Ольга Дашкова
Двое. Одна. Навсегда

Глава 1

Пыль танцевала в луче солнца, пробивавшемся сквозь треснувшее окно на чердаке старого маяка. Чихнула, вытерла нос рукавом и оставила на щеке грязный след. Прекрасно. Теперь я была похожа не на реставратора, а на шахтера после смены.

– Эвелин, ты там еще жива? – крикнула снизу миссис Коллинз, владелица маяка, который давно превратился в музей, но в глубине души все еще оставался ее домом.

– Живее всех живых! – отозвалась, перебирая очередную коробку с пожелтевшими фотографиями и письмами.

Городской совет нанял меня для восстановления фресок в главном зале маяка, но миссис Коллинз попросила меня «заодно разобрать хлам на чердаке». Хлам оказался настоящей сокровищницей: морские карты, старые компасы, выцветшие открытки с признаниями в любви, написанными чернилами.

Я обожала эту работу. В чужих воспоминаниях можно было затеряться так, что собственные не казались такими уж болезненными.

Именно поэтому два месяца назад я переехала в этот крошечный приморский городок. Подальше от шумного города, от нашей с Майклом квартиры, от свадебного платья, которое так и не понадобилось. От фотографий в его телефоне, где он был с ней – своей коллегой, с которой он «просто дружил».

Посмотрела на свое отражение в старом пыльном зеркале, взгляд задержался на губах с красной помадой. Красная, стойкая, как моя броня. Майкл ее ненавидел. «Слишком вызывающе», – говорил он. Теперь я ношу ее каждый день.

В углу чердака, за старым сундуком, я заметила деревянную рамку, наполовину скрытую брезентом, вытащила ее, смахнула пыль.

И замерла.

На фотографии точно 1950-х годов, судя по одежде и зернистости снимка, были изображены трое: женщина в белом платье с волнистыми светлыми волосами, уложенной по моде того времени и красной – красной! – помадой.

Слева от нее – высокий мужчина с широкими плечами и серьезным взглядом. Справа – темноволосый, с дерзкой улыбкой и рукой, обнимающей ее за талию. Первый мужчина держал ее за руку.

Все трое смотрели в камеру так, словно бросали вызов всему миру. Перевернула рамку. На обратной стороне выцветшими чернилами было написано:

«Мы выбрали любовь, а не правила. Маяк помнит. 1953».

Сердце екнуло. провела пальцем по стеклу, словно могла прикоснуться к их тайне.

– Эвелин! – Миссис Коллинз поднималась по лестнице,  шаги эхом отдавались в тишине. – Ты нашла что-то интересное?

Инстинктивно спрятала фотографию за спину.

– Ничего особенного, – солгала, сама не зная почему. – Просто старые бумаги.

Когда она ушла, я сунула рамку в сумку. Не знаю, что на меня нашло. Может, дело было в женщине на фотографии – такой же светловолосой как я, с такой же помадой. Или в уверенности в ее глазах. Или в том, как двое мужчин смотрели на нее, словно она была их вселенной.

«Мы выбрали любовь, а не правила».

Что, черт возьми, это вообще значило?

***

Вечером я сидела в «Якоре» – единственном баре в городе, где подавали приличное вино и не задавали лишних вопросов. Фотография лежала передо мной на столике, я пила «Мерло» и пыталась не думать о том, что мне тридцать, а я уже боюсь даже флиртовать.

– Красивая помада, – раздался низкий голос справа.

Вздрогнула. Рядом стоял мужчина лет тридцати, в поношенной куртке, с темными волосами и щетиной, которая делала его похожим на рыбака из старых романов. Глаза – серые, как море перед штормом. Он смотрел на меня так, словно видел насквозь.

– Спасибо, – буркнула, пряча фотографию в сумку.

– Лиам, – представился он, протягивая руку. Ладонь была теплой, с шрамами. – Владею дайвинг-центром неподалеку. Ты новенькая, верно? Эвелин, если не ошибаюсь. Город маленький – все друг друга знают.

– К сожалению, – пробормотала, но все же пожала ему руку. Его пальцы задержались на моей руке чуть дольше, чем следовало.

– Могу составить компанию? – кивнул он в сторону барной стойки, где какой-то пьяный тип уже минут десять пялился на меня. – Или помочь избавиться от поклонника.

– Я справлюсь, – начала, но пьяница уже направлялся к нам.

