Югаберь Сергеева
Обнаружить тьму

Глава 1.

– Лея, скорее! Пора! – Кричит Сава из кухни, она уже два года не ходит по грибы, но следит, чтобы девочка не пропустила эти походы.

– Уже ушла! – Лея накинула тонкую кофту и выбежала из дома в направлении окраины деревни.

Немногочисленные прохожие спешили по своим делам, поэтому Лея лишь пару раз кивнула знакомым. Таковыми могли называться практически все жители их небольшого поселения – кого не встретишь, он обязательно окажется родственником родственников, а если нет, то скоро им станет.

Высокая фигурка девушки свернула и заметила небольшое скопление людей, среди которых были в основном дети, подростки и старики. Она оглядела привычную для таких походов компанию, не заметив дедушку Доа, и нахмурилась, в остальном всё как обычно.

– Ти, а где дедушка? – спросила Лея у девочки лет семи.

– Плохо ему, слёг вчера. Всё порывался встать и с нами, но матушка удержала, сказала, что негоже в таком состоянии по лесу скакать. – Тина переминалась с ноги на ногу и стреляла глазками в сторону друзей, которые затеяли игру, ожидая опаздывающих.

– Жаль, зайду к нему, как вернёмся. Беги. – Мягкая улыбка сошла с худенького лица Леи, что сделало её вид печальным.

Дедушка Доа последние два года ходил с ней в паре, с ним было комфортно, потому что он чувствовал, когда нужно что-то рассказать, когда хочется молча впитывать звуки и запахи леса. В такие моменты, он позволял девушке чуть отдалиться, впрочем, не выпуская её из виду и присматривая. А Лея бродила среди кустов и деревьев. Старику в такие моменты чудилось, что она разговаривает с лесом. Теперь же ей предстояло идти с кем-то другим, что не могло порадовать, потому что Лея не была сильно общительной.

– Всех приветствую и желаю хорошего сбора! – Громко проговорила Кали, одна из старейшин деревни. – У кого уже есть компания можете заходить в лес, не забудьте взять карту с выделенным участком для сбора. Остальных сейчас сформируем в группы. Подойдите сюда. – Седовласая, но ещё бодрая женщина, указала на участок чуть в стороне, куда потянулись несколько человек. Остальные разбирали карты у другого старейшины.

– Так, посмотрим, кто тут у нас. – Кали оглядела небольшую группу и разбила их по никому другому непонятным принципам. – Лея, Марк, Тиша и Гер. – Названные переглянулись и отправились за своей картой.

Лея недовольно поджала губы и опустила глаза, разглядывая траву и скрывая разочарование. Хотя чего она могла ещё ожидать. Тиша старая тётка Марка давно намекала на их сватовство старейшинам, а злюку Гера им до кучи добавили.

Естественно, главенство взяла Тиша и, забрав карту, стала раздавать указания. Лея сделала глубоки вдох, прикрывая глаза, как всегда, задавив порыв высказаться, что такими темпами они в трёх соснах заблудятся. Но лучше уж промолчать, потому что Тиша и в благостном-то расположении не отличалась добродушием, а уж если ей перечить, так и вовсе язык спускала с поводка, уж кто-кто, а Лея это знала.

– Ну что Леюшка, идите-ка вы с Марком в ту сторону, а мы сюда пойдём. – Довольно прищурившись распорядилась тётка.

Лея старалась идти быстро, надеясь, что в быстрой ходьбе разговаривать не придётся. Но не получилось, тощий паренёк до боли схватил её за локоть и дернул в сторону так, что она боком зацепила дерево. Одно движение, а кажется всё тело будет в синяках. Не ожидая такого резкого движения, девушка охнула и выронила корзину, изумлённо посмотрев на спутника.

– Ты что делаешь? – Возмущение прорвалось сквозь сдержанность и привитую годами привычку помалкивать.

– А что, не понятно? – Ломаным голосом произнёс Марк, рассматривая не слишком привлекательную на его взгляд фигуру. Слишком тощая, как доска, да ещё и на целую голову выше него, но он смирится с этим. В их краях и так мало девчонок, а свободных и вообще по пальцам пересчитать, тётка права: пусть уже хоть такая. – Ты… – Он больно ткнул пальцем в её плечо, вымещая злость за то, что это великовозрастное недоразумение, как назвала её Тиша, будет преследовать его всю жизнь. – Отказалась стать моей женой, теперь мне придётся сделать так, что ты не сможешь отказаться! – И мальчишка грубо усмехнулся, поблёскивая глазами.

– Марк, ты что правда этого хочешь? – Лея не могла в это поверить. Марк всегда смеялся над ней. – Ты же младше меня на три года, да ты скоро учиться поедешь, там невесту и найдёшь, зачем я тебе вообще? – Марк дёрнул головой и скривился.

– Думаешь я хочу жениться на ледяной жерди?! – Наклонившись он прокричал ей это в лицо. – Да я бы никогда не захотел такого! Это всё тётка: там девки всякие будут, нечего их в дом тащить, жениться лучше на своих. – Перекривлял он, вспоминая вчерашний разговор и всё, что выслушал по пути сегодня.

– От меня-то ты чего хочешь? – Взяв себя в руки, Лея смогла говорить спокойно. – Мы же уже всё решили, моё слово не измениться, тебе не убедить меня. – Выпрямив спину, девушка посмотрела прямо в глаза, не впечатлившемуся её словами, парню.

– Когда понесёшь от меня, выбора у тебя уже не будет. – Марк недовольно сморщил нос, представив всё, что ему придётся вынести. А у Леи округлились глаза и пропал дар речи от такой идеи, рождённой явно не в его голове.

– Ты с ума сошёл? Я не буду с тобой спать! – Наплевав на все заветы и обещания самой себе быть послушной девушкой, возмутилась Лея.

– А кто тебя спрашивать будет? – Мар вздохнул как перед прыжком в воду и схватив за ворот рубашки дёрнул, отрывая пуговицы.

Девушка вскрикнула, оттолкнула парня, который думал, что та и не дёрнется от испуга, а потому сделав несколько шагов назад, зацепился за что-то и упал. Последнее, что он увидел перед падением, спину и тонкие сапожки Леи. Оказавшись на земле, Марк потратил некоторое время в попытках подняться. Он размышлял о том, что такие дохлые девчонки не должны быть такими сильными, да и вообще, ей следовало предложить самой обо всём позаботиться, чтобы не получить травм от Марка, но теперь, даже если она будет умолять, он не пощадит. Она ему заплатит за все порушенные надежды, за разочарование и загубленную жизнь. Сгорая от злости, парень обернулся, пытаясь понять, в какую сторону убежала девушка, но не смог. Он пнул корзину в дерево, от чего та треснула. В очередной раз осматриваясь, Марк рыкнул уже от досады и побрёл, как ему показалось в сторону деревни.

Лея бежала быстро встречные ветки хлестко проходились по оголенной коже, но она не обращала на это внимания. Бежать, быстро, но куда? Внимание рассредоточилось и зрение поплыло, но девушка не успела упасть, мгновение перетекло в другое и лес изменился, как и ощущения. Для всех мир остался прежним, но для Леи воздух казался гуще, красок больше, окружающий мир объёмнее. Она никогда не могла объяснить это, а со временем вообще перестала говорить о таком, чтобы все не считали её чудачкой. Её дар никто не мог обнаружить, в школе никто не верил, даже маги в городе, к которым однажды отправила бабушка не смогли обнаружить его, да и воздействия тоже, так что сочли это выдумкой и отправили домой, не приняв в магическую школу, даже самую простую. Но Лея знала, что её дар существует, это не прекратилось, в такое состояние она могла погрузиться намеренно или случайно, как сейчас. И теперь она была главной, она всё решала, лес развёл деревья, создавая проход, направляя подальше ото всех, как и жаждала её душа.

Лея не знала, сколько так бежала, но остановившись, рухнула на землю. Несколько минут лежала, восстанавливая дыхание, рассматривая небо и вслушиваясь в звуки леса. Плакать сил не было, пробежка истощила эмоции, но где-то внутри загорелся огонёк ярости, обещая стать пожаром.

Девушка встала и оглядела заросли, из которых нужно выбираться. Кожу на животе запекло, Лея опустила взгляд и поморщилась. Нужно было застегнуть кофту, тогда Марк порвал бы её, а рубашка осталась цела. Девушка не боялась обнажаться, она знала, что люди очень далеко, возможно в днях пути, потому что лес спрятал её, как она и хотела, а звери ей не страшны, пусть она теперь и источает запах крови на всю округу.

Лея бросила лохмотья рубашки и, зябко передёрнув плечами, надела кофту, в этот раз наглухо застегивая. Она тоже не была цела, но лучше, чем голой по лесу бегать. Коса светло-русых волос частично растрепалась, но привести её в порядок сейчас не получится – вынимать все запутавшиеся листья и ветки придётся очень долго.

Ещё раз оглядевшись, Лея зашагала в выбранном направлении. Она прислушивалась к себе и лесу, позволяя его настроению заполнять душу. Ранней осенью лес кипел движением и полнился звуками, но при этом дарил покой. Лея вдохнула сырость земли и ощутила жжение на ребре от соприкосновения с кофтой. Это была бы прекрасная прогулка, если бы дедушка Доа не слёг, если бы старая полоумная тётка не промыла мозги племяннику, если бы Марк не был таким идиотом, если бы Лея застегнула кофту. Очень много если бы, о которых было больно думать, поэтому она их откинула. Нужно думать о фактах.

Начать с того, что Тиша выжила из ума и пойдёт на любую подлость, чтобы племянник женился на Лее. Но рассказывать об этом никому нельзя, потому что не поверят, даже если использовать силу, потому что у этой грымзы авторитет, а Лея слывёт чудаковатой. Разве что Саве расскажет, она и поверит, и поможет, хоть бы и советом. Марк уедет учиться по весне, нужно пол годика продержаться. Не ходить одной, держаться людей, а лучше вообще дома посидеть. Сава, наверняка её поддержит и поможет. Повезло ей с двоюродной бабкой.

Лею отвлекло от размышлений изменившееся настроение леса, появилось беспокойство, пока что легкое, на которое девушка пыталась повлиять, но ничего не вышло, что-то случилось серьёзное. Лея ускорила шаг и повлияла на лес, прося провести её быстрее к источнику. Чем ближе он чувствовался, тем яснее становилось, что это животному плохо, оно ранено. Но кто там такой, что лес взволновался не на шутку? Вскоре среди деревьев показалось что-то большое и мохнатое, девушка сбавила шаг, присматриваясь и выравнивая дыхание. Между трёх деревьев, свисая с небольшого бугра лежало что-то ещё живое, таких размеров, что Лея шокировано остановилась, не решаясь подойти. Серая волчья шерсть, сейчас тусклая и с бурыми потёками крови, огромные лапы, а потом она увидела пасть размером со свою голову и поняла, что хочет убежать, далеко и быстро. Но почему-то стоит.

