Кровь Варма – Море проклятых звёзд
Рамиль Латыпов

© Рамиль Латыпов, 2025

ISBN 978-5-0068-6120-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1: «Гнев Лакшми»

Океан взревел, будто пробужденный богом гнева. Небо, еще минуту назад усыпанное звездами, разорвало черное облако, изрыгающее молнии цвета старой крови. Амиша Варма стояла на полубаке «Лунной Сирены», впиваясь ногами в мокрые доски палубы. Ветер хлестал ее по лицу, вздымая черные волосы, переплетенные алыми лентами – подарком бабушки, жрицы Кали из далекого Индрапура. В руке она сжимала тантру-ваджру – кинжал с рукоятью из слоновой кости, выгравированной мантрами.

– Кракен! На корме! – закричал Сулейман, ее старпом-полурослик, указывая в темноту.

Амиша не сдвинулась. Ее магия уже шептала в висках, откликаясь на приближение опасности. Она чувствовала соленую воду, ее пульс сливался с ритмом волн. Но сегодня океан был не просто океаном. В его глубинах что-то шевелилось – древнее, голодное.

– Рави! – крикнула она в сторону трюма. – Запускай гидру!

Гоблин-механик, его зеленая кожа блестела от пота, выскочил на палубу, таща за собой медный шланг, изрыгающий пар. – Деви! Он схватился за рычаг, и из-под палубы вырвался струя кипящей воды, направленная в темноту.

Монстр вырвался из пучины с ревом, сотрясающим кости. Это был не обычный кракен. Его щупальца, покрытые чешуей цвета затухающей лавы, извивались в воздухе, а вместо глаз на голове горели алые кристаллы – признак проклятой магии ракшасов. Древние демоны Индрапура не оставляли своих жертв даже после смерти, вплетая их души в тела монстров.

– Ом Шри Лакшми Намаха! – Амиша вонзила кинжал в мачту, и золотистый свет мантры окутал корабль. Паруса «Лунной Сирены» вспыхнули рунами – заклинание вайю-бандхан создало невидимый щит из ветра. Одно из щупалец ударило в барьер, разбрызгивая черную слизь.

– Он сильнее обычного! – Сулейман отскочил от края палубы, сбивая с ног юного матроса-оборотня. – Капитан, нам не удержать его!

Амиша стиснула зубы. Она видела это в кошмарах последние три ночи – сон, где огромный глаз смотрел на нее сквозь воду, шепча: «Ключ пришел».

– Рави, перенаправь гидру в левый борт! Сулейман, готовь «звездные когти»!

Команда метнулась выполнять приказы. Гоблин прокричал ругательство на древнем гномьем, поворачивая рычаги, а старпом взмахнул рукой, и с обеих сторон корабля выдвинулись арбалеты с наконечниками из астрального железа. Но монстр не собирался ждать. Два щупальца врезались в палубу, разламывая доски. Один матрос – девушка-наяда с жемчужной кожей – упала в воду с криком.

– Нет! Амиша бросилась к борту, но Сулейман схватил ее за руку.

– Не рискуй магией, капитан! Помнишь, что было в прошлый раз!

Она вспомнила. Месяц назад, после сражения с призрачным флотом, ее тело три дня не слушалось – магия высосала все силы. Но сейчас не время для осторожности.

– Ом Хрим Кали Капалини Сваха! – Амиша вырвала кинжал из мачты и ударила им в воду. Заклинание джала-шакти рвануло из нее, превращая океан в оружие. Вода взметнулась стеной, сбивая кракена с курса. Монстр завыл, его кристаллические глаза мерцнули от боли.

Но это длилось лишь миг. Ракшас-кракен рванулся вперед, щупальце обвилось вокруг ноги Амиши, волоча ее к краю. Соленая пена обжигала кожу, в ушах рокотал гнев Лакшми – богини, чье имя она носила в мантрах. Почему ты не защищаешь меня? – мелькнуло в голове.

– Капитан! – Рави запустил последний снаряд из гидры. Паровой удар пришелся точно в голову монстра. Тот содрогнулся, чешуя потемнела от ожогов. Амиша воспользовалась моментом: ее кинжал вспорол плоть щупальца. Черная кровь брызнула ей в лицо, обжигая кожу.

– Теперь! – Сулейман дал знак. «Звездные когти» вонзились в тело кракена, и астральное железо начало пожирать его проклятую плоть. Монстр закричал, но звук быстро стих, когда его туша погрузилась в воду, оставляя после себя лишь воронку из пены и дыма.

Тишина накатила как прилив после шторма.

– Семеро раненых, Капитан. Наяда Мира… ее нет. – Голос Сулеймана дрожал, когда он доложил потери час спустя. «Лунная Сирена» качалась на волнах, ее паруса, изорванные в бою, висели лохмотьями.

Амиша кивнула, пряча дрожь в руках. Она стояла у штурвала, ее сари – когда-то белоснежное, подаренное матерью на совершеннолетие – было испачкано сажей и кровью. В углу палубы Рави чинил гидру, насвистывая мрачную гоблинскую песню.

– Где артефакт? – спросила она, отрывая взгляд от горизонта.

Старпом указал на трюм. – Команда нашла сундук с затонувшего «Гордости Сету». Там… странная жемчужина. И карта.

«Гордость Сету» – корабль, пропавший два века назад после попытки украсть священный артефакт из храма бога Сомы. Амиша спустилась в трюм, где воздух пах плесенью и магией. Сундук из черного дерева лежал на столе, его замок был взломан Рави. Внутри, на подушке из голубого бархата, покоилась жемчужина размером с кулак – «Слеза Сомы». Она пульсировала тусклым светом, будто живое сердце.

– Я видел это в снах бабушки, – прошептала Амиша, касаясь артефакта. Холод пробежал по пальцам, переходя в жар.

– Деви, не трогай! – Рави попытался оттащить ее, но было поздно.

Видение ударило как удар молнии.

Храм из черного мрамора. Статуя богини Кали с четырьмя руками, держащая в одной чашу с кровью, в другой – меч. У ее ног лежит тело женщины в сари, похожей на Амишину. Голос, звучащий одновременно из прошлого и будущего: «Когда луна проглотит солнце, невеста волны принесет ключ. Или смерть».

– Капитан! – Рука Сулеймана сжала ее плечо. Амиша рухнула на колени, жемчужина выкатилась из сундука.

– Храм… на острове Ямараджа… – выдохнула она. – Проклятие не уснуло. Оно ждет меня.

