# Не драконьте принцессу!

Наталья Мамлеева

У каждого в жизни случаются неприятности.

А у моей неприятности есть имя – Вейлан Инвергард!

Невозможный северянин с льдистыми глазами, посмевший назвать меня пустышкой!

Я отправляюсь за ним в Северную академию, где меня ждут морозы, тайны и один из семи наследников короля.

Но никто не предупредил, что там живёт не только холод, но и нечто иное, куда более древнее и опасное, от которого меня способен спасти лишь один ледяной дракон.

Подождите… дракон?!

## Пролог

– Драконов не существует! – заявила я и, получив недоумённый взгляд подруги, добавила: – За пределами Рамании, разумеется.

Пять лет назад о драконах стало известно всему Райвиму: оказалось, что не все они покинули наш мир тысячу лет назад. Остались огненные – те, что жили на территории Рамании. И я в их числе. Настоящая огненная драконица! Правда, был один нюанс…

– Я уверена, что клан Раманских – не единственные драконы в Райвиме, – Астрид, с которой мы вместе учились на третьем курсе бытового факультета, взглянула на меня с недоверием. – Если твои предки тайно остались после исхода тысячу лет назад, то кто мешал остаться ещё кому-нибудь?

Я закатила глаза, собрала сумку и поспешила выйти из аудитории. Сегодня вся академия стояла на ушах, ведь прибыли северяне. Семь невероятных красавцев-пятикурсников из Стенфрида – небольшого закрытого королевства на самом севере нашего материка. Там властвуют льды, а земли омывает бушующее Ледовитое море.

Какие только слухи о Стенфриде не ходили! Однако никто из соседей не решался пойти на него войной. Развивалось королевство за счёт сильной магии, особых минералов, добываемых во льдах, и торговли.

Я ещё не видела северян, но уже была наслышана: все равны как на подбор, со светлыми, почти белыми волосами, и все семеро – маги льда невероятной силы.

Вот кого можно принять за ледяных драконов! Жаль, что ледяных не существует.

Я надела шубку, забрав её из гардероба, и поспешила выйти. Скользко! Зима в Раманию пришла недавно, потому снег то таял, то выпадал, из-за этого лужи замерзали и их не успевали убирать магией.

Астрид задержалась, с кем-то здороваясь, а я так не любила холод, что поторопилась. Да-да, я огненная драконица, но… огня во мне нет. Мёртв навеки веков! Вот такая я дефектная. Всё, чем я владею, – бытовая магия в мою прабабку-гномку…

– Ох! – выдохнула я, чувствуя, как ноги начинают скользить по дорожке.

Только расшибиться или распластаться на льду не хватало!

– Держу! – приятный голос согрел не хуже рук, мгновенно оказавшихся на моей талии.

Кто-то не только галантно придержал меня, но и подхватил на руки. И эти руки воспринимались как родные, а по коже словно пробегали разряды от нашей близости. Моё сердце забилось быстро-быстро, и я с восхищением взглянула на незнакомца. Сглотнула.

Красивое лицо с полными губами и невероятно пронзительными глазами – будто под ними скрывался сам лёд. Светлые длинные волосы, выбритые на висках, заплетённые в толстые косы с переплетением маленьких косичек с колечками в них, делали его образ агрессивно-привлекательным. Я ни на мгновение не усомнилась, что меня спас один из северян.

Его зрачки забавно покрылись льдом, а сам он шумно вдохнул воздух рядом с моей шеей, из-за чего по коже побежали мурашки.

Никогда и никто прежде не действовал на меня вот так. Голова начала кружиться. Мы так и застыли, будто любуясь, знакомясь друг с другом без слов.

В этот момент я была благодарна ректорам обеих академий за то, что они решили произвести обмен студентами. Семь лучших студентов Стенфридской академии магии месяц проведут здесь, а после выберут семь лучших студентов РАМа и заберут с собой в Стенфрид, ещё на четыре недели обучения перед новогодними праздниками.

Попасть туда хотели все! Потому оживились. Особенно боевой и зоомагический факультеты – лучшие в РАМе. Лишь мы, бытовики, и целители отнеслись к этому спокойно.

Ведь оказаться в числе счастливчиков нам не светило. Удостоятся обучения по обмену лишь лучшие из лучших. И это будет явно не дефектная драконица с бытовым даром. Я впервые пожалела об этом, заглядывая в глаза невозможному северянину.

– Извините, – пробормотала я, чувствуя себя подозрительно уютно в его объятиях. – Я случайно… Ужасно неуклюжая.

– Что?.. – переспросил он, будто не услышав меня.

Я собиралась повторить, но в этот момент меня окликнула Астрид.

– Аэнрика, подожди меня!

Взгляд северянина изменился. Казалось, от него начали исходить ледяные волны, из-за которых мне становилось всё более жутко в его объятиях.

– Раманская? – догадался он и, после того как я кивнула, добавил: – Извините, ваше высочество.

Еще никогда мой титул не был принижен столь пренебрежительными интонациями!

– За что?.. – непонимающе уточнила я, и…

Он разжал руки, а я полетела на лёд, не больно, но позорно шмякнувшись. Вскинула на парня ненавидящий взгляд и встретила такой же.

– Не ушиблись? – осведомился он едко.

Вот же… гад! Неужели все северяне такие?! Я сжала зубы и прошипела:

– Надеюсь, вам понравится в нашей академии и, возможно, вы научитесь чему-то новому. Например, манерам.

– Только не от вас, принцесса.

Он бросил на меня ещё один уничижительный взгляд, в котором мне почудилось ещё и разочарование, и зашагал дальше, мимо моей застывшей подруги, к другому северянину. Тоже надменному гаду, судя по выражению лица!

С того дня всё и началось…

## Глава 1

Месяц спустя

Этот невыносимый, заносчивый, высокомерный Вейлан Инвергард! Кто бы знал, как меня раздражает само его существование…

– О чём думаешь, Пуговка?

Я вздрогнула, услышав рядом голос Вейлана. Мы сидели в карете вдвоём и направлялись в сторону Стенфрида, как и ещё двенадцать студентов в других экипажах. Вскоре должны были подъехать к первому стационарному порталу на границе Рамании для перехода.

– О том, зачем тебе это. Почему ты выбрал меня? Я не лучшая студентка.

Да, вчера произошло главное: объявили имена студентов, которые отправятся в Стенфрид. И каково же было моё удивление, когда я обнаружила себя в списке! Я не знала, кто меня вписал, но не сомневалась, что его имя начинается на «В», а фамилия – на «И».

– Ну не принижай себя так, ты ведь лучшая на бытовом факультете, – издевательски протянул он и блеснул невероятными голубыми глазами в обрамлении чёрных ресниц.

Как же он красив, зараза такая! Боги создали это совершенство и наградили его прескверным характером за какие-то мои грехи в прошлой жизни, я уверена.

Последний месяц был наполнен событиями.

Мы возненавидели друг друга. Постоянно устраивали стычки. От этого страдали все вокруг: звери в заповеднике, растения в парке, магический инвентарь в академии, шторы и остальные студенты… Нас наказывали совместными отработками!

О, сколько часов мы с ним провели в кабинете ректора, слушая невыносимые нотации, а потом шли чистить загоны – совместные отработки должны были нас сплотить, но с каждым днём напряжение и ненависть между нами только крепли…

Можно сказать, мы узнали друг друга достаточно, чтобы изводить с особым наслаждением.

– Как я мог оставить тебя в Рамании, пустышка? Ты ведь наверняка так устала чистить загоны у драксов! К тому же ты бы скучала, принцесса. Признайся: ты влюбилась в меня с первого взгляда.

Да как он?.. Боги, его самоуверенность не знает границ!

Я вспыхнула. Он вновь и вновь повторял, какая я пустышка! Пренебрежительно, насмешливо.

– Позволь тебе напомнить, что загоны мы чистили вдвоём и делали это из-за тебя! Кто просил тебя вечно ко мне цепляться? Не даёт покоя моя привлекательность? Или моя магия?

– Мне не даёт покоя твоё невероятное самомнение при полном отсутствии выдающихся качеств. Пустышка без истинного огня, без сильного дара, лишь… с бытовыми способностями, – он расставлял паузы, будто вбивал гвозди в крышку моего гроба, и последним добил меня: – Кто ты без величия своих родителей?

Я прикусила губу. Да, был такой грешок. Я – дочь короля Рамании, любимая и оберегаемая, но кто бы знал, как часто этот статус подставлял меня! Словно никто не видел меня настоящую за именем моего отца.

– Я – лучшая на бытовом факультете, как ты сам любезно подсказал, – буркнула я.

– На факультете неудачников, да. Это даже сыграло мне на руку – забрал тебя и не нарушил ни одного условия. Но забавно, как ты этим гордишься. Этот факультет создали для галочки, чтобы не обижать таких, как ты. У нас бытовой магии учат в школах.

Спокойствие, только спокойствие! Пройдёт этот месяц в Стенфриде, и я забуду всё как страшный сон!

– Потому что ваши бытовики совсем не дотягивают до нашего уровня.

Глаза Вейлана опасно сузились. Иногда их застилал сам лёд – магия, подвластная этому невозможному северянину. Магия такой мощи, что она меня пугала. Иногда она покрывала его зрачок так, что казалось, он вытягивается в тонкую линию, как у драконов.

Силён, опасен, невыносим!

– Пуговка, – это слово звучало из его уст совсем не ласково, а уничижительно, – я лишь предупреждаю тебя, что в академии тебя ждут неприятности. Наши маги намного сильнее. Важно, чтобы ты поняла: вся твоя напускная самоуверенность быстро сотрётся в Стенфриде. С твоим уровнем магии ты не продержишься там и трёх дней… поэтому держись меня.

– Ты делаешь всё, чтобы я держалась как можно дальше, – рыкнула недовольно, подавшись вперёд.

И именно в этот момент карету, в которой мы сидели, подбросило на кочке. Я полетела прямо на Инвергарда!

Маг отреагировал мгновенно. Притянул меня к себе, чтобы я не ушиблась, и моя рука случайно задела подвеску на его шее, а после легла на грудь. Меня словно током прошибло. Опять! Каждый раз, когда мы оказываемся столь близко!

Кончики пальцев закололо так сильно, что я с трудом могла вздохнуть, а зрачки сами собой вытянулись.

Дракс, я потеряла контроль над драконицей?!

Я испуганно подняла взор, встретившись с настороженно-задумчивым взглядом Вейлана. Тяжело дыша, я силилась понять, что сейчас произошло. Странная реакция, вспыхнувшая между нами магия…

Он ведь не может быть моим истинным, да? Не может ведь?! Только не он!

Боги, лишь бы он ничего не понял!

Инвергард открыл рот, но сказать ничего не успел – карета остановилась. Мы подъехали к портальному переходу.

Вейлан вышел первым. Я же никак не могла прийти в себя. Щёки горели, зрачки были вытянутыми, сердце колотилось точно безумное. Но не могло же это быть то самое, единственное и неповторимое влечение к своему истинному? Не могла же судьба меня так подставить?!

Мне хотелось расплакаться от невезения.

Дверь кареты с другой стороны открылась. Мне подал руку Йостен Эбб – ещё один северянин, друг Инвергарда. Хотя по моим наблюдениям, все семь магов из Стенфрида дружны, неуловимо похожи между собой и действовали не просто как команда – как семья. Будто они были если не кровными братьями, то как минимум назваными.

Йостен такой же высокий, только волосы чуть темнее, а ещё у него были четыре золотых колечка в правом ухе и ехидная усмешка на губах.

– Позвольте помочь, ваше высочество, – насмешливо протянул он, но…

Его тут же оттолкнул Вейлан и сам подал мне руку, но дожидаться, когда я соизволю выйти, не стал, буквально вытащил меня, подхватив за талию, и поставил в снег. И не отпускал. Я смотрела на него со смесью ярости и восхищения – да, меня каждый раз восхищала его самоуверенность! Казалось, у неё должны быть границы, но нет!

– Что ты творишь? – зашипела я. – Не учили манерам? Я – девушка, к тому же принцесса.

– Неужели? Больше похожа на нескладного подростка, – не удержался Вейлан, окинув мою фигуру пренебрежительным взглядом. – Одеваешься в штаны, непонятные туники и жилеты… Хорошо, что всё это сейчас прикрывает меховой плащ. Но я-то знаю, что под ним.