Неопознанный зверь почуял новый запах и повернулся, переводя взгляд на тонкую фигурку, которую мог бы сломать даже в таком состоянии. Запах страха неимоверно раздражал и молил его уничтожить, но начавшийся угрожающий рык оборвался, когда запах страха отступил под давлением боли, боли, которую испытала девушка, сочувствуя ему.

Лея поняла почему стоит, когда поймала взгляд полный боли, она была не только внутри зверя, но и рядом, окружающий лес пропитался ею, и даже агрессия раненого зверя на неизвестную потенциальную угрозу не смогла уменьшить удушающее ощущение. Девушка передёрнула плечами отгораживаясь от посторонних эмоций и находя собственный здравый смысл, ну почти здравый, иначе как объяснить её решение помочь. Для начала она медленно сменила вектор эмоций, витающих в лесу с беспокойства на радость пришедшей помощи. Потом двинулась к зверю, беря и его эмоции под контроль. С обычными зверями это проходило легко и ничего не стоило, но с этим было сложно, могла бы сказать, что как с людьми, но люди практически не поддавались её воздействию, только поверхностно.

– Тише, не злись, я помочь хочу. – Приближаясь с каждым шагом, Лея внушала зверю пусть не чувство безопасности по отношению к ней, но надежду на спасение, которой было легче достичь за счёт боли. Теперь стало видно, что он попался в капкан.

– Вот так, мой хороший, сильный и смелый. – Приговаривала девушка, она, конечно, не маг-целитель и даже не ведунья Малина из их деревни, которая сможет что-нибудь несерьёзное подлечить, но освободить зверя ей по силам, а дальше, как природа распорядиться. С этими мыслями Лея рассматривала капкан, не теряя концентрации в настроении окружающего пространства и зверя, а то вдруг обозлиться и накинется. Капканы расставлять любил Родомир Арост, неприятный мужчина, который женился и осел в их деревне, ещё когда Лея малюткой была, его сторонились и боялись, но устройство капканов знали все, на всякий случай. Впрочем, Родомир капканы около деревни не ставил, отправлялся подальше, иначе давно уже получил бы от отцов детворы, а так глаза закрывают.

Но это не его капканы были, из другого металла и больше значительно, что беспокоило Лею, ведь и небольшой капкан она бы с трудом разрядила, а этот… Что же делать? Девушка ещё раз всё осмотрела и поняла, что капкан повредился, как это могло произойти она решила поразмыслить позже, а сейчас воспользовавшись такой удачей и приложив немало сил, ей всё же удалось освободить зверя.

– Так-то лучше! – Лея завалилась рядом со зверем, тяжело дыша и радостно улыбаясь, повернула голову и увидела в глазах благодарность, которую давно уже ощущала в пространстве, зверь щедро разливал её вокруг.

Он лежал и, видимо, восстанавливался, беспокойства и безнадёжности в нём больше не ощущалось, поэтому Лея бесстрашно и нежно гладила шерсть на макушке. Опомнилась она лишь поняв, что наступили сумерки, звуки леса стихали и деревья погружались во мрак.

– Ой, мне пора! – Вскочила девушка, чмокнув зверя между глаз. – Выздоровей, пожалуйста, удачи тебе! – Нежно произнесла она напоследок и направила уже опять спокойному лесу свои эмоции и просьбу провести по-быстрому к деревне, лучше всего не с той стороны, где заходили утром. Сопроводила пожелание картинкой нужных ей домов и, почувствовав изменения, быстро зашагала.

В деревне Лее удалось дойти до дома незамеченной. Как она потом узнала, улицы были пустынны, потому что все, кто мог искали её и Марка. Да, Марк пропал, впрочем, он наверняка, плохо лес знает, ведь всегда мало внимания уделял по-настоящему важным вещам. Около дома Лея поняла, что что-то не так, был слышен гомон голосов, хотя они с Савой давно уж вдвоём живут. Она вошла, аккуратно заглядывая в комнату, где собралось немало людей, которые разом её заметив, умолкли. Тишину разорвал слабый и хриплый голос Савы вперемешку со всхлипом:

– Леюшка! – И седовласая женщина потеряла сознание.

Началось что-то невообразимое, часть гостей кинулась помогать бабушке, а другие накинулись на Лею, которая, ещё не отгородившись от мира ощущала слишком разрозненные эмоции присутствующих. Но всё быстро успокоилось, девушку отправили мыться, как только Сава открыла глаза, и ей тут же подала какой-то настой Малина. Лея вернулась быстро и села около единственного близкого ей человека, гладя по руке, успокаивая не только словами, но воздействуя на пространство силой.

– А Марк где? Дома, наверно, уж. – Произнесла тётушка Тиша, и Лея напряглась. Ей стоило больших трудов не выпустить свои эмоции в пространство и не разрушить всё, что она только что сделала для спокойствия гостей и Савы.

– Я не знаю где он, мы разошлись ещё утром. – Тихим, сдерживающим злость голосом поведала девушка, она специально его приглушила, чтобы эмоции не прорвались и не стали всем очевидны.

– Что значит разошлись?! – Возмутилась тётка. – Вы не имели права расходиться, я же вас в пару поставила, вы же вместе должны были быть! Да Марк же не знает ничего, он там сгинет! И всё из-за тебя, проклятая девка!

– Тиша. – Негромко, но твёрдо сказала бабушка, потому что Лея молчала, потому что привыкла, что стоит заговорить и будет скандал. – Я понимаю твоё беспокойство, но не потерплю оскорблений внучки в собственном доме. – Хриплый голос Савы напомнил о том, что она плохо себя чувствует и тётку выпроводили.

Большая часть гостей отправилась теперь к Тише домой, поддержать её, а она причитала и ругала Лею, не успокаиваясь и оглашая рыданиями всю округу. Малина сначала помогла Лее уложить Саву, а потом и настояла, чтобы осмотреть девушку.

– Как вы поняли, что мне помощь нужна? – Всё тело саднило, поэтому раздеваясь она поморщилась.

– Да как не понять-то? Ты себя видела, как вошла? Да и я же больных не только по походке и движениям вычислить могу, но и почуять. Али не ведунья я? – Усмехнулась женщина, возраст которой определялся её настроением. – Это как же так ты там изранилась вся? – брови устремились друг к другу и прибавили возраст обеспокоенной Малине. – Голиком что ли по лесу бегала? – пробормотала и начала было что-то доставать из своей сумки, но замерла и глянула на закаменевшую девушку.

– Не совсем. – Тихим осипшим голосом произнесла Лея, сглотнув, отмерла и опустила взгляд.

Там, в лесу, ей хотелось всем рассказать, какой Марк подлец, а Тиша вообще из ума выжила. Но теперь, увидев всех знакомых, поняла, что не сможет и слова выдавить. Хотелось придумать что-то, чтобы объяснить всё, но не получалось.

– Малец хоть живой? – Как-то гулко спросила Малина, и это и чувства, витающие вокруг женщины, привели Лею в чувство.

– Да за кого вы меня принимаете?! – воскликнула она, зло глядя в глаза собеседнице.

– Утихомирься, Саву разбудишь. А за кого я тебя принимаю, значения не имеет. Знаешь, есть ситуации, когда человек себе не хозяин и натворить разного может, да и не осудила бы я такого. – Она начала обрабатывать раны, а Лея прослушав настроение вокруг, поняла, что Малина правду говорит.

– Ничего особо не случилось. – Неуверенно начала Лея, сама недовольная выбранными славами. – Марк порвал мне рубашку, а я убежала, весь день по лесу бродила и вернулась. – Уже глухим голосом закончила девушка.

– А кровь чья? Ты мне не ври, девочка, твою одежку теперь жечь только – вся в крови. – Жестко произнесла Малина, убирая ненужные принадлежности и доставая склянки с настоями. Несмотря на подачу слов, Лея всё ещё не ощущала угрозы, злости или хотя бы осуждения.

– Это зверя кровь, наткнулась в лесу. – Уже спокойно сказала, и чуть подумав, добавила: – Мёртвого, хотела спасти, да поздно уж было.

Малина покивала головой, рассказала, что выпить перед сном, а что по утру, и направилась на выход.

– Ты помалкивай, нечего такое разносить, а я поговорю и с Тишей, и с Марком, не тронут тебя. И Саве не вздумай болтнуть, и так натерпелась она.

Лея долго ещё смотрела вслед женщине и размышляла над её словами, вроде бы та предложила помощь и болтать по деревне никто не станет, а на душе всё же гадко. Как будто замалчивая, Лея подписалась в собственной виновности или неправоте, а она так не считала. Да и почему бы Малина ей помогать стала? Да и ей ли она помогает? Но вне зависимости от причин, по которым ведунья вмешалась в ситуацию, Лее это на руку, она ведь, и сама не хотела шума на эту тему. Всё равно её бы крайней выставили, потому что она одна, ни родителей, ни мужа, а Сава её не защитит ото всех.

Лея ещё раз проведала бабушку, немного печально посмотрела и зарыла дверь, намереваясь наконец поесть. При гостях, да и пока Саву успокаивала, не случилось как-то.

Глава 2.

Он не появлялся уже неделю. Когда зверь пришёл впервые, Лея его почувствовала и пришла к окраине леса. Он был ещё болен, но уже мог передвигаться, но девушка настояла, чтобы он не злоупотреблял активностью. Поэтому они доходили до ближайшей поляны или поваленного дерева и там сидели. Но после последней встречи прошло уже больше недели, а его всё не было. Сегодня она решила сходить в лес и поискать. Ей приходилось быть очень осторожной в таких вылазках, ведь Сава не отпускала её надолго, да и по деревне одной было сложно передвигаться так, чтобы никто не пристал с расспросами.

Лес был молчалив, уже похолодало и приходилось надевать всё более тёплую одежду, но сырость и холод не могли остановить её, не в этот раз. Лея шла по лесу, всё больше погружаюсь в его настроение, прося найти зверя. Чаща неохотно заворочалась и ответила. А потом девушка начала остерегаться, чувствуя, что больше не одна – есть ещё люди. Увидев компанию мужчин рядом с её зверем, Лея напряглась, но чуть углубившись даром, она поняла, что зверь не только жив, но и спокоен. Он почуял её и повернулся, тогда и появилось беспокойство.

На движение зверя отреагировали и люди, они все повернулась в её сторону, Лея потратила пару мгновений, чтобы разобраться в их эмоциях, а потом развернулась и панически приказала лесу, сбегая с места стоянки незнакомцев. Лес никогда не отказывал ей, он помогал найти быстрый путь, словно сдвигая пространство, укорачивая дорогу, смещая препятствия. Корни врастали в землю, палки ускользали из-под траектории движения, звери прятались. Она уже давно не ощущала посторонних, но всё бежала, желая оказаться дома, в безопасности. Даже если бы не их эмоции возбуждения и странного интереса, один из них был в форме с военными знаками отличия, в которых Лея не разбиралась, но попадаться им не должна, потому что в отличие от большинства людей в империи, она не имела метки принадлежности. И это могло бы значить, что она свободная, но отсутствие метки в её случае не было законным. К тому же свободная девушка – девушка без защиты, с которой можно делать, что угодно. Поэтому расступившиеся деревья она встретила улыбкой, замедляя бег, но всё ещё быстро преодолела оставшееся расстояние и, поблагодарив лес зашагала по дороге, восстанавливая дыхание.