К рассвету «Лунная Сирена» доплыла до укрытия – пещеры в скалах острова Нетра, где жили дружественные наяды. Амиша отдала приказ чинить корабль, но сама не могла уснуть. Она сидела на баке, глядя на волны, и перебирала четки из рудракши.

– Ты видела будущее? – спросил Сулейман, присаживаясь рядом. Его уродливое лицо с острыми ушами и перепончатыми пальцами казалось особенно мрачным при свете костра.

– Я видела свой долг, – сказала она. – Бабушка говорила, наш род связан с храмом Кали. Если проклятие пробудится…

– Ты не одна, – перебил Сулейман. – Мы пираты, но не предатели. Помнишь, как ты спасла меня в порту Нефритовой Гавани? Я был рабом у алхимиков-ракшасов. Ты не спросила, сколько за меня заплатить – просто разрубила цепи своим клинком.

Амиша улыбнулась. – Потому что ты кричал, как младенец, когда они пытались вырвать твои уши.

– Это были священные уши! – возмутился полурослик, но его глаза смеялись.

Внезапно Рави влетел на палубу, спотыкаясь о канаты. – Деви! На горизонте корабль! Черный как ночь, с парусами в форме черепа!

Амиша вскочила. «Черный Алхимик». Она слышала о нем – легендарном корабле-призраке, капитан которого торговал древними артефактами. Говорили, он наполовину морской эльф, наполовину что-то темное.

– Спрятать Слезу! – приказала она. Но было поздно.

«Черный Алхимик» подошел так близко, что можно было разглядеть выгравированные руны на его бортах. По сходне на палубу «Лунной Сирены» ступил мужчина.

Он был высок, в плаще из черных перьев, скрывающем мускулистое тело. Лицо – острое, с высокими скулами, кожа блестела, будто покрытая чешуей при свете луны. Но самые удивительные были глаза – один цвета морской пучины, другой – золотой, как у кошки.

– Капитан Амиша Варма, – его голос звучал как шелест волн. – Отдайте артефакт. Он вам не по зубам.

Она сжала рукоять тантра-ваджры. – А если я откажусь, Кайен Дрейк?

Мужчина усмехнулся. – Вы знаете мое имя. Значит, знаете и цену его владения.

– Я знаю, что ты вор. Мой артефакт – моя добыча.

Кайен сделал шаг вперед, его плащ взметнулся, обнажая пояс с кинжалами из кости морских драконов. – Слеза Сомы – не добыча. Это ключ от проклятия, которое уничтожит океаны, если его открыть. Вы же видели видение? Думаете, я не слышал ваш крик из трюма?

Сердце Амиши замерло. Он знал.

– Почему ты тогда не взял его силой? – спросила она.

– Потому что, – Кайен приблизился настолько, что она почувствовала запах соленого ветра и чего-то ледяного в его дыхании, – мне нужен союзник. А не враг.

В его золотом глазу мелькнула боль. Амиша внезапно поняла: он не враг. Но и другом не станет.

– Я не торгую артефактами, – сказала она твердо. – И не доверяю тем, кто прячется в тени.

Кайен вздохнул. – Завтра ночью, когда луна коснется воды, проклятие пробудится вновь. Если вы не отдадите Слезу, вы погубите свою команду. А я… – он замолчал, его палец коснулся амулета на шее – черной жемчужины в серебряной оправе. – Я не позволю этому случиться.

– Тогда попробуй отнять ее.

Он усмехнулся, и в этот миг Амиша увидела его истину: под чешуей и магией – одиночество древнее, чем океан.

– Еще увидимся, Сирена Индры, – бросил он через плечо, уходя на свой корабль.

Когда «Черный Алхимик» исчез в тумане, Сулейман подошел к Амише. – Что теперь?

Она сжала четки так сильно, что рудракши впились в ладонь. – Готовьте корабль к отплытию. Мы ищем храм на Ямарадже.

– Но Кайен…

– Пусть попробует остановить меня.

Где-то в океане взревел кракен – или это было эхо проклятия? Амиша коснулась амулета на шее – подарка бабушки. «Кровь Кали в твоих жилах, – шептали ее слова. – Или ты спасешь мир, или погубишь его».

Она смотрела на волны, зная: путь к храму будет стоить ей всего. Но отказаться – значило предать тех, кого любила.

– Ветер попутный, – сказал Сулейман, кладя руку на штурвал. – Куда держим курс, капитан?

Амиша подняла лицо к небу, где первые лучи солнца золотили облака.

– К судьбе.

Глава 2: «Договор с Дьяволом-Эльфом»

Туман, окутавший «Лунную Сирену» после ухода «Черного Алхимика», не рассеивался даже под ударами полуденного солнца. Амиша стояла у штурвала, впиваясь ногтями в деревянные перекладины. Ее пальцы все еще помнили холод «Слезы Сомы», а в ушах звенел голос Кайена: «Проклятие пробудится вновь». Она не верила ему. Не могла верить. Но память о видении в трюме – храм из черного мрамора, мертвая женщина в ее сари – жгла сознание, как раскаленный уголь.

– Капитан, – Сулейман подошел, держа в руках свиток с картой Ямараджи. Его перепончатые пальцы дрожали. – Ты уверена, что мы готовы к этому? Ямараджа – остров проклятых душ. Даже ракшасы обходят его стороной.

– Мы не ищем битвы, – ответила Амиша, поправляя повязку на руке, оставшуюся после схватки с кракеном. – Мы ищем ответы. Эта жемчужина… она зовет меня.

Рави, возившийся у гидры, фыркнул, вытирая зеленый лоб тряпкой. – Деви, если Слеза зовет, значит, она хочет тебя съесть! В прошлый раз, когда ты слушала зов, мы три дня чинили паруса после твоего «разговора» со штормом!

Амиша не удержала улыбки. Гоблин был прав – ее магия всегда требовала цены. Но сегодня цена была слишком высока, чтобы отказаться. Она подошла к трюму, где в сундуке, оплетенном цепями из астрального железа, лежала «Слеза». Артефакт мерцал, отражая свет фонарей, и в его глубине Амиша увидела отражение собственных глаз – расширенных, полных страха. Ты не одна, прошептал внутренний голос, похожий на бабушкин. Но и не свободна.

Корабль вздрогнул. Не от волн – от удара, будто гигантский молот врезался в днище. Амиша бросилась на палубу. Небо, еще минуту назад ясное, затянуло серой пеленой. Вода вокруг «Лунной Сирены» закипела, из пены вырастали силуэты кораблей-призраков. Их паруса, сотканные из тумана и пепла, хлопали в безветренном воздухе, а на мачтах висели флаги с символом перерубленной цепи – знаком Теневого Совета, клана древних магов-предателей.

