшельница, забыл как её…, Лыкова, кажется…

Он помолчал с минуту, потом неожиданно улыбнулся.

– А может встречу какую-нибудь женщину бальзаковского возраста, которой нужен в старости надёжный друг…

– А чем же ты занимаешься по вечерам, когда один на даче?

– Смотрю телевизор, читаю… А вообще мечтаю начать писать. С детства мечтал об этом… Мечтаю написать хоть одну книгу.

– О чём писать? Ты не политик, не путешественник, не учёный или разведчик. О чём будешь писать? О том как жил на даче, строил баньку или об окружающей природе? А не кажется ли тебе, что темы мелковаты?

– Не скажи… Есть интересные темы. Хочу написать не огромный роман, а книгу рассказов. Скажем, об окружающих людях. Они это с виду такие неинтересные… А копнёшь их жизненный путь и ого-го…

Я как-то жил на квартире у одной женщины. Она вроде простой бухгалтер. на пенсии.. И в то же время в ней чувствовалась и проглядывала какая-то иная культура, чем у окружающих. Мелочи были любопытные… То нежелание пользоваться общим умывальником и мылом после физической работы. То правило вытирать руки после простой работы непременно своим личным полотенцем. После каждого похода, извиняюсь, в туалет она долго мыла руки, а затем и раковину, несмотря на то что раковина была абсолютно чистой. Она затевала стирку каждые два дня и меняла бельё, тогда как все меняли его перед походом в баню раз в неделю. А после бани мочалку непременно забирала с собой и прятала в особую сумку. Когда ей говорили, что никто её ценную мочалку и мыло не тронет и не стоит всё прятать от окружающих, она хмыкала в ответ и продолжала делать всё по- своему.

И ещё…Она никогда не ела вчерашний суп, а поев свежий, непременно оставляла на дне тарелки несколько ложек. Её просили доесть, не выбрасывать же продукт, но тщетно. Она принципиально никогда не доедала любое блюдо до дна. Как-то дочь не выдержала и возмущённо заявила:

– Ты у нас, мама, просто какая-то столбовая дворянка. Признайся, что у тебя были какие-то особые предки. Ты, похоже, не дочь лесника, о котором нам всем так часто рассказываешь, а по меньшей мере дочь губернатора…

Мать цыкала на дочь, не желая продолжать эту тему.

– Да, забавные факты ты коллекционируешь…


3.

Когда они пили утренний чай в беседке, пришла Мария, женщина, которую Олег привлёк к уборке дома. Она пришла сделать очередную уборку. Коротко поздоровавшись, взяла ведро и швабру и без лишних слов отправилась убирать дом.

– Ты доверяешь этой женщине? – спросила Кира, невольно подумав о своих документах в спальне. – Может быть за ней нужен присмотр. А то мало ли что… Были случаи…

– Думаю не стоит беспокоиться. Она порядочный человек и я ей доверяю.

Более того, она просто интересный по своей психологии человек

и о её жизни, между прочим, можно писать поучительную если не повесть, то рассказ…

– Да ну, – засомневалась Кира. -Она опять из твоей коллекции… Она же простая необразованная сельская баба. Муж скорее всего пьёт, вот и приходится ей не только пахать на своём участке, но и подрабатывать на стороне… Я права?

– Не совсем. Да простая, да необразованная с семиклассным образованием, да, муж не выбился в профессора и поэтому тебе с твоим высокообразованным окружением не интересен, – иронично воскликнул Олег -Впрочем извини. Я стал забываться…

– Ладно, проехали. Так чем же она тебе понравилась?

– Представляешь, ей за шестьдесят с лишним, а она сильная и жилистая и проживёт ещё столько же. Умеет практически всё; и выпечь вкусные пирожки, и красиво заштукатурить стенку, побелить, и покрасить. Поэтому многие в посёлке часто приглашают её на помощь во время ремонта. За это, естественно, всегда дают деньги, кормят, загружают продуктами. Но любопытно, что раньше, когда она выходила из дома, где подрабатывала, её всякий раз встречал крупный мордатый мужчина. Он ревниво посматривал на неё, забирал сумку с продуктами и они шли домой.

– Это муж,-коротко объяснила она, не желая вдаваться в подробности.

–Он проголодался и ждёт меня.

Когда соседка Лида мне рассказали про неё и его спутника, я решил, что это большая любовь. В ответ на это Лида рассмеялась.

