Кира Хо
Свободное падение

Глава 1. Утенок в лебедя превратился

Влад

– Она хорошенькая? – спрашивает друг, вызывая этим мой смех.

– Смотря с чем сравнивать. Мои ассоциации всегда были с гадким утенком. Ну, знаешь, низкая, доска доской, – поморщился. – Еще этот маленький нос, вечно сующийся не в свое дело. Помнишь моя мама узнала, что мы курили за школой? – друг кивнул. – Вот это она нас и сдала.

Стоим на парковке у торгового центра, подпирая каждый свой байк. Тот, кто стоит напротив – Тихий – мой лучший друг. Зовут Макс Тихомиров, и его прозвище никак не сходится с его натурой. Всегда на движе, и любой кипиш не то что поддерживает – он его создает. Почти налысо стриженая голова, темная одежда, руки покрыты татуировками, как и у меня. Весь его вид кричит об опасности, но он добрый человек, хотя и бывают проблемы с агрессией.

Начало лета порадовало солнцем и хорошей погодой, но плохими новостями. Утром за завтраком мама и Виталя «обрадовали» тем, что в страну прилетает Виолетта и что часть лета мы все проведем одной семьей в каком-то интересном месте. Не, ну Виталя-то был рад, да и мама, вроде, тоже. В конце концов, их: «маленькая девочка наконец-то закончила учебу и возвращается домой», спустя пять лет частной школы. Я, кстати, так и не понял, почему ее туда отправили.

Не то чтобы это прям плохие новости, потому что я ровно отношусь к названной сестре, которую, по сути, знал от силы пару лет в свои четырнадцать-шестнадцать. Просто лето хотелось провести по-своему. Но мне тонко намекнули, что раз я не учусь, то буду слепо подчиняться «дружественной» затее родителей.

Выходные мы с друзьями решили провести в загородном доме, и потому теперь закупали все необходимое. Алкоголь, еда, простые напитки – все это уже было погружено в машину еще одного друга, Жени.

Махнули рукой отъезжающей машине на недолгое прощание.

– Ты же помнишь, что утенок лебедем стал? – Макс пихнул меня кулаком в ребра, нагло улыбаясь.

– Не, не тот случай, я думаю, – хмыкнул и сел на мотоцикл, сняв его с подножки.

– Тогда, если она норм, можно я подкачу? – весело поиграл темными бровями.

Я фыркнул.

– Без проблем.

– Щас куда? – друг повторил то же самое со своим байком.

– Домой. Мама накрывает обед в честь приезда Виолетты. Мне сказали быть.

Нажатие кнопки, рев запустившегося движка и рой довольных мурашек по моему телу. Самая большая моя любовь – мотоцикл. Сколько девушек было в моей постели, но еще ни одна не вызывала таких эмоций, как этот двухколесный зверь.

– До вечера? – спрашивает друг, перекрикивая два движка.

Цепляю шлем на голову и киваю, а после выезжаю с парковки.

Адреналин. Страсть. Наслаждение. Вот что вызывает внутри меня этот хищник подо мной. А хищник внутри так и вовсе пытается сорваться с цепи.

Скорость за сотку в черте города, но мне плевать. Теплый ветер не кажется таковым на скорости, но это только на пользу: обдувает разгоряченное тело, создавая шикарный контраст. Голые руки в черной футболке остужаются и крепко держат руль, прибавляя скорости. Легкая вибрация отзывает внутри песней.

Свобода – единственное правильное слово. Такое же чувство, как в роупджампинге, когда летишь в свободном падении к земле и сердце замирает от ожидания, а когда резко отбрасывает назад, то и сердце уходит в пятки. Хочется еще. Больше.

Единственный минус скорости – быстро приезжаешь на нужное место. Дом встретил привычной тишиной загородной жизни. Проехал по подъездной дорожке и поставил мотоцикл в гараж аккурат между двумя родительскими машинами. Шлем на сиденье и сразу через гаражную дверь в дом.

Нос обдало приятным запахом маминой стряпни. Всегда удивлялся, зачем она готовит, если работает двадцать пять на восемь, как и Виталя.

– Влад, это ты? – мелодичный голос матери доносится с кухни.

– Еще кого-то ждешь? – ответил вопросом на вопрос.

Прошел по стеклянному коридору и завернул влево на кухню.

– Летта скоро будет. Помоги накрыть на стол, – вручила стопку тарелок мне в руки запыхавшаяся мать.

Уже выходя в столовую, спросил, бросая через плечо и повышая голос:

– Виталя поехал за ней?

– No¹, – по-испански ответил Виталя, заходя в столовую из другой двери. – У меня поставки срываются, не успевал. Отправил за ней Андрея.

Подошел ближе, когда я почти расставил тарелки по четырем сторонам стола, и протянул руку для рукопожатия. Мы с ним, кстати, не виделись со вчера несмотря на то, что живем в одном доме.

– Ты где пропадал? В офис когда собираешься? – спросил он, отпуская руку.

Я не учился. Вертел я эту учебу на причинном месте. Да и зачем, если бизнес матери дает полную свободу действий. А в нем я кручусь с шестнадцати. В восемнадцать и Виталя позволил мне помогать в своем бизнесе. А потому в нынешние двадцать я был частым гостем в его офисе и левой рукой, как сам он любил повторять по-доброму смеясь.

– Сегодня суббота, – смотрю на отчима, подняв темную бровь. – Ты сам дал добро в выходные там не появляться.

