Черненко Григорьевна
Суета сует

И все-таки не смотря на то, что вроде давно ты привыкла к своему состоянию, и к своему статусу, человеческие слова, это страшное оружие. Я и тогда не понимала, и сейчас не понимаю, зачем трогать словами человека, который и так еле-еле вытащил себя за уши из болота. Но это он морально себя вытащил, и как-то хватает ему сил не упасть снова в эту Мариинскую впадину. Но вот в моем случае, морально то можно на тренироваться не реагировать на людские реакции. Но физически то мы имеем константу! Что я могу сделать с тем, что у меня нет ноги? Ничего! И ещё сорок раз ничего! Но, наверное, в молодости у нас много и сил и энергии, поэтому мы придумываем себе сказки.

Я, например, до определенного времени надеялась на то, что та далёкая страна начнет производить протезы-самоходы. Смешно, да? Но я многие года читала журнал "Ортопедия и протезирование". А там тогда, наверное, писали про такие протезы, которых и сегодня не существует. СССР был чемпионом по лжи. А я надеялась. Но я же не дура? На каком-то этапе я осознала, что то, что пишут в журналах, это не для меня пишут. И переключилась на свои физические возможности. Теперь то я точно знаю, что я всю жизнь доказывала двуногим, что я не хуже их. Даже с учётом того, что протезы были исключительно корявые и неудобные в эксплуатации, я выжимала из этого протеза все, что было можно.

Я была в вечном соревновании. За всю мою безногость у меня было всего две работы, которые были сидячими. Сейчас то я понимаю, что мне с такой ампутацией, самое удобное, это сидеть. Но это сейчас. А тогда я доказывала миру, что я могу, могу, могу. И то могу, и это могу, и выше могу, и сильнее могу. Знаете, что поняла? Миру по фигу, что я могу! А людям вообще четыре раза по фигу. Потому что у каждого человека есть своя жизнь со своими сложностями, чужая жизнь, она все равно чужая, как ты не выставляй ее напоказ, как ни приукрашивай. Конечно, в те славные времена не было интернета, и телик шел только на двух программах, и какое-то время окружающие тратили на сплетни. И обо мне в том числе.

Вернее, моей персоне уделялось больше времени, чем всем остальным, именно потому, что я была уродцем. Хотя в те времена мне казалось, что вот ещё немного опыта и немного тренировок и я начну ходить, не хромая. Наивная. Хотя сейчас я думаю, что это было вот какое-то средство терапии. Ну вот эта пресловутая надежда. Наверное, лет восемь я надеялась на свое мастерство и замечательную деревянную ногу. Но пришел момент, и пришлось осознать, что лучше не будет, поэтому надо жить с этим. Ну и как-то медленно и уверенно я смирилась с тем, что я такая на всю жизнь. Кривая, хромая, не такая как все, и люди мне этого не простят. По крайней мере в нашей стране. Потому что.

Но в тот красивый момент, осознав, благодаря Светке, что как ни крути, но даже самые некрасивые тетки имеют рейтинг слегка повыше, чем я, умница и красавица, я опять скатилась в отчаяние. Трудно жить, когда ты постоянно чего-то показываешь. И миру, и людям. А люди не понимают и не хотят понимать, что ты делаешь то, что, по сути, за гранью твоих возможностей! Но ты можешь хоть на левую сторону вывернуться, ты никогда не станешь прежней, не для кого. Ни для близких и родных, не для социума. Но из близких и родных у меня была только мама. А все остальные давно привыкли характеризовать меня простым и ёмким эпитетом, хромая. Ещё один эпитет пользовали, но реже, одноногая.

И я, не смотря на имеющиеся у меня розовые очки, понимала это. Спасибо тем, кто просто в то время делал вид, что меня не видит и не слышит. Я по крайней мере этих ёмких характеристик не слышала. Держались подальше от меня и молчали в основном мужчины. Сейчас мне кажется, что они берегли меня, в отличие от женщин. Мерзкие фразы и характеристики я, конечно, от мужиков слышала. Но это именно те, кто был ближе всех. Гена, и Витя. Они очень удачно манипулировали моей безногостью. Ещё старший зять попытался укатать меня посредством моей травмы, и ещё один недоносок, совершенно посторонний для меня. Зато женщины, веселились, как могли. Не стесняясь, и не ограничивая себя. Им легче от этого было?

И вот тогда, к вечеру, я решила не отыграться на Витюшке, это было как-то подленько. Я решила просто спросить его, почему он готов со мной спать в чужом гараже, но не готов женится. Нет, замуж за Витьку- водителя я точно не хотела, мне хотелось понять то, что думают обо мне мужчины. Ведь от общения со мной, я имею в виду постельное общение, они не отказываются. Но при солидном количестве тех, кто лежал со мной в одной постели, смелости жить со мной набрались только двое. Все дело в ноге? Или есть другие причины? Ещё я, как ни странно, хотела спросить у него, Алка действительно похожа на свинью, или Светка приукрасила? Ну а если так, то пусть мне расскажет, какая разница между свиньёй Алкой, и безногой мной. Ведь на мой взгляд, и то, и другое, выглядит не очень, что для себя, что для окружающих.

Это, наверное, будет не продолжение моей жизни, а продолжение размышлений об инвалидах. Хотя размышляла уже не раз, но приходят какие-то интересные люди в розовых очках, и начинают рассказывать то, что им кажется. Я почему-то уверена в том, что кажется. Я в статусе инвалида 42 года, и я всю эту инвалидскую жизнь съела ложкой без всяких приправ. Причем ела все это в одиночку. Потому что по фигу мы здоровым людям, они просто нас не замечают. У них даже в голову не придет подать нам просто руку. Будешь стоять от того, что не можешь по лестнице спуститься, и никто даже не притормозит. Просить страшно. А потому что боишься отказа. Ну вот так жизнь научила.

Про хороших людей в моей жизни. Они были, но их было намного меньше, чем плохих. И сегодня такое же соотношение. Миллион раз рассказывала, как с протянутой рукой выпрашиваю, чтобы освободили место для инвалидов в автобусе. Желающих встать по первому зову очень мало. И вот так уверенно заявляют, что хороших людей больше, только те, кто никогда не был на месте реального инвалида. У нас в стране ментальность такая. Я даже не знаю, как эту ментальность назвать. Бесстыжая, что ли? Но это очень мягко. Потому что многие норовят наклеить знак инвалида на машину, встать на нашу стоянку, занять места инвалидов в автобусе и даже правдами неправдами попасть в купе для инвалидов. Что я должна сказать? Люди, вы с ума сошли?

Очень много хороших людей встретила, когда создала этот канал и стала писать про себя. Благодаря своим призывам я познакомилась со многими. Вы помните этих женщин. Наташа из Москвы, Рита, которая по сей день рядом, Таня – Тортилла, которая неожиданно пришла ко мне в поезд, и приходит периодически, Валя и Лариса из Крыма, поддерживали меня в Севастополе, Марина и Таня из Сочи. Марина учила меня есть мидии, и переживала вместе со мной, когда я опоздала на Ласточку, Таня пристроила меня на бесплатное цирковое представление. Ещё были Ира из Кисловодска, и Наташа из Усть Илимска.

Ещё отдельно хочу вспомнить девочку Ксению из Санкт Петербурга, которая жила со мной в Хостеле в Севастополе и можно сказать на себе меня таскала и на мыс Фиолент, и на маяк. Назвать это мероприятие по другому, я не могу. Потому что самостоятельно ходить по камням я не умею, а Крым, это камни. Ксения, если ты читаешь меня, отзовись пожалуйста. Человек десять в этом году помогли мне просто походя. Кто-то затянул на лестницу, кто то подвёз, кто-то помог донести сумку с продуктами до дома. Ну и не могу не вспомнить тех, кто донатил мне. Разные суммы, но все от чистого сердца. Всех помню, всем спасибо. Скажите, исходя из этих цифр можно сделать вывод о том, сколько в моей жизни хороших людей? 0,2%, так примерно?

Ну и в течение той, давней моей жизни мне встречались хорошие люди. Это конечно тоже мизерная очень цифра. Не больше двадцати человек, как ни прискорбно это осознавать. А мне пишут:"Такое ощущение, что рядом с вами в жизни были только плохие люди". Они не плохие, не хорошие, они просто никакие. Ну раз они могут обсудить мои физические пороки так, чтобы я испытала боль, то как их характеризовать? Бездушными? Или как?

Да и вообще, надо реально на жизнь то смотреть. Когда люди в нашей стране узнали об инвалидах? Тогда, когда узнали о параолимпийцах. Это случилось при Путине. Это при нем появилась хоть какая-то доступная среда, и хоть какие то льготы. Кому мы были нужны в СССР? Никому. Сейчас то инвалидов никто в упор не видит. И не надо меня переубеждать, я слежу за этим. Зашла бабка в автобус со скандинавскими палками, ей уступят место, зашла просто хромая бабка Галка, попросят инвалидное удостоверение. ИА, с похмелья пропустят без очереди в супермаркете, меня никогда в жизни. Потому что ментальность у нас больше ориентирована на пьяниц и нищих. А инвалидов до того запугали, что они и на улицу не выходят.

Теперь про гендерные отношения. Люблю тёток, которые рассказывают про счастливые инвалидные семьи, где инвалид- женщина. Знаете зачем рассказывают? Чтобы меня подколоть. Давно живу, много знаю. И живу я в статусе одноногой. И мне даже без ноги не нужен мужчина такого же формата. Хотя в нашей стране у мужчин всегда повышенный рейтинг. Любых подберут. Это от того, что женщины не умеют себя ценить. Тоже ментальность. Войны, войны, революции, это все отражается на нашем мужском генетическом фонде. И уж я-то, как никто знаю, как влияет инвалидность на человека. И я женщина без ноги, но мужчину без ноги в мужьях я в свои 20 не рассматривала. Смысл где?

Ну а уж про браки, где инвалиды- женщины, мне даже думать смешно. Хотя сами же женщины это и рекламируют. Скажите, зачем здоровому мужику одноногая женщина? Или колясочница? Ответ один. Мужик очень не здоров на голову. И я это говорю про нашу страну. Нет у нас никакой толерантности к инвалидам. Потому что толерантность, она веками воспитывается. А когда нам ее воспитывать? У нас Мересьев без ног воюет, у нас сейчас на фронте десятки безногих. И все это по умолчанию распространяется на женщин. В общем, если ты женщина, и ты опорник, это серьезно. За то что тебя взяли замуж ты будешь рабой, всю жизнь. Вот такой тариф.

А все эти сказки про счастливые семьи с инвалидками, они для успокоения души. Чтобы человек не прыгнул в суицид или шизофрению прямо сейчас. Пусть лучше надеется. Через тридцать лет будет легче. Да уже и свыкнется с одиночеством.

Это мои мысли. Что сказал Витя- водитель напишу позже

Ну а к вечеру того, не очень хорошего дня, я достаточно хорошо разогнала себя, чтобы покусать своего партнёра по гаражу. Ведь наш мозг мастер сделать любого из нашего окружения без вины виноватым. А у меня с прошлого вечера накопилось столько претензий к миру, что даже не надо было задумываться о том, чего предъявить этому, почти постороннему мужчине, который вообще не имел отношения ни к моей жизни, ни к моим проблемам, ни к моим горестям. Но кроме него то рядом никого и не было! Значит крайним назначили его! Точка. Хорошо хоть в течении дня он был вне зоны доступа, а то, скорее всего, я бы покусала его сразу, как только встретила.

А так все-таки меня на время отвлекла моя работа, я перепрыгнула в другую реальность, сконцентрировалась на результате, и мозг перестал ворошить говно, которого в моей голове в тот момент было достаточно. Ну а когда я отвлеклась от цифирек очередного отчёта, оказалось, что моя одноногая проблема отношения с мужчинами потеряла свою яркость и актуальность. Я все-таки попыталась найти свою вечную боль и сопутствующие ей эмоции. Но нет. Нашла только следы боли. И эмоции, как ни странно, поменялись. Остался просто живой интерес к проблеме. Почему так и никак по-другому? Почему любая двуногая достойна ЗАГСа, а одноногая нет?

Но в тот момент я понимала, придя, так сказать в себя, что мне просто страшно будет задать ему такой вопрос. Ведь этот дядя мне никто. У нас, кроме совместной постели нет ничего общего. Портить с ним отношения чревато. Потому что очень уж чудесно с ним сотрудничать. Ведь за свои услуги он берет натурой. А натуры у меня не на один год хватит. Поэтому если мне интересно узнать сугубо мужское мнение обо мне, одноногой, надо упаковать свои вопросы в какой-то красивый фантик. Ну ведь чуваку и самому не сильно повезло. А тут ещё я с претензиями и скандалом. А я так понимаю, что у него этого добра и дома хватает.