– А вот и моя несостоявшаяся невестушка. – Хриплый голос Марка стёр улыбку с лица, и Лея повернулась в его сторону.

Марка нашли той же ночью, потому что Лея, как она теперь думала, безмозглая и сама себе враг. Тем вечером, поев, она дошла до ближайшей кромки леса и попросила найти Марка и доставить к ищущим родным. Пожалела о своём решении девушка на утро, когда Тиша заявилась к ней домой и обозвала неприятными словами, обвиняя во всех грехах. Сава с ней поругалась и выгнала, наказав внучке обходить Марка десятой дорогой. А потом и Малина с тёткой пообщалась, после чего Тиша лишь гневно и презрительно сверкала глазами, но молчала, показательно игнорируя неугодную. А вот племянничек, наоборот, при людях стал обходительным и добродушным, но Лея видела его взгляд, когда ему казалось, что никто не смотрит. Этот взгляд морозом пробрался под кожу и заставлял поежиться. Наедине они не оставались, до этого дня.

Лея осмотрелась и ускорила шаг, желая сбежать, паника стремительно захватывала тело и мысли.

– Малина тебе не поможет, и никто не поможет. – Донестись слова, которые дали понять, что Марк преследует её.

Оказавшись на очередном перекрёстке, Лея огляделся и увидела вдалеке идущего Родомира. Но стоит ли ему радоваться? Она потянулась силой к мужчине, шагнув в его направлении.

– Он тоже тебе не поможет. – Марк оказался слишком близко, и Лея разрывалась между желанием обратить внимание Родомира, и ослабить ярость Марка. – Никто не поможет! Из-за тебя всё!

Марк зло тряхнул девушку за предплечья, вымещая злость, скопившуюся за последние недели. Тётка постоянно капала на мозг, называя никчёмным. Отец разочаровано отворачивался, лишь однажды сказав, что не мужик тот, кто с бабой управиться не способен. Малина тоже бесила своими колючими взглядами, словно знает всё. И вот она наконец одна – причина всех его бед. Марк с силой толкнул девушку, та упала, и мимолетная гримаса боли принесла облегчение, но мало, хотелось ещё, сделать больно, также больно как ему, чтобы она знала.

Боль сместила фокус и Лея потеряла концентрацию на Ароста, впрочем, уже не важно, если Марк взбесится, то даже её сила не поможет. Не веря в успех, Лея пыталась захватить и перенастроить слишком уж сильные эмоции парня, но тот отвлекал, схватив за волосы и больно дёрнув. Лея вскрикнула и потеряла связь с окружающим пространством.

– Ненавижу! – Прорычал прямо в лицо Марк, всё больше распаляя свой гнев.

Он дернул за волосы ещё раз, размышляя, как бы сделать девчонке ещё больнее? Ударить, да вот так по лицу это наглой девки, которая посмела ему отказать и создать столько неприятностей.

– Отпусти. – Спокойный, но грубый голос застал Марка врасплох и, как ни странно, напугал Лею. Парень обернулся и увидел холодные глаза Родомира. – Оглянись, ты посреди деревни. – Мужчина попытался вразумить наглого задиру. – Хочешь, чтобы вскоре все знали, как ты развлекаешься? Тебя не сделают просто рабом, а изгонят и путь тебе будет только в горы Альтаара, к каторжникам.

Парень вздрогнул, наконец осознавая, смысл слов. Он отпустил Лею, и та покачнулась, еле сдержав слёзы. Она уже собиралась с духом, чтобы ударить, но никак не могла перебороть свои страхи. Родомир придержал её, указал взглядом парню на другую сторону улицы, и тот послушно убрался. Мужчина же, не глядя на спасённую им девушку молча повёл её в сторону дома. Спустя несколько десятков шагов Лея смогла успокоиться и понять, что ведут её домой и бояться нечего. Настроиться на дар она не могла в таком состоянии, поэтому Арост всё ещё казался ей опасным. Он шёл молча, твёрдо держа её локоть, но не причиняя боль. Шаги мужчины были шире её собственных, поэтому иногда Лее приходилось делать несколько быстрых шагов. Всё это отвлекало от случившегося и позволяло успокоиться.

Так они и подошли к дому, но Родомир не отпустил её руку, а когда перевёл на неё взгляд, беспокойство и страх опять подняли головы, и слова благодарности застряли в горле.

– Если ты такая глупая, что ещё не поняла, то я тебе объясню. В следующий раз будь по ласковее и выбери уединённое место. Сделай вид, что тебе всё по нраву, старательно обласкай парня, чтобы он уже успокоился и отвалил. Иначе в следующий раз, когда никого рядом не будет, и он сорвется – повезёт, если выползешь и детей сможешь иметь. – Он говорил зло и отрывисто тихим гулким голосом, от которого мурашки по коже бежали, а каждое слово шокировало всё больше. Закончив, он отпустил руку и быстрым шагом ушёл.

Лея, отмерев, забежала в дом, всё ещё не в силах поверить, что такое услышала. Она закрыла рот ладонями и огромными глазами смотрела в никуда, пытаясь выбросить слова Родомира из головы, но они не спешили, наоборот, стали такими громки в голове, что она начала болеть, а слёзы всё же покатились по щекам. Да как он мог вообще… От неясного шума девушка отмерла и поспешила в душ, смыть все переживания и спрятаться, на случай возвращения Савы, которая пошла обсуждать новый наряд клиентки на соседней улице.

Она открыла краны, настраивая воду. Лея всегда мечтала принять ванну, ей казалось, что это должно быть очень приятно, особенно после сильных переживаний. Погрузиться в горячую воду и позволить всем невзгодам растаять в ней. К сожалению, она, наверное, никогда не сможет этого узнать. Ванну имели право принимать только хозяева, к которым ни она, ни Сава, ни большинство в деревне не относились. Лея любила горячую воду, она согревала её, так что казалось становиться тепло и на душе, поэтому и сейчас на неё полились почти обжигающие струйки.

Мысли продолжали суматошно бегать от ситуации в лесу, к Марку, а потом и к словам Родомира. Она должна была его ударить, нет, не спасшего мужчину, пусть его слова и не пришлись ей по вкусу. Марка, она должна была ударить Марка. Биться сильно, впиваясь ногтями, вгрызаясь в кожу, биться за себя. А она лишь суматошно пыталась вернуть контроль над даром. Иногда нужно действовать грубой физической силой. Да хоть закричала бы! Лея очень досадовала и терзала себя чувством вины за бездействие. Устав от этих мыслей, она в очередной раз поклялась себе, что в следующий раз будет бороться и руками, а не только мысленно. А свой совет Родомир может себе оставить, она не просила.

Девушка уже совсем в другом настроении выключила воду, распаренная подошла к полотенцам и стала аккуратно вытирать тело. После произошедшего хотелось почувствовать заботу, но кто кроме неё это сделает. Воспоминания о прикосновениях она смыла горячей водой, но всё ещё было жалко себя. Длинные волосы пришлось долго распутывать после издевательств Марка.

Нет, ну какой он всё-таки наглый и грубый, этот Родомир! Вопреки движениям, мысли обретали жёсткость. Да он не имел права такое ей говорить! Приехал из своего… Лея не знала откуда, но решила, что из большого города, раз такое распутство советует. Да и с кем?! Не к любимому под венец, а к злодею ластиться! Это кем надо быть вообще?! Возмущение никак не хотело униматься, поэтому после плотного позднего обеда, Лея переделала практически все домашние дела, и к приходу Савы уже ничто не могло выдать произошедшее с ней. Девушка очень надеялась, что никто из соседей не скучал у окошка и не заметил, кто привёл её домой. О некрасивой сцене с Марком тоже не хотелось, чтобы кто-то знал.

Но судьба милостива в меру, потому что о Родомире никто и словом не обмолвился, зато о том, как Марк зажимал её по углам не сплетничал только ленивый. Сава, конечно, этим россказням не поверила, но выслушивать ей приходилось немало, за что Лея испытывала совершенно иррациональную вину.

– Там новую ткань привезли, присмотрись, да подкупи вот ниток, пуговиц, список возьми. – Сказала Сава через день после неудачной прогулки Леи в лес, с которыми та и вовсе решила повременить.

– Уверена, что хочешь остаться? – Обеспокоенно спросила девушка.

– Да сил уж нет что-то, родная, ты иди, а то когда ещё привоз будет, а может и интересное что найдёшь для хозяев-то. А я тут пока по маленько приготовлю еды нам.

– Да уж больно нужны наши изделия хозяевам тем, они вон в городе предпочитают одеваться. – Вздыхая, произнесла Лея, не желая идти одна, но и понимая состояние бабушки. – Ты лучше отдохни, а я приду, и сама приготовлю. – И с улыбкой вышла навстречу новым испытаниям, она уже в этом не сомневалась.

Деревня была полна людей, что одновременно радовало и огорчало невозможностью уединения. Согласно приказу Императора все рынки должны быть крытыми, но стены для этого не обязательны, поэтому продавцы располагались под навесом, продуваемым со всех сторон. Летом это облегчало жизнь, но как только наступали холода, все кутались в теплые платки, даже поверх курток. Сава тоже продавала одежду на рынке, но сегодня плохо себя чувствовала, так что этим займётся Лея уже после того, как сама скупится.

На рынке было не протолкнуться, поэтому девушка поспешила, в надежде не упустить поток покупателей. Помимо знакомых лиц то там, то тут она встречала путников, или приезжих из соседних посёлков и имений. Обычно в людных местах Лея не окуналась в дар, потому что терялась в обилии эмоций и их пересечений, поэтому просто разглядывала новых людей и думала, кем они могут быть, чем заниматься и с какой целью здесь находятся. Лёгкая улыбка блуждала по лицу, пока она прошлась по нужным прилавкам, затем направилась к выходу из рынка, чтобы найти кого-то из знакомых, кто сможет привезти тяжёлые отрезы ткани на телеге домой, для чужих за небольшую плату, но так как у Савы и Леи никого не было, им обычно помогали бесплатно. В дни рынка были дядя Кений или Олиан, фамилии которого она не знала, но увидев на их месте Родомира, улыбка сошла с губ, а девушка замедлила шаг, впрочем, понимая, что у неё нет вариантов.

Она ожидала чего угодно и успела предположить множество диалогов, которые, по её мнению, могли произойти, но так и не определилась, как с ним разговаривать. Родомир решил дилемму, не оправдав ожиданий.

