Вадим Оришин
Мертвец Его Величества Том 5

Глава 1.

Грохнул стройный залп мушкетов. За ним ещё и ещё. Откуда-то со стороны донеслась артиллерийская канонада. Битва в самом разгаре.

Наблюдаю за происходящим с отстранённым безразличием. Просто отмечаю мысленно, какие из моих «предсказаний», хотя скорее предположений, уже сбылись. И пока могу собой гордиться, Арантир очень умный, Арантир всё правильно предполагал, разве что с временны́ми рамками мог немного не угадать.

Мушкеты стали нормой для континента. Потребовалось «всего» десять лет. Нам буквально неизвестно ни одного государства, ни одной армии, даже не одной наёмничьей ватаги, не вооружённой пороховым оружием. Холодняк ещё не ушёл в прошлое, но постепенно занимал примерно те же ниши, которые занял в мире, откуда я пришёл. Пушки тоже стали относительной нормой, хотя бы пара батарей имелась в любой армии, претендующей на звание именно армии, а не личной дружины местного феодала.

Впрочем, для нашего завоевания такие перемены не только не явились проблемой, наоборот, ускорили процесс во всех смыслах. Сразу по многим причинам.

Во-первых, технологическое преимущество осталось за нами. За долгие годы в Союзе появилось не просто много, а очень много инженеров и мастеров. Настолько много, что их уже не стоило считать поштучно, а сразу называть процент от общего населения. Это как бы до… Много, в общем. Чудовищно много в реалиях средневековья. Поэтому технический прогресс, что десяток лет назад на заре Союза хоть и шёл, но регулярно хромал, спотыкался и тормозил, наконец поехал. Процесс, который я годами подталкивал своими силами, поехал сам. Я больше не впрягался собственных хребтом, нет, оседлал и направлял. В Союзе два десятка оружейных заводов, занимающихся только созданием винтовок, и почти все занимаются самостоятельной разработкой своих образцов. Именно винтовок, унитарный патрон мы, с нюансами и кучей технических проблем, но сделали. А вместе с ним и магазинные винтовки. Пока только пятизарядные с продольно-скользящим затвором. Сделали, в смысле опытный образец. Были и другие «новинки», новые снаряды с довольно надёжным, при этом простым ударным взрывателем. Пушки новые. Паровой двигатель нового образца, уже не требующий бригады инженеров для ежедневного обслуживания. Хоть был и нюанс, несколько омрачавший картину.

Во-вторых, помимо технологического преимущества мы имели преимущество общественно-политическое. В том смысле, что если нам требовался замок в месте, где его не было, мы его строили. Если требовалось переселить город, мы его переселяли. Мало того что у Союза было в целом достаточное количество ресурсов, так ещё этими ресурсами мы свободно пользовались, без проволочек с необходимостью убеждать каждого местного феодала. Порой смотрю на соседей и диву даюсь, какие у них возникают проблемы на ровном месте.

Экспансия шла. Построенные за последние годы академии госслужбы стабильно давали кадры, новые территории ассимилировались, где быстрее, где медленнее. Однако с одной глобальной проблемой мы всё же столкнулись.

Пальба пошла на убыль, в битве наступил перелом. Для меня, как и для Альта, лича, командовавшего на этом участке границы, победы была очевидна. Для нашего противника, видимо, нет. Ну а что? Численное превосходство у них. Нежить в наших войсках только строевая, батальон гарнизонной службы, а это треть войска, остальные, формально, ополченцы. Там, правда, такие ополченцы, что в другой армии сойдут за гвардию, но это нюансы. Пушек мало, всего батарея, а у врага целых пять. Но дьявол кроется в деталях.

Мушкеты у нас на порядок лучше. Да, всё ещё мушкеты, винтовки пока в таких количествах, чтобы закрыть границу, мы не производим. Но у нас буквально лучшее, максимум, что можно выжать из оружия, не использующего унитарный патрон. Выверенная конструкция, качество материалов, качество сборки. Отличный порох, хорошие пули. Из наших мушкетов можно вести прицельную стрельбу, а не только в строй с сотни шагов и куда бог пошлёт. Да и скорострельность, благодаря конструкции, заметно выше. С пушками всё то же самое: качество, материалы. Но главное, в общем-то, это снаряды. У нас есть нормальные фугасы, и только у нас. Все вокруг стреляют ядрами и, реже, бомбами. А у нас фугас. Корпус кованый, для создания осколков, внутри заряд взрывчатки. Взрывчатка обжимает полую трубку с отверстиями. В задней части трубки – шарик, удерживаемые мягкими язычками. К шарику прикреплён запал, скрученный в днище снаряда, изолированный от взрывчатки. При выстреле шарик остаётся на месте, а запал загорается. При ударе шарик, благодаря инерции, пролетает по трубке до носа снаряда, вытягивая запал. Запал попадает в полую трубку с отверстиями, пламя зажигает взрывчатку. Чаще всего снаряд, попадая даже в не защищённого доспехом человека, успевает взорваться, не долетая до земли. Так что батарея у нас была одна, но противника это не спасло.

Всё бы хорошо, но мы упёрлись. Когда я только начал что-то строить и производить, это был условный тир первый, уровень технологий, мало отличающийся от того, что было до меня. С созданием Союза мы вышли на тир второй, шагнув на ступеньку выше всех вокруг. Технологии для выхода на условный тир третий у нас были. У нас не было ресурсов.

Винтовки, с нормальными стволами и нормальной механикой, унитарные патроны и гильзы к ним, новые паровые двигатели, на порядок более технологичные, чем используемые сейчас, новые станки, новое всё требовало не только банальной стали. Марганец, сера, фосфор, кремний, хром, никель, вольфрам, молибден, ванадий, кобальт, алюминий, титан, церий, неодим, цезий, лантан. Из всего этого списка у нас имелись только марганец, сера, фосфор и кремний, но в ничтожных, по масштабам всего Союза, количествах. Получение других материалов мы только осваивали. Три года уже осваиваем, в этом году должны закончить лабораторный способ получения хрома, никеля и кобальта. Есть лабораторный метод получения алюминия, но там проблемы с электричеством. А ведь там ещё водород и азот потребуются, с ними вообще всё очень сложно.

Гномы продолжают попытки получить требуемое качество стали на текущем уровне технологий, но не выходит. Либо слишком хрупко, либо слишком жёстко, либо нет устойчивости к перепадам температуры. Механизмы винтовок раскалываются, стираются, заедают. Не сразу, но несколько сотен выстрелов – это несерьёзно. Да и после первого десятка повреждения сказываются на работе механизмов, вплоть до возможности взорваться. А паровики нового поколения так и вовсе критически требовательные к материалам.

По этой причине я сегодня оказался здесь, на границе Союза, очень далеко от столицы. Здесь в горах нашли богатые руды. Мнение и интересы местных, само собой, нас не волновали совершенно, хотя сначала мы попытались банально купить землю. Нам отказали. Можно было попробовать разные методы, дипломатия, торг, шпионаж, но зачем? Пришли и заняли интересовавший нас хребет, начав «спешное» по меркам окружающих, и вполне стандартное по нашим меркам возведение укреплений, стен, фортов и основной крепости. Ну и железную дорогу тянули, куда же без неё. А пока всё это строилось, геологи ковыряли камни, оценивая масштаб месторождения.

И вот в один прекрасный солнечный день к нам пожаловали незваные гости, которых сейчас добивали драгуны. Кавалерии у нас было не слишком много, и в лобовые атаки всадников бросали редко, банально незачем. А вот добивать разбитого и морально уничтоженного противника – самое то.

Когда с разгромом было покончено, пленных командиров доставили в наш лагерь. Битва проходила не под стенами (всё равно недостроенным), а в нескольких километрах от наших укреплений. И место лучше подходит, и рабочие в безопасности. Из шести человек я не без труда, но всё же узнал только одного, высокого, плечистого мужчину в тёмном доспехе. Мода у местных такая, железо обрабатывать, создавая матово-чёрный цвет вместо блеска полированной стали.

– Какие люди! – салютую мужчине кубком. – Проходи, присаживайся, налей вина. Перед смертью, конечно, не напьёшься и не отдохнёшь, но всяко приятнее.

Король Рихард. Нет. Райнхард. Человек, о существовании которого я узнал буквально на днях. Король Райнхард смотрел на меня мрачно, но от предложения не отказался, пройдя до стола. Палатка была достаточно большой, стол тоже не скромный, так что я дозволительно кивнул и остальным.

– Не стесняйтесь, господа, располагайтесь. Что вы такие мрачные?

– Избавьте нас от своего отвратительного юмора, – ответил Райнхард.

– Придётся потерпеть, Ваше Величество, – улыбаюсь я, делая глоток вина. – Кому принадлежала светлая мысль попробовать нас на прочность?

Молчат, партизаны.

– Можете не отвечать, – сопровождаю дозволение взмахом руки. – Я сейчас найду труп одного из ваших товарищей и подниму нежитью. Он мне всё и расскажет. А заодно и послужит сотню другую лет.

Ожидаемо мысль об осквернении покоя мёртвых не оставила людей безразличными.

– Это было общее решение, принятое на совете, – прояснил ситуацию Райнхард. – Гарнизон не выглядел многочисленным, у нас был шанс.

– Нет, не было, – отрицательно качаю головой. – Даже разбить гарнизон, в чём вы убедились. Да даже если бы справились, вы как с Союзом воевать собирались? У нас одной кавалерии больше, чем всё население вашего королевства. А кавалерия у нас – сугубо второстепенное воинство, малочисленное, если откровенно.

Король надулся как мышь на крупу.

– Это наша земля. Наш долг обязывает нас драться за неё. Выбирая между гибелью с честью и жизнью в бесчестии…

– Да, да, да, – перебил я Райнхарда. – Слышал много раз. Честь. Забавное слово. Честь…

Произношу слово медленно, будто пробуя на вкус.

– Вам она явно не знакома, – проворчал король.

Смеюсь над их наивностью. Смеюсь в лицо, ничего не скрывая.

– О, у меня есть что сказать о чести. Видишь ли, Райнхард, нам нужна эта гора. Нужны её недра. И, придя сюда, мы не скрывались, не обманывали и не юлили, прямо сказав, что нам нужен этот горный хребет.

– Это священная земля! – выкрикнул один из мужчин.

Отмахиваюсь.

– Да, да. Мы нашли захоронение ваших предков.

– Если ты посмел хоть что-то… – начал король.

– Что ты мне сделаешь? – вопросительно поднимаю бровь.

Молчит.

– Ага, молчи и слушай, король. Захоронения мы нашли. Души давно отправились дальше, а останки давно истлели и непригодны для некромантии. Мы готовы были купить эту землю… – насмешливо улыбаюсь. – Но торг – это слишком низко для вас, правда? Люди чести. А что в итоге, люди чести? Ваша земля потеряла защитников. И знайте, я ответного похода проводить не буду. Не мы заберём ваши земли, это сделают ваши соседи.

Сколько интересных эмоций отразилось на их лицах, загляденье. Мы-то цивилизованные, у нас завоевание исключительно гуманное, никого не грабят, никого не убивают, красота. Местным элитам предлагают встроиться в систему, пусть с некоторым поражением в правах, но всё равно на руководящие должности. А местные такую гуманность не проявят.

– Из-за своей чести погибнете вы, погибнут ваши семьи, погибнут ваши подданные. Смерть, смерть и смерть. А могли бы многое получить, если бы пошли на сотрудничество. Получается, честь ваша не стоит и медяка.

– Делай, что должен, живой мертвец, – мрачно ответил мне король.

Что должен, да?

– Альт!

В палатке показывается лич.

– Всех пленных выпороть, но чтобы без травм и смертей, а потом выставить из лагеря. Как закончите – сворачивай лагерь и возвращай всех на свои места.

Возмущения не слушаю. Райнхард для меня – дворовой хулиган. Серьёзно наказывать не за что, просто отпускать несправедливо. С прагматической точки зрения он нужен мне живым и свободным, чтобы не разбираться с теми, кто придёт ему на смену. Впрочем, даже эти соображения так, мелочи. У нас на расстоянии двухнедельного перехода армейский корпус стоит в своей цитадели. Ультимативное оружие в местных реалиях. Так что причина, по которой Райнхард выжил – он действительно человек чести. Местами наивный, местами бесхитростный, но честный. Пусть живёт.

Глава 2.

Через проекцию я присутствовал на заседании Государственного совета. Это был не узкий круг советников, а натуральное собрание Думы. В какой-то момент всем стало очевидно, что прямое управление при таком масштабе государства уже становится невозможным. Привычный для местных путь – создание провинций, в которых будет рулить ставленник. Классическая феодальная схема, когда отдалённые земли становятся скорее государствами-сателлитами, чем полноценной частью единого целого.

Я предложил другой вариант. Союз был условно разбит на провинции, в текущем моменте аж на тринадцать. Разбивка проводилась без оглядки на старые государственные границы, нас больше волновало экономическое единство территорий. Провинции разбивались на области. Области на районы, в районах имелись населённые пункты. В каждом населённом пункте свой совет, решавший чисто местные вопросы, по сути – местное самоуправление, хоть и обязанное оглядываться на указы «сверху». Каждый местный совет выбирал двух представителей из своих рядов для формирования районного совета, решавшего проблемы уже на уровне района. Районный совет отправлял представителей в областной, областной в провинциальный, провинциальный в государственный. Простая иерархия. Были нюансы, в крупных городах могло быть больше одного совета, например, когда город занимал два берега реки. Свои советы имели крупные предприятия, по очевидным причинам.

Государственный совет собирался раз в полгода неполным составом. В том смысле, что от каждой провинции ехал только один представитель, а не оба сразу. Чисто решить текучку. Полностью Государственный совет собирали всего два раза и планировали делать это только по важным ситуациям.

И ГосСовет не был формальным органом, нет. Депутаты ГосСовета имели вполне реальную власть, вписавшись в политическую систему Союза, выступая лишь на один уровень ниже, чем министры. А председатель ГосСовета был как раз равен министрам. Учитывая, что выше министров (формировавших уже Совет министров) оставался только я… А я стал фигурой… Как бы мягко выразиться? Формальной? Нет, власть у меня как раз была во всей полноте. Настолько абсолютная, что никаким монархам моего мира и не снилось. Только я самоустранился, потому что механизм и сам работал.

