Илья Майский
Терраанец: Возвращение Капитана Блэйда

Глава 1 Низины Империи, или новая соседка

Когда-то давно, более трех веков назад, человек делал первые неуверенные и легкие шаги за пределами своей колыбели-Земли, подобно малышу, научившемуся ходить и вылезшему из кроватки. Но тогда никто, даже Юрий Гагарин и Алан Шепард, представить не могли, какая невероятная судьба ожидала человечество всего через каких-то сто с лишним лет, когда ботинок человека ступит на красные пески Марса и молчаливые пустыни Европы, Ганнимеда и Ио. Открыв неизведанные ранее горизонты, человечество с бесконечным чувством эйфории бродило по межзвездному пространству, убежденное в своем господстве над Вселенной.

Когда-то человеку покорились моря и океаны, ветра и шторма. Но теперь ему открылся путь к невероятным богатствам и величию – звезды… Человек… в просвещенном 23-м веке это звучит очень гордо. За буквально два века человечество достигло того, что, казалось, было невозможным даже для тысячелетия: человек успел побывать и покорить сотни миров на просторах мерцающих звезд, среди который и обретал он свой дом. И только один вопрос так и не дал человеку покоя даже в 2260-х годах: одни ли мы во Вселенной? С самого первого полета Гагарина этот вопрос так и оставался открытым на протяжении многих лет, пока, наконец, в январе 2260-го года человечество не дало окончательный ответ: «Нет, мы не одиноки. У нас есть братья по разуму». Но разве кто-то говорил, что, встретив братьев по разуму, люди с далекой Земли и новообретенные братья сядут за один стол и будут на брудершафт пиво да мед хлестать? Как бы не так… И даже открытие скопления Афины удивительной цветущей планеты-сада не стало исключением, а как же жаль…

В подвале некоего богатого вельможи нового мира у каменной стены сидело двое в пятнистой зеленой форме: куртки, штаны и высокие ботинки – стандартная полевая форма солдат ВКС Терраанской Федерации. Один из них выделялся погонами с четырьмя звездами – сразу видно, офицер. У второго были только три длинные полосы поперек погон, словно капрал или сержант, но уж точно не рядовой. У обоих глаза были потухшие и уставшие: казалось, что они оба, если бы заснули, то продрыхли бы и целую неделю – кофеин бы мало чем им помог. Но вот у их третьего соседа еще оставалась энергия в ногах, по крайней мере, ходил он так, словно ему в зад гранату засунули.

- Эй, кэп, что за хрень?! – расхаживал взад-вперед молодой человек в пятнистой темно-зеленой форме по каменному полу. Огонь свечи слабо освещал камеру в подземелье, окон не было, но можно было разглядеть несколько морщин на лбу говорившего.

- Лайз, мне почем знать? Эти говножоры как-то не удосужились мне документы показать! – сидел на матрасе из гнилой соломы второй человек, судя по нашивкам на левом рукаве и по погонам, командир.

- Сэр, а наши? Подкрепление будет? – услышав слова рядового, кэп закрыл рукой переносицу и вздохнул:

- Слушай, Лайчен, ты дебил или что? Мы в глубоком тылу. Наши не станут рисковать ради рядового и сержанта с капитаном. Ток если мы сами выберемся, - тон человека был спокоен, настолько, что рядовой сел возле двери, упершись в каменную стену.

- Наконец-то, а то у меня уже глаза болели от мельтешни, черт подери! – слегка ударился затылком сержант, глядя на пламя свечи.

- Че задумался, малец?

- Да вот, сэр, ту девушку вспомнил что с нами ехала, Алиса. У нее глаза красивые… - но договорить тот не успел.

- Ага, кончай заливать, Лайч, ты скорее на ее буфера пялился, а не в глаза. А, кэп, наш парнишка, кажись, подружку нашел, хе-хе.

- Локк, хорош, не до этого сейчас, - командир казался очень неэмоциональным человеком, хотя, для его положения хладнокровие – весьма полезный навык.

- Да ладно, девушки не нравятся Мяснику? Очень смешно…

- Ну, тут ты прав, та девка ничего так, - слегка усмехнулся офицер, как вдруг за дверью раздался какой-то шум. Капитан подошел к двери и прислушался:

- Эй, что ты тут забыла?!

- Ну, блин, все служанки говорят о них, а это правда, что они одеты во все зеленое?

- Слушай, если мы не вернемся, вслед за ними палач и нам всыплет плетьми, так что давай сейчас обратно в прачечную…

- Эй, мы что вам, зверушки в зоопарке?! – крикнул в дверь капитан, и шум прекратился.

- Кэп, кто это был хоть? Охрана?

- Не, просто пара служанок поглазеть на нас пришла, черт, чувствую себя медведем в зоопарке.

- Медведей так хоть кормят, не знаю, как вы, кэп, а я жрать хочу! – от слов сержанта офицер рассмеялся:

- Да тебе, Локк, дай волю – так ты грузовик тушенки схаваешь! Вспомни, сколько повар за тобой бегал? Ты ж вечно жрать хотел, благо, что тарелки не хавал, хе-хе, - и капитан добавил:

- В общем, парни, тут нам чиниться уже не вариант – местным, по ходу, наложить на погоны, им что меня, что тебя, рядовой, мочить. Кого как по имени?

- Ричард, – поднялся сержант.

- Вайт, - рядовой ответил следом.

Капитан некоторое время не говорил:

- Майлз.

Раззнакомившись, они не заметили, как в двери стал поворачиваться ключ, и буквально через секунду в камеру вбежали десяток человек с мечами и повалили людей в зеленом:

- Лежать, жуки, дорогу господину Мастеру!!!

Следом вошел перекаченный верзила с загоревшим лицом, кожаном фартуке и безумными глазами.

- Эй, громила, где брал стероиды? – решил Вайт пошутить, как вдруг резко закричал – кожаная плеть прошлась по его лицу. Медленно дойдя до Майлза, верзила склонился к его уху:

- Мы прогуляемся, - и всех троих повели по темному коридору. Путь занял всего несколько минут, но этой троице казалось, что их ведут непростительно медленно. Их завели в большой зал, где стояло много орудий для пыток: дыба, металлический стол, колодки, смирительный стул – список был просто бесконечный. Но больше всего выделялась печь в центре, на решетке которой лежало большое количество ножей и щипцов. Печь пыхала, словно мартеновская. Всех троих заковали в цепи и привязали к стене. Несколько минут все было тихо, слышалось только спертое дыхание троих человек.

- Майлз, что за херня? Это у них такой допрос? – Ричард был закаленным солдатом, как и командир его роты, но страх неизвестности пробьет даже броню десятков битв и легко доберется до самой сердцевины любого человека, хоть салаги, хоть старого волка. Негромко под шум печи открылась стальная дверь. В проходе стоял человек раздетый до пояса и в том же кожаном фартуке. Его лицо было подозрительно спокойным, только его усы были в капельках пота – думаете, в подземелье с пышущей жаром печью будет дуть легкий океанский бриз?

- Так-так-так, и кто это к нам на огонек пожаловал? Гости из других миров, надо полагать, - ходил тот перед тремя узниками, трогая подбородок. Спокойный тон человека добавлял напряжения в комнате, особенно пробирало Вайта – когда тебе 19 лет, и ты только свалил из дома, вступил в армию и кроме полигона в училище ничего не видел, человек в темном кожаном фартуке в подземелье в окружении кучи острых нагретых до красна предметов точно заставят коленки дрожать. Кандалы же были просто катализатором всего того, что тут происходило. Вдруг человек в фартуке схватил за волосы Вайта и взглянул в глаза, смотрел всего несколько секунд, но рядовому это показалось часом.

- Мне нравятся его глаза, - с тоном эксперта сказал он.

- Не тронь его, пидор дристаный! – со злостью в голосе крикнул Ричард, дернувшись под мертвый звон цепей.

- Твои тоже неплохи, но грубить нехорошо. Мама не учила вежливости? – спокойный тон палача сменил жесткий и резкий удар плети по лицу сержанта.

- Он тебя не понимает, кретин! – на местном языке крикнул палачу капитан, сильно дернувшись в цепях.

- О, да ты у нас полиглот? Отлично, люблю поговорить с умными людьми, - отпихнув голову сержанта тот подошел к Майлзу и схватил за шею, но потом отпустил, отойдя от узников:

- Оу, прошу меня простить за манеры. Забыл представиться: я Лаудус, но многие знают меня как Мастера, и да, скоро вы узнаете, почему меня так зовут. Вы вторглись во владения наместника Императора Альдераанской империи господина Вальза без приглашения, а в Империи за такое карают. И очень сурово, - говорил палач неспешно подходя к печи, откуда взял раскаленный до красна нож, судя по гравировке, сделан был на заказ.

- Знаешь, как мастер, я ценю хорошие инструменты. Как тебе клинок? – водил палач перед лицом капитана ножом. Этот нож действительно был хорош – резная рукоятка, блестящая сталь и острое словно бритва лезвие.

- Как тебе мой инструмент, а? – провел лезвием по немалой щетине Ричарда Мастер – и она посыпалась на каменный пол.

- Кэп, да он ебнутый! – усмешка палача сама выдавала его отношение к своему клинку, выдавала маньяка, поймавшего новую жертву.

- Истинный клинок можно найти лишь одним путем, иначе попадется в руки кусок ржавого стилета, негодного даже для масла, и нельзя судить о клинке, пока… - с тоном ментора рассуждал Мастер, расхаживая перед капитаном и его людьми, и резко вдруг всадил клинок в кисть сержанта, отчего по подземелью раздался животный жуткий вопль, и еще громче крик, когда палач достал клинок из руки.

- Пока клинок впервые не вонзился в плоть и не познал свой первый вопль, - с лезвия капала алая кровь, каплями оставаясь на каменном полу. Майлз оставался твердым и глазами говорил экзекутору: «Выберусь – из-под земли достану!» Но палач этого не заметил, а только отошел от связанных на несколько шагов к печи.

- Думаю, вы трое уже поняли, что шутки кончились. Единственный для вас способ прожить немного дольше, чем те, кто попадается мне в руки, это рассказать все, что я спрошу. А иначе даже пожалеть не успеете о своем решении - кусочек за кусочком, я буду ломать вас внутри, как ломаю снаружи, и в конце каждый из вас будет думать о смерти как о старой подруге и уповать на свидание с ней. Впрочем, я немного забегаю вперед. Эй, ты! – и тот схватил за воротник куртки Майлза и сказал, тяжело дыша в лицо:

- Переведи все то, что я сказал сейчас. А то не особо твоим доходит, - и капитан повернул голову к своим:

- В общем, парни, этот хер дристаный планирует нас на ремни пустить, при этом мы все будем живы к тому моменту. Пока мы молчим, будем жить – потом мы трупы, - кратко, но мрачно описал ситуацию бойцам командир. У Вайта в глазах читалась паника, он бы заорал со страху, если бы не его характер – парень не хотел запомниться трусом перед своим командиром, но страх не уходит даже при виде погон. Зловеще улыбнувшись, палач подошел к Вайту и заглянул тому в глаза – в них тот словно в книге читал животный страх, словно у скота на бойне.