– Привезу, я видел, где ты и что купила. К вечеру доставлю. – Не поздоровавшись и не дав ей самой и слова сказать, проговорил мужчина, лишь на мгновение переведя на неё взгляд.

Лея же замерла от неожиданности, не зная, как поступить и что сказать. Вроде помогает, но так, что второй раз просить не захочется. Да и что это значит: «видел, где и что ты купила»? Он за ней следил? Родомир, увидев замершую фигурку, уже в упор посмотрел, намекая на неуместное поведение, тогда девушка просто ушла, не сумев выдавить из себя даже благодарности. Что-то в последнее время она стала слишком часто пренебрегать приличествующим девушке поведением. Брови Леи сошлись на переносице, где образовалась морщинка, к своему месту она дошла, не глядя на прохожих, быстро разложилась, но мысли так и продолжали вертеться в голове.

И почему она вообще должна соблюдать приличия, когда её собеседники этим не утруждаются, будь они хоть трижды мужчинами. Сава всегда одёргивает её и напоминает, что следует быть почтительной, а лучше помалкивать и не перечить. В подростковом возрасте у Леи были с этим большие проблемы, но потом она немного укротила себя, но лишь ради бабушки – не хотелось её расстраивать. Это не значит, что ей стали понятны причины, по которым она должна говорить вежливо с тем же Марком или Родомиром, а дурной Тише вообще хотелось указать на недостатки в характере самым грубым способом.

Отпускала покупателей Лея рассеянно, не замечая, что как только они отходят, она опять становится задумчивой и угрюмой, возвращаясь к недавним событиям и мыслям. А ещё беспокоил зверь, который пропал, а потом выяснилось, что он с компанией мужчин в лесочке отдыхает, непонятно только как они относятся к нему, нужна ли ему помощь. А если бы и нужна, то она-то чем поможет? Вот именно, да и эмоции зверя были спокойными.

– Таким хмурым лицом юн всех покупателей распугает. – Вопреки словам интонации были шутливыми, но голос мужчины был слишком низкий и громкий, что и напугало Лею, заставив резко обернуться в сторону говорившего.

Показалось, девушка сейчас потеряет сознание, чего за ней не водилось, но бледной стала не только кожа, но и губы. Голос пропал, взгляд приковали военные нашивки. Это был он – тот, которого она видела в лесу, а судя по довольному её реакцией лицу, он тоже её видел и отлично запомнил.

– Ну что же вы? – В голосе помимо шутливых появились и колючие нотки. – Даже не предложите ничего? – Он посмотрел исподлобья своими чёрными глазами, а усмешка продолжала играть на губах, когда мужчина протянул руку и стал лениво перебирать одежду на прилавке.

Лея всё ещё не могла говорить, не знала, что сказать, да и все силы тратила на то, чтобы или не упасть в обморок, или не провалиться в дар, что тоже обмороком закончиться при наличии такого количества людей. Мужчина перевёл взгляд на девушку разглядывая её уже пристально, а не небрежно, как одежду. Она не выдержала и опустила взгляд. Что делать? Как не попасть в неприятности? И как уберечь от них Саву? Выходило, что никак, он видел её, и стоит лишь задать пару вопросов у деревенских, как будет знать всё о ней, почти всё.

– Итак? – Лея подняла глаза на полувопросительную интонацию. – Сейчас ты пойдёшь со мной и ответишь на мои вопросы, а потом я решу, как тебя поудобнее использовать. – Он не давал Лее прийти в себя, контрастами между смыслом слов и интонациями, какими-то хищными движениями заставляя паниковать. Сейчас он замер прищурившись, а голос был мягким и бархатистым, таким не говорят, что будут тебя использовать, осталось только выбрать как. И Лея приняла решение, потому что всё не просто плохо, а хуже некуда, поэтому побег не изменит положения. Он прочёл её в тот же миг.

– Не смей. – Откуда-то из груди мужчины прорвался тихий рык, дополняя слова, на что Лея вздрогнула. – Я узнаю кто ты, найду твоих близких и вырежу их сердца, а потом найду тебя, потому что я всегда нахожу, и подарю их тебе в честь своей победы. – Это было сказано уже совсем иначе, тихо, без рычания, но так, что у Леи скатилась слеза от представленного, а затем прорезался голос, хриплый, но уже в наличии.

– Хорошо. – Она прочистила горло и, опустив взгляд, постаралась собраться с мыслями. – Мне нужно собраться… – как-то неуверенно начала девушка, дрожащими руками перебирая одежду.

– Не стоит. – Он взял её за запястье, спокойным движением не причиняя боль, и говорил теперь тоже буднично, что не смогло успокоить, потому что создавало ещё более жуткое впечатление в целом о том, кто мог быть настолько разным и так легко меняться. – Мой помощник возьмёт это.

Мужчина кивнул куда-то в сторону, но Лея не смогла ничего различить из-за паники, накатывающей и отступающей волнами. Не отпуская руки, он повёл несопротивляющуюся девушку к выходу, и тут её взгляд зацепился за тёмные волосы Родомира. Глаза распахнулись, а внутри поднялась какая-то иррациональная надежда. Он поможет ей? С Марком же помог.

– Я уже говорил, что не стоит, или ты забыла? А может, тебе плевать на родственников и того, кто тебе поможет? Кстати, его я отдам Дхану, пусть полакомиться. – Слова резко ударили и загубили надежду, было почти физически больно. Ни тогда, ни позже Лея не могла понять, почему от страха и паники перед этим мужчиной у неё отключился мозг.

Глава 3.

Она так ничего и не сделала, но в памяти осталось лицо Родомира с прищуренными глазами, направленными в их сторону. Интересно, он сделает что-нибудь, или мысленно посоветует быть поласковее? Лея усмехнулась, и это отрезвило её, словно переключило с настроя «всё плохо» до «я всё могу». Девушка поняла, что находится уже не в толпе, поэтому можно и обратиться к дару, но осторожно, потому что неизвестно, на что способен её провожатый. Кстати, куда он её ведёт? Судя по направлению, к гостинице. Она скосила глаза на спутника, который, казалось, не обращал на неё никакого внимания, а крепко задумался, но руки её так и не выпустил.

Наконец-то она подключилась к ощущениям пространства считывая окружающие эмоции и рядом находящихся живых существ. Пространство вибрировало странным образом, было на пике волнения, будто происходит что-то важное. А вот знание эмоций мужчины никак не помогало, потому что непонятно к ней они относятся или к собственным мыслям. Но один вывод Лея сделала в свою пользу – он, видимо не понял, что она делает. Если так, то есть шанс.

По поведению и разговорам сразу было понятно, что рядом идёт кто-то из хозяев или свободный, с такими вообще нужно быть потише, тем более что он разгадывает её намерения чуть ли не раньше, чем сама девушка. Военный, судя по нашивкам или служащий императору, у них тоже такие есть. Точно маг, с нашивками и без магии – редкость, хоть бы не сильный. Это в небольших поселениях магов немного и слабенькие, а вот в городах почему-то чаще рождаются. Впрочем, он и очень сильным быть не может, таких крайне мало, не могло же ей так не повезти, или могло?

Гостиница была небольшой, на первом этаже располагалась закусочная, где подавали обычную еду и напитки, кухня и хозяйственные помещения, а на втором этаже комнаты для гостей. Её открыли лет десять назад, когда один из деревенских парней вернулся с обучения из города. Он насмотрелся там на разные заведения и решил здесь такое открыть, добился разрешения хозяина, и теперь проезжие останавливаются в этой гостинице, а не в домах, которые согласятся принять чужака. Лея здесь никогда не бывала, потому что нечего делать молодой девушке в таком месте.

Её спутник, не смотря ни на кого, повёл её к лестнице, тогда Лея решила, что пора ситуацию поворачивать, не хотелось оставаться наедине с этим чудовищем.

– Давайте здесь поговорим, людей почти нет. – Она окинула взглядом столики, за одним из которых сидели двое мужчин, а за баром хозяин стоял, и больше никого. Маг проигнорировал её слова, даже на мгновение не сбившись с цели. – Я бы не хотела оставаться с незнакомым мужчиной наедине. – Уже более настойчиво произнесла девушка, добавив и физическое сопротивление – попыталась высвободить руку, но безуспешно. Мысль о том, что через пару часов все, включая Саву и Марка, будут знать, что она уединилась с мужчиной в гостинице привела в действие смелость. Да, даже если бы и не узнал никто, всё равно это неприемлемо.

Мужчина резко дёрнул её за руку на себя и уже больно стискивая запястье, прошептал на ухо:

– Мы будем разговаривать там, где я скажу, и делать то, что я скажу. А всякий раз, когда тебе захочется сопротивляться, вспомни о моих угрозах. Потому что ещё раз взбрыкнёшь, и я буду вырезать сердца твоих родных у тебя на глазах. – И он почти нежно провёл носом по её уху, отчего Лея вздрогнула и отшатнулась. На этот раз мужчина отпустил запястье сразу же и отправился наверх по ступеням. Девушка на мгновение застыла, смотря на его ботинки, а потом направилась следом.

Для Леи было шоком, что он говорил такое, не проявляя соответствующих эмоций, он был практически ровным, разве что небольшой интерес и очень маленькая, почти незаметная надежда в глубине, но ни злости, ни даже капли раздражения, вполне закономерного для ситуации. Кто он вообще такой?

Лея уже очень устала от переживаний, поэтому, когда мужчина открыл перед ней дверь, пропуская внутрь, она почти успокоилась, эмоции стали какими-то прозрачными, чем она воспользовалась, чтобы создать нужную атмосферу в пространстве, которая косвенно повлияет на собеседника, но даже это может многое дать.

Войдя, она сразу же шагнула в сторону, не желая оставлять за спиной того, от кого ждала только ударов. Сама комната была небольшой, и мебели в ней немного: шкаф, стул и стол у окна, кровать. Войдя, мужчина развернул стул и сел так, чтобы видеть девушку, она поняла, что останется стоять, потому что даже находиться с ним вот так в комнате было верхом неприличия, не говоря уже о том, чтобы сесть туда, где он спит.

– Говори. – От этого приказа Лея смешалась, потому что ждала вопросов, а не этого. С другой стороны, возможно, это ей на руку, и о метке, точнее об её отсутствии, можно будет умолчать. А если самой всё рассказать, то о чём? О даре? Ну уж нет, ещё упекут в Дом Утешения Душ, придётся вообще о даре забыть, больные люди нелогичны и неприятны в пространстве. А о чём он вообще хочет знать? Поразмыслив, Лея поняла кое-что важное – он ничего не знает, ни-че-го! Поэтому всё зависит от её слов, значит нужно быть внимательной и поменьше говорить. Приободрившись Лея посмотрела на мужчину и открыла рот, чтобы заговорить, но так и застыла, потому что он смотрел внимательно, изучающе, будто видит её насквозь. Заметив её попытку заговорить, он медленно поднял одну бровь, продолжая впиваться взглядом. Да под таким вниманием хотелось всё рассказать, совсем всё.

