Таня Свон
Культ пустоши

© Свон Т., текст, 2025

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

Пролог

– Нет! Уберите от меня руки! – Я пыталась вырваться из хватки сразу нескольких стражников в серой форме рыцарей луны. – Я не хочу!!!

– Тише, дитя, – ко мне склонился седовласый маг. В одной руке он держал предмет, чем-то похожий на кисточку. Только кончик у нее был не мягкий, а металлический. Во второй его руке была баночка с краской.

Только вот я чувствовала, что это не просто краска. И магия моя тоже это знала и бесновалась. Воздух гудел, в нем взрывались зеленые искры неконтролируемой силы.

Я не могла подавить хлынувшую наружу магию. Еще не умела ею пользоваться. И, похоже, теперь уже никогда не научусь.

– Отсечение магии – быстрый процесс.

Он не сказал «легкий» или «безболезненный».

– Ты еще не привыкла быть чародейкой, так что в твоей жизни почти ничего не изменится…

Стражники сильнее скрутили меня, когда я стала пинать их и рычать, как дикий зверь. Точно так же шипела моя новая подруга, которой я обзавелась сегодня днем, – кошка. Точнее, то, что от нее осталось.

Оживший кошачий скелет стал первым признаком моей пробудившейся магии. Это вышло случайно, я даже не поняла бы, что дело во мне, не увяжись мертвокот за мной.

Послушницы храма Пустоши, в котором я жила, охали и шарахались от Скеллы (так я назвала своего нового питомца). Они шептались, думая, что я не вижу… А потом одна из них сказала:

– Лирида, давай сходим на базар? Купим для твоего нового питомца ошейник.

Мы со Скеллой тогда переглянулись – мои зеленые глаза и ее пустые глазницы, горящие изнутри магией. Ни я, ни Скелла не заподозрили подставы.

Мы наивно пошли за сестрами-послушницами и до последнего не чуяли подвоха.

Только когда мы подошли к запертым воротам школы круга луны, а одна из наших провожатых стала что-то кричать про проявившуюся магию стражникам, я поняла, что Скелла так и останется без ошейника.

Я слышала много страшилок про то, как магию отнимают у бедняков, у которых нет возможности платить за обучение в школе чародеев. И мозаика тут же сложилась.

Только вот бежать уже было поздно.

– Скелла! – крикнула я, понимая, что сама не выкручусь.

Кошка мявкнула, приняв приказ, а затем зашипела и бросилась на одного из рыцарей луны. Тот завопил, стал отбиваться от напавшего скелетика и выпустил мою руку.

Скелла кусала его за лицо и шею, проворно двигалась по телу стража, точно змея. И я брала с нее пример.

Как молния рванула в сторону. Плечо руки, которую держал другой страж, взорвалось болью. Но я стиснула зубы и дернулась еще раз.

Получилось! Свобода!

– Ко мне! – бросила новый приказ, и Скелла тут же прыгнула мне на плечи.

– Ловите ее!

Я бежала к единственной в этой огромной зале двери. Что будет, когда выскочу за нее, не думала. Не допускала мысли о том, что я не запомнила витиеватые ходы школы луны. Старалась не слушать голос разума, который твердил: отсюда не выбраться.

Можно бежать по прямой, но было до ужаса страшно, что поймают. Тогда я стала петлять вокруг мраморных колонн, что подпирали сводчатый мозаичный потолок. С него на мои жалкие потуги спасти магический дар смотрели изображения новых богов.

– Чего ты боишься, девочка? Этот ритуал тебя не убьет! Ты будешь жить, как и прежде!

Скелла жалобно мяукнула, и я припустила с новыми силами.

Лишусь магии – Скелла исчезнет.

Не хочу. Не могу!

Но как бы я ни старалась, меня все равно поймали.

Один из рыцарей швырнул в меня магическую сеть. Я вскрикнула и повалилась на пол, больно ударившись подбородком о каменные плиты. Под мои душераздирающие крики второй страж накинул на Скеллу мешок, крепко перевязал его веревкой и отбросил брыкающуюся суму подальше от себя.

Я больше не пыталась что-то говорить, а просто плакала, глядя на мешок, из которого Скелла безуспешно пыталась выбраться. Внутри все горело от боли и обиды на послушниц, что меня предали и обманом привели на отсечение магии.

– Все кончится быстро, – пообещали мне.

Маг с зачарованной краской снова возник передо мной. Он сидел на корточках, подготавливая «кисть» к первому «мазку».

– Не бойся. Твое клеймо лишения будет не на видном месте. Мы оставим его на запястье, а не на лице, так что никто не сочтет тебя магессой, нарушившей закон.

Но когда кисть уже зависла над моей рукой, кое-что произошло…

– Профессор? Что вы делаете?

То был незнакомый мужской голос, на который в тот же миг обернулись все.

Даже я кое-как повернула голову и посмотрела на парня, что застыл в дверях.

Он только что вошел и выглядел ужасно напуганным. Лицо бледное, светлые волосы всклокочены, будто он бежал или боролся со мной в этом зале. Но это не так. Я видела его впервые.

– Сгинь, – процедил седой маг, глядя на ворвавшегося парня. – Тебе здесь не место. Пока что.

– Ошибаетесь.

Было видно, что незнакомец волнуется, но он все равно стоял на своем. Прошел в зал и застыл в нескольких шагах от меня. Теперь мне было видно лишь носки его ботинок и полы темно-зеленого плаща.

– Ты еще не вошел в преподавательскую ложу, – сквозь зубы процедил мой мучитель. – Ты лишь практикант, который берет на себя больше, чем стоило бы!