– Какая любовь? Вы что? Он уже довёл её до ручки своей прожорливостью., бездельем, ревностью и курением в доме…

Слово за слово и я узнал драматическую история этой семьи…

Когда-то в молодости Маша была изнасилована группой парней. От этого у неё родился ребёнок. Она не сумела справиться с грязной молвой и уехала сюда в этот посёлок. Здесь и прижилась. Однажды она встретила своего будущего мужа. Тогда он был красивым крепким парнем. Они сошлись, и она была ему благодарна, что он взял её ,так сказать, «порченую» и с ребёнком. За это она ему всё прощала. И лень, и походы налево и привычное безделье. На её робкие претензии, он заводился и попрекал её за ошибки молодости, за сына, который, кстати , вырос неплохим, трудолюбивым парнем. Сын не любил отчима и , окончив восемь классов, ушёл учиться на механизатора, а затем женился и стал самостоятельным. Мать украдкой помогала ему чем могла…

Муж, между тем запил и загулял с известной в посёлке фельдшером, с которой они вместе пили, вместе ночевали, где придётся иногда даже под кустами в саду. Любовнтца гуляла не только с ним и скоро подхватила от кого-то заразную болезнь и умерла. Он тоже заболел, но не венерической болезнью, а диабетом и стал инвалидом.

Мария решила, что выбрасывать его на улицу будет большим грехом… Она ему всё простила и, вздохнув и поплакав, взяла его содержание на себя. Когда он потерял работу, она стала подрабатывать на домашних работах в посёлке, а он, пока был на ногах, ревниво встречал её и заглядывал в сумку.

Он любит хорошо покушать и поспать. Поэтому с каждой пенсии она покупает много колбасы, сала и несколько пачек сигарет. После еды и перекура он обычно засыпает на несколько часов, потом смотрит видик с любимыми сериалами и политические новости по телевизору. Когда он выпивает самогона, у него поднимается настроение и он втолковывает ей неграмотной суть большой политики в которой считает себя знатоком…

Сейчас он одряхлел, растолстел и ослаб в ногах. Поскольку она уже не в силах тащить в баню, по субботам, она моет его в корыте, стирает грязное бельё, варит еду, а зимой топит печь. Дрова она рубит сама… Так и живут… Он посапывает на мягкой постели, а проснувшись покрикивает, делает замечания за плохую еду и жалуется на плохое самочувствие…

– Это же достоевщина какая-то!. Село Степанчиково, – воскликнула Кира. – И как можно так жить? Это же рабство. Никакой радости в жизни.

– Оказывается можно. Когда знакомые подсмеиваются над её жизнью и её мужем, грузно севшим на её шею, она не спорит, отворачивается и уходит домой. У неё много дел…Но есть и своё достоинство. И маленькие радости тоже есть. Это любимые внуки от сына, телефильмы по вечерам, а недавно она угощала меня … Чем бы, угадай?

–Ну-у… Самогоном, наверное. Перваком…

–А вот и нет!, -засмеялся Олег. -Она угощала меня самодельным вином из роз… Представляешь, я такого вкусного никогда не пил! И никто в этом посёлке не делает такого вина! И оно действительно неплохое. Между прочим, обещала дать рецепт…

Мария между тем убралась в доме и нерешительно подошла к беседке

– Извините… Олег, я там принесла и поставила в холодильник свежего молочка от соседки.

– Хорошо, Мария, спасибо.


Глава 3

1.

В свои тридцать лет Кира ещё не была замужем. Ещё со школьных лет она отвергала планы семейной жизни, а мечтала стать политиком, оратором, видным юристом. Поэтому усердно учила историю, литературу, английский, занималась в театральном кружке и спортивной секции каратэ, понимая, что это со временем пригодится.

Семья у её родителей не сложилась. Отец полюбил другую женщину и ушёл из семьи, когда ей было всего пять лет, поэтому она не видела счастливого союза папы и мамы, поцелуев, объятий, подарков к праздникам по случаю дня рождения, весёлых семейных экскурсий в зоопарк и на природу.

Нет, мама не стала после ухода отца затворницей и монашкой. Она встречалась в разное время с несколькими мужчинами и даже на какое-то время выходила замуж. Но не один из её избранников вторым папой Кире не стал.