Поэтому, когда Витёк нарисовался в конце рабочего дня, чтобы предупредить меня о том, что он сегодня везёт меня в гараж, и ночует не с тёщей, а со мной, я одарила его лучезарной улыбкой и многообещающим поцелуем. Слава богу, ума хватило. А он мне на это ответил:"Как так случилось, что посторонняя женщина стала единственной радостью в жизни?". Вы даже не представляете, как моя душа запела от этих слов! А кто не хочет быть радостью? Все хотят! А я уже радость! Пусть у постороннего мужика, но на душе от этого светлее и теплее. В общем, к калитке я шла приплясывая. Но попутно все равно думала, как начать интересный мне разговор.

Так как Витька скорее всего соскучился просто по обыкновенному человеческому общению, то разговор начал он. Может тема была неподходящая, но для меня не тогда не сейчас это не имело значения. Сейчас маленько поговорим и перескочим в тему, которая мне нужна сегодня. Но от Витькиного комплимента на душе у меня расцвели цветы, и она пела. Ещё интереснее было дальше, Витька заехал в магазин на мельнице, купил дорогущее по тем временам вино и торт. Зачем нам это? У нас полный гараж самогонки и мясных деликатесов. Я задумалась:" Ты что, опять к теще ужинать собрался? Или какие-то планы на вечер?"

– Какие у меня могут быть планы на вечер? Ты. Пока больше нет никаких планов

– А что, нам выпить нечего? Или ты захотел сладенького?

– А мне казалось, это ты любишь сладенькое, вот для тебя и купил. Так сказать, в знак признательности

– Ничего не поняла, Витя. В честь чего ты это купил?

– В честь тебя, Галя. Если бы не ты, погано бы мне было. Вот к теще зачем-то поперся, хотя знал, что не надо. Опять душу мне порвали на тряпки. Как с этим жить, Я не знаю. И кому бы я сейчас жаловался, если бы не было тебя?

– А у меня к тебе тоже есть очень много вопросов. Не, не как к Вите, а как к среднестатистическому мужчине

– Сейчас доедем, запаркуем машину, включим обогреватель, накроем стол, и задавай свои вопросы, хоть до утра. Завтра выходной. Отвечу на все, обещаю. Как это говорят? Мамой клянусь!

– Витя, тебе не понравятся мои вопросы, они не красивые

– Галя, у меня жизнь не красивая, и мне не нравится, как-то же живу с этим. А уж вопросы переживу однозначно. Так что пиши список

– Зачем? Я просто их тебе задам, если наберусь смелости

– А что, они такие страшные, эти вопросы?

– Мне стыдно их задавать. И тебе, и любому другому мужчине

– Галь, у нас же есть бальзам от страха и стыда. Он сладенький. Сейчас нальём по рюмашке, и стыд тебя отпустит, я почему-то уверен

– И мне хочется в это верить. Потому что дух захватывает.

– Ни фига у тебя вопросы. Ну я догадываюсь про что они.

– Нет, не догадываешься. То, про что ты думаешь, для меня не стыдно. Ну как-то так сложилось. Я про другое

– Ну заинтриговала. Гараж открывай, и обогреватель включи. А я пока запаркуюсь.

– Не, я буду смотреть, как ты паркуешься, красиво. Прямо завораживает твое мастерство. С каждой стороны по пять сантиметров, а ты прямо по струночке туда заезжаешь

Витька парковался, а я смотрела. Но не на Витькину парковку, а внутрь себя. Ну вот что там не так? Ведь в моей жизни все не через то место! А потом мы целовались, как будто нам приспичило. А на самом деле нам нужно было погреться друг о друга. То тепло, которое у нас было мы потратили на жизнь. А подзарядиться нам было негде

Поцелуи перед гаражом нас ни на что не вдохновили. У меня было такое ощущение, что я этим поцелуем просила у него прощения за те плохие мысли, которые я про него думала последние дни. А потом мы пошли не в постель, как вроде было положено по правилам этикета, а накрывать на стол. Пока мы резали все, что было и торт, мы налили себе сладенького винишка и бахнули. Жизнь начала налаживаться почти сразу. По жилам разлилось тепло, и какая-то моментальная радость. Тем и хорош алкоголь, что в мгновение ока делает любую жизнь замечательной. И если ты будешь периодически заливать в себя нужную дозу, то есть вероятность умереть счастливой.

– Спрашивать то сейчас будешь, или ещё мало выпила?

– Витя, а правду говорят, что жена твоя очень на хрюшку похожа?

Я, конечно, могла быть и поделикатней. Но я намеренно провоцировала Витьку на грубость. Если разругаемся, придется валить домой, если не сегодня, то завтра. И тогда, можно сказать насильно порешаю свои проблемы, потому что их надо решать. Было видно, что у Витька в зобу дыханье сперло. Он замер в движении, а потом присел на кровать. Взглядом он уперся в стол

– Я тебя чем-то обидел?

– Я тебе вопрос задала. Ты сначала ответь.

– Откуда такая исчерпывающая информация?

– Какая разница? Я же вопрос задала. Но ты, как я понимаю, не очень хочешь на него отвечать.

– Ну а что бы ты ответила на такой вопрос?

– Да, Витёк периодически очень похож на свинью, и он омерзителен в этом виде. Да он и в любом виде мерзкий. Хотя со стороны выглядит очень прилично.

– Вот видишь, Витя со стороны прилично выглядит. А Алла выглядит так, как тебе сказали

– Но ведь ты по-другому ее описывал

– Значит, я по-другому ее вижу

– Честно говоря, мне все равно, как выглядит твоя Алла. Меня интересует совсем другой вопрос. Я-то вроде, как на упитанное животное не похожу, но хромаю. И вроде шансы у нас с твоей женой одинаковы, но ее ты взял замуж, а меня замуж брать не хотят. Я точно знаю, что ты можешь ответить на этот вопрос.

– Ты же вроде замужем?

– Я живу с мужиком, который не хочет вести меня в ЗАГС. Дети на моей фамилии, и ещё он меня бьёт, как боксёрскую грушу. Что-то это не очень похоже на замуж.

– А почему ты думаешь, что я знаю ответ на твой вопрос?

– Ты же по каким-то параметрам выбирал себе жену! Или подобрал первую встречную?

– Я же на днях тебе про это рассказывал, помнишь?

– Помню. Тогда по-другому. Скажи честно, меня бы замуж взял? Если бы детей у меня не было? Только честно

– Зачем тебе это знать? Мы же посторонние люди?

– Ага, но спать же ты со мной не стесняешься? Значит ответь на вопрос.

– Галя, спать мне с тобой нравится, потому что в постели ты для меня идеальный партнёр

– Хахахахахаха, ты не поверишь. Я ещё не встретила ни одного мужика, который сказал было другому. Знаешь, как они меня называют? Удивительная женщина! Офигеть! До того удивительная, что в жены не гожусь! Давай, говори! Выпей для храбрости!

– А что говорить то?

– Почему бы ты не взял меня замуж

– С чего ты взяла?

– Витя, я спросила женился ли бы ты на мне. Два варианта ответа. Да и нет. А ты начал сопли жевать. Чтобы не обидеть меня. А мне нужен ответ и аргументы. Давай, я жду

– Я отвечу, и ты отстанешь, да?

– Отстану. Могу даже спать одетой лечь

– Спать ляжешь раздетой. Потому что я себя сейчас ломать буду из-за твоих вопросов. Мне не очень это приятно.

– Начинай уже отвечать.

– Ты точно готова? Я думаю, тебе это не понравится

– Переживу, Витя, начинай

– Гал, в общем первое, что имеет значение конечно, я же тебя не знал на двух ногах! Наверное, если бы у нас с тобой была любовь до поезда, я бы скорее всего женился на тебе. Но не забывай, что у любого из нас есть предки. Не думаю, что они бы обрадовались моему решению и скорее всего, вынесли бы мне весь мозг. И скорее всего на свадьбу бы они не пришли, и отношения бы наши испортились на несколько лет. Не подумай, что я хочу обидеть тебя. Ты спросила, я отвечаю.

– Спасибо за откровенность, что дальше?

– Что ещё надо?

– А если бы ты меня не знал до поезда?

– Прости. В таком случае я вообще бы про женитьбу не думал. Даже если бы ты была последней женщиной. Нет, не потому что я считаю тебя хуже других. А потому что меня бы, просто засмеяли и друзья, и коллеги. Ну ты понимаешь, двуногих женщин полно.

– Ну вот Алла твоя на хрюшку похожа, она годится в жены. А меня из-за этой травмы можно вычеркнуть из списков женщин?

– Гал, я честно не знаю, почему так. Да, Алка не красавица. Но вот это нормально. Где ты видела жён красавиц? А хромая жена, это значит у мужа порок.

– Кто так сказал?

– Никто не говорил, но знают все. Если бы ты была на двух ногах, ты бы тоже об этом знала

– Значит, спать со мной можно, а жениться нельзя?

– Я не сказал, что нельзя. Я сказал, что героизм нужен для этого. Ведь со всех сторон советы полетят и предположения, ну и осуждения, конечно, и вопросы, а что со мной не так

– А Алку никто вот не осуждал, да? За ляжки толстые, за то, что на бочку похожа?

– Может и осуждали, но я не слышал. Да скорее всего осуждали. Но может у нее есть скрытые достоинства?

– А у меня не может быть скрытых достоинств?

– Я не знаю, какие должны быть достоинства, чтобы люди забыли, что у тебя нет ноги.

Витька обнял меня и поцеловал в макушку

– Галя, ты хотела правды

И на фига мне была эта правда? Я ее и так знала, а если не знала, то догадывалась. В общем Витя то мне был нужен только для того, чтобы я могла утвердится в том, что знала до сих пор. Я что, мазохистка? Мне в очередной раз надо было убедится в том, что Я не такая, как все, а ущербная? Для чего? Чтобы успокоить себя в отношении Вити? Я имею в виду отца мои детей. Что все равно бы не было претендентов на его место и надо смириться с тем, что есть хотя бы такой. И детей мне сделал. И в ноги мне ему надо упасть и биться головой об пол, выкрикивая слова благодарности! Ну вот не нравилась мне такая перспектива, стоять на коленях перед всякой гадостью.

Последняя наша встреча вообще как-то наложила на мои перспективы печальный отпечаток. Зато откровения второго Вити, можно сказать привели меня в себя. Надо возвращаться, строить из себя бедную овечку и исполнять желания того, кто как оказалось герой. Умора. Какой-то подделочный героизм. А если подумать взрослым мозгом, то для меня то он не сильно и надсажался. Он себе устраивал комфорт и сытую жизнь. А осуждения приятелей и знакомых? Он же не местный. Кто его осуждать то будет? Пара человек, которым он влегкую может заткнуть рот просто своим кулаком. Героизировала я товарища. Ну бывает. Надо готовится к возврату домой.

Ну надо отметить, что для Витька, который водитель, эта беседа тоже просто так не прошла. Он тоже сидел притихший, обняв меня. Я налила, себе и ему. Что теперь, сдохнуть что ли? Ноги то нет сколько уже лет? Какой смысл переживать все это по новой? Мазохистка, что ли? Я замахнула свою порцию, а Витька даже не подсуетился. Что с ним?

– Ты что? Окаменел? Или умер? Вон, лекарство, прими.

– Да приму, приму. Только не поможет мне это лекарство.

– А у тебя то какое опять горе? Теща денег попросила, а тебе жалко?

– Знаешь, если бы все в этой жизни упиралось в деньги, это было бы очень просто. Отсчитал и свободен

– Ну, это тебе так кажется. Потому что зарабатывать умеешь и проблем с деньгами у тебя нет. Чего сейчас то не хватает? В понедельник подашь на развод, детей нет, разведут в три секунды, я это проходила

– Оказывается Алла не хочет разводится. И говорит, что беременна не от этого чмыря, а от меня. И что мне делать в таком случае?

– Ну ты меня удивил! Это тещенька новости принесла? Чудненько, конечно. А самое главное удивительно. Если бы я такую муть закрутила, я бы сама пришла отношения восстанавливать. А она, Алла твоя, почему-то боится, маму послала. Вот как ты думаешь почему?

– Я не об этом думаю. Я думаю о том, а что, если ребенок правда мой?

– Думай. Я вообще в чужой жизни никому не советчик. Я со своей разобраться не могу. Мне надо идти наводить мосты, потому что как вроде надо дальше жить, а мне страшно и противно. Что делать, Витя?

– Подождать Галя. Что нам ещё остаётся делать? Ничего не понятно. Внутри все кипит. В таком состоянии нельзя принимать решение.

– Решение у меня готово, я не знаю, как его реализовать. Ведь можно было вчера помириться, а он ни с того, ни с сего в лицо мне полез. Если бы не Настя, сейчас бы сидела у него в плену, и тряслась, как осиновый лист.