В голосе мага было столько стали, что у меня у самой душа дрогнула. Будь я на месте этого парня, уже бы сбежала, поджав хвост. Но тот, похоже, куда упорнее меня.

– Вы сами учили, что нельзя проводить ритуал отсечения силы, пока мы не проверим магический потенциал.

– Эта девочка – сирота. Ее воспитывают в храме Пустоши. Некому оплатить ее обучение в школе, Люц.

– Но есть правила, по которым школа обязана предложить бесплатное обучение, – упрямился мой защитник. – Что, если у девочки редкий дар? Вы ведь даже не проверили!

Маг хмыкнул и поднялся на ноги. Кисть и баночку с серым порошком, от одного взгляда на который у меня поджилки тряслись, он специально положил прямо перед моим лицом.

– Проверить ее способности – это время.

– Это пять минут!

– Девочку ждут служительницы на входе в школу. Я не хочу задерживать их.

– Нет. Вы просто не хотите дать ей шанс.

Эти слова – точно звонкая пощечина, после которой повисло тяжелое молчание. Тишина казалась зловещей, будто в ней назревало что-то нехорошее.

– Надеюсь, ты понимаешь, что такое поведение не останется безнаказанным? – прошипел маг. – Здесь целый зал свидетелей твоих пустых обвинений, Люциус.

– Здесь целый зал свидетелей, которые видели, что вы плевать хотели на правила! Чего вы боитесь? Что золото, которое сейчас течет в ваши карманы, королевство пустит на обучение сирот?

Я не видела, что произошло. Кажется, профессор собирался атаковать парня, потому что один из рыцарей перестал держать меня, а бросился на мага. Теперь я смогла приподняться на полу и увидела, как страж сжимает запястье профессора.

– Хорошо. Ты получишь свое, но только в этот раз, – тоном, не сулящим ничего хорошего, пообещал он. – Я проведу эту девчонку через ритуал определения магического потенциала, но ты поплатишься за это всем. Можешь и не мечтать стать преподавателем магии, ведь ты своей лишишься.

Не успела я даже посмотреть на своего спасителя, как противный профессор схватил меня за руку и куда-то потащил.

– Перед ликами богов я прошу показать сокрытое! – выкрикнул он, и каменные плиты в центре зала пришли в движение.

Они раздвинулись, открывая спрятанный бассейн. В кристально прозрачную воду спускались ступени из мрамора. К ним-то меня и подтолкнул маг.

– Войди в воду.

– Я не умею плавать, – испугалась я.

В ответ услышала лишь раздраженный вздох, а потом меня почти за шкирку подтащили к бассейну.

Скелла прогрызла мешок и кинулась на моего обидчика. Он попытался отмахнуться от скелета, но кошка зашипела и полоснула лапой магу по лицу.

Он взревел и, пытаясь снять скелет с себя, не заметил, как спихнул меня в бассейн.

Вскрик стих в тот же миг, едва рот заполнился водой. Я испугалась, что сейчас начну задыхаться, но быстро поняла, что не тону. Наоборот, что-то поднимало меня на поверхность.

На поверхность воды, которая стала безупречно черной.

Что это значит?! И кто меня спас?

Почему-то я думала, что мне помог кто-то из рыцарей или тот парень, который настоял на проверке моей силы. Однако я ошибалась.

Сейчас на меня и на то, что находилось за моей спиной, все в этом зале смотрели со смесью ужаса и восхищения.

И я никогда не забуду голос, звучавший словно из другого мира:

– Эта девочка станет моим оракулом. И я уничтожу любого, кто осмелится этому помешать.

Глава 1
Десять лет спустя…

– И последняя подгруппа на экзаменационное испытание отправляется в «Снежный пик». Половина пойдет с профессором Эттери, остальные – с профессором Мором.

«Профессором Мором?» – эхом пронеслось в мыслях. С тем самым профессором, которого никто из студентов последние годы в школе круга луны в глаза не видел?

Скамья, на которой я сидела в плотных рядах однокурсников, вдруг показалась слишком жесткой, а воротник строгого платья – узким. Но я не шелохнулась, чтобы сесть поудобнее или ослабить ленту с гербом школы на шее.

Да, я в последней подгруппе, но это не значит, что попаду к профессору Мору. Может, повезет и моей наставницей станет Эттери?

Поверх голов студентов я бросила взгляд на преподавательницу. Профессор Эттери – эксперт в магии переноса – восседала с другими учителями за длинным столом, расположенным на невысокой сцене. Я занимала место далеко не на первом ряду, но даже отсюда было видно, каким тяжелым и колючим взглядом алых глаз Эттери окидывала своих учеников. Белые волосы она, как обычно, собрала в тугой пучок на затылке, что только подчеркивало острые уши магессы.

Вампирша. Точнее, отродье.

Это из-за нее в лекционном зале, освещенном пламенем свечей, окна плотно зашторены не только тканью, но и чарами. Из-за нее часть студентов, выбравших для дополнительного изучения магию порталов, вынуждена таскаться на пары поздними вечерами, когда солнце сядет.

Говорят, Эттери уже несколько веков, хотя выглядит она лет на семнадцать. Внешность обманчива, но вот речь, манера себя вести – все в профессоре выдает древнее и черствое существо.

Если попаду в подгруппу Эттери, практика не будет легкой и приятной.

Но профессоршу-вампиршу я хотя бы знаю. Я была на ее лекциях по магии переноса и на практических занятиях, где в нас пытались пробудить умение открывать порталы. У меня не вышло – так что отношения с Эттери далеки от теплых.

А вот профессор Мор… Его я вообще никогда не видела.

Даже сейчас его место за длинным столом пустовало.

