Анастасия Ридд
Не стану бывшей

Глава 1

Невезение – мое второе имя. Через час у меня должно состояться собеседование с генеральным директором компании, в которую мне удалось устроиться три дня назад, а я только сползла с кровати. Наспех принимаю душ и собираю разлохматившиеся после сна волосы в высокий хвост. Макияжем займусь в такси, а пока подбираю подходящий наряд для встречи с новым работодателем. Нужно что-то строгое и закрытое: не хочу, чтобы он или кто-нибудь другой сделал обо мне неправильные выводы.

На работу меня принял Иван Николаевич, заместитель генерального директора, поскольку сам руководитель в это время находился в командировке. Мы быстро нашли общий язык с замом, и среди нескольких претендентов на эту должность он выбрал меня. Вот бы и генеральный оказался таким простым и легким на подъем человеком.

Последние несколько лет я работала удаленно, так как жила в пригороде Москвы, и занималась ровно тем же – закупками и частично рекламой. Но из-за определенных обстоятельств мне пришлось подыскивать новую работу. Однако это еще полбеды. Самым сложным было вернуться в Москву – город, который почти шесть лет назад пережевал меня и выплюнул, как испортившуюся жвачку.

Перед выходом бросаю небрежный взгляд на свое отражение в зеркале и выхожу из квартиры. Почти бегом через несколько ступенек спускаюсь по лестнице и прыгаю в стоящее у подъезда такси.

– Доброе утро, – здоровается мужчина средних лет.

– Здравствуйте, – быстро отвечаю я и, открыв сумку, достаю тональный крем.

– Торопитесь?

– Да, очень опаздываю, – поджимаю губы, встречаясь глазами с водителем в зеркале заднего вида.

– Я знаю кратчайший путь без пробок. Не переживайте, все успеем.

– Спасибо, – улыбаюсь, принимаясь за дневной макияж.

Но это была бы не я, если бы все шло гладко, как по маслу. За два квартала до бизнес-центра дорожная служба перегородила дорогу. Видимо, произошел какой-то порыв, и теперь подъехать к входу не представляется возможным.

– Спасибо, я добегу, – говорю водителю.

– Давайте я там проеду, дождь же на улице, – предлагает мужчина.

– Нет, не нужно, спасибо, – расплатившись с таксистом, я выхожу из машины.

Смотрю на часы и ужасаюсь: рабочий день уже начался, а в офис я попаду в лучшем случае через десять минут. Несмотря на подступающую панику, беру себя в руки и быстрым шагом направляюсь по противоположной стороне улицы к нужному зданию. Дождь постепенно усиливается, зонта нет, а впереди у меня еще один большой квартал. Черт! Когда я подойду к офису, выглядеть буду, мягко говоря, непрезентабельно.

Внезапно по тротуару проносится белый внедорожник. Он окатывает меня водой из лужи и останавливается у входа в тот бизнес-центр, куда направляюсь я. Громко выругавшись, прибавляю шаг, желая догнать обидчика, но вдруг резко останавливаюсь и замираю. Из машины выходит человек, которого я меньше всего ожидала увидеть. Как в таком огромном городе, где живут миллионы, я столкнулась именно с ним?

Это точно он. Игорь Мещеряков. Мой несостоявшийся муж. Как же он изменился. Одетый в классический костюм черного цвета и белую рубашку, Игорь кажется каким-то солидным бизнесменом. Скорее всего, он им и является. Но хуже всего то, что я стою как вкопанная и не могу пошевелиться, внимательно наблюдая за каждым движением мужчины. Моя же реакция пугает меня. Ведь столько лет прошло. Я была уверена, что забыла Игоря, но всего одна встреча – и сердце начинает бешено колотиться в груди. Усмехаюсь про себя: а ведь когда-то он был от меня без ума, и я могла управлять им так, как только мне заблагорассудится. По крайней мере, мне так казалось.

Мещеряков нажимает на брелок сигнализации и идет к зданию бизнес-центра. Уже перед самым входом он резко поворачивает голову направо, как раз туда, где стою я, и наши взгляды на мгновение встречаются.

Что я чувствую в этот момент – не передать словами. С одной стороны, мне хочется узнать, как он, а с другой – бежать без оглядки. От себя, от своих эмоций и от того, что творится в груди в этот момент. Казалось бы, шесть лет – это огромный срок, я не должна даже помнить, как он выглядит, но в памяти всплывает каждая черточка лица, каждый шрам и карие глаза, взгляд которых был таким проникновенным, что внутри все переворачивалось.

Игорь резко отворачивается и входит в здание. Неужели не узнал? Очень может быть. Я ведь сменила прическу, похудела… и моя одежда кардинально отличается от той, которую я носила в студенчестве.

Мой мобильник оживает, и я вместе с ним. Черт! Я же опаздываю.

– Кира, доброе утро! А ты где? – на том конце провода слышу голос Алены из отдела кадров.

– Ален, привет! Я на первом этаже, сейчас буду, – тараторю я.

– Давай скорее. Шеф не любит опозданий. Я же тебя предупреждала, – тихо говорит она.

– Да, да, я помню.

Вхожу в здание и, поздоровавшись с охранником, бегу к лифту. С сомнением смотрю на табло, на котором горит цифра десять. Я работаю на десятом этаже. Нажимаю на кнопку вызова лифта и терпеливо жду, когда кабина опустится на первый этаж.

Передо мной в здание вошел Мещеряков. Черт! Но это же не значит, что он тоже поехал на десятый. Возможно, с ним в лифте был кто-то еще. Стоп. Лучше выбросить из головы эти мысли и сосредоточиться на предстоящем собеседовании с начальником, который явно будет недоволен моим опозданием.

Двери кабины распахиваются. Я бегу к кабинету отдела кадров, где меня уже ждет Алена.

– Не говори ничего, – произношу я, когда она окидывает меня удивленным взглядом. – Сегодняшнее утро обернулось для меня катастрофой.

Она ничего не отвечает, потому что ее глаза устремляются за мою спину, и я понимаю: шеф здесь.

– Нехорошо начинать работу с опозданий, милая девушка, – звучит знакомый голос.

Я крепко зажмуриваюсь, а затем резко распахиваю глаза и поворачиваюсь.

«Ну, здравствуй, Игорь, давно не виделись», – трепыхается в моем подсознании, а в действительности я не могу вымолвить ни слова.

Я молчу. Даю ему возможность себя рассмотреть. Хотя нет, у меня просто резко пропадает дар речи. Теперь он близко, а не за тридцать метров от меня. Он не такой, каким я его помню: передо мной находится мужчина. Того влюбленного в меня юноши уже давно нет.

Его оценивающий взгляд скользит по моей одежде, задерживаясь на грязном платье. Мне становится неловко, и я, скинув сумку с плеча, прикрываю подол своего офисного наряда. Другой рукой проверяю собранные в хвост волосы и обнаруживаю, что с них стекают капли дождя. Мне хочется провалиться сквозь землю. Как же стыдно оказаться в таком виде спустя столько лет перед человеком, который помнит тебя совершенно другой. Не такое впечатление я хотела произвести на начальника.

– Кира, это Игорь Васильевич, наш руководитель, – находится Алена и чуть сглаживает мою заминку. – Игорь Васильевич, это Кира Калинина, наш новый специалист по закупкам. За эти несколько дней она отлично показала себя и быстро влилась в коллектив.

– Доброе утро! – делаю попытку улыбнуться, но, похоже, она с треском проваливается.

– Через пять минут в мой кабинет. И еще, Кира Калинина, сделайте что-то со своим внешним видом, – отрезает он, разворачивается и уходит.

Я смотрю вслед удаляющейся фигуре, ощущая, как у меня на глазах выступают непрошеные слезы. Резкость в его голосе мне понятна, но о внешнем виде мог бы умолчать. Как бы сильно он ни ненавидел меня, о таких вещах не говорят.

– Не принимай близко к сердцу, Кира, – я чувствую легкое прикосновение к плечу и поворачиваюсь. Алена смотрит на меня с сочувствием и открытым желанием помочь. – Слушай, у меня в машине есть платье. Вчера вечером я забрала его из ателье. Оно средней длины, должно тебе подойти.

– Ален, спасибо тебе огромное, – не сдерживаю порыв благодарности и обнимаю коллегу.

– Давай, приводи себя в порядок. Косметика есть с собой? – я быстро киваю. – Вот и замечательно. Я быстро.

– Алена, спасибо огромное, – еще раз благодарю я, на что она шутливо отмахивается, а затем убегает в сторону лифта.

Улыбаясь сквозь слезы, я захожу в уборную и закрываю за собой дверь. Поступок Алены меня не просто удивил – он затронул какие-то невидимые струны души. Никто, кроме моей близкой подруги, не относился ко мне так, не считая родных, конечно. В прошлом со мной дружили из-за денег и связей моего отца, а как только я разорвала отношения с ним, все эти люди отвернулись от меня. Хотя зачем я вру самой себе? Был еще один человек, который относился ко мне так, как я того не заслуживала. И что сделала я? Унизила и предала. Растоптала все хорошее.

Вспоминая об этом, я больше не плачу. Слишком много слез было пролито. Я изменилась только благодаря той ситуации. Не появись Игорь в моей беззаботной жизни, я бы и продолжала быть конченой стервой, проблемы которой решались в два счета, стоило только папе пополнить баланс моей карты.

Меня передергивает от неприятных воспоминаний, и я обнимаю себя за плечи. Смотрю на свое отражение в зеркале, искренне радуясь, что той девушки больше нет. Довольно хандры. Сейчас главное – не потерять работу, пусть и начальник ненавидит меня. Я сделаю все, чтобы сохранить это место.

Только я успеваю поправить макияж, как в дверь туалета раздается троекратный стук.

– Держи, – Алена протягивает мне платье молочного цвета, и я снова обнимаю девушку, параллельно выражая ей свою благодарность. – Если что, я его еще ни разу не носила.

Она подмигивает мне, а затем выходит из тесного помещения. Поразительно ведь: человек знает тебя всего три дня, но с радостью помогает тебе. До сих пор не могу поверить, что есть люди с таким добрым сердцем, как у нее.

Смотрю на свое преображение – платье Алены мне идет даже больше, чем свое. С прической и макияжем также полный порядок. Надеюсь, теперь у Игоря не хватит наглости поддеть меня за внешний вид.