Никакого волшебства в этом не было, просто Союз имел чудовищную экономическую, политическую и военную мощь. Никаких конкурентов на материке просто не осталось. Даже если весь остальной материк объединится против нас (что по многим причинам невозможно без какого-нибудь божественного вмешательства), это будет всего лишь «сложная ситуация», возможно, даже близкая к «критической», но вообще ни разу не катастрофа. Сейчас же масштабных проблем банально не имелось на горизонте. Как там говорил один якобы умный политик в том мире? Дайте мне двадцать лет? Ну так у нас эти самые двадцать, тридцать, даже пятьдесят лет были. Ввиду отсутствия конкурентов.

Голод побеждён. С болезнями боремся, с переменным успехом, но крупных эпидемий за эти десять лет так и не произошло. Дальнейшее развитие пока встало, но мы ещё текущим уровнем благ не всех обеспечили, и ещё лет пять не обеспечим, хотя и очень стараемся. Даже проблема карьеристов, ставящих свою любовь к власти (или к деньгам) выше долга, не выходит за уровень мелкой неприятности. Депутатской неприкосновенности у нас нет, касты бюрократов, прячущих под ворохом бумажек свои делишки, также нет. Наоборот, с бюрократизмом борются, даже относительно успешно. На уровне районов депутату из какого-нибудь села достаточно просто явиться в областной совет и сказать, что есть некая проблема. И никто не подумает отправить человека писать какие-то бумажки. На более высоких уровнях, понятно, построже, там объёмы ресурсов уже другого порядка, но и там действует правило: «делай, бумаги задним числом оформим, под мою ответственность». Есть опасность сделать неправильно, не по злому умыслу, а из-за спешки, но у нас земля не горит под ногами, жёстких сроков никто никому не ставит, так что головотяпство существует в минимальном объёме.

Ну и регулярные профилактические проверки от принципиально неподкупных личей. Люблю нежить. Лич, теоретически, может предать, но это чисто теоретически существующая ситуация. Потому что подкупить, шантажировать, угрожать личу банально нечем. Поскольку само мышление нежити несколько отличается от чисто человеческого, ни одному чиновнику физически не придумать, что можно предложить мертвецу, чтобы заинтересовать.

Идиллия. Так хорошо, что даже скучно. Чувствую себя читером, уже завоевавшим бо́льшую часть доступной карты и размышлявшим, стоит ли «закрасить» последние участки, или наплевать и считать себя победителем.

Взгляд выхватил среди присутствующих Спараса, в прошлом мага Серой Цитадели. Моя пламенная речь, сказанная когда-то Агфас, имела вполне реальные последствия, да такие, на которые я не рассчитывал, хотя и надеялся. Маги передрались между собой. Без дураков, Агфас собрала всех наиболее адекватных, что-то там затевала, но не успела, среагировали остальные. Короткая и кровопролитная война внутри Цитадели, и выжившие (из обоих лагерей) открыли ворота и сдались нам на милость. К счастью, вся верхушка магов была перебита. К счастью, потому что они бодро пополнили ряды личей, расширяя возможности нашей нежити. А некоторые так и вовсе стали фуриями.

Заседание закончилось, цели на следующие полгода намечены. Сейчас делегаты пойдут договариваться между собой о решении различных «мелких» вопросов. Сколько мороки было наладить вертикальное и горизонтальное взаимодействие, чтобы какой-нибудь чиновник, отвечавший за, допустим, продовольствие, мог подойти к чиновнику по строительному ведомству, или там по железнодорожному, и, изложив свои проблемы, не был послан с формулировкой: «у нас своё начальство, у вас своё, по своему ведомству и разбирайтесь». Вроде наладили, хотя совершенствовать систему все же продолжали.

После заседания меня нашёл Хаарт.

– Есть дело. Тебя это заинтересует.

И, не дожидаясь моего ответа, двинулся по коридору. Некоторые вещи не меняются.

– Мне даже не надо применять свою силу и напрямую спрашивать у личей и другой нежити, чтобы понять, что произошло. Вы закончили перевод очередного манускрипта древних магов и что-то там нашли.

Хаарт даже не обернулся.

– Лучше.

Шутник, ага.

Рассеиваю проекцию и создаю в другом месте, где чувствую наивысшую концентрацию магов. Оказываясь в одном из больших магических залов, замираю, глядя на продолжающуюся работу. И, когда входит Хаарт, признаю:

– Ты прав, это интересно.

В центре залы заканчивали возведение стационарного телепорта. Ну, или «алтаря телепортации», «алтаря переноса» и десяток других названий, в зависимости от перевода. Суть едина – это портал. Из всех исследований, основанных на материалах по древним магам, прорыва я меньше всего ожидал именно в этом направлении.

О том, что маги древности активно ими пользовались, мы знали давно, ещё при расшифровке материалов с первых раскопок нашли достаточно материалов и упоминаний. Только общая информация о порталах не давала возможности их воссоздать. Долгое время… Хм, долгое время, да почти все эти десять лет мы считали, что порталы воссоздать не получится, банально магия теперь иная и такие трюки просто невозможны. А затем откопали очередные руины и нашли там сам портал, целый, не повреждённый. Вместе с ним нашлась и литература. Похоже, один из магов осваивал порталы, или занимался установкой стационарных алтарей, из текста не совсем понятно.

Постепенно расшифровывая записи, мои маги высказали робкую надежду, что портал всё же удастся воссоздать. Точки концентрации силы изменились, и сейчас лучшим местом была цитадель «Предельная», по многим причинам, но в первую очередь из-за эманаций смерти, конечно же. Я высказывал сомнения, что смерть для порталов не очень, наверное, но… Скажем так, с нюансами. Для живых существ портал, запитанный на магии смерти, действительно опасен, вероятно, смертельно, а вот для нежити – самое то.

Там вообще вылезла масса нюансов, связанных с изменениями в магических школах… Кого я обманываю, магия рухнула и была построена заново, так что подходы отличались концептуально, отчего в некоторых моментах даже у меня чесались мозги, когда помогал остальным. И вот, портал собран и даже в закрытом состоянии я (через проекцию, сильно урезающую чувствительность) замечаю необычные потоки магии.

– Портал работает, – заговорил стоявший рядом Хаарт. – Я отправлял туда духа разведчика. Судя по отклику – выход находится за пределами нашего континента.

Нам достался портал с заранее настроенной фокусировкой точки выхода. Чтобы точку выхода перенастроить, надо разобраться с системой координат, а для этого необходимо много чего, в идеале – несколько работающих порталов и возможность собрать данные об их работе. Без стационарного приёмника на той стороне портал превращается в односторонний, да ещё и с «плавающей» точкой выхода, скорее даже пятном, радиусом в несколько десятков километров. Методом тыка портал не настроить, не прикрутили древние к нему пульт управления, где повертел крутилку, и точка выхода сместилась на несколько километров в нужную сторону.

– Что на той стороне?

Ответ не обрадовал.

– Неизвестно. Слишком большое расстояние. Всё, что приходило от разведчика – там есть земля и, вроде как, деревья и скалы.

– То есть это могут быть как живые деревья, так и сухие стволы посреди пепелища, – оценил я разброс вероятностей.

– Да. Есть ещё проблема. Даже отправка духа требует серьёзных затрат энергии. Мы не сможем отправить большой отряд.

Большой отряд и не нужен, только небольшая группа для разведки. Такая, чтобы смогла установить обелиск и обеспечить хотя бы подобие связи. Большие расстояния и на обелиски влияют, всё же требуется пробить не пустое пространство, а мир, наполненный текучими энергиями.

– Большой и не требуется. Нужна разведка, авангард, который оценит, стоит ли вообще тратить время и ресурсы на освоение другого материка.

Очевидно, в отряде нужны личи, что смогут возвести обелиск. Но личи уязвимы без свиты. Да, с небольшим отрядом обычных людей лич справится, потому что люди просто не смогут нанести мертвецу заметный урон, но если у противника будет маг, или хотя бы гранаты, и исход предрешён. К тому же лич – нежить, и не может спрятаться свою природу, так что и замаскироваться не выйдет. Вампиры в этом смысле лучше, и сами по себе бойцы, и могут выдавать себя за человека. Только не могут поднять обелиск. А отправлять смешанную группу – не факт, что не разбросает. Из высшей самостоятельной нежити остаются только фурии, но они тоже не поднимают обелисков. К тому же фурии требуют подпитки и, когда выдохнуться, просто потеряют физические оболочки. Будут долго и печально плыть в нематериальном теле в направлении дома, на что уйдут, возможно, годы. А скорее десятки лет.

– А поддержать портал своей силой, чтобы он был стабильней, и группа прошла кучно? – спрашиваю, уже зная, что буду делать.

– Можно, но личей с таким запасом силы четверо.

– Пятеро, – улыбаюсь. – У меня есть идея, и вам она не понравится.

Глава 3.

Портал горел серо-фиолетовым маревом. Визуально не представлял ничего особенного, а вот в плане восприятия магии всё ощущалось намного интереснее. На первый взгляд казалось, что стоишь рядом с чёрной дырой, всасывающей всё вокруг без остатка. Однако магия в окружающем пространстве не исчезала, то есть она одновременно уходила в портал и не исчезала. Парадокс. Если же подняться (или опуститься) до тонких и глубоких манипуляций, портал постоянно касался всего вокруг едва заметными нитями. Настолько неосязаемыми, что ползущий по стоптанной до мозоли пятке комар был более заметен, чем эти нити. А ещё портал постоянно посылал в мир импульсы, как эхолот, и явно считывал отклик. И это ещё не всё.

– Мы готовы, – обрадовал Хаарт.

Я поступил, как тиран и самодур. Собрал ближних и объявил, что пройду порталом, взяв с собой пяток фурий, пару личей и нескольких вампиров. Рассеяв проекцию, вернулся в своё тело. Мне ещё предстояло в Предельный возвращаться, а путешествие на тысячу километров железной дорогой даже в том мире могло не меньше суток занять, если с остановками. Мне же предстояло ехать неделю, если нигде не сломаемся.

Когда прибыл, меня, само собой, ругали и отговаривали. В основном женщины, мужчины почему-то мою авантюру восприняли как должное. Не иначе из мужской солидарности. Поспорили, поспорили, да и признали, что, кроме меня, со всем спектром задач может справиться только Хаарт, но он-то как раз, в отличие от меня, очень важный и нужный винтик в государственном механизме. Некоторые сентиментальные личности пытались давить на детей… Да, их у меня появилось трое, два парня и девочка. Однако родитель я пусть в целом хороший, но не любящий. Дети никаких струн в моей мёртвой душе не задевали. Я со всей ответственностью подошёл к воспитанию потомства, тем более что у двоих старших (кто бы сомневался) уже прорезались магические способности, и младший тоже имел все шансы стать магом, но любви между нами не было. Дети это ощущали и ко мне совершенно не тянулись. Хорошо ещё, что не боялись. Вон, даже по имени не называю, настолько незначительно их присутствие в моей нежизни.

И вот мы вдесятером, Я, Ежелин и ещё четыре фурии, два лича и два вампира, готовились отправиться в новый мир. В смысле, на другой континент, но в текущих реалиях разница не слишком велика.

– Поехали.

Толкаю свою силу в портал, чтобы стабилизировать пролом пространства. Магия тут же начинает обволакивать меня, а затем и моих спутников. Портал – это не дверь, не тоннель и даже не… Не знаю что. Перенос больше напоминает удар молнии. Импульс энергии должен ударить в нас, свернуть до материальной точки, проломить пространство, выбросив нас-точку в зоне выхода, и снова развернуть. В этом смысле получалось, что портал больше напоминал ретранслятор из вселенной массового эффекта, потому и назывался телепорт. Ну да с практической точки зрения это всё малозначимые нюансы.

Толкаю в портал необходимое количество энергии, запуская процесс.

– Один маленький шаг для человека…

Делаю шаг, испытывая на себе эффект сворачивающегося пространства. Ощущения, когда твоё тело сминают в плоский лист, скатывают трубочкой, трубочку снова плющат, затем снова сматывают, и так сотню раз, пока ты не становишься точкой, непередаваемы. Само движение ощущается странно медленным, как полёт через кисель. Возможно, это продиктовано отсутствием физических явлений, движение сопровождающих. Ни тебе инерции, ни сопротивления воздуха, ничего. Почувствуй себя фотоном, называется. Ещё и чувство времени сбоит.

А затем материальную точку начинает раскручивать обратно. Как будто на сеанс к костоправу сходил. Пятьдесят раз подряд. Ещё и костоправ такой попался, творческий, очень любящий своё дело. Есть состояние, когда всё тело чувствуется таким, будто ты его отлежал. Здесь с точностью до наоборот, каждая косточка в теле решила стать олимпийским чемпионом, пошла в ближайшую тренажёрку и устроила себе силовую.

– И большой шаг на голову тому, кто создал телепорты, я бы сделал, – выдыхаю, покачиваясь и прикладываю все силы, чтобы не упасть.

Стошнить не стошнит, физиология не та, но вестибулярный аппарат сказал: «мои полномочия всё» и вышел из чата. Предатель. Минут двадцать я точно простоял, прежде чем пришёл в себя. Выпрямился, огляделся.

Деревья, трава. Ничего, что выбивалось бы из привычной картины мира. Враждебной флоры и фауны не обнаружено, никто прямо здесь и сейчас нас убить и сожрать не пытается. Хорошо. Провожу ревизию своей группы. Мысленно рассчитываю «на первый-второй». Все на месте. Нет, нас слегка раскидало, пока я договаривался с вестибуляркой, те, кто отлетел подальше от общей группы, успели подойти. Разброс в километр можно считать отличным результатом, учитывая, что прыгнули мы на пару десятков тысяч километров точно, а то и больше. Как там говорил самый лучший пилот? Прыгнул через полгалактики и попал в цель меньше спичечной головки?

– Ежелин, осмотритесь.

Фигура в чёрном балахоне, под которым прятались воронёные доспехи особой конструкции, кивнула под капюшоном.

– Приступаем… – прошелестела фурия потусторонним голосом.

Пять фигур бросились в разных направлениях. Вампирша, Ванесса, окинула ближайшие деревья оценивающим взглядом. Прикидывала, похоже, сможет ли взобраться на вершину и осмотреться. Я же обратился к личам.

– Оставьте метку-ориентир.

Всё равно надо ждать, пока фурии вернутся, а за это время личи успеют создать некро-постройку. Безобидную, просто отметка в земле, что-то типа: «здесь был Арантир». Ориентир, чтобы я смог найти, где вывалился из портала. Или, если из дома отправят ещё кого-нибудь, чтобы было понятно, где приземлились мы.