– Что… вы хотите знать? – Немного переформулировав изначально выбранную фразу, произнесла девушка бледным голоском.

– Начни с самого интересного. – Спокойно ответил мужчина, и немного помедлив, уточнил. – Как ты сбежала из леса, что и следа не сталось?

– Ммм… – Действительно самое интересное, с этим только отсутствие метки может посоперничать. – Убежала? – Полувопросительно произнесла девушка, на что мужчина улыбнулся, даже почти посмеялся.

– Ты забавная, я бы даже повеселился, если бы ты не обставила ищеек, лучших в своём деле. Давай ты просто расскажешь мне правду, и все будут целы и невредимы.

Лея больно прикусила губу, но так и не смогла придумать хоть что-то правдоподобное, поэтому понадеялась, что он удовлетвориться одной тайной.

– Это мой дар, он помог мне сбежать. – Грустно прозвучал её голос.

– Какой? – С нажимом подтолкнул собеседник.

– Ну, такой, дар. – Она увидела, как он прищурил глаза, но продолжить говорить её заставили выплеснувшиеся эмоции – бешенство. И Лее не хотелось бы узнать на что этот чужак способен в таком состоянии, если уж и в спокойном расположении духа не отличается человеколюбием. – Я ощущаю окружающее пространство, чувства людей, животных, иногда могу взаимодействовать. Тогда, я попросила лес помочь мне сбежать, он помог, так что я быстро оказалась дома.

Выпалив всё на одном дыхании, Лея в ожидании смотрела на ищейку, который не спешил заговорить. Она видела, чувствовала, как он что-то обдумывает. Ну почему она не читает мысли?

– Все одарённые должны получить разрешение на использование магии или запечатать дар. К какой категории относится твой дар и что ты с ним делаешь в этой глуши? – Наконец, он выбрал, что ему хочется знать в первую очередь.

– Магический индикатор не выявил во мне магии. – Лея продолжала контролировать настрой пространства и немного тушила те или иные ненужные или опасные, на её взгляд, эмоции собеседника. Конечно, как и всегда ей не удавалось сделать что-либо значительное, поэтому эмоции не исчезали, но утрачивали интенсивность.

– В чём выражалась просьба? Как была озвучена? Как ты ощущаешь лес? Ты и сейчас это делаешь? – Вопросы сыпались один за другим, Лея отвечала, но благодаря концентрации в даре, она смогла понять, где не следует быть откровенной, поэтому на последний вопрос, ответила своим вопросом.

– Делаю что? – И очень честно смотреть в глаза, уменьшая подозрительность во взгляде мужчины.

– Делаешь. – Убеждённо ответил он. Воцарилось молчание, в котором мужчина прислушивался к себе, пытаясь определить воздействие, но на удивление ничего не выходило. И это бесило и одновременно интриговало, потому что он был под ментальной защитой клятвы императору, артефакта и имел сигнальные амулеты, молчавшие всё это время. В первый момент ему хотелось свернуть тонкую шейку девчонки, которая посмела его обставить. Во второй тоже. Только сейчас он смог разглядеть потенциал её способности, хоть и не избавился от ощущения уязвлённой гордости. – Ты поедешь со мной. – Произнёс он и встал. А Лея впала в панику.

– С вами? Куда? Я вас не знаю, я не могу никуда поехать, я не обязана. – Всё это она говорила, пока мужчина открывал дверь шкафа, достал оттуда сумку и начал скидывать в неё одежду.

Когда девушка, поняла, что он даже не обращает внимания на её слова, то просто развернулась и попыталась сбежать. Ничего не вышло, дверь не открывалась, от злости и безысходности Лея с вскриком ударила по ней ногой.

– И не старайся, она заперта заклинанием. – Не отрываясь от своего занятия, буднично пояснил мужчина. Лея хмуро за ним понаблюдала.

– Как вас зовут? – Наконец спросила она, уже меняя пространство для своей цели.

– Кархар. – Маг мельком кинул на девушку взгляд, понимая – она что-то задумала.

– Кархар… – Мужчина вздрогнул от того, как она произнесла его имя, пробуя и испытывая дискомфорт от того, как чужеродно оно ощущается. Лее было на руку замешательство ищейки, она использовала его, чтобы выудить и усилить нужные эмоции. – Я поняла, вы не отпустите. – Покорно опустила взгляд и переступила с ноги на ногу. – Но могу я попросить о маленьком одолжении? – Она не делала чего-то специфического или сильного, потому что не могла, а взаимодействие было лёгким, только с имеющимися чувствами, просто пыталась свернуть как-то в нужном направлении. – Я бы хотела попрощаться с бабушкой, чтобы она не переживала. – Мягкий голос, признающий главенство мужчины, от неё слышали пару раз и то вряд ли. Никто не знал, как же тяжело ей всё это далось: ломать себя, переступать через свои убеждения, чтобы показать, что она подчиняется.

Он знал, с первого слова, что она делает, неуклюже, потому что её натура виднелась сквозь напускную покорность, да и постоянно смотрела глазками, получается ли. Но даже если бы не это, он чувствовал, как она влияет на его эмоции, если бы не знал и не направил специально внимание, то и не понял бы, а так, ему наблюдать только и оставалось, потому что ничего не остановило воздействия, пусть и небольшого. Никакие амулеты, артефакты, собственные щиты – ничего. Они не замечали её влияния, да и он бы пропустил, если в эмоциях не ощутил неестественность, чтобы он к кому-то проникся положительными эмоциями? Сочувствие, симпатия, утихающее раздражение. Да ни за что.

При всём при этом потенциал девчонки был невероятен. Помимо исключительных возможностей дара, она ещё и сумела быстро распознать и использовать нужный момент, могла наплевать на собственные чувства ради цели, пыталась манипулировать. Пусть и вся игра на лицо, но с хорошими учителями, ей цены не будет при дворе, она за пояс заткнёт всех аристократок при должном усилии. А пока что Кархар отследил скатившуюся с виска девушки капельку пота, она докатилась до подбородка, что заметила девушка и испуг промелькнул в её глазах, задавленный целеустремлённостью. Девушка вскинула голову, из-за чего капелька сползла на шею и скатилась за ворот куртки. В одно мгновение повисло оцепенение, у всех. Мужчина, осознал, что сейчас почувствует и все эмоции на миг заморозились, пространство отреагировало на изменения и тоже замерло, что очень удивило девушку, которая растерялась и не знала, как поступить, не понимала причин такого.

Когда всё вновь пришло в движение, Лея не ощутила возбуждения Кархара, а лишь раздражение, которое приняла на свой счёт, но уже ничего не могла сделать, потому что в отличие от него, пространство взбесилось, разобраться не представлялось возможным, а находиться и дальше в этом было страшно, поэтому она замкнула дар и вдохнула с облегчением.

– Хорошо. – После недолгого молчания произнёс Кархар. – Но пойдём вместе, я тебя из виду теперь не выпущу.

Лея нахмурилась, но подчинилась, а как только вышли на улицу, она решила попытать счастье и задать несколько вопросов.

– А зачем я вам вообще? Я же не совершила никакого преступления, вообще ничего вам не сделала. – Спрашивать было страшно, а лгать ещё страшнее.

– Твой дар будет интересен… ммм… кое-кому. – Он почувствовал её неуверенность, но не заострил внимания, какое преступление могла совершить деревенская девочка? Украсть на рынке заколку? Ерунда.

– Куда вы меня повезёте, и что будет со мной? – Она размышляла, что сказать Саве, как себя вести, чем вообще для неё обернётся этот «кто-то»?

– В столицу. Всё зависит от него – того, кому я тебя отдам. Но могу сказать точно, что чем послушнее ты будешь, тем лучше для тебя же. – Кто бы сомневался.

– Нам не нужно сворачивать, лишь пройти прямо и угловой дом, там я живу. Жила – Произнесла Лея, когда мужчина попытался свернуть.

– Сначала зайдём к твоему хозяину, удобно, что он тут у вас один на всех. Я получу твою метку, а потом уже к тебе домой. – Буднично произнёс Кархар, а Лея застыла посреди дороги. Он обернулся и вопросительно поднял бровь. А она не знала, как поступить, сказать, или подождать, чтобы у хозяина всё открылось. В империи Хаерона у всех было три типа принадлежности. Первый- короне: к ним относился император и хозяева земель и людей, которые на ней живут. У хозяев есть метка короны, говорят, что у императора тоже, но это считается сказкой. Второй тип – это обычные люди, которые принадлежат хозяевам и имеют отличительную метку, их большинство. А вот третий самый неоднозначный, им завидуют и их боятся, потому что они свободны и меток не имеют, но ходят слухи, что за это нужно очень дорого заплатить. К тому же получить свободу просто так нельзя, её должны даровать. Но Лея не относилась ни к одному из трёх. За то, что она не имеет позволения на отсутствие метки, её могут убить на месте.

Что делать? В панике мысли метались, не позволяя собраться и придумать выход. Ищейка в пару шагов достиг девушку, крепко схватил за ворот куртки и резко дёрнул на себя.

– Говори. – Прорычал он прямо в лицо, его глаза были так близко и так страшно смотрели будто прямо в душу, что дыхания стало катастрофически не хватать.

– У меня нет метки. – Сдаваясь, шелестом произнесла она и свалилась в дар, окунувшись в бурю эмоций, своих, его, мира. Лея паниковала, мир волновался, а вот Кархар так же резко, как подошёл, успокоился, быстро улетучивающиеся остатки раздражения намекнули, что им управляло.

Мужчина, вздохнул и развернулся в сторону её дома, ничего не говоря, Лея аж рот открыла, ощущая потребность высказать своё удивление и задать вопрос, но не нашла слов. Он ушёл шагов на двадцать, когда девушка отмерла и догнала его. Казалось, ищейку не взволновала её задержка, разве что в пространстве опять витали частички недовольства, которые исчезли с её приближением.

– Про метку потом расскажешь, у меня нет времени прохлаждаться здесь, нужно быстрее вернуться. У тебя будет пятнадцать минут, одежду возьми на пару дней, больше ничего не нужно – лишнее выброшу. – Заговорил Кархар, не давая ей произнести и слова.

Лея не должна была вернуться так рано, даже с учётом разговоров, сейчас только обед, а сегодня рынок работал до заката – привоз. Сава, взволновалась, услышав открывшуюся дверь, вышла встречать нежданных гостей и увидела очень бледную и ставшую при её появлении грустной девушку.

– Что случилось, милая? Почему так рано, и где вещи? Тебя обидел кто-то? Опять этот мальчишка? – Зачастила с вопросами бабушка, осматривая внучку, взяла за руку и повела на кухню. А у той от такого тёплого беспокойства и заботы разлившихся в пространстве, подступил ком к горлу и выступили слёзы. Лея сначала попыталась спрятать, но поняла, что бессмысленно и, остановив Саву, обняла её и зажмурившись горько всхлипнула, но не позволила себе разрыдаться. – Да что случилось-то? -Теперь беспокойство стало почти удушливым, перекрывая остальные ощущения. Как же рассказать ей, чтобы не слегла опять?