– Эй, красотка, – от него несло дешевым виски, – как насчет того, чтобы…

Лиам встал между нами. Просто встал – без угроз, без слов. Но что-то в его спокойствии заставило того типа замолчать и отступить.

– Извини, – бросил он через плечо и исчез в толпе.

– Спасибо, – выдохнула, чувствуя, как напряжение покидает мои плечи. – Но я правда могла бы…

– Знаю, – Лиам улыбнулся, и уголки его глаз сморщились. – Но я не мог просто стоять и смотреть.

Я открыла рот, чтобы ответить, но чей-то голос слева перебил меня:

– Ого. Лиам играет в рыцаря? Это что-то новенькое.

Обернулась. За соседним столиком сидел парень лет двадцати восьми не больше, с короткими черными волосами, пирсингом в брови и руками, сплошь покрытыми татуировками. Он что-то рисовал на салфетке, не отрываясь от работы, но я чувствовала на себе его взгляд.

– Рэйф, – представился он, наконец подняв голову. Глаза – почти черные, насмешливые. – Тату-мастер. Новичок, как и ты. Переехал сюда месяц назад, чтобы сбежать от дерьма.

– Как тактично, – фыркнул Лиам.

– Честно, – парировал Рэйф и протянул мне салфетку.

На ней был мой портрет. Быстрый, небрежный, но… точный. Волнистые волосы, глаза, губы, которая казалась ярче, чем в реальности.

– Как… – начала я.

– Талант, – пожал он плечами. – Или одержимость красивыми женщинами. Выбирай версию.

Почувствовала, как краснею. Лиам напрягся рядом со мной.

– Рэйф, не начинай, – тихо предупредил он.

– Что? – Рэйф усмехнулся, но в его голосе прозвучала сталь. – Ты первым ее заметил, Лиам. Но это не значит, что я не могу восхищаться.

Воздух между ними накалился. Я поняла, что оказалась в центре чего-то, чего не понимаю.

– Мне пора, – пробормотала, хватая сумку.

– Эвелин, подожди… – начал Лиам, но я уже выскользнула из-за столика.

На улице было темно и пахло солью. Я шла быстро, сердце бешено колотилось. Что это было? Лиам с его спокойствием, к которому хотелось прислониться и выдохнуть. Рэйф с его дерзостью, от которой по коже бежали мурашки.

Слишком много знакомств и эмоций в один вечер. Сжала салфетку в кулаке, чувствуя, как ее края впиваются в ладонь.

«Мы выбрали любовь, а не правила».

Проклятая фотография. Проклятый город. Я достала телефон, включила фонарик и снова посмотрела на снимок. Женщина улыбалась. Двое мужчин тоже.

И вдруг я поняла: я боюсь не их. Я боюсь себя. Того, как мое тело отреагировало на двух совершенно незнакомых мужчин. Того, как часть меня хотела остаться.

Когда я вернулась домой – в крошечную квартирку над художественной лавкой, – на пороге меня ждала записка.

«Приходи в студию, если захочешь настоящую татуировку. Или просто поговорить. Рэйф».

Как он узнал адрес? Как он так быстро здесь оказался? Скомкала ее и выбросила в мусорное ведро. Потом достала обратно.

Что сегодня со мной такое?

Глава 2

Три дня я избегала «Якоря». Три дня пыталась убедить себя, что напряжение в баре было плодом моего воображения, что я преувеличиваю. Что Лиам просто помог мне, а Рэйф просто флиртовал, как флиртуют все художники – легко, ни к чему не обязывающе.

Но по ночам я видела их. Серые глаза Лиама, при взгляде на которые хотелось выдохнуть и довериться. Усмешку Рэйфа, от которой что-то сжималось внизу живота. Его руки с татуировками, которые рисовали меня на салфетке.

Я просыпалась в холодном поту, с рукой между ног, ненавидя себя.

Майкл изменил тебе полгода назад, Эвелин. Ты что, уже готова снова обжечься?

Но это было не то. С Майклом все было… предсказуемо. Безопасно. Он целовал меня по вечерам, мы занимались сексом по субботам, он говорил правильные слова. А потом трахал свою коллегу в нашей постели, пока я была на выставке.

Лиам и Рэйф не были безопасными. Они были как шторм – и я боялась, что если сделаю хоть шаг в их сторону, то утону.

В четверг утром миссис Коллинз позвонила мне и сделала предложение, от которого я не смогла отказаться.