Ни разведка фурий, ни работа личей много времени не заняли. Фурии сообщили, что разумной жизни в округе нет. Есть полуразумная. В холмах неподалёку Ежелин нашла пещеру, в которой обитали серокожие коротышки. Других следов цивилизации вокруг не обнаружили. Призвал призраков и повторил приказ, отданный фуриям. Только теперь охват стал больше.

– Не, к коротышкам мы не пойдём, – решаю, прикидывая варианты. – Мы, как шакал Табаки, пойдём на север.

Компания наша, по возможности, была замаскирована. На фуриях балахоны, что сойдут за дорожные плащи. На вампирах кожанки, вполне способные носить гордый титул «лёгких доспехов». Личи в мантиях и с масками, закрывающими лица. Если не присматриваться, то и не скажешь, что нежить.

Не знаю, кому нравятся прогулки через лес, у меня сие действие энтузиазма и щенячьего восторга не вызывало. Буреломы, овраги, торчащие корни, заросли кустов. Личи забили на конспирацию и просто парили над землёй. Фурии двигались в призрачной форме. Страданиям предавались только я и вампиры, хорошо ещё, что усталость нам не грозила.

Ближе к вечеру сразу два призрака сообщили о найденном поселении. Посмотрел их глазами. Призраки нашли форт, или нечто подобное. Деревянный частокол, несколько башенок, закрытых от стрел. Размер форта невелик, где-то двадцать пять на двадцать пять метров. Вокруг форта вырубка, образовавшая десяток метров чистого поля, явно часть защиты. Только рва почему-то нет.

На одной из башенок рассмотрел гуманоида, расовую принадлежность которого не сразу сумел интерпретировать. Голова, две ноги, две руки. И перья. И клюв вместо рта. Антропоморфные птицы? Судя по кольчуге и арбалету в руках (рукокрыльях?), существо вполне разумно. Но возникает закономерный вопрос: как оно отреагирует на человека?

Впрочем, до заката мы до них дойти всё равно не успеем. И пусть нам спать не требовалось, но выходить ночью на укрепление, имеющее явно военное предназначение, не стоит. Лучше провести аккуратную разведку.

Ночью, остановившись на почтительном расстоянии от форта, отправил внутрь пару фурий. Ежелин вызвалась добровольцем. Двигаясь под землёй, разведчики проникли за стену и заглянули во все строения, бревенчатые, с дощатыми крышами. Казармы и склад нас особо не интересовали, хотя и туда заглянули. Посмотрели на оружие и доспехи. Качественное (относительно, само собой) железо, мечи, арбалеты. Мечи отчётливо фонили магией, но какой – не разобрал. Что-то стихийное, но тонкое, надо в руках держать, чтобы точно сказать. Куда больше интереса привлекла другая постройка. Открытый фасад с большой общей комнатой, имеющей костёр посредине. Прямо в полу сделано углубление, выложенное камнями. Есть несколько комнат, или даже кабинетов, выходивших в общий холл. Мне требовались документы. Вопрос языка и письменности. У меня-то есть способность понимать любую речь, но это не касалось моих спутников. Впрочем, у вампиров был свой метод, позволявший «научиться» языку жертвы.

Бумаги найти труда не составило. Иероглифическое письмо. Возникла заминка. Я, глядя на текст глазами Ежелин, понимал отдельные иероглифы, но не сразу разобрался, в каком порядке их читать. Оказалось – по три столбиком, сверху вниз. Столбик образовывал слово, или слово с предлогом. Читались такие столбики справа налево. Правда, беглое ознакомление с документом практически ничего не дало. Пришёл, ушёл, принёс, донёс. Чтобы разобраться, что здесь происходит, потребуется за этими бумагами посидеть, причём пару часиков точно. Пока воздержусь. Все воины в форте были из этих птица-человеков, предположительно – мужчины. Один из фурий застал местного за посещение отхожего места, подсмотрел. Вроде тот больше на мужчину похож был.

Вернул фурий и дал отмашку продолжать движение в обход форта, от которого дальше на север шла грунтовая дорога. Вот вдоль неё и двинулись, а призраки летели впереди, проводя разведку. Было немного странно видеть дорогу через дикий лес. Найти этому объяснение я могу без труда. Например, мы на границе, а прошли мы пограничный форт. Только граница с чем? Как в Предельном? Граница освоенных земель? Допустим. А дорога, значит, линия снабжения? Тогда она длинная и безопасно по ней пройти можно только с отрядом, что не очень хорошо.

Призраки нашли реку, относительно широкую, вплавь так просто и не перебраться, и ещё один форт. Хотя скорее небольшую крепость, занявшую оба берега. На этом берегу передовое укрепление, опять же, частокол и деревянные постройки. Хороший широкий мост на другой берег, где раскинулась основная часть укреплений. Даже каменная постройка в центре имелась. И здесь тоже птица-люди, форма (если так уместно выразиться про относительно однотипную одежду, в которую обязательно входила кольчуга) и оружие совпадают.

Светало, и мы заняли овраг вне видимости стен. Здесь я немного задержусь и посмотрю на местных, как и чем они живут.

Глава 4.

День наблюдения прояснил некоторые моменты, но в то же время оставил множество вопросов.

Во-первых, есть подозрение, что у этих птица-людей сформировалось кастовое общество. Уверенности нет, потому что это внезапно даже при кастовом обществе касты каждый день в любом разговоре не обсуждают. Просто разные касты живут друг от друга несколько обособленно, а в некоторых случаях даже изолированно.

Например, на той стороне реки нашлись возделываемые поля, на которых работали те самые серокожие коротышки, что при свете дня вызвали у меня ассоциацию с гоблинами. Кривые уши, большие длинные носы, в общем, не самые привлекательные ребята. Если гоблины в пещере, которых мы нашли вчера, были чистыми дикарями, то здешние… Были всё ещё дикарями, но с налётом цивилизации. Они носили одежду и пользовались инструментом, но в быту… Нда. Как самое заметное: какие-то личинки и гусеницы на завтрак и обед, причём в сыром виде. Огонь вообще не использовался.

Люди и некоторое количество гномов стояли явно повыше чернорабочих. Помимо гоблинов, здесь ещё были… Хм. Назовём их, орки. Зеленокожие, ниже людей, но выше гномов, и тоже диковаты. Как и гоблины, орки были чернорабочими. Грузчики и носильщики в основном. Что орки, что гоблины при появлении рядом гуманоидных птиц сразу пригибались, чтобы казаться меньше, и стремились убраться подальше, ни в коем случае не переступая дорогу и вообще стараясь не обращать на себя внимания. Что люди, что гномы с птицами говорили нормально, может, не на равных, но и не как слуги перед хозяевами.

Птицы только на роли военных, но какой-то особенной привилегированности за ним нет. За стенами города есть компостная яма, куда сбрасывали тела умерших от тяжёлой работы гоблинов. Так вот, в ту же яму отправились и два трупа птицов. Гнить, чтобы стать удобрением на полях.

Наконец, были эльфы, но мало, насчитали всего пятерых за целый день. Все – мужчины, все в чём-то наподобие мантии. Я бы сказал, что они в иерархии выше всех остальных. От этих гоблины натурально разбегались в священном ужасе, а орки покрывались холодным потом и натурально тряслись. Однако эльфы общались с птицами и людьми. Было заметно, что остроухим относятся, как к начальству, плюс были явные культурные маркеры. В присутствии эльфов никто не сидел, никто не ел, не разговаривал громко. Какой-то агрессии по отношению к остроухим мы не заметили, но демонстрируемое выработанное почтение явно заколочено в спины палками. В общем, ситуация не прояснилась, став ещё запутаннее.

Во-вторых, это не просто какая-то граница. Ремесленники активно трудились, правя испорченные доспехи и оружие. Посмотрели мы на эти доспехи, а несколько клинков фурии просто уволокли для изучения. На кольчугах есть рваные дыры, явно от когтей или клыков. Следы, напоминающие кислоту, как на доспехах, так и на оружии. С кем они здесь сражаются? С ксеноморфами?

При этом никакой системы оповещения я не нашёл. Никаких сигнальных огней. Может, магия? И, что важно, ни следов активных боёв, ни гор трупов под стенами нет. Откуда берутся убитые и раненые? Ответа за прошедший день я не увидел. Возможно, если подождать ещё день или несколько, что-нибудь прояснится, да и у местных можно будет что-нибудь услышать, но по совокупности факторов я решил продолжить движение.

Форсировали реку мы в стороне от крепости, не испытав особых затруднений. Какой-либо магии я не заметил, так что река, несмотря на ширину и относительно быстрое течение, не выглядела непреодолимой преградой.

Стоило отойти от неё на десяток километров, как начали попадаться первые поселения, а у нас появились некоторые трудности с передвижением из-за охотников. Убивать местных я пока не хотел, приходилось скрываться. Это не было сложностью как таковой, но несколько замедляло движение. Охотниками почти поголовно были люди, изредка встречались эльфы. На полях трудились гоблины, а орки выступали грузчиками и носильщиками. Однако погонщиков я пока так и не увидел, да и птицев здесь уже не попадалось. То есть совсем, ни одного не встретили, если не считать военный отряд, шедший по дороге явно в сторону крепости, но мирных жителей – ни одного.

Сами мы двигались подальше от дороги, за транспортной артерией я наблюдал через призрака. Ближе к полудню увидел некий караван: десяток телег, шедших одной колонной. В охране птицы, в остальном – люди. Зародилось стойкое желание умыкнуть одного местного и обратить в вампира, чтобы и рассказал нам о местных реалиях, и с инфильтрацией помог, а то наши аристократические человеческие морды будут среди местных сильно выделяться.

В таком темпе прошло несколько дней, пока мы не добрались до города. И пришлось остановиться на почтительном расстоянии, по сути рассматривая издалека. Сам город был обнесён стеной, хоть и относительно скромной, метров пять, с редкими башнями. Вокруг стены раскинулись обширные пригороды, именно во множественном числе, потому что реально обширные, как бы не в несколько раз больше самого «города». И если отступить от средневекового принципа: «город» – это то, что «огорожено» стеной, то получался ограждённый стеной центральный район, и остальной город вокруг.

Состав жителей несколько отличался от того, что мы видели раньше. Гоблинов и орков здесь не было видно вовсе, а работу орков выполняли… Их более крупные собратья. Кожа посветлее, мышцы покрупнее, да и на головах не морды с лёгким ненавязчивым налётом интеллекта, а вполне лица. И хотя было заметно, что эти орки на низшем положении, от остальных они уже не разбегались в ужасе. «Всего лишь» всячески выражали почтение и услужливость. Людей и гномов было заметно побольше, ну так город же, в основном тут жили ремесленники. Птицы всё так же исполняли роль военных, но здесь появились и другие военнообязанные, и их я бы назвал драконийцами. Антропоморфные прямоходящие рукокрылые ящерицы на голову превосходили немаленьких птицев, часто выполняли роль офицеров, были и небольшие отряды, состоявшие из них. Несмотря на звериные морды, с интеллектом у них тоже всё явно было в порядке. Причём гражданских птиц и драконийцев мы так и не заметили. Зато появились гражданские эльфы. Немного, но положение у них было сродни аристократическому, все вокруг выражали им почтение, но прям вытягиваться в струнку с готовностью выполнять любой чих не проявляли. Были и эльфы-маги, эти уже что-то приказывали и руководили некоторыми работами, однако даже с ними городские орки, после глубокого поклона, говорили, обычно уточняя, что и куда нести. То есть эльфы явно были неотъемлемой частью иерархии, но отнюдь не её вершиной.

Так кто же в этом паноптикуме главные жабы?

От города уже заметно тянуло магией, нейтральной, так что на наши эманации смерти она никак не реагировала. После долгих размышлений я всё же отправил на разведку призраков. И ничего, никаких особых защитных систем на появление бестелесных наблюдателей не выявило. Призраки начали присматриваться к местной жизни уже вблизи. Мы же отошли поглубже в лес, чтобы найти укромное место и затаиться.

В центральную часть города призраки сразу лезть не стали, начав с пригородов. Нашли район, где проживали орки. На удивление прилично. Жильё напоминало большие бараки вместо домов, но внутри у каждой «семьи» была комната. Орские девушки не особо отличались людским, покрупнее и мускулистее, лица с некоторыми особенностями, но на этом всё. Дети посещали нечто вроде школы, где немолодой… Эльф… У меня начинает складываться понимание роли остроухих в этом социуме. В общем, эльф рассказывал детям всякое. Письменности орков не учили, но политическую программу в виде сказок и легенд давали. И уже здесь я узнал, кто всем этим правит. Правда, мне стало известно только самоназвание, не более того, и оно мне ничего не говорило. Ну «Жель’ми луай», и что мне это даёт? Одно понятно, что эти ребята на вершине социальной лестницы, и перед ними надо падать на колени, ни в коем случае не поднимая взгляда, если на то не будет разрешения.

Вечером понаблюдал за тем, как отдыхающие стражники, птице-люди, завалились в одну из таверн. Где несколько из них приставали к человеческим девушкам, и никто на такое даже косых взглядов не бросал. Причём «приставали» вполне прилично, то есть говорили нехитрые комплименты, предлагали угоститься чем-нибудь вкусным, и вообще провести время вместе. И девушки не шарахались от клювомордых, реагировали так, будто говорят с простыми людьми. А ближе к ночи несколько самых удачливых птицев поднялось на второй этаж в компании барышень. Птицы своих спутниц не целовали, клювы к этому не располагали, но в остальном делали «сну-сну» так же, как и мужчины чистой человеческой расы.

Эльфы, кроме тех, у кого была работа в пригороде, к ночи подтянулись за стены. Понаблюдав за людьми и гномами, я убедился: говорят все на одном языке. Даже заметных диалектов нет, и что люди, что гномы занимают нишу ремесленников. Гномы в основном работали с «твёрдыми» материалами, камнем и металлами, люди тянули всё остальное. Технологически ничего интересного они не показали, может, чуть лучше, чем на дефолте было у нас до сотворённой моими руками промышленной революции. Притом «получше» обеспечивалось не новыми технологиями, а большей открытостью, ведь здесь гномий металл не был диковинкой. Материал гномьего изготовления использовался как основной.