– Ба, я в столицу еду. – Сказала и тут в голову пришла хорошая идея, которая не заставит Саву сильно беспокоиться. – Я мага встретила, он дар мой распознал, говорит, что необычный и предлагает в столице учиться, но сейчас ехать надо. – Лея вытерла, не желающие останавливаться слёзы и пошла в спальню, потянув за собой бабку. Было почти больно выдавать свои детские мечты за правду самому близкому человеку.

– Как это? – Сава не успокаивалась. – Какой ещё маг? Почему прямо сейчас? Леюшка, а вдруг обманет, родная? Может, не нужно оно тебе? – Обманет, и не нужно.

– Ба я дар подключала, когда с ним говорила, так что не волнуйся, он заинтересован даром, всё хорошо будет. А ехать срочно нужно, потому что у него там работа и ученики. Пожалуйста, не волнуйся. Я уже взрослая, могу о себе позаботиться. Ах да, вечером Родомир привезёт покупки, тебе надолго хватит, но не спеши, я как устроюсь постараюсь тебе помогать, чтобы ты не сидела беспробудно за шитьём.

Лея много говорила, ощущая как беспокойство Савы ослабевает и приобретает новые оттенки, уже светлые. Бабушка пыталась добавить в сумку то одежды, то еды, то иголки с нитками, которые Лея всё же взяла. На память о доме, а ещё карточку с изображением Савы. Такой же карточки с родителями у неё не было, да и помнила она их с трудом. И кое-что из еды взяла, справедливо полагая, что она точно пригодится.

С небольшой сумкой Лея вышла ровно через обозначенное время, не желая встречи ищейки с Савой. Бабушка проводила её встревоженно, но с доброй улыбкой.

Глава 4.

Как ни странно, из деревни, они пошли не дорогой, ведущей к ближайшему городу с порталом, а в лес, где через два часа вышли к лагерю. Лея насчитала семерых мужчин и поёжилась от пристальных взглядов, ощущать их эмоции не хотелось, но нужно, для того чтобы успеть среагировать в случае чего. У неё не так много возможностей что-то им противопоставить, чтобы не пользоваться единственным преимуществом. Беспокойство, вина и радость вмешались в почти одинаковую настороженность, повернув голову, Лея заметила зверя и улыбнулась. Он уже полностью излечился и стоял, переминая лапами опавшую листву, не смея подойти. Лея не знала, почему он так себя ощущает, но не смогла долго выносить этого, повлияв на пространство, она дотянулась до зверя и, словно гладя его по морде, успокоила эмоции, оставив лишь радость.

Разговаривавший со своим коллегой или другом Кархар, резко повернул голову к зверю, выплёскивая в пространство ярость, шокируя Лею. Она взглянула округлившимися глазами, не понимая, что случилось. Зверю стало больно, опять стыдно, даже горько, а потом он ушёл вглубь леса под непонимающим взглядом девушки. Кархар тут же оказался рядом, больно схватил её за горло, прищурившись, посмотрел в глаза.

– Не смой больше влиять на моего зверя или на кого-то в моей группе. – Жёстко произнёс он, Лея в ответ закивала, тогда он отпустил, вернувшись к разговору. Он сказал: «моего зверя»? Она не понимала, как он узнал? Между ними связь?

Два дня показались адом для Леи. Сначала она чуть не сбежала внаглую у всех на глазах, когда Кархар сказал, что поставит свою метку. Желание бежать было непреодолимым настолько, что она дёрнулась всем телом в сторону, особенно ноги. Все резко вскочили, кроме ищейки, он лишь внимательно и прямо смотрел, удерживая её взгляд. Мысли заметались, паника отключила дар, но холодный и даже жёсткий взгляд привёл её в чувство. Он напоминал не только, что выбора у неё нет, но и о том, что все её попытки избежать его решений бессмысленны. Она дрожала, подойдя к Кархару, а когда он приказал оголить плечо стало только хуже. Спутники понимающе усмехнулись и сделали вид, что очень заняты своими делами. Лея развернулась спиной к ищейке и одеревеневшими руками расстегнула куртку, сняла её, затем расстегнула рубашку, но снимать не стала, это уже было выше её сил. Пальцы не слушались, поэтому девушка потратила много времени, но ещё больше усилий, чтобы не выплеснуть страх. Кархар стоял и, как ни странно, молча ждал, даже дыхания не слышно. Лея порадовалась, что дар отключился, она не хотела знать, какие эмоции испытывают мужчины сейчас. Секунда, две, а потом она дёрнулась от холодного прикосновения.

– Не дёргайся! – Рыкнул ищейка недовольно.

– Извините. – Прошелестела Лея.

Разве его кровь не должна быть тёплой? Или сейчас достаточно холодно, чтобы она быстро остыла? Размышления прервал голос Кархара, который закончил чертить руну на плече и уже читал заклинание привязки, Лея затаила дыхание. Это будет больно? Она не знала точно, в их краях, почти никто во взрослом возрасте не принимал привязку, а кто принимал – не распространялся, а спрашивать не принято. Это вообще такое дело, которым занимаются за закрытыми дверями и обсуждать никто не стремится.

Есть определённые законы и правила для всех, но очень мало, обычно хозяева сами определяют принципы жизни для подопечных. Тем страшнее было подчиниться ищейке. Лея зажмурила глаза, когда его голос стих, но ничего не почувствовав, открыла. Ощущений никаких, кроме неприятного сырого воздуха, проникающего под расстёгнутую рубашку. Она обернулась и посмотрела на место, где плечо переходит в спину – там были негустые линии крови. Девушка подняла взгляд на ищейку, который нахмурив брови также смотрел на руну. Лея включила дар, резко погрузившись в ситуацию, зря. Она потерялась на пару мгновений в ощущениях. Больше всего воздух был пропитан замешательством и любопытством, причём исходящих не только от ищейки, но и от остальных мужчин.

– Что-то не так? – Спросила, прилипнув взглядом к Кархару. Её интересовало малейшее движение, но тот умело держал себя в руках. Зато остальные вернулись к своим делам, и только тогда Лея поняла, что они смотрели на неё, пытаясь понять, что происходит.

– Что ты сделала? Ты сопротивлялась? – Цепкий и пронизывающий взгляд ищейки ни в какое сравнение не шёл с её заинтересованностью. Лея даже отшатнулась инстинктивно, но Кархар схватил её одной рукой за талию, обездвижив, прижав боком к своей груди, а другой рукой больно схватил за щёки и развернул её лицо так, чтобы продолжать впиваться в душу.

– Нет, нет! Я ничего не делала! Я даже не знаю, как это работает! А этому можно сопротивляться? – Поняв, наконец, что метка не поставлена, удивилась девушка. Кархар не отвечал, он продолжал вглядываться в неё, выискивая то, чего там не могло быть. Плечо царапала грубая ткань его куртки, холодные пальцы больно впивались в кожу, само их положение ощущалось до крайности непристойным, приводило в ужас нарастающее в воздухе возбуждение, замешанное на загадке. Растерянность и любопытство Кархара вытеснялись её близостью, запахом её страха и тайны, которые пробуждали инстинкты, остальные понимали, что происходит и возбуждались ожидаемым продолжением, когда мужчина так близко держит почти раздетую девушку. Лее это настолько не нравилось, что ужас сковал и вытеснил уже её собственный интерес.

Рык зверя прозвучал оглушающе в этом напряжении. Он злился на хозяина, попытался его остановить. Даже бешенство Кархара не пугало её так, как возбуждение, которое смыло осознанием, на чью сторону встал зверь. Мужчина практически отшвырнул от себя девушку, та с трудом удержалась на ногах и быстро закрыла плечо, даже не вытерев кровь. Пальцы дрожали, поэтому пуговицы не хотели застёгиваться с первого раза, и спешка, как часто это бывает, лишь замедлила процесс.

– Я разве сказал, что ты можешь одеться? – От рычащего грубого голоса, девушка замерла с руками на пуговице. – Вернись.

Она не хотела, очень не хотела, но понимала, что злой ищейка станет ещё злее, если она ослушается, поэтому сделала, что велели, не поднимая глаз от земли и стараясь издавать поменьше звуков. Он стёр кровь, и начал всё заново, но в этот раз Лея стояла неподвижно, пока голос ищейки не затих. Даже вдох делала не до конца, чтобы лишний раз не двинуть грудной клеткой и плечом. И когда история с озадаченным молчанием повторилась, она не повернулась посмотреть и не спросила ничего.

– Одевайся. – Произнёс сухо мужчина, когда вытер её плечо во второй раз. И только одевшись, Лея осмелилась заговорить.

– Получилось? – Спросила, не глядя на ищейку.

– Нет.

Ей хотелось спросить, почему и как это возможно, но она молчала, стараясь не выдать своей радости, поэтому позволила проявиться на лице изумлению. Чтобы не злить и не выводить на сильные эмоции мужчин, она спокойно отошла, при этом оставаясь в зоне видимости, и опустилась на землю, размышляя, почему так произошло, и было ли такое в детстве, когда метка не проявилась при рождении? Родители просили хозяина их земель её поставить? У него тоже не получилось? Почему она ничего об этом не знает? И знает ли Сава?

Больше они не пытались это повторить. Но после этого случая Лея постоянно находилась в концентрации на даре, поэтому часто была неудобным спутником, замедляющим движение. С самого начала Кархар пытался спокойно к этому относиться, и Лея улавливала лишь досаду, но дальше появилось раздражение и со временем затмило все остальные эмоции. Чуткая компания перенимала напряжение своего предводителя, тоже накаляясь. Из-за такого количества сплочённых эмоций, девушке никак не удавалось повлиять даже на мир, не то что на магов. Она шла, ожидая взрыва в любой момент от любого из мужчин.

Взорвался Кархар, наорал на зажмурившуюся и втянувшую голову в плечи девушку, а ещё через пару часов, выругавшись, посадил на зверя. Поначалу Лея ехала очень напряжённо, боясь свалиться или больно потянуть за шерсть, но потом приноровилась и даже уснула. Это не было удивительно, учитывая такое количество потрясений и напряжение в течение долгих часов. Благодаря этому, мужчины успокоились и пошли быстрее, даже не остановившись на закате, лишь, когда Лея проснувшись, таки упала и больно ударилась, они сделали привал. Весь следующий день она старалась не привлекать внимания, потому что Кархар от одного взгляда на неё со зверем приходил в бешенство.

Девушка всячески старалась помогать, участвуя в готовке на привалах, добавляя то, что положила в дорогу Сава, поэтому еда всем показалась замечательной, а мужчины временно оттаивали. Но этого всё равно не было достаточно, чтобы они начали хорошо относиться к девушке. Приблизившись к городу, все немного выдохнули, предчувствия завершение неприятного похода. Одно расстраивало Лею, она так и не нашла возможности для побега. Хотя и не особо старалась, помня угрозы ищейки.