– Ну ты же не знаешь, что завтра будет. Сегодня успокоится твой Витюшка, и завтра скажет, что он совсем не это имел в виду.

– Да, такое с ним бывает. И не так чтобы редко.

– Так что подожди, а в следующую пятницу можно будет ещё раз попытаться что-то сделать. У тебя то все ясно и понятно. Что делать мне?

– Ой, Вить, даже не знаю, что сказать. Я же не знаю, насколько твоя жёнушка востребована у других мужиков, и насколько она способна к измене. Так что нечего мне сказать в поддержку тебе

– Гал, какая измена? Она терпеть не может этот процесс. Сколько лет живём? Сначала хоть вид делала, что хочет меня. А сейчас то ей и без совокупления хорошо. Я же тебе говорю, что один раз в месяц меня к себе допускает. Если это случится два раза в месяц, то счастье то какое.

– Скажи мне, тогда зачем ей мужик? С другой стороны, мне и эта показуха не понятна. Зачем она тебе одноклассника этого показывала и на всю деревню орала, что любит его? Спектакль?

– Вот и теща говорит, что спектакль устроила, чтобы я ее заревновал. А зачем? Зачем ей моя ревность? Из дома я ее не выгонял, сама к маме уехала, а потом решила, что нам не по пути вместе. И беременность откуда-то неожиданно взялась. Типа от меня никак, а чужой мужик вставил, и понесла? Чудеса

– Вот, и мне все непонятно. Поэтому придется нам вместе сидеть в этом гараже и ждать у моря погоды. Классная ситуевина

– Ну для тебя то конечно это выход. А я-то хоть сиди, хоть не сиди, не узнаю, кто Алке ребенка сделал. Зачем она постороннему мужику? Ну скажи, зачем? А я себя сейчас, как дурак чувствую. Ну, потому что знаю её как облупленную. И если бы я не повелся тогда на ее игры, и вовремя отключил свою нижнюю голову, не нужна она мне в жены! Вот как на духу тебе говорю. Поэтому я все-таки больше за развод. Но беременность меня смущает. Вдруг мой ребенок? Я ведь сколько мечтал о нем. И раз и брошу?

– Витя, не пудри себе мозги, все само решится.

– Хорошо бы было.

Витю я успокаивала, а у самой на душе было погано. Ну не хотела я возвращаться к Витюшке. Но теперь то нас связывала квартира. И эта же квартира, как не казалось, давала шанс на счастье. Его, этот шанс, надо было использовать.

Ну вот как-то тем вечером, мы вроде с Витьком, который сосед по гаражу, все решили. Решение было простое до безобразия, но оно нас успокоило. Сегодня бы это звучало словами Конфуция:"Сядь на берегу и подожди, когда мимо проплывает труп твоего врага". О трупах мы тогда совершенно не думали, но мечтали о том, что обстановка разрядится, и мы сможем спокойно оценить свои возможности и свои перспективы. Ну по идее так и должно было быть. Ведь, по-сути то, мы были предоставлены сами себе, никто не давил на нас, и никто не призывал нас к быстрому принятию решений. Неделя у нас, как мы решили, ещё есть, поэтому суетиться повода нет, я не знаю, что внутри было у Витька, а я насильно успокоила свой психоз.

Ну а чего психовать то? Мой Витюша, конечно, человек с сюрпризом и с больной головой, но. Он может меня караулить только у проходной. Других мест, где меня можно поймать, он не знает. Не знает потому, что этого не знает никто кроме Витьки водителя и Светки. Эти двое не заинтересованы в утечке информации. Потому что мы, все трое, повязаны общими интересами. Если бы знал о моих партизанских квартирах и явках кто-то посторонний, все бы уже давно было известно всей округе. И меня бы уже давно распяли и казнили. Я все это прекрасно понимала, поэтому и загнала свой психоз в угол. Наша тревожность без повода сильно портит нам жизнь.

Витя, который водитель, тоже настраивался жить спокойно и слушать свой внутренний голос. Поэтому выходные у нас прошли чудесно. Мы просто решили не вспоминать о том, что портило нам жизнь на прошлой неделе. И как счастливая семейная пара два дня провели бок о бок, рассказывая друг другу интересные истории из собственной жизни, играя в морской бой, и разгадывая старые кроссворды в старых газетах, которые лежали в гараже стопками, неизвестно зачем. А ещё мы пытались готовить себе горячую пищу, потому что мясо маленько под надоело, и обыкновенный картофельный супчик казался деликатесом.

И нам в тот момент казалось, что мы вроде все предусмотрели. Но это было не так. Слава богу это не коснулось меня. Потому что я была либо за забором мясокомбината, либо в гараже. Путь мой тоже был засекречен. А вот Витёк был Фигаро здесь, Фигаро там, потому что не смотря на то, что его автомобиль был приписан к кожпосолке, его мог заказать любой цех, и ему за день приходилось выезжать с мясокомбината не один раз. И этот выезд был интересен тем, что одну печать на путевке ставили на весовой на территории комбината, а вторую ставили в конторе. В общем, каких-то несколько минут Витёк был в зоне доступа. Но мы об этом не думали и это не предусмотрели. Да даже если бы предусмотрели, ничего бы не изменилось.

Мы даже не предполагали, какой заинтересованный человек его теща! На второй вечер осознав, что зятя дома не будет, потому что он в другом месте, она утром пришла к проходной. Но машины то и выезжали, и заезжали через ворота. И этой женщине понадобилось ровно полдня, чтобы это выяснить. И она перенесла свой пост наблюдения ко вторым воротам. Хорошо, что Витёк ее заметил первым. Во-первых, он все таки умудрился сделать так, что первый день прошел без контакта и общения. И благодаря заранее полученной информации мы все-таки не рассекретили заднюю калитку и наше чудесное место проживания. Визиты Витькиной тещи были в гараж, точно были лишними.

Вечером после осознания, какой осаде подверглась его крепость, Витька не то, что озверел, он просто был вне себя от возмущения. Да, он уважал эту женщину. Но зачем она лезет в их конфликт с Алкой? Не надо ему не уговоров, ни доказательств. Он сам хочет решить, что дальше делать! У него и без чужого вмешательства мозги кипят, зачем ему чужие лекции о семейной жизни? А меня удивляло совсем другое. Мне было не понятно, почему теща бегает и вокруг мясокомбината, и за Витькиной машиной? Где его законная жена? Почему ее здесь нет? Боится? Стесняется? Вот кашу такую заварить не постеснялась, а по честному объяснить все Витьке и попросить прощения, стесняется!

Когда мне Витька вечером рассказывал о сложившейся ситуации, мне все это было удивительно. Ведь тогда ещё не существовало определения "токсичные люди", но я сравнивала своего Витю и женскую часть другой семьи и понимала, что на этом свете есть такие люди, которые сами жить хорошо то ли не могут, то ли не умеют, и другим не дают. Они просто созданы для того, чтобы сделать этот мир хуже.

Когда мы ехали от нашей секретной калитки, теща ещё торчала у ворот мясокомбината. Ведь машины, груженные колбасой, выезжали до семи часов. Но мы то думали о том, что хотим мы этого, или не хотим, завтра все равно у Витькиной тещи будет пара минут для контакта. И Витька конечно и морально, и словесно должен быть готов к этому. Раз она караулит его, значит не теряет надежды на хороший исход дела. А я смотрела на эту ситуацию и про себя думала о том, что лучше чужая теща, чем мой Витя.

Хорошо, что мы с Витьком распознали опасность заранее. Но мы даже не предполагали с каким упорством мать жены будет преследовать своего зятя. Я, конечно, этого не видела, и слышала это только от Витюши, но у меня не было повода ему не верить. Потому что такого поганого настроения я не видела у него никогда, за все время нашего знакомства. Когда я первый раз увидела такое ужасное лицо, я поняла одно. Надо бежать. Потому что такое лицо у меня всегда было в наличии дома. Но у Вити был великий талант, он мгновенно умел переключаться с плюса на минус и обратно. И даже истории про тещу, он рассказывал не со слезами на глазах, а с юмором.

Но за пять рабочих дней, которые Витя был в доступе, эта женщина проявила всю свою фантазию. И судя по Витиным рассказам, она была без границ. Я до того момента ещё не встречала таких упорных и прилипчивых женщин, и даже не знала, что думать в тот момент. Ведь Витька ей то был никто. Неужели она не понимала, что вообще не в ее силах что-то изменить. А я слушала Витькины рассказы, и понимала, что Витёк просто в недоумении. Как можно совершать такие поступки по отношению к тому, кому ты по сути, чужой человек, да ещё в рабочее время. В общем в то время, поведение этой женщины для меня было шоком. И мне было интересно, а Алка вообще в курсе того, что творит ее мать?

А мать просто жгла. Витька же умеет думать, поэтому заранее сделал вывод о том, что двери в машине надо держать закрытыми, ведь если она туда, в эту машину попадет, ее уже оттуда не выманишь ничем, поэтому в этом случае, Витька подстраховался, а теща этого не предусмотрела. Когда Витька при первом контакте с этой женщиной, пошел ставить печать в контору, тещенька бросилась ни к нему, а в машину, видимо не заметила, как Витька закрывал кабину со своей стороны. В общем обломилась. Но минуты, которая у нее была в запасе, она придумала другой сценарий. Когда Витька вышел из конторы, она бросилась перед ним на колени, обхватила за ноги и заголосила на всю улицу.

Голосила она прямо, как на похоронах, громко и с всхлипываниями:"Витенька, выслушай меня, я с добром к тебе пришла, ради ребенка твоего не рождённого". И тут Витька оказался не готов к такому спектаклю. Зато как обрадовались все мимоидущие. Нежданно негаданно, и пожалуйста, семейное шоу. Но зато эти любопытные, которые собрались вокруг них плотным кружочком, подали Витьке идею, как выпутаться из этой ситуации. Надо ее, эту женщину, оставить как-то среди этой толпы. До машины ему тридцать секунд, тридцать секунд оказаться в кабине, а ее толпа задержит. Поэтому Витюша с добром и лаской поднял свою тещу, и чтобы она не сопротивлялась, повел в контору.

Охраны в те времена не было, сидела вахтерша. Вот к этому месту Витёк и привел тещу, заверяя ее в полном понимании. Поглядев на тетеньку, которая сидела на вахте, он понял, что у нее есть и валерьянка и волокардин и нитроглицерин, и стакан. Попросив стакан и спросив, а есть ли валерьянка в наличии, он, наверное, дал теще повод успокоится. Она перестала орать, но держалась за руку смертной хваткой. Витёк надеялся, что она выпустит руку, когда он пойдет за водой в туалет, ведь надо же валериану куда-то капать. Но туалет был не нужен, у вахтера был графин с водой. Витьке пришлось искать варианты. А толпа рядом бурлила, интересовалась. Что случилось, что произошло?

Витьке удалось выскочить из под контроля, когда теща артистка принимала валериану. Она не ожидала такого вероломства от прежде мягкотелого зятя. Да, и наверное, рассчитывала на то, что он не успеет добежать до машины. Может быть, он бы и не успел, но помогла ему толпа. Во время побега она заволновалась, и проход тещи к двери был намного сложнее, чем проход зятя. На улице она оказалась тогда, когда Витька уже стартанул от конторы. А он ее выход в сопровождении сопереживающих увидел только в зеркало заднего вида и мысленно перекрестился. Не ожидал он такой атаки от вполне здравого человека. Или не была она здравой?

Когда Витька вечером рассказывал эту историю мне, он, наверное, пережил все свои утренние стрессы и удивления, и это был больше юмористический рассказ, чем жалоба на тещу. И, наверное, в тот день Витька морально приготовился к осаде. Но даже предположить не мог, на что ещё будет способна эта женщина. Его смущало одно, завтра у коллег к нему будет много вопросов. Мясокомбинат, он маленький. Да и вообще, надо отметить, что мы в тот момент, может что-то и видели в жизни, но про людей много чего недопонимали, и ясный перец, просчитать их не могли. А я вообще, слушала Витьку и диву давалась. Мне все это было не понятно. Кому нужен Витька? Зачем эти спектакли? Но это я просто ещё не видела жизни во всей ее красе

То, что задумала Витина теща не было однодневной акцией. У нее была цель, и она не собиралась отступать. А мне как будто специально выделили эту последнюю неделю, чтобы я со стороны посмотрела на тех, кто не то, что не даёт жизни другим, а заставляет жить по своим правилам. Что хотела эта женщина? Чего она добивалась? Но одно я понимала точно, это был мой Витя в женском обличьи. Ведь он недавно затащил меня на остановку, чтобы запугать, и заставить жить, так как он хочет. А позавчера повторил попытку. Ну почему нельзя договориться? Зачем нужны конфликты и скандалы? Разве от них есть польза? Но некоторым они просто необходимы.

