# Где живёт гармония?

Галина Юсупова

Иногда, чтобы найти себя, нужно потерять всё.

Десять лет в браке, который медленно угасал. Десять лет в одиночестве, которое стало не наказанием, а подарком. Эта книга – откровенная исповедь женщины, которая прошла через отчаяние и потерю самоощущения, чтобы собрать себя заново.

Это не теория, а живой опыт. Через эзотерические практики, погружающие в прошлые жизни регрессии и мощные родовые расстановки, автор шаг за шагом распутывала клубок боли, находила истоки своих проблем и освобождалась от них. Это история о том, как одиночество стало мостом к себе, а боль – учителем, приведшим к глубокой, непоколебимой внутренней гармонии.

Для кого эта книга: Для каждой, кто чувствует себя потерянной в отношениях с собой и другими, кто ищет выход из лабиринта старой боли и верит, что настоящее исцеление возможно.

## Глава 1


Глава 1

Эта книга рождалась во мне годами. И сейчас ты становишься не просто читателем, а соучастником этого преображения – от боли к миссии.

Мне есть чем с тобой поделиться, и я знаю – этот опыт изменит жизни многих. Весь мой путь, все падения и взлёты привели меня туда, где я сейчас: я – наставник, регрессолог, расстановщик. Мои курсы и тренинги меняют жизни, потому что я не по теории, а на практике знаю, как вернуть человеку утраченную гармонию.

И сейчас я понимаю: ни один шаг моего пути не был напрасным. Всё, что я пережила, дало мне право и силу помогать другим обрести себя.

Поверь, дорога была адской. Из маленькой, затравленной девочки из пьющей многодетной семьи – в целительницу человеческих душ. Я не просто «проработала» свои травмы – я осознала и прошла через каждую, найдя выход из тупика, в который меня загнала жизнь.

И теперь я делюсь с тобой этой картой выхода. На этих страницах – не просто моя история, а сжатый концентрат опыта, твой личный указатель с самыми работающими инструментами для роста и настоящих перемен. Готов измениться?

Я прекрасно понимаю тех, кто кривит лицо при словах «психолог», «регрессолог» или «измени свою жизнь». Недоверие. И это понятно.

Будучи тридцатилетней женщиной, главным бухгалтером в международной организации, я и помыслить не могла, что однажды променяю балансы и отчёты на погружение в прошлые жизни.

Мой бывший супруг, увлечённый астрологией, иногда говорил мне о каком-то «духовном пути». Я лишь усмехалась в ответ. «Какой ещё духовный путь? У меня отчёты горят, проверки на носу!»

Моя жизнь была сплошной беготнёй: дом, работа, быт. Выходные пролетали незаметно, и всё начиналось по новой. Отношения с мужем давно растеряли уважение и тепло. Я была уставшей, загнанной, искала хоть какую-то отдушину, чтобы переключиться и просто отдохнуть. Компании друзей с алкоголем, шопинг, сериалы – всё как у всех. Но внутри нарастала гнетущая пустота. Чувство, что всё не так. И ничто по-настоящему не помогало.

Затем последовали тяжелый развод и… болезнь. Не та, что можно разглядеть на снимках. Мне не хотелось вставать с кровати, не было ни сил, ни желания. Я прошла кучу обследований, сдала десятки анализов. У меня было «всё хорошо». Но душа болела и металась в поисках чего-то важного. А раз душа страдала – страдало и тело.

Именно тогда, казалось бы, и начался мой путь исцеления и роста. Но нет. Я ошибалась.

Он начался гораздо, гораздо раньше. Там, где в сельском роддоме рабочего посёлка 20 марта 1980 года раздался первый крик маленькой рыжей девочки.

Начало было там.


Итак…Начало.

Признаться, я плохо помню своё детство. Как и многие мои клиенты, чьё детство было непростым, я живу с отдельными урывками воспоминаний. Всё остальное вызывает у меня недоумение, когда я слуша рассказы о себе родных.

Говорят, я была очень жизнерадостным и подвижным ребёнком, обожала выступать. Мне до сих пор припоминают историю про Деда Мороза на детском утреннике, которого я, ухватив за бороду, заставляла слушать свои только что придуманные побасенки. Естественно, за конфету.