Ночью призраки заглянули за стены, обойдя нехитрую сигнальную защиту. Видел подобное и у нас, реагирует, когда некто чужой влезет на стену. Оказавшись внутри, призраки сразу нашли казармы, причём два больших блока. Тот, что покрупнее, занимали птицы. Все обитатели исключительно мужчины, живущие на казарменном положении. Вторые и лишь чуть менее крупные для драконийцев. Оказалось, что ящеромордых в городе не десяток или два, а почти три сотни. И здесь уже встречались женщины и дети, хотя всего десяток, они жили в отдельной от остальных секции.

Нашёлся и район обитания эльфов. Я оказался прав в своих предположениях, остроухие занимали нишу священнослужителей или их аналога. Здесь стоял довольно крупный храм… Наверное, храм, потому что для приёма прихожан он явно не предназначался. Внутри только эльфы, причём есть и слуги, и уборщики, этакая закрытая община. Основная часть общины спала, так что в естественной среде я их увидел только на следующий день.

И, наконец, самый богатый особняк города. И он был защищён магией, так что внутрь призраки проникать не стали, наблюдая снаружи. Пришлось оставить дежурную пару наблюдателей на целый день. В особняк заходили драконийцы и эльфы, но обитатели не выходили до самого вечера. Лишь ближе к закату две фигуры покинули защищённые стены.

Высокие, стройные создания, нечто среднее между людьми и эльфами нашего материка. Кожа светлая, глаза у обоих полностью голубые, волосы длинные, пшеничные. Из заметных отличий, помимо глаз, удлинённые руки с длинными пальцами, и строение ступней, больше напоминающее пальцехождение, хотя сложно сказать из-за обуви. Одно точно – там нечеловеческая ступня.

И в качестве ручного зверька эту парочку сопровождала натуральная химера. Тварь, двигавшаяся на четырёх мускулистых лапах, имевшая изменённую морду, не происходящую ни от одного известного мне живого существа, на её голове располагались немного подвижных длинных отростков, явно способных хватать, и длинный хвост с жалом.

Мне нужен тот, кто ответит на мои вопросы.

Глава 5.

Операцию «Болтливый Осёл» проводили фурии. Ежелин молчала, но я ощущал её желание проявить себя. Целью был выбран эльф непонятной профессиональной принадлежности. Мы знали, что он относился к остроухой общине, но чем конкретно занимался – вопрос. Точно не из слуг, не учитель, не проповедник. За день он если и пересекался с кем-то, то были это простые бытовые разговоры.

Фурии подловили его, когда эльф возвращался к воротам. Город хоть и был довольно плотным, и потому густонаселённым, но это по меркам средневековья, да и праздношатающихся горожан не встретить, все работают. Поэтому моментов, когда путник оказывался на улице один, без посторонних и случайных свидетелей, хватало. В такой момент фурии и набросились на остроухого. Три фигуры в чёрном, они выскочили из-под земли, схватили и, на ходу придушив жертву, скользнули в тёмный закуток. Там убедившись, что жертва потеряла сознание, упаковали и понесли. Ежелин и ещё одна фурия проводили разведку, прокладывая путь, а третий нёс жертву. Прошло без проблем, сверхъестественные чувства фурий позволили им обойти живых и спокойно покинуть город.

И вот цель в моих руках. Эльф сильно отличался от привычных мне. Разрез глаз, уши длиннее, тело… Меньше. Теперь, когда эльф был перед глазами, а рядом стояли оба вампира, я понял, что жертва-то наша довольно субтильна, хотя не голодает и физическими нагрузками явно не пренебрегает.

Призраки сообщили, что пропажу обнаружили и в городе началось шевеление. Наблюдение не выявило в городе преступников, никто не нападал на горожан в тёмных переулках, на улицах не встречались «откровенно бандитские морды», даже городская стража при патрулировании города выглядела расслабленной, и только на окраине города становилась серьёзной и сосредоточенной. Так что несколько групп стражников прошлись по маршруту похищенного, зашли в пару мест, где, возможно, мог задержаться эльф, а когда ничего не нашли, им на смену вышли дракониды. И эти явно собирались прочёсывать окрестности. Поэтому мы своевременно убрались подальше.

Единственный вопрос, который передо мной встал: обращать в вампира сразу, или сначала допросить так? И, поскольку с обращением никаких проблем не ожидалось, эльф был вполне обычным живым, а магия в нём хоть и ощущалась, но не на том уровне, чтобы помешать, я выбрал обращение. Зачем тратить время на пытки, а потом ещё раз повторять те же вопросы уже вампиру, проверяя, не соврал ли он в первый раз? Я посчитал, что незачем. Выпить кровушки вызвалась Ванесса. Оставалось дождаться обращения.

* * *

Боярин Рекс вошёл в боевой зал и, обходя братский костёр, прошёл к столу князя. Опустившись на одно колено, дракониец замер, ожидая дозволения говорить. Тимур заглянул в глаза своему сотнику, командующему драконийской дружиной, и по выражению лица понял, что поиски успехом не увенчались.

– Было что-то, о чём мне стоит знать? – спросил князь.

– В лесу на юго-востоке нашли стоянку. Егерей, – прорычал Рекс. – Костра не разводили. Следов лежаков нет. Отхожего места нет. Количество определить не удалось, но точно больше трёх. Стояли они там больше двух дней. Мы не смогли найти следов, ни по которым они пришли, ни по которым уходили. Это всё, повелитель.

Князь жестом отослал боярина. Дракониец поднялся и ушёл за стол к своим собратьям. Князь же повернулся к старому эльфу.

– Скажи мне, Тиллель, что такого было в этом книгочее, чтобы за ним посылать егерей?

Старый волхв развёл руками.

– Прости, князь, но я сам теряюсь в догадках. Склоняюсь к тому, что егеря ошиблись и взяли не того. Милерей родился здесь, я знаю его с детства. Таланта к силе он не проявил, зато был внимателен и вдумчив, потому и стал книгочеем.

– Книгочеи многое знают, – молвил князь.

– Милерей молод, князь. Лонниль старше, знает всё, что Милерей и даже больше, и также ходит по городу. По всему, если нужен был книгочей, выбор бы пал на другого.

Князь прикрыл глаза, размышляя. Случившееся оставило множество вопросов, без ответов на которые не было понятно, что делать дальше. Обратиться к брату за поисковым отрядом? Но пропал всего лишь молодой книгочей, ради которого дёргать княжеских егерей некрасиво. Просто махнуть рукой? Это же всего лишь молодой книгочей. Репутация князя не позволяет, негоже оставлять такие выпады без ответа.

– Тиллель, пошли ворона великому князю, напиши, что по землям ходят чужие егеря, без подробностей.

Остроухий понятливо кивнул.

– И ещё одного ворона, моему брату. Попроси его прислать егерей. Объясни ситуацию, но не говори о том, что мы не знаем, зачем этот книгочей кому-то потребовался. Вместо этого туманно намекни, что Милерей чем-то важен.

– Я понял ваше желание, князь, – задумчиво ответил эльф. – Думаю, я знаю, как можно добавить весомости простому книгочею.

* * *

– Ну, рассказывай, Милерей, – подбодрил я новообращённого вампира.

Экс-эльф удивлённо таращился на нас, не понимая, кто мы такие и откуда взялись. Но кивок Ванессы, которую он ощущал, как старшую, подействовал безотказно, и вампир уточнил.

– Что именно, п-повелитель?

– Давай начнём с твоей жизни, а дальше посмотрим, – решаю.

И разговор затянулся.

Милерей был книгочеем, а если на наш лад – писарем. В его прямые обязанности входил учёт работы ремесленников города, сколько чего произвели, сколько чего потратили, сколько ещё надо. Поскольку грамотных и умеющих считать не только на пальцах до ста было не сильно много, то книгочей, даже младший, считался вполне уважаемым человеком. А вообще, книгочеи выполняли роль чиновников, заодно переписывали книги и входили в касту… Волхвов, если пытаться интерпретировать. Да, они были в том числе жрецами, но с местным божеством это была глубоко второстепенная роль. А так волхвы лечили, учили, наставляли. Ну и жреческие функции заодно, да, проведение обрядов тоже в их обязанностях.

Город, в котором родился и вырос Милерей, считался приграничным, это я правильно подумал. Только с нюансом. Граница, та самая крепость, разделяя не местных и соседнее государство, а резервацию, в которой растили химер. Или не растили, а выпускали охотиться. А ещё здесь иногда появлялись какие-то странные твари, которых убивали. Какие? Милерей не знал. Короче, с этим надо разбираться отдельно. Касательно же самого города, название он носил такое, что транскрипцию на русский я бы не рискнул делать. А в переводе он назывался «Граничный Город рода Орловых». Князь – местный из рода Гороран, то есть «те, что ведут род от Орла», или Орловы. Если другой князь сядет, будет и город иначе называться. Не очень удобно, но Милерей не мог представить, что бывает иначе.

Насчёт кастовой системы я был прав и неправ одновременно, и это же было связано с химерами. Здесь, насколько знал Милерей, балом правят химерологи. Княжеские семьи все поголовно – генно-модифицированные ребята. Из кого именно их модифицировали, вампир не знал, он вообще не осознавал, что князья – это не воплощение богов на земле, а всего лишь смертные, которым выкрутили характеристики, это уже я сложил два и два.

Итак, да, у местных очень развита химерология. Птице-люди, драконийцы и гоблины с большой вероятностью выведены искусственно. Потому что Милерей хоть и был простым младшим книгочеем, но книги-то читал. И, заставляя его пересказывать содержание исторических хроник, я выявил закономерность. Князья в их текущем виде появились не слишком давно, каких-то веков пять назад. Хотя к цифрам и особенно датам я относился скептически, некоторые события экс-эльф описывал так, что в указанные временные рамки они не влезали. В исторических хрониках это было подано, как «снизошёл владыка небесный до самых достойных и наделил их…» и так далее, но мы умеем читать между строк и выявлять нюансы. Изменения произошли не сразу. Хоть хроники при переписывании явно правились, и описания князей сейчас и того, какими они были раньше, совпадают, но рассказ вампира позволил выявить детали. Князья улучшали себя постепенно, кое-где даже откатывая изменения, видимо, неудачные.

Далее, углубляясь в историю, объясняется, что тысячу с чем-то лет назад началось развитие химерологии, и появлялись первые твари, выведенные под конкретные задачи, но именно выведенные изменением существующей фауны, а иногда и флоры. Затем, когда с животными наигрались, начали создавать зверушек практически с нуля, либо соединять несоединимое и впихивать невпихуемое. То есть выводить гибриды теплокровных млекопитающих и хладнокровных рептилий, например.

На последней стадии, если верить книгам, лет за триста до появления «князей», начали играть с разумными. Орков, судя по их древним описаниям, слегка кастрировали, уменьшив габариты, изменив характер и загнав на положение рабов. Из кого вывели гоблинов – непонятно, может, продолжали измываться над орками, а может, и из гномов, но вывели и этих трусливых мерзавцев. С эльфами непонятно. Части остроухих явно подрезали возможности, превратив в умных, исполнительных и послушных «волхвов». Часть пошла на «егерей» и «погонщиков». Судя по описанию, ребята напоминали тёмных эльфов, самые элитные представители которых занимались разведением и контролем химер, а остальные были «егерями». И слово «егерь» надо прямо несколько раз в кавычки ставить, потому что к хождению по пересечённой местности и чтению следов они имели последнее отношение. Егеря соединяли в себе дознавателей, следователей, горлохватов, шпионов и прочие профессии такого толка.

Птицев делали то ли из людей, то ли из эльфов, или вообще из метисов, потому что, по наблюдениям вампира, от эльфов и людей метисы рождались нечасто, а вот птицы могли обрюхатить что человеческую девушку, что остроухую, и делали это вообще без проблем. С ящерицами всё непонятно, нужно отлавливать кого-то с большими познаниями.

Насчёт людей и гномов я не ошибся, они занимались ремёслами всех мастей, распределяя конкретные направления между собой.

Такая вот солянка у местных, если верить летописям. Которым я не верил. Могу где-то ошибаться, ведь Милерей абсолютно надёжным источником информации не был, так что и гоблины могут запросто отказаться отдельной расой, и птицы могут быть выведены из тех же драконидов, чем чёрт не шутит. В чём вампир был уверен, так это в предназначении гарнизонов. Мы находились на границе области, выделенной под выведение химер. Где-то на юге, в нескольких дневных переходах, находилось… нечто вроде нескольких городов, где трудились химерологи. И там всё было под охраной, но иногда твари всё же сбегали, поэтому, на всякий случай, вся территория была ограждена дополнительным кордоном. Очень захотелось зайти на чай к химерологам, но там мне надают по шее с моим текущим отрядом, поэтому не сейчас.

Про политическую систему экс-эльф мало что сказал. Правили князья, а как они распределяли власть между собой – это не его ума дело. Про другие государства Милерей знал только, что они есть и их два. А с инфильтрацией всё непросто, потому что местные живут закрытыми сообществами. Буквально все знают всех из своей группы, и любой чужак здесь сразу будет заметен. Значит, надо думать, что и как делать дальше.

Глава 6.

Наш отряд бодро уматывал на северо-восток. Сначала мы просто шли в том направлении, действуя в рамках общего плана. Раз с инфильтрацией такие сложности, надо закрыть другие задачи. Найти укромный уголок и поставить обелиск, чтобы наладить связь с домом. Для этой цели были выбраны джунгли, практически непроходимые, да ещё и разбросанные по островам, образованными сетью рек. Местная Амазония, короче говоря. Нормальные корабли могли ходить только по наиболее крупным речным артериям, на мелкие соваться уже было опасно. Так, во всяком случае, писалось в книгах Милерея. Да и сами джунгли в плане фауны вообще не подарок. Нам, мертвецам, самое то для создания узла связи.

Однако довольно быстро выяснилось, что нам на хвост сели. Призраки, продолжающие мониторить обстановку, заметили шедший по нашим следам отряд. Два десятка тёмных эльфов, которых наш вампир смело назвал егерями, и пяток страхолюдных зверушек. Смесь овчарки, тигра и чёрт знает чего ещё. Само собой, первой мыслью было поохотиться на охотников. Поймать и допросить егерей, перебить тварей, и топать дальше. К сожалению, Милерей уведомил, что после исчезновения такой группы за наши поиски возьмутся вообще все князья в округе. А если не найдут, то искать будут вообще все. Пусть не сразу, но точно будут. Егеря у местных – это элита. Не настолько элита, чтобы прям каждый егерь – это штучный продукт, такими здесь были боевые погонщики, но всё равно предельно серьёзные ребята. Положить отряд так, чтобы не было потерь с нашей стороны, а у егерей никто не сумел отступить, это заявка. Заявка на громкое объявление себя врагом всем и каждому.