Уже с восьмого класса она пользовалась успехом у старшеклассников. За ней ухаживало несколько парней, но первый поцелуй она подарила своему ухажёру Коле Ветрову из 11 а. Коля ей нравился как парень. Но вот только он был робким, несмелым и боялся к ней прикоснуться. Ей это даже нравилось Она первая сама прижалась к нему грудью и прильнула к губам, впервые почувствовав солоноватые мальчишеские губы.

Они дружили до конца школы. А на выпускном они с Колей напились шампанского и она впервые узнала вкус секса. Секс ей тогда не понравился , но… когда-то это надо было познать. На следующий день после выпускного она, решив закрыть эту школьную страницу, не отвечая на настойчивые звонки Коли, уехала в столицу к тётке, которая обещала приютить и помочь с поступлением в престижный университет. Так началась её новая студенческая жизнь.

Учёба давалась ей легко. Сказывалась упорная работа над собой ещё в школе, серьёзность поставленной цели и неразвитая чувственность. Её не привлекали ни приглашения в ресторан, ни студенческие вечеринки и капустники. Самым главным и любимым оставалось сидение в библиотеке, занятия в спортзале, поиск ответов на сложные вопросы в интернете.

Уже со второго курса она стала признанной отличницей, активистом научного общества и участником многочисленных диспутов и соревнований. Скоро ей стали поручать доклады и сообщения по отдельным темам и проблемам. Но этого ей было мало. Она мечтала не только написать научную работу, издать книгу, но и стать популярным политическим комментатором на телевидении.

По окончании университета ей крупно повезло. Её приняли в аспирантуру и скоро она защитила кандидатскую диссертацию, по окончании которой ей нашлась работа младшего научного сотрудника в одном из политологических центров.

Сбор информации по злободневным вопросам, составление справок для шефа, которого часто приглашали выступить на телевидении. Однажды, когда шеф приболел, он поручил ей выступить вместо него в популярной программе. Страшно волнуясь, она говорила всего две минуты, но и этого оказалось достаточно, чтобы телезрители и режиссёры её заметили.

Об этом ей сказал известный тележурналист Василий Терехов, ведущий популярное политическое шоу, который сразу после передачи пригласил её в ресторан. Подумав, она согласилась и не прогадала. После Василий стал часто приглашать ее на передачи.

Со временем она оказалась в постели с Василием сначала на съёмной однушке в центра Москвы, которую он снял, получая солидные гонорары за свои передачи. Эту квартирку он скоро выкупил и подарил ей.

Они встречались раз в неделю по пятницам. Василий был женат имел детей, и лишь по пятницам мог посвятить себя молодой любовнице, объясняя ревнивой жене своё отсутствие завалом в работе. Приходя на свидание, он приносил вино и фрукты, другие подарки, осыпал её поцелуями и они проводили вечер вдвоём при свечах. Иногда под предлогом командировок он проводил у неё выходные и тогда они отправлялись в путешествие по окрестностям столицы и проводили пару ночей в каком-нибудь пансионате или гостиннице.

Она любила эти путешествия, охотно утоляла его страсти в постели. Но чувствовала, что настоящей сильной любви нет. Она решила так и потому что не скучала по нему целую неделю, и потому что не любила, когда её избранник не принадлежал душой ей. Она видел, что он вечно боялся, как бы не уронить свой престиж, прослыв ловеласом, как бы семья не узнала о его приключениях на стороне. Иногда он приводил свою жену с детьми в студию и, если Кира участвовала в передаче, старался не подавать виду, что они близки. Кира поражалась его деланному равнодушию, усмехалась вспоминая что только накануне он буквально валялся у её ног и между страстными поцелуями называл её солнышком, своей голубкой и клялся в беспредельной любви. Презирать за такую двойственность она его не стала, но всё же ей хотелось чего-то более основательного, верного и надёжного.

Со временем карьера пошла в гору. Она была принята в престижный институт преподавателем политологии, выступала с лекциями и по приглашениям Василия на телевидении в политических шоу. Доходы резко увеличились и она теперь могла себе позволить мечтать о престижной квартире и даже о загородной даче.


2.

В очередной раз по приезду на дачу Кира удивилась ещё больше. Олег подвёл её к очередному новшеству. На солнечной стороне сада её ждал небольшой бассейн с прозрачной голубой водой.