– Эвелин, дорогая, – в ее голосе слышалась вина, – помнишь фреску с морским дном в главном зале? Там есть фрагмент, который находится под водой – в затопленной части старого фундамента маяка. Городской совет хочет, чтобы ты осмотрела его перед реставрацией. Но для этого нужен дайвер. Я уже договорилась с Лиамом Кортезом – он лучший в округе.

Мое сердце ухнуло вниз.

– Миссис Коллинз, я не… я не умею нырять.

– Он научит, милая. Лиам очень терпеливый. Он ждет тебя в его центре в два часа дня. Не опаздывай!

Она повесила трубку, прежде чем я успела возразить.

***

Дайвинг-центр Лиама располагался на краю пристани – деревянное здание, пахнущее солью, неопреном и чем-то еще… морем, свободой. Внутри было прохладно, стены украшали фотографии подводных пещер, коралловых рифов и затонувших кораблей.

Лиам стоял у стойки и разбирал оборудование. На нем была черная футболка, которая подчеркивала широкие плечи и загорелые руки. Когда я вошла, он поднял голову и улыбнулся. Медленно, тепло, так, что у меня перехватило дыхание.

– Эвелин, – его голос звучал ниже, чем я помнила. – Рад, что ты пришла. Миссис Коллинз сказала, что ты нервничаешь.

– Я не нервничаю, – соврала, сжимая ремень сумки. – Просто… я никогда не ныряла.

– Тогда начнем с основ, – он обошел стойку, и я почувствовала его запах – морская соль, что-то древесное, мужское. – Пойдем на пирс. Сначала я покажу тебе, как дышать.

Как дышать. Боже, я забыла, как это делается, когда он был так близко. На пирсе было солнечно, над головой кричали чайки. Лиам достал маску, трубку и ласты.

– Сначала попробуем здесь, на мелководье, – объяснил он, опускаясь на колени рядом со мной. Он коснулся моего подбородка и повернул мое лицо к себе. – Смотри на меня, Эвелин. Главное правило – не паникуй. Твое дыхание – твой якорь. Медленный вдох через рот, медленный выдох. Попробуй.

Я вдохнула. Его большой палец скользнул по моей нижней губе – случайно или нет?

– Хорошо, – прошептал он. – Еще раз.

Сглотнула, пытаясь сосредоточиться на дыхании, а не на том, как его серые глаза смотрят на мои губы.

– Теперь надень маску, – он аккуратно поправил резинку на моих волосах, задержав пальцы на затылке. – Если что-то пойдет не так – подними руку. Я буду рядом. Всегда.

Всегда. Это слово эхом отозвалось в моей груди.

Мы спустились в воду. Она была холодной и соленой, и я инстинктивно вцепилась в руку Лиама. Он в ответ сжал мои пальцы.

– Я здесь, – повторил он. – Дыши.

Опустила лицо в воду. Сначала меня охватила паника – вода вокруг, невесомость, глухота. Но потом я услышала свое дыхание в трубке – размеренное, успокаивающее. И почувствовала руку Лиама на своей талии, которая помогала мне погружаться.

Передо мной открылся подводный мир. Изумрудные водоросли колыхались в такт волнам, мимо проплывали серебристые рыбки, солнце пробивалось сквозь толщу воды золотыми лучами.

Лиам показал жестом: плыви за мной.

Мы проплывали вдоль старого фундамента маяка, и я увидела фреску. Выцветшую, покрытую ракушками, но все еще прекрасную. Русалка с распущенными волосами тянулась к поверхности, а вокруг нее кружили дельфины.

Я забыла обо всем. О Майкле, о страхах, о том, что не умею доверять. Здесь, под водой, в этой тишине, я чувствовала себя… свободной.

Лиам коснулся моего плеча, указывая на пещеру в скалах. Я кивнула, и мы поплыли туда.

Внутри было темно, но стены светились – это были биолюминесцентные водоросли, о которых я читала, но никогда не видела. Они мерцали голубым и зеленым, превращая пещеру в сказку.

Я обернулась к Лиаму – и замерла.

Он смотрел на меня. Не на водоросли, не на пещеру. На меня. И в его глазах было что-то такое голодное, что я почувствовала, как по телу разливается тепло, несмотря на холодную воду.

Он снял свою маску. Потом мою.

– Лиам, что… – начала, но он уже притянул меня к себе.

Поцелуй был медленным, глубоким. Его губы были солеными, твердыми, требовательными. Он положил руку мне на затылок и зарылся пальцами в мокрые волосы. Я застонала ему в рот, обвила руками шею, прижалась ближе.