– Siento², забыл, – извинения снова на испанском и добрая улыбка.

Хлопнул меня по плечу и плывущим шагом пошел на кухню к матери.

За шесть лет я привык к отчиму. Он добрый романтик по отношению к матери и справедливый тактик по отношению ко мне.

Иными словами, мы друзья. Не те, кто делит стакан и женщину, а те, к кому идут за советом. Да и к его хаотичным вбросам на испанском я попривык, но по первости даже подбрасывало от психа.

Хотя в те четырнадцать лет, что мать притащила меня в этот дом, я бунтовал как мог. Не пытался принять «нового» отца взамен старому, который систематически избивал маму и швырял с лестницы меня. Мне, подростку, было сложно объяснить, что Виталя вытащил маму из капкана приближающейся смерти, и только годам к семнадцати я понял, что это было к лучшему. Особенно наблюдая, как мать цветет и пахнет рядом с ним.

Единственное, что продолжало смущать даже в семнадцать – наличие сестры. И хотя она уехала за границу, сам факт ее существования не укладывался в голове. Но, к счастью, мне та-ак похер на нее.

Разложил приборы и расставил стаканы. Несмотря на обилие денег в семье, общие обеды и ужины всегда проходили стараниями домочадцев, что не могло не капать на нервы. Но со временем и к этому привык.

Как раз когда я направлялся на кухню, из нее вышла мама и, закатывая глаза, по-доброму цокнула языком.

– Переоденься, Влад, – пронося противень с какой-то едой, сказала она. И бросила через плечо: – Воняешь выхлопами своего орудия смерти.

Сама была одета как в журнале. Узкое черное платье, высокая красивая прическа светлых волос и извечный легкий макияж.

Когда они только поженились, все думали, что я родной сын Витали: он такой же темноволосый, как и я. А мама что тогда, что сейчас выглядела на тридцать, а не на свои сорок пять.

Посмеялся над мамиными словами и поднялся по лестнице на второй этаж. На душ и переодевание у меня ушло десять минут с перерывами на маты и ругань: мы будто посла встречаем, а не члена семьи.

Переоделся в такую же футболку, но уже белую, и темные джинсы. Заглянул в зеркало и немного взъерошил мокрые черные короткие волосы. Брызги парфюма – и пошел обратно вниз.

Оказывается, этих десяти минут хватило, чтобы я пропустил приезд «сестры». Она стояла у входа боком ко мне и разговаривала с родителями.

Остановился на последней ступеньке, смотря на грациозную девушку с гибкой фигурой и милым лицом. Круглые формы, плавные изгибы тела, темные волосы чуть ниже плеч – все в духе ее испанской крови. А небесного цвета ангельские глаза настолько выделяются на смуглом лице, что не заметить ее невозможно. Только взгляд-то выдавал хищницу. Вот это я, блять, понимаю – утенок в лебедя превратился.

Она медленно поворачивает голову, словно чувствует мое присутствие.

– Привет, Влад, – звонким голосом с по-настоящему женской улыбкой говорит Виолетта. Да, это уже не тот подросток, которого я помнил.

Меня будто опять битой ударили! Стою как придурок: глаза широкие от шока, дышу часто, будто кросс пробежал. Мне бы хоть слово выдавить, а она светится вся.

Сглатываю ком в горле и как можно ровнее отвечаю:

– Привет.

Она игриво подмигивает голубым глазом, а я чувствую, как по телу прокатывается волна жара и в штанах становится до неприличного тесно.

Кладезь женской энергии

Вита

Diablos³! Мало мне было отвратительного полета из-за непрекращающейся головной боли, так еще и отец не приехал встречать. Вижу Андрея – помощник отца – на поле посадки рядом с черным джипом и зло выдыхаю.

Несмотря на мое обучение в частной школе в Швейцарии, папа приезжал регулярно, наверное, боялся, что я забуду, как он выглядит. Оксана, кстати, приезжала вместе с ним, но никогда не брала с собой Влада, за что я безумно ей благодарна. Всегда бесил этот хмурый взгляд тощего засранца. Настолько, что я была счастлива уехать из родного дома. Но факт того, что папа смог обрести счастье после смерти мамы, не мог не радовать мое детское сердце, хоть и маму я любила до невозможности сильно.

Удивительный факт: с Оксаной мы сразу нашли общий язык.

Андрей приветственно улыбается, протягивая руку и помогает спуститься с последних ступеней трапа.

– Добрый день, Виолетта Витальевна.

– Привет, – широко улыбаюсь, всем видом показывая, что ничего у меня не болит.

Обожаю Андрея! Когда была маленькой, он всегда покупал мне конфеты втайне от родителей.

– Вы стали прекрасной женщиной, – уже открывая заднюю дверь, сказал папин помощник.

– О-о-о, до женщины мне далеко, estimado⁴, – смущенно улыбнулась: совсем забыла о том, что Андрей знает испанский.

Пять лет в Швейцарии подарили мне знание английского, немецкого и немного французского языков, однако какая же отрада для души, что там мало кто знал испанский, в отличие от отцовского окружения.

Села на сиденье, поправляя свой любимый белый льняной сарафан, который шикарно контрастировал с загоревшей кожей. Обволок запах дома. Так пахнет папа: кожей, парфюмом и суетой.