Поэтому мы драпали. Егеря действительно показали себя крутыми ребятами. Мы шли день и ночь, без остановок на отдых. Они останавливались на короткие ночёвки и шли только днём, зато без остановок. Только мы двигались по чужому лесу, а они – по привычным местам, так что отрыв увеличивался далеко не так быстро, как мне хотелось бы. Очевидно, что до джунглей мы дойдём первыми, но есть одно но! Они могут вызвать подкрепление, что сразу будет перед нами и пойдёт наперехват. Поэтому призраки бдили, чтобы не пропустить ворона с сообщением.

Джунгли, к слову, были не единственным вариантом, куда забраться. Были в окрестностях неприятные, с точки зрения местных, горы. Сразу три вулкана, действующих, создавали, во-первых, постоянные землетрясения, пусть и мелкие, а во-вторых, выбрасывали много ядовитого газа. В перспективе, в плане строительства базы для завоевания (будем честными, я сюда прыгал не ради увеселительной прогулки) горы подходили куда лучше джунглей, но так было просто никак с трупами. Важнейший элемент любой войны нежити – трупы.

Мы наматывали целые километры, уходя всё дальше в малонаселённые районы страны. Некоторые сложности всё равно были, всё же цивилизация, она и есть цивилизация. Вокруг не только леса, населённых пунктов хватает, как хватает и полей с пастбищами. По открытой местности свободно можно двигаться только ночью, днём там шныряют гоблины. Так что нам пришлось попетлять, постоянно корректируя маршрут. Был соблазн не придерживаться строгой маскировки, но я подавил в себе минутную слабость. Милерей ничего не слышал о нежити, поэтому местные к столкновению с подобными нам не готовы. Пусть дальше всё именно так и остаётся.

* * *

Капитан Резак был вынужден отдать приказ об окончании преследования. Когда командир драконийской сотни сообщил, что не смог даже определить, сколько егерей было в отряде, похитившем проклятого книгочея, Резак лишь посмеялся над ним. Но вот они сами две недели шли за жертвой и не знали, кого преследуют.

Гончие держали след. С трудом, двигаясь довольно медленно в сравнении с тем, как это бывает при настоящей погоне, но держали. Егеря же не находили цепочки следов. Отдельные отпечатки ступней, сломанные ветви, потревоженные кусты – да, но не цепочки. Преследуемые будто были бестелесны, или большую часть расстояния преодолевали полётом. Сколько их? Неизвестно! И подчинённые Резака не нашли ни одной стоянки! Ни кусочка ткани! Ни одной обглоданной кости! Те, кого они преследовали, будто бы не спали и не ели. Даже не пили! Потому что следов исправления нужды тоже не было.

Резак слышал, что лучшие из его коллег держали две фляги. Из одной пили, в другую сливали, а затем выливали в водоёмы и другие места, где запах не найдёт ни одна гончая. Но так можно было двигаться день-два, но не вторую неделю к ряду! К тому же беглецы либо вообще не покидали лесных массивов, либо выходили только ночью, не привлекая к себе никакого внимания. Егерю оставалось только признать поражение. Неприятно, но в этот раз Резак столкнулся с кем-то, чьи навыки оказали на недостижимой высоте.

Отряд в любом случае зашёл слишком далеко, выдохся и почти выел припасы, хотя они и пытались в дороге питаться тем, что ловили и находили.

– Пошли ворона князю, мы возвращаемся. О провале укажи, но без подробностей. Я сам ему доложу, когда вернёмся.

* * *

Забравшись на подходящий холмик, я смотрел на уходящий в горизонт лес. Всё равно что на зелёное море смотреть, просто лес, который уходит в горизонт, ярко-зелёное практически гладкое марево. Впечатляет, признаю.

Заглянув в последний попавшийся на пути населённый пункт, отличавшийся от родного города Милерея лишь размером, мы умыкнули языка, в этот раз птицеголового, чтобы расспросить об этой местности. Знал клювастый не так чтобы много, но прояснил обстановку.

Такой реки, как Амазонка, здесь не было. Бассейн создавали сразу пять крупных рек, две из которых вполне подходили для речного мореходства. На остальных ходить можно было только на плоскодонках из-за растительности, но это считалось самоубийством. Местная фауна, хищная и опасная, не боялась нападать на плавательные средства. И если речные кораблики были орешком крепким, всё же и борта повыше, и корпус попрочнее, и устойчивость не в пример, то плоскодонки становились деревянным блюдом с приглашением отобедать.

По двум мореходным рекам были раскиданы десяток поселений типа крепость. В джунглях охотились на некоторых животных, не ради мяса, а для шкур и всяких алхимических ингредиентов, собирали что-то из флоры, ну и рубили лес. А ещё в джунглях водились разумные наги, с которыми у князей была взаимная нелюбовь. Наг было не слишком много, на рожон они не лезли, но сложностей, конечно, добавляли. Где обитали змеехвостые – неизвестно, с местными наги не спешили делиться адресами. Но ничего, сами найдём. Дальше два варианта, либо наги наши конкуренты за эту местность, тогда кто не спрятался – я не виноват. Либо наши союзники в борьбе угнетённых народов против угнетателей.

В этот раз, к слову, языка мы захватывали не в ходе стелс-операции, а банально изобразив нападение диких тварей. Оно для местных куда как менее подозрительно, чем исчезнувший прямо посреди города житель. Язык наш просто единственный, пока, выживший из отряда. Расспрашивал я живого, так как больше вампиров мне пока не требовалось, а мертвец очень специфически воспринимает мир и даже собственную память, и разговаривать с духом мёртвого о живом мире – удовольствие ниже среднего. Да, живой мог соврать, но я никаких секретов и не вызнавал, спрашивая об общедоступных вещах. По окончании разговора птиц присоединился к своим собратьям.

С местными обитателями мы также уже успели познакомиться. Делились они на две большие группы. Первыми были сбежавшие химеры, твари злобные и относительно опасные. Правда, либо тупенькие, либо с какими-то странными паттернами поведения. Потому что наткнувшись на нас, группа из четырёх особей, двух крупных и двух маленьких, бросилась с яростью нападать. Вообще, не раздумывали. Выглядели твари так, будто на гориллу натянули скин рыси, кошки с широкими плечами и мускулистыми передними лапами. А на лапах ещё и выраженные пальцы, но хватательного рефлекса нет.

Столкнулись мы и с нормальными животными. Явно хищники, две довольно крупные рептилии, типа варана. Я считал рептилий не самыми разумными существами, но у этих, наверное, хорошие инстинкты. Потому что, посмотрев на нас, они свалили в заросли.

На рассвете мы перешли расплывчатую границу местного мангрового леса. Сложнее всего пришлось вампирам. Я и личи просто парили, легко облетая все препятствия. Над водой мы тоже вполне могли пролететь. Фурии смещались в бесплотную форму и также летели. Вампирам пришлось осваивать акробатику. К счастью, лес был достаточно густым, а ветки достаточно толстыми, чтобы использовать их в качестве опоры. Но, когда мы достигли первой реки, личам и мне пришлось переносить вампиров на руках.

– Простите за неудобства, господин, – умильно хлопая ресницами, сказала Ванесса.

Ей ситуация казалась забавной, как, впрочем, всем нам. Даже личи, несмотря на дубовость в плане эмоций, находили какую-то иронию в том, что вампиры оказались неспособны справиться с такой лёгкой преградой.

Я задумался над способностями вампиров. А можно ли привить им превращение? По дефолту таких способностей не было, хотя с ростом могущества вампиры и становились сильными бойцами, но рост их способности был линейным. В смысле, росли уже доступные способности, но не появлялись новые. Превращение в другую форму, например, летучей мыши, пока не было востребовано. И до создания фурий я бы сказал, что такая трансформация вообще невозможна. Слишком велика сложность и затраты энергии. Однако, если сравнивать, трансформация у фурий на порядок сложнее. Что за ерунда – изменить физический облик. Вот переходить из призрачного состояния в физическое, а затем обратно – это трюк. Это прямо трюк из всех трюков. А дополнительная форма… Только возникает проблема. Фурий-то я сразу создавал с такой способностью, а вампиры – вот они. Они уже «живут», то есть их придётся новым трюкам именно учить. Подумаю на досуге, возможно ли вообще такое.

К закату нашли ровную площадку в глубине джунглей. Я понимаю, почему эта земля… скажем так, не особо привлекает живых. Насекомые, много насекомых. Жара, на которую мы не обращали внимания. Влажность. От этого мы научились защищаться, снаряжение всех, кроме Милерея, имело магическую защиту от всяких неприятных процессов, типа окисления.

– Ставим обелиск, – приказываю. – Сообщим домой, что с нами всё хорошо.

Глава 7.

С первого раза не получилось. В том смысле, что обелиск обычного формата не добивал до дома. Оказывается, у этих трансляторов есть вот такое ограничение на расстояние. Хотя, возможно, дело не в расстоянии, а в разного рода магических помехах, всё же мир вокруг нас пропитан магией. Ага, всё есть Ци и Ци есть всё. Ну, не совсем так, но приобретённый за эти годы опыт давал мне не только общее знание: «мир сотворён богами». Это знание само по себе ничего не давало, не имело практического выражения. Ну, сотворили и сотворили. Эти материи выходили за пределы не просто возможностей, а даже понимания смертных.

Только я был уже далеко не простым смертным. До уровня древних магов, менявших по своей прихоти даже ландшафт, ещё не дошёл, само собой, но божественной воли я касался. А она касалась меня. И сейчас держа между пальцами зелёный лист местной пальмы и убивая его лёгким касанием смерти, я не просто «убивал» этот листок. Моя сила вступала во взаимодействие с силами, из которых боги ковали мир. И вступая в это взаимодействие, запускала законы мироздания, делала живое мёртвым в соответствии с заложенными концепциями. Всё есть энергия, определённым образом структурированная. И воля творцов, создавших мир, построивших структуру, делающую энергию материей, пронизывает весь мир.

Но здесь, на этом континенте, всё несколько отличается от привычного мне. Не концептуально, в каких-то нюансах, незаметных даже пристальному взгляду деталях. Первые звоночки появились, когда я создавал вампира, но там это всё проходило в разряде «ожидаемой погрешности». Сейчас, подняв обелиск, я кое-что понял. Некромантии действительно не было. Божество, посмотрев на заигрывания своих братьев, собрал «надстройку» на общей системе, позволив живым касаться той части системы мироздания, что отвечала за смерть.

И вот обелиск, в который тоже вложена определённая роль, концепция, задача. Только на этом материке смертных, обращающихся к смерти, похоже, нет. Не возникло необходимости, не сложились обстоятельства для появления некромантов. Здесь не хоронят трупы. На поле боя не остаётся трупов, химеры сжирают врагов практически целиком. Нет трупов. Нет кладбищ. Нет некромантии.

Будет.

Да и на тему «всё есть энергия» надо подумать. Потому что сама эта фраза, если её осознать, тянет за собой толстые последствия. Но это потом, сейчас я поднял взгляд на обелиск, сосредоточив внимание не на физическом объекте, а на структуре, на магическом естестве. Кажется, Молчащий просто по своей прихоти прикрутил некромантию к системе мира, как надстройку, лишь опосредованно касающуюся остальных… эм, частей? То есть вот ты взываешь к магии смерти, формируешь определённым образом запрос, и «надстройка» некромантии, положив на причинно-следственные связи, выдаёт тебе «строение». Пикантность ситуации в том, что это, в каком-то смысле, божественное творение. Некромант, хотя скорее лич по затратам энергии, буквально косплеит бога, творя материю из энергии. Да, строго в заданных рамках, но сам факт!

А вот обелиск, который, так-то, не связан с другими, разбросанными по землям Союза. Формально не связан, «область покрытия» не достаёт до другого обелиска, чтобы установить связь. И, если подумать, если покрутить концепцию… Или что-нибудь прикрутить сверху? Всё же магические структуры – это не микросхемы и не какие-то компьютерные программы. Энергия плюс воля даёт материю. А если…?

Подхожу и касаюсь обелиска, внедряя часть своей воли в структуру и запуская преобразование. Пошло изменение формы, как внутренней, так и внешней. Я превращал обелиск в некий… Маяк? Сложно давать названия чему-то, что-то только что чуть ли не на коленке сделал сам. Формально я облёк свою волю в некий посыл. С самим по себе действием проблемы не было, магия и есть оформление своей воли в магический посыл. Но внедрять это таким образом мне ещё не приходилось. И не факт, что оно заработает. Однако прошла секунда, вторая, третья, и на меня накатило исчезнувшее с момента переноса на этот континент ощущение от связи с целым государством.

Сосредотачиваюсь и, преодолевая неслабое сопротивление, ищу Хаарта. А затем, с ещё большим сопротивлением, создаю свой фантом. Несколько секунд, и влажные жаркие джунгли, наполненные жизнью, почти всегда недружелюбной, сменяются тихим кабинетом. Застаю лича, ожидаемо, за работой. Хаарт нисколько моему появлению не удивляется.

– Наконец-то!

Да, за меня даже не беспокоились. С одной стороны, приятно, что в мои силы настолько верят, с другой… Нет, другой стороны нет, в меня просто верят, да. Хаарт уверен, что я из любой ситуации выберусь.

– И я тоже соскучился. Пробивать расстояние сложно, поэтому буду краток.

Энергия реально улетела в трубу, так что я максимально сжато изложил результаты наблюдений и общую ситуацию.

– Что будешь делать? – спросил Хаарт.

Ну, вариантов у меня было, из наиболее адекватных, два. Искать портал и настраивать его на прыжок обратно. Либо закрепляться, выступая авангардом вторжения Союза.

– Обоснуюсь здесь и попробую нарастить силы.

О сложностях с трупами я упомянул, но сложности не непреодолимые. Придумаю что-нибудь.

– Ищи портал, – настоятельно потребовал Хаарт.

Как будто я не понимал, что мне нужна логистика с домом для переброски… всего.

– Займусь сразу, как прикрою тыл. Что у вас?