Перед тем, как войти в кабинет начальника, я делаю глубокий вдох и протяжный выдох. Совсем не представляю, чего ждать от Мещерякова. Остается верить, что он не уволит меня.

– Можно? – приоткрываю дверь кабинета.

– Входи, – не отрываясь от ноутбука, говорит Игорь. – Присаживайся.

Мещеряков не обращает на меня внимания, он сосредоточен на работе. Стуча каблуками по напольному покрытию, я подхожу к предложенному Игорем стулу и, чуть отодвинув его, присаживаюсь на край. Нервно потирая пальцы, осматриваю кабинет.

– Даже спустя столько лет Калинина не изменяет себе, – раздается глухой голос начальника.

Медленно поворачиваю голову и встречаюсь с насмешливым взглядом Мещерякова.

– О чем ты? – не понимаю, что он имеет в виду.

– Таскаешь с собой гардероб, – кивает на платье.

– Нет, это не то… – резко замолкаю. Зачем я вообще перед ним оправдываюсь?

– Пришла работать к нам, значит, – он резко переводит тему, опуская глаза в мое резюме.

– Да, – приподняв подбородок, говорю я.

– Знала, к кому идешь устраиваться? – он отрывается от бумаги, поднимая на меня глаза.

– Нет, – отвечаю честно, выдерживая тяжелый взгляд Игоря.

– Вот как? – мои слова удивляют его. – Неожиданно.

– Почему неожиданно? – вопросительно смотрю на него.

– Ты ведь и сама отлично знаешь почему. Не думал, что дети богатых родителей нуждаются в работе, – он замолкает на пару секунд, – подобного уровня.

– Ты ничего не знаешь обо мне и моей жизни, чтобы делать такие выводы, – выпаливаю на одном дыхании. – И что не так с этой работой? Высокооплачиваемая и интересная.

– Зачем тебе работа, Кира? – он откидывается на спинку рабочего кресла. – Папа больше не спонсирует любимую дочь?

– Это не твое дело, Игорь, – резко отвечаю, но тут же спохватываюсь: – Извини за грубость. Но ты вынудил.

Игорь игнорирует мои слова, продолжая изучать резюме. Его внимательный взгляд скользит по каждому пункту, но на одном из них он задерживает внимание дольше. Мне не видно, что именно он изучает, но поскольку я самостоятельно составляла резюме, то примерно знаю, на чем остановился Мещеряков. Семейное положение.

– Я вижу, у тебя есть опыт работы в закупках и рекламе, – говорит он, не отрывая взгляда.

– Все верно.

– Ты несколько лет проработала в компании, почему решила уйти? – прищуривается он.

– Потому что в вашей компании зарплата намного выше, – признаюсь честно.

– Нуждаешься в деньгах? – он выгибает бровь в удивлении.

– А кто в них не нуждается? – отвечаю вопросом на вопрос, мягко усмехаясь.

– И то верно, – соглашается он. – Уже знаешь, чем занимается наша компания?

– Да. За эти дни успела узнать обо всех направлениях.

– Расскажи о своих обязанностях на предыдущем месте работы, – его глаза снова фокусируются на мне.

И я рассказываю. Перечисляю все обязанности, которые мне приходилось выполнять. Игорь внимательно слушает, не перебивая и не задавая параллельно дополнительных вопросов. Волнение немного отпускает, но я все еще жду какого-то подвоха.

– Ты упомянула, что работала удаленно. Компания ведь находится в Москве, – рассуждает он, постукивая подушечками пальцев по столу. – Так почему удаленная работа?

– Я живу за пределами Москвы, – отвечаю я и сразу поправляю себя: – Вернее, жила. Не так давно вернулась.

– Я должен предупредить, – в его голосе слышатся серьезные нотки, – опоздания в нашей компании недопустимы. Мы сотрудничаем с клиентами, которые начинают работу не в восемь тридцать, как мы. Многие компании начинают трудовой день и в восемь, и даже в семь. Иногда вопросы нужно решать в срочном порядке. Поэтому крайне важно появляться хотя бы за десять минут до начала рабочего дня.

– Если ты имеешь в виду сегодняшнее опоздание, то этого больше не повторится, – отвечаю я.

– Рад слышать, – отвечает Игорь сдержанно. – Задам тебе еще один вопрос. Он популярен на собеседованиях, но Иван Николаевич никогда не задает его. – Почему именно ты должна работать в нашей компании? Насколько мне известно, на эту должность было немало претендентов.

Вопрос ставит в тупик, заставляет задуматься. Когда я устраивалась на предыдущее место работы, о таком меня не спрашивали. Им срочно нужен был сотрудник, поэтому каверзных вопросов не было, только по существу вакантной должности.

– Потому что я из тех, для кого нет невыполнимых задач. Я быстро схватываю, ответственно подхожу к работе любой сложности и быстро вливаюсь в коллектив. Ведь взаимодействие с другими отделами крайне важно.

Мещеряков коротко кивает. Мужчина некоторое время смотрит на меня в упор, и я совсем не представляю, что в этот момент творится в его голове.

– У меня сейчас встреча, после нее дам тебе задание. Посмотрю на твои результаты сегодня, завтра выходной, а в понедельник решу, останешься ты или нет. Мне нужны только квалифицированные специалисты, которые быстро вливаются в рабочий процесс. Я хорошо плачу, поэтому и требования соответствующие. Это ясно?

– Ясно, – вздернув подбородок, отвечаю я. – Я могу идти?

– Да.

– Хорошего дня, – бросаю напоследок.

Встаю со стула и направляюсь к двери, ощущая, как сканирующий взгляд Мещерякова прожигает спину. Мысленно повторяю себе, что мне крайне необходимо это место. А значит, я сделаю все, чтобы здесь задержаться.

Глава 2

Я выхожу из кабинета и быстро иду на свое рабочее место. Отдел, куда я устроилась, состоит всего из двух человек – старшего специалиста отдела закупок и специалиста по закупкам. Вакансия появилась благодаря расширению компании. Поразительно, как ему удалось подняться до такого уровня при отсутствии стартового капитала и связей. Думаю, Игорю помог его пробивной характер и желание жить лучше.

Мещеряков родился в среднестатистической семье. Его мама работала в детском саду, а отец на заводе. В далеком детстве мы жили по соседству, до тех пор, пока мой отец резко не поднялся, и мы не переехали. Еще будучи мальчишкой, Игорь любил ковыряться в игрушечных машинах. Уверена, что никто из взрослых не мог предположить, к чему его приведет это увлечение. Но трудолюбие и целеустремленность сделали свое дело.

До поступления в университет мы с Игорем не встречались. Я хорошо помню первую линейку, когда наши взгляды пересеклись. Я не узнала его, а вот он понял сразу, кто я, и подошел поздороваться.

– Кира, о чем задумалась? – насмешливо спрашивает Вика, моя коллега. – У тебя работы нет? Так я могу и свою подкинуть.

– Я жду задание от Игоря Васильевича, – игнорируя колкие слова, отвечаю я.

– Задание? – удивляется она.

– Да. Контрольное. Выполню – останусь, провалюсь – отправлюсь дальше искать работу, – объясняю я.

– Какие-то чересчур завышенные требования к тебе у Игоря, – произносит она, кликая по кнопке компьютерной мыши, и быстро добавляет: – Васильевича.

– У тебя не было заданий? – удивленно восклицаю.

– Я тебе больше скажу, у меня даже не было испытательного срока, – с гордостью говорит Вика. – Игорю Васильевичу было все понятно и на собеседовании.

– Видимо, у тебя большой опыт и ты очень квалифицированный специалист, – говорю с чуть заметной издевкой.

Все же кое-что от меня той еще осталось. Ненавижу таких людей, которые пытаются показать себя подобным способом. Но еще сильнее Вика раздражает меня тем, что она намеренно демонстрирует особое отношение начальника к своей персоне.

– Да, это так, – вздернув подбородок, отвечает она.

Наш разговор неожиданно обрывается: в кабинете появляется Мещеряков.

– Доброе утро, Игорь Васильевич, – от слащавости ее голоса меня едва не начинает тошнить.

– Доброе утро, Виктория, – он чуть заметно улыбается девушке. – Как дела с отчетом?

– Внесу кое-какие правки и смогу сдать. Буквально в течение получаса, – отвечает она, демонстративно выпячивая зону своего декольте.

Машинально закатываю глаза. Неужели Мещеряков ведется на такое? Или его глаза дальше ее бюста не поднимаются?

– Отлично, Вика, – быстро кивает он. – Кира, теперь обсудим твое задание. Открывай системную папку на рабочем столе. Так. Дальше папка «Поставщики».

Игорь опускает одну руку на мое кресло и приближает лицо к монитору. У меня перехватывает дыхание. Я чувствую аромат его неизменного парфюма, который вызывает легкое головокружение. Но дело совсем не в парфюме. Близость Игоря оказывается для меня слишком неожиданной, и я с трудом могу сосредоточиться на том, что он говорит в этот момент.

– Кира, поставщики, не поставки, – строгий голос Мещерякова отрезвляет, и я кликаю по нужной папке.

– Тебе нужен Руднев Константин Петрович. Он у нас проблемный поставщик, не хочет давать цену, а еще сегодня последний день оплаты предыдущего заказа. Сформируй платежку, передай в бухгалтерию и договорись с ним насчет цены, – Игорь раздает указания.

– Платежку? – удивляюсь я. – Где можно взять образец?

– Спросишь у Вики. Она подскажет, – коротко кивает он. – В этом деле нельзя спешить.

– Хорошо, я поняла.

Я резко поворачиваю голову, желая задать еще один вопрос, но оказываюсь в слишком опасной близости от его лица. Я чувствую мятное дыхание и вижу прямой взгляд, направленный на мои губы. Какое-то необъяснимое наваждение. Тряхнув головой, резко отворачиваюсь, впиваясь глазами в экран монитора.

– Игорь Васильевич, но это мой клиент. Я работаю с ним уже несколько недель, – раздается возмущенный голос Лавровой.

– Я знаю, Вика, – он делает пару шагов к двери. – Мне нужно понимать, готова Кира к работе или нет.

– У меня с Рудневым запланирована встреча, – отвечает Виктория. – Во второй половине дня.

