Влад Ковалев
Выбор

1. Первый заход. Май 2027 года

– Брось его! Нахер! – на последнем выдохе сказал Максим, оперевшись на свои колени.

Михаил послушал своего друга и приподнялся. Голова задержанного была размозжена, мозг понемногу вытекал из разбитого черепа. Нижняя губа, которая осталась целой, слегка подрагивала. По комнате начал разноситься неприятный запах. Михаил поджег сигарету, чтобы сбить запах, и уселся на стул.

Максим последовал его примеру, сел, расправил свой пиджак и расстегнул две верхних пуговицы рубашки. Они сидели вдвоем в костюмах, прямо как в школьные годы, бок о бок, только вместо учителей перед их глазами лежал труп. Михаила это улыбнуло, он оперся локтями на ноги и частыми затяжками окутал себя дымом.

С каждой секундой в его голове разрастался все больший спор о правильности их действий. Мы спустились к нашим предкам, к другим хищным животным. Почему-то мы уравняли свое право с ними на жестокость. Мы ничем не лучше ни животных, ни плохих людей. Его успокаивало только то, что определенной горстке людей, являвшейся большинством на этой планете, на слова, сказанные спокойным голосом, просто похуй. А тут без физических замечаний и предупреждений уже не обойтись.

– Стыдно? – спросил Максим, выкидывая бычок в массу, лежащую возле расколотого черепа.

– Должно быть? – усмехнулся Михаил, повторив за своим другом.

– Не знаю. Мне просто все равно. И это пугает. – задумчиво произнес

Михаил. – Вроде бы так и нельзя, но внутри меня ничего не дергается. Есть определенная цель, а способы достижения я приму любые, так как цель общая, и с благими намеререниями.

– У меня не так все однозначно.

Максим стал все чаще понимать, что многими вещами придется жертвовать для достижения чего-то стоящего. Но если тут ты теряешь что-то определенное, то ответственность ты никуда не денешь. Ты всегда будешь нести ее за все за свои поступки.

Еще пять минут они изучали результаты своей казни. Помимо головы парни искололи мужику правую ногу, где они проворачивали ножи, просто тыкали, как в школе дети играют со стирашкой и карандашом. На левой руке не доставало безымянного, большого пальца и мизинца. Еще был вариант поиздеваться над преступником в паховой области, но никто не решился резать яйца и член, для обиженного хватило одних угроз и деяний с другими конечностями.

– Ладно. Нам пора. – сказал Максим и встал со стула.

Парни помыли свои руки, лица, вытерлись полотенцем. Все вещи они сложили в просторный дипломат, выдаваемый им на работе. Михаил, добивая мужика, испачкал рукава своей рубашки. Он закатал их в два оборота и накинул сверху пиджак.

Выйдя на улицу, Максим сразу завел машину, чтобы прогреть ее. Выглядела ситуация очень странно. Два молодых ухоженных человека в костюмах и с дипломатами стояли в бедном районе города между хрущевок возле дорогой машины. Как будто друзья играли в плохом фильме, где на них из переулка должны выйти бандиты и уничтожить их. Но, к их сожалению, Михаил и Максим сами приходили за негодяями. От них все прятались, теснились по углам, затихали и прерывали свою бурную деятельность.

Время неспокойное, послевоенное. А это значит, что и меры приниматься должны максимально решительные. И иногда нужно бороть свою совесть, или видоизменять ее.

– Видоизменение совести. – задумался Михаил. – По-моему, это называется «идти против себя».

– Это как посмотреть. – улыбнулся Максим. – Главное – цель, брат, а остальное мелочи. Для этого мы этим и занимаемся. Давай садись, нам докладываться ехать надо.

2. Новости. Сентябрь 2032 года

«Друзья. Сегодня отмечается ровно 5 лет со дня издания Указа Президента о «О проведении мероприятий по пересмотру общественного порядка и его членов». Тотальная чистка длится 5 лет. И результаты очень впечатляют.

Происходит Великая Чистка! Нам нужно здоровая страна! Нам нужны здоровые граждане! Нам нужны добропорядочные граждане! Нам нужны светлые умы и души! Нам нужны люди! А не их жалкое подобие, которое распространяет страшные и неизлечимые болезни. Которые терроризируют граждан, мешают всем спокойно жить!