С самого входа в город, все шарахались зверя и уходили с их пути, испуганно разглядывая примечательную группу лишь издали. Лея ёжилась и опускала взгляд, прячась от повышенного внимания, потому плохо рассмотрела как жителей, так и дома. Они подошли к небольшому огороженному зданию, в которое направился Кархар, оставив всех у входа. Он наградил Лею внимательным взглядом, потом быстро посмотрел на одного из своих людей и ушёл. Теперь-то она точно никуда не денется, в незнакомом городе и без помощи леса, ей определённо нет смысла пытаться сбежать. Лея ещё на входе в город отключила дар, чтобы не потеряться в эмоциях, хоть и было интересно, как он ощущается. Теперь она чувствовала себя ещё более беззащитной.

Ищейка вышел не один, а с мужчиной, который оглядывал их компанию хмурым взглядом и опасливо косился на зверя. Кархар махнул рукой, и они двинулись внутрь ограды, проходя на заднюю площадку, окружённую столбами. И они и сама площадка были покрыты рунами. Лея впервые видела портал и старалась всё разглядеть. Они встали в центр и Кархар взял её за дрожащую руку, мельком посмотрел на девушку и кивнул сопровождающему. Тот коснулся одного из столбов, вливая искристую магию, которая переходила на другие столбы. Когда они все уже светились магия направилась в площадку, заливая и её сиянием.

Лея смотрела на движение магии широко распахнутыми глазами. Она боялась перехода, не знала, как это будет, сжала от волнения руку Кархара, когда площадка заполнилась и свет равномерно двинулся вверх.

Пока что ничего особенного, только тепло там, где магия уже заполнилась. Захватив всех путников, магия продолжила двигаться вверх, видимо, до верхушек столбов. Мужчины на площадке виделись как сквозь ливень, размыто и нечётко.

– Глаза закрой. – Донёсся голос Кархара.

Лея последовала совету и не зря, потому что увидела вспышку даже сквозь веки, а потом непередаваемое ощущение падения. Она покачнулась в попытке устоять, рука ищейки оказалась кстати, а потом головокружение и тошнота. Лея пыталась с ней бороться, продолжая зажмуривать глаза.

– Открывай. – Снова голос ищейки.

Лея последовала приказу, но не успела прийти в себя, как её куда-то потянули за всё ещё удерживаемую руку. Она очень старалась утихомирить тошноту и головокружение, перед глазами всё мелькало, поэтому разобраться, где находится не получалось. Её посадили, и стало лучше. Голос ищейки опять ворвался в сознание.

– Пусть остаётся здесь, пока я не вернусь.

Когда Лея пришла в себя, то поняла, что «здесь» – это камера. Камера для заключённых, чтоб его! По какому праву он её вообще сюда засунул? Нет, причины есть, конечно, но никаких обвинений предъявлено не было, а значит и находиться тут она не должна. Страх и злость замешали неудачный коктейль, когда мозг плохо соображает, а язык озвучивает всё подряд без фильтров. Нужно было успокоиться, но возможности не было, она ходила туда-сюда по небольшому помещению, пытаясь выбросить претензии из головы, собраться, обдумать всё, но ничего не получалось. Лея даже стала глубоко и размеренно дышать в попытке обуздать эмоции, но и это не помогло.

Она оказалась в абсолютно непредсказуемых обстоятельствах, где ничего не могла сделать. Лея не знала, где находится, здесь не было знакомых, близких, не было даже леса или хотя бы зверя, который странным образом её успокаивал. Её посадили в камеру, возможно, даже осудят без её участия, казнят, или того хуже поставят рабскую метку, а она и слова не сможет сказать в своё оправдание, объясниться. Смерть казалась даже предпочтительней рабства, Лея понимала, что уже не юная девчонка, но уверена, что и на неё найдётся любитель. Тут уж захотелось стать страшной и старой, так хоть бы в услужение на чёрные работы отправили, а не в постель кому-нибудь. Так что смерть действительно предпочтительней. Мысль, что она ни на что не может повлиять оказалась отрезвляющей, смысл волноваться – всё уже решено.

Успокоившись, она вспомнила о Саве, которая теперь всегда будет гарантом подчинения, если решат обойтись без суда. Лея сделает всё, что угодно, под угрозой жизни родного человека. Как далеко она сможет зайти? Как далеко придётся зайти? Она не хотела этого знать, не хотела в этом участвовать, но вспоминая последние события, не была уверена, что хотела бы остаться с Марком в лесу и последовать совету Родомира – позволить сделать, что от неё хотят. С другой стороны, он-то не угрожал вырезать сердце Савы у неё на глазах. Без дара или с ним, Лея верила, что ищейка может такое сделать, он способен на что угодно, озноб по коже, как вспомнит его угрозы. И что-то подсказывает, что тот, кому Кархар её передаст, ещё хуже. Перед кем ищейка вообще мог бы хотеть выслужиться? А он хотел, когда размышлял, что с ней сделать, надежда, которую он и сам не осознавал, говорила о многом. Он хотел прощения, которое собирался получить за её счёт.

Мысли продолжали роиться в голове, хоть Лея и пыталась их отбросить, успокоиться, но не могла. К размышлениям её возвращала Сава, всегда Сава. К двоюродной бабке она попала, когда ещё и десяти лет не было. Это был День Рождения Весны, когда только наступало тепло, и вся деревня собралась в лесу. Лея почувствовала неладное, когда все только собирались, но взрослые не поверили, не прислушались к ребёнку, которому лес шептал об опасности. Она плохо запомнила нападение волков, только суровое лицо отца и огромные наполненные слезами, глаза матери. Городские маги, прибывшие на помощь, говорили о том, что это были не обычные волки, а изменённые. Уже много времени спустя она узнает, что изменённые животные и растения получаются в результате воздействия ненаправленной магии, например в местах сражений или сильного выброса, когда высвободившаяся энергия находит приют в живом организме.

После этого Сава стала прислушиваться к словам девочки, но остальные боялись, поэтому бабушка велела помалкивать, рассказывать только ей, если что-то важное. Сначала Лея во всём слушалась, но после того, как вернулась с города, не поступив на обучение, поняла, как сильно та постарела. Решила, что это хорошо, что она не уехала, с тех пор старалась Саву сильно не тревожить. От воспоминаний на душе стало холодно, и девушка передёрнула плечами. Она не может потерять бабушку, потому что тогда не будет смысла, ни в чём.

Лея сделала несколько шагов в одну и в другую сторону по небольшому помещению, не получив ожидаемого результата, попрыгала на месте и встряхнула руками. Комната была каменной, стены покрашены, небольшая койка, стол и стул, никаких окон, что очень давило на нервы. Не было решительно никакой возможности делать вид, что она не боится, но страх не остановит её, не заставит замереть, как кролику. Нет, она будет сражаться за себя и Саву, как никогда.

Пройдясь по мыслям несколько кругов, Лея измучила себя достаточно, чтобы уснуть, но окончательно уйти от реальности не получалось. Она постоянно вздрагивала и просыпалась от какой-то мысли или воспоминания, неудобная койка не давала провалиться глубже в сон, и бесконечные мысли, мысли, мысли. Когда они прошли портал, было послеобеденное время, но понять, сколько она провела в камере не получалось – не было окна, чтобы видеть движение солнца. Еду ей не приносили, но через несколько часов Лея решила, что до утра её уже не побеспокоят, тогда она и смогла спокойно уснуть.

– Вставай. – Резкий и громкий голос Кархара выдернул из сна и сильно напугал.

Лея вскочила и заозиралась, быстро вспомнила, где находится и повернулась к мужчине. Он пару мгновений её рассматривал, наверное, не очень видок после нескольких часов беспокойства. Лея провела рукой по волосам и отдёрнула одежду. Вспомнила, что куртка осталась на стуле, быстро взяла её, не зная, стоит ли одевать, в итоге так и держала в руке.

Она вышла из камеры, находясь в полусонном состоянии и еле успевая за Кархаром, Лея запомнила безликие стены и двери, пока они не взошли по каменной лестнице. Дальше всё приобрело краски, хоть впечатление и осталось не радостным, а каким-то деловым и собранным что ли. Она не включала дар пока что, для начала нужно проснуться. Пройдя по коридору, ищейка открыл дверь и пропустив её внутрь помещения, зашёл сам.

Это был обычный кабинет, но не пустой. У окна, по которому Лея поняла, что рассвет не приближается, стоял мужчина и, ощущение было, что он заполнил собой всё пространство. Широкие плечи и высокий рост, тёмные волосы и тяжёлый взгляд, не смотря на светло зелёный цвет глаз. Он рассматривал девушку, а она не знала, как себя вести: поздороваться, молчать, сесть? В собственном теле стало неуютно, а молчание затягивалось, и Лея решилась окунуться в дар. Отсутствие агрессии стало приятным наблюдением, а вот страх и затаённая ненависть Кархара перед этим мужчиной были удивительны, ей казалось, что ищейка в принципе не способен бояться, а тут такое. Незнакомец же был лишь немного окутан любопытством, но в основном от него исходило презрение к ищейке. Презрение и страх оставались горько-тошнотворным привкусом в горле, хотелось их убрать, смыть чистой водой. Но как? Лея не сумеет управлять такими сильными эмоциями, но может, достаточно повлиять на пространство, чтобы избавиться от неприятных ощущений. Любопытство стало основой, потому что мир тоже взбудоражен ситуацией, именно его Лея подпитывала, задвигая и так не всеобъемлющее презрение. Это потребовало времени, незнакомец заговорил.

– Она слишком слаба, судя по твоим воспоминаниям, не думаю, что может быть полезна. – Страх охватил Лею, но она вовремя опомнилась и задавила его, распаляя любопытство и в себе. Слишком много страха. Он видел воспоминания ищейки? Менталист? Насколько сильный, Лею тоже видит?

– Она жила в деревне и не развивала дар. Если останется здесь, то быстро усилится и сможет даже переломить ход переговоров. Она и сейчас сможет, если правильно всё устроить. – И тут девушка поняла, что они торгуются, а предмет торговли – Лея. Это чуть не сорвало её планы, было сложно удерживать интенсивность любопытства, ощущая себя вещью. Ей хотелось выплеснуть злость и высказаться, но она сдержалась, это непозволительно. Тем более непонятно, кем надо быть, чтобы даже жестокий ищейка боялся.

– И кто этим займётся? Ты считаешь, что у меня есть время, чтобы ждать, пока возмооожно, – незнакомец выделил это слово, – она станет сильнее, и это ещё не значит, что полезнее. Кроме того, в неё нужно вложить многое и помимо развития дара. Мне уже кажется, что ты подсовываешь мне пустышку, ради снисхождения. – Вопреки словам, мужчина не проявлял недоверия, Лее даже показалось, что он лукавит и на самом деле очень заинтересовался. Его любопытство легко раздувалось и подавляло остальные эмоции.