Не нравится мне эта девушка. Себе на уме. И не окажись я в критической ситуации, не стала бы обращаться к ней ни по какому вопросу.

– Отлично. Кира, задание остается. До обеда ты должна убедить Руднева в том, чтобы цена стала ниже. Он может это сделать, но не хочет, – уверенно произносит Мещеряков и добавляет: – Других причин, кроме «не хочу», нет.

Игорь разворачивается и уходит, оставляя нас с Лавровой наедине. Лучше бы он этого не делал. Чувство превосходства мгновенно возвращается к ней.

– Если потребуется помощь, обращайся, – равнодушно бросает она.

– Скинь образец платежки, – прошу я.

Вика отправляет мне на почту образец платежного поручения, и я довольно быстро справляюсь с одним из заданий. Несколько раз проверяю правильность и уже собираюсь отправить, как вдруг звонит мой мобильный. Это Мила Сергеева, моя единственная подруга со студенчества.

– Кирюш, привет. Я звоню уточнить по поводу сегодняшней встречи. У нас все в силе? – тараторит она.

– Привет, Мил, конечно.

– На работе?

– Да, – быстро отвечаю.

– Ты одна в кабинете?

– Нет.

– Можешь выйти в коридор на два слова? – спрашивает она. – Это срочно.

Ее просьба не кажется мне странной. Когда у Милы что-то происходит, она звонит мне и делится моментами своей жизни – как счастливыми, так и не очень. Но всегда подальше от посторонних ушей.

– Могу, – отвечаю я и, заблокировав компьютер, через несколько секунд оказываюсь вне кабинета.

Мы говорим не более трех минут. На этот раз ее проблема действительно существенная. Прошу подругу дождаться вечера: у нас как раз запланирована встреча по случаю моего возвращения. На месте все детально и обсудим. После чего я возвращаюсь в кабинет. Еще раз пробегаю взглядом по платежке и отправляю ее в финансовый отдел.

Прежде чем провести переговоры с Рудневым, я решаю собрать о нем как можно больше информации, чтобы при беседе быть подкованной в любом вопросе. Спустя полчаса я беру мобильный и набираю номер. Как раз в этот момент я нахожусь в кабинете одна, Вика куда-то отошла.

Но я не успеваю нажать на кнопку вызова, поскольку в кабинет влетает разъярённая Лаврова.

– Платеж ушел не туда! Куда твои глаза смотрели, когда ты набирала несуществующий КБК? – возмущается Виктория, а я никак не могу понять, где именно допустила ошибку.

– Что-то можно сделать? – поджимаю губы, все еще не веря.

– Нет. Понимаешь, какое дело, – язвительный тон режет уши, – это не миллион и даже не два. Это почти пятьдесят миллионов. И они ушли в никуда. На невыясненных будут болтаться. Это плохо, очень плохо.

– Что теперь делать? – спрашиваю растерянно.

– Уже ничего не сделаешь. Считай, мы потеряли поставщика. Я позвонила Константину Петровичу, он сказал, что больше не станет сотрудничать, – холодно отрезает она. – Можешь собирать свои личные вещи, Кира. Мещеряков непременно тебя уволит.

До самого обеда я едва могу собраться с мыслями. От растерянности, которая мне несвойственна, я даже не сразу вникаю в текущую работу. Хотя с самого первого дня трудоустройства я ее выполняла быстро и безошибочно.

Когда настенные часы показывают ровно двенадцать тридцать, Вика встает со своего рабочего места и, перекинув сумочку через плечо, выходит из кабинета. Оставшись одна, я облегченно выдыхаю. В присутствии Лавровой, которая то и дело кидает на меня косые взгляды, сосредоточиться еще сложнее.

Спустя несколько минут раздается стук в дверь, и я от неожиданности вздрагиваю. В дверном проеме показывается голова Алены.

– На обед пойдем? – интересуется она.

– Я сегодня пас, – отрицательно качаю головой. – Работы очень много. Боюсь, до вечера не управлюсь.

– Пойдем. Обед – это обязательное условие работы, – шутливо произносит Алена.

– Это ты сейчас сама придумала? – улыбаюсь я.

– Да, то есть нет. Не совсем. Мещеряков однажды так говорил сотрудникам, которые во время обеденного перерыва находились в офисе.

– Ален, я бы хотела, но у меня катастрофа, – с комом в горле произношу я.

– Что случилось?

– Ты еще не знаешь? Мне кажется, Вика уже всем растрещала, – закатываю глаза.

– Видимо, не всем. До меня очередь не дошла, – насмешливо говорит коллега. – Я – последний человек в компании, кто станет слушать ее сплетни.

– Значит, мне не показалось, – отвечаю с улыбкой. – И она в самом деле стерва.

– Еще каких поискать. Давай, сворачивай там все и пойдем.

– Хорошо. Подожди пару минут, ладно? Я сменю пароль, – меня как будто осеняет.

– Это правильно. Никому нельзя доверять. Я подожду тебя в коридоре.

Теперь я почти уверена, что ошибка была допущена не мной. Возможно, Вика увидела во мне конкурентку, но не в отношении работы, а в отношении начальника, и нарочно решила подставить. Так или иначе, допустить подобное я не могу. Меняю пароль и, заблокировав компьютер, выхожу из кабинета вслед за Аленой.

В районе бизнес-центра, где располагается офис компании, находится довольно много заведений. Моя коллега выбирает уютное местечко в соседнем здании. Кафе заполнено почти на сто процентов, но любезный официант указывает на свободный столик в дальнем углу, широко улыбаясь Алене.

– Твой поклонник? – интересуюсь я.

– Вроде того, – весело отмахивается она. – Долгая история.

После того как официант принимает наш заказ, я перевожу внимание на открывающуюся дверь кафетерия.

– Игорь Васильевич тоже любит здесь обедать? – спрашиваю Алену, почти незаметно кивая на вошедшего Мещерякова.

– Да. Он здесь частый гость, – подтверждает она, переводя взгляд на начальника, который быстрым шагом приближается к нашему столику.

– Он идет к нам. Это из-за моей ошибки.

– Нет, не к нам. Видишь, там сидят мужчины, – она указывает глазами на двух солидных мужчин через стол от нас. – Это одни из первых клиентов компании. Мещеряков обедает с ними обычно два раза в неделю. Для поддержания неформальных отношений, так сказать. Хотя однажды я случайно оказалась на встрече. Они обсуждали исключительно рабочие моменты.

– Да, действительно, он садится к ним за столик, – на выдохе говорю я, как тут же получаю от Игоря холодный взгляд.

– Кир, что произошло? – хмурится Алена.

– Я ошиблась в одной цифре, когда формировала платежку поставщику. И деньги не ушли ему, остались висеть на невыясненных платежах. А там очень большая сумма, – хнычу я.

– Вернется платеж – отправишь снова, – просто говорит коллега.

– Сегодня был крайний день оплаты.

– Тогда плохо дело, – она поджимает губы. – Я, конечно, не думаю, что Мещеряков тебя уволит за это, хотя… Если ты попадешь под горячую руку, может быть и такое.

– Я не могу потерять эту работу, Ален.

– По личным обстоятельствам?

– Моей бабушке нужна операция на ноги. Чем раньше, тем лучше. Мне нужно будет забрать ее и сына к себе. Сын пойдет в садик, а за бабушкой кто-то должен присматривать, – делюсь с Аленой. – Сиделка, скорее всего. Если у меня все сложится с работой, то я сама не смогу с ней сидеть.

– Чей сын? Твой?

– Ну да, – улыбаюсь я. – Чему ты так удивляешься?

– В твоем резюме ни слова о нем нет.

– Потому что сотрудника с маленькими детьми никто не хочет брать на работу, – отвечаю я. – А здесь хорошая зарплата. Ни в одном другом месте нет такой. Я промониторила весь сайт по поиску работы.

– Тогда нужно сделать так, чтобы он не уволил, – заговорщически подмигивает Алена.

– Есть одна идея, но она безумная, – отрицательно качаю головой.

– Беременность, – коллега озвучивает мои мысли, а я растерянно улыбаюсь.

Обед подходит к концу, и мы с Аленой возвращаемся в офис. Вики в кабинете все еще нет, и я чувствую небывалую легкость. Снимаю компьютер с блокировки и открываю почту. Четыре письма.

– Ты ведь понимаешь, что произошло? – дверь кабинета резко распахивается, и на пороге возникает Мещеряков. Разъяренный и злой. – Я тебе сказал снизить цену у поставщика, а ты за полдня умудрилась от него избавиться.

– Игорь, я осознаю, что произошло, – отвечаю я, не умаляя своей вины. – Впредь этого больше не повторится, а ситуацию с Рудневым я исправлю.

– Нечего исправлять. Такие, как ты, никогда не поймут, что значит зарабатывать деньги кровью и потом. Вы считаете, что деньги падают с небес. Нет, Кира, это огромный труд. Ты уволена.

Он выходит в коридор и громко хлопает дверью. Уверенная в том, что это его последнее слово, я встаю с кресла и почти бегу вслед за Игорем с намерением объясниться. Но мужчина заходит в отдел кадров, и я останавливаюсь в метре от кабинета, не зная, что делать дальше.

– Ален, аннулируй заявление Калининой. Она у меня работать не будет.

Я слышу каждое слово. Закрываю глаза, чувствуя, как к горлу подступает панический ком.

– Но я не могу, – возражает Алена.

– Значит, уволь ее, – рычит он.

– Извините, Игорь Васильевич, не получится.

– Причина? – гремит знакомый голос, от которого по коже расползается дрожь.

– Она беременна. Мы не можем ее уволить.

Глава 3

Вика после обеда так и не появляется, а я до окончания рабочего дня пытаюсь дозвониться до Руднева, но все мои попытки проваливаются. В конце концов я выясняю, где именно он работает, и решаю в понедельник с самого утра поехать к нему в офис и попытать счастье. А вдруг получится? Чем черт не шутит.

После того как Игорь пулей вылетел из отдела кадров, не заметив меня, я больше в офисе его не видела. Начинать работу с вранья не самая лучшая идея, но пока другого выхода у меня нет. Вернее, он наверняка есть, но я не думала о нем. Этот вариант на данный момент оказался наиболее простым.