Я все же не вытерпела и обернулась, взглядом ища в толпе студентов тех, кто попал со мной в одну группу, – Антуана и близнецов Нотт и Гаата. Как они отреагировали на такое распределение?

Но не успела я заметить кого-то из товарищей по несчастью, как дверь в главный зал распахнулась…

– Прошу прощения за опоздание. Накладки с порталами. – Незнакомый мужской голос звучал одновременно и серьезно, и легко. Будто в него случайно закрались нотки веселья и… предвкушения.

Студенты, как один, обернулись на этот голос и на звук, что сопровождал каждый шаг мужчины, – мерные и тихие удары трости о каменный пол.

Тук. Тук. Тук.

– Это профессор Мор, – перешептывались вокруг.

Готова поспорить, все взгляды были устремлены на преподавателя, что ворвался в зал посреди собрания.

Первое, что бросилось в глаза, – плащ глубокого изумрудного цвета с высоким воротом и торчащими в стороны уголками. Этот плащ обманывал зрение, ведь из-за него казалось, что у профессора телосложение, как у плотно сбитого мускулистого бойцовского пса. Но на самом деле Мор оказался стройным, и худоба добавляла ему элегантности, что сквозила в каждом движении и в каждой детали. В уложенных назад коротких светлых волосах, в идеально выбритом подбородке, в крохотной броши в виде черепа, что блестела серебром под воротником рубашки. Ее профессор заправил в брюки с широким ярким поясом, к которому тонкими цепочками крепились многочисленные бутыльки.

Зелья? Лекарства? Не удивлюсь, если обезболивающие. Профессор сильно хромал на правую ногу.

– О каких накладках речь, Люциус? – обратился к нему ректор школы круга луны. Седовласый мужчина с аккуратной бородкой поднялся из-за стола и со сцены взирал на Мора.

– О, пустяки, – покачал головой тот, продолжая хромать к ступеням на сцену. – Мага, который открывал для меня переход в школу, цапнуло исчадие. Пришлось ждать, когда бедняга вновь сможет шевелить рукой.

Все в зале на несколько секунд шокированно умолкли. Некоторые преподаватели за столом даже побледнели, а ректор ненадолго растерялся. За это время Мор уже поднялся на сцену к коллегам и сел на последний свободный стул, который дожидался его с самого начала собрания.

– Господин Ланье, вы прекрасно осведомлены о работе, которую я проделывал в разоренной провинции, – спокойно проговорил Люциус Мор и откинулся на спинку стула. – Там и не такое случается.

– О чем он? – шепнула я своей соседке по скамье, но та только пожала плечами, а затем задала этот же вопрос другой девушке. И дальше поползла паутинка шепотков…

О профессоре Море, который должен был вести у нас на последнем курсе смежную дисциплину – боевую некромантию, мы знали мало. Лично я слышала, что он хороший преподаватель, известный ученый и довольно сильный маг. Однако побывать на его занятиях уже несколько лет никому не везло.

Рыцари луны призвали Мора в Далитт – провинцию, которая еще пару веков назад была столицей нашего королевства. Сейчас же это были самые опасные территории Артери. А все потому, что в прошлом – в Эре Оков – в Далитте развернулось кровавое сражение, во время которого один из древних богов был развоплощен, а второй – заточен. Огромный всплеск энергии, родившийся при этом, стал причиной скверны, уже пару веков точившей королевство.

Туда, в самое сердце катастрофы, часто призывали магов для закрытия брешей и борьбы с исчадиями. Но никого не забирали в Далитт дольше чем на несколько недель.

Профессор Мор же провел там около восьми лет, а то и больше.

Почему? Как? Для чего он вернулся именно сейчас? Мы могли только гадать.

Остаток собрания мы слушали ректора, который рассказывал, как важна экзаменационная практика. По ее итогам решится наша судьба – останемся ли мы магами или лишимся силы, как недостойные.

Расставаться с магией на последнем курсе желающих не было. Все же все, кто хотел от дара избавиться, сделал это уже давно. Тем более процедура не сложная и быстрая – достаточно позволить нанести на свою кожу клеймо из особой смеси. Костяной драконий порошок и пыль из специального металла сделают свое дело и помогут распрощаться с магией. Цена невелика: редкие головные боли, но взамен – свобода от долга перед королевством. Никакого риска, никаких командировок к брешам и битв с исчадиями.

Только вот не все жаждут спокойной жизни. Я скорее руку на отсечение отдам, чем избавлюсь от магии.

Когда собрание подошло к концу, ректор зачитал номера аудиторий соответственно подгруппам, которые должны явиться в кабинеты для встречи с кураторами.

Я одновременно ждала и боялась той минуты, когда окажусь с профессором Мором или Эттери лицом к лицу. Кто из них станет моим наставником?

«Хоть бы не Люциус Мор! Пустошь, помоги мне!» – мысленно взмолилась я и вместе с другими студентами поднялась со скамьи.

Все то время, которое профессор Мор «озарил своим присутствием», я поглядывала на него. Пыталась сопоставить образ из рассказов, которые слышала о нем, с реальностью. Получалось не очень хорошо.

Портрета профессора некромантии на информационной доске не было. На первых курсах я его если и замечала в школьных коридорах, то значения не придавала. Его образ не засел в памяти. Потому, когда я слышала, как кто-то рассказывает об известном Люциусе Море, я представляла его седовласым мужчиной на закате лет, с серьезным лицом, не выражающим эмоций, и тяжелым взглядом.

Общего между реальностью и моими домыслами было мало. Точнее, их объединяла всего одна деталь: трость. Во всем остальном мои ожидания не просто не оправдались. Они перевернулись с ног на голову!