- Смерти страшишься, а? Боишься кануть во мрак? – медленно водил тот лезвием по лицо рядового, оставляя кровавые следы на нем. И тут у парня вспыхнул огонь внутри глаз, это не было яростью, скорее порыв веры. Оскалив зубы, тот лбом ударил палача в нос, от неожиданности тот упал, а клинок, звякая об каменный пол, отлетел обратно к печи.

- Гори в аду со своим сраным клинком, пидорасина штопаная!!!

Палач поднялся обратно и со звериным оскалом прижал клинок к шее рядового, но тот больше не произнес ни звука, а только тяжело дышал.

- Смелость города берет, да? Смелость, или глупость, любопытно, - с интересом ученого смотрел тот на рядового – такого от этого щенка Мастер не ожидал, что тот начнет лаять и кусаться.

- Ну что ж, я немного отвлекся. Итак: откуда вы прибыли и кто вы такие? – обратил свой взор на капитана палач. И тут офицер слегка улыбнулся:

- Мы прибыли из мира «Не твое сраное дело», а зовут меня «Поцелуй кирпич», - смех капитана был настолько заразителен, что и помощники палача, стоявшие все это время рядом с печью, слегка ухмыльнулись. Улыбнувшись, палач отрезал веревку и схватил Майлза, и швырнул того на пол. Не произнеся ни единого звука, тот мощным ударом ноги в живот отбросил офицера к печи. Схватив того за волосы, палач поднял его, только ноги остались лежать на полу. Подтащив того к печи, палач направил лицо капитана на угли. Сержант с рядовым уже решили, что кэп труп, как вдруг палач негромко сказал на ухо лежавшему:

- Еще одна шутка – и это будут твои последние слова, - и бросил того к помощнику:

- Привязать назад!

Тот поднял капитана, но получил локтем в живот:

- Кончай трогать, сам пойду! – и офицера снова привязали.

- Может, наш юный друг будет более…сговорчивым, - и палач снова подошел к Вайту – от того, что Мастер сделал с капитаном, тот стоял бледный на грани фола. Но палач не стал задавать тому вопросы – как он ответит, если даже не знает местного языка?

- Ты знаешь, что будет, если не станешь говорить?

- Ну так давай, вздерни меня, чего, млять, ждать?!! – крикнул капитан в лицо экзекутора.

- У-тю-тю, как мы заговорили. Не бойся, скоро сдохнешь, но сначала ответишь на мои вопросы, - и несколько раз удалил кулаками офицера, а тот лишь улыбнулся, хотя кровь из разбитого лба попадала тому в глаза:

- Это все что ты можешь, херасос?

- Видно, ты еще не готов говорить, ну хорошо, отложим пока нашу беседу. Этого запереть отдельно! – крикнул палач помощникам, и те, словно послушные щеночки в цирке, понесли капитана через стальные двери обратно по коридору. Майлз чувствовал себя плохо, раскалывалась голова, во рту ощущался до боли знакомый соленый привкус крови, глаза закрывались сами собой.

- Делайте, что хотите, но этот жучок не должен сдохнуть, позовите кто лекаря, пусть его осмотрит, - донеслось из пыточной. Путь обратно в подземелье был совсем коротким, но когда ты вот-вот вырубишься, время тянется невозможно долго. Двое помощников открыли дверь камеры и швырнули офицера на соломенный матрас, а затем также быстро заперли дверь. В камере был только стол и матрас на каменном полу. На столе также стояла свеча в подсвечнике, поддающийся идентификации как медный. Шатаясь, парень дошел до двери, держась за стену:

- Эй, уроды! Если тронете моих людей, я вас всех, сука, живьем сожру! Козлы драные, ничтожные вонючие глистоперы, ублюдки гребаные… - крик ругательств постепенно дошел до шепота и, сползая по стене, Майлз вырубился, не успев доползти до матраса.

Некоторое время он не мог прийти в себя, а затем от ощущения чего-то мокрого на голове открыл глаза. Перед ним была какая-то девушка в сером плаще, но с очень выразительными зелеными глазами и теплым взглядом. От слабости и пережитой передряги офицер не мог ничего сказать, а просто лежал и смотрел, как девушка меняла повязку на голове.

- К…кто вы? – сам собой как-то созрел у него вопрос.

- А это правда, что вы знаете наш язык? – вопрос лекаря, а в роли девушки с сумкой, набитой травами, не приходилось сомневаться, был более чем понятен – каждый ли пришелец знает местный язык?

- Ну, во всяком случае, я с вами разговариваю, - и тут гостья наклонилась к уху Майлза:

- Прошу вас, будьте осторожны с палачом. Это страшный человек. Ему убить – что пьянице бокал вина выпить. Вас он уничтожит, если не будете осторожны, - нервным голосом сказала девушка, при этом очень чувствовалось, что ее окружил страх.

- Как вас зовут? – но незнакомка почти сразу убежала, а страж запер камеру. В голове офицера были только тепло-белые волосы незнакомки и выразительный взгляд.

- Кто же ты, девочка? – роилось, словно улей диких пчел, в голове у Майлза. Но вскоре им овладела другая мысль – он ужасно хотел спать, глаза сами собой закрывались – последние сутки у офицера не выдалось даже свободной минутки, чтобы прикрыть глаза и вздремнуть пусть бы даже на несколько коротких минут. Но сейчас у парня хватало времени слегка поспать, а когда ты уставший, соломенный матрас покажется уютной кроватью пятизвездочного отеля.

- Инталлерс-1, это Инталлерс-4, уходим от погони, геодезист ранена, карта не работает, радио на очень низкой частоте, как поняли, прием. Повторяю, уходим от погони, геодезист ранена, карта не работает, радио на очень низкой частоте. Координаты – квадрат 37-Б, сектор 14, 17.44 по стандартному времени, - безуспешно говорил в рацию сержант, но в ответ слышал только белый шум радиопомех.

- Да оставь ты эту рацию, связь еще час назад мертвее мертвого была, - сильный дождь барабанил по крыше армейского джипа в пустынной расцветке, дворники быстро убирали капли со стекла, но новые не заставляли себя ждать. На заднем сидении был молодой парень в форме рядового ВКС Федерации – стандартная пятнистая расцветка темно-зеленого цвета, куртка, штаны и берцы. На коленях у него лежала светловолосая девушка в толстовке и синих джинсах – одеждой она совсем не напоминала инженера-геодезиста, но она им и была. Вся ее грудь была ало-красной из-за попадания арбалетного болта, лицо, до этого румяное и милое, стало бледным словно бумага, она постоянно закрывала глаза то ли от усталости, то ли от страха.

- Х…холодно, о…очень, - у нее начинался озноб.

Рядовой не придумал ничего лучше, чем убрать прядь волос с ее лица.

- Чш-чш, все хорошо, щаз полегчает, - металлическая фляга быстро оказалась в руках сидевшего. Приподняв голову, он влил в рот девушки немного бордовой жидкости, отчего та закашлялась – хоть бренди и хорошо греет, но для непьющего человека этот вкус будет непривычен, но, прокашлявшись, девушка еще немного выпила. Хорошо выдержанный алкоголь ударил в усталую голову геодезиста, и она быстро провалилась в сон, держа рядового за руку.

- Эх, детишки… - проверял магазин автомата Локк, поглядывая по сторонам, хотя что ты увидишь посреди ночи на дороге, где фонари восприняли бы как отборно-хреновую шутку?

- А ты у нас прям старик, хе-хе? – разрядить обстановку бывает крайне важно даже для старого волка.

- Да ну тебя, кэп! – отмахнулся от шуток Майлза сержант и просто старался вглядеться в сплошную пустоту дороги – хоть по стандартному времени и было только 6 вечера, в этом полушарии нового мира была уже ночь.

Сержанту 1-ого класса Ричарду Локку было только 28, но при этом он уже успел на своей шкуре испытать что-то большее, чем наматывание кругов по плацу. Он познакомился с капитаном Блэйдом семь лет назад, когда его с отделением передали под командование еще лейтенанта Майлза Блэйда. У них было задание проникнуть на старый химический концерн и забрать оттуда важные записи исследований, которые при эвакуации впопыхах забыли ученые. С тех пор Ричард служил в разных частях, пока не попал в разведроту в первый штурмовой взвод, куда попадали самые боеспособные бойцы роты.

Много мыслей было в голове у офицера, они не давали ему закрыть глаза, да и он сам как-то не хотел их закрыть – мало приятного в том, что теплое одеяло снов с тебя срывает ураган реальности. Только этот ураган больше напоминал напяленный мешок на голову и заломленные руки.

- Че за херня, уроды?! – резко крикнул офицер, но помощники ничего не сказали, а стражник рядом с ними просто тыкнул пикой в бок связанного. Его вели не очень долго, снова привязали к стене и стянули мешок, но от такого вида глаза капитана стремительно поползли вверх – перед ним, словно ветчина в сеточке, висели рядовой с сержантом, оба были до ужаса избитые – пока капитан лежал у себя в камере, палач занимался курсами словесности с пришельцами, вот только вместо слов и предложений были кулаки и плеть.

- Что за херня?!! – с яростью и страхом вылетело у Майлза.

- А, а вот и наш звездный друг явился, ты уж извини, что так грязно, сам понимаешь, иногда так трудно прибраться перед приходом дорогих гостей, - трогал палач за плечо офицера, а тот заметил, что фартук Мастера был весь окровавленный, а руки были по локти в крови.

- И что дальше? Повесишь? Ну так давай, млять, тащи веревку!!! – крикнул капитан, но Мастер просто улыбнулся:

- Не, сдохнешь ты немного…позже, а пока, кто ты такой? И советую ответить на мои вопросы, а иначе… А иначе твои люди познакомятся с моими умениями немного ближе, - слова палача прямо говорили, что им троим крышка, и капитан решил попытаться спасти жизни своих людей:

- Я командир этой группы, остальное тебе знать необязательно, - но удар плетью по спине сержанта не на шутку передернул капитана.

- Ложь, наглая ложь, ведь я пытался быть миролюбивым, но ты врал. Снова…Снова…Снова… - все это время палач бил Ричарда, но тот уже никак не реагировал.

- Кэп, да скажи ты ему уже, кто мы. Хоть мальчишку спасем, - едва слышно сказал Локк, но струя крови изо рта прервала его речь. Капитан кивнул и обратил свой взгляд на улыбающегося Мастера:

- Капитан Майлз Блэйд, это сержант Локк и рядовой Лайчез. Мы солдаты ВКС Терраанской Федерации, - но капитана прервал удар плетью по лицу и смех палача:

- Вы-то солдаты?! Ну насмешил! У зелененьких жучков уже что, и армия имеется?! Ха-ха, вот умора-то, и что за ВКС?