Разобравшись со всеми текущими делами, я собираюсь домой. С Милой мы договорились встретиться ближе к девяти вечера, а значит, время в запасе у меня еще есть. Алена предлагает подбросить меня до дома, и я с радостью соглашаюсь. Союзник или даже друг в ее лице мне очень даже пригодится. Тем более, как я уже успела заметить, человек она хороший.

Перед встречей с Милой созваниваюсь по видеосвязи с бабушкой и сыном, и весь следующий час они наперебой рассказывают мне о том, как сегодня ходили на озеро. Я лишь качаю головой, но ничего не говорю до тех пор, пока Арс не скрывается в детской.

– Ба, мы с тобой уже обсуждали эти походы на озеро, – говорю тихо. – Надо с твоими ногами разобраться, а потом уже ходить на такие дальние расстояния.

– Кира, все, прекращай мне эти разговорчики. Во-первых, нас подвез Николай Григорьевич, а во-вторых, что я, немощная какая-то? Не могу внука на озеро сводить?

– Можешь, ба, конечно, можешь, – чуть спокойнее говорю я.

– Ты лучше расскажи, как у тебя дела? Как прошло собеседование с начальником?

– Нормально.

– Нормально – и все? – недоверчиво уточняет она.

– Ба, мой начальник – Игорь.

В трубке воцаряется молчание, и я даже смотрю на экран, чтобы удостовериться, что ба еще на связи. Разумеется, она сразу понимает, о ком я говорю.

– Удивляюсь, как ты еще не сбежала от него, – усмехается бабушка. – Я думала, что при встрече с ним ты будешь бежать дальше, чем видят твои глаза.

– Ба, ну хватит, – фыркаю я.

– Так что, останешься у него работать?

– Да. Теперь обратной дороги нет, – отвечаю я, умалчивая о своем вранье.

– Ну, с Богом, дочка. Надеюсь, эта встреча перевернет твою жизнь, а у мальчика наконец-то появится…

– Кто появится, ба? – из комнаты доносится голос Арсения.

– Да кто-кто? – спокойно бросает она. – Машинка, которая ездит сама. Из той рекламы.

– Да, да! – восклицает сын. – Я так хочу ту машинку.

– Ладно, ба, я пойду. Мы сегодня договорились встретиться с Милкой. Завтра после обеда приеду.

– Привет ей передавай. Все, целую. Беги.

Я сбрасываю вызов, но даже не успеваю убрать мобильный в сумочку, как раздается трель. Мила.

– Я уже на месте. Так получилось, что я приехала раньше, – сообщает она.

– Хорошо. Я вызываю такси. Скоро буду.

Я заказываю такси через приложение, но даже спустя десять минут машину не назначают. Черт возьми! Решаю выйти на улицу. Возможно, удастся с кем-нибудь договориться или поймать такси. Однако и здесь меня ждет неудача. Этот день невозможно назвать моим: как он не заладился с самого утра, так и продолжается до сих пор. Проходит не меньше пятнадцати минут, но я все еще нахожусь в том самом районе, где снимаю квартиру.

– Девушка, вы случайно не меня ждете? – раздается мужской голос из черного внедорожника, который останавливается около меня.

– Совершенно точно не вас, – отрезаю я, не поднимая взгляда на мужчину и продолжая пялиться в экран своего мобильника в надежде дождаться такси из приложения.

– А ты уверена, Киреныш? – летит очередной вопрос, от которого меня буквально парализует.

Только один человек обращался ко мне так. Не перестаю удивляться, насколько быстро меня настигло прошлое. И в лице Игоря, и в лице Макса. А я ведь только неделю назад вернулась в Москву.

– Привет, Макс, – здороваюсь сдержанно.

– Сколько лет, сколько зим! – широко улыбается он, обнажая идеально ровные зубы. – Но я сразу узнал тебя, хоть ты и немного изменилась.

– Да, спустя шесть лет я выгляжу иначе, – натягиваю на губы улыбку.

– Ждешь кого-то? – интересуется он.

– Такси. У меня встреча с Милой, – быстро отвечаю, зная, что за этим последует.

– Давай подвезу? – предлагает Максим. – Я как раз еду домой. Не тороплюсь. Поговорим по дороге.

– Хорошо, – соглашаюсь я только из-за Милы. С Рамзиным у меня нет особого желания общаться.

Но ничего не поделать – раз села в его внедорожник, значит, придется говорить. Остается надеяться, что у него хватит ума не вспоминать о прошлом. Но я ошибаюсь. В какой-то момент наша беседа меняет курс.

– Я надеялся, что ты вернешься после паузы, – усмехается Максим. – Так глупо, правда?

– Макс, извини, мне бы не хотелось говорить об этом, – отрицательно качаю головой. – В этом нет смысла. С тех пор много воды утекло.

– А что, если я тебя не забыл? – серьезно спрашивает он.

Не забыл? Серьезно? За шесть лет с его стороны не было ни одной попытки найти меня. Тем более это было так просто: я переехала к своей бабушке в пригород столицы.

– Я не ищу отношений, Макс, – говорю вместо того, что крутится у меня на языке.

– Мы можем быть друзьями, – неожиданно предлагает Рамзин. – В прошлый раз не получилось, можно попробовать еще раз. Мы ведь стали старше, а значит, опытнее. Так ведь?

– Да, – отвечаю с улыбкой.

Максим останавливает внедорожник перед входом в ресторан и сразу же выходит из машины. Он открывает мне дверь, галантно предоставляя свою ладонь, и я на автомате принимаю ее.

Рамзин переводит тему и рассказывает мне о недавней встрече с нашим одногруппником. История оказывается веселой, и через пару секунд я уже открыто смеюсь.

Но веселье быстро заканчивается. В нескольких метрах от нас я вижу Мещерякова, идущего рядом с девушкой, лицо которой я пока не могу разглядеть.

– Это же твой несостоявшийся муж, – хмурится Максим.

– Он, да.

Мгновением позже наши с Игорем взгляды сталкиваются. Мой – растерянный, его – напряженный, ненавидящий. Последнее, чего бы мне хотелось, – встретить Мещерякова, находясь в компании Максима. Им лучше не пересекаться. Пусть все события шестилетней давности и поросли травой, однако вражда этих двоих не закончится никогда.

Через секунду сердце внезапно ухает вниз, поскольку спутница Игоря поднимает голову. Мне прилетает очередной удар. Я узнаю в ней ту самую Машу, которая в сложный момент жизни залечивала ему раны. Возможно, у меня не было бы так гадко на душе, будь с ним другая девушка, однако это она. А он… До того как Игорь увидел меня в компании мужчины, он казался вполне счастливым.

Мещеряков открывает Марии дверь своего внедорожника и подает руку. Я резко отворачиваюсь. Не хочу, чтобы он думал, будто мне до сих пор интересна его жизнь.

– Спасибо, Максим, что подвез, – натягиваю улыбку на губы.

– Не за что. Обращайся, Киреныш, – он неожиданно притягивает меня к себе и целует в макушку.

За моей спиной хлопает дверь внедорожника, и я машинально поворачиваю голову на звук. Игорь смотрит на нас с циничной усмешкой, но в его глазах я замечаю до боли знакомый огонек, который в ту же секунду исчезает. Я уже видела этот взгляд, полный разочарования и горечи. Тогда, шесть лет назад, сердце рвалось на части от непонимания происходящего, от непонимания самой себя.

У боли, как и у любви, нет срока годности. Она либо есть, либо ее нет. Первая со временем притупляется, и уродливая дыра в груди перестает расти, со второй обычно сложнее. Если любовь настоящая, то она останется с человеком до конца его жизни. Ее нельзя искоренить, но с ней можно научиться жить. А ненастоящей любви не бывает. По крайней мере, мне такая незнакома.

– Поужинаем на следующей неделе? – неожиданно предлагает Рамзин. – Повспоминаем.

– Макс, я не уверена, что смогу вырваться, – отвечаю уклончиво, мягко отстраняясь.

– Я позвоню, хорошо? А там определимся, – он весело подмигивает.

– Ладно, – соглашаюсь, твердо уверенная, что предполагаемая встреча не состоится.

Я вхожу в здание ресторана и сразу же замечаю Милу. Девушка радостно машет мне рукой, а через пару секунд я уже оказываюсь в ее объятиях.

– Как же я соскучилась! – громко восклицает она, не стесняясь окружающих, которые с недовольными лицами смотрят на нас.

– И я, Мил, – отвечаю тем же. – Как же тебе идет новая прическа.

– Спасибо, – смущенно отвечает она. – Посмотришь меню? Я заказала на свое усмотрение.

– У тебя отличный вкус, поэтому я даже смотреть не стану, – отодвигаю от себя меню.

– Я заказала шампанское. Твое любимое, – подмигивает подруга.

– Мил, извини, но я пока не могу себе это позволить, – прямо говорю я.

– Прекращай, сегодняшний ужин за мой счет.

– Нет, я так не могу, – отрицательно качаю головой.

– Кира, – она щелкает пальцами перед моим лицом. – Сколько раз ты меня поила и кормила в свое время, забыла? Вот и закрыли тему.

У меня едва не выступают на глазах слезы. Я сдерживаю их, но Сергеева успевает их заметить. Она легонько сжимает мои пальцы, и я успокаиваюсь. Мила сразу же переводит тему, благодаря чему мне удается отвлечься от гнетущих мыслей.

– Я видела, ты приехала с Рамзиным. Неужели вы до сих пор общаетесь? – Мила удивленно вскидывает брови. – Ты не говорила.

– Мил, я не общаюсь с Максимом. Мы встретились случайно, и он предложил подвезти меня. Я не стала отказываться, потому что такси даже не было назначено.

– Понятно. А больше ты никого не видела? – загадочно спрашивает Сергеева, и я отлично понимаю, к чему она клонит.

– А кого должна была? – прищуриваюсь я.

– Мало ли, может, встретила кого по дороге. Ладно, я просто так спросила, – отмахивается подруга, поднимая бокал с игристым. Я делаю то же самое. – За встречу.

– Конечно, я видела его, – сделав маленький глоток, я ставлю бокал на стол.

– Кого?

– Того, о ком ты только что спрашивала, – усмехаюсь я.

– Сердце екнуло? – Мила задает прямой вопрос.

– В тот момент нет.

– Был еще какой-то момент? – Сергеева изумленно хлопает глазами.