– Ну? – В коридоре меня нагнал Антуан и хитро сверкнул синими глазами, смотрящими из-под угольной челки. – К кому надеешься попасть в подгруппу, напарница?

Я бегло глянула на тех, кто шел возле нас. Никто не подслушивал, все обсуждали своих кураторов и места распределения.

– Если из двух зол выбирают меньшее, то Эттери, – призналась я и невольно коснулась хрустального кинжала, что висел на поясе.

Он – дар моей богини. И именно к ней я сейчас мысленно взывала, моля о помощи.

Антуан присвистнул и бочком придвинулся ко мне. Теперь наши плечи почти соприкасались, зато говорить можно было чуть тише.

– Не ожидал. За что ты себя так ненавидишь, что хочешь попасть к профессору Клык?

Так студенты между собой называли вампиршу Эттери. Та об этом знала, но предпочитала не комментировать.

– К тому же ты некромантка, – продолжал Антуан, – у вас с профессором Мором один профиль.

Я поморщилась и заученно сказала:

– Я не совсем некромантка. Я жрица Пустоши…

– Да-да, – закатил глаза Антуан, – и свои магические силы в основном черпаешь от нее. Помню.

– Правда? – подколола я одногруппника, у которого оценки были так себе по всем теоретическим предметам. Зато физическую подготовку Антуан всегда сдавал лучше остальных.

– Абсолютная. – Антуан, как обычно, пропустил шпильку мимо ушей. Его вообще всегда сложно вывести из себя. – В общем, сути это не меняет. И ты, и он слишком часто возитесь с умертвиями.

Я согласно хмыкнула. Что есть, то есть.

– И все равно Эттери.

– Серьезно? – вскинул брови Антуан. – Почему?

Мы шли по винтовой лестнице, что вела в кабинет на последнем этаже северной башни. Преподаватели уже ждали там – я видела, как Эттери открыла портал себе и Люциусу, для которого подъем на несколько этажей был сложной задачкой. С его-то хромой ногой…

Студентов вокруг уже не было. Большая часть из них отсеялась в главном коридоре. Поток юных магов хлынул по аудиториям. И только мы с Антуаном тащились в башню… А еще Нотт и Гаат – рыжеволосые близнецы. Но те давно опередили нас и умчались на много ступеней впереди.

Уверенная, что нас никто не слышит, я честно сказала:

– Люциус Мор кажется слишком беспечным для некроманта. Ты слышал, что он сказал на собрании?

– О том, что его напарника цапнуло исчадие? Боишься, что и тебя рядом с ним могут куснуть? – Антуан шутливо изобразил рукой челюсти и впился зубами-пальцами в мое плечо.

Я смахнула его руку и серьезно сказала:

– Нет. Я могу за себя постоять. Но у меня есть ощущение, что профессору Мору до студентов дела особо нет. Его не было в школе несколько лет. Наш курс его вообще не видел. Он опоздал на собрание, а на той части, на которую явился, сидел со скучающим выражением лица или странной улыбкой. Слишком добродушной и веселой, если учесть сложившуюся ситуацию.

Подъем по лестнице начал выматывать, и я умолкла, хотя еще было много того, что хотела высказать насчет профессора. Но дыхание сбилось, и пришлось прикусить язык.

Зато спортсмен Антуан нагрузки будто не замечал:

– То есть ты обвиняешь его в улыбке?

– Я обвиняю его в… Стоп. Я вообще его ни в чем не обвиняю! Просто мне показалось, что Люциус Мор не слишком заинтересован в преподавании.

«А мне важно хорошо закрыть практику. Иначе все, к чему я стремилась, сгинет в небытие», – пронеслось в мыслях, но их я оставила при себе.

Ноги гудели, но мы почти добрались до последнего этажа. Я едва плелась, прижимая к груди блокнот для записей одной рукой, а второй придерживая юбку. Антуан же шел бодрячком, чем потихоньку начинал бесить.

– Можешь не оправдываться, Лирида. Я понял, тебя смущают некроманты, которые умеют улыбаться, – беззлобно протянул Антуан, а я коротко хохотнула.

Посмеялась бы погромче, если бы остались силы. Проклятье, и почему я не умею создавать порталы? Давно бы уже была на вершине башни!

– Дело не в улыбке, Антуан. Просто профессора Эттери я знаю и уверена, что практику с ней закрою. Может, и с трудом, но вовремя.

– Это точно. Клык терпеть не может опоздания. Уверен, она потому и порталищица, – гоготнул Антуан, на что я только тяжело вздохнула.

Магия не зависит от нашего характера или предпочтений. Это просто сила, которой мы можем задать траекторию. Иногда к некоторым специализациям может быть талант, но это никогда логике не поддается.

Но говорить об этом уже не осталось времени, ведь мы как раз подошли к нужному кабинету.

Глава 2

– Наконец-то все в сборе! – Мор сидел на преподавательском столе, вытянув длинные худые ноги. Трость отдыхала рядышком.

Эттери же стояла у доски, сурово скрестив руки на груди.

Окна вновь были плотно перекрыты магической завесой, не пропускающей свет. В кабинете царил полумрак – вечный спутник Эттери, который развеивали зеленые огоньки, что парили под потолком.

– Пройдите в центр кабинета. Все, – как обычно, строго отчеканила Эттери.

Мы с Антуаном переглянулись, пожали плечами и последовали приказу.

Парты в кабинете были сдвинуты к стенам. В центре комнаты уже стояли Нотт и Гаат.

– Что происходит? – шепотом спросила я у близнецов, но они лишь развели руками.

– Итак, начнем! – щелкнул пальцами Мор, и в центре комнаты вдруг возник узкий столп зеленого света.