Дед Мороз отчаянно сопротивлялся – моё выступление было энным по счёту, – он пытался вырваться из моих цепких лапок. Но я чувствовала подвох и удерживала его за самое стратегически важное место.

Я этого не помню. Мне рассказывали сёстры, добавляя, что им было за меня ужасно стыдно. А мне тогда стыдно не было. Был чистый азарт, вдохновение и жгучее желание получить конфету.

Как жаль, что с годами эта непосредственность куда-то ушла, и мне пришлось возвращать её себе заново.

Итак, почему же мы так плохо помним наше детство?

Это защитный механизм нашей психики.Она старательно закрывает доступ к болезненным переживаниям, чтобы мы могли жить дальше. Но вот парадокс: хотя мы саму ситуацию не помним, её последствия продолжают на нас воздействовать. И мы не понимаем, почему раз за разом наступаем на одни и те же грабли, повторяя одни и те же паттерны поведения.

Очень часто пробиться сквозь эти внутренние защитные капсулы не получается даже с помощью регрессии. Что же делать?

Вы замечали, как в критической или болезненной ситуации вдруг превращаетесь в маленького, испуганного ребёнка? Вам говорят про «взрослость», про «осознанность». Но это всего лишь слова. А делать-то что, если эти шаблоны намертво вшиты в наше подсознание?

Здесь на помощь приходит отличный метод – техника Легкого пути. Она позволяет мягко «вытащить» человека из той самой болезненной капсулы, в которой он оказался. Это великолепная рабочая техника, которой я прорабатывала и продолжаю прорабатывать свои детские травмы.

Не верите? Приходите ко мне и попробуйте. Расскажу об этом методе и его эффекте подробнее чуть позже в своей книге.

Итак, наше детство часто скрыто от нас защитными механизмами психики. Но, будучи взрослыми, мы раз за разом проигрываем шаблонное поведение, которое идет нам во вред.

С чего же начать, если вы хотите разобраться с этими шаблонами?

Начинать, друзья мои, нужно с настоящего момента. Необходимо обратить пристальное внимание на ваши текущие реакции и начать вести Дневник наблюдений.

Я рекомендую разделить страницу на несколько граф и заполнять их ежедневно:

Ситуация: Что именно вывело вас из равновесия?

Интенсивность: На сколько баллов по 10-балльной шкале вас это задело?

Эмоции и реакции: Что вы почувствовали и как поступили на самом деле?

Детский опыт: Как вы поступали в похожих ситуациях в детстве? (Этот пункт может прийти позже, не форсируйте его).

Новая модель: Как бы вам хотелось поступить в этой ситуации в идеале?

День за днем, заполняя этот дневник, вы начнете отслеживать шаблонные реакции и даже поймаете первые инсайты об их происхождении.

Пятая графа – «Как бы хотелось поступить» – самая важная. Тем самым вы не только отслеживаете старое поведение, но и начинаете прописывать новые нейронные пути.

Это труд, друзья мои. Но он даст колоссальные результаты. Именно система маленьких, но последовательных шагов всегда приводит к самым качественным и устойчивым изменениям.

Я обещала вам, что эта книга станет практическим пособием – и я держу слово.

Она для тех, кто хочет меняться по-настоящему. Для тех, кто готов взять в руки тетрадь, ручку и начать работать над собой.

Каждую неделю я буду выкладывать новую главу. В них я буду чередовать истории из своей жизни с конкретными инструментами для вашего роста, подробно объясняя, как применить эти знания на практике.

Поставьте уведомления, чтобы не пропустить ни одной главы. Наш путь изменений начинается сейчас. Постараюсь не перегружать ее нудными проповедями и "душными"замечаниями. Как говорит сейчас новое поколение создадим "вайб изменений в легкости"!

## Глава 2

Глава 2. Мои главные учителя

Говорят, наши родители – наши главные учителя. Можно скривиться, услышав это, но я уверена: душа сознательно выбирает род и родителей, чтобы пройти самые важные уроки. И то, что ваши родители не соответствовали вашему идеалу, – это тоже часть вашего выбора. Вашего глубинного, душевного выбора.