– Мила, я работаю у него, – произношу почти по слогам.

– Да ладно? Как интересно, – хитро прищурившись, она снова берет свой бокал в руки и салютует мне. – И что Мещеряков? Я так понимаю, он тоже был слеп, как крот, когда принимал тебя на работу?

– Он был в командировке. Принимал его помощник.

– Представляю, как он удивился, – Мила закатывает глаза. – Значит, он добился своего. Из грязи в князи. Я в нем не сомневалась. Помнишь, я постоянно твердила, что у него есть будущее?

Мила как будто нарочно сыплет мне соль на рану. Я и без ее напоминаний и умозаключений чувствую себя отвратительно. Столько лет жила в своем маленьком мире в пригороде, ощущая гармонию и спокойствие, но стоило мне вернуться в Москву больше чем на два дня, как все сразу же пошло наперекосяк.

– Мы можем поговорить о чем-то другом? – уточняю я, всем своим видом демонстрируя то, что обсуждать эту тему у меня нет никакого желания.

– Конечно можем, – тяжело вздыхает она. – Но пока ты будешь бегать и страдать по тому, что было у вас с Игорем…

– Я не страдаю, – резко возражаю, но Мила все равно продолжает:

– В твою жизнь не придет ни сосредоточенность на работе, ни гармония в душе, ни нормальный мужчина, который полюбит тебя и которого ты, безусловно, заслуживаешь.

– Мне сейчас не до мужчин. Сын и бабушка на первом месте, – отвечаю спокойнее. – Сначала нужно разобраться с текущими проблемами, а потом…

– Кира, проблемы будут всегда, а жить нужно сейчас, – хмурится Мила.

– За это и выпьем, – вымученно улыбаясь, поднимаю бокал с игристым и делаю маленький глоток.

Выражение лица Милы резко меняется, а напряженный взгляд смещается за мою спину. Сергеева выглядит так, будто увидела привидение.

– По десятибалльной шкале, Кир, на сколько у вас с Мещеряковым плохие отношения?

– Что? На одиннадцать, – закатываю глаза.

– Не знаю, что именно между вами происходит, но Игорь идет сюда, – тараторит она. – В его глазах лютая ярость.

Мещеряков подходит к нам и здоровается с Милой, на ходу бросая безразличное «Как дела?». А затем происходит нечто невообразимое. Игорь бесцеремонно выхватывает бокал у меня из рук, на мгновение соприкасаясь с моими пальцами, и залпом выпивает содержимое. Вот черт! В этот момент мне хочется провалиться сквозь землю.

– Ты не изменяешь себе, – мрачно усмехается он. – Но ты должна знать, Кира, у каждого поступка, особенно лживого, есть свои последствия. Твое вранье будет дорого тебе стоить.

Он разворачивается и уходит. Садится за соседний стол и больше не смотрит в мою сторону. Спустя пару минут к нему присоединяется девушка, в которой я узнаю Викторию.

– Игорь время даром не теряет, – нарушает молчание Мила. – Может, расскажешь, что это было?

Глава 4

Чуть меньше шести лет назад

– Пап, я ушла, – бросаю на прощание, натягивая на ноги брендовые босоножки на высоком каблуке, которые приехали на днях из Милана.

– Куда собралась? – устало спрашивает он.

– Прокатимся с Максом, – говорю я, открывая входную дверь.

– Кира, стой! – суровый голос отца буквально парализует меня.

– Ну что, пап? – склоняю голову набок.

Через несколько секунд папа показывается в прихожей. Выражение его лица не предвещает ничего хорошего. Скрестив руки на груди, я готовлюсь слушать очередную порцию нотаций.

– Вот скажи-ка мне, дочь, чем ты живешь?

– Пап, ты опять за свое? Мы можем лекцию нотаций перенести на завтра? – поджимаю губы.

– Кира, – предупреждающе продолжает он, – ты выпустилась в июне. На дворе август. Ничего не щелкает в голове?

– О чем ты? – искренне не понимаю, к чему он клонит.

– Может, стоило бы чем-то занять себя? Подыскать работу, например? – жестко произносит отец.

– Я ведь могу пойти работать к тебе. Зачем что-то искать? – усмехаюсь.

– Мне такие лодыри, как ты, не нужны, – отрезает он.

Его слова неприятно царапают глубоко внутри, но я проглатываю обиду, не показывая отцу свои настоящие чувства. Он забыл, что это такое. После смерти мамы отец превратился в бесчувственного робота, которого, кроме денег, ничего не интересует.

– Вообще-то, я закончила универ с красным дипломом. Ты можешь дать мне любую работу, и я выполню ее на отлично, – вздернув подбородок, с вызовом отвечаю на его суровый взгляд.

– Хорошо, я подумаю, что смогу тебе дать, – холодно бросает он.

– Я могу идти?

– Иди, – отвечает сдержанно. – Может, поучишься у Макса трудолюбию. Его отец с гордостью говорит о парне.

– Жаль, что тебе нечем похвастаться, – выплевываю я, хлопая дверью.

Я ненавижу, когда меня с кем-то сравнивают, тем более с детьми своих друзей. И отцу это хорошо известно. Он нарочно провоцирует меня, пытается задеть. Но я не вижу смысла идти работать на дядю, в то время как твой отец – владелец огромной империи, а ты – его единственная дочь.

– Привет, Киреныш, – Макс быстро клюет меня в щеку. – Чего губы надула?

– С отцом закусилась перед выходом, – фыркаю я, пристегиваясь ремнем безопасности.

– Это лишнее, малышка.

– Безопасность прежде всего. Ты любитель погонять, так что лучше перестраховаться, – заявляю я, чем вызываю у Рамзина легкую улыбку на губах. – Какие планы?

– Протянем в одно интересное местечко, – заговорщически произносит Макс.

– Я за. Лишь бы подальше отсюда, – посылаю особняку отца убийственный взгляд.

– Вот и замечательно, – весело усмехается мой парень, выжимая педаль газа.

Рамзин прибавляет звук, и ритмичные басы известного трека, доносящиеся из открытых окон, оглушают прохожих. Но Максу плевать – он всегда делает так, как ему хочется, независимо от того, как при этом чувствуют себя другие. Я же люблю громкую музыку, поэтому просто наслаждаюсь поездкой, через минуту забывая о неприятном разговоре с отцом. Поругается и успокоится.

– Макс, ты привез меня на гонки? – убавляю музыку, посылая уничтожающий взгляд в сторону Рамзина.

– Если бы я сказал сразу, ты бы не поехала. А сегодня гоняет Толик, я не мог пропустить, – извиняющимся тоном произносит он. – Сама понимаешь.

– Будешь за это должен, – бросаю насмешливо, отстегивая ремень безопасности.

– Это лучшее наказание, – он быстро целует меня в губы и выходит из машины.

Я следую его примеру и мгновенно оказываюсь на улице среди кричащей толпы и рева моторов. Громкая музыка в машине Рамзина кажется легким шумом по сравнению с тем, какие звуки я слышу сейчас. С недовольным лицом я осматриваю спорткары, вероятно участвующие в заезде, и мечтаю лишь об одном – поскорее отсюда убраться. Я никогда не любила подобных сборищ и не понимала желания намеренно пойти против закона.

– Поздороваемся с Толиком? – спрашивает Макс, высматривая друга среди толпы.

– Ты иди, я подожду здесь, – отвечаю я.

– Я быстро, Киреныш, – он снова быстро целует меня в губы, а затем скрывается, и я теряю Макса из вида.

Решаю вернуться в автомобиль Рамзина, но, дернув за ручку, понимаю, что он закрыт. Черт! Сегодня явно не мой день. Отхожу в сторону и достаю из сумочки телефон. Открыв приложение социальных сетей, бездумно пролистываю ленту – ничего интересного, скукота.

Возле меня останавливается спорткар далеко не самого свежего года. Не поднимая глаз на водителя, продолжаю смотреть в экран телефона.

– Какая неожиданная встреча! – доносится знакомый голос, но я не сразу понимаю, кому он принадлежит.

Я отрываюсь от гаджета, в тот же момент встречаясь с пристальным взглядом Игоря Мещерякова.

– И не могу сказать, что приятная, – фыркаю я.

– Это как посмотреть, – насмешливо бросает он. – Ты с кем здесь?

– Со своим парнем, – горделиво приподняв подбородок, отвечаю я.

– И где же он? – Игорь высовывается из машины и смотрит по сторонам.

– Ты-то что здесь забыл? – спрашиваю я.

– Я участник.

– Ты серьезно? – смеюсь я. – На этом корыте?

– Ты недооцениваешь моего монстра, – без тени обиды, даже с некой гордостью в голосе протягивает парень.

– Ну тогда удачи тебе, – бросаю равнодушно, утыкаясь обратно в экран мобильника.

В этот момент где-то вдалеке разносится вой сирен, который с каждой секундой становится громче. Я резко отрываюсь от гаджета и смотрю в сторону приближающегося звука. Внутри меня все холодеет, а мозг начинает судорожно искать варианты, как скрыться. Собравшаяся толпа разбегается по машинам с визгами и криками, а я продолжаю стоять как вкопанная, выискивая глазами Макса. Но его нигде нет. Решение находится быстро. Спорткар Мещерякова все еще стоит передо мной.

– Я могу сесть к тебе в машину? – прямо спрашиваю я, на что получаю прищуренный взгляд карих глаз.

– Поедешь на этом корыте?

– Поеду, – я дергаю ручку, но дверь оказывается заперта.

– Только при одном условии, – предупреждает Игорь, прежде чем нажать на кнопку разблокировки дверей.

– Что угодно, – выпаливаю не подумав. Меня слишком смущают приближающиеся полицейские машины.

– Ты сходишь со мной на свидание, – говорит он, вызывая недоумение.

– Что?

– Свидание, Кира, – голос становится серьезным.

– Иди ты к черту, Мещеряков, – рявкаю я. – Открой эту чертову дверь!

– Свидание или удирай на своих двоих, – усмехается он.

– Ладно, хорошо.

– Что хорошо? – не унимается он.

– Я согласна сходить с тобой на свидание. Открывай дверь. Быстрее.