– Призрачный флот! – закричал Сулейман, хватая арбалет. – Они охотятся на артефакт!

Амиша сжала кинжал. Слишком быстро. Совет не мог знать об их местонахождении, если только… Кайен. Она стиснула зубы. Даже если он их предал, выбора не было.

– Рави, запускай гидру! Сулейман, приготовить «звездные когти»! – Приказы сорвались с ее губ автоматически, но сердце колотилось, как барабан перед казнью.

Первый призрачный корабль врезался в борт «Лунной Сирены». Из его трюма выползли тени – существа без лиц, с руками-цепями, скрежещущими по палубе. Амиша бросилась в бой, ее кинжал рассекал воздух, оставляя за собой золотистые следы мантр. «Ом Хрим Кали Каалрatri Сваха!» Заклинание ударило в толпу теней, заставляя их визжать и таять. Но их было слишком много. Один из призраков схватил Сулеймана за горло, волоча к борту.

– Отпусти его! – Амиша бросила кинжал, но тень отразила удар, как дым. Ее магия истощалась с каждой секундой.

Тогда из тумана вынырнул другой корабль.

«Черный Алхимик» ворвался в битву, его борта изрыгали зеленые вспышки алхимического огня. С призрачных судов раздался вой – не человеческий, а скрежет металла о камень. Кайен стоял на носу своего корабля, его плащ из перьев трепетал на ветру. В руке он держал посох из черного коралла, украшенный рунами морских эльфов.

– Тидхар амара! – закричал он, ударяя посохом в палубу. Вода взметнулась колоннами, сбивая призраков с ног. Его золотой глаз сверкал яростью, а синий – холодной решимостью.

Амиша не могла отвести взгляда. Он сражался иначе, чем она – не с яростью богини-разрушительницы, а с расчетом древнего хищника. Его магия не кричала заклинаниями; она дышала, как океан, принимая любую форму. Когда тень попыталась схватить Амишу сзади, Кайен метнул кинжал из кости дракона. Лезвие прошило призрака насквозь, и тот рассыпался пеплом.

– Ты опоздал на три минуты, – бросила она, выдергивая свой клинок из палубы.

– Я ждал, пока ты сама не признаешь, что тебе нужна помощь, – огрызнулся он, отбивая удар цепи тени. – Где Слеза?

– В безопасности. От таких, как ты.

Кайен рассмеялся – коротко, безрадостно. – Если бы я хотел украсть ее, ты бы уже спала на дне океана. Совет прислал этих тварей не из-за артефакта. Они охотятся на тебя, Амиша Варма. На последнюю из рода Варма.

Ее кровь застыла. Как он знал ее имя полностью? Как знал о роде?

– Временный союз, – выдохнула она, отбивая удар рядом с ним. – До Ямараджи.

– До Ямараджи, – согласился он. Их взгляды столкнулись, и на миг Амиша увидела в его глазах не хищника, а того, кто так же устал от бегства, как и она.

Битва закончилась с восходом луны. Призрачные корабли рассеялись, как дым, оставив после себя лишь обломки и запах гнили. «Лунная Сирена» и «Черный Алхимик» пристали к скалам Нефритовой Гавани – порта, где торговали запретной магией. Амиша приказала команде чинить корабль, а сама последовала за Кайеном в город. Она не доверяла ему, но инстинкт подсказывал: без его знаний им не выжить.

Нефритовая Гавань пахла специями и тайной. Узкие улочки, вымощенные разноцветной галькой, извивались между домами из кораллового камня. Над лавками висели вывески на десятках языков: эльфийском, гномьем, древнеиндийском. Здесь торговали всем: от зелий, продлевающих жизнь, до слез русалок, способных оживить мертвого. Амиша куталась в плащ, пряча кинжал под одежду. Ее индийские черты привлекали взгляды – тут редко видели людей с континента.

– Смотри под ноги, – предупредил Кайен, ведя ее к рынку. – Здесь каждый второй продаст тебя Совету за горсть жемчуга.

– Почему ты помог мне? – спросила она, минуя лавку, где карлики-алхимики варили зелья в медных котлах. – Ты мог уйти, когда призраки атаковали «Лунную Сирену».

– Я не оставляю своих, – ответил он уклончиво.

– Мы не твои.

Кайен остановился, его золотой глаз впился в нее. – Ты думаешь, я не знаю, что ты чувствуешь? Магия в твоих жилах – это не дар, Амиша. Это проклятие. Твоя кровь зовет их, как маяк.

Она сжала кулаки. – Ты не имеешь права…

– Я имею больше прав, чем ты думаешь. – Он отвернулся, но не раньше, чем она увидела боль в его лице.

Рынок закончился площадью с фонтаном в форме гигантской раковины. Вода в нем светилась лунным светом, а вокруг сидели наяды – их кожа переливалась оттенками бирюзы и изумруда. Одна из них, старшая, с серебряными волосами до пояса, подняла голову, когда Амиша и Кайен приблизились.

– Кайен Дрейк, – прошелестела она голосом, похожим на шум прибоя. – Ты вернулся с пустыми руками. Совет будет недоволен.

– Я не слуга Совета, Нерейда, – холодно ответил он. – Мне нужна информация. О храме на Ямарадже.

Наяда рассмеялась. – Храм? Ты хочешь спросить ее, – она кивнула на Амишу. – Ее кровь помнит то, что забыли камни. Но цена будет высокой.

– Какая цена? – спросила Амиша, чувствуя, как «Слеза Сомы» пульсирует в кармане.

– Правда, – прошептала Нерейда. – Расскажи мне о том, кого ты любишь больше жизни. И я расскажу, как войти в храм.

Кайен схватил Амишу за руку. – Не соглашайся. Они крадут воспоминания.

Но Амиша вырвалась. – Я расскажу о своей матери.

Наяда протянула руку, коснувшись лба Амиши. Холод пронзил ее до костей.

Воспоминание: маленькая Амиша сидит на коленях у матери на веранде индийского дома. Воздух пахнет жасмином и карри. Мать поет мантру, ее пальцы перебирают четки из рудракши. «Ты особенная, дочь моя, – шепчет она. – В тебе течет кровь защитников. Но помни: чем сильнее магия, тем дороже жертва». Амиша просит рассказать сказку о богине Кали. Мать улыбается, но в ее глазах – слезы. «Кали не только разрушает, – говорит она. – Она дает новую жизнь из пепла. Как ты, моя звезда».