- Военно-космические силы Федерации, в космосе, - но кожаная хвостатая бестия снова прилетела капитану в лицо:

- Довольно с меня этой лжи! Пора платить! – медленно подошел тот к двум связанным и достал все тот же стилет:

- Я же говорил, настоящий нож определяется тогда, когда тот вонзается в плоть, вот сейчас мы и проверим наших кузнецов, - холодно и методично палач вонзил клинок в живот сержанта, а повороты стилета только добавили силы воплям. На пол хлынула кровь.

- Пидорасина вонючая!!! Гори в аду!!! – яростно от боли кричал Ричард, но с таким же холодным взглядом расширителем палач открыл ему рот.

- Видно, твоя мама не сильно хорошо тебя воспитывала, такой дрянной язык, - резким движением нож оказался в горле узника – и кусок мышцы упал на пол.

- Но гнется точно так же, как и у всех, странно, - но слова Мастера заглушили истошные дикие крики сержанта, рядовой от ужаса потерял сознание.

- Я говорил, на Альдере сурово карают за приход без приглашения. Ничего, ты, жучок, у меня еще не так покричишь! – взяв со стола пилу, тот сорвал штаны с сержанта и стал пилить его ногу чуть выше колена. Изо рта, разорванного расширителем, хлынул фонтан крови. Узник не мог даже кричать, только звуки, как тот захлебывается, раздавались по залу. Скинув ногу со стола, тот с методичностью и холодом взял топор с плиты и парой ударов отрубил и вторую ногу, сержант был уже мертв, как казалось офицеру.

- Ой, а где же наши ножки? Валяются словно ложки, - расхохотался палач, довольный своей шуткой, но капитана тянуло только сблевать и тот смотрел на экзекутора глазами, которые прост кричали во всю мощь легких «Выберусь – живьем сожру!» Палач же не обратил на это внимания, а только щелкнул пальцами, как в зал помощники ввели двух бойцовских собак, чьи клыки и зубы могли разгрызть железобетон.

- Ну вот, мальчики мои, ужин готов, полакомитесь, - и эти двое монстров стали жрать отрубленные ноги сержанта, кости они жевали словно хлопья.

- Кажется, им нравится мяско из космоса, хе-хе-хе. Ну что ж, теперь хоть знаю, что буду со всеми вами делать, когда Империя и священный Сенат, и Император разделаются с жучками.

Медленно с чувством наслаждения работой, мастер подошел к рядовому и схватил того за ворот рубашки:

- Что-то у нас тихо, как твой…горластый дружок заткнулся, даже как-то неловко, не правда ли? Мы это исправим, верно? – взяв с плиты длинный клинок, палач подошел к капитану:

- Ты не против, хм, небольшой партии?

- Может, мне с тобой, конченым, еще в покер поиграть?!

- Во-первых, умерь свой пыл, - кожаная бестия решила начать близкие отношения с капитаном, особенно с передней частью его тела.

- А во-вторых, я про музыку. Люблю духовой оркестр, - и с этим клинком палач отрубил голову уже мертвому сержанту и резко, словно фокусник, вытянул трахею. Дойдя до рядового, тот поднял красный кусок над головой и кровь полилась на голову Вайта. Тот закрыл глаза и уже никак не реагировал. Но когда палач поднес трахею к его рту, у того вся еда за последние двое суток оказалась на каменном полу.

- Ну давай, тан-тарарам-тан-тарарам ууууууууу, - заставлял экзекутор рядового трубить.

- И чтобы ты знал: горн Империи протрубит для каждого непрошенного гостя, а для вас он протрубит очень скоро, а еще быстрее… - и палач с разворота всадил в рядового клинок, от чего кишки полезли на пол, парень сначала орал от сумасшедшей боли, но из-за шока вскоре не мог уже кричать.

- А еще быстрее горн Империи протрубит для непрошенного борзого щенка, - отбросив его, палач крикнул в зал:

- Крюк, спускайте крюк! – скрипя и извиваясь, словно черная змея, к палачу опустился крюк, чем-то похожий на рыбацкий. Схватив кишки, палач стиснул ими горло рядового, а затем привязал их к крюку – и на этом крюке он повесил Вайта. Тот был уже мертв от боли и потери крови.

- Вот ведь тварь, кровью своей тут все заляпал, теперь отстирываться, - говорил себе под нос палач, подходя к Майлзу:

- Ну что, пустотник, уже обосрался и дрожишь? Это печально, ведь я только-только вошел во вкус, - схватив его за волосы, палач показал тому расчлененного сержанта и повешенного рядового:

- Видишь, что Империя делает со своими врагами? В следующий раз ты разделишь их участь, если не расскажешь всего, что я хочу знать. Уверен, ты думаешь, что я хочу знать? А тут все просто: как вы нашли наш мир, кто вами командует, какая защита вашей крепости, а?!

- Пошел на хер, дерьможор! – спокойно и как-то отстраненно сказал Майлз, глядя тому в глаза.

- Ты злишься. Понимаю. Ты считаешь меня монстром, но нет. Это право победителя – делать с побежденным все, что он хочет. Я знаю, ты понимаешь, - рассуждал палач, глядя на огонь печи, а затем развернулся к капитану:

- Видно, ты еще не готов говорить. Но, думаю, пара-тройка недель в подземелье немного развяжет тебе язык, - как-то спокойно сказал палач и крикнул помощникам:

- Этого заприте и скажите страже, пусть следят, чтоб не сдох!

- Да, господин! – и двое помощников снова повели капитана обратно в камеру, где бросили того на пол. В голове у парня только пульсировала одна мысль: «Палачу конец». От бессилия офицеру хотелось только молотить об стену, но толку от этого не больше, чем от битвы с мельницами.

От увиденной картины у капитана не было желания даже кричать. Сначала внутри него словно раскаленная лава бурлила ярость, которую он был готов выплеснуть на палача, но потом охватило чувство апатии – в подземелье было очень холодно, настолько, что даже ярость куда-то исчезла. Майлз сел на матрас, словно одеревеневший, и просто ждал своего конца. Пламя свечи время от времени трепало от сквозняков в камере, за ним наблюдала пара уставших глаз. От размышлений Майлза отвлек какой-то звук снаружи. Медленно подойдя к двери, он прислушался: словно кто-то приближался. Вот только шаги были не такими громкими, как от ботинок стражи. Скорее уж цокот женских туфель. Ключ в двери повернулся – и у входа перед Майлзом предстала довольно милая девушка в светло-синем платье и башмаках. Ее лицо и голова были закрыты платком, словно она не хотела, чтобы парень ее увидел.

- Как ты тут? Я принесла поесть, только поскорее, у нас мало времени, - и девушка поставила на пол сразу не замеченную корзинку, в которую парень взглянул со свечей: булка свежего хлеба, по запаху – пшеничный, кусок сыра, бутылка вина и небольшой мешочек, в котором узник нащупал оливки. У него в животе выразительно заурчало, словно он несколько дней нормально не ел.

- Ну, присаживайся, перекусим, - и Майлз жестом пригласил гостью присесть на матрас.

- Фух, спасиб тебе, а то так внутри все в узлы связалось – готов лошадь сожрать с копытами! – разломал булку Майлз и предложил ей часть побольше.

- Ну, для лошади тебе бы челюсти железные, тогда, может, и съел бы, хи-хи! – слегка улыбнулась девушка, подмяв ноги под себя – холод одинаково действует что на местных, что на пришельцев.

- Да не, это я так, к слову. Кстати, как звать-то? – вытащил пробку из бутылки парень и предложил сидящей:

- Очень надеюсь, что ты не узнаешь меня, иначе мы с тобой два свеженьких трупа, - с едва уловимой грустью, но на удивление спокойно ответила девушка и добавила: палач приказал морить тебя голодом, а я сама знаю, что значит жить впроголодь. Только постарайся не сильно шуметь – если охрана услышит – нам обоим конец от их пик, - подытожила гостья и отпила немного вина, заев сыром и хлебом с оливками. Оливки были совсем свежие, только недавно собранные. Из них планировали оливковое масло делать, но как закуска к вину они тоже весьма неплохи. Оба неспешно болтали, пока корзинка не опустела. Гостья в платке поднялась и взглянула офицеру в глаза:

- Мне нужно идти, я еще приду, - открыв отпертую дверь, девушка быстро убежала.

- Вот девки-то пляшут. А она так ничего… - думал капитан, устроившись на матрасе. Для него это было совершенно непонятно: его людей и его самого схватили те, кто еще порох не открыл. И что дальше – принесут в жертву? Судя по тому, что делали местные – возможно почти все. С другой стороны, мотив палача был абсолютно непонятный – он или хотел вытянуть информацию из головы капитана, или просто хотел попрактиковать свои навыки допроса.

*Две недели спустя, поместье наместника, подземная тюрьма

В подземелье жаром пыхала печь, возле которой был к столу привязан человек в зеленой одежде. Судя по избитому лицу и крови изо рта и носа, «допрос» велся уже не первый час. Вокруг стояло много устройств для пытки, висели крюки, цепи. Страха всему добавляли факелы на стенах. К пленному на пыточном столе подошел громила в кожаном фартуке:

- Спрашиваю еще раз, кто ты?! – проревел палач, сдавив щипцами руку связанного.

- Пошел ты, дерьможуй пробитый! – привязанный никак не хотел говорить, из-за чего получил плетью по ногам.

- Идиот, ты все равно сдохнешь! Вопрос только в том – как и когда. Может, я тебя просто повешу, а могу, - и палач подошел к печи, где лежали его инструменты – типичный набор экзекутера, взял раскаленный нож и продолжил, поднеся его к мужчине: а могу этим клинком отрезать тебе уши, нос, руки, ноги, а твое вопящее и кровоточащее тело отдать на корм собакам Его Сиятельства, усек, зеленый?! – палач поочередно подносил нож к разным частям тела пленного, и, судя по ухмылке, вопли, ужас, страх доставляли палачу несказанное удовольствие. Но его речь прервал крик:

- Эй, урод! У меня имя ваще-то есть!!!

- О да, оно у тебя есть! – и палач прижал раскаленный металл к животу мужчины, а когда тот стал орать, добавил: а имя твое – мясо!!!

Когда связанный прекратил вопить, палач взял щипцы в печи, в которых был кусок раскаленного металла, и намеревался обжечь связанного, но тут:

- Эй, довольно! Господину он нужен живым! – в комнату вошел еще один мужчина в темно-коричневой тунике и с мечом на поясе. Увидев его, палач от неожиданности выронил раскаленную железяку, отчего сам чуть не обжегся. Судя по реакции, вошедший был доверенным лицом хозяина.

- Виноват, господин Кайзен, этот мусор ничего не говорит.

- А ты пробовал задавать вопросы? И до того, как ты ему поставишь клеймо? С дороги, сам поговорю с ним! – и вошедший подошел к связанному:

- Имя, звание?!