От его слов щёки вспыхнули, потому что я подумала вовсе не об одежде…

– Так модно в Элерии! – поспешила сказать в своё оправдание, пока фантазия окончательно не увела меня на запретную территорию.

Элерия – королевство-остров эльфов, где я часто бывала.

Райвим был огромен и населён множеством разных народов. Орки, эльфы, сирены, русалки, гномы, фейри… Даже малые удивительные народы и оборотни – в Малоземье, входящем в состав королевства моего отца – Рамании. Одного из самых могущественных королевств нашего мира.

И не только потому, что в Рамании водились драконы. Хотя больше их нигде не было. Все драконы ушли тысячу лет назад, и остались только те, что жили здесь и входили в клан моего отца. До этого мы скрывались, и лишь пять лет назад о нас узнал весь мир. Мы всё ещё были немногочисленны – всего пара сотен, – но обладали магией, не сравнимой по уровню с магией обычных людей.

Впрочем, последнее меня не коснулось: мой уровень оставляет желать лучшего даже по человеческим меркам.

Поэтому я до сих пор не верила, что оказалась в числе «лучших» и сейчас началось моё путешествие в далёкий Стенфрид.

Всего мы будем ехать полтора дня.

Раньше, лет двадцать назад, это заняло бы больше времени, но сейчас стационарные портальные переходы усовершенствованы и могут пронизывать сразу несколько стран: их научились соединять нитями, поэтому мы сможем «проскользнуть» несколько королевств, но вот по другим – придётся ехать, с остановками, чтобы добраться до следующего стационарного портала. В самих королевствах их нет, только на границах – в целях безопасности. Потому мы и прибыли на окраину Рамании.

– Это, конечно, многое меняет, – иронизировал Инвергард. – Пуговка, признайся, ты меня обожаешь?

– Я тебя на дух не переношу! Так радовалась, что мы наконец расстанемся, когда ты покинешь Раманию, и что теперь? Ты забрал меня с собой!

– Ты – мой прощальный сувенир. Как я мог оставить родных без подарка?

– Ха-ха, – я закатила глаза. – Говоришь так, будто в жёны меня брать собрался.

– Как я могу обречь себя на такие муки? Всю жизнь с тобой – слишком долгий срок.

– Инвергард, послушай меня внимательно, – я приблизилась к нему, а он заинтересованно наклонился. Привстала на цыпочки, чтобы каждое моё слово донеслось до него: – Дело не в тебе, а во мне. Просто я знаю себе цену. Будь ты последним мужчиной во всём Райвиме, я бы не выбрала тебя. Даже перспектива путешествия в Ледяную академию меня так не прельщает, если придётся вынести четыре недели подле тебя.

– Неделю. Неделя – максимум, который ты продержишься, – хмыкнул Инвергард. – Хотя я бы не дал и трёх дней…

– Плохо меня знаешь! – рыкнула я. – Я докажу тебе, что смогу! Раз ты меня взял с собой, я покажу тебе всё, на что способна. Если и не стану лучшей, то наберусь необходимых знаний. Я не позволю тебе позорить меня. Ты достаточно упивался своим превосходством, унижая меня. Я докажу тебе, что, несмотря на направленность своей магии, смогу заслужить уважение!

Просто драконы, жившие в Рамании, а значит, и во всём мире, все были огненными созданиями. Все, кроме меня. Я действительно своего рода «пустышка»…

– Пуговка, почему у меня ощущение, что ты пожалеешь об этой поездке, как и я?

Почему он спрашивает меня так, будто и не он вовсе звал меня с собой? Моё имя значилось в списке! И кто мог его внести, если не Инвергард? Да и посадил в карету рядом с собой, а ведь их было предостаточно – хватило бы для всех студентов двух академий и их сопровождающих…

А что, если Вейлан – мой истинный? В любом случае связывать с ним жизнь я не собиралась, поэтому нам действительно лучше быть как можно дальше друг от друга, чтобы не допустить привязки моей драконицы к нему.

Но я не боялась этого, ведь искренне ненавидела северянина.

Ну почти искренне…

– Мир не крутится вокруг тебя, Инвергард, – я елейно улыбнулась. – Быть может, я встречу в Стенфриде свою судьбу? В меня легко влюбиться. А может, влюблюсь я…

Последнее протянула с наслаждением, даже плечом повела. Вейлан втянул шумно воздух. На миг мне показалось, что за льдом блеснули какие-то тёплые эмоции, но они быстро рассеялись. Я развернулась, собираясь отправиться к другим студентам академии и куратору – Кэрри Террианс, декану зоомагического факультета, – когда мне в спину донеслось:

– Ты не влюбишься ни в кого, Пуговка. Если ты готова и дальше быть подле меня, терпеть мои издёвки, чтобы ещё хоть немного продлить свою агонию, это что-то да значит?

Щёки залил румянец. Нет, даже если бы это было правдой – а это не правда! – в таком я даже себе не признаюсь. Не то что ему!

Я не ответила, поспешив к куратору. У границы была небольшая очередь, хотя мы прошли вполовину быстрее: студентов пропустили по дополнительному коридору через арку, ведь наши документы и вещи не приходилось досматривать так тщательно.

Огромная арка больше пяти метров в высоту, испещрённая символами на древнем языке, каждый из которых имел магическую силу, внушала трепет. Тёмно-серая поверхность словно звала меня за собой: мне хотелось шагнуть внутрь. На самом деле я никогда прежде не переходила сквозь арки: обычно отец или брат доставляли меня куда нужно. Но возможностью создавать нестационарные порталы обладали немногие, правильнее будет сказать – единицы, потомки Велиссира эрг Тиона, владевшего портальной магией и создавшего первые арки. И он, по счастливой случайности, как раз предок моего рода.

– Все в сборе? – услышала я бодрый голос магистра Кэрри Террианс.

Она окинула нас взглядом и устремила его дальше. С другой стороны стояла семёрка ледяных магов – светловолосых, подтянутых и сосредоточенных. У них всегда такие выражения лиц, будто они ежеминутно решают все проблемы мира разом.

– Мы уже заняли очередь для пространственного перехода и скоро начнём входить в арку парами, в том же порядке, в котором и ехали в каретах. Вас четырнадцать человек плюс мы с магистром Каунтом. Вопросов быть не должно. Или всё-таки есть?

Студенты замотали головами. Мне не хотелось идти вместе с Инвергардом, но я понимала, что рядом с ним я в безопасности: он лучший даже среди своей семёрки, не говоря уже об обычных магах.

– Пока ждите здесь, мы сначала решим организационные вопросы с пограничниками.

Террианс бодро зашагала к таможенникам, оставив нас на морозе. Всего семь раманцев: пять парней и две девушки – я и Серафия Тарок. Всё было очевидно: пятикурсник и четверокурсник с зоомагического факультета; два лучших пятикурсника, четверокурсник и третьекурсница с боевого.

Самые сильные маги нашей академии и… я. М-да. Чувствую себя гадким утёнком. Вздохнув, я поёжилась. Сегодня первый день первого месяца зимы, и на улице заметно похолодало – я постоянно дула на руки и завидовала родственникам, владеющим магией огня. Мне бы сейчас не помешал этот навык!

Впрочем…

Я наклонилась, провела носком ботинка по снегу несколько раз, чтобы докопаться до брусчатки, и подхватила камушек овальной формы сантиметров шесть в длину, достаточно увесистый – к счастью, он был не заледенелым, – и посмотрела на здание таможни. Там, судя по бликам на окнах, зажжены камины. Если положу в камин камень, он нагреется, а я смогу стабилизировать заклинанием – обычным бытовым, для грелок.

План был прост. Я уже собиралась войти внутрь, когда путь мне преградила Серафия Тарок. Блондинка положила ладонь на мой камень, и тот мгновенно нагрелся. Я едва не выронила его из рук, но вовремя успела стабилизировать заклинанием, а после обмотала вокруг него концы шарфа, связанного Астрид, и с недоумением взглянула на Серафию.

– Спасибо.

– Пожалуйста, – хмыкнула она. – Ты единственная с бытового.

Это была констатация факта, но… в ней будто звучал вопрос. Серафия явно хотела, чтобы я начала оправдываться, но я не собиралась. В конце концов, вопрос не прозвучал, поэтому я просто продолжала смотреть на девушку и радоваться, что теперь смогу нормально погреть руки и не стучать зубами от холода.

И подумать. В душе бурлил океан эмоций. Правильное ли решение я приняла, поступив согласно договору между академиями? Сомнения не утихали. А если я действительно сделала так, чтобы быть поближе к Вейлану? Разумеется, не по собственной воле, а из-за драконицы!

Я ведь и раньше замечала, что в его присутствии она ведёт себя странно… Дракс!

Нет, этого не может быть! Я точно ошиблась и он не мой истинный!

Правда, есть один способ проверить наверняка: истинное дыхание. Особая магия драконов, благодаря которой можно почувствовать суженого. Она способна очаровать любого, впустить жар желания в его тело, и противостоять этому может только суженый. Моё истинное дыхание совершенно безопасно для того, кто предназначен мне судьбой. Наши чувства должны быть настоящими, а не наведёнными, поэтому моя магия над избранником не властна.

Стоило представить, как я подхожу к Вейлану, прижимаюсь, выпускаю свою магию ему в губы, и… меня пробила дрожь. Ехидно нарисовала в воображении, как он моментально падёт к моим ногам от сумасшедшего желания, подтвердив, что он не мой истинный. Это было бы так чудесно! Думать об ином исходе не хотелось…

– Вейлар Инвергард! Зачем ты вообще ворвался в мою размеренную жизнь? – пробормотала себе под нос.

У меня действительно всё было хорошо: семья, которая меня любит; бытовой факультет, где с нас особо не спрашивали преподаватели; однокурсники, с которыми я не конфликтовала.

Безмятежность и идиллия!

А потом прибыл он…

Нет, я не могу ему позволить поставить точку в наших взаимоотношениях, оставшись в его глазах растоптанной пустышкой. Что бы ни ждало меня в Стенфридской академии, я докажу Вейлану, что достойна. В конце концов, мои знания – безупречны. Даже уровень магии относительно большой, просто… специфической направленности. Мне совсем не поддавались мощные заклинания, кроме бытовых, а бытовые получались на инстинктивном уровне.

Я огляделась. Люди спешили. Здание таможни было украшено к Новому году – уже через месяц весь Райвим отметит главный праздник! Как раз к этому времени все студенты Рамании должны вернуться домой.

Я уже думаю о возвращении, хотя ещё никуда не отправилась.

Вскоре подошла магистр Террианс с документами.

– Выстраивайтесь в очередь и входите в портал по двое, – предупредила она, и я почувствовала прикосновение холодных пальцев к своей руке.

Не нужно оборачиваться, чтобы понять: меня взял за руку Инвергард. Реакция моей драконицы на прикосновения этого северянина однозначна: зрачки вновь вытянулись и, казалось, даже на висках проступила чешуя.

И сердце тоже ускорилось… А ведь оно даже не имеет отношения к драконьей магии!

– Что ты делаешь?

– Собираюсь пройти через арку. Но боюсь, что ты растворишься, поэтому хочу тебя подстраховать.

Я прищурилась. Переходы через стационарные арки действительно могли быть опасны. С другой стороны, и кареты, бывало, ломались, а люди падали с лошадей и сворачивали себе шеи. Опасность есть в любом виде транспорта, к которому в какой-то степени относятся и порталы.

Причём магу требовалось больше сосредоточенности при переходе через арку: без должной концентрации его магия могла войти в резонанс с пространством внутри перехода, а вот простым людям – совсем нечего бояться.

– Вы третьи, – кивнула на нас Террианс и обратила внимание, как меня держит северянин. Хотела что-то сказать, встретилась взглядом с Инвергардом, посмотрела на мои вытянутые зрачки… и шумно выдохнула, покачав головой. И пробормотала себе под нос: – Это не моё дело, не моё.

– А она разумная, – шепнул Инвергард, когда мы отдалились от преподавательницы.

– Тебя не пугает это? – спросила прямо, почувствовав, как щёки горят.

– Порталы? Не настолько, Пуговка, чтобы я тебя отпустил в самый критический момент. Не волнуйся, я не из пугливых.

– Я не об этом, – прошипела я сквозь зубы и взглянула на него, всё ещё не имея возможности взять драконицу под контроль. – Ты выводишь моего зверя из равновесия, Инвергард.