Это было так неожиданно, что наша четверка непроизвольно отшатнулась подальше от световой колонны. А от нее тем временем в четырех направлениях поползли полупрозрачные стены, сотканные из магии.

Они разделили нас так, что каждый студент оказался заперт в своем участке кабинета. Сквозь образовавшиеся преграды мы все еще видели друг друга, но вот пересечь их…

– Больно! – вскрикнула Нотт, когда попыталась перейти на территорию брата.

Она схватилась за руку и принялась на нее дуть, будто на ожог.

– Не подходите к стенам! – громко сказал Гаат то, что мы и так все уже поняли.

А вот то, зачем нас здесь заперли, пока оставалось загадкой…

– Что мы должны сделать? – Мой кусочек кабинета был ближе всего к доске и преподавательскому столу. Так что я лучше остальных видела Мора и Эттери, которые выглядели невозмутимыми.

Мор улыбался кончиками губ, а Эттери сурово фыркнула в ответ на мой вопрос. Ни один из преподавателей даже слова не сказал! Никаких пояснений!

Практика уже началась? Или дело в чем-то другом?

Все вопросы как ветром сдуло, когда за своей спиной я вдруг услышала странный хрип. Я похолодела от ужаса, почти оцепенела, но чувство самосохранения не позволило замереть.

Я резко повернулась и сдержала крик.

Прямо передо мной стояло исчадие – человекоподобное чудовище с деформированными частями тела. У моего исчадия были неестественно вывернуты руки, отсутствовала нижняя челюсть. Однако это не мешало ему издавать отвратительные хрипящие звуки.

– К-х-х-р! – проскрежетал монстр, шевеля вываленным наружу языком, и двинулся ко мне.

Я никогда прежде вживую не сталкивалась с исчадиями. Но из теоретических занятий помнила, как нужно действовать.

Исчадие можно победить. Главное – правильно распределить силу. Удар магией должен приходиться не на тело исчадия, а на то, что им движет. Крошить лишь физическую оболочку не имеет смысла. Она – сгусток мертвой плоти и другой случайной материи, которые налипли на энергию, что сквозь разлом вырвалась в наш мир.

У меня было несколько секунд, чтобы подготовиться к атаке. В это время я постаралась «нащупать» ядро сущности исчадия. То ощущалось ледяным пульсом в пространстве. Я сосредоточилась и направила в ту точку мощное заклинание.

Оно сорвалось с кончиков пальцев, повинуясь мысленному приказу. Лишь когда это случилось, я испугалась, что совершила ошибку.

Я – жрец Пустоши, богини смерти и всего потустороннего. Мои силы схожи со способностями некромантов, и основной урон от атакующих заклятий связан с разложением плоти и расщеплением самой жизни.

Был ли смысл атаковать подобным заклинанием исчадие, которое и так по сути своей близко к умертвию? А против умертвий у таких, как я, есть отдельные чары упокоения.

Чудище готовилось прыгнуть, когда чары ударили его в грудь. Они въелись в кожу, покрытую язвами, и впитались в тело исчадия. То зашипело, задергалось, а потом пеплом осыпалось на пол.

Но не успела я обрадоваться легкой победе, как заметила разлом – зияющее свечение в пространстве, из недр которого уже показалась облезлая голова нового исчадия.

И как я сразу его не увидела?! Отвлеклась на чудовище, а теперь рисковала встретиться еще с одним!

– Лирида, закройте разлом! Скорее! – крикнул Мор из безопасной части кабинета.

Честно, внутри свербело от желания высказать, что закрывать бы ничего не пришлось, если бы не профессор Мор! Я была уверена, что разломы и исчадия, с которыми сражались и мои сокурсники, дело рук преподавателя!

Что это за проверка такая жестокая?!

– Не подсказывайте, Люциус, – шикнула на Мора Эттери.

Я сосредоточилась на разломе и медленно выдохнула.

Итак, о разломах я знаю несколько вещей.

Первая – они возникают под воздействием избыточной энергии. Вторая – магов в наше время ценят, ведь только мы способны эти бреши закрывать. И обязаны это делать регулярно, иначе рискуем нарваться на проблемы с законом, штрафы и даже лишение магии. Третья – не все разломы маг может закрыть в одиночку. Часто требуется целая группа чародеев. Но сейчас…

Сейчас передо мной был крошечный разлом – разрез в воздухе не длиннее моей руки. А меня от других людей отделяли магические стены.

Я справлюсь. И плевать, что делаю это впервые.

Избыточной энергии нужно дать сосуд. И я могла им стать.

– Помоги мне, Пустошь, – взмолилась я своей богине и протянула руку к разлому. Не касалась его, но все равно чувствовала исходящую силу.

Мысленно попыталась притянуть ее, но получалось слабо. Разлом не рос, но и не уменьшался. А исчадие в нем становилось все ближе.

«Закрытие брешей – это как рыбалка, – вспомнилась мне одна из лекций на последнем курсе. – Вы не можете поймать рыбку на пустой крючок. Дайте что-то бреши, чтобы она отдала часть своей энергии вам».

Я сорвала с пояса хрустальный кинжал и полоснула по ладони. Кровь усиливает любую магию, а некротическую – тем более. Однако использовать это слишком часто не выйдет. Побочный эффект в виде истощения – штука неприятная. А если пренебречь предупреждениями собственного тела и продолжить кормить силу кровью, можно и вовсе погибнуть.

Умирать сегодня от этого крошечного разлома я не планировала. Однако сполна вкусила «прелести» магии крови, помноженные на отдачу за закрытие разлома.

Брешь мне подчинилась и стала быстро затягиваться. Ее энергия перетекала в меня, но она была ядом.