Воспоминание исчезло, оставив боль в груди. Наяда улыбнулась, ее глаза теперь светились золотом – цветом украденного воспоминания.

– Храм Кали на Ямарадже охраняет Страж – существо из плоти и теней. Чтобы пройти, нужно принести ему жертву: не кровь, не золото. Жертву сердца. – Она посмотрела на Кайена. – Твой капитан должен отдать то, что любит больше жизни. Иначе храм поглотит ее душу.

– Какую жертву? – спросила Амиша.

– Это узнаешь, когда придет время, – сказала Нерейда. – А теперь уходите. Совет уже здесь.

Кайен схватил Амишу за плечо, втаскивая в переулок. В тот же миг площадь взорвалась криками. Из-за лавок выскочили фигуры в черных мантиях – посланники Совета. Их лица скрывали маски в форме демонических морд.

– Беги! – Кайен толкнул Амишу вперед, сам развернувшись к преследователям. Его посох вспыхнул синим огнем. – К порту! Я отвлеку их!

– Я не брошу тебя! – закричала она, но он уже бросился в бой.

Амиша метнулась к кораблю, сердце колотилось в горле. У моста к «Лунной Сирене» ее ждал Сулейман с арбалетом.

– Кайен? – задыхаясь, спросила она.

– Он в ловушке! – показал старпом на площадь. Там Кайен сражался с пятью магами Совета, его плащ превратился в клочья, а посох треснул пополам. Один из магов метнул кинжал – лезвие впилось в плечо Кайена, и он упал на колени.

– Нет! – Амиша бросилась назад, не слыша криков Сулеймана. Она вырвала кинжал, ее голос слился с ревом волн: «Ом Шри Махакали Намах!» Золотистая волна магии сбила магов с ног. Кайен поднял голову, его золотой глаз расширился от изумления.

– Дура! – прохрипел он, когда она помогла ему встать. – Ты чуть не лишилась магии!

– Заткнись и беги, – огрызнулась она, поддерживая его под руку. Кровь с его плеча пачкала ее сари.

Они добежали до корабля, когда первый маг Совета уже взбирался на палубу «Черного Алхимика». Амиша толкнула Кайена на шлюпку, сама разрубив веревки. Корабли отчалили под градом заклинаний, рассекая волны к открытым морям.

Кайен лежал на палубе, бледный, его дыхание сбилось. Амиша разорвала подол сари, перевязывая рану.

– Почему ты вернулась? – спросил он тихо.

– Я не оставляю своих, – повторила его слова.

Он рассмеялся, но смех перешел в кашель. – Это глупо. Я не твой союзник. Я…

– Ты знаешь о моей матери. О том, как она умерла. – Амиша сжала перевязь, заставляя его вздрогнуть. – Говори правду, или я брошу тебя на Ямарадже одного.

Кайен закрыл глаза. – Твоя мать… она была хранительницей храма. Совет убил ее, потому что она отказалась передать им ключ к проклятию. Я был там. Я пытался спасти ее, но…

– Не лги. Тебе было тогда пятнадцать лет!

– Я бессмертен, Амиша. Моя кровь – смесь эльфа и чего-то древнего. Я помню все войны последних трехсот лет. – Он открыл глаза, и в золотом отразилась вечность. – Я видел, как твоя мать умирала, шепча твое имя. Она просила меня защитить тебя.

Слова повисли в воздухе, как нож над горлом. Амиша отступила, ее пальцы сжали кинжал. – Почему ты не выполнил ее просьбу? Почему пришел только сейчас?

– Потому что Совет держал меня в плену, – голос Кайена дрогнул. – Они использовали мою магию, чтобы питать проклятие. Я бежал, когда почувствовал пробуждение Слезы Сомы. Ты – единственная надежда остановить их.

– А если я откажусь?

– Тогда океаны станут кладбищем, – прошептал он. – И твоя мать умрет второй раз.

Амиша отвернулась к океану. Луна отражалась в воде, превращая волны в серебряные змеи. Она не верила ему. Не могла верить. Но память о матери, о ее теплых руках и мантрах, заставила сердце сжаться.

– Расскажи мне все, – сказала она. – И я решу, доверять ли тебе.

Кайен кивнул, его пальцы коснулись амулета на шее – черной жемчужины, похожей на «Слезу Сомы». – Проклятие называется Вечный Шторм. Оно было создано богами, чтобы наказать смертных за гордыню. Твоя семья запечатала его в храме на Ямарадже, но плата была страшной: каждое поколение Варма отдавало жизнь одного ребенка. Твоя мать нарушила клятву, спрятав тебя. Совет хочет освободить Шторм, чтобы стать богами. И они правы в одном: только кровь Варма может открыть храм.

– Зачем тебе это? – спросила Амиша. – Почему ты так упорствуешь?

Кайен поднялся, опираясь на раненое плечо. – Потому что я тоже часть проклятия. Мой предок был первым хранителем, который предал вашу семью. Моя кровь – ключ к его уничтожению. Но для этого нужно принести жертву… – он замолчал, глядя на нее.

– Жертву сердца, – догадалась Амиша. – Наяда говорила об этом.

– Да. Тот, кто войдет в храм, должен отдать то, что любит больше жизни. Твоя мать отдала свою жизнь за тебя. Теперь твоя очередь.

– И что я должна отдать? – прошептала она.

– Не знаю. Храм решит сам. Но если ты войдешь одна… – Кайен сжал ее руку. – Дозволь мне пойти с тобой.

Она посмотрела на его лицо – израненное, но непокоренное. В его глазах не было лжи. Только усталость и надежда.

– Зачем тебе рисковать?

– Потому что я долгое время был один, – сказал он тихо. – И потому что твоя мать… она верила, что ты изменишь мир. Я хочу в это верить тоже.

Амиша отпустила его руку, подошла к борту. Волны шептали ее имя, смешиваясь с голосом бабушки: «Кровь Кали в твоих жилах». Она вспомнила мать, ее смех, запах жасмина… и крик, когда Совет ворвался в их дом.

– Завтра мы идем на Ямараджу, – сказала она, оборачиваясь. – Но если ты предашь меня…

– Убьешь меня собственными руками, – договорил Кайен. – Я не буду сопротивляться.

Амиша кивнула. Доверяла ли она ему? Нет. Но впервые за годы она не чувствовала себя одинокой.

Когда луна скрылась за тучами, Кайен присоединился к ней у борта. Они стояли молча, слушая шум волн.

– Расскажи мне о бабушке, – вдруг попросил он. – О той, кто научил тебя мантрам.