Если эта мысль сейчас вызывает сопротивление – возможно, вам стоит отложить эту книгу. Это не упрёк, а знак: ваш духовный путь ещё только начинается, и вы не готовы принять на себя ответственность за выбор своей души. И это абсолютно нормально. Каждому – своё время.

А теперь познакомлю вас с моими учителями.

Мой отец был трактористом, мама – дояркой. Моё детство прошло в работе. Мы, дети, помогали родителям, как могли. Сначала – по дому, с возрастом обязанностей прибавлялось: принести дров, растопить печь, накидать сена скоту с высокого сеновала.

Мы часто помогали маме на ферме. Вся её группа коров должна была быть накормлена и надоена, и мы были её главными помощниками. Не раз я летала назад от копыт норовистой бурёнки. Летала, надо сказать, на отлично – с полным пониманием процесса, но без всякого удовольствия.

Я безумно жалела маму. Понимала, как ей тяжело. И это чувство жалости было сильнее всего – сильнее её запоев и вечной ругани. Я видела, как рано она встаёт, как засыпала на диване, едва коснувшись головой подушки.

А мой отец при этом постоянно осуждал её за малейшие промахи, в помощь по дому не включался и был, говоря современным языком, типичным абьюзером.

Теперь, оглядываясь назад, я спрашиваю себя: разве удивительно, что она уходила в запои? Как будто у неё был другой выход, чтобы примириться со своей жизнью? Абьюзивный, но любимый муж, обязанностей – непочатый край. Она всегда была уставшей, задерганной и раздражённой.

Те короткие мгновения, когда она была в хорошем настроении, мы ловили и наслаждались ими. Мы просили её приготовить что-нибудь вкусное, а сами шли на её работу – доили коров, кормили телят. Чтобы вернуться домой к ощущению, что нас ждут и любят, что для нас приготовлен вкусный ужин. Таких моментов было мало, и мы им безмерно радовались.

Но гораздо чаще мама была в невменяемом состоянии. Тогда нам приходилось делать всю работу по дому и брать на себя её обязанности на ферме. А дома нас ждали пьяные разборки, беспорядок и пустые кастрюли.

Такова была моя реальность. И моё подсознание придумало механизм, чтобы увести меня подальше от этой неприглядной действительности. Оно увело меня в мир иллюзий.

Я не позволила ржавой плесени родительской жизни проникнуть в меня, отгородившись миром фантазий. Когда это произошло? Видимо, в самом раннем детстве. Во время одного из пьяных скандалов, когда разъярённый отец с руганью и угрозами убить избивал мою мать. Именно тогда сформировалась моя «капсула», мой уютный домик.

Я предпочитала не замечать происходящего, не брать его близко к сердцу. Я отгородилась. Со временем я старалась, чтобы меня не замечали, и погрузилась в мир книг. Так сформировалась моя позиция избегания.

Я проживала чужие жизни, чтобы не чувствовать своей. Впоследствии я слепо следовала этому шаблону: стоило в моей жизни произойти чему-то плохому, я погружалась в книги, читала запоями. Чтобы не чувствовать одиночества и боли, чтобы заглушить внутреннюю пустоту.

Возможно, в этом вы узнаете себя.

Чем плоха позиция избегания?


Задача не решается. Мы надеемся, что «само рассосётся». Иногда это срабатывает, но чаще – нет. Это всё равно что смотреть на течёт кран в ванной и говорить: «Ничего, сам перестанет». В итоге вы топите и свою ванную, и соседей. Масштабы катастрофы становятся несоизмеримы с той маленькой проблемой, которую можно было решить сразу.

Есть и другая позиция – позиция нападения, когда человек в каждом видит врага и сам создаёт конфликтные ситуации. Этот механизм тоже во мне есть, и о том, как он сформировался и как проявляется в моей жизни сейчас, я расскажу позже.

А теперь – самый главный вопрос: что со всем этим делать?

Мои клиенты часто говорят: «Умом всё понимаю, а сделать ничего не могу!»

Правда в том, что лучший вариант – это работа со специалистом. Инструменты, которые я буду давать, – это хорошо, но это требует системного, планомерного, ежедневного труда. Справиться с этим в одиночку может далеко не каждый. Мы часто «начинаем за здравие, а кончаем за упокой». Специалист же помогает сохранить фокус и получить результат.