Вода вокруг нас светилась. Мы парили в невесомости, и это было похоже на сон: его язык скользил по моему, зубы прикусывали нижнюю губу, и я чувствовала, как под гидрокостюмом начинает гореть кожа.

Когда мы всплыли, я дышала так, словно пробежала марафон.

– Прости, – выдохнул Лиам, не отпуская меня. – Я не должен был… Черт. Но ты была так прекрасна там, внизу, и я… я не смог сдержаться.

– Не извиняйся, – прошептала я хриплым голосом. – Просто… не делай этого снова. Или делай. Я не знаю.

Он усмехнулся, и этот звук отозвался у меня между ног.

– Честность. Мне нравится.

Мы молча вернулись на пирс. Я стягивала гидрокостюм, чувствуя его взгляд на своей спине, на изгибе бедер. Под костюмом был слитный купальник, но из-за того, как смотрел Лиам, мне казалось, что я голая.

– Эвелин, – он шагнул ближе, и я почувствовала тепло его тела у себя за спиной. – Я хочу увидеть тебя снова. Не для дайвинга. Для… просто для нас.

Обернулась. Его лицо было серьезным, челюсть напряженной.

– Лиам, я не ищу отношений. Я переехала сюда, чтобы сбежать от них.

– Тогда не будем называть это отношениями, – он провел пальцем по моей щеке, и я прикрыла глаза. – Назовем это… узнаванием. Ты хочешь меня. Я хочу тебя. Давай не будем усложнять.

Хочу. Да, черт возьми, я хотела его.

Хотела чувствовать его руки на своем теле, слышать его голос, шепчущий непристойности, ощущать его уверенность, от которой я таяла.

Но прежде чем я успела ответить, с пристани нас окликнул чей-то голос:

– Лиам! Ты занят или можешь помочь?

Обернулась – и сердце у меня упало.

Рэйф стоял на краю пирса в рваных джинсах и черной майке, открывающей татуировки на руках. В его пирсинге отражалось солнце, а волосы были растрепаны ветром. Он выглядел как грех в человеческом обличье.

И его взгляд метнулся от Лиама ко мне. Потемнел.

– Эвелин, – его голос звучал ровно, но в нем слышалось раздражение. – Не ожидал увидеть тебя здесь.

– Она работает с миссис Коллинз, – ответил Лиам, и его рука собственнически и покровительственно легла мне на поясницу. – Осматривала подводную фреску.

– Понятно, – Рэйф усмехнулся, но улыбка не коснулась его глаз. – Тебе повезло, Лиам. Индивидуальные уроки дайвинга.

– Рэйф… – предостерегающе начал Лиам.

– Что? – Рэйф поднял руки в притворном жесте капитуляции. – Я ничего не говорю. Просто констатирую факт.

Напряжение между ними было ощутимым. Я почувствовала себя канатом в перетягивании.

– Мне пора. Спасибо за урок, Лиам.

– Эвелин, подожди…

Но я уже шла прочь, чувствуя, как два взгляда сверлят мне спину.

***

Вечером, когда я пыталась сосредоточиться на эскизах фрески, в дверь постучали. Открыла дверь – на пороге стоял Рэйф с бутылкой вина и виноватой улыбкой.

– Мир? – протянул он бутылку. – Я сегодня вел себя как мудак.

– Да, – согласилась, но посторонилась, пропуская его внутрь.

Он огляделся: крошечная квартирка, заваленная холстами, кистями и тюбиками с краской. Остановился у мольберта, на котором стоял незаконченный портрет женщины с фотографии с маяка.

– Кто это?

– Женщина с фотографии я нашла ее на чердаке маяка, она была в окружении мужчин,– я налила вино в два стакана – бокалов у меня не было. – Не могу выбросить ее из головы. Кем они были? Как жили? Вот, взгляни.

Протянула ему рамку, Рейф несколько секунд рассматривал ее, потом вернул мне, взял стакан, сел на диван – точнее, упал, раскинув ноги.

– Может, они были свободнее нас, – его голос стал тише. – Может, им было плевать на мнение других.

– Ты говоришь так, будто знаешь, – села рядом, оставив между нами безопасное расстояние.

Он усмехнулся горько.

– Моя бывшая жена ушла, потому что я «недостаточно нормальный». Слишком много татуировок, слишком мало амбиций, слишком… я. Она хотела мужа-юриста, а получила художника-бродягу.

– Прости, – коснулась его руки, и он вздрогнул.

– Не надо, – он перевернул ладонь и переплел наши пальцы. – Я здесь, чтобы начать все заново. А потом… я встретил тебя.