Витька-водитель, сидя за столом рассказывал мне про прошедший день. Я не могла понять, весело ему или грустно. Потому что местами он смеялся в недоумении, а местами задавал риторический вопрос:"Зачем она это делает?". Но я уверена, что взрослая женщина знала о том, зачем она это делает. И мне почему то казалось, что Витька то больше нужен не Алке, а теще. Ну вот мне нужен мой Витька. Не пошлю же я маму на переговоры? В крайнем случае в понедельник соберу свои пожитки и вернусь домой. Потому что надо что-то делать и кроме меня это никто не сделает. Это же я хочу жить с этим извергом? А где тоскующая жена Алла? Не видно. Даже в подзорную трубу.

Ну а я, так как мне повезло, можно сказать сидела в зрительном зале, и наблюдала за участниками пьесы. Ну это конечно не в буквальном смысле. В буквальном смысле я видела эту женщину только тогда, когда Витёк вез меня с работы, а она стояла у ворот, выглядывая машины. Она что, думала, что с территории мясухи он выезжал, а обратно залетал? Зачем его караулить вечером, если он выехал с территории, и видеть ее не хочет? Или она совсем не догадывалась о том, что зять не хочет с ней общаться? Утром Витьку приходилось все-таки заезжать на территорию, и уж не знаю, как и с кем он договаривался, но увозил он все одним рейсом, и на мясуху до следующего утра не возвращался.

Ну а на второй день, умная теща, осознав, что криками и причитаниями зятя не взять, придумала другую рабочую схему. Хотя я, когда слушала Витька, что-то очень догадывалась, что мозгов в ее черепушке было маловато. Во-первых, она взялась за дело, которое лично ее не касается, а во вторых, если ты не знаешь, как воздействовать на человека, не знаешь его слабые и сильные стороны, брось эту затею. Ничего у тебя не получится. Но тещеньке было сильно надо, чтобы у нее получилось, и что она творила то, что творила! Наверное, Витька и рассказывал это все с юмором, потому что на второй день он осознал, что единомышленников у него больше, чем у тещи.

А тещенька на второй день, все сделала по-простому, как кто то писал в комментариях. Пока Витька ходил за печатью, легла ему под колеса! Молодец, мотивированная. Но Колхида, машина большая, а теща росточка не то чтобы высокого, поэтому лечь сразу под два колеса, у нее не получилось. И она легла под одно, которое ближе к бордюру. Причем легла так подготовленно, капитально. Пальто ей свое было жалко, поэтому она принесла с собой какую-то дерюжку, и постелила ее у колеса на проезжую часть. Тулово свое она поместила под колесо, а ноги положила на тротуар, так ей было удобнее. А Витька даже представить себе такого не мог.

Он же из кабины увидел, что тещеньки у конторы нет. И по наивности подумал, что она устала и успокоилась. А она где-то в засаде сидела. Слава богу, место там было. Ну и Витёк, расслабился. Выходит из конторы почти счастливый, а тут такой пируэт. Танцы с бубнами у его машины, и уже зрители собираются! Ну что же за женщина такая. Витёк присел на корточки и попробовал договорится с женщиной. Ничего он ей, конечно, не обещал, а просто просил встать и уйти. Что пообещать то? Он сам не знает, как дальше жить, а тут чужая тетка своим телом дорогу перекрыла! Витёк ее уговаривает спокойным голосом, ему же работать надо, а она орет, рассчитывает на солидарность зрителей.

Витя даже задумался о том, как дальше жить. И тут вдруг сзади раздался голос:"Вить, отойди, мы сейчас ее осторожненько возьмем за руки, за ноги, да занесем в контору. Пока суть да дело, ты и уедешь"

– Парни, вы же видите, она не в себе? Потом кляузу настрочит.

– Так мы осторожно. Да и какая кляуза? Оглянись, полмясокомбината в свидетели пойдут, что мы ее и пальцем не трогали.

– Ой, я не знаю, что делать

– Ну ты же не сможешь уехать, понимаешь? Она же сейчас на колесо намотается? Решай, короче, мы готовы.

В общем, несколько здоровых парней вытащили тещеньку из под колеса, и на ручках, бережно, унесли в контору под овации толпы и под причитания тещи. Орала она, конечно, о том, какой плохой у нее зять, и как он зря ее обижает. В общем, тещу увезли, Витя уехал, понимая, что просто так она от него не отсстанет.

Вот в такой красивой истории я жила, и каждый вечер осознавала, как же мне повезло. Потому что в этот раз дрюкали не меня, а того, кто рядом. И этот сосед был мужского пола, и вроде как ко всему этому он относился вполне толерантно. Но по утрам я видела, как Витька готовится к неизбежной встрече. Теща не собиралась сдавать свои позиции, и на свой пост приходила очень рано. Мы ехали к своей калитке, и видели, что она уже на дежурстве. При чем тётенька не грамма не стеснялась жить у Витюшки в доме, вроде делая вид, что она не осознает, что выгнала из дома хозяина. Конечно, это было не мое дело и не моя семья, но мне такое поведение было не понятно.

Ну, а я, насмотревшись на все эти красивые разборки, медленно приходила к мысли, что не важно кто ты, муж или жена, тебе может так несказанно повезти с партнёром, что вся жизнь покажется адом. Про свой то ад я все и давно знала, и мне казалось, что у меня самый адовый ад, и терплю я его только потому, что я нашим обществом признана дефективной. А отец моих детей, каким бы он не был, он все-таки постоянно где то рядом. С кулаками, с ножами, с топорами, но он рядом. Но Витька то водитель совсем не походил на дефективного, а ад то у него тоже был. Может и не такой страшный, как у меня, но что он был, это было видно.

Витька держался в ситуации из последних сил, а я из последних сил держалась рядом с ним. Потому что все эти тёщины истерики не проходили даром. Витёк держался как мог. Он понимал, что его гнусное настроение действует на меня, хотя у меня и своя жизнь не сахар, и старался изо всех сил держать себя в форме. А я изо всех сил ждала пятницу, чтобы свалить. Какая разница где жить плохо? Хотя плохо я жила только утром, когда Витька собирался на работу. Вечером он задорно и весело рассказывал о том, что сегодня придумала теща. И делал это с искрометным юмором, потому что совсем не хотел портить мне настроение.

И все-таки при Витином терпении, он устал от такой жизни. Он теперь был на мясокомбинате известным персонажем. Только ленивый не знал Витькину тещу и ее закидоны. И наверное, Витьку больше всего волновало то, сколько это будет длится. А по поведению женщины было понятно, что ей нужна победа, и за ценой она не постоит. И хотя я в таком режиме прожила всего несколько дней, я устала от чужой тетки. О ней говорили в кожпосолке, на проходной, в конторе. А я, когда выходила из нашей секретной калитки по Витькиному лицу понимала, что ничего не меняется. И ещё по этому лицу было видно, что Витька ищет выход из данной ситуации и никак не может найти.

Последней каплей был очередной сюрприз. Ведь она по ночам видимо думала, как сделать так, чтобы у Витьки не осталось выбора, кроме как вернуться к Алке. Но Витька, чем она активней осаждала его машину, становился все решимей, и готовился к разводу. Но без тещеньки он так бы и не набрался этих сил. Ну так вот, продолжаю рассказ. В тот день, она решила ходить с козырей, и пока Витька ходил за печатью, она каким-то образом залезла к нему в кузов. В кузове в углу стояли ящики и коробки со стройматериалами, несколько фляг с краской и кули с цементом. Вот такой мелочевкой его погрузили, если учесть размер его кузова.

В общем две трети его длиннющего кузова были пустыми. Туда каким-то образом и забралась эта бешеная женщина. И если бы она не устраивала какой-нибудь кильдым каждый день, никто бы и не обратил на это внимание. Но теперь за Витькиной машиной не следил только ленивый. Поэтому, когда Витька вышел из конторы с путёвкой, ему сразу сообщили, что в его кузове разместилась теща. Представляете кузов длинномера? И вот вся эта площадь принадлежит не совсем нормальной женщине. Теперь она кузов использовала, как арену, и с него голосила на всю улицу Полярную, какой Витька отвратительный мужик, как он бросил беременную жену и хочет подать на развод.

Когда Витька увидел все это, его кудрявые волосы распрямились. Он точно знал, как сложно будет выселить ее из кузова. Там то у неё инструментов манипуляции было множество. Конечно, первым делом Витёк залез в кузов и попробовал ее уговорить. Но это был дохлый номер. Она бегала от него по кузову, как дура, и, если он приближался к ней, начинала описывать, как она сейчас выпрыгнет на проезжую часть, под идущие мимо машины. И хоть Витёк догадывался, что никуда эта мерзкая женщина не выпрыгнет, но рисковать не хотел. А что делать, он не знал, и даже не догадывался. А время шло. И это было его рабочее время. Но тещенька не собиралась завершать концерт.

Но мир не без добрых людей. Наверное, были в толпе люди, которые тоже знавали злых тещ. Поэтому кто-то из группы поддержки вызвал милицию. Менты в Жилкино были местные. Они всех знали и их всех знали. Да и скучно им было среди бела дня. А тут хоть какая-то развлекуха. Поэтому подъехали они быстро, выслушали свидетелей и пошли смотреть на участников происшествия. Как говорил Витька, два сержанта не ржали только потому, что были в форме. Они выгнали Витьку из кузова, а сами туда залезли на переговоры с женщиной. Через десять минут тещу увезли в опорный пункт. Витька поехал работать. Занавес.

А вечером, после того, как он увез меня с работы, на встречу к ментам пошел Витька. Как участник происшествия. Хотелось ему или нет, не важно, он однозначно хотел знать, чем это все закончилось, и запланировать, как дальше жить. А я, пока Витьки не было, стала потихоньку собирать по гаражу то, что здесь было моим и наводить порядок перед тем, как покинуть это укромное и уютное для меня место. Светке я уже сообщила, что собралась домой. По сути, ей было все равно. Но она все-таки предупредила меня о том, чтобы я была осторожней. Я и сама об этом догадывалась, но морально приготовилась ко всему. Хотя сильно надеялась, что все пройдет хотя бы без мордобития.

Витёк вернулся часа через два. И только в тот вечер я реально заметила, что он был, как в воду опущенный. Прямо на лице, крупными буквами было написано о том, как он устал от этого спектакля. Наверное, все это время он держался изо всех сил, а тут эти самые силы закончились, и поэтому он походил на сдутый футбольный мяч. Весь помятый, и в каких-то пятнах. С расспросами я к нему не лезла, потому что мне его было реально жалко. Очень плохо, когда человека постигает разочарование, а ещё хуже, когда он в сложной ситуации не знает, как дальше быть и что делать. Вот попадает человек в такой тупик, и хоть волком вой. Никто тебе не поможет, потому что все самому надо решить.

Именно поэтому я забилась в уголок и не мешала Витьке страдать. А ещё мне как-то не больно надо было сообщить ему о том, что завтра я собралась домой. Потому что уже пора. Я же знала, что в это смутное для меня время, Витёк, как ни крути, сильно поддержал меня, так же, как и я его. И мне, конечно, было очень неудобно, что я его покидаю, но тянуться до бесконечности это заточение не могло. Поэтому я решила, что сейчас дам Витьке маленько попереживать, и сообщу о своем переезде домой. А Витька все-таки не вытерпел, и решил подлечить все это переживание самогонкой. Скорее всего у него реально не было сил. Потому что я не заметила у него особой любви к алкоголю.

Ну и конечно же он предложил мне. А мне же как-то надо было сообщить ему эту неприятную новость о своем уходе, поэтому я решила, что так будет легче. После пары рюмок язык развязался у Витька.

– Галь, ты прости, тут такое дело, что мне, наверное, надо будет взять отпуск без содержания. Иначе вся эта катавасия не закончится никогда. А я уже на работу хожу, как на расстрел. Ещё пару дней, и она на меня капканы начнет ставить. Так что тебе придется как-то самой отсюда выбираться и на работу и с работы. И я понимаю, что для тебя это не очень просто. Но у меня выбора особо нет.

– А что ментосики то тебе сказали? Они то как-нибудь тебе помогут с ней справиться?

– Они составили на нее протокол за то, что хулиганила в общественном месте. Ну, вызовут ее на административную комиссию, пожурят, и пока все. И они же сами мне сказали, что останавливаться на достигнутом она не планирует, именно так она себя ведёт.

– Ты не напрягайся насчёт меня, я тоже собралась домой. Прямо завтра. Поэтому не переживай, мне не придется ходить по сугробам до мясокомбината. Спасибо тебе большое за поддержку, Витя. Ты мне реально очень сильно помог.