Услышав вопрос, связанный повернулся:

- Капитан Майлз Блэйд, ток вот тебе не насрать, как меня зовут?! Один хрен, отсюда уже живым не уйду. И за смерть геодезиста вы все ответите! И моих парней тоже!

- Расслабься, если ты и подохнешь, то не сейчас. Стража! – от крика Кайзена в пыточную вошло двое солдат в доспехах и мечами.

- Отведите его обратно в камеру, и следите, чтоб он не подох!

- Да, господин, - ответил один из стражей, и оба взяли отвязанного парня и повели по тусклому полумрачному коридору, освещаемому факелами. Доведя его до массивной деревянной двери, стражи отперли ее и забросили парня внутрь камеры.

- Надеюсь, ты оценил гостеприимство Империи, жук зеленый, ха-ха! – и страж запер дверь.

- Уже две недели. И куда командование смотрит?! Почему нет подкрепления? – роилось в голове Майлза, отчего он оперся о сырую стену.

- Какая-то глупость, как меня поймали? Джип ехал быстро, и как они нас поймали, когда они ещё электричество не открыли! – много мыслей роилось в голове человека в форме капитана Федерации. Его камера напоминала старый подвал, без окон. Ветер гулял по коридору. На полу лежало два матраса, набитые гнилой соломой – местные ВИП удобства. Майлзу было 30 и большую часть жизни он прослужил в рядах Терраанской Федереции– огромного межпланетного гос-ва, объединяющего сотни планет. Всего три месяца назад войска Федерации высадились на планете Альдера, планета-сад, как называли ее пришельцы: прекрасная атмосфера, девственная природа, ископаемые. Но вот в догонку – разумный вид в виде Империи. Подобные мысли часто посещали голову старого волка, но тот отгонял их как мог: когда каждый день ты рискуешь сдохнуть – выбирать не приходится. Глядя на тусклый огонь свечи, парень пытался расслабиться и поспать: совсем недавно его снова допрашивали, хотя скорее пытались из него сделать отбивную: пытались узнать место, где находится командование войск Федерации. От мыслей офицера отвлекла какая-то возня в коридоре: слышались какие-то крики и ругань, а потом в замке камеры повернулся ключ – и в камеру кубарем влетела девушка в синем платье и светло-серыми волосами.

- Валяйся тут, кошатина паршивая, потом господин тебя высечет, тупая дрянь, ха-ха! – и охранник запер дверь. Подойдя, Майлз заметил, что девушка не поднималась, а только плакала. Офицер поднес свечу ближе и обомлел: у девушки были кошачьи уши!

- Проклятие, только глюков мне не хватало! – опустил свечу человек в зелёном, но из мыслей его вывел слабый голос лежавшей:

- Прошу, не бейте

- Девочка, зачем? Давай лучше на матрас приляг, там удобнее. Взяв девушку на руки, Майлз положил ее на солому, но та, как только легла, сразу отползла к стене:

- Лучше бы в одиночку бросили: пустотника ещё не хватало!

- Девушка, успокойтесь: я человек, хотя, не знаю, станет ли вам легче…

Речь капитана прервал крик из-за двери:

- Эй, зелёный, а ну заткнулся! Щаз всыплю!

- А ты иди и заткни меня, долбохрен недобитый!

Но ответа не последовало, и стоявший у двери просто ушел.

- Местным не хватает манер – подшучивал парень, сев рядом с девушкой, заметно успокоившуюся.

- А вас как зовут?

И офицер почесал затылок:

- Тебе полное или короткое?

- Полное давайте, - голос девушки даже уже не был напуганным, скорее, безразличным каким-то…

- Капитан Майлз Блэйд, командир разведроты третьего полка седьмой дивизии ВКС Терраанской Федерации, – притопнув каблуком ботинка, Майлз вскинул руку к голове.

- Вас так и зовут? – и девушка захихикала.

- Обычно зовут Майлз, давай на ты? – протянул парень, плюхнувшись на матрас и упершись в каменную стену, от которой сильно несло сыростью.

Встав с матраса, девушка поставила свечу на стол:

- На полу бывают сквозняки. А зовут Меяна, или Мея, если хочешь, слегка улыбнувшись, она села на матрас с новым соседом.

Отряхнув штаны, Майлз сел рядом, стараясь ботинками не задеть матрас:

- И за что тебя, Мея, сюда кинули?

- Я лекарь у наместника Вальза, я плохое снадобье приготовила для хозяина, и он приказал меня высечь, а тебя?

Но офицер не спешил с ответом:

- Что?! Тебя высечь?! Вот ублюдок сраный! Девочку высечь за микстурку?! Да чтоб она у него водородной горючкой в глотке загорелось! – не мог принять вояка реалий правосудия и наказания Империи.

- Мне ещё повезло, назначили всего 5 плетей, но все равно страшно, - и девушка закрыла лицо руками, поджав ноги под себя. Положив руку на голову сидящей, Майлз взглянул в глаза девушки:

- Не бойся, Мея, тебя никто не будет бить, я обещаю.

- Как ты можешь такое обещать? – гладила руку офицера Мея.

- Вот только выберемся отсюда, им конец – всех в ряд положу, - гладил волосы девушки тот.

- А ты великий воин, раз можешь положить столько охраны? – лежавшая не могла поверить, что он один может положить столько охраны в тюрьме наместника.

- Поверь, только доберусь до моего оружия – эти ублюдки дважды пожалеют, что со мной связались, - заявил Майлз, но девушка посчитала это простой бравадой: как может один солдат перебить целый отряд?

- А ты откуда родом? – сменила тему сидевшая: такие разговоры в тюрьме Империи лучше не вести, если не хочешь познакомиться поближе с палачом.

- Да как тебе сказать: родом из небольшого промышленного городка: папа инженер, мама координатор на геостанции, работала с шахтерами, добывали титановую руду.

Офицер мог и дальше рассказывать, но увидев взгляд девушки, остановился: «промышленный», «геостанция» - откуда служанке из общества чуть выше рабовладельческого знать о таком?

- Ничего не поняла, но, похоже, ты из небольшого города, как и я, - подвинулась ближе к стене соседка Майлза, а затем продолжила:

- Я сама из небольшого города. Мама знахарь, лечит отварами местных, нас там любят. Я вот сама травница, почти любую рану могу залечить. Как сюда попала, стала лекарем, травы, микстуры, экстракты – много чего…

Она могла рассказывать и дальше, но тут окошко двери открылось – и на ней появилось две миски какой-то каши.

- Жрать подано, - охранник отошёл от камеры, пока Майлз не забрал еду. После того, как дверь закрыли, Майлз передал миску девушке, хотя вид блюда ему совсем не нравился: крупа, поддающееся идентификации как овес, пахла чем угодно, но только не кашей. Судя по запаху, крупа начинала гнить.

- На жрачке, видно, экономят, чтоб их! – но Мея начала есть, хоть и с небольшим отвращением.

- На вкус – редкая дрянь, но есть можно, - подытожила сидевшая на матрасе.

- Эх, по вкусу совсем не похоже на то, что мы ели в армии, даже в училище.

Слова Майлза привлекли внимание девушки и она отложила миску:

- И как же кормят в славной армии Федерации?

В словах девушки слышалась небольшая ирония: этого солдатика могут хлопнуть в любую минуту, а он думает о еде?

- Не, Мея, это вроде нормально. Просто вот иногда вспоминаю, как в армии кормили, класс. К примеру: когда был ещё курсантом в училище, сколько ж мне тогда было, 18 где-то. Так вот: на обед часто давали суп, густой такой, кашу рисовую ну или овсяную, и обязательно было мясо: котлета или тушёнка, даже чай. Шик просто! – прикрыл глаза парень, а у самой девушки во рту появилось много слюны и глаза удивлённо расширились: если у них простой солдат получает такой пир, то что же говорить об офицерах или вообще федеральных генералах? И как бы в подтверждение ее мыслей у девушки предательски заурчал живот.

- Не волнуйся, вот выберемся, поведу-ка я тебя к нам на базу, там хоть безопасно. Кстати, хотел спросить, а как ест обслуживающий персонал во дворце местного херасоса?

Немного подумав и почесав затылок, девушка поняла, что сосед имеет ввиду слуг, и сказала:

- Ну, утром я часто ела хлеб, смоченный в вине, с медом, если был, орехи, оливки и сыр. Бывало, если пекарь напечет, брала булочку с медом и орехами. Они вкусные. Хотя, у вас побогаче будет.

- В нашей армии ходит поговорка «Солдат должен быть накормлен где угодно, ведь сытый солдат почти непобедим», и, судя по боям с Империей, это правда.

Доев кашу, Майлз поставил миски обратно к двери.

- Эй, начальник, тут посуду забрать надо! – постучал кулаком по двери Майлз.

- Слышу, заткни рот, если не хочешь, чтоб его расширили.

- Тогда вам понадобится большой домкрат, пхпха! – и офицер рассмеялся, довольный шуткой. Забрав миски, охранник ушел по коридору.

- Как думаешь, скоро за нами придут? – нервничала сидевшая на матрасе, свернувшись практически в клубочек: холод от камней в камере пробирал до костей.

- На, надень, будет теплее, - Майлз скинул форменную куртку и надел ее на плечи девушки. Просунув руки, Мея попыталась полностью залезть в нее. Но у нее не особо вышло. Все-таки, куртка, а не парашют!

Глава 2 Сильные от мира сего – ну и мудаки же!

- Пасиба, тепленькая, - впервые за долгое время девушка улыбнулась, разглядывая куртку. Парень и сам присел на матрас, как вдруг дверь открылась: и несколько охранников в доспехах схватили Майлза и несколько раз ударили в живот.

- На колени, падаль, на колени перед господином! – Орал один из солдат, в то время как Мея сразу упала на колени, в панике прижавшись к стене. После небольшой взбучки в камеру вошёл ещё человек с двумя солдатами. Он был богато одет и, судя по осанке, был дворянином. По крайней мере, роскошный камзол, штаны из шелка и сапоги недвусмысленно говорили, что это не личный кофешент хозяина поместья. Вошедший взглянул в глаза офицера и ухмыльнулся:

- И это тот, кто славную армию Августейшего уничтожил? Это оскорбление… - размахнувшись, один из солдат рукояткой меча заехал по лицу офицера, отчего тот рухнул к стене, но почти сразу поднялся, поправив разбитую челюсть.

- И кто тебя бить учил? Нянька? – дерзость перед лицом неминуемой смерти? О да, звучит по-офицерски… Не отрывая взгляда от хозяина этой пыточной, парень даже не думал отворачивать взгляд. И новый удар не заставил себя ждать, но на этот раз он пришелся по горлу офицера и тот грузно рухнул на каменный пол, откашливаясь и задыхаясь.