Как только я захлопываю дверь спорткара Мещерякова, машина тут же срывается с места. Беру свои слова обратно: это не корыто. Не знаю, чем начинил ее Игорь, но едет она гораздо быстрее внедорожника Рамзина-старшего свежего года, на котором мы с Максом приехали на гонки.

Кошусь на водителя. Игорь сосредоточенно смотрит строго вперед, лишь периодически бросая взгляд в зеркало заднего вида. Вой сирен стихает по мере того, как мы удаляемся от места проведения гонок. Облегченно выдыхаю: если бы меня взяли, то проблем с папой бы прибавилось. Он и без того считает меня никчемной избалованной дочерью, а попадание в участок станет вишенкой на торте.

– Это как минимум неразумно. Я про гонки, – бросаю я, когда машина замедляет ход. – Ты что, останавливаешься?

– Переждем в одном местечке, – отвечает он, сворачивая с трассы в лес.

– Где? В лесу? – я удивленно хлопаю глазами.

– Нет, – отрезает Игорь, больше не говоря ни слова.

Проселочная дорога занимает не меньше пятнадцати минут, а лес в какой-то момент сменяется полем. Я смотрю в окно и не могу оторвать глаз: мы оказываемся в красивом месте. Машина Мещерякова выезжает к небольшому водоему, который в сумерках кажется каким-то таинственным. Над озером нависает несколько деревьев, а к одному из них привязана веревка с деревяшкой на конце.

– Приехали, – говорит он, останавливая спорткар.

– Что это за место? – интересуюсь я.

– Место спокойствия и умиротворения, – без тени улыбки отвечает Игорь. – О нем мало кто знает.

– Неудивительно, – усмехаюсь я. – Кто станет тащиться в такую даль по трущобам ради умиротворения?

– Я, – просто произносит он, но на этот раз чуть заметная улыбка появляется на его губах. – Кстати говоря, вода здесь чистая и теплая.

Мещеряков оставляет фары включенными, и мы выходим из машины. Здесь все так, как он и сказал: спокойно и умиротворенно. Но я, разумеется, ни за что не признаюсь в этом. Будь я в другой компании, например Максима, вела бы себя иначе. Но Игорь – последний человек, которому я поведала бы о своих эмоциях и чувствах.

– Намекаешь на что-то? – скрещиваю руки перед собой.

– Констатирую факт. Видишь там тарзанку? – спрашивает Мещеряков.

– Где? – зачем-то делаю вид, что не заметила. Хотя это первое, что бросилось в глаза, когда мы приехали сюда.

– За тем деревом, – он указывает рукой. – Это лучшее развлечение, которое только можно придумать. Готов поспорить, ты бы ни за что не решилась опробовать ее.

– Я похожа на ненормальную? – фыркаю я. – Конечно нет. Да и зачем?

– Ради веселья, – улыбается Игорь. – Стала слишком взрослой, Кира?

– При чем здесь это?

– В детстве ты была главной оторвой, помнишь? Все деревья, тарзанки, гаражи были твоими, – насмешливо протягивает парень.

– Не помню. И я давно вышла из того возраста, – говорю раздраженно. – Когда мы поедем обратно?

– Примерно через час.

– Через сколько? – ахаю я. – Ты с ума сошел? Меня же потеряют.

– Кто? Твой парень? – у Игоря вырывается ехидный смешок.

– Да, мой парень, – отвечаю я, вздернув подбородок.

– Тот, который даже и не думал спасать тебя? – уточняет он. – Рамзин прыгнул в первую попавшуюся машину. Он тебе хоть позвонил?

– К твоему сведению, он мне писал. Он решил, что ключи от его машины остались у меня, – сочиняю на ходу. – Но когда понял, что это не так, спросил, откуда меня можно забрать.

– Да ну?

– Но я понятия не имею, где нахожусь.

– Скинь геометку, в чем проблема? – насмешливый голос парня начинает раздражать, и я не выдерживаю:

– Пошел ты, Мещеряков, зачем я вообще с тобой разговариваю?

Скинув высокие каблуки, я уверенно шагаю к воде. Слезы наворачиваются на глаза от горькой правды, которую Игорь только что озвучил. Максим не писал мне никаких сообщений, он лишь спасал свою пятую точку, напрочь позабыв обо мне. И если бы не Мещеряков, я бы уже куковала в полицейском участке, оправдываясь перед отцом в том, в чем не виновата.

– Кира, я бы никогда так не поступил с тобой, – серьезно говорит Игорь, окончательно добивая меня своим признанием. – Пойдешь купаться?

– С ума сошел? – отвечаю раздраженно, поворачиваясь на звук его голоса.

Мой случайный спутник на ходу сбрасывает с себя одежду и, оставшись в одних боксерах, с радостным криком бежит в воду. Я смотрю на него со спины и не могу оторвать взгляд. Из худенького долговязого мальчишки Мещеряков превратился в статного парня с потрясающим телом. Интересно, сколько времени он проводит в тренажерном зале, чтобы иметь такую спину?

Внизу живота разливается странное незнакомое тепло, что бесит меня еще больше. Когда он доплывает примерно до середины озера, я отворачиваюсь. Мечтаю лишь об одном – поскорее оказаться дома. Как легко Рамзин смог испоганить мой вечер. Больше видеть его не хочу.

Снова бросаю взгляд на озеро – Игорь плывет обратно, размахивая руками подобно профессиональным пловцам. Может, дело совсем не в тренажерном зале, а в занятиях в бассейне? Пусть занимается тем, чем хочет, мне это совершенно неинтересно.

Внезапно я замечаю в кустах какое-то движение, которое приближается. Громко вскрикнув, вскакиваю с песка и бегу к выходящему из воды парню. С визгами набрасываюсь на него и, обхватив ногами его обнаженный торс, цепляюсь за его мокрые плечи.

– Игорь, мне страшно. Там кто-то есть! – верещу ему в ухо.

– Тихо-тихо, – осторожно произносит он, обвивая своими огромными ручищами мою талию. – Я никого не видел.

– Вдруг это крыса или змея? – нервно бросаю я, перебирая в голове все возможные варианты.

– Нет. Здесь нет ни тех, ни других. По крайней мере, я не видел. Может, суслик?

Страх постепенно сходит на нет, уступая место разуму. Я освобождаюсь из объятий Мещерякова и резко выдыхаю: мое платье промокло насквозь. В этот момент я готова провалиться сквозь землю из-за своего необдуманного поступка. Даже боюсь представить, что сейчас обо мне думает Игорь. Я смотрю на парня в упор, а его проницательный взгляд мне совсем не нравится.

– Футболку мою наденешь? – интересуется он.

– Да.

– Думал, будешь сопротивляться, – усмехается Игорь.

– У меня нет выбора, – мрачно замечаю.

– Идем в машину. Выберешь?

– Таскаешь с собой весь гардероб? – усмехаюсь я.

– Не всегда. Сегодня тебе повезло.

– Действительно. Прям мой день.

– Могло быть и хуже, – напоминает Игорь, открывая багажник. – Это подойдет?

– Да, спасибо.

Домой мы возвращаемся молча, а я еще не знаю, что сегодняшняя встреча – это начало конца моей беззаботной жизни.

Глава 5

Настоящее время

Выходные пролетают незаметно, а утро понедельника наступает быстрее, чем я могла бы себе вообразить. Я спешу в офис к Рудневу, чтобы объяснить ситуацию с платежкой и попытаться сохранить рабочие взаимоотношения. По дороге совершаю все новые попытки дозвониться Игорю, для того чтобы сообщить о своем опоздании по уважительной причине, но его телефон оказывается недоступен. Тогда я набираю Алену.

– Ален, доброе утро! – начинаю я.

– Привет, Кира, – ее голос кажется озадаченным. – Я правильно понимаю, тебя еще нет на рабочем месте?

– Да. Я поехала к Рудневу, к тому самому поставщику, которому не ушли деньги. Хотела предупредить Мещерякова, но его номер недоступен, – быстро говорю я.

– Я поняла. Тебе повезло, Кир. У Игоря Васильевича по понедельникам планерки в банке. Обычно он возвращается не раньше десяти, – замечает она. – Постарайся успеть вернуться к этому времени.

– Я постараюсь, спасибо, Ален, – машинально улыбаюсь в ответ. – Кстати, Игорь Васильевич в курсе, что я не беременна.

– Как так? – удивляется Алена.

– Все просто: он увидел меня в ресторане с бокалом шампанского, – опуская ненужные подробности, объясняю я. – Если он будет что-то говорить тебе о моем обмане, пусть это выглядит так, будто я солгала всем. В том числе и тебе.

– Хорошо, – отвечает девушка, очевидно удивленная моими словами. – Кира, возвращайся как можно скорее. Мне бы очень хотелось, чтобы ты задержалась на этом месте.

– И мне, – произношу воодушевленно. – Спасибо тебе.

К офису Руднева я подъезжаю еще до начала трудового дня. Парковка почти пустая: кроме трех седанов и одного внедорожника, больше нет машин. Надеюсь, тот огромный автомобиль принадлежит Константину Петровичу.

Рассчитавшись с таксистом, я выхожу на улицу и некоторое время стою перед входом в здание. Отчего-то не решаюсь войти. Я, конечно, не из робкого десятка, но когда судьба компании бывшего мужчины зависит от моих переговорных навыков, мандража не избежать.

– Доброе утро! Я могу вам помочь? – раздается за моей спиной, и я оборачиваюсь.

Передо мной стоит солидный мужчина средних лет, а в его руках я замечаю толстую папку с надписью «Квартальные отчеты». Бьюсь об заклад, это как раз тот, кто мне нужен.

– Здравствуйте! Мне нужен Константин Руднев, я по очень важному вопросу, – начинаю я, внимательно наблюдая за его реакцией.

– Это я.

– Сможете уделить мне пятнадцать минут?

– Кто вы? – хмурится он.

– Простите, я не представилась. Меня зовут Кира Калинина, я от Игоря Мещерякова, – протягиваю руку, и он пожимает ее.

– Знаю такого, – кивает Константин Петрович. – Ну что ж, пятнадцать минут для вас у меня найдется.

Мысленно ликую, но внешне сохраняю спокойствие. Его согласие – определенно хороший знак. Если бы он хотел отказать, то не стал бы даже минуту тратить на разговор с незнакомым человеком. Это слова моего отца. От непрошеных воспоминаний о нем сердце болезненно сжимается: слишком тяжелая тема для меня.