– Да чего уж там. Так случилось, что мы друг друга поддержали в трудный момент. Только у меня к тебе просьба. Во-первых, доживи со мной до понедельника пожалуйста. Я хоть привыкну к мысли, что я один. И ещё попроси Светку, чтобы меня отсюда не выгоняла, я пока не знаю где жить, и как тещу из дома выкурить.

– Светке я скажу конечно. Но ты же догадываешься, что она ничего не будет иметь против. Ведь ты ей столько колбасы вывез! А сколько ещё вывезешь! Но я завтра скажу ей. И до понедельника останусь. А ты хоть знаешь, что делать будешь?

– В понедельник пойду подам на развод. И ты знаешь, что самое интересное? Два дня над этим думал. Если бы Алка сама пришла сюда и истерики закатывала, я бы её простил. А я ведь знаешь, что думаю? Теща здесь за нашу семью бьётся, а Алка там под одноклассником извивается. Ну а почему ее здесь нет? Не очень я ей и нужен. А теще, конечно, доченька на содержании не нужна. Она уже и к подаркам моим привыкла. То денежек дам, то колбаски привезу. А на огороде ей кто помогать будет? В общем так вот я решил. А самому на душе погано. Семью хотел. Женщину подходящую выбирал. Кого выбрал то? Когда ей замуж надо была, так готова была что угодно сделать. Получила свой штамп в паспорте, и все, не нужен Витя

– Витя, но ты же молодой ещё, найдешь кого-нибудь

– А теперь, Галя, я боюсь искать. Попадется такая же, и что делать?

– А ты не думай о плохом, Витя. И все сложится

– Я вообще не о чем думать не буду. Пусть всё идёт так, как идёт. А тебе спасибо.

На этом и закончилось наше профсоюзное собрание. Каждый решил, что будет делать в понедельник. И на этом дороги наши пока расходились. Через несколько дней.

На следующий день, не смотря на ментовские предупреждение, теща все равно дежурила у ворот. Но Витька, увидев ее утром, даже не разволновался, потому что за ночь он придумал план действий. Вообще, когда человек принимает решение, он перерождается. Вот и Витёк, решив, что в понедельник он идёт в ЗАГС за разводом, вдруг неожиданно глубоко осознал, что эта женщина ему никто. А если она никто, то с какого перепугу он должен переживать о том, что она творит? Почему он должен терпеть ее присутствие в своем доме, даже если он сам там не живёт? Поэтому весь день с утра у него был продуман и расписан, как надо.

А ещё, будучи совсем не дураком, он взял у вчерашних ментов копию протокола и предписания явиться на административную комиссию. Пусть теперь лезет хоть в кузов, хоть в бензобак, он повезет ее туда, куда она хочет. То есть до первых гаишников. А пока грузят его машину, он выпросит у начальника стройцеха замок и поменяет замок на дверях дома. Ведь нельзя угодить всем на свете. Вон, довел себя до кондрашки, а теща веселится. А жена вообще живёт в свое удовольствие. Витька с такими мыслями в голове, был вполне счастлив, а ну а я не смотря на то, что тоже приняла решение, очень переживала за свою жизнь. Ведь если я приду первой, Витька, который мой, обязательно устроит мне наказание.

Но жизнь полна сюрпризов, поэтому я была очень удивлена, когда ко мне подошла бригадир Валя, и вручила записку от Вити, не разу не промолчав:"Какими ты дорогами ходишь? Мужик у проходной час простоял, так и не дождался тебя. Вот послание, я не читала, если что"

– Так прочитай. Это не правительственная депеша. Всем можно читать

– Мне не нужны чужие письма, и так дел полно

– Спасибо за секретность и теплое отношение к чужим мужьям

– Пожалуйста. Сама должна к мужу по-человечески относится

– Валя, у тебя там бригада простаивает, а ты за чужих мужиков переживаешь, иди уже.

– Чего тебе, Галя не хватает? Прямо как собака на людей кидаешься.

Валя удалилась, а я пошла читать Витину записулю. Она меня прямо очень порадовала:" Гал, хватит дурью мучится, давай поговорим что ли? Ну психанул я, бывает. Это же жизнь. Скажи куда прийти, соскучился по тебе. Прости за плохое поведение, я исправлюсь". Честно говоря, содержание записки меня не волновало, я догадывалась что там. Меня волновало то, что не я первая пошла на перемирие. Даже если я и соглашусь на его условия, это будет вроде как шагом на встречу. И ещё конечно радовало то, что не будет воспитательных мероприятий в отношении меня. Хотя я знала, что райская жизнь с Витей продлится не больше пяти дней, то, что он сам начал примирение радовало.

Я в перекур дошла до бригадирши и тоже отдала ей записку, где сообщала, что в понедельник приду домой. Валя, конечно, промолчать не могла.

– А что сама то не отдашь?

– Валя, не хочешь, не надо, пусть дежурит у проходной

– А ты, что, не через проходную выходишь?

– Через проходную, но позже

– У тебя что, другое расписание?

– Я подрабатываю

– Все денег не хватает?

– А ты что, мой оклад не знаешь?

Валька взяла записку. Мужья для нее были особой кастой. А я, успокоенная, пошла работать. А на рабочем месте меня ожидал Витёк- водитель. Давно я его таким счастливым не видела. Замок он переставил, теще жить больше негде. Сейчас погрузит машину, и посмотрит, что она сегодня для него приготовила. Если судить по лицу, Витёк был готов к любым сюрпризам. А мне было хорошо от того, что рядом наконец то не унылое оно, а бодрый, весёлый, молодой мужик. Я с ним тоже поделилась своими новостями. И не было, наверное, в тот день на свете людей, более искренне радующихся друг за друга, чем мы с Витюшкой. Ведь для того, чтобы научиться радоваться, надо столкнуться с каким-нибудь горюшком.

Ну а у меня рабочий день продолжался. Настроение было хорошее, все складывалось чудесно, хотелось прямо станцевать. И это даже при том, что я прекрасно представляла, какая жизнь меня дальше ждёт. Что будет, то будет, а сегодня то все хорошо, и даже замечательно. Значит будем жить!

Ну вот, все устаканилось и меня ждали понятные, хоть и не очень приятные перспективы. Я мысленно погрузилась в планирование будущей жизни. Потому что, по сути, не знала, что будет после встречи с Витей. Куда мы поедем жить?? В новую квартиру в Ново Ленино, или в Нахаловку на Каю? Работает Витя или нет? А если работает, то за какие деньги и к чему приготовиться? В общем, с одной стороны я была рада тому, как разворачиваются события, а с другой стороны меня мучила неизвестность. И это была даже не неизвестность, а реальное предвкушение очередной нищеты. Потому что Витя почему-то никогда не имел мотивации на развитие. Или ему лень было как-то суетиться, или не считал нужным. Все его мотивации заканчивались при сытом желудке.

Я запуталась в своих мыслях, и после Витькиных радостных новостей даже не думала, что его ждёт сюрприз. А тещенька постаралась! Хотя мне казалось, что вариантов для удивления больше не было. Ну что можно придумать ещё? Под колесами полежала, истерику устроила на весь завод, в кузове тоже спектакль устроила, осталось только санки к машине прицепить и ехать сзади с ветерком. Но я плохо думала об этой женщине. Она как будто чувствовала, что у нее последняя попытка, поэтому веселилась по серьезному, так чтобы все запомнили и сам поступок, и последствия. Особенно зять. В этот раз она шла ва банк.

Пока Витюшки не было, а он в этот раз не торопился, она умудрилась выкрасить его лобовое стекло. Как она это умудрилась сделать? Не понятно. Но при своем маленьком росте и почти не имея времени она вымазала суриком стекло с водительской стороны, да так тщательно, что поехать Витька никуда не мог. При чем ей так повезло, что народу рядом вообще не было. А если были, то совершенно не заинтересованные лица. Причем она осознавала, что сегодняшний поступок, это из ряда вон, это не бросаться под колеса. Это она машину испортила. Поэтому, когда вышел Витька, он после того, как увидел степень повреждения, увидел, как со всех ног улепетывает теща. Зачем? Всем было понятно, кто способен на такое.

Но тридцать лет, это не 50+, поэтому догнать женщину не составило труда. Трудно было притащить ее в контору. Ну и надо было найти место, куда ее поместить до того времени пока приедут менты. Но пока Витька ее догонял, уже собралась группа поддержки и ему помогли найти свободный, почти пустой кабинет, и запереть там тещу. Чтобы она ничего не повредила в кабинете, с ней остался доброволец. А Витёк, в ожидании стражей порядка, пошел рассматривать величину бедствия и придумывать, как все это удалить, быстро и качественно. Машина то погружена, и рейс отменять смысла нет, потому что все это аннулировать прямо здесь дешевле, чем закатываться на комбинат.

Но сначала пришлось дождаться милицию, чтобы они это все осмотрели и зафиксировали. К тому же правозащитники рассчитывали, что машина останется как молчаливый свидетель, и никак не хотели разрешать удалять следы преступления. В ситуацию пришлось вмешаться начальнику гаража, иначе они вообще не шли ни на какие соглашения. В общем, времени эти разборки заняли достаточно, а это было и Витькино и время тоже. С горем пополам ему разрешили привести свою лобовуху в рабочий вид. Пришлось изыскивать средства, которые наверняка все это отмют и отчистят на морозе. Хорошо, что было солнечно, и на стекло светило солнце.

До блеска ничего не оттерлось, но видимость он восстановил. А так как с понедельника у него был отпуск без содержания, Витек решил совершить капитальную помывку в субботу. Пока он мыл, ему вручили повестку, как свидетелю, и на этот раз увезли любимую тещу в отделение. Витька в глубине души сильно надеялся на то, что это расставание навсегда. Возвращаться то женщине было некуда, только на вокзал, но она об этом ещё не знала. А Витьку пришлось работать очень ускоренно, потому что его рабочий день сильно укоротили. Не знаю, как он заставил людей ждать его немного дольше, чем положено, но как-то у него все получилось. И у калитки я его ждала совсем недолго.

Вот когда села в машину, тогда я и узнала эту красивую историю. А Витька довёз меня до гаража, и поехал во Второй Иркутск, в отделение милиции. Можно было съездить и завтра, но завтра ему надо было отмыть до блеска лобовое стекло. Поэтому он решил так. А мне уже было все равно, потому что я морально готовилась к переезду. И с каждым часом Витькины проблемы волновали меня все меньше и меньше. Но я решила приготоввить прощальный ужин. Ну как приготовить? Сварить простой картошки. Ведь пока мы жили в этом гараже, картошка стала для нас деликатесом. Витьки не было часа два, поэтому я и сварила, и накрыла и остыть ничего не успело.

Ну вот оба вышли мы на финишную прямую, и я, проводив Витю в субботу на помывку машины, тихо завалилась в постель. Все, надо настроиться на не очень хорошую жизнь. Пусть она начнется даже не сразу после встречи с Витюшей, который сожитель, но она начнется. Ну а если честно, я как всегда, мечтала, что я его все-таки переделаю своей заботой, любовью и пахотой во имя семьи. Я даже прикинула на сколько мне хватит денег, которые я накоробчила за время в гараже, и колбасы, которая тоже копилась, выходило, что месяца на два, даже если поделиться с мамой. Ну а по пути я решила капитально переехать. То есть перевезти на место нашего проживания все наши вещи. Хотя и не знала, куда мы переведем.

Я так замечталась, запланировалась, что заснула. И проснулась в два часа дня. Витёк ещё не вернулся. Ни фига се, ему машину покрасили, за полдня не справился! Не повезло мужику с родственниками! Ну ладно, это его проблемы, у меня на днях своих будет достаточно. Ну и я тихо перевернулась на другой бок и стала разгадывать кроссворды. Но в четыре часа я захотела есть. И уже очень удивлялась по поводу исчезновения Вити. Куда он делся то? Задохнулся ацетоном или скипидаром? Ну это вряд ли. Что тогда произошло то? Искать его что ли? Хорошо, что была зима и сугробы меня сильно смущали. А то бы я конечно рванула на поиски. Хотя по сути не знала где его искать. На мясокомбинате его стопроцентно не было, я была уверена. Что случилось с мужиком?

Я страдала часа четыре. И пообедала я уже и порядок навела, хотя это не про меня. Но так я отвлекалась от мыслей о Витьке. Совершенно не хотелось думать о плохом. Да и какое плохое с ним может произойти? Здоровый крепкий мужик! Витёк явился чуть после восьми, такой замученный, как будто прошел пешком от Усть Орды до Иркутска. На лице было написано предостережение. Хорошо, я прочитала. Я потихоньку поставила перед ним тарелки с едой, и налила самогонки. Если состояние терпимое, пить откажется, он всегда так делал. Но состояние было нетерпимое. Все понятно. Значит произошел какой-то неожиданный сюрприз. Но спрашивать не буду. Выпьет, сам расскажет.