От частного аэропорта до дома ехали около часа, но это позволило мне пролистнуть всю ленту в телеграме, посмотреть, как поживают мои знакомые здесь, и в целом настроиться на семейное лето.

Не сказать, что я не рада, скорее просто отвыкла, что кто-то другой планирует мой отдых. Да и не то чтобы до этого года, то есть до совершеннолетия, я как-то бурно проводила лето. Максимум это поездка в Германию к подруге или во Францию к другой подруге по школе. А, ну еще папа с Оксаной забирали на несколько недель меня к бабушке. А посему я просто не понимала, чего ждать. Еще и нервы натянулись до предела от мысли, что этот хмурый глист будет рядом.

Машина подъехала к дому. И, должна сказать, он совсем не изменился. Только цветов вокруг стало больше, но, уверена, это заслуга Оксаны. Черно-белые стены, частично стеклянные, двухэтажный, с большим гаражом. Ступени подсвечиваются, как и вход. Все зеленое. Родное. Сердце встрепенулось в груди. Дом. Я дома.

Машина остановилась, и Андрей открыл дверь. На пороге тут же показались папа и Оксана.

– Mi sol⁵! – папа, раскрывая объятия, подошел ко мне.

Захватил в свой широкий капкан и крепко обнял. Уткнулась в широкую родную грудь и обняла в ответ. Dios mío⁶. Как же я скучала. Ком в горле размером с Вселенную мешал дышать, и слезы навернулись сами по себе.

Папа отстранился и взял мое лицо в свои ладони. Большими пальцами вытер слезы и лучезарно улыбнулся.

– Привет, папуль, – прошептала, давясь эмоциями.

Последний раз видела отца три месяца назад. Сейчас он более уставший. Темные короткие волосы уже пропускают седину, но голубые, как мои глаза, все еще светятся озорством. Вот она – наша горячая кровь. В свои почти пятьдесят он дал бы фору моим ровесникам. Крепкий, подтянутый. Ну чисто жених на выданье.

А вот и его невеста.

Оксана подплыла с широкой улыбкой на красных губах.

– Привет, дорогая, – обняла, прижав к себе, как собственную дочь. – Пойдемте внутрь, что мы тут стоим.

И подтолкнула нас с отцом во вход.

– Ну, рассказывай, estimado⁷, как дорога? Не злишься, что не забрал? – мы зашли внутрь, но отец не успокаивался, и мы так же втроем встали уже по эту сторону дверей.

– Все нормально, пап, не маленькая же. Все понимаю, – ласково улыбнулась ему, зная, какой он чувствительный.

– Мы все очень скучали, – Оксана погладила меня по плечу. – Ты такая красавица стала! Виделись всего несколько месяцев назад, а ты вон как изменилась! Не расстроилась, что не приехали на день рождения?

– Нет, – по-доброму посмотрела на родителей. – Я все равно не отмечала. Просто с девочками посидели в кафе.

– Ну ничего, mi amor, уверен, мы это исправим за лето, – папа снова обнял меня.

А когда отпустил, то я боковым зрением заметила движение.

Медленно повернула голову, а там… Diablos! Это и есть тот самый худощавый пацан?

Да он на голову выше меня. А какие мышцы! Короткая стрижка, взгляд, правда, туповат, но на это можно и не обращать внимание. Когда рядом такое тело, можно простить даже незнание таблицы умножения! Это вообще законно на такую накаченную грудь натягивать белую рубашку? Да, именно натягивать, по-другому я и сказать не могу. И вишенка на торте – его бедра и длинные ноги в темных штанах. Стильно. Все как я люблю. Жаль, что брат. Вот это реально подстава.

Dios mío, а какие татуировки на его руке и шее. Захотелось подойти, потрогать, но вместо этого растянула губы в улыбке. Вот это апгрейд!

– Привет, Влад.

Стоит, смотрит и молчит. Тупой что ли? Наверное, грубо будет спросить у родителей, не били ли его по голове?

– Привет, – наконец отвечает он.

Снова улыбаюсь и подмигиваю, как бы намекая, что пора расслабиться. Все еще смотрю на него, но он быстро спускается по лестнице до конца и проходит в столовую.

– Ну что мы стоим, mis parientes⁸, давайте за стол, – папа кладет одну руку мне, а вторую Оксане на спину и подталкивает в сторону двери, за которой скрылся братец.

На обед Оксана приготовила запеченную говядину с клюквенным соусом. Ну какая же она вкусная! Сочная, ароматная, а соус придает кислинку и приятно щекочет рецепторы во рту. Мои вкусовые сосочки в восторге!

Пока уплетала мясо, заметила на себе взгляд брата, что сидел напротив. Смотрю в ответ, вопросительно поднимая одну бровь.

– Что-то не так? – спросила, закидывая в рот очередной кусочек.

– Не думал, что девушки такой комплекции, как ты, так активно едят… все, – хмыкнул, обнажая один клык.

Белоснежный, между прочим. Улыбнулась в ответ.

– Все правильно, mi amor, кушай больше. Лишний вес нам не страшен, а вот нервишки голодом ты себе потреплешь, – посмеялся папа, отпивая вино из бокала.

Кстати, мне тоже налили вина. Наконец я доросла до этого возраста!

– По-моему, я его передержала, – тыкая вилкой в свой кусок, сказала Оксана.

– Все круто, мам, – отвечает ей Влад и показательно жует мясо.