– Это волнение перед аркой, Пуговка. Не только моё присутствие.

Он прав. Но всё равно… как же раздражает. Что, если он мой истинный? Мне всё-таки стоит присмотреться к Вейлану?..

Нет, ни за что! Чтобы всю жизнь терпеть его издевательства? Сомневаться, почему он рядом? Этого я допустить не могу. Даже если наши нити судьбы связаны, я возьму ножницы и иголку и перешью всё! Бытовой я маг или кто?!


– Идём.

Простое слово, всего одно, но сказано с уверенностью и заботой. Неужели он решил измениться? А может, на него просто так наша академия влияла и дестабилизировала состояние? Или… действительно переживает за меня?

Мы шагнули в тёмно-серые вихри. Внутри не было ничего, только странное магическое давление. Мы шли на ощупь, ничего не видя. Каждый проходит внутри арки по-своему: кому-то может показаться, что переход занял пять минут, кому-то – полчаса, а кому-то и дольше.

И мы попали во второй вариант.


Вейлан Инвергард

Это походило на пытку, но такую, от которой я сам получал наслаждение. Держать в руке нежную ладошку Аэнрики, чувствовать её драконицу и сходить с ума от противоречий, из-за которых мы никак не можем быть вместе.

Именно поэтому ещё вчера вечером я со всей силы впечатал Йостена Эбба в стену, прижав предплечьем его горло. Это он вписал имя Аэнрики в список студентов, что отправятся в Стенфридскую академию! Даже при воспоминании об этом меня охватывает неконтролируемая злость…

– Отпусти его, Вейлан! – всполошился Эскиль, мой второй лучший друг, который стал свидетелем нашего с Йостеном конфликта. – Уверен, он сможет объяснить свою выходку…

– Очень жду объяснений! – подтвердил я, но Эбб лишь усмехался и ничего пояснять не собирался.

Йостен не имеет права так играть со мной и моими чувствами!

Все, кто считает ледяных драконов безэмоциональными, сильно ошибаются. Впрочем, о нас знают только в Стенфриде. Особая магия-клятва работает таким образом, что никто не может говорить о нас и нашей магии за пределами королевства – так устроен особый купол, поставленный более трёх тысяч лет назад.

Тогда наш клан отделился от основной ветви и тайно перебрался далеко на север из-за конфликта между драконами. С тех пор о нас никто не слышал, а позже информация забылась.

Для остальных нас не существовало. И так было лучше всего. Ведь наша магия всё равно несовместима с магией огненных драконов. И какая ирония, что именно Аэнрика не способна призывать огонь…

– Вейлан, отпусти! – вновь потребовал Эскиль, и я всё-таки отступил на шаг, а Эбб рухнул на пол и расхохотался.

– Что, тяжело, Инвергард, когда что-то идёт не по плану? Ты её так ненавидишь, но… она ведь даже не знает, не догадывается, что влечение не только с её стороны. Так забавно за вами наблюдать.

Мне хотелось прикончить Эбба. Он издевался надо мной. Плевать, что Аэнрика – пустышка. Плевать, что у неё скверный характер прабабки-гномки, который мне вопреки всему нравился. Плевать, что она ненавидит меня.

Но совсем не плевать на то, к какой семье она принадлежит. Весь этот обмен сразу пошёл не по плану. Я прибыл в Раманию, чтобы найти истинную. Оракулы указали, что она здесь. Я не хотел ехать, всё внутри меня от этого переворачивалось, но я сделал над собой усилие.

Прибыл. И каково же было моё удивление, когда выяснилось, что именно Аэнрика Раманская – моя суженая!

Я возненавидел её и себя в ту же минуту, как осознал всё. Но и быть вдали не мог. Едва видел её, дракон тянулся к ней с такой силой, что мне пришлось сделать так, чтобы она возненавидела меня, чтобы сама отталкивала, потому что я был в себе не уверен. Лёд сковывал меня каждый раз, едва она появлялась поблизости. И с каждой минутой становилось всё хуже. С каждой минутой она вызывала всё больше эмоций…

– Я никогда не женюсь на ней. – На моём лице заходили желваки. – Ты об этом знаешь. Чего ты добиваешься? Этот месяц был худшим в моей жизни, я оставался здесь только из-за принуждения его величества Торнбёрга, и вот – долгожданная свобода. Но ты решил продлить мою агонию. Почему?

– Хочу, чтобы ты страдал, разве не очевидно? – хмыкнул Эбб, глядя на меня снизу вверх. – А что, если вы привяжетесь друг к другу за эти недели и пути обратно не будет? Впрочем, кое-что радует меня даже больше: ты будешь так её ревновать, пока она будет моей ученицей. О, а я собираюсь быть ласковым учителем…

Я не выдержал. Схватил Эбба за грудки и вновь приложил о стену, на этот раз с потолка посыпалась штукатурка. Мои глаза полностью заволокло льдом.

– Этого я тебе не позволю. Я ведь так и не назвал имя своего ученика… Выбирай, Эбб. Потому что Аэнрика будет моей.

Моей ученицей. Но не истинной. Не суженой. Не женой.

Так почему сейчас, когда я иду с ней по переходу, могу думать только о её ладони в моей руке?..

## Глава 2

Переход всё не заканчивался. Я не переживала: Вейлан точно знал, куда идти, и путеводная нить вела нас вперёд. В реальном мире пройдёт две-три минуты, а вот здесь нам может показаться и больше.

– Давай заключим мир? – спросила тихо.

– Как ты себе это представляешь? – хмыкнул Вейлан. – Мы месяц не могли найти общий язык, а тут внезапно сможем нормально общаться?

– Хотя бы попробуем. Например, я могу спросить, успел ли ты осмотреть столицу? Энибург, столица Рамании, весьма… специфична.

– Мы гуляли по ней, м-м, мрачная архитектура, – попытался подобрать слова Инвергард.

– Гордость Рамании. Мой прапрапрадед любил тёмный камень и резьбу, а ещё – высокие шпили и башни, поэтому основная часть города несколько зловеща.

– Ты любишь Раманию?

Надо же, мы умеем нормально общаться!

– Люблю, но я всегда понимала, что, возможно, мне предстоит её покинуть. Долг женщины в нашем мире – следовать за мужем. У меня может быть несколько истинных, но… – Я грустно улыбнулась, – в первую очередь оракулы указывают на того, кто будет выше статусом, ведь мой брак должен учитывать и политический аспект. Разумеется, если выбора не останется, родители примут любого, но…

– Ты всегда помнишь о своём долге, – хмыкнул Инвергард, и я кивнула. – И готова переехать.

– Не совсем верные слова, – не согласилась я. – Я готова полюбить родину своего мужа, увидеть её красоты и ближе ознакомиться с бытом.

– О да, быт по твоей части, – фыркнул Инвергард, и…

Я не выдержала и стукнула его кулаком по плечу. Он рассмеялся.

– Надо же, мы уже разговариваем минут пять и ещё не убили друг друга. Прогресс! – похвалила я, и на губах Вейлана промелькнула улыбка, не привычная надменная, а даже с намёком на веселье. – Неужели к концу недели мы даже станем друзьями?

– Мы не станем друзьями, Пуговка. Мы никем друг другу не будем. Никогда.

Я поморщилась.

– Опять вернулся этот противный Инвергард… Зови почаще Вейлана, пожалуйста, – фыркнула я.

Мы немного помолчали, делая вид, что пейзаж из серых клубов дыма вокруг – это очень увлекательно!

Внезапно Вейлан сказал:

– Я не буду к тебе добр, Пуговка. Просто считаю, что несу ответственность за тебя. Иначе кто о тебе позаботится?

Его слова сильно меня задели. Он говорил так, будто никто даже не мог помыслить о том, чтобы связать свою жизнь со мной.

– Ты веришь, что мир крутится вокруг тебя, – сказала хмуро. – Но что, если всё не так? Я ведь могу всерьёз кому-то понравиться. Например, Йостену. Он часто подходил ко мне и успокаивал после стычек с тобой.

– На что ты намекаешь?

И куда меня понесло? Просто я хотела уколоть Вейлана так же сильно, как он уколол меня!

– Никогда не думал, что Йостен, наблюдая за мной со стороны, с позиции лучшего друга того, с кем я всегда конфликтовала, в итоге влюбился в меня?

Вейлан развернулся ко мне и взглянул так, словно я была душевнобольной. Будто влюбиться в меня – преступление! При этом его зрачок привычно заволокло льдом. Мне стало обидно до слёз. Неужели он действительно такого низкого мнения обо мне как о девушке? Насколько же высока его планка, что даже принцесса не считается ровней?

– Он оказывал тебе знаки внимания? – спросил северянин, и от его голоса повеяло холодом настолько, что я прижала свой камушек ближе к груди.

Рядом с таким ледяным магом мне в сердце запросто может попасть осколок зимы! У фейри, что жили в Бриоле, даже сказка была соответствующая – «Снежная владычица», – они часто рассказывали мне её в детстве. Там в сердце доброй принцессы попал осколок зимы, после чего она стала злой и перестала радоваться жизни. Тогда отважный принц отправился на поиски Снежной владычицы, чтобы узнать, как вытащить осколок из сердца подруги.

Так, не о том думаю.

– Если бы это было так, то ты последний, кому бы я рассказала об этом, – откликнулась я и пискнуть не успела, как Вейлан схватил меня за руку и потянул на себя, заставив буквально прижаться к нему.

Его глаза оказались близко, я неотрывно смотрела в этот лёд, видя своё отражение, и изумлялась, какой же силой обладает северянин. Он напоминал мне брата, вот только тот был огненным драконом с колоссальным резервом…

– Отпусти, – попросила я.

– Пообещай, что не будешь ни с кем флиртовать. И тем более не завлечёшь в свои сети кого-то из… моих друзей.

Завлеку в свои сети? Я поджала губы. Ну вот был же милый! Недолго.

Мой камень «случайно» упал вниз, прямо на ногу Инвергарда. Тот зашипел сквозь зубы, а я отстранилась, вновь взяв его за руку, ведь разделяться в арке – плохая идея.

Простонав что-то неразборчивое, Инвергард бросил на меня ненавидящий взгляд. И моя улыбка стала ещё шире.

Я уже достаточно согрелась, поэтому в камне больше не было необходимости… по крайней мере, в качестве отопительного прибора, а вот в качестве защиты – очень даже! Надо будет запатентовать изобретение и ввести моду на булыжники в дамских сумочках! А что? Таким и по лицу дать можно, если использовать ручки сумочки для хорошего разгона…

– Пуговка…

– Вейлан, – прервала его я, – ты заслужил, просто признай это. Уже несколько раз просила тебя не распускать руки и держать их при себе. А ты всё время хватаешь меня, прижимаешь и бог знает что ещё! Просто вспомни о манерах.

Он молчал, лишь недовольно поджимал губы. Я отвернулась и сразу же заметила белые всполохи выхода. Мы дошли до конца арки!

Но едва попытались выйти, я увидела, как тёмно-серый туман вокруг начал сгущаться и искрить. Сейчас рванёт!

Я даже не осознала, что произошло. Вейлан схватил меня за талию и буквально разрезал пространство портала, вытянув нас наружу. Я успела увидеть лишь ледяные узоры, и вскоре мы приземлились в зимний наст. Я упала на Вейлана и некоторое время лежала на нём, уткнувшись носом в его грудь.

Мы только что чуть не растворились в портале?! Дракс! Это огромные проблемы!

– Вы в порядке?! – К нам подскочили пограничники и протянули руки.

Я тут же воспользовалась помощью и встала, а Вейлан поднялся сам – изящно, как и следует опытному воину. Я некоторое время смотрела на него, пока пограничники проверяли арку.

– Как ты нас вытащил?

Он не ответил. Я вспомнила, как матушка рассказывала о подобном случае в их с папой молодости. Тогда его величество Максимилиан Раманский ещё не умел открывать порталы, но уже мог контролировать магию внутри стационарных – и тоже вытянул матушку, тогда ещё его невесту, из лап пустоты. Неужели Вейлан настолько силён, что способен если не открывать порталы, то как минимум иметь доступ к аркам?

Но я всегда считала, что на это способны лишь драконы…

– Мы были близко к выходу, – оправдался он, не моргнув и глазом.

