Что он протягивал мне
Марта Савенко

© Марта Савенко, 2025

ISBN 978-5-0068-5717-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

…ЧТО ОН ПРОТЯГИВАЛ МНЕ

Я шла с одной стороны полусквера, а мама – с другой. Полусквером это место назвал папа в ответ на мой вопрос:

– А вот где травы-то много около продуктового, и тролли разворачиваются – это что?

– Это… сквер, наверное… ну, не совсем… полусквер, вот! – воскликнул он радостно, как всегда, когда придумывал нужное слово.

На мне было то голубое платье с белыми бантиками, которое он мне купил на Новый год… мама тогда ещё очень ругалась, что дорого. Сейчас она тоже должна была ругаться, потому что в таком красивом платье никто не ходит по улицам без родителей – но что ж я могла сделать, если она опоздала в сад почти на целый час! Елена Геннадьевна разозлилась, взяла меня за руку и повела домой. Ненавижу, когда меня водят за руку, особенно если воспиталки. Ещё у них руки иногда мокрые бывают, вообще противно!

Мы дошли до продуктового, и тут Елена Геннадьевна увидела на другой стороне полусквера мою маму.

– Ой, как хорошо-то! – воскликнула она – и прыгнула в рейсовый автобус. У нее застряла сумка, и водителю пришлось ещё раз открывать двери-гармошки.

Я тоже обрадовалась, потому что следующий автобус придет через сорок минут – ну и зачем мне стоять и выслушивать всё, что они с мамой друг другу скажут? Лучше уж я выслушаю, что мама скажет мне… конечно, это тоже не так приятно, как есть мороженое в вафельном стаканчике, но зато мы быстро попадем домой. И я позвоню папе…

Я его обожала… нет, это, пожалуй, неточно сказано. Я тогда не знала, что такое любовь: при мне о ней не упоминали. Но папа… им были полны все мои дни.

Он, правда, не приносил мне дорогих игрушек, как Катькин; он вообще редко что-нибудь приносил, даже мороженое. Он даже не жил с нами, и денег маме на мое содержание не давал. Она так и говорила:

– Настрогал тебя, а денег на твое содержание не несёт.

Мне очень интересно было, как это папа меня настрогал, и я спросила его об этом при первом же удобном случае. Сначала он засмеялся, потом рассердился, потом опять засмеялся – и так чередуя сдвинутые брови и огромную улыбку, сквозь курлычущий смех объяснил:

– Она с префиксом ошиблась. Не НАстрогал, а ВЫстругал. Как папа Карло – Буратино.

– Я же не деревянная, – недоверчиво сказала я.

– Извините, мисс, дерева в тот момент под рукой не случилось! – тут он захохотал совсем громко, и на нас стали оборачиваться прохожие.

…Я аккуратно обходила лужи, как он меня учил. В них же вода грязная, иногда даже не отстирывается. Это на даче можно из ручья брызгаться сколько угодно – там бьют ключи, а ключи всегда чистые. Мама, правда, и там не разрешает – ну, мы потихоньку, пока она не видит.

Так вот, я шла только по сухому асфальту и смотрела всё время на неё. Она почему-то совсем не торопилась, как будто её совсем не волновало, что я иду ей навстречу одна. А когда подошла, то ничего не сказала. Только на руки меня подняла зачем-то. Потом, правда, опустила: я же тяжёлая стала, как слоник. И пошла рядом. Молча. Я так удивилась! Ладно, зато можно попридумывать немножко, или повспоминать… Я люблю вспоминать, особенно про папу.

Если бы мама согласилась жить с ним, было бы, конечно, здорово. Я бы его уговорила меня из сада пораньше забирать… Но с другой стороны, вот Лёшка из старшей группы рассказывал, что его предки сошлись и теперь орут друг на друга и на него целыми днями. Интересно, кто такие предки и как это они сошлись? В неравной битве, что ли? Мне папа стихотворение читал, про то, как враги сошлись в неравной битве. Конечно, у меня нет никаких предков, но вдруг родители тоже нечаянно сойдутся, когда будут жить вместе? Я не люблю, когда орут. И папа не любит.

Центром папиного притяжения всегда были усы. Женщины оборачивались на них, как собаки на запах мяса, после чего с сожалением замечали меня.

– Какая симпатичная! – иногда льстиво говорили они. – Вся в папу…

Ещё они заглядывались, когда он надевал серый полосатый костюм… о-о, это в самом деле было замечательно! Ему очень нравилось, что все вокруг смотрят на нас, и он всё время шутил, пританцовывал и выделывал всякие штуки. Я называла его «Лев в полосочку» и «усатый-полосатый», а он в ответ улыбался и вертел меня «каруселькой», держа за бока. И я никогда не боялась упасть, хотя всё вокруг неслось в бешеном темпе.

Однажды я делала вид, что сплю. (Взрослые такие странные! Не могут спать с открытыми глазами, а как только закрывают их в темноте – сразу засыпают… Все мои знакомые девочки умеют делать вид, что спят, и знают поэтому много интересных вещей, которых им никто не рассказывал.) А мама с папой сидели на кухне и ссорились. У них это любимое занятие. Мама папу шпыняла, а он ей доказывал, что он – не верблюд. Странно, почему это доказывать-то надо… неужели она сама не видит? Я ей говорила, но она почему-то только смеётся.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.