Витька начал говорить после трёх рюмок. Вот с самого начала сегодняшнего дня. Стекло ему помыли девки мойщицы в гараже, за торт и конфеты. Так как их было двое, прошло это быстро. Он с ними даже чаю попил. Ну а по дороге домой зашёл в магазин и купил, что там было, хоть как-то себе субботу разнообразить. Витька махнул в сторону двери, и я увидела матерчатую черную сумку. Пусть стоит. Есть уже никто не хочет, потом разберу. Но, дойдя почти до гаража, Витёк подумал, что не плохо бы проверить свой домик. Тещу же отпустили, и она однозначно пошла туда. Она же не предполагала, что Витька может быть таким подлым. Надо посмотреть

Витёк правильно все решил. Теща не простила ему бесчувственного отношения к женщине. Ну почему он, дурак не догадался в ворота замок вставить? Все шесть окон были разбиты напрочь. Ну а дверь пытались поджечь снизу. Выгорело немного. У Витьки от осознания безнаказанности некоторых людей в зобу дыханье сперло. И он, чтобы у этих людей не было повода повторить это ещё раз, пошел звонить в милицию. А пока милиция ехала, зашёл к соседям спросить, может слышали чего. Но соседи ничего не слышали, и Витёк им верил. Что у соседей, что него заборы были капитальные. Высокие и из хорошей доски. Поэтому если осторожно бить ничего и не услышишь.

С другой стороны жила полуглухая бабка, к ней можно было не заходить, но Витька зашёл. Бабка, естественно, ничего не слышала, но запах дыма учуяла. А как гореть то посреди зимы? Она вышла на улицу, и увидела, как калитку в Витькин дом открывает женщина. Она у нее спросила, а откуда это дымом пахнет? Женщина не ответила, но ушла от калитки почти бегом. Бабка зашла вовнутрь и обнаружила костер под дверью. Закидала снегом огонь, а само костровище отодвинула к завалинке, там он и может его найти, если ей не верит. Но Витька верил. А ещё спросил, не может ли бабка женщину описать. А бабка сказала, что лицо она не рассмотрела, а одежду описала с точностью до варежек.

Ну и на этом месте приехала милиция. Они просто удивились, что это опять Витька. Ну а когда посмотрели на то, что сотворила обозленная женщина, вопросов больше не было. А когда вошли в дом, было ещё удивительнее. Всю жилплощадь закидали мусором. Видимо обозленная баба несколько раз бегала до ближайшей мусорки. И выбирала там самое мерзкое и вонючее. Первый позыв Витьки был все это убрать. Но защитники порядка его остановили. Они вызвали на подмогу опергруппу и сели писать протокол. А Витька смотрел на эту разруху и ему хотелось заплакать. Ну разве человек может такое сотворить? И это, мать его жены! Так и жена выходит такая же?

Утром Витюша сорвался на совершение подвигов. Потому что чужими заботами у него как-то образовалась масса проблем и их надо было решить сегодня. Магазины в выходные не работали, где взять стекло? Да ещё на шесть окон? А это стекло ещё надо на чем-то вывезти! Поэтому выход был один, обращаться к добрым людям. А так как Витька и сам был парень безотказный, то и ему сильно никто не отказывал. Стекло и стройматериалы он выпросил у начальника стройцеха, конечно за деньги, но оплатить можно в понедельник, а вывозить он все это выпросил у начальника гаража свою же машину. Поэтому утро вроде, как удалось, дела делались.

Ну конечно дом выстыл, и в первую очередь надо было вставлять стекла, потом печку топить, а потом уж мусор выгребать. Благо за ночь все это замерзло и не воняло. Хотя резать стекло в доме тоже было невозможно. И стекло на морозе становилось хрупким и пальцы отмерзали. Никакой работы не получилось. Что делать? Пошел он к бабушке соседке в ножки кланяться. А бабуля то только рада. Скучно ей, наверное, в одиночку. Дома все вылизано до идеальной чистоты, и она сидит, половики вяжет. Увидела его, обрадовалась, чаем напоила и пришлось ей стол для него освобождать. А где ещё стекла резат? Но бабушку это не напрягало.

Ну а в тепле то дела пошли лучше. Витёк был парень с руками, поэтому в этих руках все спорилось. А бабуля, пока он стекла резал, накрыла ему стол. И борща налила и пирогов погрела. Витька даже не ожидал. Но отказываться не стал. Потом убрал все, что устроил и пошел реанимировать свои окна. Когда за окном замаячили ранние зимние сумерки всё было готово. Новенькие стёклышки переливались в окнах, а Витька пошел затапливать печку. Надо было ещё дверь залатать и мусор убрать. И в этот красивый момент опять раздался звон стекла. Витька даже думать не стал, кто это, выскочил во двор. Но теща была уже у калитки, и если бы она успела выскочить на улицу, пришлось бы Витьке лезть через забор.

У этой калитки снаружи стоял засов, который нельзя было открыть изнутри. Почему сделали такой засов, Витька не знал, ему он перешёл по наследству. Но в этот момент, откуда не возьмись, появилась бабушка соседка, захлопнула калитку, и закрыла на этот самый засов. И теще был закрыт доступ на волю. А на улице заскрипел снег и бабуля криикнула:" Держи ее Витюша, я за милицией побёгла, сейчас быстренько, подожди". Но теща, старая вешалка, вместо того, чтобы мирно сдаться в плен, стала пробовать перелезть через забор. Вот тогда Витька первый раз задумался, а в своем ли уме его родственница. Пришлось стягивать ее с забора.

Витька схватил тещу в охапку и про себя благодарил свою соседку смышленую. Ведь надо же было так вовремя подойти! А бабулька потом ему объяснила:" Та я в окно увидела, как она в твою сторону пошла. А я ещё вчера ее запомнила. Значит не за хорошим делом она вернулась". Милиция приехала через двадцать минут. У Витьки не было сил даже смотреть на тещу. Он написал заявление, и пока допрашивали соседку, он опять заменил стекла в раме. Подошёл лейтенант и спросил:" Слушай, а теща твоя часом на учёте в психдиспансере не стоит? А то обострение какое-то. Сколько ее уже ловить и предупреждать можно? Даже я устал."

Витька пожал плечами. Он не знал о диагнозах своей тещи, да и знать не хотел. Он тоже устал. Наконец то все уехали. Остались они вдвоем, он и бабушка соседка. Дом потихоньку согревался, а пока Витька собирал мусор и носил его на ближайшую помойку, бабушка помыла ему полы. Так шустро и ловко, что он даже не ожидал. Так как тещу увезли, а на дворе уже стемнело, Витёк не стал вставлять замок в калитку, а просто закрыл ставни и стал заделывать дыру в двери. Бабулька тем временем управилась и спросила, а из чего сгоношить ужин. И Витёк вспомнил, что проголодался. И от психоза, и от мороза. Он показал на холодильник, и сказал бабуле:" Таким посмотри, что есть".

А в холодильнике у Витьки чего только не было. Теща, конечно, подъела деликатесы, но самую малость. А бабулька то как открыла холодильник, так и окаменела:" Господи ж ты боже ж мой, это откуда такое богатство то берется?". Витька расхохотался. Такая маленькая, старенькая, глухенькая бабушка, и подиж ты сколько тепла ему в жизнь принесла, прямо одним днём. Он встал, подошёл к ней, обнял за плечи и расхохотался:"Бабуля, вас как зовут то хоть? Спасительница моя!"

– Лукерья Афанасьевна я, сынок

– Возьмите, что понравилось, я вам должен. Вы сегодня мой ангел хранитель

– Не, сама брать не буду. А вот если сам дашь, не откажусь.

Витька накромсал ей и колбасы и деликатесов, свернул пакет из газеты, сложил все туда и вручил в руки:"Вот, Лукерья Афанасьевна, кушайте на здоровье!"

– Ой, спасибо родненький! Я сейчас домой метнусь, унесу это все, пока ты не передумал, и вернусь, яичню тебе сделаю с колбасой"

Бабка ушла, а Витька приколачивал доски и думал о том, что никто так давно его не вдохновлял, как эта глухенькая бабулечка. Своей то бабки у него не было, зато появилась чужая.

Восстановительные работы в доме были почти закончены. Почти, это потому, что Витёк не успел вставить замок в калитку, а все остальное было в порядке, так что можно было хотя бы на время расслабиться. Ну на то время пока теща в милиции. И сейчас они с бабулечкой сидели за столом, ели вкусную и горячую яичницу, закусывали пирогами, которые принесла с собой Лукерья Афанасьевна, и думали каждый о своем. А может и не думали, а просто молчали, потому что рот был едой занят. А может просто стеснялись заговорить, потому что познакомились в непонятной ситуации? Это было им неведомо. Но ни один, ни другой не переходили какую-то невидимую черту, хотя хотелось.

Первая не выдержала бабулечка. Она встала, чтобы убрать со стола посуду, и все-таки любопытство выскочило наружу.

– Вить, а кем эта бешеная женщина тебе приходится то? А то я что-то не дослышала, глухая тетеря.

– Это мать моей жены, Лукерья Афанасьевна, теща то есть. Вот так мне повезло

– Да уж, и спорить не буду, повезло тебе так, что и врагу не пожелаешь. Теща здесь, а жена то где, что не успокоит свою маму?

И тут Витёк расчувствовался, и все рассказал своей соседке. Про его же личное горе никто и не знал, кроме меня, наверное, давило оно его, или выплескивалось. Мы же все живые и ранимые, и хоть как мы умеем держать лицо, душе то не прикажешь. Душа по-разному реагирует на поступки наших близких. А так как они нам близкие, в основном наша душа стонет и плачет. Вот и у Витьки душа, скорее всего, каждый день рвалась в клочья, когда он глядел, что творит его родственница в отношении его. Он то ведь ей ничего плохого не сделал, почему она то так разошлась, может и правда не все хорошо у ней с головой. Вот все свои горести Витька и доверил соседке, которую только вчера узнал.

Бабуля слушала очень внимательно. Может, потому что глуховата была, может, потому что жизнь научила ее так слушать. Но в общем не разу она Витьку не перебила и лишних вопросов не задала. Ладошками щеки подперла и не слова не пропустила.

– И что же ты теперь делать то будешь со всеми этими новостями?

– Вот и не знаю я. Страшно мне с ними жить, хочу в понедельник на развод подать. Ведь перспектив то никаких. Ребенок тоже смущает, был вроде чужой, а стал мой, где правда?

– Ну про ребенка я тебе ничего не скажу, истинного отца только мать знает. Но вот совет бы я тебе дала. Съездил бы ты к своей женушке, поговорил с ней, ведь она тоже живой человек. Да натворила она всего, но мы же не знаем почему она это творила. Ты же понимаешь, что у всех у нас свои заскоки. Кто из нас без греха? Вон у меня трое детей, а одного не от мужа родила. Он об этом так и не узнал. Да и вообще никто об этом не знал. Теперь вот ты знаешь.

– Как это не знал?

– Так и не знал. Он же мужик. Он в наших женских делах не разбирается. Я с ним гулять начала, как только мой вроде жених, на другой женился. Ей богу, я чуть с ума не сошла! Я ведь ему верила! И о свадьбе договорились, и разрешила я ему все. Наглядеться я на него не могла. Да я бы ради него душу вынула, и дьяволу отдала. А он, вон чо думал. Раз, и с наскоку женился на дочери председателя колхоза! Конечно, что с меня взять, кроме молодого тела, а там все сразу готово. И дом, и скот, и место в конторе. Зачем ему я? А я как узнала об этом, чуть в петлю не полезла! Ведь я то его любила. Ну сам небось знаешь, как первый раз любят. Но вот взяла себя в руки, да ответила на ухаживания своего ещё тогда не мужа. Отвлечься решила.

А он, Савва мой, на практику к нам в колхоз приехал. Молодой, красивый, статный. Агроном. Но я его сначала и не примечала. Любовь же! А когда приметила, да гулять с ним начала, поняла, это боженька меня направил. Не парень, а золото. Добрый, заботливый, да и любил он меня, пылинки сдувал. А через несколько дней я поняла, что беременна. И что делать то? Ведь аборт то в деревне не сделаешь. Вся округа знать будет. А Савва, он серьезный, на третий день меня домой провожал и замуж позвал. Я про беременность тогда и не знала ничего. А когда узнала, у меня и выбора не было. Ну и ответила ему согласием. А брак наш регистрировал через несколько дней председатель колхоза. Так что все у меня шито крыто получилось, вот тебе свою тайну выдаю. Смотри, не треплись! Хотя кого это сейчас интересует!

– Ну вы и дали Лукерья Афанасьевна! Ну и закрутили!

– Дала, Витенька, дала, да не тому. А ростить моего сыночку пришлось Савушке. Но он, слава богу ничего не знал, любил его, как родного. А я и ему деточек быстро нарожала, сына и дочку. Так что все у меня хорошо сложилось. Поэтому, не поленись, к жене съезди. Мой тебе совет.