Кажется, отец говорил что-то похожее…

Ладно, я достаточно тактична, чтобы не лезть в чужие тайны. Но что если теория Астрид имеет место быть? И не все драконы покинули Райвим…

– Спасибо, – откликнулась нервно. – Ты спас меня.

– Всегда пожалуйста, Пуговка, – отозвался Вейлан безразлично и прошёл мимо.

А я вновь попала в лапы пограничников, которые потребовали несколько раз описать произошедшее. С толком, с расстановкой.

Это задержало всю группу. Но я не могла уехать отсюда просто так, пока не обсужу это с отцом. Поэтому, раз всё равно находилась в комнате для допросов, пока пограничники готовили мне ромашковый чай, я прикоснулась к артефакту на груди и мысленно позвала короля Рамании.

У меня скопилось множество вопросов. И пора бы их кому-нибудь задать.

«Папа, нам нужно поговорить», – попросила я, и в этот же момент рядом приглашающе вспыхнул портал.

Личный, не стационарный, напитанный огненной магией. Отец и брат – единственные в этом мире, кто владеет портальной магией, по крайней мере, официально. И благодаря этому переходу я могла бы добраться до Стенфрида намного быстрее, но отказалась сама, ведь устала от «особенных» условий. Я хотела поступить согласно договору между академиями – ни больше ни меньше.

Король и наследник Рамании – великолепные и неповторимые! А я – ущербная пустышка, позор своей семьи. По крайней мере, многие так думали, а некоторые даже осмеливались писать в газетах. Впрочем, те газеты существовали недолго. Свобода слова – да, но не тогда, когда оскорбляют принцессу.

Нет-нет, родители и брат никогда так не говорили и искренне любили меня, хотя всем досужим сплетникам рты не заткнёшь. Я вздохнула и поднялась, чтобы шагнуть в открывшийся огненный проход. Надеюсь, меня не потеряют или я успею быстро вернуться.

Вышла в просторном кабинете его величества короля Рамании. Здесь не было ничего лишнего, даже книжные шкафы закрыты, лишь две полки со стеклянными дверцами позволяли увидеть несколько старинных книг. Светлые обои гармонировали с тёмно-зелёными ковром и обивкой мягкой мебели. Я ступила ближе, сразу заметив, что в кабинете присутствует не только отец, но и матушка.

– Рика, – улыбнулась королева и заключила меня в объятия. – Как путешествие? Ничего не случилось?

– На самом деле кое-что произошло, – смущённо произнесла я, и родители насторожились. – Ничего слишком опасного, но… Папа, скажи, а можно ли контролировать стационарный переход, не владея портальной магией?

– До этого никому не удавалось. Только мне и Данияру, – мотнул головой отец и прищурился. – С тобой в стационарной арке что-то произошло? Ты начала чувствовать портальную магию?

Я, конечно же… Да мою магию с мёртвой точки не сдвинешь!

Мама взяла меня за руки и усадила рядом с собой на диван. Казалось, время было не властно над её красотой, лишь мудрость и спокойствие в глазах выдавали её возраст.

– Дело в Инвергарде, – призналась я. – Мне показалось, что он контролирует пространство внутри арки.

– Этого не может быть, – растерянно отозвался король. – Портальной магией владеют лишь драконы.

Я сглотнула. Да, он прав, но всё же…

– Тогда мне лишь показалось.

Сама не знаю, зачем солгала, просто неожиданно захотелось сохранить тайну Вейлана даже от отца.

Что со мной? С каких пор этот северянин стал мне так важен?

Его величество не продолжил развивать тему и, подхватив со стола письмо, передал его мне.

– Аэнрика, взгляни.

Я растерялась, но раскрыла бумагу и пробежалась взглядом по строчкам. Нахмурилась.

– Не понимаю, – пробормотала растерянно, – король Стенфрида просит моей руки для своего сына? Они ведь знают, что я – драконица? И выйду замуж только за истинного!

Которым никак не может быть Инвергард. Не может!

– Вот именно, – кивнул отец. – Так что всё это заставило нас предположить, что ты обрела пару…

– Нет! – заверила я раньше, чем они озвучили то, что и так не выходило из моей головы. Ладно, пришлось произнести самой: – Инвергард – наследный принц? Но ведь королевская семья Стенфрида имеет другую фамилию – Эрленд.

Когда-то отец заставил меня выучить генеалогию не только каждого дворянского рода нашего королевства, но и самых родовитых семей всего Райвима. Для принцессы это обязательно.

Нити судьбы могут вести меня сразу к нескольким суженым, но лишь я вправе выбрать из них того, с кем свяжу свою жизнь навсегда. Истинность – не приговор, а только указание на лучшую партию, на того, кто мне идеально подходит. А вот окончательный выбор за человеческой натурой.

И если Вейлан действительно мой истинный… я собиралась проигнорировать этот факт! Встречу другого. Того, кто мне понравится. Того, от которого моё сердце будет трепетать. Но никак не этого заносчивого северянина!

– В Стенфриде существует занятная традиция. Мы мало интересовались этой небольшой, но богатой северной страной, однако после получения письма пришлось навести справки. Видишь ли, после рождения наследника отбирают ещё шесть мальчиков из знатных родов, родившихся примерно в то же время. С этого момента все семеро воспитываются одинаково. А в восемнадцать им сообщают, кто из них кронпринц. Остальные вольны выбирать будущее, но с ограничением: выбранная профессия должна быть связана с государственными структурами, чтобы всегда оставаться подле принца.

– Чтобы среди приближённых к наследнику всегда были люди, на которых можно положиться, – догадалась я, и отец кивнул.

– Многие недооценивают помощь тех, кто стоит за спиной, но для правителя это важно. Все шестеро получают огромную власть и влияние на решения принца, а в последующем – короля. Но личность последнего засекречена. Остальные узнают о том, кто из них кронпринц, только после его помолвки или женитьбы. Говорят, событие планируется на последний день зимы, будет грандиозный бал. Судя по всему, они хотят за месяц найти суженую наследника.

Интересно…

– То есть до коронации каждый из них – фактически наследник? – изумилась я.

– Да, – хмыкнул отец. – Так что не обязательно, что его величество просит твоей руки именно для кронпринца, по их традициям все семеро – его сыновья.

– И за кого мне тогда замуж выходить? – едко уточнила я.

– За истинного, – подсказал король с улыбкой.

Я фыркнула. История меня заинтересовала. Мне хотелось вычислить, кто же из семерых настоящий кронпринц…

– Но ты едешь в академию Стенфрида не в качестве невесты, – заметила мама. – Просто ради знаний, ты меня поняла? Даже не думай так быстро отвечать Инвергарду согласием, даже если он твой истинный. Он не будет это ценить!

– Дорогая, – заметил отец с лёгким шипением, – может, они сами разберутся?

Они с минуту мерились взглядами, словно вспоминая молодость, а затем матушка пожала плечами.

– В любом случае обучение в Стенфриде станет настоящим приключением!

Знает, куда бить, – в мой авантюризм. Это у меня от мамы.

– Я подумала так же, – улыбнулась я, и мама рассмеялась, обняв меня и поцеловав в щёку.

– Ты даже не представляешь, как это прекрасно – знать, что ты продолжаешься в детях, – произнесла она задумчиво и погладила меня по волосам. – Помни, что мы всегда на твоей стороне.

– А если… кто-то из северян, – я специально не стала называть имя Вейлана, чтобы не волновать родителей, – действительно окажется моим истинным и моя драконица успеет к нему привязаться? Мне ведь тогда ничего не останется, кроме как обручиться с ним!

И почему сердце трепыхнулось, едва я подумала о нашей с Вейланом помолвке? Какая глупость!

– Ну почему же, ты всегда сможешь переключить внимание своей драконицы на другого истинного, – парировал отец. – Оракулы подберут тебе пару. Укажут, где именно искать.

– Мне всего двадцать. Не хочу замуж, – я поморщилась.

– Аэнрика, эти северяне сделали что-то предосудительное? – настороженно спросила мама.

Я стушевалась. На самом деле, чтобы прям подлое или бесчестное – никогда. Наоборот, Вейлан иногда защищал от падений, особенно в заповеднике во время наших отработок, хотя после нарочито грубо отталкивал меня. И сегодня – тоже…

Едва предалась воспоминаниям, почувствовала, как сердце ускоряет свой бег. Мы были близко. Непозволительно. Преступно. И ещё более преступно думать о том, что мне это даже понравилось.

– Йостен Эбб вроде неплохой парень, а Вейлан Инвергард вечно насмехается надо мной, – выдавила я. – И зовёт меня знаете как? Пуговка! Потому что, видите ли, я только и умею, что пуговки пришивать, владея всего лишь бытовой магией.

– И что ты на это ответила? – уточнила матушка с улыбкой.

Я коварно улыбнулась.

– Расстегнула все его пуговицы. Прилюдно. Он использовал магию льда, чтобы удержать всё на себе, но зрелище было незабываемым, – я рассмеялась. – Он так перепугался…

– Аэнрика, какой же ты ребёнок, – вздохнул отец. – Пожалуйста, будь осторожна в Стенфриде. Если почувствуешь опасность – сразу говори, я или брат заберём тебя.

План был прост как эльфийские часы! Что могло пойти не так?

Отец открыл мне обратный портал, я вышла всё в той же комнате, только под изумлёнными взглядами пограничников и взбешённым – Инвергарда.

## Глава 3

Невинно улыбнулась и сделала книксен.

– Ты не могла предупредить?! – рыкнул Вейлан. – Я чуть с ума не сошёл, когда тебя здесь не оказалось!

– Скорее он чуть не убил нас, – буркнул один из пограничников.

Я бы могла предположить, что Вейлан сразу ощутил моё отсутствие, если бы мы были связанными истинными, а он – драконом… но ведь это не так, да?

– Извини, решала неотложные задачи.

Например, узнавала о странном наследовании в Стенфриде. Вейлан вздохнул и взял меня за руку.

– Идём, нужно выдвигаться.

Ничего против этого я не имела. Когда мы вышли к каретам, я засомневалась.

– Я найду другого соседа. В прошлом уже случались прецеденты из-за нашей вражды, поэтому, если мы будем ехать вместе, я всерьёз опасаюсь за безопасность остальных.

И за то, что моя драконица к нему привяжется, если мы действительно истинные.

– Обещаю, буду паинькой, – хмыкнул он и так улыбнулся, что…

Не поверила ему ни на секунду! Сделала шаг назад, но Инвергарду было плевать на моё сопротивление. Он легко подхватил меня на руки, словно я ничего не весила, и посадил в карету.

Странно, но, оказавшись наедине с Инвергардом, я не почувствовала… неудобства. Мне было комфортно. И тепло, что немаловажно. Я никогда не любила холод!

Мы встретились взглядами. Карета тронулась. На этот раз мы молчали. Нам предстояло проехать это королевство насквозь, чтобы добраться до следующей арки, лишь с одним перерывом на обед.

Но долго в тишине я не выдержала, ведь меня мучили вопросы.

– У меня есть предложение, чем заняться во время нашего путешествия: ролевые игры.

– Неужели? – он вскинул бровь, оглядев меня так, что… мне стало жарко.

И почему в его присутствии я вспыхиваю, будто искорка? Мне нужно как-то научиться контролировать свои эмоции в присутствии Инвергарда. Пока все попытки были безуспешны.

– Я буду следователем, а ты – подсудимым, – тут же воодушевлённо отозвалась я. – И мой первый вопрос… Вейлан, ты – кто-то вроде принца?

Он поморщился, но в итоге кивнул. Надо же, мне нравится эта игра! И он не возражает. Но я удивлена, что узнаю о подобном только сейчас. В академической библиотеке было слишком мало информации о Стенфриде, а в королевской я и не думала смотреть: не хотела вызвать лишних подозрений.

– Спасибо за честность. Но наследником станет лишь один из вас, верно? Кто это? Йостен Эбб?

– Какие подробности ты узнала, – хмыкнул Инвергард. – Не могу сказать, кто из нас, до официального объявления. Но если ты продержишься в академии чуть дольше, то сможешь присутствовать на объявлении. Новогодний бал – традиционное время обновления и… объявления наследника.

Всего через месяц!

– Посмотрим, – сдержанно сказала, надеясь, что он не заметил излишнего интереса. – Хотя меня волнует не личность, а кое-что другое. Моему отцу пришло предложение о… – Я вздохнула и прикусила губу, не хотелось открывать все карты сейчас, но, с другой стороны, – мне нужна информация. – О помолвке.