– Вы сами понимаете какой высокий потенциал у этого дара, тем более в руках девушки. – Лея поняла, что Кархар уловил настроение собеседника, поэтому его собственное настроение сменилось быстро, хоть и плавно. Ищейка излучал в пространство сильную надежду, которую умело скрывал внешне, а внутри притаилось ликование. Кажется, он намерен получить, что хочет. Единственное, что напрягало девушку – их отношение, потому что неприятно осознавать, что твоё будущее решается, а твоим мнением даже не поинтересовались.

– Я бы хотела… – Начала Лея в попытке вмешаться в собственную судьбу, но ей помешали.

– Заткнись. – Грубо велел Кархар и так посмотрел, что у Леи онемел язык.

Воцарилось молчание. Похоже, переговоры окончены, слово за незнакомцем, который прищурившись наблюдал за ищейкой, тот отвечал взаимностью. Пространство накалилось вновь, Лея разве что разрядов не ощущала. Пришлось открыть рот и делать незаметные вдохи и выдохи, чтобы не усугубить положение. Она пыталась повлиять на пространство, но ничего не выходило, мир словно сошёл с ума. Секунда, две. Вдох-выдох. Взгляд на напряжённого ищейку, который прямо смотрит на собеседника. Вдох-выдох. Взгляд на зеленоглазого мужчину, и тут мир перевернулся, на Лею хлынул поток эмоций, к которому она оказалась не готова, он сбил её с ног, как сильный ноябрьский ветер, в глазах потемнело.

Глава 5.

Очнулась Лея на кресле, но начала приходить в себя почти сразу. Ей не дал упасть незнакомец, подхватил и посадил её. К губам прикоснулось стекло стакана и в рот полилась вода. Дар выключился вместе с сознанием, но включатся обратно не стал, и к лучшему, она не была к этому готова сейчас. Дыхание восстанавливалось и Лея решилась открыть глаза. На неё смотрели два размытых лица мужчин, Кархар явно хмурился, а вот незнакомец… Лея моргнула несколько раз и поняла, что он ближе и смотрит своими большими светло-зелёными глазами заинтересованно. Но ей совершенно не хотелось вникать сейчас в чужие чувства, свои бы уберечь. Поэтому плавно закрыла веки и сосредоточилась на дыхании.

– Хм, так вот какое оно – твое поражение. – Произнёс незнакомец, его голос был тихим и каким-то обволакивающим.

– Если бы так, она бы тут не сидела. – В голосе Кархара слышалось раздражение, ему не нравилось напоминание о том, что в первую встречу он упустил девчонку. После недолгой паузы он добавил: – Единственное, почему мы так долго её искали – это образовавшаяся привязанность к ней Дхана. Если бы она не заставила его себе сочувствовать и любить, то справились бы быстрее. Но даже и с его протестом, я нашёл, всегда нахожу. А после этого у неё не было и шанса с тем количеством маячков, которые я на неё посадил. – Лее послышалось давление в настаивании на собственном превосходстве, но она не стала на этом задерживаться, рассматривая одежду на предмет неведомых маячков. Ничего не обнаружив, переключилась на другой момент.

– Я его не заставляла. – Внезапное осознание заставило удивлённо посмотреть на ищейку. Лея сменила положение тела так, чтобы не разваливаться на кресле, а то неудобно при двух мужчинах практически лежать.

– Для меня до сих пор загадка, как ты своим влиянием смогла обойти подчиняющую печать. – Он смотрел так, словно хотел увидеть ответ на её лице, но там был шок.

– Подчиняющую? Почему не печать принадлежности? – Произнесла девушка почти шёпотом. Подчиняющая печать намного больше сковывает, такую ставили на преступников, приговорённых к рабству.

– Потому что это зверь, а не человек, животное. – Махнув рукой, он произнёс это так, что казалось, это всё объясняет, но не увидев понимания, потёр лоб и пояснил. – Животное непредсказуемо, в любой момент может напасть или ослушаться из-за своих инстинктов или по другим причинам, а Дхан не домашний пёсик и не корова, он опаснейший хищник и должен быть под контролем.

– Он ничем не отличается от людей, и без причины не станет ничего такого делать. – Подавшись вперёд на кресле, вступилась за зверя девушка, разозлив этим Кархара до предела.

– Меня не волнуют его причины, он должен подчиняться! А люди… её заслуживает большее количество, чем имеют сейчас, намного большее. Не смей его защищать и убери то, что навязала ему! – Последнее он прорычал, а не произнёс.

– Я ничего ему не навязывала. – Произнесла Лея, еле сдерживая превосходство внутри, не позволяя проявиться в жестах и голосе. – Единственное, что я ему дала понять, что со мной он в безопасности, чтобы вылечить, а любовь вообще невозможно внушить – это слишком сильное и объёмное чувство. Поэтому отношение Дхана ко мне искреннее. – В последнем слове всё же вырвался намёк, что к Кархару у зверя такого нет и не будет. Мужчина взорвался и бросившись к девушке схватил за шею и вырвал из кресла, но сделать ничего не успел.

– Не смей. – Тихо и почти спокойно произнёс незнакомец. Кархар помедлил, недостаточно долго, чтобы пришлось повторять, но достаточно, чтобы Лея испытала боль.

– Да, Ваше Императорское Величество. – Выдавил из себя ищейка и бросил девушку обратно в кресло.

– Ты свободен. – Произнёс зеленоглазый мужчина, к которому Лея теперь знала, как обращаться. До этого она просто опасалась нового знакомого, но теперь стало по-настоящему страшно. На этом Кархар вышел, что примечательно, даже не соблюдая этикет в отношении главы государства.

Пока Лея держалась за своё горло, чтобы убедиться, что там больше нет грубой и жёсткой руки, сам император Хаерона Теодор Ла Соверен принёс ей ещё воды. Она не смогла взять бокал, лишь шокировано смотрела на него, не зная, как себя вести. Он дёрнул уголком губ и приблизил бокал к её рту, но Лея отшатнулась. Она должна была стоять на коленях не только при первой встрече, а всё время, а сидеть в кресле вообще немыслимо при столь высокопоставленном лице. Он неправильно понял её жест, присел рядом и стал рассматривать, продолжая удерживать стакан. Было ощущение, что он ждёт, какую реакцию она выберет, как себя поведёт. Лее очень хотелось включить дар и помочь себе не ошибиться с выбором, но она всё ещё плохо себя чувствовала, особенно после действий жестокого ищейки. Эта мысль помогла определиться с линией поведения, хоть Лея и считала дерзостью продолжать находиться в таком положении, но падать на колени казалось уже поздно, и потому глупо.

– Спасибо, Ваше Императорское Величество. – Вместо обычного голоса вышло какое-то сипение и Лея попыталась прочистить горло, бросила взгляд на стакан в руках императора, но не посмела взять или попросить. – Спасибо, что не позволили ему мне навредить. – Голос оставлял желать лучшего, как и формулировка, ведь вред был. – И извините за недостойное поведение. – Она всё же склонила голову насколько могла, сидя в кресле.

– Он навредил. – Спокойно произнёс император, протягивая стакан. Руки Леи дрожали не только от пережитого, но и потому что она не могла понять по лицу собеседника, устроил его ответ или нет. И как реагировать на его реплику? – Что ж, ваша сила достаточно уникальна, чтобы использовать её на нужды империи. –Он отошёл от кресла в сторону окна.

И Лея была этому очень рада, потому что так он не мог видеть её несдержанной реакции: не смотря на страх перед императором, брови возмущённо поползли вверх, но девушка невероятным усилием вернула их на место, при этом направила взгляд в стакан, чтобы ненароком не оскорбить высокопоставленное лицо. Это как же он красиво всё выставил, будто ей прям очень надо, чтобы её оценили и приняли. Да ей это даром не сдалось, да будь её воля, она бы вообще здесь не появлялась! Чтобы не пыхтеть Лея принялась делать вдохи и выдохи на счёт, это немного привело её в чувство, пока высочайшая особа размышлял о чём-то у окна.

– Неприятно, что нельзя тебя сразу в дело пустить. – Задумчиво и вполголоса произнёс император. А потом повернулся лицом к Лее и продолжил чуть громче. – Я передам тебя на подготовку и обучение. Всё, пей и пошли, время.

Дальше он не дал ей возможности что-то обдумывать и задавать вопросы, и мир стремительно вращался, сменяя события и лица. Лея поостереглась использовать дар, чтобы не навлечь беду. Обучение и подготовка звучали приятно и даже интересно, но она не обманывалась, не ждала, что о ней будут заботиться без собственной выгоды.

Император привёл её обратно в портальную комнату. Прикосновение к плечу стало неожиданностью, а ладонь императора ощущалась тяжёлой. Это длилось недолго, они оказались в другом здании, Его Величество убрал руку как только Лея восстановила равновесие.

Интересно, здесь вообще передвигаются по улицам или в каждом закутке по десять порталов, и чтобы осмотреть столицу, нужно специально выходить? Только сейчас Лея поняла, что её куртка осталась валяться в том кабинете, где они были с ищейкой. И как теперь быть? Сказать об этом и попросить вернуться? Или пусть уже остаётся? Но куртку жалко, и как она будет ходить?

Лея размышляла всю дорогу, кусая губы. Император молча отвёл её к одной из дверей и оставил в коридоре, а сам вошёл. Дверь сияла магией по контуру, а по центру чуть выше лица также сияла надпись: «Министр магии Люцифер Ла Даелон». Интересно получается: её угрозами из деревни притащил грубый и злой ищейка, а оказалась она в итоге у самого министра магии, приведённая сюда самим императором. Что-то подсказывало, что каторга и рабство не ожидают за нарушение закона. Ведь не станут император и министр магии сами разбираться с девчонкой, у которой случайно печати не оказалось? По крайней мере, ей так казалось.

Ждать пришлось недолго, скоро и её пригласили в кабинет. В нём всё было обставлено слишком, на вкус Леи. Слишком тяжёлые и вычурные стулья, слишком светлые стены и ковёр, по которому и идти-то было неловко, слишком много ваз и статуэток, слишком дорогой шкаф для книг. Лея, конечно, не разбиралась в ценах столичных, но она точно знала, как выглядит дешёвое убранство, а здесь всё выглядело иначе, даже кричаще. По одну сторону большого тяжёлого стола стоял император, а по другую мужчина с длинными наполовину каштановыми, наполовину седыми волосами, что странно для министра магии, ведь маги долго живут и могут выглядеть молодо почти всю жизнь. А этот не только сединой обзавёлся, но и морщинами, может, он уже очень-очень старый? Лея попыталась вспомнить, что она знает о министре магии со школьных лет. Его назначил император пятьдесят лет назад, но что было раньше непонятно, может он уже в почтенном возрасте был? По сравнению с главным магом империи сам император выглядел чуть ли не ровесником девушки, хотя, конечно, это не так.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.