Итак, что делать, если вы поймали себя на избегании?

Понять, чего именно вы избегаете.Что запускает этот механизм? Вам поможет Дневник наблюдений. Выписывайте ситуации, в которых вы хотите сбежать в свой «уютный домик».

Сделать шаг.Когда ситуация повторяется, и вы уже заранее знаете свой старый сценарий, сделайте иначе. Встаньте в позицию Взрослого человекаи задайте себе вопросы:


«Если я сейчас поступлю по-старому, к чему это приведёт?»

«Мне это выгодно?»

«А как я могу поступить иначе?»

Мы не можем управлять тем, что не осознаём. Только осознав свой автоматический сценарий, мы можем отделить его от себя, понять, что он нам не нужен, и сделать осознанный выбор.

Чему меня учили мои родители?

Они не учили меня словами. Их уроки были молчаливыми, порой жестокими, и заключались не в том, «как надо», а в том, «как не надо».

Моя мама научила меня выгоранию.


Она была живым примером того, как можно полностью раствориться в долге и обязанностях, пока от тебя не останется лишь тень. Она учила меня, что отдавать всего себя, не оставляя ни капли на собственную жизнь, – это путь в пропасть. Её жизнь была криком о том, что без заботы о себе любая любовь превращается в тяжкое бремя. Она, сама того не желая, показала мне ту черту, за которую нельзя заходить.

Мой отец научил меня ответственности за свои слова и поступки.


Он был зеркалом, в котором я видела, как больно могут ранить неконтролируемые эмоции, осуждение и безразличие. Его урок был в том, чтобы я никогда не позволяла себе становиться тираном для близких. Он показал мне, как выглядит разрушенное доверие, и тем самым заставил меня ценить уважение и бережное отношение в отношениях.

Вместе они преподали мне главный урок – урок выживания.


Они заставили мою душу искать спасения. Там, где не было безопасности, я построила свой внутренний мир. Там, где не было гармонии, я научилась создавать её внутри себя. Они, мои вечно уставшие и несчастные учителя, показали мне дно, от которого моё сердце с силой оттолкнулось в поисках света.

Они научили меня искать и создавать то, чего они сами были лишены: любовь без жалости, силу без агрессии, ответственность без жертвенности и право на свою собственную, яркую и настоящую жизнь.

И в этом – самый большой и болезненный парадокс. Их величайшим даром мне стали не их сильные стороны, а их раны. И моя благодарность им – не за счастливое детство, а за ту силу, которая родилась из его отсутствия, и за осознанный выбор идти другой дорогой.

## Глава 3

Глава 3. Как формируются наша самооценка?

Как регрессолог я повторяю это раз за разом: мы выбираем именно тех родителей и тот род, который подчеркнет задачи нашей Души. Моей задачей был этот длинный, тернистый путь – исцелить себя, чтобы стать наставником для тех, кто жаждет своих трансформаций.

Я прекрасно понимаю, как сложно сделать первый шаг. Ещё сложнее – довериться кому-либо. Помните, в первой главе я писала, как жила до начала своего развития? Если ты не понимаешь своих уроков, жизнь начинает тыкать тебя носом в незакрытые задачи. И чем упорнее ты не понимаешь, тем сильнее будут тыкать. Иногда человек не понимает совсем – и тогда, к сожалению, его «игра», как правило, завершается. Я называю жизнь игрой с повышенным уровнем вовлеченности и сложности.

Очень сложно абстрагироваться от пережитого и посмотреть на всё это как сторонний наблюдатель, давая холодную оценку и резюме. Но знаете, именно в этот момент многое встает на свои места. Казалось бы, череда событий, зачастую болезненных, и хочется, задрав лицо к небу, прокричать: «Ну, почему, Господи?!»

Но правильный вопрос – не «почему», а «зачем».


Зачем всё это было? И это всегда для чего-то. Замысел Божий о нас априори прекрасен, каким бы он ни был. То, что мы проживаем – то, что подчеркивают нам наш род и родители, – это всего лишь нашизадачи. Если тебя били, унижали – значит, тебе нужно было пройти через это для чего-то. И до тех пор, пока ты обвиняешь мир, Бога, родителей в своих неудачах, ты не управляешь своей жизнью. Ты пытаешься вручить штурвал кому-то другому. Ведь это же не ты, это кто-то сделал так, что тебе плохо.