– О помолвке? – не понял Инвергард.

Не каждый день увидишь растерянность на этом холодном лице.

– Король Стенфрида от имени своего сына посватался ко мне. Будто он никогда не слышал о драконах и наших особенностях. Мы выходим замуж и женимся только на истинных.

На лице парня заходили желваки. Если бы не знала о его отношении ко мне, подумала бы, что он ревнует. Но этого просто не может быть!

– Я… не знал об этом, – пояснил он. – Думаю, это сообщение – просто формальность. Скорее всего, подобные письма рассылались всем принцессам подходящего возраста. Не бери в голову.

Что ж, легко в это поверить. Секретарь короля случайно мог внести меня в список, а после монарх не глядя поставил свою печать.

– Хорошо, а то я уже настроила теорий заговора, как Астрид. Решила, что Эбб – принц, поэтому и хотел забрать меня с собой. Однако то, что он позволил тебе ехать со мной в одной карете, меня смутило. С чего бы Эббу соглашаться с такой рокировкой, будь он выше тебя по статусу?

– Мы равны по статусу… до объявления наследника, – откликнулся Вейлан.

И этот ответ я приняла, решив, что с играми и разговорами пора заканчивать.

Второй и третий переход за день прошли спокойно и без эксцессов. На ночлег мы остановились в трактире в небольшом королевстве Торшмар. Здесь было заметно холоднее, ледяной ветер проникал сквозь одежду. Казалось, только северянам холод нипочём, но все раманцы заметно ёжились. А ведь Рамания находится даже не на юге материка, мы не понаслышке знаем о зимах, но здесь… здесь всё же знают лучше.

Мы разместились в одной комнате с Серафией. Перед тем как я отправилась в ванную, сокурсница меня остановила, преградив дорогу.

– Аэнрика, утоли моё любопытство, что у вас за отношения с Вейланом Инвергардом?

– Я обязана отчитываться? – спросила недоумённо.

– Просто хочу тебя предупредить, чтобы ты не совершила ошибку и не выглядела смешно.

На самом деле быть принцессой – не то же самое, что быть невестой наследника. Когда ты невеста наследника, все знают, что ты останешься здесь и будешь управлять всеми, поэтому хотят набиться в друзья. Но когда ты принцесса, люди понимают, что вскоре ты выйдешь замуж и уедешь навсегда.

Это хорошо. Меньше лести.

– С чего столько заботы, Серафия? Мы с тобой раньше не общались, а сегодня утром ты мне внезапно помогла.

– Возможно, считаю, что мой долг – позаботиться о тебе, – пояснила девушка. – Йостен рассказал, что у Инвергарда в академии осталась девушка. Просто предупреждаю тебя.

Сердце пропустило удар.

– Рада за него, – откликнулась я. – Надеюсь, тебя этот факт не расстроил? Я видела, что ты старалась держаться поближе к нему на сцене.

– Но теперь я отчётливо вижу, что у меня нет шансов, – хмыкнула она.

– Из-за меня? – догадалась я. – И отношения Инвергарда ко мне? Если всё так, то зачем ты мне рассказываешь о другой девушке?

– Просто предупреждаю, – прошипела она сквозь зубы.

Не моё дело, какие отношения есть у Инвергарда. Но благими намерениями чаще всего выстлана дорога в бездну. Особенно такими, которые пересекали личные границы другого человека.

Я взяла вещи и отправилась в ванную – к сожалению, она была единственной на этаже. Пока шла, в голову лезли картинки из любовных романов. Например, как замок в ванной ломается и в момент, когда героиня обнажена, вламывается главный герой. Осматривает её томным взглядом, и у них завязывается перепалка.

Откуда я взяла эти любовные романы? Астрид, моя соседка, помимо прочего, входит в Клуб любителей драконов, а они там очень любят подобные романы. К слову, жена моего брата пять лет назад тоже состояла в этом клубе! Правда, потом сбежала из него, но главное – именно она нашла сундук бывшего библиотекаря, набитый любовными романами, которые теперь читает вся академия! За это ей даже хотели поставить неофициальный памятник, но не решили, где: в оранжерее, где он зарастёт, или на кладбище, где никто не будет против? В итоге всё-таки передумали.

Приняв ванну, я оделась. Ещё раз посмотрела на совершенно крепкий замок и усмехнулась: не быть мне героиней любовного романа. Улыбнувшись, я спокойно вышла, но тут же сбила с ног какую-то девушку. Мы вместе упали.

– Прошу прощения, – пробормотала я.

Где же я её видела?.. Вспомнила! Миловидная подавальщица в таверне внизу. Я ещё слышала, как она переговаривалась с подружкой, хихикая, что сегодня хочет подняться в комнату господина, – и её взгляд упал точно на Инвергарда. Я это запомнила просто так, между делом…

Окинула её изумлённым взглядом. Судя по коротенькому халату, она уже сейчас на пути осуществления своих планов… Дракс! И почему меня это так злит?!

Она поднялась первая, нарочито близко от меня, наступив каблуком на подол моей туники. Я дёрнулась от неожиданности, и невесомая ткань затрещала.

– Ой как неловко… прошу прощения! – пробормотала она ласково, окинув меня при этом неприязненным взглядом. – Не ушиблись?

Я сжала зубы от злости. Плевать на ткань – я её магией за секунду восстановлю, но поведение подавальщицы взбесило!

Я резко вскочила и хотела напомнить нахалке о манерах, когда заметила у неё в руках небольшой цветок, который в народе называли «приступ страсти». Он в прямом смысле заставлял мужчину сходить с ума от яркого желания, правда, первые пять минут, потом действие пропадало. Цветок считался относительно безопасным, ведь за пять минут никто не управится. Так на что рассчитывает эта девушка? Судя по всему на то, что дальше Инвергард захочет продолжить уже по собственной воле, а она оставит себе плод их совместной ночи, а затем потребует компенсацию… Я слышала такие дикие истории из академических сплетен!

Сердце кольнула тревога. Я уговаривала себя, что переживала бы за любого студента, которого решили приворожить, но…

– Дракс, – ругнулась я и поморщилась.

Девушка уже спешила к двери комнаты Инвергарда. Что придумать? Взгляд упал на подоконник, затем на пол и…

Я начертила в воздухе заклинание. Пыль вокруг завихрилась, закружилась и… рванула к ничего не подозревающей девице. Я прикусила губу, чтобы не рассмеяться, заметив, как пыль скопилась вокруг подавальщицы, а потом…

– Апчхи! – Она инстинктивно поднесла руку с цветком к носу и… – Апчхи!

И вдохнула запах. Цветок мгновенно превратился в пепел, а хитрая девушка ещё раз чихнула и выпрямилась, затуманенным взором смотря на дверь комнаты Инвергарда. В этот момент я услышала скрип, и из комнаты напротив вышел один из северян. Кажется, его звали Рори Этрис, и мне он казался самым спокойным и безобидным из всей семёрки ледяных магов.

– Что здесь… – договорить он не успел.

Подавальщица резко обернулась к нему и бросилась на шею, да сразу с поцелуями. Я хихикнула в кулачок. Рори кинул на меня недоумённый взгляд и…

– У тебя ведь есть противоядие от “приступа страсти”? – уточнила у него.

Подавальщица не слышала меня, продолжая целовать парня. Рори попытался мне кивнуть, хотя получилось у него неважно, а после подхватил девушку на руки и внёс в комнату. Дверь за ними захлопнулась.

Теперь моя совесть чиста! И Инвергарда спасла, и девушке, что решила приворожить его магией, преподала урок. Хотя что, если после того, как Рори даст ей противоядие, она опять помчится к Инвергарду? Что ж, но на этот раз у них хотя бы всё будет по обоюдному согласию.

Я развернулась и услышала аплодисменты, а потом увидела и того, кто оказался зрителем.

Вот скажите мне, как должна себя чувствовать спасительница? Явно не так, как я сейчас: смущённой и пристыжённой. Инвергард прекратил аплодировать и теперь с улыбкой смотрел на меня.

– Недурно для студентки бытового факультета. Хитро придумано с пылью, – хмыкнул он.

– Я только что спасла тебя!

– Думаешь, на меня бы подействовал этот цветок? – процедил он и склонил голову набок.

Дракс! Я ведь должна была подумать, что у него наверняка стоит магическая защита, не говоря уже о различных амулетах. Я понимала, что он не просто маг, а приближённый к короне, если не сам наследник.

– Думаешь, я ради тебя старалась? – фыркнула я. – Я просто не люблю тех, кто использует грязные методы. Или я прервала какую-то вашу особую игру? Тогда извини. Я могу попросить Рори вернуть её тебе. Даже могу помочь с пуговицами, как в прошлый раз, чтобы вы не теряли время.

Инвергард смотрел на меня пристально, прислонившись плечом к стене. Я вновь отметила, что он красив. Не только лицо, но и фигура: мощные плечи и сильные руки, узкие бёдра. Сейчас его тёмно-синяя рубашка была расстёгнута, и я могла увидеть привычные амулеты.

– Я зачаровал пуговицы на своей одежде так, чтобы их больше не коснулась твоя магия.

Нехило! Даже гордость берёт, что заставила его так постараться.

– Сколько сложных действий для нейтрализации какой-то бытовой магии, – многозначительно улыбнулась я.

– Так ты же лучшая на курсе.

Вот вроде хвалит, но звучит насмешливо-надменно. Инвергард отклеился от стены и, сложив руки на груди, подошел. Молча! Всё самой, всё самой.

– Что ты вообще делаешь возле моей комнаты?

– Жду тебя. И несколько переживаю, как мы будем учиться вместе? Пуговка, мы с тобой в огромной Раманской академии разойтись не можем, а Ледяная академия всё же меньше.

– Мы с тобой не можем разойтись, потому что ты преследуешь меня. Даже здесь меня дожидался. Или прятался от неё? – я кивнула в сторону закрытой двери комнаты Рори.

– А ты ревнуешь? – внезапно спросил он и плавно подался вперёд, так близко, что наши губы разделяли сантиметров десять. У меня вновь сбилось дыхание, а зрачки невольно вытянулись. Да что стало с моей драконицей?! Вейлан широко, издевательски улыбнулся. – Теряешь контроль?

– Теряю. Так треснуть тебя хочется, невыносимо просто. Руки чешутся.

– Да-да, про последнего мужчину в Райвиме я уже слышал, – хмыкнул он. – Как слышал и то, что драконицы теряют контроль в присутствии своих истинных.

Щёки порозовели. Уверена, уши тоже. А учитывая бледную кожу и от природы огненные волосы, я стояла красная вся. Как же завидую брату и отцу: в то время, когда они встретили истинных, никто о существовании драконов не знал. Но всё изменилось пять лет назад. Раманским, моей семье и всему клану, что жил на территории Рамании, пришлось открыться.

С тех пор всё иначе. Но главное – теперь весь Райвим знал о моей сущности. И знали, что я выйду замуж только за истинного.

– Мы теряем контроль, когда нас обуревают сильные эмоции, – не солгала ни словом. – Ты теперь осознаёшь, насколько меня бесишь?

Вейлан улыбнулся. И придвинулся так внезапно, сокращая эти несчастные десять сантиметров расстояния, что мне пришлось положить руку ему на грудь, останавливая. Его сердце под моей ладонью колотилось неожиданно быстро, и я испугалась ещё больше. Особенно когда его губы оказались напротив моих.

– Ты меня бесишь не меньше, Пуговка, а может, и больше, – выдохнул он и опустил взор на мои губы. – Но давай оставим наши препирательства до академии? Я по делу.

Он резко отстранился. Я поняла, что всё это время забывала дышать, поэтому сейчас сделала глубокий вдох. Боги, прошу, дайте мне сил и терпения на ближайшие недели!

Вейлан извлёк из кармана две золотые квадратные заколки, похожие на зажимы, с неизвестными письменами на них. Я бросила на него изумлённый взгляд.

– Защитных артефактов в моей семье достаточно.

Он вздохнул и… подхватил сначала одну мою прядь, защёлкнув на ней заколку, а затем потянулся за второй. Но дальнейшие его действия я пресекла, возмущённо посмотрев на северянина.