Потусторонняя мощь разломов не уживется в человеческом теле, но несколько ослабеет в нем. С каждым годом избыток энергии становится все меньше. Но пока этого недостаточно, чтобы окончательно победить скверну.

Однажды мы сумеем закрыть все разломы и развеем всю магию, что его рождает. Может быть…

Но теперь я на собственной шкуре ощутила, как тяжело в одиночку справиться даже с крошечной аномалией пространства.

Едва брешь исчезла, магическая стена позади меня пропала. Однако встретить этот момент с победной улыбкой не вышло. Сил не хватало даже на то, чтобы стоять.

Я рухнула на колени и, тяжело дыша, сгорбилась. Все звуки стали какими-то приглушенными: грохот, который поднял Антуан, сражаясь со своим исчадием; сдержанные аплодисменты и похвалы от Мора.

Но один звук все же смог развеять мое оглушение.

Нотт пронзительно кричала:

– Я не могу! Не получается!

Нотт делала пассы руками, пытаясь сформировать сгусток чар, но все безуспешно. Она слишком нервничала, исчадие нападало и не давало Нотт сконцентрироваться. А когда это получалось, ее ладони начинали излучать теплое свечение.

– Целебные чары? – Я подалась ближе к стене, что все еще отделяла меня от Нотт, и крикнула: – Что ты делаешь?! Атакуй, а не лечи его!

– Я пытаюсь! – Нотт явно теряла последние крупицы самообладания.

Лекарка по профилю – она совсем не привыкла, что ее магия может ранить. Но это так. Даже целители способны задавать своей силе разрушительную траекторию.

Исцеление может обратиться разъедающим ядом, близким к той силе, что используют некроманты. Но Нотт об этом будто забыла.

– Нотт! – кинулся к сестре Гаат.

Он уже разобрался со своим чудищем и каким-то чудом очень быстро закрыл разлом. Я даже не поняла, как он это сделал! Заметила только, как Гаат кинул в сторону бреши что-то маленькое, похожее на металлический шар.

Самодельный артефакт?

– Остановите это! – прорычал Гаат, глядя на Мора.

Мы все обернулись на профессора. Но тот как сидел на краешке стола, так и не пошевелился.

– Делаете вид, что не слышите?! – взбесился Гаат. Он едва не кричал от отчаяния. Снова попытался пересечь стену, чтобы помочь сестре, но магия ужалила болью.

Тогда вперед бросился Антуан. Он вскинул свой огромный двуручный меч и замахнулся… А в следующий миг отлетел в стену кабинета, отброшенный магией.

– Мор-р, – процедила Эттери. – Заканчивай! Ясно, что девчонка не справилась!

– Я так не думаю, – с раздражающей ленцой отозвался профессор.

Тем временем Нотт пыталась не погибнуть, заточенная уже не с одним, а с двумя исчадиями. Второе вырвалось из разлома, который разросся из небольшой трещинки в зияющую рану.

Гаат громко ругался, Антуан пытался прийти в себя после того, как волна силы отшвырнула его. Эттери злилась, но не вмешивалась. А Мор… Он просто смотрел, как Нотт безрезультатно пытается сделать хоть что-то.

– Пустошь на мою голову! – процедила я.

Стоять в стороне больше не могла. Сил после испытания почти не осталось, но я должна сделать хоть что-то! Хотя бы попытаться!

Так. Думать нужно живо.

Если стены – дело рук Мора, я тоже могу на них воздействовать. Вмешиваться в чужую магию всегда сложно, но если чары имеют сходные узлы силы в заклинаниях, на них можно надавить. Что я и попыталась сделать.

Приблизилась к стене, вытянула руки, которые уже дрожали от перенапряжения. Попыталась нащупать знакомый холодок некромагии. Ее особенность заключается в том, что она тянет силы из окружающего пространства. Часть берет от своего колдуна, но большую часть – из пространства и точки приложения.

Может, потому Нотт и не справляется?

– Лирида, отойдите от стены! – крикнула Эттери. – Вы можете пострадать!

– А моя сестра? Она не страдает?! – пробасил Гаат, перетягивая внимания профессора на себя.

А я тем временем нашла узелки заклинания. Почти зацепилась за них своими силами, чтобы пустить по стене трещины…

Как вдруг за стеной что-то громко бухнуло.

Я испуганно отскочила, растеряв концентрацию. Кабинет накрыло тишиной. Мы все смотрели, как быстро тают стены вокруг Нотт, которая все-таки справилась с заданием и теперь тяжело дышала.

Нотт вся была в какой-то темной слизи. Та стекала по ее блузке, обляпала юбку. Из-за этой мерзкой жижи даже было не разобрать цвет волос девушки. Если бы я не знала, что пучок у Нотт огненно-рыжий, то в жизни бы не угадала.

Ни разлома, ни чудищ больше не было. Нотт разобралась с ними. Видимо, перенаправила-таки исцеление в обратную его форму и теперь сама не верила, что получилось. Это читалось на ее лице.

Голубые глаза Нотт были широко распахнуты. Она шокированно смотрела в одну точку на полу и тяжело дышала. Даже не шевелилась, пока к ней не подбежал брат. Он заключил Нотт в крепкие объятия, начал гладить сестру по липким от слизи волосам.

И только тогда та дала волю чувствам и разрыдалась.

– Это все Владыка Лисов, – сквозь слезы пролепетала она. – Владыка обернул удачу в мою сторону… Иначе… Иначе…

Я смущенно отвела глаза. Ни эта сцена, ни этот разговор не для моих ушей. Слишком личное. И слишком больно на это смотреть.

– Владыка Лисов? – услышала я совсем рядом голос Антуана и обернулась. – Не знал, что Нотт поклоняется богу воровства и удачи.