Ум, развитие, душа, покой, равновесие! И самое главное – ЧЕЛОВЕЧНОСТЬ!!!

Да, кричите, хлопайте, идите своим путем, помогайте создавать тот мир, который соответствует обеим сторонам. Человек, как вид, должен соответствовать планете! И планета должна соответствовать человеку! И только действительно понимающие люди знают, что по большей части МЫ должны подстраиваться под нее.

Пора стать еще более решительными и мужественными. Не пропадет ни наша душа, ни наша планета, ни стоящие люди.

В работе одного из известных психологов современности, Олафа Фостера, разбиралась асоциальность. И вывод из этой работы неутешительный – мир семимильными шагами движется к асоциальности. И мы встаем на эту войну с гордо поднятой головой.

Это не утопия! Это реальность! Самая настоящая, и порой жестокая! Но боятся нельзя. Нужно бороться. Многие западные лидеры столетиями нагнетали обстановку вокруг нашей Родины, вокруг «русского человека». И они непременно продолжат этим заниматься, ведь они пытаются добиться одного: очернить русских, и искоренить их.

Мы не будем сдаваться, и уж тем более слушать тех, кто открыто старается от нас избавиться».

– Сильно сказано. – Михаил закурил сигарету и открыл окно в своей комнате.

3. Совещание. Март 2039 года.

Совещание вот-вот начнется. Мне пришлось здесь ночевать, так как пришлось подбить данные по оставшимся недобитым зэкам, и главное, для чего я прибыл. Ебаные больные. Доклад нужен по всем социально-значимым болезням, а также представляющие опасность для окружающих. Некоторые болезни попадаются в обоих списках. А итогом должно стать решение, кого из них выбирать.

Передо мной стоит уже две пустых банки энергетика, а в меня постепенно вливается третья. Глаза уже на волевых качествах остаются открытыми. Сейчас я жду конца совещания, чтобы отоспаться, так как с завтрашнего дня у меня внеплановый отпуск. За то, что я работал без выходных полгода.

– Коллеги. Добрый день. – мы все встали. Евгений Валентинович, начальник нашей организации. Как всегда, его костюм просто шикарен. – Присаживайтесь. Давайте не задерживаться сегодня. Витя, начинай.

Капралов начал опять яростно отстаивать временную цензуру. Но из-за его коммунистичесих наклонностей все стали заниматься своими делами. Справа от меня Юля сидела и листала новостную ленту, слева Антон минуту усаживался поудобнее, и в итоге прикрыл глаза. Он всегда начинает храпеть, поэтому у нас уже был негласный договор, что я его бужу, как только тот начинает посапывать и превращаться в медведя.

Всем было неинтересно слушать Капралова, но тому всегда было все равно. Его огромное мускулистое тело должно было вот-вот порвать пиджак, он с тупым взглядом смотрел в бумажку и читал свои отчеты, попутно от себя добавляя факты. Почему же доносчики – это полезно?

И ему не нравилось, когда над его утверждениями начинали сомневаться. И уж тем более смеяться. Но мне надо как-то дотерпеть до своего доклада, поэтому пора немного взбодрить нашу контору.

– Из-за доносчиков в тридцатые годы пропали от семисот тысяч до двух миллионов человек. – я отпил воды, но успел не дать перебить себя

Капралову. – А это взрослые здоровые люди. Женщины эти могли работать на заводах, а мужики – отправиться на войну. Вот из-за таких, как вы, Виктор Анатольевич, мы и воевали четыре года.

– Не согласен с вами…

– Как и с вами отечественная история! – подытожил я и откинулся на спинку стула.

– Ну, Михаил. – Евгений Валентинович еле сдерживал смех.

Но сидящие не смогли удержаться, повсюду были слышны «хи-хи» и перешептывания. А вот Капралов смотрел на меня испепеляющим взглядом. Я показал ему рукой жест Вутанг-клана, а мои уставшие глаза дополнили мою несуразную картину, поэтому Капралов перестал быковать на меня глазами.

Позже я уже не хотел спать. После безобидной шутки я начал чувствовать, что скоро мой черед, и нервы стали немного шалить. А все из-за того, что надо было сделать выбор, и очень сложный.