Офис Руднева оснащен по последнему слову техники и стиля. Даже у моего отца не было ничего подобного. Хотя он никогда не скупился на оснащение рабочих мест. Но то, что я вижу здесь, не просто радует глаз – в этом здании хочется работать. Мне кажется, сотрудники с большим удовольствием ходят на работу.

– У вас потрясающе! – вырывается у меня.

– Благодарю, Кира, – самодовольно произносит мужчина, распахивая передо мной дверь своего кабинета. – Присаживайся.

– Я бы хотела принести свои извинения, – не мешкая говорю я, устраиваясь на гостевом стуле.

– Вот как? – Руднев кажется удивленным.

– Это из-за меня деньги упали не туда. Я ошиблась в одной цифре. В банке мне сказали, что возвращение платежа займет некоторое время.

– Что ж, так случается, – пожимает он плечами, устраиваясь в рабочем кресле напротив меня.

– Пятница была крайним сроком оплаты, так ведь?

– Пятница? Да, но только пятница этой недели. Пару недель назад мы переподписали дополнительное соглашение, – серьезный тон Константина Петровича не вызывает сомнений в его словах.

– Я прошу прощения, а с кем вы подписывали соглашение? – задаю прямой вопрос, но кажется, мне известен ответ на него.

– С Викторией, – отвечает он.

– Я так и думала! – восклицаю я, не сдерживаясь. Чувствую, как в груди ненависть к этой женщине растет в геометрической прогрессии. Вот же стерва.

– Нездоровая конкуренция? – прищуривается мужчина. Он слишком проницателен.

– Вроде того, – качаю головой.

– У нас с Викторией не сложились рабочие взаимоотношения, поэтому мы стараемся контактировать как можно меньше.

Меня подкупает и одновременно удивляет его честность. Если их встречи случаются крайне редко, значит, и деловое предложение прошло мимо него. Я наконец решаюсь поговорить о том, зачем и приехала.

– Константин Петрович, как вы знаете, наша компания уже второй месяц осуществляет закупку товара в больших объемах, чем раньше. Почти в два раза, – делаю паузу.

– В два? – его брови ползут вверх. – Я знал, что больше, но не знал на сколько.

– Так вот. В связи с этим мы бы хотели поговорить о возможности скидок или бонусов. Я знаю, что многие поставщики практикуют подобное, – уверенно говорю я.

– Все наши клиенты получают скидку за объем, – хмурится Руднев. – Странно, что о вас я узнаю только спустя два месяца. Плохо работает ваша Виктория.

– Это значит, вы дадите нам скидку?

– Конечно. Все наши клиенты находятся в равных условиях, – с улыбкой произносит он.

Мы обговариваем некоторые нюансы, и я пулей вылетаю от Руднева. Улыбка не сходит с лица вплоть до самого офиса. Я это сделала. Теперь Игорь пусть только попробует меня уволить. Но как только я подъезжаю к входу, все мое воодушевленное настроение улетучивается. Часы показывают девять тридцать, а машина Мещерякова уже находится на парковке.

– Бегом к Мещерякову, – запыхавшаяся Алена возникает на пороге кабинета.

Не говоря ни слова, я вскакиваю с места и быстрым шагом направляюсь к начальнику, абсолютно уверенная в том, что Руднев уже успел связаться с ним и обозначить наши договоренности. Негромко стучу в дверь.

– Войдите, – рявкает Игорь.

– Игорь, добрый…

– Кира, вот скажи-ка мне, я похож на клоуна? – вместо приветствия слышу я. – На человека, который шутит со своими сотрудниками?

– Нет.

– Тогда с чего ты решила, что можешь появляться на рабочем месте, когда тебе заблагорассудится? – его брови сходятся на переносице.

– Я…

– Мое решение неизменно, – говорит он серьезно. – Ты уволена.

Мне плевать на слова Мещерякова. Я стою в дверях, скрестив руки на груди, в ожидании подходящего момента. Мне необходимо объясниться, но пока Игорь находится в гневе, сделать это не представляется возможным.

– Ты так и будешь стоять здесь? – он буравит меня тяжелым взглядом.

– Да, пока ты не придешь в себя и не соизволишь выслушать меня, – смело заявляю.

– У меня нет времени слушать твои оправдания, Кира. Испачкала платье, не прозвенел будильник, попала в пробку или просто проспала, – чуть спокойнее говорит он, загибая пальцы, – все это не оправдание. Неужели ты не понимаешь?

– Я опоздала не по этим причинам, а по более существенной. Уж я в состоянии различить, – фыркаю я.

У Мещерякова звонит мобильный, и он сразу же принимает вызов, быстро теряя интерес к моей персоне. Игорь даже не выгоняет меня из кабинета.

– Константин Петрович, день добрый! – оживленно здоровается начальник.

А это уже интересно. Теперь даже если он попытается силой вытолкать меня из кабинета, я не уйду. Хочу видеть лицо Игоря, когда Руднев будет говорить о встрече со мной.

– Кто приходил? – лицо Мещерякова вытягивается в удивлении. – Виктория, наверное. Вот как?

Я прохожу вглубь кабинета и, отодвинув гостевой стул, сажусь напротив начальника. Не вслушиваясь в его телефонный разговор, достаю мобильный и читаю сообщение от бабушки.

Вчера она плохо себя чувствовала, но сегодня уже все в порядке. Каждый раз, когда мне приходится оставить ее и сына, я уезжаю с тяжелым грузом на сердце. Надеюсь, что совсем скоро я смогу перевезти их в город, и тогда мне станет спокойнее. Быстро печатаю ответ и, нажав кнопку «Отправить», возвращаю мобильный обратно в карман пиджака.

Убираю несуществующие пылинки с юбки и поднимаю глаза на Мещерякова. Он смотрит на меня в упор, продолжая разговаривать по телефону, но выражение его лица смягчается. Мысленно ликую – не на ту напал.

Через пару минут деловая беседа наконец-то заканчивается. Игорь швыряет мобильный на стол, посылая мне изумленный взгляд, который так и требует объяснений. Но начальник не успевает раскрыть рта, как дверь его кабинета распахивается. Я медленно оборачиваюсь – на пороге стоит взволнованная Лаврова.

– Добрый день, Игорь Васильевич! У меня есть новости в отношении Руднева, – выдает она.

– Виктория, выйди, пожалуйста, из кабинета. Я пока занят.

– Но я думала, вопрос с Рудневым имеет первостепенное значение, – возражает Вика, даже не думая покидать кабинет.

– Я как-то неясно выразился? – хмурится Мещеряков. – Я вызову тебя позже.

Чуть помедлив и бросив напоследок мне уничижительный взгляд, она все же выходит из кабинета. Надеюсь, Константин Петрович поведал Игорю о «превосходной» работе одного из главных сотрудников компании. Я бы на месте Мещерякова гнала ее поганой метлой. Таких «отменных» кадров лучше не принимать на работу.

– Как тебе удалось пробить Руднева? – нарушает молчание Игорь.

– Я встретилась с ним лично, – приподняв подбородок, отвечаю я.

– Это была хорошая идея, – неожиданно произносит мужчина.

– Многие вопросы автоматически считаются решенными, когда ты общаешься с человеком, глядя ему в глаза, – ловлю его проницательный взгляд, убеждаясь в том, что мою фразу он понял именно так, как я ее произнесла.

– Есть смысл в твоих словах.

– Не хочешь извиниться? – спрашиваю прямо.

– Нет, но думаю, должен, – качает головой. – Приношу свои извинения. Я был не прав.

– Вот это другой разговор, – киваю. – Вместо того чтобы увольнять меня при каждой возможности, ты бы сотрудников своих получше проверял, которых по кафе таскаешь.

Моя несдержанность до добра не доведет. Очевидно же, что она – любовница Мещерякова, так какого черта я лезу на рожон?

– С Викторией у меня будет особый разговор, – Игорь, к моему огромному удивлению, отвечает спокойно. – Ты порадовала меня, Кира. С Рудневым часто бывает сложно. В какой-то момент, из-за частых командировок, я переложил работу с ним на других сотрудников, и это стало моей фатальной ошибкой. Контроль должен быть всегда и во всем.

– Спасибо, – инстинктивно улыбаюсь Игорю.

Он не делает того же в ответ, но его внимательный взгляд задерживается на мне непозволительно долго, при рабочем статусе наших взаимоотношений. Не представляю, о чем он думает в это мгновение. В моей голове проносятся приятные воспоминания, связанные с ним: головокружительная скорость, ветер в волосах и теплая ладонь, сжимающая мою руку.

– Ты больше не гоняешь? – вдруг вырывается у меня.

– Иногда, – отвечает он и сразу же переводит тему: – Кира, у меня есть предложение.

– Я слушаю.

– Ты планируешь задержаться в компании, да и в целом в Москве, я все верно понял? У тебя личные обстоятельства.

– Да, это так.

– Я планирую запустить новое направление, и мне потребуется человек, который будет его курировать, – Игорь делится своими мыслями, а я, слушая его, почти не дышу.

– Ты хочешь отдать его мне? – ахаю изумленно.

– Я хочу посмотреть на твою работу, – с нажимом говорит он. – И если меня все устроит, то да, дать его тебе.

– Значит, тебя настолько впечатлила моя встреча с Рудневым? – радостно произношу я, горделиво выпрямляя спину.

– Мне нравятся идейные сотрудники, которые понимают, как грамотно вести рабочий процесс, – прищуривается Мещеряков.

– Приятно слышать.

– Все в твоих руках, Кира, – в заключение говорит он. – Прояви себя.

– Ты не пожалеешь, – киваю я, поднимаясь с места. – Хорошего дня.

Глава 6

Я выхожу из кабинета Мещерякова и сталкиваюсь с Викой. Она до сих пор находится в холле, хоть и Игорь четко сказал ей, что пригласит, как освободится.

– Подслушивала? – прямо спрашиваю я.

– Ты в своем уме? – гневно зыркает она на меня. – Ты же все слышала. Игорь Васильевич сказал подождать.

– Ну да, ну да. Что ж он не зовет тебя? – склонив голову набок, складываю руки на груди.

– Прошла всего минута, как ты вышла из кабинета, – она демонстративно закатывает глаза, всем видом показывая, будто я не в себе.