– Все и правда здорово, ты большая молодец, – улыбнулась ей я. – Итак, какие планы? – спросила, повернувшись к отцу, сидевшему справа от меня.

– В понедельник разберу свои дела и передам их Александру. А во вторник мы все вместе летим на Ибицу!

Хлопнув в ладоши, радостно провозгласил он. Только вместо радости я почувствовала страх! Там ведь бабушка живет! Ну что за отпуск? Она ведь опять будет искать мне жениха!

– Пап… Серьезно? – смотрю на отца, поджав губы.

– Она обещала, что больше не будет! – невинный взгляд смотрит в душу.

– А что не так? – хмуря брови, спрашивает Влад.

– На Ибице живет сеньора Зебель, – смеясь ответила Оксана. – Она переехала туда, когда Евгений Маркович – отец Витали – умер. И она очень любит сватать свою внучку.

– Странно, что я не в курсе таких подробностей, – ковыряясь в тарелке, хмыкнул Влад.

– Ты бы чаще с нами куда-нибудь ездил, был бы в курсе, – припечатала его мачеха.

Я успела испугаться, разозлиться, напрячься и расслабиться за этот недолгий разговор. Но меня все же отпустило, когда я вспомнила, какие виды на том острове. Самое то для инсты.

– А ты сегодня же с друзьями собираешься? – тыкая вилкой в сторону сына, спросила Оксана. – Вот и Летту с собой возьмешь.

– Мам…

Я усмехнулась, глядя на его растерянный взгляд, который он перевел на меня, как только услышал этот звук. Зеленые глаза горели.

Он что, недоволен? Hola, chico⁹, да перед тобой кладезь женской энергии и целый багаж знаний. Со мной в априори скучно не бывает.

– Ничего не знаю. Возьмешь.

Пронзительный взгляд прожигал во мне дыру. А я что? А я подмигнула еще раз и с издевкой смотрела, как он ерзает на стуле.

После обеда мне дали отдохнуть и разобрать вещи, которые Андрей технично занёс наверх, пока никто не видел.

Dios los bendiga, мне оставили мою комнату. Правда, она все ещё была в розовых тонах, а на стенах висели постеры «Сейлор Мун» и «Винкс». Не буду снимать, пусть видят, какой красоткой я стала без энчантикса!

Рухнула на кровать и уставилась в белый потолок. В голове всё ещё не укладывалось, что теперь я дома, а выпускные экзамены позади. Надо бы задуматься, чем заниматься дальше, но душа требовала приключений, а пятая точка согласно кивала ей в такт. Кто я такая, чтобы нарушать единогласное решение?

У испанцев есть такая поговорка: «Vale mas paso que dure, y no trote que canse», что дословно переводится: «Продвигайся медленно, но верно». Вот, пожалуй, ей и буду следовать. Буду медленно думать, чем занять своё будущее, а пока думаю, буду развлекаться!

Впереди лето! Ибица! Крутые парни и вечеринки! А я не знала этого все восемнадцать лет! Когда-то ведь надо начинать.

Включила на домашнем кинотеатре музыку, а затем встала с кровати и, пританцовывая, пошла в душ. Ещё возле тумбочки сарафан слетел на пол, возле двери в ванну – лифчик, а когда настало время припева, то полетели и трусики.

Прохладная вода приятно остудила тело, а заодно и немного излечила голову. Всё по нормам: два раза помыла голову, бальзам, гель для душа и можно выходить.

Накинула на мокрое тело полотенце и, всё ещё танцуя, вышла обратно в комнату. И о-о-очень широко улыбнулась, когда увидела старшего братца на моей кровати.

Вопросительно приподнимаю бровь, в то время как он медленно встает с кровати. Прохожу по нему ещё раз оценивающим взглядом. Хорош, guapo¹⁰, по-любому девушки бегают за ним толпами. Сегодня и посмотрю.

Всё ещё стоит и молчит. Закрадываются сомнения насчёт его адекватности.

– И долго ты будешь молча стоять? – спрашиваю, наклоняя голову вбок.

Он тряхнул головой, как будто до этого был не в этом мире, и, прочищая горло, ответил:

– За нами заедут в семь. Собери вещи для сна и, если будешь переодеваться, то тоже возьми что-нибудь.

– Надолго мы туда?

– До завтра.

Довольно кивнула, предвкушая тусовку. Влад постоял ещё пару секунд и вышел. Пожала плечами и пошла собирать разбросанные вещи.

Пока навела порядок, пока разобрала вещи, прошло несколько часов. Ещё час решала, что взять и что одеть. Естественно, выбор пал на широкую юбку выше колена красного цвета и белый кружевной топ. На смену закинула в шоппер бананы и майку. Лето – пора красоты!

Смотрю на время – без пятнадцати семь. Ну, пожалуй, пора спускаться. Из кабинета внизу услышала папу и пошла на голос.

В детстве очень любила сидеть на его рабочем столе, пока он очень эмоционально решал вопросы. Только сейчас понимаю, как же сильно он сдерживался при мне, потому что сейчас я слышала:

– Они что там, совсем ебанулись?! Сколько можно! Demonios¹¹, да у нас сделка на семь миллионов слетает! – кричал он в трубку.

Специально громко прочистила горло, чтобы он обратил на меня внимание. Голубые глаза распахнулись, и отец расплылся в улыбке.

– Одну секунду, mi sol¹², – мягко сказал он мне. А уже в трубку прорычал: – Если завтра их не будет, я порву твою жопу на британский флаг!