Особых новостей у лича не было. Запущенные процессы продолжались, соседей держали в тонусе, всё работает, эксцессы в пределах ожиданий. Союз не то чтобы застыл, но несколько притормозил. Сейчас огромному государству требовалось по-хорошему ассимилировать все новые территории. Вообще, нам надо ещё десяток лет, чтобы подросло новое поколение, уже воспринимающее Союз своим домом и своей родиной. Хаарт рассказывал, а я между строк отмечал ключевые моменты. Промышленность работает, стараясь выровнять уровень доступных благ, но это не в ближайшем будущем. Потому что вместе с повышением этих самых благ пошёл и рост населения. Ну, как рост. Те три из пяти детей, что раньше умирали, умирать перестали. То есть промышленность вроде как всем необходимым население обеспечивала, но росло это население достаточно быстро, чтобы предложение не успевало перекрывать спрос. Так что некоторое время, причём речь идёт о десятке лет как минимум, даже о закрытии базовых потребностей для всего населения речи не идёт.

Казалось, много ли нужно для крестьянской семьи, а нет. Дом каменный построй, да с нормальной крышей, да с водоснабжением, да с канализацией. Да, всё это у нас практиковалось, строились водонапорные башни, в которые воду набирали паровыми машинами. Отопление не требовалось, да и горячего водоснабжения не предполагалось, люди обходились своими печами, но уже это был о-го-го уровень. И даже построить эти самые сто домов, это уже затраты материалов и времени. А ведь ещё мебель, посуда, другие коммуникации. А там и логистика на сотни и тысячи километров. В общем, перепроизводства пока можно не опасаться.

Удостоверившись, что дома всё в порядке, рассеял фантом, вернувшись на суровую грешную землю.

Итак, для начала надо разбить здесь аванпост. Наверное. Или не надо? Мне вообще в принципе нужна постоянная база? Как источник снабжения? Так снабжать пока нечем и некого. Как центр операций? Уже ближе. Только для центра мне нужно либо большое кладбище, чтобы поднимать оттуда нежить, либо портал. С кладбищем всё сложно. Само собой, трупы здесь найти можно, но… Мало. А для некромантии надо много, желательно – очень много. Пока всё выглядит так, что создать кладбище мне будет проще, чем найти.

Второй вариант – портал. Хорошая новость – мне достаточно его найти, а потом могу приволочь в любое удобное место и развернуть там. Камни портала вполне транспортируемы. Но! Мы не в «Подземельях и Драконах». Портал нужно найти только в руинах древних магов. А руины древних магов, это не элитное подземелье для пати из четырёх героев. Это реальные руины, которые ещё надо отыскать, а затем провести археологические изыскания. То есть не босса подземелья побеждать, а копать, копать и копать.

Вариант третий, появляющийся по причине сложностей с двумя вышеописанными, состоял в поиске местных союзников. Например, надо попробовать с нагами. Милерей уверен, что те разумны. Насколько разумны – вопрос открытый. Если они на уровне родоплеменных отношений, толку от их разума никакого, только вред. В любом случае их надо найти и, для начала, за ними понаблюдать. Для чего были созданы призраки с модификацией и отправлены прочёсывать джунгли.

Сам ещё раз «оглядываюсь», в плане своего местоположения на карте местности. От границ джунглей мы отошли достаточно, чтобы для войска князей, пожелай они сюда добраться, путь превратился в проблему, не решаемую просто так с ходу. Потребуется целая экспедиция, если у них нет летающих тварей. Вампир утверждал, что такие есть, но из разряда – птичка-разведчик. Забираться глубже в джунгли не имело особого смысла, по крайней мере, сейчас. Как опорная база это место подходило, если уж потребуется что-то большее – тогда да, залезу в леса.

Приняв рабочий план даю личам отмашку окапываться. Вот где некропостройки раскрывали себя в полной мере. Плевать на то, что сидим в джунглях, сейчас организуем себе отличный фундамент и несколько построек для размещения… Правда, скелетов вокруг как не было, так и нет, поэтому черновую работу выполнять некому.

Обратился к своему внутреннему конструктору. Всю прошедшую нежизнь с трупами никаких заминок не было, поэтому я просто не задавался вопросом – а можно ли их получить каким-то извращённым способом. А вот появилась нужда, и начался поиск.

Десятка два минут ушло на формулирование задачи и способы её решения. Всё же магия есть материализованная воля, так решение есть для любой задачи, вопрос лишь в сложности реализации. И как ни странно, кое-что подходящее я откопал. Некий Алтарь костей, способный не быстро, но всё же давать скелетиков, создавая их из воздуха, в смысле, из энергии. Выглядело всё это как некий склеп, с алтарём, над которым крутился шар магии, и с десятком… эм… ниш в стенах, закрытых. Когда в нише появлялся скелет – она открывалась. Я передал смысл максимально утилитарно, но всякие аспекты и нюансы, типа влияния на живых, на окружающее пространство в целом всё это было второстепенным. Главное – эта штука давала мне материал. Мало и медленно, но давала! И этот самый алтарь стал второй, после обелиска-маяка, постройкой.

Глава 8.

Словил чувство сродни ностальгии. Маленькая база, минимум подчинённых и опасный враждебный мир вокруг. Ресурсов минимум, никаких сильных союзников в округе не намечается, зато противник в этот раз не разобщён, а сплочён дальше некуда. Хотя и я сам не такой зелёный и наивный, да и силушки куда больше стало.

Скелеты-гвардейцы, правда, голые, как в смысле экипировки, так и в смысле отсутствия «железа мертвецов», споро рубили лес… Каменными топорами, нда. У меня здесь режим хардкора, построение промышленной державы с уровня первобытного (почти) общества. Хотя это скорее косплей двух азиатов, якобы строящих пятизвездочные бунгала примитивными инструментами. Как и у них, у меня за кадром бригада профессионалов и парк техники.

Алтарь выдавал скелетов не так чтобы часто, но через сутки два десятка костяков уже бодро бегали по округе, выбирая подходящие брёвна на частокол. Оставить свой маленький лагерь вообще без стены можно, но не нужно. В том смысле, что вторжения злых ворогов я совершенно не опасался, но какая-нибудь зверушка, что прибежит и нагло нагадит у меня прямо под дверью – это да, это меня пугало. И ведь её даже не сожрать в акте справедливого возмездия. И нежитью особо не поднять, на кой-чёрт мне скелет животного? Частокол постепенно возводили, испытывая сложности с поиском более ли менее ровных стволов. Да и донести их до нашей стоянки тоже тот ещё квест.

Пока скелеты горбатились, призраки прочёсывали местность. Само собой, уже нашли наг. Несколько групп на промысле, охота на разумных двуногих и прочая партизанщина. Что могу сказать о них? Ну, во-первых, да, они разумны. Оружие – костяные копья на палке. Добротные такие копья, с «лезвиями» сантиметров тридцати. И кость не простая. Не знаю, изначально зверушка была магическая, или уже кузнецы магов (или кто у них там за оружие отвечает) постарались, но в куске кости, как и самой палке, пусть в меньшей степени, ощущалась магия. Явно какое-то укрепление, позволявшее хорошим ударом срубать ветки с орочье бедро толщиной. Помимо оружия, сумки и некоторые элементы «брони», хотя на счёт предназначения этих наплечников и нагрудников не уверен, ну и всякие украшения ещё. Помимо вещей выделялись и действия чешуйчатых. Маскировка, тактика, поведение. И это я ещё про речь не сказал. Они болтают, причём язык не самый простой, не как у каких-то варваров. И это скорее не другой язык, а диалект.

Во-вторых, внешность. Гуманоидный верх, змеиный низ. В положении «стоя» где-то между полутора и двумя метрами. Если со всей длиной хвоста, то побольше, конечно, но вообще довольно щуплые ребята. Верхняя половина худощава даже для эльфов, пожалуй. Ну а так чешуя, плавники, жабры, всё на месте. Кожа либо голубая (различных оттенков), либо зелёная, также различных оттенков. Различий между зелёными и синими, помимо цвета, не заметил, выглядели все примерно одинаково.

В-третьих, твари явно земноводные, чувствуют себя комфортно, довольно быстро плавая и уверенно ползая. С дыханием проблем тоже не видел, они неплохо дышали как под водой, так и чисто воздухом. Очень захотелось отловить одну и препарировать. Или даже не одну. Вопросы были как к дыхательной системе, так и к некоторым другим. Как существуют наги в вымышленном фэнтезийном мире мне было понятно, но как работает их физиология здесь? Много вопросов, как функционируют разные системы. А ещё вопрос – кто и зачем их вообще создавал? Но на этот вопрос, понятное дело, ответ не факт что вообще найдётся.

 Меня наги пока не видели, так что я спокойно собирал информацию. И наблюдение очень быстро переменило моё отношение к этим существам. Я ожидал увидеть некое… пусть будет «племя», или нечто подобное в своей организации и структуре. Всё же инструмент и снаряжение виденных наг на это намекали. То есть я предполагал, что химерологи наткнулись на некое в самом деле племя или небольшой народец, живший в этих местах, и изменили его под свои нужды, однако что-то потом не срослось, наги продолжили жить там, где жили, так и не познав «счастья» цивилизации.

Думал, ага. Увидев, как отряд наг нападает на небольшой обоз с припасами, что из обоза берёт, как в целом действует, я понял, что думал не в ту сторону. Что-то как-то всё больше мне стало казаться, что история возникновения наг совершенно иная. Взяли неких уже разумных и цивилизованных… разумных, не знаю, эльфов или людей, превратили их в наг и послали осваивать вот эти дикие места. И уже после этого что-то пошло не так, и теперь наги играют в партизан, а химерологи не торопятся повторять эксперимент. Как вариант на данную тему, наг создал какой-то конкретный химеролог, пославший остальных князей. То есть это изначально мог быть дебош одного человека и его последователей.

Чем дольше наблюдал за пресмыкающимися, тем больше убеждался в верности своей догадки. А раз передо мной вполне цивилизованные ребята, то, в общем-то, остаётся только правильно себя подать. Чтобы и силушку продемонстрировать богатырскую, и не напугать до… Хм. Мокрой набедренной повязки.

И подходящий случай, создавший идеальную ситуацию, пришлось ждать целую неделю. Карательный отряд князя выловил нескольких наг. Обычно княжеские рептилии, которые главным образом и выступали в этих джунглях ударной силой, даже в воде создавая реальную угрозу нагам, просто убивали хвостатых. А раз поймали – значит, не просто так. Либо эти конкретные наги в количестве трёх мужчин и женщины, чем-то важны. Либо потребовались образцы для страшных магических экспериментов, таких подробностей признаки не выяснили. В любом случае я подвёл фурий и вампиров к… назовём это крупным фортом. Участок земли, ограждённый от внешнего мира частоколом, имевший хороший выход к реке, соответственно – причалы, и предназначенный для проживания аж пары сотен солдат и некоторого количества членов других каст.

С точки зрения эффективности атаки мне следовало бы использовать ночь, но сегодня главной целью была именно демонстрация. Поэтому фурии и вампиры аккуратно подобрались к частоколу и выждали момент.

Призраки подсказали, когда наги займут свои места в качестве зрителей, так что штурм больше напоминал спектакль. Первыми сквозь стену прошли фурии. Пять призрачных фигур вылезли из стены, обращаясь материальными объектами. Прошли в таком месте, где их практически сразу заметили, ибо так и задумано. Ежелин вскидывает руку, и ближайший противник вздрагивает, чтобы уже через секунду лишиться души. Мощи экс-эльфийки хватило, чтобы вырвать душу и, демонстрируя это всем вокруг, притянуть к себе и сожрать.

– Смерть пришла! – весело прошипела фурия, прежде чем броситься на остальных.

Прошипела она потусторонним голосом, а значит, дословно её слова никто понятно не мог. Впрочем, посыл: «вас всех сейчас будут убивать», они осознали. И даже не все побежали в панике. Да, Ежелин делала это чисто ради напугать всех вокруг. Однако ящерицы психологическую атаку выдержали, ринувшись в бой. Без особого успеха, но попытались, да. Вампиры тем временем ловили пытавшихся сбежать. Я наблюдал за съёмками фильма ужасов со стороны. А что? Классическая сцена: «жуткие монстры нападают на военных». В форте не было никого, способного хоть что-то сделать фуриям. Без магии и качественного артефактного оружия в этом бою делать нечего. У местных артефактное оружие было недостаточно качественным. Хотя… Здесь были химеры, а у химер имелись вполне магические зубки и коготки, так что совсем неуязвимыми фурий считать не стоит, найдётся и на них управа. Когда-нибудь.

Впрочем, мы всё же не на съёмках фильма ужасов, так что фурии вырезали не вообще всех живых, а только тех, кто оказывал сопротивление. Поэтому очень скоро форт был взят, а у нас образовались пленные. Не особо много, пяток эльфов, несколько птицев и пара гномов. Ящеры и орки погибли все, показав стойкость и готовность сражаться до конца. Не гарантирую, что за стойкостью не стоят изменения в психике, не позволяющие этим существам сдаваться в принципе, но запишем, как стойкость.

Наги нашлись на площадке перед центральной постройкой форта. В клетках. Вся четвёрка змеехвостых оторопело наблюдала, как два лича поднимают нежить и налаживают временный порядок между пленниками. Что конкретно делать с пленными – я пока не решил, но с большой вероятностью их всех ждёт смерть. Ну, может быть кроме гномов. Всё же это сугубо военный форт, и все здесь присутствующие тоже, так или иначе, являются частью военной структуры князей. И пока у меня нет возможности изолировать пленных или вербовать на свою сторону, ждёт их только смерть и обращение нежитью. Про попытки мирного сосуществования даже не задумывался, время показало: бесполезно. Не думаю, что разумные на этом материке с радостными визгами присоединятся к Союзу.

Так вот, подошёл я к клеткам, где сидели змеехвостые. Окинул их всех оценивающим взглядом, легко выделяя главного. А затем просто махнул рукой. Наги было напряглись, но две фурии всего лишь начали ломать замки и открывать клетки.

– Свободны, – сообщил я всё ещё не понимающим, что происходит, нагам и сделал вид, что потерял к ним интерес.

Произвожу правильное впечатление. Во-первых, показываю, что я им не враг и, возможно, даже ситуативный союзник, ибо враг моего врага. Во-вторых, показываю, что в них я не заинтересован и ничего мне от них не надо. То есть пришёл я сюда не за ними, а вообще по своим делам и так далее. Это всё для правильной позиции в дальнейших переговорах.