- Ну что, спеси-то поубавилось, падальщик?! Вы, пришельцы, слишком самоуверенны. Исправим, - и ногой вошедший отпихнул Майлза к стене. Тот лежал на полу несколько секунд, а затем встал во весь рост. Солдаты свалили его обратно и стали бить его носками ботинок. Мея в это время боялась и голову поднять: если пришельца так били, то ее засекут до смерти. Но Майлз снова встал:

- Чтобы тут перед вами федеральный офицер на коленях стоял, не бывать тому! – и тот схватил одного из солдат и откинул его к стене, второго же мощным ударом ноги откинул от себя. Но один из охранников подбежал и сказал вельможе отойти. В руках того был кнут. Размахнувшись, тот щёлкнул по лицу офицера, и тот с криком схватился за глаз: он был весь в крови.

- Ну чего кричишь? Это не больно. А вот это, - выхватив у охранника кнут, тот обрушил шквал ударов на Майлза, его живот, грудь были иссечены: а вот это больно! Жучок, жучок, жучок… - словно песенку, напевал вельможа, молотя капитана, но тот вдруг схватил кнут и мощным рывком вырвал его у богатея:

- Гори в аду… - и мощным ударом кнута залепил тому меж глаз, оставив глубокий кровавый след. Один из стражей попытался его свалить, но офицеры ВКС – не кучка перепуганных школьников: схватив подошедшего за шею, капитан отшвырнул его в стену, отчего тот сразу вырубился от удара по затылку.

- Ты говорил, что не встанешь на колени? А теперь? - и тот двумя ударами оставил кровавые следы на ногах офицера, тот валялся, корчась от жуткой боли.

- Бери пример с моей служанки, она как увидела господина, так сразу на колени упала, хотя эта девка не очень послушная, - и один из солдат схватил ухо Меи и поднял ее: «Ну что, будешь слушать господина Вальза? А, кошка драная?!»

«Буду слушать, буду, больно!» - пролепетала Мея и охранник, услышав приказ вельможи, отпустил ее.

- Ах, и прошу простить меня за мои манеры… Забыл представиться: я Вальз Публиус Адриатий, наместник августейшего Императора на этих землях, - деликатно подойдя к офицеру, тот поднял его за волосы – и чудо, что этот наместник настолько силен, что поднял взрослого человека одной рукой над землей:

- И я вас сюда не приглашал… - но больше Майлз ничего не слышал, а только почувствовал соленый вкус крови у себя во рту от удара затылком об стену камеры. Один из стражей хоть и ударил несколько раз кнутом по спине капитана, но тот уже никак не реагировал: когда у тебя в крови такая доза адреналина, тебе хоть ноги оторви, ничего не почувствуешь.

- Надеюсь, ты заговоришь, иначе я не знаю, что приготовит палач, но твой конец будет долгим, поверь, а так сдохнешь быстро, - достав трубку из кармана камзола и закурив, вельможа ушел со своими людьми, заперев дверь. Все-таки, лучше на свежем воздухе выпить бокал-другой первоклассного вина, чем стоять в этом подземелье, где кроме воплей да вони и не услышишь.

- Майлз, ты как? – подползла к лежавшему девушка, но тот не мог и слова сказать.

- Ну не молчи, хоть что скажи, - держала девушка за рубашку офицера. Тот не мог даже встать: руками он держал кровоточащий глаз.

- Мея, я знаю: долго мне не протянуть. Если меня убьют этой ночью, возьми мою одежду: она теплая, не замёрзнешь. И это, если я буду холодный ночью – оттолкни меня подальше – трупы тепло забирают, - после порки у Майлза не оставалось иллюзий: тот вельможа отдаст приказ избавиться от него. У Меи был испуганный взгляд: она не хотела видеть, как он умирает.

- Нет, Майлз, нет-нет-нет! Я тебе помогу, - и та стала рвать свое платье на лоскутки, которыми она стала оборачивать раны Майлза: кнут оставил их много на груди и спине. Внимание девушки привлек странный медальон на шее парня. Она подняла его: там было написано имя ее друга.

- Прости, а что это? – вертела в руках армейский жетон девушка.

- А, это жетон, армейский. Он нужен, чтобы опознать тело или перелить нужную кровь при ранении, - пояснял офицер, не заметив, как на него смотрит сокамерница.

- А что, она разная? У вас… других рас нет? – поняв слова своей соседки, парень слегка усмехнулся:

- Ну конечно – их целых четыре штуки, и резусы разные – перепутаешь – и каюк тогда, смерть неприятная… И по поводу рас… Ты о ком? Я ток людей знаю, - перевязывая голову парня, Мея тоже слегка улыбнулась:

- Ну как, самые разные… Есть такие, как ты – люди. Есть зверолюды, как я… Я полукровка, поэтому у меня только ушки, - говоря это, она слегка подергивала ушками, что было, несмотря на обстановку, невероятно мило.

- А вот у моей мамы, например, еще глаза кошачьи, и хвост есть, внизу спины. А еще эльфы есть, но вы их вряд ли видели – они очень скрытны… дворфы еще встречаются, но они обычно с эльфами живут – что-то вроде союза у них, - в процессе перевязок она немало рассказала капитану о местных народах, что не могло не заинтересовать парня.

- Ого, вот это у вас разнообразие! А то наш народ уже на сотнях планет, а все только люди да люди… Зато теперь веселее, - усмехался капитан, из-за чего повязка на голове чуть не слезла. Кивнув, девушка перевязала глаз Майлза: он им видел, но запекшаяся кровь мешала.

- Я все. Как ты еще держишься? Я сколько раз видела, что люди умирали от одного удара кнута – он до костей рассекает мясо, одним ударом… - слегка откашлявшись, Майлз уперся в стену спиной:

- Боль можно контролировать, научился когда-то… - не дожидаясь ответа соседки, офицер только звучно хрустнул шеей, потрогав повязки:

- Фух, спасибо. Знаешь, у меня появился план, как нам свинтить отсюда. У меня есть кое-что, - и парень поднял свой матрас, под которым была заточка.

Глава 3 Побег

- Поступим так: я симулирую приступ, ты что есть мочи кричи и стучи в дверь. Охрана придёт: у них приказ следить, чтобы я не подох. Кто-то войдёт сюда – и я ему всажу это под кадык. Ну как, запомнила?

- Вроде, но как ты симулируешь? – вопросительно глядела на парня Мея, как вдруг офицер улыбнулся – и грохнулся на пол, трясясь как при припадке. Поняв план, Мея начала кричать:

- Эй, кто-нибудь, заключённому плохо, чужак подыхает, быстрее сюда!!!

На крик девушки прибежало несколько человек – и один отпер дверь.

- Назад, кошатина, назад! – указал тот мечом на стену – и Меяна прижалась к ней. Напарник вошедшего следил за девушкой, пока первый подошёл к Майлзу. Наклонившись, тот перевернул парня, но тотчас же получил заточкой:

- Сюрприз, мудила. – и Майлз отпихнул его ногой. Стоя в шоке, второй страж не заметил, как Мея подкралась к нему и ударила между ног. Тот выронил меч – пришелец моментально подхватил его и одним мощным ударом отрубил тому голову. Меяна остолбенело смотрела то на окровавленный меч, то на отрубленную голову стража, то на свои руки, куда попала кровь убитого: ее теперь точно живьём зажарят! Из мыслей ее вывел офицер:

- За мной, быстро. – стараясь не шуметь, они оба пошли по кривому коридору. Дойдя до поворота, они увидели стол, за которым сидели двое стражей и играли в кости.

- Эй, приятель, я выиграл, это мое.

- Да на, держи, не особо хочу курить этот мусор, хотя коробочка ниче так, сойдёт! – слышалось от стола.

- Вот сучары: мало того, что скурили все в моем портсигаре, так ещё и до моих сигар добрались?! Да я ж за них хренову тучу кредитов выкинул! Молитесь, пид&ы! – тихо прошептал Майлз и крепче сжал рукоятку меча. Он было хотел наброситься на сидящих, но не успел: девушка остановила его:

- Постой, я щаз, - и она кинула камень в сторону.

- Эй, что за черт?! Кто там?! – поднялся сидевший рядом и достал меч.

- Расслабься, просто крысы резвятся, что им ещё делать? – протянул второй: какой ты ещё будешь, если полдня ты только просиживаешь штаны и играешь в кости с таким же, как и ты? Первый сел обратно и взял сигару Майлза.

- Кх-кх-кх, ну и крепкое же курево у пришельца! – закашлялся тот, сильно затянувшись.

- Эй, урод, я хренову тучу бабла выкинул за это курево! – подбежал к охране Майлз и пихнул стул.

- Тревога, стража!!! – завопил один из них – но тотчас же получил перерезанную шею. То же самое было и со вторым.

- Проклятие, щаз тут целая армия будет! – кричала Мея от страха. Судорожно осматриваясь, офицер увидел дверь сзади стола и ключ на поясе у одного из стражей. Тот открыл дверь и улыбнулся: его оружие, как и оружие двух его солдат, патроны и пояс с гранатами, висело в комнатке и дожидалось своего хозяина. А тут было чему улыбаться: автомат Федерации Morista MK4 был реально мощным: магазин на 200 патронов, подствольный дробовик с десятком патронов с картечью, коллиматор – машина смерти! Быстро накинув подсумки, тот вскинул ствол.

- Ну что, поиграем?! – крикнул тот в коридор.

- Я тут ничего не знаю, веди, - и ошарашенная девушка повела этого вояку по коридору. Они почти дошли до лестницы, как вдруг перед ними появился десяток солдат, прикрытых щитами. Выставив вперёд щиты, они строем пошли на пару. Мея испугалась и спряталась за офицером, тот навёл автомат и спустил курок – двое солдат упали с десятком пуль. Увидев трупы товарищей, другие испугались и пытались спрятаться от автоматчика и пытались угрожать мечами, но куда мечу против пули?

- Сдавайся, и умрёшь быстро, - крикнул один из стражей, но Майлз взял гранату:

- Идите в жопу, уроды!

Взрывом стражей разметало по стенам: бризантная взрывчатка в компании осколков делает свое дело качественно!

- Нам наверх, быстрее! – потянула за руку Майлза девушка, и они побежали по лестнице. Они бежали по светлому коридору, как им на пути попалась пара. Судя по одежде – придворные, причем не уровня Меи. Парень обернулся, но офицер навёл на него автомат:

- Че вы третесь, ЛЕЖАТЬ!!! – орал тот, размахивая пушкой.

- Нет, не убивайте! – оба придворных легли на пол, девушка сильно дрожала.

- Где конюшня? – мягко спросила Мея у девушки: они знали друг друга.

- По коридору налево. Выйдите к парку, там несколько лошадей, прошу, Мея, успокой его! – закрыла лежавшая глаза.

- Майлз, не пугай их так.

- Куда нам идти?

Меяна ничего не ответила, а повела по коридору офицера. Когда они вышли на улицу, Майлза ослепил яркий свет: когда в течение недели ничего ярче свечи ты не видел, солнечный свет в ясную погоду покажется светошумовой. Увидев двух лошадей недалеко от реки, приготовленных, чтобы наместник или его дорогие во всех смыслах приятели могли прокатиться, Майлз подбежал к конюху и навёл на него ствол.