– Нужно пояснять? В Стенфриде есть тайна, которую хранят очень многие. Возможно, ты её так и не узнаешь. А может и нет. И тогда поймёшь, зачем заколки. Сейчас же скажу, что для твоей безопасности. Ты – огненная драконица…

– Во мне нет огня, – поспешно заверила я, чувствуя, как румянец тронул щёки.

Зачем он мне помогает? Почему сейчас выглядит так, словно и не было четырёх недель вражды? Какая-то уловка? Игра? От Вейлана Инвергарда можно ждать чего угодно!

– Надеюсь, – кивнул он, – но если есть, то ледяная магия в Стенфриде может его погасить. Принцесса, тебе в любом случае сложно будет оборачиваться. Эти заколки станут защитой от давления ледяной магии.

– Её фон настолько мощный в Стенфриде?

– Ты даже себе не представляешь, насколько. Боюсь, что даже твой отец или брат вряд ли откроют туда портал, – откликнулся он совершенно серьёзно.

– То есть… я там могу оказаться в ловушке? – спросила со смесью страха и… ликования.

Я вдруг почувствовала, что наконец-то стану свободной. На самом деле я всегда была оберегаема, с самого детства. Рядом сильные мужчины, способные защитить от любой напасти. А мне хотелось как маме – всё время куда-то мчаться, что-то решать, действовать!

И я вдруг подумала, что небольшие шалости вдали от вездесущей родни пойдут мне на пользу.

– Ты рада? – изумился Вейлан. – Ты самая сумасбродная принцесса, которую я знаю.

– Северяне живут закрыто и, насколько я знаю, никуда не выбираются и чужаков не пускают. Так много ли принцесс ты встречал?

Вейлан закатил глаза. А у меня остались ещё вопросы.

– Серафия Тарок – огненный маг, одна из сильнейших. Почему вы взяли её? Или ей тоже выделили украшения?

Инвергард был расслабленным. Я внезапно отметила это, потому что он редко бывал таким. Обычно он щурил глаза, морщился и рычал… В общем, я в нём вызывала далеко не простые эмоции! А сейчас искренне радовалась его спокойствию. Неужели океан его чувств утих? Может, мы даже сможем провести этот месяц в академии совершенно спокойно?

Вейлан ответил:

– Огненная магия Тарок – не её суть, а просто направление. Твой же случай иной. Ты сама – воплощение своей стихии, и твоя золотая драконица – именно пламя, а не его отражение. Поэтому я и сказал, что могут возникнуть проблемы. Не обязательно, но… лучше не рисковать.

– Понятно, – вздохнула я.

– Всегда пожалуйста, – хмыкнул он.

– Я только хотела поблагодарить. Ещё не успела. Не тебе учить меня манерам, северянин.

Мы застыли, смотря друг на друга… Я не могла понять, как именно. Странно. Будто два соперника, что пробежали полмира, вдруг остановились и посмотрели друг на друга. И не узнали.

– Ждёшь благодарности за нейтрализацию цветка?

– Было бы неплохо.

– Было бы неплохо увидеть его у тебя в руке… возможно, я бы даже поддался, – хмыкнул Вейлан и, обойдя меня, зашагал по коридору в сторону своей комнаты.

А я так и осталась стоять с бешено колотящимся сердцем и приоткрытым ртом. Он ведь сейчас не серьёзно? Да он дразнится! Выводит из себя мою драконицу! А ей много и не надо – вот уже зрачки вытянутые…

Покачав головой, я заторопилась в комнату.

## Глава 4

А на следующий день, ближе к вечеру, мы прибыли в академию.

Здание Стенфридской академии встречало нас вьюгой – она действительно клубилась над двумя высокими башнями. Мы сразу переглянулись, обратив внимание на это чудо, и вопросительно посмотрели на северян.

– Это излишки магии, – пояснил Эскиль, – студенты много колдуют, не всегда удачно, магия впитывается в стены, а потом сбрасывается вот таким способом.

– Необычно, – заключила Серафия.

Сегодня я ехала в карете вместе с ней. К вечеру мы добрались до столицы Стенфрида – Ёринхейма. Она отличалась от Энибурга: архитектура была иная, светлая и утончённая, а сами здания построены словно изо льда. Как нам успел объяснить Эскиль во время остановки на обед в трактире, это особое покрытие, этакое дизайнерское новшество.

Ещё когда мы пересекли границу, я сразу почувствовала странное давление, которое слегка ослабевало, когда я дотрагивалась до заколок. Неужели Вейлан был прав? Судя по всему, моей драконице здесь не нравилось.

К Ледяной семёрке со всех сторон подходили студенты Стенфрида – друзья, знакомые. Их приветствовали, обменивались улыбками, между тем поглядывая на нас. И вскоре все стенфридцы разошлись, оставив нас, семерых раманцев, перед академией одних. Преподаватели, магистр Террианс и магистр Каунт, ушли в административное крыло, попросив нас подождать здесь.

– Хоть бы в холл пригласили, – буркнула Серафия.

Огненные маги, в отличие от драконов, не использовали огонь напрямую, например для того, чтобы согреться. Они разводили для этого костер или… Я подхватила с брусчатки камень и протянула сокурснице. Она тут же воздействовала на него пламенем, а я стабилизировала заклинание. Так Серафия могла согреться, а я использовала свой прежний – который забрала из кареты.

– Спасибо.

Она лишь приподняла уголки губ, но в глубине глаз начал топиться лёд. Если бы я знала, что путь к её сердцу столь короткий, то закидала бы её горячими камнями!

М-да, звучит странно.

– Студенты Раманской академии! – услышали мы голос и теперь воззрились на незнакомого короткостриженого светловолосого мужчину – ещё молодого, немногим старше нас. Он спустился по лестнице. – Доброго всем дня! Я – комендант общежития, Тайлер Нокс. Ко мне можете обращаться за всем необходимым для проживания. Вам выделили три комнаты на верхних этажах, прошу следовать за мной.

– А чемоданы? – спросила Серафия.

Нокс оглянулся на неё и… окинул каким-то странным взглядом, перевёл взор на чемоданы, выгруженные из карет, и… выпустил магию. Чемоданы поднялись в воздух и поплыли в сторону общежития. Я же немало удивилась. Если здесь даже комендант общежития владеет магией, то что скажешь об остальных?

– С-спасибо, – с запинкой отозвалась Серафия, и мы переглянулись.

– Ах да, ещё листы маршрутизации, – вспомнил Тайлер и вновь магией раздал нам по небольшому буклету – они буквально подлетели к нам по воздуху. Обычно так делали преподаватели, магистры высшей магии, а не коменданты… – Ознакомьтесь по дороге и задайте необходимые вопросы.

По дороге? Да тут под ноги нужно смотреть – зима, снег и возможен гололёд!

Мы гуськом поспешили за Тайлером в сторону общежития. К счастью, гололёд из-за магического заклинания сцепки на дорожках не был страшен, и я смогла ознакомиться с буклетом, где нашла расписание, карту академии, имена преподавателей и… моего куратора.

Вейлан Инвергард. Целых четыре недели бок о бок…

Общежитие было четырёхэтажным. Каждый этаж делился на мужскую и женскую половину, как у нас. Тайлер указал на наши комнаты, но перед этим остановился и взглянул более чем серьёзно.

– И пара правил. Заходить в Западную часть академии – строго запрещено, там проходят лекции и занятия у особых студентов, к которым относятся и ваши кураторы. Там будет мерцающая завеса, пройти вы не сможете, но на всякий случай предупреждаю. Выходить в город – строго запрещено, вы можете передвигаться по парку. В программе у вас две загородных экскурсии по магическим местам – в Хрустальные пещеры и на Вечные ледники. Если возникнут вопросы, обращайтесь ко мне или к кураторам. Ужин – в столовой на первом этаже общежития, там же будут проходить обеды и завтраки. Доброго дня!

Тайлер поспешно попрощался, вопросов у нас пока было множество, но стоило их сначала упорядочить. Потом заселиться и поужинать. Мы с Серафией вновь делили комнату. Довольно уютную, в светло-бежевых тонах, с двумя кроватями и удобным зонированием, а главное – с собственной небольшой ванной.

– Я ожидала более тёплого приёма, – поморщилась Серафия.

– Как хорошо, что я вообще ничего не ожидала, – пробормотала я и ещё раз взглянула на имя Вейлана Инвергарда в листе маршрутизации.

Этот северянин явно что-то задумал!

– Давай переоденемся и спустимся на ужин, – предложила Серафия, и мне нечем было возразить.

План отличный! Слова Инвергарда о моей одежде плотно засели в голове. Мне не хотелось меняться ему в угоду, но, во-первых, в Стенфриде было заметно холоднее даже в зданиях, а во-вторых, я хотела удивить несносного северянина. Поэтому выбрала светло-серое платье в пол, сверху накинула пелерину и надела сапожки на небольшом каблучке. Волосы распустила и завила, а потом помогла и Серафии – бытовая магия мне почти ничего не стоила, она была моей сутью.

– Спасибо, – улыбнулась сокурсница, мы вышли из комнаты и спустились на первый этаж.

Столовая сразу же встретила гомоном голосов. Я привстала на цыпочки, чтобы высмотреть в толпе Инвергарда, но с моим ростом даже этого было недостаточно. Мы огляделись в поисках раздачи, но и её не нашли, а затем заметили какие-то странные механизмы в серединах столов и, наконец, крошечные снежные шарики с ручками, перекатывающиеся по столешнице и убегающие обратно в открытый механизм. Именно они выставляли студентам еду.

– Вот это магический прогресс, – пробормотала Серафия.

Мы заняли столик (хотя скорее просто стол: они здесь были огромными и уместиться запросто могли человек десять) и увидели перед собой бумажные меню и карандаши. Быстро отметив блюда, опустили заказы в специальную урну, и они тут же исчезли.

– Кто это такие, интересно? – задумчиво спросила Серафия, наблюдая за белым снежком за соседним столом.

– Нам больше интересно, кто вы такие, что заняли наше место, – раздался позади голос.

Я застыла. Медленно обернулась и смерила взглядом говорившую. Красивая, с тёмными, почти смоляными волосами, пухлыми губами и чуть вздёрнутым носиком. За её спиной стояли две близняшки – обе светловолосые, похожие на коренных стенфридцев. Я поднялась и сложила руки на груди, внимательно осмотрев столешницу.

– Здесь не написано ваше имя. Вы его выкупили?

– Все знают, что здесь сидим мы. Или… вы новенькие? Хотя подождите, – она прищурилась и окинула меня неприязненным взглядом, – ты – Аэнрика Раманская?

– Рада познакомиться, – я даже сделала книксен. – Но была бы благодарна, если бы и вы назвали своё имя.

– Ловиса, что ты делаешь? – справа к нам подошёл Эскиль. – Не трогай её.

– Да кто её трогает? – брюнетка фыркнула. – Говорят, принцесса Рамании – позор своей семьи и пустышка. О такую только руки марать. Но совет я всё-таки дам. – Она придвинулась ближе. – Никогда не претендуй на то, что принадлежит мне. Я – собственница.

– Здесь хватит места и вам. И повторюсь – стол не подписан.

Девушка ничего не ответила, лишь бросила взгляд на Эскиля и… села рядом. Северянин, кстати, тоже. Неужели это стол, за которым обычно сидит Ледяная семёрка и эти три леди? А если…

Я бросила взгляд на Ловису. Серафия наклонилась ко мне.

– Судя по всему, это Ловиса Лейф, та самая девушка Инвергарда.

Вот, значит, что она имела в виду, предупреждая меня о своём чувстве собственности.

– Не обращай на неё внимания, – с другой стороны ко мне наклонился Эскиль, – она сегодня не в духе.

– А она бывает когда-нибудь в духе? – с неподдельным интересом уточнила я, но Эскиль принял мой вопрос за шутку и рассмеялся. – Ясно, значит, не бывает.

Парень подмигнул. Я ожидала, что придёт и Инвергард, но ни его, ни Йостена Эбба не было, что даже к лучшему: мест за столом больше не оказалось, все десять были заняты. Придётся перенести разговор с Вейланом о кураторстве на завтра.

Вскоре «шарики» принесли нам заказанный ужин. Студенты звали их шуршунчиками, потому что они «шуршат по хозяйству». Это стабилизированные сгустки магической энергии – недавняя магическая инновация, пока ещё не проданная за границу.

– Как вам в академии, ваше высочество? – неожиданно почти ласково спросила Ловиса. – Всё нравится?