Наги дождались пока всех освободят, убедившись что до них никому нет дела. Старший, которого я правильно определил, построил остальных и, ещё раз бросив на меня взгляд (ох, сколько всякого в этом взгляде скрывалось), повёл своих на выход.

Да, они ушли. И да, я просто дал им свалить. По той же причине, по которой не завалился прямо в один из лагерей, найденных призраками. Они сами ко мне придут, не могут не прийти. Надо же разобраться, что за неизвестный появился на оспариваемой территории, что от меня ждать и так далее.

Сам же я занялся даже не пленными, а трофеями. Здесь имелось некоторое количество железа, а так же, как ни банально, мебель. Всё это мне в моём лагере пригодится. Как минимум для вампиров, которые вполне любят комфорт. Хоть и могут потерпеть и поспать на камнях, при необходимости, но зачем такой экстрим, если проблема легко решается?

Пока прикидывал, что да как, пришёл Милерей. Его остроухие сородичи и оба карлика интересовались, что они могут сделать, чтобы сохранить свои жизни. И если с гномами всё было понятно, два кузнеца, могут и на меня поработать пока, то эльфы… На кой-чёрт они мне?

– Веди, познакомимся, – вздохнул я. – Дам им шанс доказать мне, что от живых будет больше пользы, чем от мёртвых.

Глава 9.

Хард-кор мод всё так же актуален. Да, у меня появились кузнецы. Правда, учитывая весь мой опыт по работе с металлом, полученный за последние годы, они мне разве что в подмастерья годятся, но да ладно. Лишняя пара рабочих рук, да и нужны мне сейчас инструменты, типа топоров, а не оружие и доспехи. Металл у меня тоже появился, набрали с некоторыми запасом. Сложнее оказалось решить вопрос с кузницей. Пришлось грузить все подходящие камни с форта на лодки, подвозить максимально близко к нашей базе и тащить. А затем ещё складывать саму кузницу. Увидев гномов, разинув рты смотревших на новую кузню, испытал некоторую гордость. Найти глину для раствора оказалось нелегко, но призраки справились, так что кузница вышла по всем правилам, с двойным нагнетанием. Так что вскоре гномы приступили к изготовлению инструмента. Уже с первым стальным топором работа скелетов пошла значительно бодрее.

Эльфам сохранил жизнь. Вдумчивый разговор с остроухими показал неоднозначную картину. Диалектическую, так сказать. С одной стороны, все подданные князей были вполне верны хозяевам, честно служили и бунтовать мыслей не имели. Ну, кроме наг, но там своя история, как водится. Основное население государства вполне себе спокойно жило и никаких брожений не предпринимало. Устоявшаяся система взаимоотношений всех в целом устраивала, ибо реально угнетены в ней были только орки и гоблины, да у птицев жизнь была не сахар, все остальные чувствовали себя вполне вольготно. Притом что гоблинов вообще не спрашивали, орки чем-то там заслужили, а птицам, вероятно, подкрутили мозги. С другой стороны, самоотверженной преданностью князьям могли похвастаться только ящерицы, которым подкрутили мозги на данную тему, причём явно намного сильнее, чем птицам. Остальные такой преданности не испытывали… И это выглядело странно.

Пытаясь разобраться с причинами такого отношения, попробовал подробнее говорить с остроухими. И каждый раз, когда разговор касался этих самых князей, я улавливал некоторый… страх.

– От меня ускользает, какой сейчас властью обладают князья? – впервые спросил я прямо.

До этого старался вести разговор так, будто бы я местный, просто пропадавший в каких-то безлюдных гребнях последние… много лет. И потому несколько упустивший текущее положение вещей. Такая позиция не требовала от меня особых усилий и несла лишь мелкие неудобства в плане возможных вопросов. Но вот, придётся слегка выйти из роли.

– Эм… Абсолютная, господин, – ответил недоумевающий эльф.

Так, абсолютная, это значит вообще никаких рамок.

– И насколько часто князья этого века своей властью… злоупотребляют?

От постановки вопроса остроухих передёрнуло, но информацию я всё же получил.

– Нет, что вы, господин! Князья милосердны! Добры к нам! – первым дело, естественно, началось отрицание злых наветов.

– Если не считать того случая с братом Сейллири…

– И того раза с Шойни…

– А молодой Гуллойр был слишком нагл…

В общем, даже эти ребята, жившие в заштатном гарнизоне, куда князь заглядывал несколько раз за год, без труда припомнили случаи злоупотреблений. А это гарнизон! Пограничный! А в пограничном гарнизоне отношение к солдатам и жителям намного мягче, чем где-нибудь в безопасном городе. И это говорили остроухие, буквально наиболее высокая каста. Когда я на ту же тему вывел гномов, те сдерживаться не стали.

– Мы давно привыкли лишний раз не показываться на улицах, господин, – поведал гном. – Да женщинам нашим повезло, не слишком они подходят собой под вкусы князей. Всякое бывало, и наших женщин забирали… – гном криво хмыкнул, – в служанки. После чего их, само собой, никто и никогда не видел. Но редко. А вот вашему брату да, не повезло. Особенно в городах.

На большие города ещё предстоит посмотреть, это не срочно. Пока же всё выглядело парадоксально, но в целом понятно. Князья создали вполне стабильную и даже справедливую систему взаимоотношений, в которой место отбросов и самых шпыняемых заняли полуразумные существа, неспособные осознать всю глубину своего положения. Несправедливость же представляли только сами князья, однако их было не сильно много (с их физиологией ещё много вопросов, но доберусь рано или поздно), и даже если каждый будет раз в неделю творить какую-то маленькую дичь, а раз в месяц дичь побольше, в масштабе целого государства это носило вполне терпимый характер.

Но! Если бы князья вообще не были мудаками, то подданные за них бы стояли. А так сильных претензий у жителей к своим фактически хозяевам не было, но в глубине души сидело пожелание пойти и сдохнуть в ближайшей канаве. Парадоксально, но первое впечатление именно такое.

Эльфов оставил, пока не выделяя конкретной работы. Просто обустраивали жизнь в нашем лагере, в меру своих сил. Ещё они потенциально оставались ходячим запасом крови для вампиров, но об этом пока помолчим. Сами вампиры вели себя прилично, так что длинноухие даже ни о чём не подозревали.

Призраки продолжали облетать болота. Искали, что можно экспроприировать. Оставлять живых свидетелей я не собирался, если не считать наг, так что преждевременного раскрытия не опасался. Да, рано или поздно информация о моём существовании распространится среди наг, кого-нибудь из змеехвостых поймают, и так князья обо мне узнают, ну и пусть. Это произойдёт когда-нибудь, к тому времени выкурить меня из джунглей будет нетривиальной задачей.

Живые пленники чурались мертвецов первые дни, но довольно быстро привыкли. Похоже, начали относиться так же, как к химерам – страшные твари, но послушные и относительно безопасные, если не совать руки в пасть. Скелеты в этом отношении были ещё безопаснее, так что проблем не возникло.

Через несколько дней я выбрал новую цель для атаки. Выбирал вовсе не наобум. Наблюдая за обширными территориями, я изучал систему войск князей. Какие крепости и форты отвечали за снабжение, а из каких устраивали операции. Откуда проходили наступательные операции, а где ловили наг. В голову того, кто всем этим командовал (если он вообще один) я пока не залез, только выделил линии снабжения.

В джунглях пища портилась быстро и потому была налажена система снабжения. Однако некоторые элементы этой системы оставались уязвимы. Вряд ли об этом знали наги, иначе напали бы сами, но змеехвостым, очевидно, не хватало информации. Своей целью я выбрал форт, у которого имелась гавань, пусть и маленькая. Здесь корабли, доставляющие по рекам провиант, останавливались на стоянку и ночлег. Выждав, пока все судна уйдут, оставив только гарнизон, я послал фурий в атаку. На этот раз мы играли в стелс до последнего.

Ежелин проникла в караулку, пристроенную к стене, прикончив дежурного сержанта. Никаких сложностей – птиц смотрел в другую сторону, так что даже не заметил появления фурии. Закинув труп в тёмный угол, Ежелин дала отмашку остальным. Фурии, выжидая удобного момента, начали убирать охрану со стен. Два часа времени, и к стене можно армию подводить, не потревожив гарнизона. Армии у меня не было, только несколько вампиров и отряд скелетов. Скелеты, впрочем, атакующей силой не выступали, только в качестве грузчиков трудились.

Фурии, усиленные вампирами, начали зачистку. Начали с главного (его для разнообразия захватили), и пошли по инстанциям. В смысле, от дома к дому. Я создал чёртову имбу. Фурии проходили сквозь стены, двигались бесшумно, убивали быстро. Заметить фурию в темноте, неважно в бесплотной форме или в материальной, очень сложно. Нет, за десять лет с момента создания они себя проявить, само собой, успели, но дома им редко приходилось действовать так. Из-за всяких мелких феодалов гонять по границе элитных воинов никто не хотел, все пограничные вопросы решались войсками. А здесь раскрылись во всей красе.

Я сам зашёл в уже взятый форт, когда личи начали поднимать мертвецов, возвращая их на свои места. Я пришёл не ради форта, а ради кораблей, потому дошёл до главного, боярина Баскера, и поинтересовался, какие корабли он ждёт завтра. Мужчина человеческого племени, хотя и с заметной примесью княжеской крови (вот я и увидел, как выглядят полукровки), говорить со мной не хотел. Живой. Мёртвый заговорил как миленький, рассказав о трёх кораблях с припасами. Хорошо, значит, время я подгадал правильно.

Нежить заняла свои места, призраки подсказали, как всё должно выглядеть со стороны, чтобы не вызывать подозрений. Засада организована. Ночь прошла, наступил рассвет, но, само собой, сразу с утра никто бы к нам не приплыл. Только через несколько часов появилось первое судно. Небольшое, способное ходить не только по основным водным артериям. Переодевшиеся вампиры радушно встретили кораблик, пока фурии проникали внутрь через воду. На судне имелось два десятка разумных экипажа, в основном люди, три ящерицы. Боя не получилось, ящериц вырезали сразу, предложили остальным сдаться. Остальные отказались и отправились следом. После чего были подняты нежитью, скелеты перенесли всё добро с корабля в форт, а сам корабль увели в один из «тупиков», не знаю, как они на реках называются, и там затопили. Второй корабль, точная копия первого, повторил судьбу предшественника.

И только под вечер появилось третье судно, крупное, на каком в каждую щель не заберёшься. Судно пришло на ночёвку, всё же останавливаться посреди этих джунглей даже крупному (по местным меркам) кораблю опасно. Фурии привычно двинулись на абордаж, пока вампиры готовили встречу на причале.

И здесь план сломался. Я не видел, что происходит на палубе, но там явно что-то заметили. И вместо людей на причал прыгнули химеры. Две крупные твари ломанулись на вампиров, проламывая деревянный настил когтями. Встретили животных Ванесса и Коул. Два старших вампира вступили в смертоносный танец. Интересный контраст, видеть, как хрупкая девушка, которую я на руках переносил через реку, ускользает от когтей и клыков рыси-переростка, одновременно орудуя двумя короткими клинками. В первые же секунды Ванесса вспорола брюхо химере и с хирургической точностью вырезала какой-то орган, вывалившийся на причал и соскользнувший в воду. Затем были подрезаны связки, резко снижая прыть твари, укол лезвием в шею, с поворотом, и вот уже фонтанчик крови, который не думает останавливаться.

Впрочем, нельзя сказать, что вампиры справились легко, это явно было на пределе их сил. Без ранений обошлось только потому, что химеры явно затачивались на других врагов. Не на таких, какие могут скользнуть под брюхо противника, в двадцатисантиметровую щель, затем вскочить из неудобного положения, полностью меняя вектор движения, прыгнуть на холку, с перекатом уйти из-под удара лапы, приземляясь строго на ноги, из такой позы подпрыгнуть на высоту пары метров, или уйти новым перекатом, или снова скользнуть вперёд под удар лапы, или ещё что-нибудь. Короче, акробатика с надругательством над законами механики и физики. Не прошло и минуты, как две ещё живые, но полностью лишённые способности сопротивляться, туши упали в мутную, окровавленную воду. Впечатляющая живучесть, да и сила не маленькая, но скорости и ловкости химерам не хватило.

А затем на причал спрыгнул князь. Что же, удачно. Сейчас я узнаю, каковы они в бою.

Глава 10.

Князь обнажил полуторный меч, которым легко орудовал одной рукой. В ведомой руке появился тонкий длинный клинок, типа стилета. Вампиры уже несколько выдохлись, но готовы были ринуться в бой. Само собой, устать физически полумертвецы не могли, но бой на пределе сил истощил их энергию, и сейчас старшим вампирам требовался либо отдых, либо свежая кровь. Фурии тем временем проникли на корабль, преодолев магическое сопротивление. Не знаю, на какой магии оно строилось, но корпус имел защиту, так что фуриям потребовалось некоторое время на взламывание. Я отозвал Ежелин, приказав ей атаковать князя. Сам же подошёл поближе, чтобы среагировать, если ситуация резко выйдет из-под контроля.

Князь лихо рванул вперёд, «прыгая» на добрые двадцать метров с места, как раз к вампирам. И, само собой, вместе с прыжком нанося удар. Коул блокировал удар, Ванесса попыталась атаковать, но князь легко отбил выпад. Завязалась схватка, и несколько секунд я наблюдал за фехтованием существ, вышедших за пределы человеческих возможностей. Обычного человека здесь нашинковали бы походя, не помогли бы никакие тренировки, разве что доспехи могли спасти.

Князь, оценив способности вампиров, атаковал магией. Голубоватая молния ударила в Ванессу, сбивая с ног и отбрасывая в воду. Интересная атака, не удар молнии, как выглядит внешне, а кинетический импульс, довольно мощный и, что важнее, быстрый. Я ощутил начала формирования магии, там всего пара секунд. Впечатляюще быстро.

В бой вступила Ежелин. Фурия выскользнула из-под причала в призрачной форме и нанесла удар. Не ожидавший подставы князь если и заметил нового врага, не успел толком отреагировать. Проклятый меч лишь с небольшой заминкой пробил доспех, войдя в плоть князя. Насквозь не прошёл, но явно ранил. Князь попытался отогнать второго вампира, чтобы полностью переключиться на фурию. Впрочем, я сам отозвал Коула, пока тот не пропустил удар. Выдохся кровосос, потерял прыть и ловкость.

