Евгений Соколов
Скала. По ту сторону

ЭНЕМ

Я, старый воин, умираю. Мой верный конь стоит рядом, щиплет травку. Эээ, трава тут другая. Не то, что дома, в степи. Кому ты теперь достанешься, мой друг. Ешь пока травку, ешь.

На моём теле после множества походов не счесть ран. Сегодня получил последнюю рану. Старый организм уже не справится. Но я не жалею. Жизнь прожита. Чудо, что Алтай-Кудай дал мне дожить до такого возраста.

В этой войне я в составе калмыцкого войска помогаю белому царю против французов. Мои стрелы метко разили врагов. Сабля не просыхала от крови. И вот французская пуля решила остановить меня. Мне хватит уже. Навоевался.

Меня с детства учили воевать. Создавали для войны. Я стал хорошим воином. Метким. Сильным. Ловким. Товарищи уважали. Враги боялись. А я ничего не боялся. Всегда бросал вызов смерти, и смерть обходила стороной. И всегда возвращался в родную калмыцкую степь на коне победителем.

Моя память хранит далёкие воспоминания иной жизни. В раннем детстве я жил в красивых горах. Был отец, мама, младший брат. Просторная тёплая юрта у живого ручейка. Рядом жили бабушка с дедушкой, родственники. Какое хорошее беззаботное время. Весёлый щенок, с которым проводили время с утра до вечера. И было очень много любви от мамы. Никто меня так не любил. Никогда.

Потом всё внезапно закончилось. Отец с другими мужчинами пропали. Мама с нами и родственниками бежали, прятались в тайге. Но нас нашли. Дедушку и бабушку убили сразу. Остальных сородичей взяли в плен. Огромный толстый великан клеймил всех раскалённым железом. Это первая адская боль, что пришлось испытать. Мама жалела и целовала, чтобы смягчить страдания. Было невыносимо больно от ожога. Ну, где ты, отец? Ты так нужен нам. Спаси нас.

Чужие мужчины силой уводили маму. Потом возвращали избитую в порванной одежде. Мама плакала. Сначала она не хотела уходить, но взрослый чужак пригрозил убить младшего брата. Мама испугалась и пошла.

Потом мы шли, связанные толстой верёвкой. И я увидел голову отца на палке. Младший брат увидеть не успел, мама закрыла ему глаза. Я понял, что папа больше никогда не придёт на помощь, что у нас больше нет защитника. И что я теперь остался в семье старший мужчина.

Нас привели в чужой лагерь. Детей поселили в отдельную юрту. Маму с остальными женщинами в другую юрту. С нами, в юрте с детьми, был ещё пленный бледнолицый мужчина. Он всё улыбался нам. Глупый какой-то. А ночью он всех нас разбудил. Потом прибежали моя мама и мамы других детей. Мама нас целовала. Это были последние её поцелуи. Мы сели на коней и поехали из этого лагеря. Наш конь упал и мы побежали. Мама несла маленького брата, а я бежал рядом. Мама упала, и нас схватил бледнолицый мужчина. Больше я маму не видел. Мы всю ночь ехали, а я прижимал младшего брата, боялся его потерять. Привезли к дальним родственникам. И все вместе мы ехали очень долго, пока не добрались до крепости русских. Взрослых мужчин осталось очень мало.

Возле крепости долго жили, пока наш оток собирали к большой дороге. Было переселение в Калмыкию. Шли целый год. Русские казаки сопровождали наш народ. Родственники держали нас с братом при себе, пока сами в дороге не умерли. Умер и мой младший брат. До Калмыкии доехало очень мало людей. А я выжил.

На новой родине меня взяла к себе калмыцкая семья. Жил, рос, работал, становился воином. Держали скот и ходили в походы, в которые нас водил хан. Между походами женился на хорошей девушке, родился сын. Они умерли без меня от болезни. Я так и не понял, что значит быть отцом и мужем.

В молодости мечтал вернуться в родные горы. Погулять по своей долине, где мы играли с братом. Попить из ручья самой вкусной воды. Но у хана не было дел в той стороне, а без него я не мог.

Богиня Умай не раз выручала из трудных ситуаций. Хотя я даже не помню как ей надо молиться. Внутри меня сохранились лишь сокровенные имена из детства.

В этот последний поход я уже старый и не такой сильный как раньше. Я знал, что назад не вернусь. Жизнь воина прожита. Жалею, что не хватило мне ласк матери. Мне сейчас гораздо больше лет, чем тогда было маме, но я так хочу ощутить её тёплые руки.

БРАТ И СЕСТРА

Мы с сестрой с детства вместе. Хотя есть ещё старший брат и две младшие сёстры, но у нас двоих более тесная связь. Может от того, что мы по возрасту близки, может из-за одинаковых характеров. Наш отец зайсан. И всё в семье вертится вокруг того, что наш отец зайсан. Старший брат уже вжился в роль, что он старший сын зайсана и постоянно пытается управлять нами, более младшими. Да, мы с сестрой подчиняемся, так надо. Но когда старшего брата нет, мы ржём и передразниваем его. Это весело. Старший брат на полном серьёзе пытается выглядеть как наш отец. А нам с сестрой от этого только весело.

Быть детьми зайсана обязывает быть лучшими во всём. Мы работаем, учимся, овладеваем всеми умениями нашего народа. Охота, объездка коней, выделывание шкур, сооружение жилищ и много других дел знакомы мне с детства. Из сестры тоже воспитали опытную мастерицу. Она ловко управляется с домашними животными. В её руках коровы и овечки смирные и покорные. Сестра умеет вкусно готовить. И, что очень важно, готовит она очень быстро. Не успеет оток ладом устроиться на новом месте, как в казане сестры уже кипит вкусная еда. Даже взрослые женщины удивляются такой скорости.

Особое пристрастие у нас к воинскому искусству. В свободное время сестра стреляет из лука. И это у неё получается очень хорошо. Она стреляет стоя, сидя, с коня. Отец даже шутит, что такую воительницу побоятся взять в жёны.

А я полюбил бой на саблях. Сначала меня научили биться с саблей и щитом. Мои постоянные занятия сделали меня способным противостоять многим батырам. А однажды я увидел сильного батыра, что умеет биться сразу двумя саблями. Я понял, что это моё. Уговорил этого батыра показать мне тонкости такого владения. И я усиленно тренировался. Это было волшебно. У меня получилось огромное преимущество перед противником. При защите можно умело блокировать своей саблей оружие противника. Но зато при моей атаке двумя саблями, редко какой батыр мог долго продержаться. Рано или поздно я двумя саблями находил в их обороне слабые места.

Как только я видел новых батыров из других отоков, то просил их побиться со мной. Меня радовало, что немало воинов мог одолеть. Но было ещё много батыров которые меня могли победить и с одной саблей. Отец весело смеялся и говорил, что надо больше кушать, а лет через пять я могу стать непобедимым. Ну и ладно, пять лет я использую так, чтобы потом слава обо мне разлетелась далеко за пределы Алтая.

Разговоры о воинских подвигах не давали мне покоя. Недавно отец уводил мужчин на войну далеко на юг. Старший брат тоже ездил с отцом. Брат в сражениях не участвовал, отец берёг его. А я бы, наверно, уже мог сражаться. Брата я побеждаю с саблями, поэтому он не любит со мной биться на людях.