Витёк задумался.

Все это мне рассказал Витёк, когда в темноте, зимним вечером, наконец то явился на место своего проживания. У меня были претензии. Я выспалась, нагадалась кроссвордов, и прямо собралась до нитки:"Вить, ты на фига меня попросил остаться? Думал тебе будет грустно и тоскливо, а тоскливо мне. Я кукарекать завтра здесь буду. Увези меня домой, если можно сейчас"

– Галь, давай не сегодня, ну вот пожалуйста не уезжай! Догадываешься почему?

– Нет, Витя, вообще не догадываюсь! Я просто вижу, что тебя где-то носит, а я должна себя веселить сама. Ну мы так не договаривались!

– Галь, я завтра к Алке поеду разговаривать. А если мы помиримся?

– Если? Ты сам то знаешь зачем туда едешь?

– Гал, с одной стороны я зол, а с другой хочу помириться. Может и правда ребенок мой?

– Витя, я то тебе зачем? В гараже сидеть в роли ожидающей?

– Нет , Галя, ты мне нужна полежать со мной последние две ночи. Я не знаю, когда со мной это в следующий раз случится!

– Витя, ты почему не спросил у бабушки, как жить семьёй, если жена не даёт? Ты собираешься мирится, чтобы испортить себе жизнь? Сам подумай!

– Я все равно съезжу, чтобы, как сказать, все шансы использовать. Потом спрошу у Лукерьи что она думает по этому поводу, а ты подожди меня, а? Я все равно машину на выходные выпросил. Могу тебя увезти домой в понедельник ранним утром

– Ну ты то просчитываешь, как тебе удобно, а что я завтра тут одна буду делать? В потолок смотреть?

– Ты будешь спать, потому что спать я тебе ночью не дам. А часа в два дня я уже приеду. В смысле приду. Я все посчитал, и на Алку и на замок в калитку времени хватит.

– Как ты поедешь, если сам спать не будешь? Спички в глаза вставишь?

– Ты за меня не переживай. Ну что? Договорились? Утром в понедельник домой увезу. А потом ставлю машину и неделю живу один, здесь

– Ты же с ума сойдешь тут куковать?

– Галь, я отдохну. Я устал за последнее время. Во мне нервы звенят. Если захочешь любви и ласки, заходи

– Витя, ты в себе? Я пошла типа к мужу мирится, а ты мне что говоришь?

– А что такого? Муж то у тебя такой же, как у меня жена! Так что имей в виду.

Ночь прошла по Витькиному плану. И я очень ему сочувствовала, когда закрывала утром за ним двери. Сама свернулась калачиком под огромным ватным одеялом и заснула. Хорошо то как Господи, когда голова выключена хотя бы на время. Проспала я до часу, это хорошо. Я успела встать, умыться, почистить зубы, и даже скипятить чайник, когда в дверь постучался Витёк. Я открыла двери и решила опереться на стенку, иначе бы упала от удивления. Витёк был хорош. Я даже не представляю, какой любовью надо воспылать, чтобы так вот уделать мужика. Лицо у Витюшки было поцарапано, по левым глазом сидел огромный фонарь, волосы то ли кто-то подстриг то ли выдернул, и на шее стояло пять засосов.

Я продержалась минуты две, а потом села на кровать и у меня случился приступ смеха. Я смеялась до коликов, до икоты, я понимала, что это неприлично и обидно, и старалась прекратить свой идиотский смех. Но стоило мне взглянуть на Витькин раскрас, истерика начиналась снова. Причем было видно, что царапины кто-то обработал и замазал зелёнкой. Вот это красота! Да ему из этого гаража теперь пару недель не надо выходить! А зелёнкой то, наверное, его Лукерья намазала. Только бабушка могла так сделать. Я бы, например, подумала о том, что мужику завтра на работу. А куда он в таком раскраске? Хотя не только в зелёнке дело.

Я наконец то пришла себя и решила налить самогонки, и себе и Витьке. Опыт показывал, что говорить он начнет примерно через час. А Витька плашмя лежал на кровати, лицом вниз. Я стянула с него куртку, шапку и сапоги, подвинула стол к кровати. Вот что ему сказать? Ну прохохоталась я, а слов то нет. Потому что я догадываюсь, что произошло, но не понимаю почему. Вот я на такие подвиги вообще не гожусь. Нет, я не святая, кому-то, наверное, в жизни морду корябала, но чтобы вот так? Не помню. Но теперь то, наверное, о примирении и речи не идёт? Хотя кто знает? Странный мальчик Витя. Ему сказали, что пузом тёрлись о чужого мужчину, а он мириться поехал. Вот теперь изуродовали всего, что теперь делать будет?

Витька неожиданно сел, взял бутылку самогонки и стал пить из горла. Позволить ему упасть я не могла, поэтому бутылку забрала и убрала подальше. Витька опёрся головой на руки и раскачивался на кровати. Ну вот что сказать человеку в таком случае? И зачем люди так изводят друг друга? Ну можно же найти слова? Ну пусть не очень хорошие, зачем же руками в лицо лезть! Интересно, как она ему фонарь под глаз поставила? А засосов как насосала? Он что ей шею добровольно подставлял? Чудны дела твои, Господи!

В этот раз Витёк отходил долго. Ну я бы тоже напилась от расстройства и все. Потому что я, испробовав все сорта звёздячек, уже в то время тихо приходила к выводу, что физическая расправа приходит на смену словам тогда, когда человек знает о том, что он не прав. Естественно, дешевле правоту доказать люлями. Дал в глаз, и любой нормальный человек на многое согласится, и потому что больно, и потому что обидно, и потому что не понимает за что его бьют. Я много за свою жизнь слышала и советов, и историй, про то, как надо дать сдачи, и все успокоятся. Мне смешно. Во-первых, потому что я просто не хочу давать сдачи, это не моя история. А во-вторых, потому, что если мужик без принципов, он так тебя уделает, что последствия могут быть непредсказуемы.

Ну а Витька уделала женщина, жена так сказать. И если даже не ждать его рассказа, можно было просто догадаться о том, что она не стеснялась и применяла разные способы. Вот скажите, как можно было поставить пять засосов? У меня только одна версия, в постели. Второй вопрос, зачем их ставить такие ужасные? А они у Витьки были действительно ужасные. Для того, чтобы опозорить человека, и для того, чтобы долгое время не мог никуда выйти. В люди, я имею в виду. Ну вот какая-то такая картинка была у меня в мозгу. Сначала Витьку приласкали, наставили засосов, а потом уже устроили обыкновенные женские склоки. В глаз она ему скорее всего чем-то засандалила.

Наконец то Витёк очнулся, встал и вышел из гаража. Мне было любопытно, я пошла подглядывать. Витька растирал фонарь снегом. Поздно, Витя, поздно. Надо было сразу такие вещи применять. Интересно, он замок то на калитку поставил, или ударился в горе? Хотя, если рожа в зелёнке, это не иначе, как бабушка Лукерья намазала. Не Алка же это делала? Сначала пол лица на ногти собрала, а потом зализывала раны? Так не бывает. Витька зашёл обратно и пошел к зеркалу, рассматривать себя. Господи, дай ему выдержки и терпения, чтобы принять это спокойно. Хотя скорее всего он это уже видел. В машине зеркала, дома у него, наверное, есть зеркало, если заходил. Так что не страшно. Скорее всего

Да, Витёк все это уже видел. А сейчас он стоял и рассматривал свое израненное, мокрое от снега лицо. Да, красиво, ничего не скажешь. Даже не понять, чем этому всему можно помочь. Хотя зачем помогать? Дня четыре, и все подживет, и даже синяк начнет желтеть, а засосы чернеть. А засосы были классные, большие, лиловые. Как их такие можно было изобразить? Только прикинуться любящей женой, которая соскучилась и пока муж будет мечтать о нежности, разрисовать его вот так красиво, от всей души. Другую версию я не могла придумать. С другой стороны, он что совсем не чувствовал, что она творит? Настолько мозг отключился? Удивительное дело!

– Вить, ты меня прости за бесцеремонность, но как она тебе такие засосы то наставила? Связала что ли? Или наручники надела?

– Галь, чё придумываешь то? Я же взрослый, здоровый, молодой мужик. Как меня может связать женщина, которая ростом мне по плечо?

– Только не говори мне, что в порыве страсти ты не заметил, что она делает с тобой!

– А что такого особенного? Да, я, как всегда, повелся. Ну не умею я подличать, вот и не думал, что человек может разыграть любовь с умыслом.

– Ой, ещё расскажи мне, что она и трусы сняла! Чтобы я прямо вот здесь дар речи потеряла

– Такое я не скажу, не было такого. Трусы стал снимать с нее я. Зря я это задумал. Потому что правильно ты говоришь, люди не меняются. Если они становятся другими, то только на время, и только с умыслом. Вот и она подстроилась. И все бы закончилось засосами, если бы я не полез к этим трусам.

– А что не так с трусами то? Ты вроде муж ей? Или она забыла? Или у нее невроз на почве беременности?

– Какой невроз, Галя? Мне кажется, она просто меня ненавидит. Ты бы видела ее лицо, когда она поняла, что я намекаю на близость. Все, она сразу ополоумела. Как будто не я к ней в трусы залез, а Соловей разбойник!

– И вот это все на лице, это последствия твоего необузданного желания женской плоти?

– Да, Галя, да! Ведь ты понимаешь, что я-то не сильно отреагировал на ее желание отпустить ее из кровати, я продолжил то, что считаю нормальным. Ты понимаешь, она ни слова не сказала. Я бы, конечно, сразу ее отпустил бы, я же не насильник. Но слов не было, она сразу схватилась за лицо. А когда я от неожиданности замер, она повторила это два или три раза. Вот потом она выпрыгнула из постели и заверещала, как бешеная. Я попросил ее замолчать. Словами, не руками. А она схватила с кухонного стола поварешку и зарядила мне в глаз!

– Ну а чего ты ожидал? И вообще, как вы в постели очутились?

– Ты не поверишь, по обоюдному согласию!

– Ты наверняка это знаешь? Она прямо сама тебя в кровать затащила? Добровольно?

– Да, Галя, добровольно. Она же засосов мне хотела наставить. Только я об этом не знал

– И разделась добровольно? Или ты помог?

– И фартук сняла, и халатик и бретельки от комбинации скинула. Мол бери меня, я вся твоя!

– А как ты собрался её брать, так желание пропало, так что ли выходит, Витя?

– Выходит, Галя, что это был спектакль

– Почему ты так решил?

– А потому

– А ну ка расскажи

– Самогонки налей

Я пошла за бутылкой, уж очень все интересно было

Витюша налил себе, не скромничая, стакан, и замахнул тремя глотками. Я даже испугалась, что он сейчас просто отключится и все. Но видимо переживания были такой силы, что не мог он отключится от этой жизни, и продолжить рассказ почему-то не мог. Опустил голову на руки и застыл в глубокой задумчивости. Да, прищепило человека. Значит так надо. Хотя, конечно, переживать такие вещи очень тяжело. Но прожив пару недель в гараже с Витей, я, наверное, первый и единственный раз осознала, что мужики, тоже люди. У них тоже есть и душа, и сердце, и желания. Ну и тогда я, наверное, первый раз задумалась о том, что мы что-то не то делаем изначально. Как-то не правильно мы выбираем себе партнёров на всю жизнь, не по тем параметрам.

А Витёк, как я понимала дальше, был поражен не вероломством жены, а совсем другим. Расцарарапанное лицо и синяк под глазом вполне можно пережить. Сложно пережить, когда тебя выставляют на показ, как подлеца, как насильника, как негодяя.

– Ты представляешь, мне показалось, что она вот орала то, как резанная специально. Она, как заверещала, так сразу этот прибежал, одноклассник, типа заступаться. Заморыш, мелких размеров. Вот что она в нем нашла? Заскочил такой герой в комнату, и давай мне предъявлять. А я посмотрел на него и смешно мне стало. Сейчас ведь подойду, возьму ручкой за шейку, и конец ему придет. А Алка то продолжает. Хоть бы оделась. Бегает в комбинации по комнате и орет не переставая. Как я посягнул на ее прелести, как принуждал к контакту, и как за это можно сесть. А я смотрел на все это и так мне было противно и мерзко, прямо до тошноты.

– Витя, а почему ты ей не напомнил, что муж то ее ты, а не вот этот сморчок, который по ее зову прибежал в комнату и созерцает чужую жену в полураздетом виде?