И положил трубку. Я тихо рассмеялась.

– Папуль, ты нервы-то побереги, – подошла и уселась на краешек стола, почти как раньше.

– Мои нервы ещё всем вам фору дадут, – папа обошел и встал передо мной. – Вы уже уезжаете?

Кивнула.

– Но ты сильно не расстраивайся, у нас впереди ещё много времени! – погладила его по плечу.

– Развлекайся, доченька, – взял меня за затылок и поцеловал в лоб.

В такие моменты понимаю, как сильно скучаю, когда его рядом нет.

Влад стоял уже у входа, когда я вышла, и нетерпеливо переминался с ноги на ногу. Осмотрел меня с ног до головы, но выражение лица не изменилось. Тебя что же, вообще ничем не пробьёшь? Что мне нужно на себя нацепить, чтобы ты подал признаки жизни? Хмыкнула, мысленно ставя заметку попробовать ещё разок.

Забрал нас его друг, имя которого я, конечно же, не запомнила, но зато приметила то, какой он красавчик. Немного уступает по фигуре братцу, но зато личико миловидное, прямо загляденье. Светлые прядки на лбу, на руке, что держит руль, – ролексы. Ну и, собственно, всё. Большего не рассмотрела, потому что сидела сзади, а он не поворачивался больше одного раза.

Приехали примерно через час в какой-то огромный коттедж, где уже громко играла музыка и туда-сюда ходили люди. Много людей. Benissimo¹³, это то, что мне нужно.

– Я думал, мы чисто своими будем? – повернулся Влад к другу.

– Со своими скучно. Да и давно ты стал таким приличным? – хохотнул тот, чье имя я не запомнила.

– Ну, вообще-то, сегодня я не один, – он еле заметно кивнул в мою сторону.

Но я-то заметила!

– Vete al diablo¹⁴, братишка, – я высунула голову между их сиденьями и подмигнула Владу – Я пошла развлекаться!

И, выпорхнув из машины, полетела по направлению шума и скоплению народа. Да будет лето!

Глава 2. Вот настолько она отбитая

Влад.

Вот же… подстава! Её мне послали за какой-то грех, честное слово.

Сначала она выходит в полотенце, что еле прикрывает самые интересные части тела, а потом, когда я уже на выходе вспоминаю, что не сказал ей про куртку, оборачиваюсь, а она в наклоне. В коротком, сука, полотенце! Знаете, сколько сил нужно приложить, чтобы отвернуться?

Много, блять.

Умом-то я понимаю, что она моя сестра, а вот член и зверь внутри дружно рвутся в ту сторону.

Следом она появляется в коридоре в короткой юбке, показывая шикарные, тонкие, ровные загорелые ножки. А этот топ с кружевами? Да я, как только увидел, захотел зубами разорвать его!

И это я ещё молчу про её подмигивания! Как будто, когда один её глаз игриво закрывается, то внутри меня щёлкает переключатель!

Поэтому, когда она вылетела из машины, я даже на секунду расслабился. Откинул голову на сиденье и тяжело выдохнул.

– Ох, хороша-а, – протянул Жека, глядя в след удаляющейся «сестре». – Сиськи бы побольше, а так конфетка.

– Э, тормози, – поворачиваюсь на него, хмурясь. – Это сестра моя, так-то. Не смей. И остальным скажи, чтоб не лезли.

Жека фыркает и открывает свою дверь, направляясь следом за Виолеттой.

Я понимаю, что нужно идти, но хочется посидеть ещё немного, чтобы привести в чувство разбушевавшиеся клетки собственного организма.

Резкое осознание, что сестричка так выросла и изменилась, не укладывалось в голове. И в штанах, блять, тоже не укладывалось: каждый раз норовит выпрыгнуть. Алло, дружище, мы не животные!

Глупости. Мне нельзя так думать. Мне вообще нельзя мучиться от таких мыслей!

Подсознательно двинул сам себе и пошёл в дом.

Когда вошёл, то Вита первым делом бросилась в глаза, да не одна, а в компании троих парней. Каждый мило улыбается и что-то говорит, в то время как она по очереди каждому кивает и отпивает из бокала.

Закатываю глаза и шумно выдыхаю, раздувая щёки. Моё внутреннее спокойствие и извечный похуизм рассыпались с появлением этой безбашенной девки! И я не понимаю, что злит меня больше – что её охаживают сразу трое или что это не я.

Так, стоп. Опять не в ту степь несёт.

Виолетта замечает меня и теперь смотрит своими голубыми глазами в мои, не отрываясь, при этом всё ещё что-то отвечает парням. Приподнимает одну чёрную бровь, улыбаясь на один бок, и тем самым срывает меня с поводка.

Медленным, но размашистым шагом подхожу к компании и мягко улыбаюсь.

– Сестрёнка, пойдём, – спокойно говорю, не отрывая взгляда, да только дыхание не успокаивается, а становится ещё тяжелее. – Познакомлю тебя с друзьями.

Протягиваю руку и жду.

Она медленно переводит взгляд с моего лица на руку и кладёт свою ладонь в мою.

– Lo siento¹⁵, ребята, но мне нужно идти, – и лёгкой поступью идёт следом за мной, не отпуская руки. – Ещё увидимся!

Бросает за плечо и смеётся. Даже смех отдаётся во мне лёгкой вибрацией. Или это от музыки? Ладонь Виолетты настолько маленькая, что своей одной я мог бы спокойно взять обе её.