– Какая прелесть!– не удержалась она от восклицания и в порыве чувств чмокнула Олега в щёку.– Как тебе это удалось? Где ты берёшь такую чистую воду? Вот где я буду купаться и загорать…

– Я же показывал, что здесь есть маленький родничок. Я очистил его, загнал трубку и он стал понемногу наполнять и, что важно, обновлять воду в нашем небольшом бассейне.

– А тебе не скучно здесь ,– спросила она его за вечерним чаем.– Ты подчистил мой сад, дорожки, привёл в порядок дом. Теперь вот устроил бассейн. Однако ты, судя по прошлому нашему разговору, неплохо знаешь историю, здраво судишь о людях… Ты не собираешься ли поменять дачный покой на городскую жизнь? Если так, скажи. Я так мало знаю о тебе.

– Нет, я в этой работе отдыхаю. Да и куда мне в город. Я люблю тишину. В городе меня никто и не ждёт, – грустно сказал Олег.

– Вот и хорошо… То есть нехорошо, когда тебя никто не ждёт, извини.. Однако живи здесь сколько хочешь. Мне лично нравится твой подход к этой даче… А для развлечения я буду подбрасывать тебе умственные задачки…Если ты не против, конечно! Ты телевизор смотришь?

– Да . И тебя вижу временами. А что?

– А знаешь такого телеведущего как Василий Терехов?

– Как же… Знаю. Иногда он интересен, а иногда нет.

– А Вера Скобелева?

–Тоже знаю. Эта повыше уровнем Терехова, но тоже её заносит временами.

– Ну знаешь! Тебе не угодишь. И чем же Терехов плох?– вызывающе спросила она, размышляя как бы подготовить Олега к знакомству с Василием, который не раз напрашивался приехать на её новую дачу.

– Я разве сказал, что он плох? Он эрудирован, уверенно ведёт передачи… А недостатков, на мой взгляд, всего два.

– И какие же?

–Он неважно говорит. Часто торопливо бормочет себе под нос и его не всегда поймёшь…Ему нужно проходить ораторские курсы или поучиться надо у дикторов его же канала. Эти четко произносятся слова, неторопливо и весомо…

– А второй?

– Он приглашает гостей, но часто не даёт им высказаться. Он их поправляет или обрывает, когда гость говорит не совсем то, что хочет ведущий. Он хочет подстроить их под себя. А они, как правило, специалисты своего дела. Это учёные, политики, военные… Все имеют своё достоинство. А он их поправляет и пытается направить в своё русло. Здесь у него, на мой взгляд,


не хватает мастерства ведущего…А это умение тактично повернуть разговор, поддеть вопросом и умно подвести итоги. Я так понимаю, что на такой передаче должны сообща находить истину и доводить её до слушателя.

– Ну ты даёшь! А ведь Василий один из лучших … А я тогда как выгляжу в твоих глазах? Мне даже страшно спросить.

– Чего же бояться. Ты хорошо смотришься, но у Терехова ты торопишься высказать свои мысли, словно боишься, что он тебя остановят или перебьёт. В этом, пожалуй, больше виноват он, а не ты…

– Но плюсы хоть какие-то есть? Снизойдите уж до комплиментов, господин критик!

– Конечно есть и немалые… Вот вы, Кира Семёновна, неплохо смотритесь перед телекамерами и вы этим, как мне кажется, даже щеголяете. Яркие одноцветные костюмы, тёмные распущенные волосы ниже плеч, красивое лицо и фигура, эффектная поза, грамотная речь… всё это безусловно привлекает. Но только внешней стороной. Извините, но в ваших речах не хватает глубины проблем, а в манере выступать не хватает артистизма и драматизма.

– А что такое артистизм по-вашему?– вслед за ним переходя на вы холодно спросила она.

– Вы только не обижайтесь… Я понимаю, получить урок от какого-то садовника, это обидно… Но раз уж вы просили начистоту, то… Впрочем извините, я не буду учить вас жить и работать…

– И всё-таки?


3.

Олег помолчал, собираясь с мыслями.

–Расскажу о лекции одного из корифеев прошлого, который мне когда-то очень понравился… Его лекция была о Сталине в тот период, когда его ругали и клеймили все кому не лень. Он начал с проблемы, с вопроса, кто такой Сталин? Чудовище, погубившее миллионы или гений, организовавший быстрый по историческим меркам подъём страны?