- Спокойно, молодой человек, спокойно: вам нужна лошадь – берите.

Но договорить тот не успел: в парк выбежали солдаты с арбалетами.

- Мея, ложись! – вскинул автомат парень и начал палить короткими по страже. Они спрятались за колоннами, и когда в автомате раздался щелчок, Майлз стал менять магазин, но один из стражей с криком «Сдохни, сволочь!» побежал, выставив меч вперёд прямо на Майлза. Тот не успел перезарядить, поэтому страж выбил из его рук ствол. Майлз уклонился, но все же тот его ранил в плечо. Острая боль пронзила тело офицера, и он с яростным криком повалил стража на землю, схватил автомат и размазал тому из подствольного дробовика башку. Не успев перезарядится, Майлз не заметил одного из содлдат, напавшего из-за кустов, выбив у него незаряженный автомат и отбросив его к стене поместья. С мечом наперевес страж побежал на офицера, желая сделать из него мясо на вертеле. Если бы только он знал об оружии землян, он бы знал, что у офицеров есть маленький козырь, во всех смыслах… Упав на спину, капитан выхватил из внутренней кобуры маленькую светящуюся штучку, после чего буквально через секунду страж валялся в луже собственной крови с тремя аккуратными дырочками в брюхе. В это время Мея запрыгнула на лошадь и подъехала к парню:

- Запрыгивай! – сзади появились новые стражи, поэтому Майлз вскочил на лошадь сзади, прихватив оружие – и Мея поскакала в сторону леса через парк. Сзади появилось несколько стражей, но они быстро легли под раскаленной сталью. Ударяя лошадь по бокам, Мея скакала во весь опор, стараясь уйти подальше от этого места. Проскакав ещё несколько минут, они добрались до реки.

- Прыгай! – крикнула наездница – и оба спрыгнули с лошади. Приземлившись, девушка побежала к реке и прыгнула. Вода оказалась холодной, но она плыла очень быстро, как и ее спутник; оба понимали: сзади смерть. Пять всадников прискакали к берегу и стали смотреть на реку.

- Эй, зелёный, ты лучше выходи, может, не убьем, ха-ха! – смеялся один из всадников, судя по богатому убранству как его, так и коня, командир.

В это время пара доплыла до берега и Мея сказала бежать, но Майлз встал в полный рост и смотрел на преследователей:

- Жрите, твари! – и он со звериным оскалом зажал курок.

- В порошок сотру, дерьможуи! – орал как резаный Майлз, но девушка схватила его за воротник рубашки:

- Хватит с них, и так уже трое мертвы!

Майлз ничего не сказал, а просто повесил дымящийся ствол и пошел за девушкой.

Глава 4 Ранение и парочка историй

- Что с тобой, Майлз? Зачем такая жестокость? – рассуждала девушка, но молчание парня ее насторожила. Она обернулась: офицер едва волочил ноги.

- Мея…Чёт…Мне…хреново, - тихо выдал парень и грузно рухнул на землю.

- Майлз?! – вскрикнула та и подбежала к лежавшему. Сначала она думала, что тот рухнул от усталости: откуда возьмутся силы от полугнилой крупы? Но она потрогала руки и ноги Майлза, и глаза ее расширились от страха: холодные. Парень тяжело дышал. Девушка увидела флягу на ремне парня и схватив ее, открыла и выдавила в горло Майлза. Через минуту ему стало немного легче, но встать он не мог. Как могла, Мея оттащила его к ближайшей дикой акации, красиво раскинувшей свою листву в стороны. Она оставила его сидеть у дерева и хотела было уйти, но Майлз начал шевелить губами, пытаясь что-то сказать.

- Мея, аптечка, пожалуйста… - разобрала девушка и встала в ступоре: а что это?

Словно предвидя ее вопрос, или прочитав его в светло-зеленых глазах девушки, капитан кивком головы указал на армейский рюкзак у него за спиной:

- Второй карман… - хрипло раздалось из груди лежавшего, но раздалось достаточно тгромко, чтобы девушка все разобрала.

Открыв рюкзак Майлза, она стала копаться, но не могла понять, что нужно. И тут парень стал судорожно трястись, пока его рука не оказалась возле небольшой сумки с нашивкой белого креста на синем фоне.

- Так, я помогу, найдешь лекарство, - Мея стала сильно тереть ему правую руку. Временно вернув контроль над конечностью, офицер быстро достал небольшую трубку, из которой появилась иголка. Мея ничего не успела сделать, как офицер воткнул ее себе в плечо. Всего через пару минут Майлз смог подняться на ноги. Увидев шокированные глаза девушки, тот пояснил:

- Это универсальный антидот: помогает при отравлении ядами и химическом оружии. Защищает организм и не даёт умереть. Одна проблема: метаболизм сильно ускоряется: тело тратит много сил для борьбы.

Но слова Майлза не особо убедили ту: она только поняла, что он вколол что-то, из-за чего ему стало легче. Оба шли по лесной тропинке, Майлз рассматривал деревья, диковинные для его родного мира: яркая листва, розовые цветы, от которых шел приятный запах, дикие звери, похожие на белок да ласк, с любопытством смотревших на путников. Все было тихо, и это успокоило воинственность Майлза, направлявшего ствол куда не попадя. Повесив свою пушку на плечо, офицер достал из кармана портсигар: серебряный с гербом Федерации: орёл, а под ним перекрещенные меч и свиток. Достав зажигалку, тот наполнил тропинку табачным дымом.

- А что ты делаешь? – во дворце Мея видела, как вельможи курили кальян, но никогда не видела сигарет.

- А, эт я курю просто, привычка, хочешь? – и протянул той открытый портсигар: стражи успели половину скурить. Взяв сигарету, девушка попыталась зажечь зажигалку, но кремень поворачивался, а загораться не хотел.

- Эх ты, курильщик. Учись, - и Майлз одним чирком зажёг огонь. Видев, как парень затягивался, Мея повторила это, но сильно закашлялась: сделать такую затяжку некурящему – будешь сильно кашлять. Как-то докурив сигарету, девушка выбросила окурок:

- И как ты это куришь? Крепкие же.

- Эт ты ещё сигары не пробовала, подцепил привычку, пока в лейтенантах ходил, - рассказывал Майлз, неторопливо покуривая, смотря на синее облако дыма. Погода стояла ясная, хоть и на небе собирались облака. Майлз с любопытством рассматривал инопланетную живность, но подруга просто опустила глаза в землю.

- Мея, чего такая грустная?

Девушка странно посмотрела на парня и выдала:

- А ты догадайся: попала не пойми куда, иду с парнем, которого и знать не знаю, но одно я знаю точно: если нас найдет мой господин, он убьет нас обоих, и твоя палка тебе не поможет! – довольно громко сказала Мея, а у самой в глазах появились слезы. Майлз только приобнял девушку:

- Не бойся: вот доберемся до моей базы: там мы будем в безопасности: пусть этот твой господин хоть армию пришлет – он получит ее в разобранном виде, пхехе. – Оптимизм офицера был заразителен, поэтому Мея немного повеселела. Поднимался ветер, и становилось холодно, несмотря на солнце. Мея вся продрогла: ее синие платье было все изорвано из-за повязок Майлза. Офицер заметил и сказал застегнуть куртку, но девушка не понимала как. Поэтому тот сам ее застегнул. Вдруг у девушки предательски заурчал живот.

- Майлз, у тебя есть что поесть? – как-то жалобно спросила девушка. Парень улыбнулся – и через минуту в руках у него было два контейнера зеленого цвета с орлом Федерации и надписью «Суточный рацион для солдат первой линии». Рассматривая коробку в руках, девушка не могла понять: это еда? Офицер вскрыл пленку: в контейнере лежало несколько баночек, а под ними были упаковки печения и какие-то пакетики.

- Понимаю, не ресторанное меню: но есть можно.

Майлз открыл первый контейнер: в нем был рис с тушенкой. Хоть еда и была холодной, но для голодного желудка Меи это была сказка.

- Вау-вау, куда ты так спешишь? Никто у тебя еду не отберет, точно.

- Прости, очень есть хочу, - с набитым ртом говорила девушка: она даже вилку не взяла – руками ела!

- Хочешь чего-нибудь горяченького? – присел Майлз рядом с голодной.

- Это хорошо бы, но как? – и с этими словами Майлз улыбнулся и подошел к ближайшему дереву, с которого спилил ножом достаточно толстый сук, а затем ногой переломал его. Взяв куски сука, парень стал укладывать их в виде колодца. Внутрь тот положил оставшиеся куски, а затем срезал наросты на коре дерева, и обложил костер. Открутив крышку на рукоятке ножа, тот стал чиркать об ножны, от чего стали появляться искры, и одна из них зажгла костер. Все это время Мея с любопытством смотрела на парня. Только дым костра заставил девушку встать.

- Ого, а где ты так научился? – с удивлением выдала Мея.

- В армии Федерации учат всему. Из мусора гребаный пулемет собрать можно, если нужно. Этому я учился на курсах выживания: мне это было нужно, как бойцу первой линии фронта, и как командиру разведчиков.

- А разведчики – это ваши лучшие войны?

Парень поставил контейнер с едой на огонь и ответил:

- Не, мои разведчики – это просто бойцы, которых отправляют разведать местность. Они как все. Но, раз ты спросила, у нас самые сильные – это меха-пехота.

Незнакомое слово заставило Мею повернуть свой взгляд на офицера:

- Меха-кто? Они что, из меха, пхихихи, - захихикала в своей манере девушка.

- Не, меха-пехота – это механизированная пехота. Это бойцы в экзоскелетах, вооруженных крупнокалиберными автоматами, пулеметами, а на плечах у них ракетные установки – в общем, люди-армия.

По тону говорившего можно понять, что Майлз отзывается о них с восторгом, что и не мудрено: любой солдат Федерации: хоть старый волк, хоть салага, мечтает однажды вступить в ряды этих «людей из стали». Подогретая еда была гораздо вкуснее - и Мея со зверским аппетитом набросилась на еду, несмотря на то, что никто не планировал отбирать ее.

- Слушай, Мея, а как ты попала к этому наместнику? – подбавил дров в костер Майлз. От вопроса парня девушка отложила контейнер.

- Меня отправили в рабство, - коротко и как-то отстраненно ответила девушка. От слов Меи офицер стоял в шоке:

- Как в рабство?