Приятная. Тёплая. И очень мягкая.

В большой комнате на двух диванах сидят пять человек. Жека, Тихий, ещё один парень, вроде, Дима, и две девушки.

Как только мы вошли, я отпустил руку Виты и встал перед ребятами.

– Знакомьтесь, – полубоком повернулся к сестре и представил её. – Виолетта.

Жека отсалютовал бокалом, на что сестрица ему подмигнула; Дима просто махнул, назвав своё имя, а девушки одарили завистливым взглядом.

Да уж, блять, поучитесь, как надо выглядеть. Эта мадам любой тёлке, находящейся здесь, фору даст.

И только Тихий встал и с грациозностью хищника подплыл к ней. Я знаю этот взгляд. И в данный момент он меня бесит.

– Привет, я Макс, – он протягивает Вите ладонь, на что она отвечает, как прежде, улыбаясь.

– Hola guapo¹⁶, – отвечает игриво.

Я закатываю глаза и цокаю, привлекая этим её внимание. Тихий стоит как придурок и хлопает глазами, не понимая, что только что она назвала его красавчиком. Виолетта хмыкает и проходит мимо друга, усаживаясь на диван в отдалении от всех. Но Макс не теряется и садится рядом с ней.

Усмехнулся. Даже интересно, что из этого получится.

Я сел напротив Тихого, рядом с блондинкой, что нарочно вытянула длинные ноги на высоком каблуке. Кто вообще одевает такие туфли на тусовку за городом?

Сестрёнка вон молодец: одела белоснежные сандалии с красным педикюром, за который случайно зацепился взгляд, и сидит довольная.

На столе стояла куча бутылок и стаканов, а потому наливаю себе виски в свободный и делаю большой глоток. Откидываюсь на спинку дивана и выдыхаю. Стараюсь не смотреть, как Макс закидывает руку на плечо Виолетты, но взгляд сам цепляет этот момент.

Блондинка, имя которой мне незнакомо, облокачивается о моё плечо и тихим голосом спрашивает:

– Ты скучал?

Скучал? Ты, блять, кто вообще?! Но вслух не говорю ни слова и просто улыбаюсь ей.

Наманикюренная рука с длинными ногтями скользит по моей грудине, обтянутой светлой футболкой, и только я хочу остановить её, как голос подаёт Жека:

– Давайте хоть сыграем, – и довольно улыбается.

– Опять в правда или действие? – вторая тёлочка с красными волосами закатила глаза.

– А давайте, – поддержала та, что висит на мне. – У нас новенькая, будет весело.

Я смотрю на Виту. Голубые глаза упёрлись в мои. Ждёт, что я остановлю их? Не, не в моих принципах рушить веселье.

– Ну, тогда я начну, – Жека поворачивается к Тихому, что сидит справа от него, и спрашивает: – Правда или действие?

– Действие, – хмыкает Макс и садится удобней, не убирая руку с Виткиного плеча.

– Покажи свою самую стрёмную тату, – усмехается Жека.

– Да фу-у, – верещит та, вторая.

А Тихий тем временем встаёт, снимает штаны и, приспустив трусы, являет взору всех нас татуху “глаза” на ягодице.

– Dios mio¹⁷, – со смехом говорит Виолетта, наклоняясь, чтобы получше её рассмотреть. – Сколько тебе было, когда ты её набил? Десять?

– В прошлом году, – довольно говорит Макс и одевается, усаживаясь обратно. Застегнул ремень и повернулся к сестре. – Ты целочка?

Я аж вискарём подавился. Блондинка сидит хлопает меня по спине, а остальные прячут смешки в кулак.

Думал, Вита обидится или расстроится, ну, на крайняк, разозлится, но она широко улыбнулась.

– Если хочешь узнать такие подробности, то нужно приложить чуточку больше усилий, capullo¹⁸, – на последнем слове я рассмеялся, вспомнив, сколько раз Виталя называл меня придурком, пока я всё же не додумался узнать значение этого слова. – А я выбираю действие, – довольно закончила она, перекидывая ногу на ногу и поправила юбку.

– Окей, – Тихий широко улыбнулся. – Пошли в комнату, покажешь, что умеешь.

И снова я ошибся в расчётах! Я думал, что она настолько отбитая, что пошлет его нахуй! Но Виолетта встаёт, разглаживая видимые только ей складки на юбке, поворачивается к Максу и с широкого размаха бьёт его ладонью по лицу.

Вот настолько она отбитая.

Несмотря на громкую музыку, в комнате настала оглушающая тишина. Настолько, что было слышно пролетающую мимо муху. Только звон пощечины все еще висел в воздухе.

Тихий медленно встаёт и поворачивается к Вите…

Сумасшедшая девчонка

Я тоже встаю и двумя резкими шагами подхожу к другу, хватая его за плечо, потому что я и этот взгляд знаю! И ничего хорошего он не предвещает.

Макс огромной лапой хватает Виолетту за шею, но та даже бровью не повела. Блять, чертова испанская кровь! Она готова лезть в драку со шкафом, защищая себя.

Хотя, пожалуй, я это одобряю. Но не в такой ситуации. Я меж двух чертовых огней!

Берусь за запястье друга, которое, кажется, пытается свернуть шею моей сестре. Везет, что Макс немного меньше меня, иначе и я бы получил.