Дальше была мхатовская пауза с вопросительным взглядом на публику… Нет, он не дал однозначный, ответ, готовую истину, которую и сегодня никто до конца не знает. Он предложил слушателям вместе с ним рассмотреть оба варианта. Сначала вариант про гениального руководителя. Привёл исторические аналогии о том, как проводились большие дела, серьёзные реформы в истории других стран начиная с Ивана Грозного и кончая американцем Рузвельтом и их цене. Там тоже были людские жертвы, страдания народа, затягивания поясов… В сравнении с этим он показал дела сталинской группы. Привёл лишь известные всем факты. Оказалось , что сталинские реформы были самыми короткими, всего пятнадцать лет, а результаты очень значительными. Из разорённой революциями и войнами отсталой крестьянской страны создать сверхдержаву с огромным влиянием в мире- это супер, что признали даже западные политики явные враги России. Дальше он остановился на цене реформ Сталина. Не побоялся задать вслух себе и публике вопрос: что важнее, страна превращённая в супердержаву или людские жертвы в годы коллективизации, индустриализации войны и так далее…Вспомнил про плач и стенания либералов о миллионах загубленных жизней…

– А что, это не правда, что ли?– не удержалась Кира.

– Точно так отреагировали и его слушатели. А он опять сделал паузу и предложил назвать цифру расстрелянных в сталинский период. Точно, как и предполагалось, никто указать не смог. Тогда он сам сравнил расхожие данные либералов о сотнях тысяч и даже миллионах погибших и посаженных в лагеря при Сталине и данные специальных комиссии при Хрущёве, и Горбачёве в период перестройки, которые пришли к более или менее единому мнению. Так вот за весь сталинский период с 1923 по 1953 было расстреляно чуть больше 800 тысяч человек. Если проанализировать эти цифры, то среди них бывшие белогвардейцы, иностранные агенты, ярые антисоветчики, кулаки и уголовники. И ещё он предложил сравнить число расстрелянных с количеством жителей страны, которые поддерживали вождя и окажется, что пострадало лишь жалкие проценты, да и то часто за дело или по наветам друзей-товарищей… В сравнении с погибшими при Иване Грозном и Петре Первом, с жертвами английских буржуазных реформ, , становлением США и Германии, наполеоновскими войнами и прочими делами связанными с реформами и возвышением стран это немного. Жертвы в истории были всегда. Ещё он сравнил количество заключённых в сегодняшних российских лагерях и пресловутом ГУЛАГе. Разница оказалась небольшой.Он сравнил также пытки ежовских костоломов с современными пытками и с неизбежными жертвами реформ в других странах, наконец.

Он ярко показал, что реальная история делается не речами, а железом и кровью… В результате слушатели благодарили его за смелость в постановке вопроса и в поисках ответов на непростые темы.

И ещё… Он не стремился показать себя всезнайкой, а в лекции вводил нерешённые проблемы и недоказанные истины, применял риторические вопросы, сопровождая их паузами и жестами. Всё это делало его речь живой и близкой слушателю.

Кира налила ему в чашку свежего чая и уважительно произнесла.

– А вы молодец, Олег. Владеете темой… И где вы учились? Не в Гарварде?

А то мне придётся повысить вас в должности. Теперь буду называть вас не садовником, а мажордомом.

– Не стоит, меня устраивает и эта скромная должность, Кира.

Кира помолчала, испытующе глядя в глаза Олега.

– Кстати о Терехове… В следующую пятницу я приеду вместе с ним… Он мой друг… Близкий друг. И то, что он будет здесь должно остаться тайной…

Я надеюсь…

И она серьёзно поглядела в округлившиеся глаза Олега.


Глава 4

1

Они приехали, когда уже стемнело. Олег, заслышав сигнал, открыл ворота и серебристая легковушка остановилась у входа в дом. За рулём была Кира, а на пассажирском сидении располагался сам Василий Терехов.

Терехов оказался крепким мужчиной среднего роста с бритой наголо головой. Черная бородка и усы делали его похожим на интеллигента X I X века. Он поздоровался с Олегом за руку, после того как Кира представила их друг другу и пошел в дом вслед за Кирой. Олег помог донести сумки и предложил горячий душ с дороги, а сам занялся столом. Вскоре в центре стола аппетитно дымилась свежеприготовленная курица и стояли салаты двух сортов.