Он провел большим пальцем по моему запястью, и я почувствовала, как участился пульс.

– Рэйф…

– Я видел, как Лиам смотрел на тебя сегодня, – он придвинулся ближе, почувствовала запах его одеколона – что-то пряное, с дымком. – Он хочет тебя. Но и я тоже, Эвелин. И я не из тех, кто отступает.

Его лицо было в нескольких сантиметрах от моего. Я видела золотистые искорки в темных глазах и шрам над бровью.

– Это безумие, – прошептала. – Вы оба… я не могу…

– Почему нет? – его губы коснулись уголка моего рта. – Кто сказал, что ты должна выбирать?

– Я не… я не такая, Рэйф. Я не умею играть в эти игры,– отстранилась, сердце бешено колотилось.

– Это не игра, – он поднялся и посмотрел на меня сверху вниз. – Но если ты не готова, скажи. Я уйду. Мы оба уйдем. Но если ты хочешь… если хоть какая-то часть тебя хочет узнать, каково это – быть желанной для двух мужчин одновременно…

Он не договорил. Просто оставил визитку на столе и вышел.

Я сидела в тишине, дрожа всем телом. Между ног пульсировало, соски терлись о ткань футболки. Тело хотело того, от чего разум в ужасе отшатывался.

«Мы выбрали любовь, а не правила».

Может быть, та женщина на фотографии была смелее меня. А может, она просто позволила себе почувствовать. Взяла визитку Рэйфа. Адрес тату-студии.

Господи, во что я ввязываюсь?

Глава 3

Два дня я не выходила из квартиры. Работала над эскизами фрески, пила дешевое вино и пыталась не думать о визитке Рэйфа, которая жгла дыру в моем кармане. О поцелуе Лиама, от которого до сих пор кружилась голова.

«Кто сказал, что ты должна выбирать?» Слова Рэйфа звучали в голове как проклятие. Или как обещание.

В субботу утром я проснулась от звонка телефона. Миссис Коллинз, конечно же.

– Эвелин, дорогая, сегодня вечером в городе устраивают небольшой фестиваль на пристани. Музыка, еда, фейерверки. Тебе нужно выбраться из квартиры. Ты же не можешь вечно прятаться.

Хотела возразить, что прекрасно могу, но она уже отключилась. Проклятый маленький городок, где все знают о твоей жизни больше, чем ты сама.

Посмотрела на свое отражение в зеркале. Бледная кожа, круги под глазами, растрепанные волосы. Когда я в последний раз чувствовала себя живой и желанной? Когда Лиам целовал меня в пещере? Когда Рэйф смотрел на меня так, будто хотел сожрать?

Хватит прятаться, Эвелин.

Достала красную помаду, медленно накрасила губы. Потом надела белое летнее платье, которое купила в местной лавке и ни разу не носила. Оно было простым, но подчеркивало талию и плавно спадало до колен. Майкл ненавидел такие. «Слишком откровенно», сказал бы он.

Отлично. Сейчас это именно то, что мне нужно.

***

Пристань была заполнена людьми. Гирлянды огней натянуты между столбами, играла живая музыка – какая-то местная группа исполняла кавер на старую блюзовую песню. Пахло жареной рыбой, сладкой ватой и морем.

Я бродила между лотками, пытаясь раствориться в толпе, но чувствовала взгляды. Город маленький – новая девушка в белом платье с яркими губами привлекала внимание.

– Эвелин!

Обернулась. Лиам шел ко мне сквозь толпу, в темной рубашке с закатанными рукавами, которая подчеркивала загорелые предплечья. Волосы слегка растрепаны ветром, на лице – улыбка, от которой что-то сжалось в груди.

– Ты пришла, – его голос был теплым, довольным. – Я не был уверен, что увижу тебя здесь.

– Миссис Коллинз настояла, – призналась, а он рассмеялся.

– Она умеет быть убедительной. Хочешь прогуляться?

Кивнула, его рука легла мне на поясницу – так естественно, будто она всегда там была.

Мы шли вдоль воды, музыка становилась тише за спиной. Лиам рассказывал о том, как вырос в этом городке, как уехал учиться морской биологии, но вернулся, потому что океан звал его обратно.

– А ты? – спросил он, останавливаясь у края пирса. – Почему сбежала сюда?

Посмотрела на воду, на отражение луны в черной глади.

– От прошлого. От человека, который разбил мне сердце и заставил усомниться в себе.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.