– Тихий, отпусти, – шепотом говорю, но, похоже, что зря: он не слышит, и только глаза кровью наливаются. – Отпусти, – повторяю уже громче, настойчивее.

– Да ладно, у него кишка тонка, – усмехается Вита, которая, судя по всему, не понимает, в какой заднице оказалась.

– Замолчи, – шикаю на нее.

Они смотрят друг другу в глаза, а я на Макса. Вокруг тишина. Кажется, все кто в комнате перестали дышать, только Жека встал и напрягся. Уж он-то знает, чем заканчиваются наши стычки.

– Тихий. Отпусти ее, – все еще почти шепотом, но уже зло рычу еще раз. – Не заставляй меня драться с тобой.

Пара секунд, и рука друга разжимается. Я тоже отпускаю его, и в этот же момент ко мне подлетает блондинка, которая пару минут назад была готова меня раздеть. Только ее не хватало.

– Пошли, – тянет меня за плечо. А я не перестаю смотреть на сестру, голубые, как небо, глаза которой горят озорством.

Она вообще больная, что ли?!

– Отвали, – скидываю женскую руку с плеча и, подойдя к Виолетте, снова протягиваю ей ладонь. – Пойдем.

Действия повторяются, только ощущения другие. Меня все еще подкидывает от ее прикосновения, но теперь это чувство заглушает злость. Не будь она дочерью Витали, я бы даже не пошевелился, чтобы помочь.

Кладет свою руку в мою, и мы выходим. Я не заметил, как на выходе она зацепила бутылку вина с полки, и веду ее на второй этаж. Стараюсь идти медленнее, понимая, что Вита ниже и не успевает, но не получается, от слова совсем.

Распахиваю дверь и завожу сестру в комнату. Стараюсь держать себя в руках, чтобы разнести помещение по камушкам.

– Какого хера, Виолетта?! – взрываюсь, как только дверь за нами закрывается. – Что это, мать твою, было?!

– И с какого перепуга ты орешь на меня?! – я думал, что я громко орал, но она переплюнула. – Это твой проклятый дружок начал распускать руки, как только я вошла! Diablos! Да он только что в трусы мои не залез!

Стоит в полуметре и толкает меня пальцами в грудь. Было бы смешно от такой картины, не будь я так зол.

– А ты позволила ему это, – рычу, делая короткий шаг ей навстречу. – Не строй из себя бедную овечку! Ты сама ведешь себя так, будто готова переспать с первым встречным!

Сказал и резко умолк: женская грудь начала вздыматься чаще, а голубые глаза стали стеклянными.

Блять, придурок.

– Я просто открытый человек и не более. Но если в вашей компании это считается за вседоступность, то вы самые настоящие… idiota tonto!

Замер. Она сейчас назвала меня либо тупым идиотом, либо тупым гандоном. Вот и проявилось мое незнание испанского.

Смотрю на нее, и совесть в грудную клетку долбит. Еще несколько часов назад горевший взгляд потух и теперь на грани слез.

Меня предки убьют.

Вита отворачивается от меня и теперь смотрит в сторону панорамного окна, перед которым стоит кровать.

Сжимаю и разжимаю кулаки, борясь с собой, чтобы не подойти и не приобнять.

Во-первых, я не уверен, как будет расценен этот жест с ее стороны; во-вторых, я сам не знаю, что хочу в него заложить. Поэтому держимся на расстоянии.

– Прости, окей? Я не хотел тебя этим задеть. Просто если захочешь с кем-то потрахаться, то пусть это будут не мои друзья.

Она резко оборачивается, и вот уже глаза не стеклянные, а горящие. Подходит вплотную и, опрокидывая голову, смотрит на меня. Ее круглая грудь в белом кружеве часто вздымается и волей-неволей приковывает взгляд, а потому я не сдержался и все-таки опустил голову. Сочная, упругая, бля, да она даже выглядит вкусно.

Тонкими пальцами Вита хватает меня за подбородок и заставляет поднять глаза обратно.

– Если я когда-нибудь захочу с кем-то переспать, то не стану спрашивать у тебя разрешения, comprendido¹⁹?

Поддаюсь первому порыву и убираю с ее лица прядь, которая легла на глаза в порыве злости. Вздрагивает. Отходит на шаг назад.

– Прости, – повторяю уже растерянно.

Будто семиклассник, который остался с девушкой в первый раз наедине. Черт, мы вроде ругались. И как это обернулось вот в это?

Виолетта садится на кровать, отпивая из бутылки вино.

– И зачем мы тут?

– Надо немного времени, чтобы Макс успокоился, и лучше, если ты не будешь попадаться ему на глаза, – потираю переносицу двумя пальцами и сажусь рядом, отбирая у нее бутылку.

Забавно, как быстро угас пожар, который так же незаметно вспыхнул.

– Ну, допустим, – она кивает, от чего гладкие прямые черные волосы рассыпаются по ее плечам. – А ты то тут зачем?

– Хочешь сидеть одна в незнакомом доме? – резко удивленно поворачиваюсь к ней и замираю.

Наши лица снова находятся в нескольких сантиметрах друг от друга. Так близко, что я чувствую ее дыхание на себе, вижу вкрапления синего в ее глазах и совершенно неосознанно наблюдаю, как она облизывает пухлые губы. Даже венка, что пульсирует на тонкой шее бросается в глаза, отчего хочется впиться в нее губами.

Член снова уперся в ширинку. Да бля-я-ять!