– Необычно, – откликнулась я, не желая продолжать разговор с не слишком приятной для меня личностью, но и грубить не хотелось.

– Да! И кто бы мог подумать, что всего этого ты бы не увидела, если бы Йостен не решил взять тебя с собой, чтобы досадить Вейлану.

– Извини?.. – недоумённо уточнила я.

– Ловиса, – прошипел Эскиль, будто она выдала какую-то тайну.

А ведь так и было…

– Не думала же ты, что Вейлан захотел бы забрать тебя с собой? Ты для него ничто. Йостен пожалел влюблённую дурочку и оказал ей услугу, – Ловиса рассмеялась. – Да, нас не было в Раманской академии, но нам обо всём рассказывали.

Эскиль побледнел, будто осознал, что доверился не той. Я же сжала кулаки. Почему так больно и неприятно? Вот из-за чего злился Инвергард! Он не собирался брать меня с собой. Во всём виноват Йостен. Я попала в какую-то странную игру между двумя друзьями.

И почему мне так больно от этого? Чувствую себя наивной дурочкой.

– М-м, такие вкусные пирожные сегодня! – улыбнулась девушка и отправила в рот ложечку медового десерта.

У меня же пропал аппетит.

Ловиса больше не пыталась со мной заговорить, лишь смеялась и улыбалась, принимая комплименты от Ледяной семёрки, ныне – пятёрки. Она была действительно красива и даже обаятельна, но взгляды, которые она на меня бросала, пробирали до костей.

Закончив с ужином, я первая вернулась в комнату. Серафия захотела ещё остаться, а вот я так устала, что, написав магическое письмо отцу, что со мной всё хорошо – ментально не смогла с ним связаться из-за купола над королевством, – отправилась спать.

– Инвергард, – прошипела я, сжимая кулачки, – ты ещё поплатишься за это! Я выставлена настоящей дурой!

Заснуть долго не удавалось. Я всё обдумывала наши с Вейланом отношения, а когда провалилась в сон – почувствовала, как мне на голову словно падает что-то тяжёлое. Я даже вскрикнуть не успела – мгновенно потеряла сознание.


Вейлан Инвергард

Меня вызвали во дворец по не самому радостному поводу: на короля было совершено тринадцатое покушение за последние четыре года. У королевской династии появился враг. Будто бы родового проклятия недостаточно…

На самом деле принцев семь не только потому, что это традиция. Семь веков назад на королевский род было наложено проклятие: наследник не доживал до восемнадцати лет. К счастью, разобрались быстро и род прерваться не успел, зато теперь наследнику при рождении не давали фамилию рода, а прятали его в приёмной семье. Но воспитывать нужно было как наследника, поэтому изобрели такой способ: выбирать ещё шестерых мальчиков, рождённых примерно в то же время, и всех нарекать наследниками. До восемнадцатилетия.

Таким образом, семь мальчиков живут на два дома: во дворце, познавая науки, и в поместьях своих родителей.

Наследник не знает, кто его настоящие мать и отец, и все семеро привязываются к королю и королеве, как к родным.

Следы последнего покушения канули в небытие, как и предыдущих. Кто стоял за ними – выяснить так и не удалось. Поэтому я ни с чем вернулся в общежитие, даже пропустил ужин. Интересно, как там Аэнрика? Я просил Эскиля присмотреть за ней, но вдруг девчонка успела что-то вытворить?

– И где ты был? – первым задал вопрос Йостен, но я лишь развёл руками.

– Семейные дела.

– Семейные… или королевские? Скоро объявят имя наследника. – продолжил Эбб. – Наверняка одному из нас уже сообщили, кто настоящий кронпринц, не так ли?

Он посмотрел в упор на меня.

Нам ещё не объявляли, хотя должны были ещё четыре года назад. Всё из-за покушений на нынешнего короля. Личность наследника хранилась в тайне, даже среди нашего круга…

Традиция древняя, имеющая два преимущества, помимо избегания проклятия. Первое: наследник обзаводится шестью верными соратниками, которые за ним пойдут и в огонь, и в воду, ведь росли они вместе, в абсолютно равных условиях. Второе: сам наследник живёт не в изоляции, а в обществе, благодаря чему лучше понимает свои нужды и свой народ.

– Думаю, да, – кивнул Эскиль. – Но я ему не завидую. Узнать, что родители, которых ты считал родными, не твои, а твои – это король и королева… Я, конечно, успел привязаться к королевской чете, но всё-таки не хотел бы считать своих родителей чужими.

– А на тебя бы никто и не подумал, что ты принц, – хмыкнул Йостен. – Добряк, без личного мнения…

– Достаточно, – оборвал я их. – Йостен, ты перегибаешь палку. Давайте успокоимся? Мы все на взводе из-за череды покушений. Никто из нас не хочет отказываться от выбранной судьбы.

Эскиль вздохнул. Да, мы уже успели выбрать свои профессии, построить планы на жизнь… а наследнику придётся их кардинально менять. Впрочем, остальные шестеро так или иначе поступят на госслужбу, но на разные направления.

– По-моему, тут уже всё очевидно, – поморщился Йостен. – И твой выбор принцессы…

– Мой выбор? А я думал, это был твой выбор, – хмыкнул я.

За это я до сих пор был зол на него. Ещё и известие, что король просил её руки… Как сообщить ему о моём отказе на ней жениться? И как отстоять своё право? Ведь моя помолвка уже назначена на последний день зимы – назад пути нет. Меня либо попросят найти другую девушку в кратчайшие сроки, либо…

Принудят к женитьбе на принцессе. И Йостен словно играл на стороне его величества, что ужасно бесило.

Аэнрика Раманская вызывает во мне слишком много эмоций. Я не должен так реагировать, не должен быть ближе, но всё же… теперь, когда она прибыла с нами, я чувствую ответственность. И даже Хильда не смогла бы ничего возразить на это: я всего лишь выполняю свой долг по защите…

Дракс! Это выше моих сил. Моя истинная, с которой мы не можем быть вместе. И если в ней проснётся огонь… у нас обоих уже не будет выбора.

Что же делать?..

– Пора спать, уже за полночь, – ворвался в мои мысли голос Эскиля, и друг потянулся.

Я направился в ванную и застыл на полпути, почувствовав сильное волнение внутри. Словно кто-то взял отвёртку и начал крутить в районе сердца.

Аэнрика!

Я сорвался с места раньше, чем осознал, что творю. Ворвался в комнату, которую ей выделили, но девушки внутри уже не было. Она пропала.


## Глава 5

Аэнрика Раманская

Тугудум-с! Тугудум-с! Тугудум-с!

Нарастающий бой барабанов врывался в пробуждающееся сознание. Голова гудела, виски взрывались болью, и я ощущала себя вверх тормашками. Приоткрыла глаза и осознала, что так и есть! Я вишу вниз головой… в числе остальных студентов РАМа!

– Что происходит?! – зашипела я.

– С пробуждением, – флегматично поприветствовала Серафия.

Мы были подвешены к потолку, а до земляного пола метров пять минимум. Неужели мы находились где-то в подземельях? Мокрые сырые стены из темного камня тоже намекали на это.

И были мы здесь не одни.


Внизу, в амфитеатре, устроились зрители – все в масках из папье-маше. Крюк, на котором я и была подвешена за верёвки, прокрутился, и теперь я увидела и музыкальную ложу, откуда и доносился звук барабанов, и ведущего в маске зайца. Он спускался по узкой лестнице с артефактом, усиливающим голос, в правой руке, а левой приветствовал собравшихся.

– Рад видеть вас, короли и королевы льда, на нашем внеплановом посвящении новичков!

Дра-а-акс! Так всё это – глупое развлечение для первогодок?! Которыми сегодня по нелепой случайности стали мы!

В РАМе подобное развлечение тоже существовало, но его отменили больше четверти века назад, не без участия моей матушки.

Зал взорвался улюлюканьем и ликованием так, что у меня заложило уши. Мы с Серафией мученически переглянулись.

– Поприветствуйте семь лотов на сегодня: студенты Раманской академии магии, лучшие из лучших, а значит, и лабиринт для них зачарован сложнее!

Дра-а-акс номер два! Да как же так?! Почему столь несправедливо?! Да, я лучшая, но… на бытовом факультете! Какой лабиринт?! Я крестиком картину могу вышить минут за десять, да, но не лабири-и-инт!

Я захныкала, а Серафия закатила глаза.

– Просто держись поближе ко мне, – шепнула она.

– Делаем ставки, короли и королевы! А я пока представлю вам наши лоты! Илеан Тиамис – пятикурсник-боевик, специализация – защитные заклинания, а вот тот молодой человек с тёмными длинными волосами – яркий свет снизу озарил следующего студента, заставив того сощуриться, – Сорин Анк, он с четвёртого курса, специализация – атакующая стихия земли.

К барабанам присоединилась странная, чарующая музыка, добавлявшая голосу ведущего ещё больше загадочности и артистичности. Ему внимали с открытыми ртами, радостно выкрикивая что-то в ответ. В амфитеатре царила атмосфера веселья, и лишь нам было не до смеха.

– Пол Рутворт и Борвин Столь – зоомаги с чётвертого и пятого, а также Сельдр Штёрлихт – пятикурсник с боевого, по данным проверенного источника – вечный соперник Илеана. Но, мои дорогие Ледышки, ещё два лота на сладкое: Серафия Тарок и – внимание! – принцесса самой Рамании, Аэнрика…

Договорить он не успел. Мощное ледяное копьё ринулось к нему, трансфомируясь и растекаясь по телу, и пригвоздило к стене. Зал ахнул, а по ступеням быстро сбежал Инвергард. Он тут же нашёл меня. Мы встретились взглядами. Но Вейлан не спешил меня снимать и посмотрел на Зайца.

– Сильверсток, кажется, ты не обратил внимания, что одна из студенток – моя. Ты не имеешь права тянуть к ней свои грязные… лапы.

Заяц ответил не сразу. Сначала с трудом открепился от стены, разрушив лёд, и, лишь оказавшись на ногах, отряхнул осколки и посмотрел на Инвергарда. Он сделал пару шагов вперёд, но близко подходить к моему северянину не рискнул.

Подождите, я сказала – моему?!

– Она – твоя ученица, Инвергард, и не больше. Такая же, как и остальные. Уходи и не порти нам веселье!

Зал заулюлюкал, явно поддерживая ведущего. Мне конец, конец! Даже Инвергард не сможет меня спасти.

– Она не просто моя ученица, – зловеще протянул Вейлан. – И я имею полное право бросить тебе вызов на дуэль Вьюги, ведь ты не заметил на принцессе мои украшения.

– Твои украшения?.. – растерянно переспросил Заяц, а в зале повисла гробовая тишина.

Лишь скрип крюков, на которых мы были подвешены, всё портил. Ребята, кажется, уже смирились с собственной судьбой, да и не особо переживали: конечно, они-то действительно лучшие, и их направление – боевая магия, но у меня – бытовая! Буквенно не столь существенная разница, но фактически – огромная!

– Защитные артефакты-зажимы рода Инвергард, – пояснил Вейлан спокойно. – Они и сейчас на ней. Или мне тебе показать поближе? А может, после дуэли?

Родовые артефакты?! Для той, кого он ненавидит? Не слишком ли это круто с его стороны?

Если Заяц и побледнел, то под маской этого не было видно. А вот зрители зашептались. Я бы тоже сейчас с удовольствием пошепталась с кем-нибудь, но желательно без верёвок и подальше от амфитеатра.

– Вот как, – протянул Заяц, – так уж и быть, тогда я позволю тебе пройти испытание вместе с ней. Но забирать её – не имеешь права. Такова традиция академии, и не тебе её нарушать. Ах да, ещё… – Инвергард уже успел отвернуться и направиться вниз, когда Заяц продолжил: – Это ведь будет совсем нечестно. Ты лучший студент академии. Будь добр, надень наручи, блокирующие девяносто процентов твоих магических способностей.

Что?! У них и такое есть?! Я думала, бывают только те, что полностью могут подавить магию! Нет, Стенфрид меня удивляет всё больше. В том, что Вейлан – лучший студент Ледяной академии, я не сомневалась ни мгновения. Сразу видно по его невозможной самоуверенности.

Мой личный враг и одновременно спаситель вздохнул и вытянул руки. К нему тут же подбежал Волк и надел на запястья красивые металлические браслеты. Инвергард поморщился и размял суставы, после чего вскинул голову. Вытянул руку и… в меня полетели десятки ледяных кинжалов.