Ежелин сошлась с князем в дуэли. Ещё одна молния от князя, прошедшая сквозь призрачную форму, озадачила противника. Ежелин не была настолько быстра и ловка, как вампиры, но могла частично переходить в нематериальность, чем напропалую пользовалась, имея подавляющее преимущество и не зарубив князя в первые же секунды только потому, что тот отступал. Пока князь не сделал что-то, покрыв клинок магическим сиянием. Ежелин не стала рисковать и теперь уклонялась от атак. Баланс сил сместился к равновесию, но преимущество всё равно оставалось за фурией, так как второй клинок князя был бесполезен, а от одного полуторника Ежелин легко отбивалась, сама пользуясь второй рукой для атаки. Банально схватила стилет князя прямо за лезвие и рубанула по заблокированной руке.

Лишившись ладони, князь стал осторожнее, отходя и начав перебирать боевую магию. Однако расходящаяся волна силы, как и узкая атака, опять же, некой волной, имели чисто физическую природу и фурии никак не повредили. Некие магические лезвия, запускаемые князем, уже доставали до Ежелин, но не имели достаточной концентрации, чтобы нанести заметный ущерб.

Ещё с десяток секунд они фехтовали, пока я не убедился: князь показал всё, на что способен. Послал в бой остальных вампиров, в смысле двух, один из которых – Милерей. Молодые и относительно слабые, но свежие мертвецы стали соломинкой, переломившей хребет верблюду. Князя зарубили. Подошедшие вампиры заставили мужчину отвлекаться на себя, тратя концентрацию на магические атаки, чем и воспользовалась Ежелин, ткнув князя в грудь. Ещё не смертельно, но срубленная следом за уколом голова поставила в поединке точку.

С кораблём тоже скоро закончили, там было несколько ящериц и пара людей-магов, что меня заинтересовало. Но бойцов фурии порубили, а маги, поняв, чем пахнет дело, убились. Магически убились, не осталось ни тел, ни, как я чуть позже проверил, душ. И… это необычно. Вызывает множество вопросов.

Но первым делом я отправился изучать князя, отдав остальным приказ работать с трофеями. И выловить Ванессу, само собой, к счастью, вампирша не особо пострадала. Итак, князь. Было у меня желание сделать его нежитью, но пришлось закатать губу. Ощущался он как некое скорее магическое, чем просто живое существо. Как голем или элементаль, или нечто такое. Также ощущались сильные химеры, то есть эти ребята точно были результатом магической химерологии. Поэтому тело отправилось на вскрытие.

Мы, само собой, набрали трофеев, собираясь утащить всё, что могло иметь ценность. Если не у нас, то у наг, например. Но сбор требовал времени, сортировки, скелетов ещё надо правильно навьючить, в общем, у меня нашлась минутка на вивисекцию. Вскрытие князя подтвердило мои предположения, с ними очень хорошо поработали химерологи. Со всем телом, не исключая ничего. Кожа изменена. Поверхностный слой устойчив к порезам, следующий слой имел свойства ньютоновской жидкости, твердея при физическом воздействии. Не знаю, как они этого добились, и как князья вообще жили с такой вот «бронёй» вместо кожи, предположу, что это как-то контролировалось сознанием, но простой человек с обычным мечом вообще не имел шанса зарубить даже голого князя. Голого и не сопротивляющегося. Обычный меч просто не справится со шкурой.

Мышечные ткани тоже полностью изменены. Здесь мне сказать сложно, понятно только, что структура у них другая, даже сами переплетения иные, но на этом всё. Кости очень прочные, такие у скелетов-гвардейцев со свинцом, и то не факт. Возможно, у князя ещё прочнее. Внутренние органы… Нда. Два сердца, четырёхкамерные лёгкие, тонкий, вытянутый желудок, кишечник раза в два короче человеческого, и пяток новых органов. Два напрямую подключались к лёгким, ещё один орган тянул отростки к мышцам, два просто включены в кровеносную систему. И тело изнутри заполнено некой жидкостью, возможно, гелем. В местах, где Ежелин проткнула этого красавца, нет следов внутреннего кровотечения. Да и внешнего тоже. Эти твари не могли истечь кровью, физиология не позволит. Прыть князя снизилась, видимо, только потому, что первый же удар пробил один из неизвестных мне органов, вместе с печенью. Ну и да, изменённые ступни, не пальцехождение, но модификация, явно для мощных рывков и прыжков.

Получалось, что князья над всеми местными доминируют. Скорость, ловкость, устойчивость к повреждениям, сила, да ещё и магия. Вот поспорить могу, что магия есть не только у конкретно этого, но и у всех его собратьев. Фурия его один на один вполне забарывает, не без усилий, но забарывает. А вот вампирам, даже старшим, ловить в бою один на один нечего. И это очень серьёзный результат, учитывая, что вампиры как раз наравне с фуриями были «элитными» бойцами. А теперь выходит, что только фурии у нас встают на ступень «элиты», а все прочие опускаются на ранг… ну допустим «гвардейцев». Впрочем, ерундой занимаюсь. Десяток «рядовых» гвардейцев с мушкетами князя вполне застрелят. Быстрее пули двигаться всё равно невозможно, особенно если пуль несколько и стреляют с разных сторон.

А ещё получалось, что этих самых князей искусственно создали. Ну, пусть искусственно улучшили из каких-то обычных разумных. И что-то как-то у меня целостная картинка не складывается. В том смысле, что остальной местным паноптикум выводили, и даже есть понимание, кто в какое время появился. Но князья были всегда, с самого начала. И либо тогда князья не были такими крутыми и их улучшали постепенно, отрабатывая разные элементы на прочих химерах. Либо князья как раз с самого начала были крутыми, но это не была заслуга местных. Какое-то наследие прошлого, с которым местным постепенно разбирались, и, получая понимание процесса, применяли уже сами. А может, местная история просто нагло врёт, и всё было иначе. Тоже не стоит исключать.

В обоих случаях князей улучшали постепенно с наработкой знаний или изучали как раз князей, нарабатывая знания по химерологии, есть большой вопрос. В первом – кто проводил улучшения князей? Понятно, что некие химерологи, но в таком случае именно химерологи должны быть главными, а князья – проводниками их воли. Во втором случае вопрос: кто создал князей, что с них позже химерологи учились создавать других химер? Что же, узнаю позже, пока просто запомним.

Корабль пошёл на дно. Да, здесь неглубоко, так что он остался торчать у причала, но помешает другим кораблям швартоваться, или как там оно называться? Причаливать? В общем, актом вандализма я был удовлетворён. А крепость просто подожгли. Большого пожара я не опасался, слишком здесь влажно.

Собрав всё ценное, наш отряд отправился восвояси. Пару дней пристраивали украденное и обживались, пока я выбирал новую цель. Призраки обнаружили захваченных в плен наг, и мы сразу отправились на место. Ничего неожиданного не случилось, снова быстрая зачистка. В этот раз форт гражданских не имел вообще, так что никого в плен не брали. Трёх захваченных наг отпустили с миром, как и в прошлый раз.

В следующий месяц совершили ещё пять налётов. Два на портовые крепости, но уже без столкновений с князьями. Два налёта на чисто военные крепости, насколько я понял, необходимые для контроля территории и координирования действий в нескольких фортах поменьше. Именно эти две узловые точки были головной болью наг, насколько я мог судить по найденным там бумагам. В общем, обе крепости мы сожгли, устроив князьям большую головную боль. Пятый налёт прошёл на небольшое поселение, где уже нашлись не только воины. Результатам стали пленные.

И вновь что люди, что гномы, что даже эльфы без всякого сопротивления перешли в моё подчинение. Люди и гномы чисто мастеровых профессий. Эльфы – местное жречество, книгочеи. Но главное: среди людей нашёлся дворянин. Точнее, никто из пленников не знал, что тот однорукий калека, работавший писарем, из благородных кровей. Гиллиан сам признался.

– Всё это, – мужчина здоровой правой рукой указал на то немногое, что осталось от левой, а также на прочие свои раны, – милость князей, Арантир. Я и мой род стали неугодными, и мне чудом удалось избежать гибели. Меня посчитали погибшим. Здесь мне помогли знакомые, позволив кое-как устроиться и жить.

– А не хочешь ли ты, Гиллиан, вернуть себе здоровье?

Дворянин зло улыбнулся.

– Ещё как хочу. Но чего мне это будет стоить?

Пожимаю плечами:

– Да не так уж и много. Присоединись ко мне и воюй с князьями. А дальше ты и сам во всём разберёшься. Ты сможешь стать такими, – указываю на Ванессу, – как они. Сильным, быстрым. Бессмертным.

Мужчина некоторое время думал, а затем спросил:

– Достаточно сильными, чтобы биться с князьями?

– Не один на один, но да. Ванесса и Коул почти на равных бились с одним из них.

Само собой, Гиллиан согласился. И он стал очень хорошим приобретением.

Глава 11.

Гиллиан рассказал о том, как живут в цивилизованной части местного… государства. На языке крутилось слово «Царство», да и вообще местный язык по смысловой составляющей не коррелировал с «европейскими» понятиями. Многочисленных виконтов, графов, лордов, герцогов и прочего паноптикума дворян здесь не было. Совсем. Были князья, хозяева жизни и хозяева всего. Были «дворяне», в самом прямом смысле этого слова – «люди двора», придворные. Ещё были «бояре», опять же в прямом смысле – «люди боя». А среди князей был первый среди равных, правитель, император, царь, король, неважно. Местное название слишком неблагозвучно, пусть будет царь.

Князей было мало. Даже в крупных городах набиралось две-три семьи, десяток человек вместе с детьми и стариками. Они физически не могли тянуть всю административную деятельность на себе, да и не хотели. Поэтому имелись подчинённые, первые их них «бояре». В местах, где служба получше, в основном – люди, где кровь и смерть – птицемордые и ящерицы. Хотя расовой дискриминации почти не было, боярами могли быть представители всех «рас», кроме гоблинов и орков. Бояре тянули офицерские должности, выступая командным составом. Часть бояр являлась личными дворянами, это в основном всякие птицы и ящеры. Их привилегии по наследству не передавались, да и привилегии эти были малы. Зато среди людей, эльфов и гномов встречались настоящие династии, поколениями пребывавшие в войсках. Гномы обслуживали осадные машины, нередко целыми кланами. Бояре из людей чаще всего были всадниками, тяжёлой кавалерией, реже – средней и лёгкой. Эльфы – егерями. Хотя это не непреложное правило, встречались среди егерей и люди, хотя и нечасто, людей можно было увидеть и среди инженеров. Несколько остроухих династий создавали становой хребет средней кавалерии, так что насчёт кастовой системы я несколько поторопился.

Если «бояре» обеспечивали военную службу, то дворяне – гражданские направления. Род Гиллиана, например, разводил лошадей. В общем, часть дворянских родов выступала в качестве «компаний», или, если на средневековый манер, цехов, обеспечивая производство и торговлю, а часть шла на различные административные должности. Дворяне, конечно, стояли выше простых смертных, имея привилегии и различные преимущества, но были сравни смертным перед князьями. И хотя, как я опять же правильно предположил, князья совсем уж безбашенными маньяками не являлись, но за неудачную шутку, задевшую княжескую честь, даже опосредованно, лишали головы вообще без разговоров. Никаких судов, решение князя – закон. И это не какая-то абстрактная угроза, у Гиллиана за неуместный флирт зарубили тётушку, за косой взгляд порешили двоюродного брата, а младшую несовершеннолетнюю тогда сестру, не спрашивая ничьего мнения, растлили два молодых князя. Девушка это пережила, но так себе детские впечатления, если честно. И княжичам за это никакого наказания. То есть пусть редко, но князья творили всякое дерьмо.

Ещё Гиллиан прояснил ситуацию с магами.

– Круги магов – закрытое место. Проявил магические способности – добро пожаловать. И жить ты будешь не в том круге, что ближе всего к твоему дому, нет, наоборот – увезут как можно дальше. Оттуда не возвращаются. Магов, если это не благословенная сила, растят в строгой дисциплине… – рассказывал дворянин.

Благословенная сила – это как раз предрасположенность к магии жизни и её разделу – химерологии. Химерологи среди прочих магов были ребятами привилегированными, но, опять же, перед князьями все равны. А круги магов мне кое-что напомнили, была одна вселенная с чем-то подобным. Здесь, правда, всё было менее жёстко: в кругах безвылазно сидела только молодёжь. По окончании обучения маги уже могли передвигаться по городу, занимать какие-то должности. Гиллиан не знал, что там происходит внутри кругов, не имел доступа, но встреченные им волшебники хоть и не выглядели слишком довольными жизнью, но и погружёнными в пучину мрака не казались.

Последней важной частью рассказа были соседи царства. Маркхаги на юге и «демоны» на северо-востоке. С демонами очевидно, что это не демоны, а ещё одна изменённая химерологией разумная раса. Клыкастая, рогатая, крупная и сильная. Агрессивные ребята, которые не вели переговоров, не брали пленных, зато ели своих врагов… Короче, демонами назывались вполне обоснованно.

С маркхагами сложнее, это не самоназвание какой-то «расы», а государство. Людей там не встречалось, зато имелись эльфы, орки (свободные, а не как в царстве) и гномы. Не было птицев и ящеров, зато жили ребята, по описанию Гиллиана, являвшиеся антропоморфными волками и кошками. То есть я попал на материк, где древние маги развлекались с химерологией, обращая разумные (а может, и не только разумные) виды в различные, что удивительно, вполне жизнеспособные популяции изменённых существ. Без особой фантазии, правда, либо же самые фантастические твари не выжили. И теперь выпущенный на свободу зверинец организовался и весело режется друг с другом. Да, все три государства (о других Гиллиан ничего не слышал) воюют без остановки. Когда более активно, когда пассивно. Сейчас шла пассивная фаза, все зализывали раны после прошлой ожесточённой «войны», судя по всему.

Актуальная для меня информация. Войны закончились не вчера, и стадия восстановления численности уже пройдена, сейчас идёт обучение и накопление резерва. Для меня это значит, что, стань я заметной занозой в причинном месте, сюда сразу начнут стягивать войска, хотя бы чисто для тренировки. Учитывая, что мы на последней ходке завалили князя, отряды егерей сюда перебросят очень скоро. А это значит что? Верно, надо расширить личный состав, причём не высшей нежитью, а расходными боевыми единицами. Вампиры – это хорошо, но всё же высшая нежить, наделённая личностями, это слишком расточительно для обычных схваток.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.