Амиша улыбнулась. – Она говорила, что океан – это дыхание богов. Что каждая волна несет частичку их мудрости. Но я думаю, она просто хотела, чтобы я перестала бояться воды после того, как утонула моя собака.

Кайен рассмеялся – первый искренний смех за долгие годы. – Моя бабушка была морской ведьмой. Она учила меня превращаться в дельфина. Но я всегда возвращался к виду человека. «Сердце не обманешь», – говорила она.

– Что случилось с ней?

– Совет сожгла ее на алтаре Вечного Шторма. – Его голос окаменел. – Это моя вина. Я не смог защитить ее, как не смог защитить твою мать.

Амиша положила руку на его. – Мы защитим друг друга.

В этот момент «Слеза Сомы» в ее кармане вспыхнула ярче. Где-то в океане загрохотал гром – хотя небо было чистым.

– Он чувствует нас, – прошептал Кайен. – Шторм близко.

Амиша сжала его руку крепче. – Пусть придет.

Она не знала, что ждет их на Ямарадже. Не знала, какую жертву потребует храм. Но впервые за долгое время она чувствовала не страх, а решимость.

Когда рассвет окрасил небо в розовый, они увидели остров. Ямараджа поднимался из воды черной башней, его вершина терялась в тучах. На берегу стоял храм – точно такой, как в видении: из черного мрамора, с разрушенными колоннами и статуей Кали, держащей чашу с кровью.

– Готова? – спросил Кайен, привязывая повязку на плечо.

Амиша кивнула, доставая кинжал. – Веди.

Их корабли пришвартовались у каменного мола. Воздух пах серой и солью. Ступив на землю, Амиша почувствовала, как магия храма впивается в кожу, будто тысячи иголок.

– Помни, – шепнул Кайен, – если что-то пойдет не так, беги. Не оглядывайся.

– А ты?

– Я куплю тебе время.

Она хотела возразить, но в этот момент дверь храма распахнулась с грохотом, от которого содрогнулась земля. Из темноты выполз Страж – существо из плоти и теней, с лицом, меняющимся каждую секунду: то женщина в сари, то воин с мечом, то ребенок с пустыми глазами.

– Кровь Варма, – прогремел голос из ниоткуда. – Что ты отдашь за вход?

Амиша сделала шаг вперед. – Я…

Страж поднял руку, и тени обвились вокруг ее ног. – Не ты. Он. – Существо указало на Кайена. – Его сердце знает цену предательства. Пусть он отдаст то, что любит больше жизни.

Кайен побледнел. – Нет. Это не по правилам.

– Правила пишут боги, – ответил Страж. – Жертва или смерть.

Амиша схватила Кайена за руку. – Не слушай его. Мы уйдем.

Но он отстранился. – Нет. Это единственный путь. – Его взгляд был полон боли. – Я должен это сделать.

– Что ты отдашь? – спросила она, чувствуя, как страх сжимает горло.

Кайен посмотрел на нее, и в его золотом глазу отразилась вечность. – Я отдаю память о тебе.

Амиша не успела понять его слов. Страж взмахнул рукой, и тени ворвались в грудь Кайена. Он закричал, падая на колени, его кожа покрылась трещинами, будто фарфор.

– Нет! – Амиша бросилась к нему, но тени отбросили ее в сторону.

– Он выбрал, – сказал Страж. – Память о тебе стерта из его сердца. Теперь он никогда не вспомнит, почему пришел сюда.

Кайен поднял голову. Его глаза были пусты. – Кто ты? – спросил он Амишу.

Слова ударили сильнее любого клинка. Она не могла дышать. Он не помнил ее. Не помнил их разговоров, их битв, обещаний…

– Я… твой враг, – прохрипела она. – Убей меня, если можешь.

Кайен встал, его посох засветился синим. – Я не убиваю без причины.

Страж рассмеялся. – Проходи, Кровь Варма. Храм ждет свою невесту.

Дверь храма распахнулась шире, открывая темный коридор. Амиша бросила последний взгляд на Кайена – его лицо было маской незнакомца – и шагнула в темноту.

Где-то в глубине храма пели голоса. Голос матери. Голос бабушки. Голос Кайена, шепчущий: «Я всегда буду в твоих волнах».

Она сжала кинжал и пошла вперед.

Глава 3: «Танец Калки»

Храм поглотил Амишу целиком. Дверь захлопнулась с грохотом, будто пасть чудовища, и тьма сомкнулась вокруг нее, плотная, как смола. Воздух пах пеплом и чем-то древним – запахом забытых молитв. Она зажгла фонарь из астрального хрусталя, висевший на поясе, и луч света выхватил из мрака стены, покрытые резьбой: сцены битвы богини Кали с демонами, ее танец разрушения под ливнем звезд. В одном углу мерцал алтарь, на котором лежала чаша, полная черной жидкости. Кровь? Вода? Амиша не решилась проверить.

– Ом Хрим Кали Намах, – прошептала она, прижимая ладонь к груди. Амулет бабушки, спрятанный под сари, отозвался теплом.

Голос матери раздался из ниоткуда: «Ты пришла, дочь моя. Но готова ли ты отдать то, что любишь больше жизни?»

– Мать? – Амиша обернулась, но вокруг была лишь тишина. Она двинулась вглубь храма, шаги эхом отдавались в пустоте. Коридор вел к залу с колоннами из черного базальта. В центре стояла статуя Кали – четырехрукой, с гирляндой черепов на шее. В одной руке богиня держала меч, в другой – обезглавленный труп демона. Ее глаза из красного агата смотрели прямо на Амишу.

– Кровь Варма, – заговорила статуя, голос звучал как шелест змей. – Ты пришла за истиной. Но истина – это боль. Ты готова принять ее?

– Я пришла остановить проклятие, – ответила Амиша, сжимая кинжал. – Скажи, как это сделать.

– Проклятие не в храме, дитя. Оно в тебе. В твоей крови. В твоем сердце. – Статуя подняла меч, указывая на алтарь у стены. – На алтаре лежит ключ. Но чтобы взять его, ты должна отдать то, что ценишь больше всего.

Амиша подошла к алтарю. Там лежал не ключ, а зеркало в раме из слоновой кости. В отражении она увидела не себя, а Кайена – его лицо, искаженное болью, когда тени стирали его память. «Я отдаю память о тебе». Слова ударили снова, как удар кинжала в спину.

– Это несправедливо, – прошептала она. – Почему жертва всегда на мне?