Я вскрикнула, зажмурившись. Но лёд не причинил мне вреда, лишь разрезал верёвки, а я полетела вниз и плавно опустилась в заботливые руки северянина.

– Ты бы хоть предупредил, – захныкала я.

– Я предупреждал тебя ещё в Рамании, Пуговка, что тебе здесь не место.

– Конкретнее нужно было говорить!

– Ну извини, что до тебя так долго доходит, – раздражённо откликнулся он, и… пол под нами разверзся.

Я прижалась ближе к Вейлану, и это вновь уберегло меня от падения. Мы мягко приземлились в одну из секций загадочного лабиринта. Я посмотрела наверх, заметив, как крюки с сокурсниками тоже едут вниз, чтобы опустить раманцев в другие части лабиринта.

– Вы сумасшедшие ледышки! Оттого и соревнования у вас сумасшедшие, – сделала вывод я и посмотрела на руки Инвергарда, одна из которых в данный момент придерживала меня под коленями. – Должно быть, очень неприятно. Извини, что тебе ради меня пришлось пойти на такие жертвы.

Инвергард наклонился ко мне, а потом… привычно выпустил из рук. И я шмякнулась на землю. Подняла к нему вновь взбешённый взгляд. Кажется, ему нравится выводить меня на эмоции.

– Вот что ты за человек, а? Будто не хочешь, чтобы я хорошо к тебе относилась.

– В точку, пустышка. Мне не нужна твоя благодарность, – припечатал он и всё-таки подал ладонь. – Идём. И не отставай от меня ни на шаг.

Я помощь приняла, но при этом картинно фыркнула. Только Вейлан плевать хотел на мои чувства и в особенности на обиды: он потянул меня за собой вглубь коридора, стены которого мерцали приглушённым синим светом. Воздух был густым и сладковатым, пахнущим озоном и сыростью.

– Мне здесь не нравится.

– Не представляешь, но этот лабиринт и не создан для принцесс и романтических прогулок. Когда-то, до того как замок отдали под академию, его использовали для заключённых. Тому, кто проходил его, давали второй шанс.

– Сколько лет академии?

– Её открыли две тысячи лет назад, но самому замку уже больше трёх, – поделился Инвергард. – Не наступай на камни с рунами, – бросил он через плечо, и я едва успела отдёрнуть ногу, зависнув над плитой с мерцающим знаком, похожим на тройную спираль. – Если не хочешь, чтобы тебе на голову свалилась ловушка. Они, кстати, меняются, ведь старые ловушки устарели и теперь их обновляет сам Сильверсток и его шайка. Здесь проводится не только посвящение, но и соревнования раз в месяц, делаются ставки и весьма внушительные.

– Деньги и ничего кроме денег, – поморщилась я. – Как администрация допускает подобное?

– Организаторы платят больше пятидесяти процентов ректору и преподавательскому составу, причём официально – в качестве пожертвований в фонд академии. Никто и не думает прикрывать эту лавочку. Тем более это помогает отвлечься от сложностей в учёбе, сбросить пар и… решить спорные моменты, не прибегая к индивидуальным дуэлям. Я и сам иногда участвовал в соревнованиях.

– Не сомневаюсь, что выигрывал.

– Не сомневайся, – серьёзно кивнул Инвергард.

– И ты ещё что-то говоришь о моей самоуверенности! Инвергард, да ты мне дашь фору!

– Разумеется, Пуговка, причём почти во всём… разве что в вязании, думаю, ты меня сделаешь в два счёта.

Я закатила глаза. Вот не мог он обойтись без комментария о моих бытовых способностях!

– Стой, – шикнул Вейлан перед очередным поворотом.

– А что там? – поинтересовалась я, аккуратно переступая.

– Либо маятник с шипами, либо стая ядовитых соринов – ледяных скорпионов. Зависит от настроения Сильверстока.

Мы свернули в другую часть. Лабиринт словно был живым. Впереди проход внезапно сузился, превратившись в тоннель, стены которого были покрыты блестящей слизью. Где-то в глубине слышалось тяжёлое, булькающее дыхание.

– Полагаю, это наша первая настоящая преграда, – констатировал Вейлан, выпуская мою руку. Его взгляд стал сосредоточенным, холодным. – Оставайся сзади. И постарайся не шуметь.

Из темноты на нас поползло нечто огромное и бесформенное. Это было похоже на гигантского слизня из прозрачной желеобразной массы, внутри которой плавали кости и обломки доспехов предыдущих «счастливчиков». Существо оставляло за собой едкий дымящийся след, прожигая камень.

И ужасно воняло!

– Ничего более мерзкого этот сумасшедший Заяц придумать не мог?

– Это в его стиле, – хмыкнул Инвергард и… соткал ледяной меч. – Слизень-пожиратель. Уязвим для огня и льда. Но лёд эффективнее – кристаллизует его изнутри.

Северянин скастовал заклинание, и воздух вокруг похолодел. Снежинки закружились в танце, собираясь в острый, идеально отточенный клинок из голубого льда. Он метнул его в самое сердце существа. Слизень вздрогнул, замедлил движение, и его тело начало покрываться трещинами, с хрустом замерзая. А затем Инвергард нанёс точный удар в центр, и монстр рассыпался на части. Я же заметила, как Вейлан поморщился, а по его браслету прошла рябь. Судя по всему, использовать магию в этих наручах было не самым приятным…

Но если начну его жалеть, ему будет ещё более неприятно. Поэтому я промолчала. Поблагодарю его потом. В конце концов, не зря же отец учил меня готовить отличный раманский кофе.

– Давай поторопимся. Хочу поскорее снять эти штуки.

А ведь эти штуки оставляют всего лишь десять процентов его резерва, в то время как мои сокурсники сражаются в полную силу.

Мы побежали по заледеневшему тоннелю, обходя останки монстра. Следующий зал был полон призрачных, мерцающих фигур. Они шептались, протягивая к нам полупрозрачные руки.

Не нимфы, но очень похожи! Неужели призраки?

– Иллюзия. Но не смотри им в глаза, – резко предупредил Инвергард, закрывая мои глаза ладонью. – Это ментальные заклинания, используются обычно в психических лечебницах, заставляют вспоминать либо всё плохое, либо всё хорошее до бесконечности. Запросто можешь застрять здесь на пару дней, а в случае плохих воспоминаний ещё и впасть в апатию или чего похуже.

Судя по ощущению холода, мы шли прямо сквозь них. Вейлан прижимал меня к себе и ступал осторожно. Его руки, привычно ледяные, не доставляли дискомфорта – наоборот, его присутствие успокаивало. Мне хотелось прижаться к нему и…

Дракс, что за мысли? Неужели драконица надо мной подшучивает?

– Теперь можно открывать.

Вейлан убрал руку и отступил. Мы вышли на мост над бездной, в глубине которой клубилась магическая мгла. Мост был хрупким, почти невидимым, сотканным из света и теней. Судя по всему, очередная иллюзия. Вряд ли под академией будет настоящая бездна.

– Иллюзия, – подтвердил Вейлан, не останавливаясь. – Просто иди и не смотри вниз.

Я последовала за ним, чувствуя, как сердце бешено колотится. Шаги отдавались эхом в абсолютной тишине. И тут из бездны с шипением вырвался летающий монстр и ринулся на нас. Когти блеснули в полумраке, целясь в меня. Я зашипела от боли. Наверняка останутся следы!

Вейлан с нечеловеческой скоростью оказался между мной и тварью, и в его руке вспыхнул клинок из чистейшего льда. Одним точным ударом он рассёк тень пополам. Та с визгом рассыпалась на частицы.

Он обернулся ко мне.

Дыхание ровное, но в глазах – опасный лёд.

– Я же сказал, не отставай ни на шаг, – его голос был тихим, но в нём слышалась сталь. – Следующая ловушка может оказаться сильнее, и ты можешь на неделю угодить в лазарет. Ты меня поняла?

Кивнула. Посмотрела на руку. На ней действительно остались следы. Монстр был лишь иллюзией, заклинанием, но… разил точно. Создатели этого лабиринта – виртуозные маги.

Вейлан снова повёл меня вперёд, вглубь таинственного, бесконечного лабиринта. И я понимала, что только его безупречный расчёт способен провести нас через этот хаос. И против воли мне стало интересно, что же скрывается за этой маской холодного безразличия?

– Вейлан, – позвала его, – эти заколки – и правда твои родовые артефакты? Зачем ты отдал их мне?

– А это ещё не очевидно? – хмыкнул он. – Пуговка, ты совершенно беззащитна, в отличие от твоих друзей. Не понимаю, чем думал Йостен…

Вейлан осёкся, поняв, что проговорился. Я тряхнула головой.

– Мне уже сказали об этом. Значит, ты не хотел, чтобы я ехала сюда? Что ж, мы квиты: ведь я точно так же не хочу находиться подле тебя ни минуты! И знаешь, кто мне об этом сказал? Ловиса Лейф! Говорят, твоя девушка.

Инвергард застыл и медленно обернулся ко мне. Сощурился.

– Во-первых, бывшая девушка. Мы расстались больше месяца назад. Во-вторых, я тебе услугу оказывал, когда не пригласил тебя, и теперь ты видишь, почему. Собираешься меня обвинять?

Мне очень хотелось! Но разве это было честно после всего, что он сделал для меня? Другим студентам никто не помогал – впрочем, они действительно были лучшие. Одна я… бытовой маг.

– Хотела, но… ты спасаешь меня. Поэтому промолчу и просто поблагодарю.

– Умеешь быть разумной, когда захочешь, – хмыкнул он и… неожиданно взял меня за руку. – Всё будет хорошо. Мы почти вышли. Здесь срежем путь.

Но срезать путь оказалось ещё не всё. Впереди нас ждали… пауки.

Ненавижу пауков! Как я кричала! Как сумасшедшая! Я вцепилась в Инвергарда и повисла у него на руках, даже не собираясь извиняться. Он отбивался от этих мелких монстров одной рукой, второй – придерживал меня, чтобы я не упала, хотя в этом не было необходимости: я повисла на нём, словно обезьянка, и ничто на свете не заставило бы меня разжать пальцы!

Я закрыла глаза и позволила себе приоткрыть их, только когда пугающая атмосфера лабиринта сменилась рёвом рукоплещущей толпы.

Мы вышли?! Мы правда вышли?! Я едва не завизжала от радости и слегка отстранилась от Вейлана, но всё ещё не слезла, лишь встретилась с ним взглядом, безумно улыбаясь. И тут же застыла. Улыбка погасла. Вейлан же вообще не улыбался. Он смотрел на меня серьёзно, и его глаза полностью затянулись льдом.

– Я в тебе не сомневался, Инвергард! Всего десять процентов… но ты прошёл! В следующий раз, когда будешь соревноваться с другими, я надену на тебя наручи в половину силы.

– Иди к безумной стуже, Сильверсток, – рыкнул Вейлан и опустил меня на ноги. – Ещё раз ты приблизишься к тому, что принадлежит мне, и я тебе всажу ледяную иглу в сердце. Ты меня услышал?

Заяц, рассмеявшись, поднял руки вверх.

– Извини, Инвергард, я перегнул палку. Но вышло эффектно! Мы все видели, как вы сражались. Конечно, удалось посмотреть не всё, но ты был хорош.

Теперь я заметила, что из амфитеатра были и другие выходы и можно было прогуливаться по стеклянному полу, чтобы рассмотреть сражения в мельчайших деталях. К слову, многие так и делали, лишь некоторые сидели на своих местах и наблюдали за основной частью – центром под ареной амфитеатра, откуда мы и вошли в лабиринт.

– Позволь отказаться от сомнительного комплимента, – ответил Вейлан спокойно.

Заяц перевёл взор на меня.

– Поздравляю с таким спасителем, ваше высочество! Полагаю, ему теперь положен поцелуй в качестве награды?

Толпа заулюлюкала. Мои щёки вспыхнули румянцем, и я растерянно посмотрела на Вейлана. Инвергард застыл. Его зрачки по-прежнему были покрыты коркой льда.

Мы вновь оказались непозволительно близко друг к другу, и это нервировало. Потому что в его присутствии я теряла контроль. Ощущала, как по вискам бегут золотистые чешуйки. И самое скверное – он это тоже видел.