– У него совещание, Виктория. Ты бы вернулась к работе, а то твое бездействие обернется против тебя, – говорю я и сразу же поправляю себя: – Вернее, уже обернулось.

– Что ты имеешь в виду? – окидывает она меня циничным взглядом.

– А то, что ты не вела с Рудневым работу. Он утверждает, что очень давно тебя не видел.

– И ты, конечно же, побежала докладывать об этом Мещерякову? – грубо бросает Лаврова. – Откуда тебе вообще об этом известно? Шпионила?

– Нет, я поехала к Константину Петровичу разрешить недопонимание, которое случилось в пятницу. И, о чудо! – делаю многозначительную паузу. – Оказалось, что сроки по оплате сдвинуты на неделю. А за это время вполне реально вернуть перечисленные не туда деньги.

– Да, сроки по соглашению совсем недавно изменили. Я и забыла об этом, – невозмутимо выдает она.

– Нет, Вика, не забыла. Ты отлично знала, что из-за моей ошибки полетела бы и твоя шапка. А тебе это не на руку, – четко, по полочкам разъясняю я. – Но Руднев поведал мне не только о сроках.

– О чем же еще?

– О том, что насчет бонусов в связи с увеличением объема поставок с ним никто не разговаривал, – произношу серьезно, внимательно всматриваясь в лицо Лавровой.

Она не отвечает, но понимание происходящего в ее глазах присутствует. Интересно, как Вика объяснит Мещерякову свое непрофессиональное поведение относительно работы с одним из главных поставщиков компании. По правде сказать, я не думаю, что Игорь уволит ее. Эта стерва найдет способ выкрутиться и остаться на своем прежнем месте.

Неожиданно дверь кабинета начальника открывается и на пороге показывается он сам. Игорь хмуро смотрит то на меня, то на Вику, а затем зовет ее в свой кабинет. Я возвращаюсь к себе и принимаюсь за работу.

Через некоторое время в кабинет влетает разъяренная Лаврова, хватает сумочку и, не говоря ни слова и даже не взглянув на меня, покидает рабочее место. Неужели Мещеряков все-таки ее уволил? Игорь, конечно, часто бывает импульсивным, но я была уверена, что он даст Вике еще один шанс.

– Кира, зайду? – в дверном проеме показывается голова Алены.

– Конечно, – отзываюсь я, отвлекаясь от таблицы, которую к двум часам попросил сделать Игорь.

– Ну что там Мещеряков? Не уволил? – спрашивает девушка.

– Нет, все в порядке, – улыбаюсь.

– Ну и хорошо, – произносит она со вздохом. – Я очень волновалась за тебя. Нельзя попадаться к нему под горячую руку.

– Мне бы тоже этого не хотелось, – хмыкаю я.

– А Лаврова?

– Это я тебя хотела спросить. Он ее не уволил?

– А должен был? – хмурится Алена.

– Она вылетела из кабинета как ошпаренная, – пожимаю плечами. – А до этого была у Мещерякова. Просто она допустила серьезную ошибку в работе с клиентом… Вот я и связала эти события между собой.

– Он не уволит ее, – с уверенностью в голосе заявляет Алена, поджимая губы.

– Почему? – удивляюсь я.

– Все просто. Отец Вики является надежным партнером нашей компании, – поясняет коллега, и теперь в моей голове все становится на свои места. – Они работают очень давно. На начальном этапе Роман Михайлович даже спонсировал Игоря.

– Теперь понятно, – киваю я.

– Ладно, я побегу. Зашла узнать, все ли у тебя в порядке.

– Спасибо, Ален. Надеюсь, после сегодняшней продуктивной встречи с Рудневым мои дела пойдут в гору, – соединяю ладони друг с другом.

– И я очень на это надеюсь, – улыбается она. – Хорошего дня, Кира.

– И тебе.

С отчетом я разбираюсь быстро, благодаря чему у меня появляется свободная минутка. Кликая мышкой по рабочим папкам, я вдруг нахожу фотографии с корпоративов. Губы автоматически расплываются в улыбке, когда я вижу счастливые лица коллег. И не только их. Игорь выглядит радостным. Именно таким я его и запомнила.

За эти шесть лет я ни разу не пыталась его найти. Наши пути разошлись давным-давно, и я считала, что даже права не имею видеться с Игорем после того, как бросила его в день нашей свадьбы. Я поступила как конченая стерва, испугалась отца. Спустя некоторое время я хотела все исправить, но было слишком поздно. Я виновата сама. Только я, и никто больше…

Слезы собираются в уголках глаз, и я быстро смахиваю их. Я много раз приказывала себе не плакать, приказываю и теперь. Продолжаю листать снимки в надежде переключиться, но фотографии еще сильнее усугубляют положение. Почти везде Вика находится рядом с Игорем, а кое-где они запечатлены в обнимку посреди танцпола. Очевидно, Лаврова не просто любовница, раз Мещеряков в присутствии коллег так близок с ней. Ладно, нет никакого смысла думать об этом. Главное, чтобы Вика не вмешивалась в мою работу, а остальное – не мое дело.

Дверь резко распахивается, и в кабинет входит Игорь. Я судорожно закрываю папки с фотографиями и полностью переключаю внимание на начальника.

– Сегодня приедет потенциальный поставщик из Питера. Мы должны заполучить его, – сдержанно произносит Игорь.

– А при чем здесь я? – интересуюсь осторожно.

– Ты поедешь со мной на ужин, – заявляет безапелляционно.

– Игорь, я боюсь, что…

– Планы перенеси на завтра. Он уедет завтра вечером. С большим трудом я договорился об ужине. Это ясно?

– Да.

– Вот и хорошо. Не подведи, Кира. Заеду за тобой в семь. Будь готова.

***

Игорь сказал, что встреча будет неформальной, но тем не менее я тщательно подхожу к выбору наряда. Есть в моем гардеробе одно платье, которому уже шесть лет, но оно ни разу не было надето. Этот красивый кусок ткани – единственная вещь, из купленных на деньги отца, которую я забрала в свою новую жизнь. Не смогла его оставить. Но оно слишком откровенное. Платье не предполагает бюстгальтера, а вырез на спине тянется почти до пятой точки.

С грустью смотрю на брендовую вещицу и осознаю, что ничего другого надевать я не стану. Вовремя вспоминаю, что у меня есть удлиненный пиджак белого цвета, который прекрасно подойдет к платью. Решено.

Ровно в семь вечера я стою в прихожей, то и дело поглядывая на мобильный. Мещеряков обычно не опаздывает, наоборот, приходит раньше, чего и требует от других. Не снимая босоножки на высоких каблуках, я подхожу к окну в кухне и отодвигаю штору. При виде внедорожника Игоря волнение в груди нарастает, хотя до его появления я была абсолютно спокойной. Нервно перебирая пальцами, я резко выдыхаю и возвращаюсь в прихожую. Напоследок окинув себя быстрым взглядом, открываю входную дверь и покидаю квартиру.

Автомобиль Мещерякова стоит напротив подъезда, а его владелец говорит по телефону. Не тороплюсь, хочу рассмотреть его, пока он меня не заметил. Черный пиджак и белая рубашка вызывают улыбку. Шесть лет назад он никогда не носил такие вещи. В основном у Игоря преобладал спортивный стиль в одежде, но иногда он носил джинсы с футболкой. Лишь однажды я могла увидеть его таким, как сейчас, – в день нашей свадьбы… Теперь же для Мещерякова это повседневная одежда, ведь он добился своего и стал большим начальником.

Игорь резко поворачивает голову, а на его лице застывает неопределенное выражение. В долю секунды оно меняется, и я не успеваю понять, что именно было в его взгляде. Но, очевидно, нечто личное.

Я ускоряю шаг и слышу окончание его разговора:

– Она здесь. Потом созвонимся.

– Привет, – говорю как можно увереннее, стараясь скрыть свое волнение.

– Привет, – отвечает он.

Мещеряков быстро пробегает глазами по моему образу, а затем сразу же отворачивается. Мужчина заводит двигатель и выезжает со двора.

– Здесь живет твоя подруга? – неожиданно спрашивает Игорь.

– Нет, я снимаю квартиру, – коротко отвечаю.

В этот момент Мещеряков поворачивает голову, и я чувствую его удивленный взгляд. Я смотрю прямо перед собой – даже знать не хочу, о чем он думает.

– Непривычно, наверное, для такой, как ты, жить в подобных условиях, – говорит он.

Своими словами он будто забивает первый гвоздь в мое сердце.

– А какая я? Что, по-твоему, со мной не так? – эмоционально переспрашиваю.

– Мы же оба знаем, кто ты такая, Кира, – в его голосе нет ни одного намека на шутку.

– И кто же? – приподняв подбородок, смотрю прямо перед собой.

– Избалованная папина дочка, – говорит он спокойно, но я буквально вскипаю внутри.

Да как он смеет? Откуда ему вообще знать, через что я прошла и как жила все эти годы, чтобы делать выводы на основании прошлого? Меня настолько цепляют его слова, что я готова прямо сейчас выйти из машины и написать заявление на увольнение.

– Ты ничего обо мне не знаешь, – бросаю ему в лицо, когда мы останавливаемся на перекрестке в ожидании зеленого сигнала светофора.

– Такие люди не меняются, увы, – продолжает Мещеряков. Нарочно или нет, но он провоцирует меня, а я поддаюсь.

– В чем твоя проблема, Игорь? Никак не можешь простить меня за прошлое? За то, что я сбежала со свадьбы? – выпаливаю на одном дыхании, все еще глядя мужчине в глаза.

– Мне совершенно безразлично то, что происходило в прошлом. Есть лишь настоящее, – безэмоционально отвечает Мещеряков.

– Правда? Тогда почему при любом удобном случае ты стараешься меня задеть или унизить?

– Унизить? – усмехается он. – Кира, тебе вообще известно значение этого слова?

– Ну вот опять, – вскидываю руки, но тут же опускаю их себе на колени.

– Тебе всегда было сложно принять правду, – говорит он, возвращая взгляд на дорогу.

– Да какую, к черту, правду? – взрываюсь я. – Ты ничего обо мне не знаешь, Игорь. И к твоему сведению, с отцом я не виделась и не общалась почти шесть лет. А теперь останови машину. Это зашло слишком далеко.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.