– Потому что ты – последняя, – ответил голос матери. Амиша обернулась. У статуи Кали стояла женщина в белом сари, ее лицо было таким же, как на рисунках в доме бабушки. – Я отдала жизнь за тебя. Твоя бабушка отдала зрение, чтобы увидеть твой путь. Теперь твоя очередь.

– За что? – крикнула Амиша. – Что я должна отдать?

– Любовь, – сказала мать. – Не к мужчине, не к друзьям. Любовь к себе. Храм требует, чтобы ты отказалась от своей человечности. Стала орудием Кали.

Амиша отступила. – Нет. Я не стану бездушным оружием.

– Тогда океаны погибнут, – голос матери стал ледяным. – Совет уже идет сюда. Они разбудят Шторм, если ты не остановишь их.

Внезапно дверь храма содрогнулась от удара. Статуя Кали ожил, ее каменные глаза вспыхнули красным. – Они здесь! Быстрее, дитя!

Амиша схватила зеркало. В отражении мелькнули лица: Сулейман, Рави, Кайен… даже образ Нарады, наяда, погибшей в бою с кракеном. «Что я люблю больше жизни?» – мелькнуло в голове. Не люди. Не корабль. Ее свобода. Свобода выбирать, сражаться, ошибаться.

– Я отдаю свою свободу, – выдохнула она. – Но не свою душу.

Зеркало вспыхнуло белым светом. Алтарь раскололся, открывая лестницу вниз. Амиша бросилась вниз, не оглядываясь. Лестница вела в подземелье, где стоял колодец из темного камня. Вода в нем была неподвижной, как стекло, но отражала не потолок, а бурлящий океан под полной луной.

– Это сердце проклятия, – прошептала мать, материализовавшись рядом. – Вечный Шторм заперт здесь. Твоя кровь может запечатать его навсегда. Но цена…

– Я знаю цену, – перебила Амиша. Она разрезала ладонь кинжалом и капнула кровь в колодец. Вода взбурлилась, из глубины вырвался крик тысяч голосов. Стены подземелья задрожали, на потолке посыпались камни.

– Ты не готова! – закричала мать. – Без жертвы сердца ты лишь усугубишь проклятие!

Но было поздно. Из колодца вырвался столб воды, сбивая Амишу с ног. В воде мерцали лица – ее предки, все, кто отдавал жизнь ради храма. И среди них… Кайен. Его золотой глаз смотрел на нее с укором. «Ты обещала не оставлять своих».

– Я не оставляю! – закричала она, пытаясь удержаться на ногах. Вода поднялась до потолка, превращаясь в водоворот. Амиша схватилась за цепь колодца, но течение волокло ее вниз. В последний момент она увидела, как в воде отразился Кайен – не тот, кто стоял у дверей храма, а настоящий. Его лицо исказилось от боли, когда он выкрикнул: «Амиша!»

Провал.

Кайен очнулся от холода. Он лежал на камнях у входа в храм, его плечо горело от раны, но боль была не физической. В голове – пустота. Он помнил свое имя, помнил, что охотится на артефакты для Совета… но что-то важное ускользало, как дым.

– Кто ты? – спросил он женщину в крови, стоявшую над ним.

– Амиша Варма, – ответила она. Ее голос дрожал. – Я твоя враг.

Он не поверил. В ее глазах была не ненависть, а боль. Глубокая, древняя боль.

– Почему я здесь? – спросил он, пытаясь встать.

– Ты хотел украсть артефакт. Я остановила тебя. – Она отвернулась, пряча руки за спину. – Совет идет. Уходи, пока не поздно.

Кайен нахмурился. Совет. Это имя вызывало в нем гнев, но почему? Он схватил ее за запястье. – Ты лжешь. Я чувствую это.

Амиша рванулась, но в этот момент земля вздрогнула. Стража храма, существо из теней, зашаталось, его лица менялись слишком быстро: женщина-капитан, мальчик с пустыми глазами, воин с мечом.

– Проклятие пробуждается! – закричал Страж. – Кровь Варма нарушила баланс!

Кайен не понимал, что происходит, но тело действовало само. Он схватил посох, оставшийся у входа, и ударил им в землю. Синяя волна магии отбросила Стража, открывая путь в храм.

– Иди! – крикнул он Амише. – Я задержу его!

– Почему ты помогаешь мне? – спросила она, шагая назад к двери.

– Потому что… – он замолчал, пытаясь поймать ускользающий образ. – Потому что я обещал твоей матери.

Амиша замерла. – Что ты сказал?

Но Кайен уже бросился в бой. Его посох рассекал воздух, оставляя за собой следы ледяного света. Страж смеялся, разделяясь на десятки теней.

– Ты забыл все, но не сердце, – прошептал он сам себе.

Амиша не колеблясь, бросилась в храм. Стены уже пылали синим огнем, коридоры меняли направление, как живые лабиринты. Она бежала к подземелью, где оставила колодец, но путь преградил призрак – ее бабушка.

– Ты поспешила, внучка, – сказала старуха, ее глаза были белыми от слепоты. – Кровь без жертвы сердца не запечатает Шторм. Она лишь разбудит его голод.

– Что я должна сделать? – крикнула Амиша сквозь рев воды.

– Вспомни, кто ты. Не Капитан Сирен. Не Кровь Варма. Просто Амиша. – Бабушка протянула руку. – Отдай то, что ценишь больше жизни. Не свободу. Не магию. Свою надежду.

Амиша закричала от боли. Надежда – это все, что осталось после смерти матери, после лет бегства и битв. Но если она не сделает этого…

– Да, – прошептала она. – Я отдаю свою надежду.

Бабушка коснулась ее лба. Тепло разлилось по венам, смешиваясь с болью. Амиша упала на колени, но вода в колодце успокоилась. Из глубины поднялся кристалл – сердце проклятия. Оно пульсировало, как живое, испуская нити тьмы.

– Возьми его, – сказала бабушка. – И запечатай в «Слезу Сомы». Но помни: если Шторм вырвется, только любовь остановит его. Не магия. Не сила. Любовь.

Амиша схватила кристалл. Он обжигал ладонь, но она не отпустила. Внезапно храм содрогнулся сильнее. Совет ворвался в зал – пятеро магов в черных мантиях, их лица скрывали маски ракшасов.

– Отдайте кристалл! – закричал один из них. – Он принадлежит Шторму!

Амиша спрятала кристалл за пазуху. – Бабушка, помоги мне!

Но призрак уже рассеивался. – Помни, внучка: ты сильнее, чем думаешь.

Маги бросились в атаку. Амиша отпрыгнула к колодцу, ее кинжал рассекал воздух. «Ом Шри Дургае Намах!» Заклинание ударило в первого мага, превращая его в пепел. Но остальные были сильнее. Один из них метнул кинжал – лезвие впилось в плечо Амиши. Она упала, сжимая кристалл.