– Нет, не хочу, – отвечает и тяжело сглатывает. – И ты прости, что так вышло.

Ну хотя бы перестала орать и плакать. Сумасшедшая девчонка.

– Ты не виновата, – продолжаю смотреть в ее лицо, но и Вита взгляд не отводит. – Макс не умеет тонко подкатывать.

– У него изначально не было шансов, – усмехается.

– Почему?

– Слишком туповат, – розовые губки расплываются в улыбке.

– Ты бешеная, – качаю головой. – Не делай так больше: он бы ударил в ответ.

– Верю, – шепчет уже без улыбки и кладет свою ладонь мне на колено. – Правда, спасибо.

Вита просто по-родственному благодарит меня, а внутри разгорается пожар. Да такой силы, что я еле сдерживаюсь, чтобы не сорвать с нее одежду!

“Какой же я дебил!” – говорю я себе, в то время как она приближается и оставляет на моей щеке невесомый поцелуй.

Судорожно выдыхаю, и когда Виолетта начинает отстраняться, ловлю ее запястье.

Голубые глаза загораются неизвестным мне блеском…

Ну же! Останови меня!

Влад

Зачем я схватил её за руку? Понятия не имею, но, бля, как же мне нравится смотреть на неё и уж тем более трогать.

Медленно встаю, притягивая Виолетту ближе, и теперь чувствую запах клубники и кокоса. Очень вкусно. Дыхание учащается, и я всеми силами борюсь, чтобы не дернуть её резче, сильнее и не припасть жадно губами к её шее, чтобы проверить, какая она на вкус.

Венка под моими пальцами на тонком запястье чувствуется всё четче, и кажется, что её пульс смешался с моим.

В моих мыслях она уже раздета и стонет каждый раз, как я к ней прикасаюсь. Когда вожу пальцами по набухшим соскам, которые сейчас вижу сквозь кружевной рисунок на ее топе, когда ласкаю губами ее ушки и сладко облизываю ее ключицы.

“Ну же! Останови меня, блять! Включи тормоза хотя бы сейчас, сумасшедшая девчонка!” – кричит все мое нутро.

Но она не включает. Подходит почти вплотную, так, что я слышу её рваное дыхание и вижу, как Виолетта закусывает пухлую нижнюю губу.

Чёрт, да она же моя сестра.

Только это заставляет меня сделать короткий шаг назад и изобразить, будто это было для того, чтобы отдать ей вино. Протягиваю бутылку, и когда Вита её перехватывает, разворачиваюсь, уходя к двери.

– Посиди тут ещё минут десять, – бросаю через плечо и ретируюсь вниз.

В комнате сидят все те же. Стараюсь как можно менее резко сесть и налить из бутылки виски в свой стакан, но, видимо, получается плохо, потому что поток мыслей прерывает комментарий Тихого:

– Успокоил эту бешеную?

– Заткнись, Макс, – сквозь зубы отвечаю, не убирая стакан от губ.

Залпом допиваю его и наливаю еще.

– А что не так-то? Все же видели, что она ненормальная.

– Я же, блять, попросил! Завали. Свой. Рот! – уже громче рычу, опрокидывая еще стакан.

Снова наливаю.

И только когда третья порция оказалась во мне, тело расслабляется и меня отпускает.

– Это ты, придурок, решил, что если предложишь нормальной девушке на первом часу знакомства потрахаться, то она определенно согласится, – усмехаюсь я.

– Эй, – блондинка, которая каким-то образом переместилась под мою руку, шлепнула меня по груди. – Мы же именно так и переспали!

Бля, да кто она такая-то?! Надо у пацанов спросить, даже мельком не могу вспомнить.

– Ну так я же сказал нормальную, – прыснул в стакан.

Пацаны заржали, а Блонди отодвинулась и надула накачанные губы.

Отвратительно. А я ведь только на таких и смотрю. Хотя такие губищи неплохо сосут.

А вот у Виолетты нет пластики нигде. Я и не думал, что есть настолько красивые натуральные девушки, пока не увидел «сестру» в холле дома.

Понятия не имею, как пройдет этот отпуск, но это определенно будет ад, и если она не уедет снова после лета, то это придется сделать мне. Мы просто-напросто не сможем спокойно жить в одном доме.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

П-д с Испанского «Нет»

Вернуться

2

П-д с Исп. «Прости»

Вернуться

3

П-д с Исп. «Черт!»

Вернуться

4

П-д с Исп. «Родной»

Вернуться

5

П-д с Исп. «Мое солнце»

Вернуться

6

П-д с Исп. «Боже мой»

Вернуться

7

П-д с Исп. «Родная»

Вернуться

8

П-д с Исп. «Дорогие мои»

Вернуться

9

П-д с Исп. «Привет, парень»

Вернуться

10

П-д с Ипс. «Красавец»

Вернуться

11

П-д с Исп. «Черт возьми»

Вернуться

12

П-д с Исп. «Солнце мое»

Вернуться

13

П-д с Исп. «Прекрасно»

Вернуться

14

П-д с Исп. «Иди к черту»

Вернуться

15

П-д с Исп. «Простите»

Вернуться

16

П-д с Исп. «Привет, красавчик»

Вернуться

17

П-д с Исп. «Боже мой»

Вернуться

18

П-д с Исп. «Придурок»

Вернуться

19

П-д с Исп. «Уяснил?»

Вернуться