– Однако это ее спасло, – отозвалась я как можно равнодушнее, а сама задумалась…

Что случится с Нотт, если в следующий раз ее бог не поспешит вмешаться?

– Ее нельзя допускать до практики.

Мы все обернулись на голос Эттери. Похоже, профессорша думала о том же, о чем и я.

– Она чуть не погибла, хотя это просто испытание! Что будет, когда девочка встретится с реальным исчадием, а не иллюзией?!

– А разве я не говорил, что это были реальные? – Мор с загадочной улыбкой посмотрел на Эттери. Выглядел так беззаботно и весело… А у меня от его слов ледяные мурашки по коже поползли.

Мор прокрутил что-то на цепочке, а затем поймал в ладонь. То были карманные часы, которыми профессор щелкнул. Точнее, какой-то артефакт в виде часов.

– Я ведь должен был привезти из Далитта сувенир?

– И вы привезли скверну и ее исчадий?! – Эттери оскалилась, показывая клыки. – Вы чуть не убили студентов!

Он пожал плечами, будто говоря, что «чуть» не считается.

– Студенты должны знать на личном опыте, а не из учебников, что такое скверна. За время работы в Далитте я видел немало безумцев, которые раньше с разломами не сталкивались. Они были уверены, будто смогут перенаправить силы бреши, чтобы забрать ее себе. Стоит ли говорить, чем это кончилось?

Мы все молча в полном шоке смотрели на Мора. Он больше не улыбался. Напускной образ беззаботного добрячка слетел, оголяя истинную суть профессора. Он решителен и строг.

И вовсе не проверка это была, а урок.

– Любой, кто решит стать сильнее, напитавшись силой из бреши, умрет, – холодно говорил он, поочередно смотря на каждого из нас.

Мне показалось, что на мне его взгляд задержался на секунду дольше, чем на остальных.

– Любой, кто решит закрыть разлом в одиночку – реальный разлом, а не крошечную пародию вроде той, что я создал для вас, – умрет. Вы маги, но это не делает вас всесильными. Надеюсь, урок усвоен?

Мы все молча кивнули и переглянулись. Выглядели мы жалко… Потрепанные, кто-то израненный. А Нотт еще и красная от рыданий, с опухшими веками.

– И все же с испытанием вы все справились и допущены до экзаменационной практики. Так что теперь перейдем к тому, ради чего и собрались. Обсудим, что вас ждет.

Почему-то это прозвучало не торжественно, а зловеще. Никто из нас даже не улыбнулся.

А я в очередной раз уверилась: нужно приложить все силы, чтобы не попасть в подгруппу к Мору.

Глава 3

Антуан и Гаат перетащили пару парт от стены в центр кабинета, чтобы мы могли сесть. Преподаватели же остались там же – у доски. Эттери отказалась от стула и осталась стоять, сурово скрестив руки на груди. Мор так же восседал на преподавательском столе.

– Итак, послезавтра мы должны быть в «Снежном пике». Это большой гостиный двор в провинции Ампло.

Я сдержала полный досады вздох.

Ампло – самая северная и холодная провинция королевства Артери. Там царит вечная зима. Никто не живет в маленьких домиках, потому что в самые суровые месяцы их может под крышу замести снегом. Это край замков и гор, скованных вечным льдом.

Однако весна и лето там относительно мягкие. Многие приезжают в это время в Ампло, чтобы отдохнуть: покататься на коньках или лыжах, погулять в снежном городке… В общем, Ампло – это любимый курорт для тех, кто устал от теплого климата и летней жары. То есть в основном для тех, кто живет в столице, в Гаратисе.

Только вот я к такому путешествию совершенно не готова. У меня толком и теплой одежды нет. Зимы в провинции Портэ, где находится школа круга луны, не такие злые. Мне всегда хватало тонкого пальто. Однако подойдет ли оно для морозов Ампло?

Тем временем профессор Мор продолжал:

– Недавно от директора «Пика» поступило заявление: где-то на территории его гостиного двора есть разлом. Директор – господин Эрл – не маг и о бреши на территории курорта узнал случайно, с помощью артефакта, который получил в наследство. Саму брешь он не искал, о чем сообщил рыцарям луны.

Я задумчиво постучала пальцами по парте. Да, директор поступил мудро, связавшись с рыцарями. Они – древний орден, стоящий на защите людей и магии. Правда, часто приходится спасать первых от второго.

Пару веков назад рыцари луны были надзирателями для чародеев, а сама магия считалась чем-то опасным, почти запретным. Рыцари следили, чтобы магия использовалась лишь по допустимым нормам, а нарушителей жестоко карали, лишая способностей. Это сейчас такой ритуал позволяет магам спокойно жить дальше, но уже без таланта к колдовству. В Эре Оков же вместе с силами маг лишался рассудка.

Но то было тогда…

Хорошо, что я родилась в этом времени, когда магов уважают, хоть и продолжают контролировать.

– Информацию от господина Эрла перепроверили. К счастью, магический фон в «Снежном пике» оказался искажен слабо. О чем это говорит? – Профессор Мор пробежался по нашей четверке глазами и остановил взгляд на мне, поднявшей руку. – Да, госпожа Лирида?

– Это говорит о том, что на территории гостиного двора действительно есть разлом, но он пока еще мал, – проговорила я, и профессор кивнул.

– Верно. Поэтому рыцари луны сочли допустимым передать это дело нашей школе. Как раз в сезон практик и испытаний. Весна!..

Эттери кашлянула, красноречиво намекая, что лирические отступления не потерпит. Ей вообще, похоже, не особо нравилось, когда Мора швыряло из одной крайности в другую: то он милый и улыбчивый профессор «на одной волне», то строгий преподаватель, готовый ради знаний швырнуть студента в брешь.

