# Мир внутри меня

Падший Ангел

Каждую ночь – новый мир. Каждое утро – новая тайна.

Сны – не просто грёзы. Это портал в другие реальности, где она – не наблюдатель, а главная героиня. Эти миры стали её отдушиной, её страстью, её второй жизнью.

Всё меняется в одно утро, когда она просыпается, сжимая в руке артефакт. В этот же день она узнаёт о загадочном убийстве известного учёного. В лаборатории жертвы находит детальные чертежи миров, которые видела только она.

Теперь её сны из убежища превращаются в поле боя. Кто-то преследует её по всем вселенным, оставляя одинаковые следы. Единственный, кто предлагает ей помощь – загадочный незнакомец, появляющийся то в кошмарах, то наяву. Можно ли ему доверять, когда его глаза наяву и во сне – совершенно разные?

Почему именно она стала проводником между мирами? Кто охотится за «Сновидящими»? Как отличить настоящую любовь от ловушки, расставленной между двумя реальностями?

Правило сновидений гласит: то, что убито во сне, может не проснуться в реальности.

## Пролог: Открытая дверь

Для Леры засыпать было все равно что делать глубокий вдох перед прыжком в бездонный, сияющий океан. В ее мире не существовало будильников, счетов за коммуналку и тоскливых совещаний. Существовало лишь Предвкушение. Предвкушение той секунды, когда граница между реальностью и сном истончается до состояния прозрачной пленки, и она делала шаг – не в пустоту, а в другой, всегда иной мир.

Она не была наблюдателем, тихой тенью, крадущейся по чужим грезам. Она была участницей, авантюристкой, порой – катализатором событий. Ее тело запомнило свист клинков на венецианских мостах, сотканных из солнечного света; мышцы напрягались при прыжке с башни в городе, вырезанном внутри гигантского аметиста. Она пила вино с оборотнями в тавернах, укрытых вечным снегом, и спорила с богом-вороном в ветвях Древа Миров. Это были не сны. Это были ее приключения, ее личные, завоеванные силой духа вселенные. Она была не лунатиком, а первооткрывательницей.

И, как у любого первооткрывателя, у нее были свои правила. Нерушимые, как она считала. Первое: ничего не брать с собой. Второе: ничего не оставлять там. Все, что происходило по ту сторону, должно было оставаться по ту сторону. Это была плата за билет, и Лера платила ее исправно. До того самого вечера в Аль-Рхане.

Аль-Рхан был городом на облаках. Воздух там был густым и сладким, как сироп, а по небу плыли не птицы, а корабли из полированного дерева с шелковыми парусами. Она гуляла по базару, где торговали запахами, запечатанными в стеклянные ампулы, и заглянула в лавку старьевщика, заваленную хламом тысячелетии. И там, под грудой сломанных механизмов, ее взгляд упал на камень. Небольшой, размером с фалангу пальца, он словно был выточен из осколка северного сияния. Он пульсировал ровным, теплым светом, и, взяв его в ладонь, Лера почувствовала странный покой, разливающийся по венам.

И в этот миг правило, служившее ей верой и правдой, показалось ей глупым и детским. «Почему? – прошептал внутри настойчивый голос. – Почему нельзя взять с собой кусочек чуда? Просто один раз. Просто на память».

Она сжала камень в кулаке, сердце ее колотилось от запретного восторга. Она не просто нарушала правило – она перечеркивала его. Повернувшись, она вышла из лавки и шагнула с края облака в пустоту, как делала это всегда, чтобы проснуться.

Открыв глаза, она лежала в своей постели, и сквозь жалюзи пробивался утренний свет. Первым делом она разжала ладонь. Он был там. Твердый, прохладный, излучающий тот самый неземной свет. Триумф ударил в голову, как крепкое вино. Она СМОГЛА! Она была не просто гостьей. Она была частью этих миров, способной приносить оттуда вещественные доказательства своей отваги. Она положила камень в шкатулку на туалетном столике, чувствуя себя победительницей, королевой двух реальностей.

Эйфория длилась ровно до обеда. За чашкой кофе она машинально листала ленту новостей на телефоне. И замерла. С экрана на нее смотрела фотография улыбающегося мужчины в очках. Ученый, известный доктор Георгий Светлов. Найден мертвым в собственной лаборатории. Убийство. Подробности не разглашаются.

Любопытство – тот самый двигатель, что вел ее через все сновидческие порталы, – заставило ее вбить его имя в поиск. Она нашла его научные статьи, блог, несколько фотографий с конференций. И на одной из них, сделанной, судя по всему, в той самой лаборатории, ее взгляд зацепился за фон. Стеклянная доска, испещренная формулами. И среди них – схематичный, но абсолютно узнаваемый рисунок.

Ее дыхание перехватило. Она увеличила изображение, пальцы дрожали.

На доске был изображен тот самый светящийся камень. Ее камень. А под рисунком стояла подпись: «Ключевой артефакт. Происхождение: сновидческий сектор «Аль-Рхан». Стабильность: 98,7%. Влияние на тета-ритмы…»

Лере стало физически плохо. Мир поплыл перед глазами. Тайные миры, ее сокровенные приключения… кто-то знал о них. Не просто знал, а изучал, каталогизировал, как бабочек под стеклом. Этот человек, этот ученый, дал миру «Аль-Рхан» название и держал в руках схему ее камня. И теперь он был мертв.

Ее приключения в одночасье сменили вектор. Теперь каждый ее шаг в мире снов был не поиском острых ощущений, а ходом в расследовании убийства. Кто еще знал о ее даре? Кто охотился за «Сновидящими»? И самый жуткий вопрос: был ли Георгий Светлов простым исследователем… или он сам открыл дверь, которую она считала только своей? И что, если убийца теперь идет по ее следу, ориентируясь по тому самому светящемуся маячку, что она так глупо принесла в свой мир?

Ее сердце, еще вчера полное восторга, сегодня сжималось от леденящего страха. Она была не королевой двух реальностей. Она была мишенью в игре, правил которой она не знала. Игра уже началась. И выйти из нее было нельзя.

## Глава 1: Бал