Девушка села возле костра, и глядя в него, начала свой рассказ:

- Шесть лет назад в моем родном городке бушевало восстание. Понимаешь, к таким, как я, Империя всегда относилась как ко второму сорту, как к грязи. Считали нас глупыми и способными только прислуживать. Но мы не хотели мириться. Одним из лидеров восстания был мой папа. Первое время мы отражали атаки армии Империи, мы уже надеялись на победу, но все пошло прахом: сама природа восстала против нас. В итоге Империя вошла в наш город, стала грабить, насиловать, убивать. В конце таких девочек, как я, выстроили на городской площади, и два офицера гвардии отобрали много кого. А многим из нас было только по 12 – 13 лет, я была одной из старших среди них. Это была месть за восстание. Некоторые горожане хотели нам помочь, но на них спустили свору собак, и я даже видела, как двоих мужчин эти твари живьем загрызли.

Нас заковали в цепи и посадили в клетку. Мы почти неделю ехали в столицу. Было холодно, страшно. Многие промерзли до костей. Сильно хотелось есть. Многие умирали во сне – тела просто сбрасывали из повозки. Помню только, что они были очень холодные – девочка рядом со мной заснула и не проснулась.

Над нами насмехалась охрана, колола мечами, орала. Одну из девочек выпустили и натравили на нее собаку. Это было нам всем в назидание, мол, «Знайте ваше место, зверье!» Я помню, как обнимала одну девочку, пытаясь ее согреть. Кандалы сильно давили, у многих из рук шла кровь.

Когда нас привезли в город, то колонной по одной отправили по улицам. Солдаты, горожане – все смотрели на нас, как на куски мяса. И самое обидное: нас выставили на помост посредине городской площади: по пути в столицу нас в каждом городе продавали на площади. Потом тех, кого оставили в поместье наместника, бросили в тюрьму, в которой мы с тобой были. Я не знаю, сколько мы там сидели. Помню только, что многие кричали, кто-то плакал, из младшеньких: дети еще, отобранные у семей, чьи отцы сгинули или в бою, или в лапах палачей Империи. Когда нас выпустили, то отвели обратно в город. Нас подняли на рассвете и пешком погнали. Тех, кто с голодухи падал – убивали. Рубили голову. В городе на площади казнили лидеров восстания. Их жгли заживо. Этот запах горелого мяса и кожи… Сначала ломали руки, ноги, потом жгли. Или отрубали все! Некоторых рвало желчью – даже плети не останавливали, многие просто падали, не в состоянии встать, некоторые захлебывались или желчью, или собственной кровью это был кошмар! – говорила все с нарастающим тоном девушка, глядя на свои руки, а затем она закрыла лицо руками и разрыдалась. Такое вспомнишь – на ком лицо будет, приятель? Тут не каждый ветеран ВКС пережил бы такое, будучи еще безусым юнцом.

- Я помню те вопли и стоны, я все это помню! – плакала девушка, а Майлз только тихонько обнял ее и гладил волосы на голове, стараясь не задеть уши. Он не произнес ни слова, а просто обнимал Мею. Постепенно ей стало легче, и она отодвинулась от офицера:

- Прости, что расклеилась – плохие воспоминания.

- Не бойся, все в порядке: на ком после такого лицо будет? Кстати, хочешь кофе?

Девушка подняла любопытный взгляд на Майлза, слово-то не знакомое:

- А что такое «Кофе»?

- Это такой напиток, щаз сбацаю! – достав два пакетика, парень взял пустую плотную бутылку (в комплекте она шла как чайник) и налил туда воды, а затем бросил ее в огонь. Через пару минут парень в складной стакан налил дымящийся кофе. Девушка немного недоверчиво покрутила стакан в руках и принюхавшись, попробовала и стала пить.

- Ну как?

- Очень вкусный, спасибо, - некрепкий кофе с порошковыми сливками – это, конечно, не кофе из кофейни, по поднять настроение он может! Попивая кофе, Мея не могла не удивиться разнообразию рациона простого солдата Федерации – в армии Империи позволить себе такой пир в походе может далеко не каждый офицер, что тут говорить о солдатах! Пока девушка знакомилась с новым напитком, Майлз собрал все в контейнер.

- Ну, мы пока пойдем. Может, знаешь, а где город? – хоть Майлз и знал, как выживать, но об этом мире он ничего не знал, особенно о географии. Девушка только махнула рукой и повела Майлза за собой.

Глава 5 Думаете, от Империи так легко свинтить?

- То есть как так вышло, что этот пустотник ушел, так еще и с Меяной?! – ходил по своим покоям вельможа, держа в руках чашу с вином. Покои были богато обставлены: резное деревянное кресло, стол с резными ножками, камин, а рядом с ним – огромная кровать с шелковым одеялом. Возле стола стояла девушка в платье, похожем на платье Меи, и так же с кошачьими ушками. Когда господин сел в кресло, девушка моментально наполнила чашу.

- Не могу знать, Ваше Сиятельство, но чужак не просто ушел, он забрал свое оружие! – стоял один из стражей перед столом и смотрел в пол.

- Что ты сказал?! Ты понимаешь, что если он забрал эту свою железную палку, то это огромные проблемы! Знаешь, сколько воинов полегло в боях с этими пустотниками, знаешь?! Больше 100000 воинов убито! При этом пришельцы не потеряли ни одного своего война! Ни одного!!! Хватило уже, что Альхар решил поиграть в самостоятельность – убил их девку. А теперь, если этот, как его там, Мэйс, Мойс, как его там – у этих пришельцев имена просто безобразие!

- Майлз, Ваше Сиятельство, - тихо напомнил страж.

Отпив вина, вельможа продолжил:

- Так вот: этот Майлз, если доберется до своего замка, он расскажет о смерти их этой девки, а значит что?!

- Война.

-Точно, дурья твоя голова, война! И в этой войне в открытую нам не победить! Сам император обеспокоен всей этой историей с пустотниками, из Сената не вылезает!.. Эй, сходи-ка за виноградом, живее! – обратился Вальз к служанке.

- Слушаюсь! – и девушка убежала.

- Вот если бы Меяна была послушной, этой истории можно бы было избежать. В общем: подымай своих людей, наемников, если нужно, но найдите Меяну и ее дружка!

- Но, Ваше Сиятельство, а если Сенат встрянет? – обеспокоенно выдал стражник, но вельможа перебил его:

- Послушай, Кайзен, ты мне служишь или Сенату?! Насчет них не волнуйся – мешать не будут.

- Я не подведу вас, господин! – гаркнул страж и вытянулся в струнку.

- Очень надеюсь, не разочаруй меня, Кайзен. Если порадуешь меня – озолочу. Свободен.

Развернувшись, страж вышел из покоев и столкнулся со служанкой, несшей блюдо с виноградом. Поставив его на стол, девушка осталась возле стола, но Вальз махнул ей рукой – и ее как ветром сдуло. Выпив еще вина, наместник стал обдумывать эту историю с пришельцем: если Сенат узнает, насколько опасен Майлз – проблем не избежать.

- Слушай, а куда мы пойдем? – девушка хоть и радовалась свободе, но это не значит, что можно было забыть о плане.

- Мы могли бы пойти на мою базу, но одна проблема – я без понятия, где она!

- То есть, мы идем вслепую?! – ошарашенно выдала Мея. Но потом она успокоилась:

- Я знаю эти места. Тут недалеко мой дом – буквально дня два пути. Плюс, тебе нужно сменить одежду. А то в твоей шапке тебя за милю видно: «Я пришелец, моя палка делать бум-бум», - хихикала девушка, а офицер понимал – а она-то права. Уж что-что, а форма капитана Федерации точно не сливалась с туниками, камзолами, рубашками и платьями местных жителей. По привычке офицер шел с оружием наперевес, хотя опасности не было и в помине: вполне мирный лес, очень красивый: каждое дерево буквально манило к себе в свои нежно-зеленые объятия. Наблюдая за парнем, девушка невольно улыбнулась: этот вояка что, с этой пушкой спит еще?

- Мея, а какой была твоя семья, пока ты не попала к тому долбоебу? – пытался разрядить ситуацию Майлз: армейская привычка не могла никак отпустить старого волка. От слов спутника девушка остановилась:

- А к чему такие вопросы, Майлз?

- Разве я не могу поинтересоваться историей своей спутницы? – снял кепку парень и повесил ее на ремне. Некоторое время девушка молчала, а затем начала рассказывать:

- Я родом из небольшого городка, он находится возле большой реки. Детство у меня было прекрасное: до 15 лет я не знала горя. У меня было много подруг, даже парень был, - рассказывала девушка и не могла обратить внимания на то, что слушатель внимательно на нее смотрел любопытными глазами.

- А тот парень, он тебе нравился? – почесал затылок капитан, но девушка раскусила его:

- Ой-ей-ей, а кто это тут у нас ревнует? А парень был неплох: мы часто закаты вместе встречали, - она засмеялась в своей манере: у ее спутника что, чувства проснулись?

- Просто любопытно, не обращай внимания, - пинал камень ботинком Майлз, а Меяна продолжила:

- Так вот, детство у меня было отличное: наша семья не была бедной. Мой папа был торговцем, а мама – знахарем, много знала о травах. Она держала лавку, где и лекарства были на все случаи жизни, и косметика, как это папа называл: «Особый мамин заказ», во! Папа торговал дорогими тканями и пряностями. У него покупали даже в столице! А за ткани модницы буквально дрались. Мой папа – человек, и очень влиятельный. Он любил меня, как и мою маму, как он говорил: «Вы для меня величайшее сокровище, которое я когда-либо видел». Когда у меня родилась сестренка, папа был счастлив как никогда, и на именины моей сестренки, Риявы, потратил целое состояние. Он хотел лучшего для меня и всех нас: к зверолюдям Империя относилась как к мусору, гоняли нас, истребляли, смотрели на нас как на скот. Папа не хотел этого. Он боролся до последнего, но я даже не смогла найти тело, чтобы я могла с ним проститься. Мама пыталась спрятать меня и сестру. Сестренка была еще тогда совсем крохой – всего пять лет. Мама опоила ее вином, та отказывалась, но пила. Когда она уснула, мама отнесла ее в подвал, а меня не успела: солдаты избили плетью маму, а меня потащили на площадь. Ну, а дальше ты знаешь, - подытожила Мея свою грустную предысторию. Но любопытство – обоюдоострый меч:

- А ты сам откуда, какая твоя семья?

От вопроса девушки Майлз на пару минут задумался:

- Ну, сам я родом из горнодобывающего городка, там вся колония, по сути, занималась добычей металлов и минералов. Шахтами владел горнодобывающий концерн, снабжавший флот Федерации. Мой папа был главным инженером шахты по добыче титановой руды, ну, это такой металл. А мама работала координатором: она проводила сканирование на геостанции и искала новые месторождения. Платили очень хорошо, и мы с сестрой Катрин жили очень хорошо. Я часто звал ее «Малышка Кетти», - она хоть и была на два года младше, но ростом мне была ниже головы. Я сам часто пропадал с отцом на шахтах, а мама, как узнала в первый раз, что я был в шахтах, закатила отцу истерику: «Ты что, Рассел, дурак уже совсем?! А если рудниковый газ, а если обвал, а если засыплет, а если…» А папа ее и прервал: «А если он молоком подавится из твоей сиськи? Он уже не ребенок. Ну да: работа в шахтах, это не коров пасти или почту разносить. Зато вот – растет настоящий мужчина. Представляешь: чувствует себя в шахте как дома! Не боится совсем, и почти сутки слонялся по забою», - подслушивал я в тот вечер, и это было приятно.