И то, как формируется наша самооценка, её болезненные колебания – это один из звоночков, который указывает тебе: «Это твоё! Это тебе решать! Обрати на это внимание!»

Условное подкрепление, или «Любовь за…»

Да, мы берем сценарии нашего рода. Родители через условное подкрепление формируют структуру нашей самооценки. Но они лишь подчеркивают нам то, что в нас и так есть.

Обратите внимание, как по-разному дети реагируют на одни и те же ситуации. Например, ребенок вышел к доске, и над ним начали смеяться. Для одного это ужасная травма, нестерпимая боль и стыд, с которыми он придет к специалисту. А другой начнет паясничать и хохотать вместе с классом. То есть человек притянул подтверждениеуже имеющемуся внутри. Так работают наши внутренние контексты.

Мои родители не хвалили меня просто так. Их любовь и внимание были валютой, которую нужно было заработать. Мозг ребенка – гениальный логик. Он быстро вычислил: «Чтобы меня заметили и не ругали, нужно быть идеальной. Чтобы меня любили, нужно заслужить».

Вырастая, мы тащим за собой этот чемодан бездонной потребности в подтверждениях. Нам мало похвалы от начальника – мы ждем её каждый день. А если не получаем? Внутри просыпается тот самый невидимый ребенок и шепчет: «Смотри, ты опять недостаточно хороша».

Как это было у меня?

Я была очень жизнерадостным и активным ребенком, улыбка не сходила с моего лица. Правила – это не для меня, было написано на моей хитрой мордашке. Я не думала, что я неправильная или некрасивая. Мне всё было окей.

Но всё изменилось. Думаю, это был не один момент, а постоянное подчеркивание моей незначительности, ничтожности, пренебрежение моими интересами. Я доверяла словам близких. И семена внутренних болей, что были во мне, дали всходы. Уже к третьему классу я стала замкнутым, обиженным ребенком. Постоянные претензии к моему поведению привели к тому, что я перестала проявлять эмоции. Жизнерадостность потухла, в глазах появилось выражение затравленного зверька.

Меня травили в школе. Я не пришлась одноклассникам ко двору, мне объявляли бойкот, издевались. Это ещё больше погружало меня в пучину взращенных комплексов. А дома я не находила поддержки. Уставшая или пьющая мама. Раздраженный отец, которому было не до детских проблем.

Что такое самооценка на самом деле?

Итак, наша самооценка – это то, как мы сами себя воспринимаем. Что сами о себе думаем. И если происходит что-то, что задевает нашу внутреннюю боль, тут-то и срабатывает крючок. Самооценка начинает скакать, и, как правило, в отрицательную сторону.

Мне очень импонирует градация структур самооценки по Борису Литваку. Но как регрессолог я рассматриваю это глубже. Когда люди приходят ко мне на сессии, работать только с детством часто неэффективно. Заложенное могло перейти по роду как выживательная реакция, либо это опыт прошлых воплощений, где вы в силу обстоятельств с чем-то не справились. И теперь этот непройденный урок «фонит».

Вот и я свою психосоматику прорабатывала годами. Я могла позволить себе отдохнуть, только когда болела. Сама собирала пожитки и ехала в больницу: «Ложите меня, я болею». Так как другой возможности отдохнуть не было. Мне годами внушали, что я не имею права на отдых. Потребовались огромные усилия, чтобы исцелить эту программу и позволить себе спокойно отдыхать без болезней.


Что же делать?

Чтобы понять, какая у вас самооценка, мы продолжаем вести Дневник наблюдений. Теперь с новой задачей: отслеживать, в какие моменты вам становится «плохо» и от чего становится «хорошо». Что именно задевает тот самый крючок? Какая ситуация, какая фраза? И что, наоборот, заставляет вас чувствовать себя ценным и значимым?

Цель – не избавиться от боли, а осознать её источники понять, что управление вашей самооценкой – это теперь ваша задача, а не следствие давно минувших детских ран. Вы можете написать себе новую историю. И первый шаг к этому – честно посмотреть в свой Дневник.

## Глава 4

Глава 4.