– Глупая девчонка, – прошипел маг. – Твоя семья всегда была слабой.

Амиша попыталась встать, но ноги не слушались. Маг поднял руку, готовясь добить ее. Внезапно его голова отлетела от тела. За ним стоял Кайен, его посох капал кровью.

– Беги, – сказал он Амише, отбивая удары остальных магов. Его движения были точными, но в глазах читалось смятение. – Я не помню, кто ты… но я не позволю им убить тебя.

Амиша с трудом поднялась. – Кристалл… его нужно запечатать в «Слезу Сомы»!

– Тогда беги! – Кайен оттолкнул ее, принимая на себя удар мага. Его плащ вспыхнул синим пламенем.

Амиша бросилась к выходу, прижимая кристалл к груди. Вода за ее спиной взревела, образуя гигантскую волну. Совет пытался удержать ее, но Кайен сражался как одержимый.

Она выбежала из храма как раз в тот момент, когда волна накрыла зал. Крики магов смешались с ревом стихии. Амиша упала на колени у входа, глядя, как храм рассыпается в прах.

– Кайен! – закричала она, пытаясь вернуться внутрь.

Но Сулейман и Рави схватили ее за руки. – Капитан, нельзя! Храм рушится!

– Он там! Он спас меня!

– Мы вернемся за ним, – пообещал Сулейман, его лицо было бледным от шока. – Но сначала спаси себя.

Амиша сжала кристалл. Он пульсировал в такт ее сердцу, но свет его тускнел. Шторм не был остановлен. Он лишь задержался.

Ночь застала «Лунную Сирену» в открытом море. Амиша сидела на палубе, перевязывая рану на плече. «Слеза Сомы» лежала перед ней, а в ее руках пылал кристалл проклятия. Она попыталась запечатать его в жемчужину, но магия не слушалась. Без надежды, без части своей души, она была лишь тенью прежней себя.

– Капитан, – подошел Сулейман. – Мы потеряли связь с «Черным Алхимиком». Его корабль исчез в шторме.

Амиша кивнула, не поднимая глаз. Она знала: Кайен погиб, защищая ее. И все потому, что она не смогла отдать настоящую жертву.

– Расскажи мне о нем, – вдруг попросила она. – О Кайене.

Сулейман присел рядом. – Он появился у нас месяц назад. Говорил, что ищет артефакт для Совета, но что-то в его глазах… Он не был таким, как они. В порту Нефритовой Гавани он спас мальчика-оборотня от ракшасов. Отдал последнюю монету нищему старику. И когда ты сражалась с кракеном, он смотрел на тебя так, будто видел… свет в темноте.

– Он лгал мне, – прошептала Амиша. – Он знал о моей матери. О проклятии.

– Может быть. Но он отдал память о тебе, чтобы ты вошла в храм. – Сулейман положил на колени сверток. – Это нашел Рави в трюме «Черного Алхимика». Его дневник.

Амиша развернула кожаную обложку. Страницы были исписаны аккуратным почерком, но некоторые записи выделялись – об Амише.

«12-й день лунного цикла. Встретил Амишу Варма. Ее магия… как океан. Она не знает, что ее кровь зовет Шторм. Но я узнал ее глаза. Такие же, как у той женщины, что умерла за меня триста лет назад. Ее матери. Я должен защитить дочь. Даже если она меня возненавидит».

«15-й день. Она не доверяет мне. Хорошо. Доверие – роскошь для тех, кто не знает цены проклятия. Но когда она смеется… я забываю, что бессмертен».

«17-й день. Совет нашел меня. Они угрожают убить ее команду. Я должен украсть Слезу Сомы, но как объяснить ей, что это единственный способ спасти ее?»

Слезы капали на страницы, размывая чернила. Амиша сжала дневник так крепко, что костяшки побелели.

– Он помнил, – прошептала она. – Все это время он помнил.

Внезапно «Слеза Сомы» вспыхнула ярче. Кристалл в руках Амиши отозвался, его свет стал золотым. Она поняла: Кайен не отдал всю память. Он оставил крошечную часть – ту, что связывала их сердца.

– Сулейман, – сказала она, вставая. – Нам нужно вернуться на Ямараджу.

– Но храм разрушен!

– Кайен жив. Я чувствую это. И пока он жив, есть надежда.

Старпом покачал головой. – Ты только что отдала свою надежду, капитан. Как ты можешь верить в это?

Амиша посмотрела на океан, где заходило солнце. – Потому что он научил меня: даже в темноте есть свет. Даже в проклятии – свобода выбора.

Она подняла «Слезу Сомы» к небу. Золотистый свет окутал корабль, и волны сами понесли «Лунную Сирену» обратно к острову.

Когда они подошли к Ямарадже, остров был пуст. Храма не существовало – лишь груда камней у берега. Но среди обломков лежал человек.

Кайен.

Его плащ был изорван, лицо покрыто синяками, но грудь вздымалась ровно. Амиша бросилась к нему, прижимая его голову к себе.

– Кайен, проснись, – шептала она. – Пожалуйста, проснись.

Он открыл глаза. Золотой и синий. И в них – узнавание.

– Амиша… – прохрипел он. – Ты вернулась.

– Ты помнишь меня?

– Нет, – улыбнулся он слабо. – Но мое сердце помнит. Оно билось только для тебя.

Амиша заплакала. Она прижала его руку к своей груди, где бился кристалл проклятия. – Шторм не остановлен. Но я знаю, как это сделать.

– Как?

– Нужна настоящая жертва. Не надежда. Не свобода. – Она посмотрела на него. – Нужна любовь.

Кайен сел, несмотря на боль. – Что ты задумала?

– Мы объединим наши магии. Твоя кровь эльфа и моя кровь Варма. Но для этого… – она замолчала. – Для этого ты должен вспомнить все. Даже самое страшное.

Он кивнул. – Делай.

Амиша положила ладонь ему на лоб. «Ом Шри Сарасвати Намах» – мантра для восстановления памяти. Свет заполнил их сознание.

Кайен увидел все: смерть матери Амиши, свою боль в плену у Совета, клятву защищать ее дочь… и момент, когда он впервые увидел Амишу на палубе «Лунной Сирены». Не как цель. Не как средство. А как человека, ради которого стоит жить.

– Теперь ты помнишь, – сказала Амиша. – Ты помнишь, зачем сражаешься.

– За тебя, – ответил он. – Всегда за тебя.