В шахтах было очень круто: сколько раз я спускался туда в детстве, и каждый раз думал, что сегодня будет что-то новое. Администрация как узнала об этом, была в шоке: 13-летний мальчишка проверяет буровую установку. Они устроили отцу разнос, но потом передумали и даже наградили его, - неторопливо повествовал о своем уже детстве офицер, выкуривая поочередно третью сигарету.

- А что ты сделал, что ваши хозяева не стали наказывать? – любопытство было у Меи в крови.

- Как-то раз я отправился в свое убежище: в одном из разломов повесил себе гамак, лампу там повесил, радио – в общем, типичное логово волчонка. Как-то я отдыхал, шахтеры как-раз были в забое, папа чинил одну из установок: бур налетел на твердую породу, а оператор вообще кретином был: вместо того, чтобы вытащить бур, он газ до отказа, в итоге бур просто разнесло в хлам, вот папа и сношал и себе, и ему мозги, хе-хе. Ну а я просто валялся, песню крутую крутили, и тут чую: какой-то запах неприятный, знаешь, как тухлые яйца, бррр. Я снова принюхиваюсь – и просто бегу как сумасшедший: утечка рудникового газа, он мог в любую минуту рвануть и похоронить под 200 человек под завалом! Я прибегаю к отцу и сразу кричу: «Нужно уводить людей, скорее!» «Расслабься, сынок, что стряслось, не видишь, занят тут разъяснительными беседами». Я произнес только одно слово: «Газ». Он сначала усмехнулся, но пошел за мной, сам принюхался и схватился за рацию, объявил эвакуацию. Потом, как выяснилось, был пробит газовый карман – в глубоких шахтах это не редкость. После этого администрация меня вообще официально устроила туда: «Ассистент главного инженера», о как! – истории из детства этого волка войны были и вправду интересными.

- Кстати, жвачку хочешь? – покопался в рюкзаке парень и нашел пачку с мятной жвачкой.

- А что это? Разработка Федерации, пхихи? – не могла упустить возможность приколоться девушка.

- Не, просто дыхание освежает после еды, во, держи, - и парень вытянул пластинку. Взяв ее, девушка внимательнее посмотрела на пачку: голубого цвета, слева нарисован листик мяты, справа парень в футболке и скейтом.

- У вас так парни одеваются? Точно другой мир! – выдала та: когда у тебя всю жизнь перед глазами туники, платья и тоги, футболка, джинсы и бейсболка покажутся чем-то инопланетным, хотя так оно и было! Положив жвачку в рот, девушка стала машинально жевать, но когда ты никогда не пробовал мятную жвачку – тебе покажется, что во рту у тебя жидкий азот. Вот то же произошло и с Меей: она даже не дышала.

- Расслабься, можешь дышать.

- Неа, холодно, - но потом девушка глубоко вдохнула: и холод начал приносить наслаждение.

- Умеют у вас освежить, как после ванной, - мечтательно протянула девушка.

- А тебе давали принимать ванну? – удивился Майлз: эта девушка была столько лет в рабстве, а им разрешалось понежиться в ванной? У них там часом СПА-салона не было?!

- А ты думал: кому понравится, если от рабыни несет как от помойки? Вот господин Вальз и разрешал нам мыться раз в неделю.

От слов Меи парень остановился и положил руку на плечо девушки, отчего та немного испугалась:

- Мея, посмотри на меня…

Она подняла на него глаза: ее светло-зеленые глаза встретились с темно-голубыми с серыми вкраплениями глазами парня.

- Послушай меня, наш побег тебя освободил: нету больше у тебя хозяина, нет господина. Ты свободна. Ты больше не рабыня, - ободрил парень Мею, но она просто отошла от него и опустила глаза:

- Нет, я не свободна – просто сменила оковы. Такие, как я, всегда были и будут рабами Империи. Нас могут истребить, если будем бунтовать. То восстание было лишь малым от того, на что способны люди Сената или Императора. Возможно, ваш народ также будет стоять в цепях за то, что вы пытались бороться с ними, - тихо говорила, почти шептала, девушка, присев возле дерева.

- Ну нет, наш народ не склонится перед вашей этой Империей, и ваш народ защитит, уж будь спокойна. А если сунуться – мы им так наваляем, так и побегут к своей имперской мамочке зализывать ранки, мы им не ровня, этим любителям копий. Вот скажи – куда копью или мечу против автомата, а? – ответил парень сидевшей, пытаясь приподнять ей настроение. Услышав слова парня, Мея только усмехнулась:

- Ты издеваешься? Империю не победить, никак! Поверь, мой народ пытался восстать, и чем это кончилось? Ты и сам знаешь ответ. То, что детей в рабство, кучи вдов, сирот – это только самое малое, что может Империя. И ее армия – это не худшее, что у них есть.

Слова девушки насторожили Майлза: то есть как армия – не лучшее Империи? Мысли роились в голове офицера, словно улей диких пчел, а Мея продолжала:

- А ваша эта Федерация тоже не многим лучше: считаете, раз окружили себя техникой и этими всеми железяками – и вы уже сильнее всех?! Нет, парень, у этого мира есть кое-что, с чем даже вам не совладать, к сожалению, - переходила уже на крик девушка, а потом просто уперлась спиной в ствол дерева. Осев, она закрыла лицо руками. Парень ничего не мог сказать, а просто глядел на сидевшую. Осторожно подойдя ближе, офицер снял кепку и легонько погладил макушку Меи, но она от этого только отстранилась. Присев рядом, он положил руку на голову девушки и тихо спросил:

- Почему ты так боишься Империи, Мея?

Та в ответ только усмехнулась:

- Догадайся: вся моя семья просто уничтожена. Папа погиб, я в рабстве, мама с сестрой только живы, а ты меня вытащил от Вальза, а он из-за мести сожжет мою маму и сестру. Он их сожжет, и я не смогу им помочь, и ты не сможешь.

Девушка и дальше рассказывала и не заметила, как парень ее тепло обнял. Впервые за пару лет она почувствовала тепло сердца. Ничего не сказав, Мея сама обняла Майлза и закрыла глаза.

- Прости, что все это рассказала, просто страшно.

- Ничего, давай пойдем дальше, скоро стемнеет.

Пройдя некоторое время по лесной тропинке, Майлз никак не мог выбросить слова Меи из головы.

- А о чем ты говорила, когда рассказывала об Империи?

- Во время восстания мы побеждали армию Империи. Смогли сковать целых два легиона. Мы считали, что скоро будут переговоры. Папа постоянно говорил: «Вот видишь, малышка, скоро мы освободимся от них». Я и сама так думала, надеялась, что россказни о мощи Империи – просто сказки. Но я ошибалась, горько ошибалась. Одной ночью я была на городской стене, было скучно и мне не спалось. И тут я слышу какой-то гул вдалеке. Сначала я думала, что это просто стая волков, и не обратила на это внимания, как вдруг из леса на нас побежала целая армада животных, просто лавиной. Часовые подняли тревогу, начали метаться люди, но мы решили сражаться, но самое удивительное: животные даже не думали отступать. Они никогда не идут туда, где больно. А тут они бегут с такой яростью, что я ужаснулась: сама природа решила нас убить! Один из медведей попался моему папе, тот выстрелил из арбалета, но он словно не заметил выстрела и лапами разорвал его. Это было у меня на глазах, я в страхе убежала оттуда.

История Меи охладила пыл офицера: силы природы не одолеть даже в экзоскелете и танке. Докурив очередную сигарету, он молча разглядывал цветы на одном из кустов: ярко-красные с розовыми лепестками внутри, чем-то похожие на розы. Даже этому волку они казались очень красивыми. Порывшись в карманах, он достал телефон и сфоткал куст. Он не выключил вспышку, и это привлекло внимание девушки:

- А что это за коробочка у тебя?

- Портативный сенсорный компьютер, - как-то машинально ответил Майлз, но потом вспомнил: эта девушка не модница и не блогер в Сети. Поэтому стал объяснять, что называется, на пальцах:

- Ну, это такой инструмент. Тут много чего: камера, калькулятор, карты, часы – много чего. Он есть у всех солдат Федерации, да и у обычных граждан есть у всех. Он очень дешевый. Купил на распродаже.

- Но если в этой…хм…штуке есть карта, может, так мы выйдем из леса?

- Прости, тут нет связи с Феднетом, спутники еще не подвели, - снова осекся парень – да он что, издевается?

- Короче, пока мы не можем их использовать, не знаю, как объяснить, прости, - почесал затылок Майлз, а девушка только усмехнулась в своей привычной манере:

- Ничего страшного, солдатик. Главное - выйти из леса, а там легче будет. Пройдя еще несколько шагов, Мея остановилась и смотрела вперед.

- Майлз, не иди. Впереди что-то происходит. Чувствую... Беда.

Глава 6 Новые знакомые или реалии торговли Империи

Послушав совета спутницы, парень лег на землю рядом с Меей и выставил перед собой автомат. Они лежали в зарослях высокой травы, а буквально в нескольких метрах была видна дорога, на которой стояла повозка.

- Эй, тварь, ты совсем охренела не слушаться господ?! Из-за тебя мы потеряли кучу денег!

- Простите, господин, простите, не бейте, я исправлюсь, прошу, не бейте!

- Больно мне нужно о тебя руки марать, за такую чернь и пару серебряных не дадут. Живо в повозку!

- Да, господин, слушаюсь!

- Хватит тут блеять, а ну, пошла!

Эти фразы доносились до ушей Майлза, и тот решил вмешаться – резко вскочил и пошел к повозке.

- Майлз, стой, это работорговцы!!! – громким шепотом сказала Мея и схватилась за ремень на штанах офицера.

- Оставайся тут, не высовывайся, - коротко сказал офицер, и Мея послушно отпустила ремень.

- Ну, пошла, чего стоишь?! – бил по лицу молодую девушку работорговец, хватая ту за кандалы – она была скована по рукам и ногам, а также была закована шея.

- Убери от нее руки, высер паршивый! – крикнул Майлз, подойдя ближе к работорговцу: крупному мужчине в коричневой тунике среднего возраста.

- Ты тут что забыл, иди куда шел, не то быстро к моему товару присоединишься. За такого громилу хорошо на шахте заплатят!

Но договорить тот не успел: Майлз выставил ствол перед собой:

- Че ты там ляпнул, пельменина?!

И тут он оторопел и отпустил цепь кандалов: берцы, рубашка, кепка, штаны со странным узором, железная палка – это точно не наемник. В голову работорговца ударил страх – он много путешествовал и знал о таинственных пришельцах, победивших целую армию Империи. И, кажется, перед ним был один из них. Но тот не хотел сдаваться:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.