– В общем, ваша цель в том, чтобы найти разлом и закрыть его, – договорила за профессора Эттери.

Но тот не забыл добавить:

– И сделать это нужно тихо, не привлекая внимания постояльцев. Это просьба директора. Господин Эрл не хочет, чтобы ситуация с брешью вредила его бизнесу.

От этого уточнения у меня заскрипели зубы. Выходит, господин Эрл тот еще негодяй! Зная, что где-то в «Снежном пике» есть брешь, он молчит об этом, лишь бы не упустить прибыль! Он готов рисковать жизнями гостей, только бы бизнес не пострадал!

– Ну и козлина, – процедил Гаат с таким грозным видом, что для пущего эффекта оставалось только на пол плюнуть.

– Попрошу не выражаться, господин Гаат, – пристукнул тростью Мор. – Мы не жрецы Великого Судьи, чтобы решать, кто прав, а кто… Ну, как вы и сказали…

– Козлина, – услужливо напомнила Нотт, за что тут же получила толчок в бок от брата.

Профессор Мор же прищелкнул языком.

– Вот именно поэтому, профессор Эттери, в свою группу я забираю этих двоих, – и он указал на меня и Антуана. – Им будет проще играть роли, которые я выдам.

– Какие роли? – Я настолько опешила от того, как быстро решилась моя судьба на эту практику, что забылась и задала вопрос вслух.

Недопустимо. Я перебила профессора, даже руки не подняв!

Но преподаватели этого и не заметили.

– Так и знала, что ты спихнешь мне слабых. – Красные глаза Эттери зло сверкнули. Она даже перескочила с уважительного «вы». – Забираешь тех, кто справился с испытанием быстрее?

– Дело не в этом. Если хотите, профессор, можем обменяться одним студентом.

– Что за пассы? – шепотом возмутился Антуан. – Мы не мячики, чтобы так нас перепинывали!

Но я его не слушала. Потому что сама-то как раз была не против мячиком побыть.

– Я согласна пойти в группу к профессору Эттери! – вызвалась я, поднимаясь из-за парты.

Теперь все внимание было приковано ко мне.

– Исключено, – моментально отрубил профессор Мор.

– Но… – начали мы одновременно с Эттери, но некромант и слова не дал вставить.

– Лирида будет в моей группе. Это обговорено с ректором. Возражения не принимаются.

Сначала он посмотрел на Эттери, которая раздраженно щелкнула зубами. Уверена, она представила, как эти самые зубы смыкаются на шее некроманта. Затем Мор глянул на меня и… улыбнулся.

Сердце споткнулось.

Не потому, что ко мне никто раньше не относился тепло. А потому, что улыбка эта была странная, будто неуместная. В ней читалось не преподавательское одобрение или пожелание успехов, а что-то более личное. А потому – непонятное.

Я быстро отвела глаза и снова опустилась за парту. Щеки и уши горели. К счастью, окружающие сочли это признаком моей злости, а не смущения.

– Не кипятись, – шепнул Антуан. – Все не так уж и плохо… Вроде.

Он тут же прикусил язык, потому что Эттери снова начала зубоскалить и ругаться на Мора. Причем порой проскальзывали словечки отнюдь не для студенческих ушей…

– Какого Воя, Люциус?! Что ты опять удумал?

– Не поминайте темнейших богов, Эттери, – чуть ли не пропел Мор, – они могут услышать…

– В отличие от тебя! Всегда прешь напролом и никого не слушаешь!

– И что теперь, профессор? Снова отправите меня на пересдачу?

Мы с Антуаном переглянулись. У нас обоих глаза были размером с блюдца.

«Это то, о чем я думаю?» – быстро написал Антуан на листке бумаги, который пододвинул ко мне.

Я передернула плечами и вопросительно уставилась на одногруппника. Мол, а о чем ты думаешь?

«Похоже, Эттери была преподавателем Мора, когда он сам учился в этой школе», – вывела я в ответ на том же листе.

Преподаватели продолжали спорить и решать, кто каких студентов заберет в свою подгруппу. Выглядело нелепо, но забавно. А главное, на нас с Антуаном в это время никто не обращал внимания.

«Нет! – жирно написал он. – У них же явно какие-то…»

А дальше Антуан нарисовал несколько сердечек и по-дурацки поиграл бровями.

Я закатила глаза, но сама все же задумалась… А вдруг?

В итоге спор преподавателей завершился тем, что мы с Антуаном оказались в подгруппе Мора. Близнецов Эттери забрала себе, после чего их тройка покинула кабинет, чтобы обсудить план действий.

Хоть мы все и направляемся в «Снежный пик», работать будем отдельно. У каждой группы – свое прикрытие и тактика.

– Итак, дети, – Мор выделил это слово и улыбнулся, закинув ногу на ногу, – поговорим о нашем плане?

Странный он. Переменчивый, как погода в нашей приморской провинции. Или лишь пытается таковым казаться? Ну не может человек, который не один год провел в разоренном Далитте, где камня на камне не осталось, быть таким… Таким, каким профессор Мор пытается выглядеть, пока в его взгляде вдруг не появляется сталь.

– Я думал, наш план в том, чтобы отдохнуть в снежных горах Ампло, – решил пошутить Антуан. – Я как раз никогда не катался на санях!

Я ни капли не удивилась, когда Мор поддержал дурацкую шутку.

– Несомненно, мы и этим займемся. – Он склонил голову чуть набок. Огоньки свечей отразились в его зеленых глазах. – Все же наше прикрытие – это семья. Семья на отдыхе в одном из лучших гостиных дворов королевства!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.