Они подняли руки к небу, соединив магии. Вода и лед, огонь и тени сплелись в единый поток. Кристалл в руках Амиши взорвался светом, и «Слеза Сомы» приняла его целиком.

Но в тот же миг небо разорвало черное облако. Из туч вылетел корабль – «Гордость Сету», тот самый, с которого они взяли артефакт. На его палубе стоял мужчина в золотой маске ракшаса.

– Глупцы, – прогремел его голос. – Вы лишь накормили Шторм. Теперь он вырвется на свободу.

Амиша узнала его. Ее бывший жених, принц Арун из Индрапурской империи. Тот, кто предал ее семью Совету.

– Ты не имел права! – закричала она.

– Я имею право на власть, – рассмеялся он. – А ты, Амиша, была лишь пешкой.

Кайен схватил посох. – Уходи с моего корабля!

Но Арун щелкнул пальцами, и из трюма «Гордости Сету» выползли призраки – тысячи душ, поглощенных Штормом.

– Бегите, – прошептал Кайен Амише. – Я задержу их.

– Нет, – сказала она, сжимая «Слезу Сомы». – На этот раз мы сражаемся вместе.

Она подняла артефакт к небу. Золотистый свет окутал их корабль, отражаясь в глазах Кайена.

– Что ты делаешь? – спросил он.

– Я возвращаю то, что отдала, – улыбнулась она. – Надежду.

Свет взорвался, заполняя мир. Призраки завыли, рассыпаясь в прах. Арун закричал, его корабль разваливался на части. Но в последний момент он бросил в Амишу кинжал.

Кайен закрыл ее собой. Лезвие впилось ему в спину.

– Нет! – Амиша подхватила его, падая на колени. Кровь на его губах смешивалась с дождем.

– Прости… – прошептал он. – Я не смог защитить тебя… как твою мать…

– Не говори так, – рыдала она, прижимая его к себе. – Мы победили. Шторм уснул.

– Но Совет… они вернутся… – Кайен коснулся ее лица. – Помни… я любил тебя… даже когда не помнил…

Его глаза закрылись. Амиша сжала «Слезу Сомы» так крепко, что жемчужина врезалась в ладонь.

– Я не позволю тебе умереть, – прошептала она. – Не после всего.

Она вложила в артефакт всю свою магию, всю боль, всю любовь. Свет окутал Кайена, его раны затянулись, но он не просыпался.

– Что происходит? – спросил Сулейман, подбегая к ним.

– Я отдала ему свою магию, – ответила Амиша. – Но без нее он не проснется.

Рави, возившийся с гидрой, вдруг поднял голову. – Деви, а что, если… магия не только в крови? Что если она в сердце?

Амиша поняла. Она наклонилась, целуя Кайена в губы. В этот момент «Слеза Сомы» вспыхнула ярче солнца, и их сердца забились в унисон.

Кайен открыл глаза. – Ты… вернула мне жизнь?

– Нет, – улыбнулась она сквозь слезы. – Я вернула тебе надежду.

Над океаном взошла луна, освещая два корабля, стоящих бок о бок. «Гордость Сету» погрузилась в воду, унося с собой Аруна. Совет был побежден, но Амиша знала: это лишь начало.

Кайен сел, обнимая ее за плечи. – Что теперь?

– Теперь мы готовимся, – сказала она, глядя на горизонт. – Совет вернется. И в следующий раз им не повезет.

– Ты не одна, – прошептал он. – Никогда не будешь одна.

Амиша прижалась к нему, слушая шум волн. Где-то в глубинах океана спал Вечный Шторм. Но пока они вместе, пока в их сердцах горел свет надежды, он не пробудится.

– Капитан! – крикнул Рави с палубы. – У нас гости!

Они обернулись. К кораблю подходил третий корабль – с парусами цвета крови. На носу стояла Майя, предводительница ракшасов, ее глаза горели яростью.

– Амиша Варма, – крикнула она. – Совет объявил на тебя охоту. Но я пришла не за этим. Я пришла с предложением.

Кайен сжал руку Амиши. – Готова к новой битве?

– Всегда, – ответила она, поднимаясь. – Но сначала… – она посмотрела на него. – Сначала я должна кое-что сказать.

– Что?

– Спасибо. За то, что ты есть.

Кайен улыбнулся. – Спасибо тебе. За то, что ты вернула мне память. И сердце.

Они поднялись на палубу, стоя бок о бок перед новой угрозой. Но теперь они знали: их любовь сильнее любого проклятия.

Где-то в океане прозвучал рог – предвестник новой бури. Но Амиша и Кайен смотрели в будущее без страха.

Потому что они были вместе.

Глава 4: «Кровь Кораллового Короля»

Майя стояла на палубе своего корабля «Кровавый Жнец», ее алые волосы, заплетенные в косы с костяными бусинами, трепетали на ветру. Ее глаза, золотистые, как у дикой кошки, изучали Амишу с хищным любопытством. На лице предводительницы ракшасов не было маски – лишь шрам в форме полумесяца, пересекающий правую щеку. Это был знак ее ранга: только те, кто выжил в ритуальном поединке с демоном-хранителем, носили такие отметины.

– Совет объявил награду за твою голову, Амиша Варма, – сказала она, голос звучал как шелест змеи по песку. – Но я не охотница. Я предлагаю сделку.

Кайен шагнул вперед, встав между ними, его рана на спине проступила кровью сквозь перевязь. – Мы не доверяем ракшасам.

Майя рассмеялась – низко, с хрипотцой. – А я не доверяю тем, кто прячется за спинами женщин. Но ты, Кайен Дрейк, наполовину морской эльф, наполовину призрак. Твоя кровь помнит океаны, которые поглотили моих предков. Ты знаешь, что Совет лжет.

Амиша коснулась руки Кайена, заставляя его замолчать. – Какую сделку?

– Махабалипур, – ответила Майя. – Затонувший город у подножия горы Меру. Там лежит Корона Трех Волн, артефакт, способный контролировать Шторм. Совет хочет украсть его. Я хочу уничтожить.

– Почему? – спросила Амиша, вспомнив легенды о Махабалипуре. Говорили, город поглотил океан за гордыню его правителя, короля-тирана, чья душа до сих пор бродит среди руин.

– Мой клан служил королю Махабалипурa, – голос Майи стал жестче. – Он предал нас, отдал Совету в обмен на бессмертие. Но бессмертие обернулось проклятием. Его тело превратилось в кораллы, а душа стала пожирать чужие жизни. Я убью его. И уничтожу Корону, пока Совет не использовал ее силу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.