– Да что там созерцает? Она комбинацию задрала и давай ему синяки между ног показывать. Наверное, от пальцев моих остались, когда пытался ноги ее удержать. Так ты понимаешь, она то с ним спит, а моя голова отказывается понимать эту ситуацию. Она же до сих пор мне жена, а она тут вдруг чужому мужику свою изнанку показывает, и там показала, и титьки давай перед ним вываливать, я просто в ужас пришел. Скажи мне, что это, не театр? И ты представляешь, у нее на груди тоже оказались синяки, а я их не ставил! Я же с головой то дружу! И за руками своими слежу, потому что мои руки! Это что значит? Значит кто-то ей эти синяки заранее поставил? Зачем?

– А ты зачем на все это смотрел то? Раз он заморыш, надо было выкинуть его за шкирку. Нечего ему рассматривать голое тело чужой жены. Или ты просто растерялся? Ведь картинка то не очень приятная, а скорее всего противная.

– Да, ты права. Первым позывом было заехать ему по морде, вот прямо от всей души. Но тут я вспомнил, как на днях контактировал с милицией. И в голову пришла чудесная мысль о том, что это специально для того и сделано, чтобы я разошелся, и начал руками махать. Ну а когда входишь в раж разозленный, намахать можно поболее, чем на пятнадцать суток, так ведь? И тут возник вопрос, а зачем им это надо? И простой ответ. Она же мне жена ещё. А домик то у меня, хоть и маленький, но крепкий, и основательно построенный. На сколько меня присадить могут? Одной чуть титьки не оторвал, другого чуть не убил? Прямо список статей для моего хорошего отдыха на зоне! А они в это время проживут в доме, который мне чужая женщина подарила, да?

– Ты что его, убивать собрался? Такие страсти предполагаешь? Даже я убегать от тебя собралась.

– Ты его видела, Галя? Там никого не надо убивать. Просто толкни, и разберётся на запчасти! Поэтому не важно, что бы я сделал в отношении его, последствия бы были тяжёлыми, поверь мне. Но вовремя мои мозги сработали. Да, ты не представляешь, как бесила меня эта картинка. Ведь они же не успокоились на достигнутом. И титьки она ему показала, и спину, и даже трусы приспустила, какие-то царапины показывала, просто какое-то безумие. Ну а меня то на титьках отпустило, когда идея в голову пришла, что меня посадить хотят. А потом я просто смотрел на все это, и так мне было противно, ты не представляешь. На что способны люди ради какого-то домика? Ну и как ни странно, я впервые в жизни понял, что Алка то ни разу ни красавица. Наверное, я когда женился все-таки был влюблен. А тут, пока они там показывали свои актерские таланты, я увидел и спину ее широкую, и ноги ее, ну реально, как у коня тяжеловоза. Талии там и не было никогда, на что я клюнул? Чем я смотрел на эту женщину? Как ей удалось выключить мне мозги? Короче, разочаровался я в своем выборе буквально за десять минут. И именно в тот момент мне стало хорошо и спокойно. Все. Нет ничего. И по фигу мне чей это ребенок. Хотя если мой, конечно, буду помогать.

– Если тебе все равно, тогда почему такой убитый?

– Людская подлость меня убила. Это что вот всё было? С тёщей? С этим заморышем? Со спектаклем? Это для чего?

Витя снова себе налил.

Не смотря на то, что дозу алкоголя Витёк принял совсем не слабую, пьянеть он как-то не спешил. Все-таки сегодняшний визит его убил. Ну мне так казалось, когда я его разглядывала. То ли он вообще не сталкивался с людьми-поганками, то ли вот не понимал, как так могут поступить близкие люди, но его состояние сильно походило на замешательство. Или все-таки так алкоголь влиял? Мне было не понятно. Я то была трезвая, не было у меня желания употреблять. Поэтому я рассматривала Витьку почти в упор. А он вообще не реагировал на белый свет, он что-то там искал внутри. Глаза закрыты, подпёр подбородок руками, и нет его в этом мире.

– Галь, ну ты то чего об этом думаешь? Или это нормально?

– Ну вот что это нормально я точно не думаю, мне больше интересно, зачем Алка поменяла тебя, с жильем, вроде надёжного, на того, у кого никаких перспектив? Что, любовь такая? Так она пройдет. Вот пару лет поживет на супе из лебеды, и прибежит обратно.

– Ну во-первых, я столько ждать не буду, теперь то мне точно развод нужен. Во-вторых, если реально смотреть на ситуацию, мы же про этого сморчка ничего не знаем. Только то, что он ее одноклассник. Остальное сказала теща, веры этой женщине нет.

– Кстати, про тещу то что-нибудь знаешь или нет?

– Завтра узнаю, сегодня как-то некогда было

– И что ты завтра узнаешь с таким лицом?

– Из гаража позвоню. Машину то все равно гнать

– Не боишься там в таком чудесном виде появиться?

– За последнюю неделю что только не видел комбинат в моем исполнении, и это переживет. Тем более, я по быстрому, до восьми. Ты же можешь встать пораньше?

– Встану, не переживай. У тебя на сколько заявление написано?

– На неделю. Но если бы мне так витрину не испортили, я бы его завтра забрал. Теще пятнадцать суток светит, Алке я по барабану. От кого скрываться?

– Жить здесь будешь?

– Нет, Светке унесу завтра ключ утром. Так можно?

– Можно. Только прибрать все надо здесь

– Сейчас приберу, заняться то все равно нечем, попереживаю с веником в руках.

– Жить домой пойдешь?

– Нет. К бабушке Лукерье. Мы что-то так сегодня договорились с ней, пока я замок в калитку вставлял

– Ну ты молодец! Замок успел вставить! Я думала, что у тебя руки опустились

– Да ты что? Я со психу то, сам не свой был. Пока ехал домой все жевал эту ситуацию. Как она так жила со мной, если терпеть не могла? Ведь я же вижу, как она к этому своему относится. Вот чем он ее взял?

– Не знаю, Витя. Может и правда, старая любовь не ржавеет?

– Ну так если она такая бравая, эта старая любовь, зачем она за меня замуж выходила?

– Это ты у нее спроси. А бабушка твоя что сказала, когда твою витрину увидела?

– Ничего не сказала, причитала, как по умершему. А потом положила, да давай компрессы из травы делать. Видишь, на морде не красноты, ни воспалений, это после травок все ушло

– А зелёнкой кто намазал?

– Я в машине. У меня в автомобильной аптечке ничего кроме зелёнки нет. А я испугался, что эта зараза какую-нибудь заразу мне от своих ногтей занесет. Вот и разрисовал себя вдоль и поперек.

– Ну молодец, зато заразы нет. А жить почему решил у бабки? В доме вроде порядок навел, окна вставил.

– Так она позвала. Сказала, что вдвоем лучше будет. Я тоже так решил. И так настроение поганое, да ещё один. Что я буду думать в этом гараже? А так бабуле все дрова переколю. У нее там два грузовика чурок. Крышу залатаю, крыльцо поправлю. Да там есть работа. Одна же одна живёт. Хоть отвлекусь от своих поганых мыслей, да мудрого человека послушаю.

– Да уж. Особенно совет она тебе мудрый дала насчёт примирения с женушкой твоей

– Она тоже это вспомнила. Прощения попросила. А потом говорит:"Зато ты теперь наверняка знаешь, что твоя жена змея подколодная". Права она, наверное. Если бы не поехал, так бы до старости и сомневался.

– Наверное так и есть. Только один минус. Мы к этой правде никогда не готовы.

– Да, это прямо точно. Я то сегодня, чуть концы не отдал от этой правды

– Слушай, Витя, а тебя все бабушки любят?

– С чего ты это взяла?

– Сам сказал сегодня, что посторонняя женщина домик тебе подарила. Это правда?

– Правда. Только когда я с ней познакомился, она не бабушка совсем была.

– Молодуха что ли? А потом постарела? Так?

– Нет, там совсем другая история была. Печальная.

– Расскажи

– А надо?

– Очень интересно за что дома дарят.

– Ну не дом, в полном понимании этого слова. А домик. Там всего тридцать два метра было. Но такой капитальный. Лет сто простоит. Из бревен.

– А почему было?

– А я пристрой сгородил ещё метров на десять. Сделал там кухню и кладовую. У меня теперь, можно сказать, хоромы.

– Давай, рассказывай, владелец хором

– Слушай, раз интересно.

Витька взял в руки веник, так, наверное, ему было легче, и пошел готовить наш гостиничный номер к сдаче. Особо мы там, конечно, ничего не привели в бардак, мы ведь там пребывали только после работы. Но Света была очень чистоплотной женщиной. Все у нее везде сверкало, и на рабочем месте и дома и в гараже. Витька, если судить по его машине, тоже был любителем чистоты и порядка. Шторки в машине стирал каждую неделю, пыль с торпеды вытирал в любой удобный момент, а под ногами на резиновых ковриках лежали половички, чтобы лужи там не образовывались. Половички Витёк тоже стирал. Вот такие все были чистюли, кроме меня. А я приготовилась рассказ слушать.

– Ты , Галь, не подумай, что я что-то с дальним прицелом делал, оно как то само все получилось. Я комнату снимал у коллеги по работе. Вот на той улице, где эта женщина жила. Утром на работу, вечером с работы, да там танцы всякие, и молодежные забавы. Молодой я прямо совсем был, после армии. Я и не видел, кто и как рядом живёт. А один раз иду откуда то, смотрю, женщина с флягой в сугробе застряла. Никак у нее не получается эту флягу победить. Ну а я-то, здоровый конь, подошёл, дёрнул флягу из сугроба, да помог ей до дома докатить. Ой, как она меня благодарила! Чуть-чуть руки не целовала. Еле убежал. Запомнил, что глаза у нее на пол лица и брови черные, вразлет. Про возраст даже не думал. И забыл я про нее.

Прошло недели две. Опять иду домой, и она навстречу. Подошла и говорит:"Молодой человек, вы не можете мне помочь с дровами разобраться? А то мне топить дом совсем нечем. А сама я не могу. Я вам заплачу.". Ну я и пошел дрова колоть в тот же вечер. Зашёл в дом и понимаю, что там не топлено несколько дней. Спрашивать ничего не стал, не хотел обидеть человека. А она была красавица. Лет сорок, лицо кукольное, и сама, как статуэтка. Я наверное бы с ней задружил, но мне уже Вика в тот момент мозг кипятила. Дров нарубил, печь ей натопил, она картошки нажарила, такая вкусная картошка была! Или я голодный? И договорились мы с ней, что я раз в неделю буду приходить и помогать по хозяйству.

Месяца два я к ней ходил. А потом, как-то за ужином, она мне говорит:"Вить, может переедешь ко мне? Очень мне надо чтобы человек рядом был. А тебе выгоднее, платить не надо". Я думал она ко мне клеится. Но все равно переехал. И буквально за неделю понял, что нет в ее просьбе никакого гнусного замысла. Болеет она. И хрупкая такая не от здоровья. В общем все я ей помогал, и до стола дойти, и до туалета. А если она еду готовила, то я на подхвате был. Лёгкая женщина была. Наверное, сильно болело у нее, но на мне никогда не срывалась. Если уж сильно худо, попросит меня рядом посидеть, возьмёт за руку, глаза закроет и молчит. Бывало, что засыпала так.

Наверное, пару месяцев, может чуть больше мы с ней так прожили. А потом она перестала вставать, вообще. И стал я у нее сиделкой. Мне, молодому здоровому дураку казалось, что она поболеет немного и выздоровеет. Наверное, поэтому я за ней ухаживал прямо с энтузиазмом. Утром ее помою, постель перестелю, пописаем с ней, позавтракаем. Бегу на работу. Вечером бегу домой, тороплюсь. Вот вроде чужая она мне вообще, а как я переживал за нее! А как ей стыдно было, что ее посторонний чужой мужик обмывает! Я ее мыл, а она прямо плакала от стыда:"Ой, Витя, прости меня, стыдоба то какая!". И ты понимаешь, что? А мне это все не в тягость было. Не смущало меня ничего.

В одно прекрасное утро я проснулся, а она на постели сидит, можно сказать уже одетая. И говорит:"А ты можешь меня на своей машине по этому адресу отвезти? Только паспорт с собой возьми, без паспорта не пустят". Отпросился я с работы, повез. В кабину на руках занёс. Веса то в ней почти не осталось. И из машины на руках. Это к нотариусу она меня привезла. Не знаю какую бумагу там подписали, только с того момента дом стал моим. Помню я сильно возмущался. Я же не хотел понимать, что у нее на этом свете последние денёчки остались! Так уж я к ней привязался за это время. Так мне ее жалко было! Я же говорю, лёгкая женщина была.

Умерла она дней через пять или через неделю. Я прямо рыдал у ее кровати, когда это понял. Ну наверное не верил я в смерть по молодости. Ну а потом милиция, скорая. Ее даже из дому забирать не стали. А у меня все как в тумане, как будто самого близкого человека потерял. Но все сделал я хорошо, как мог. И похороны, и поминки, и памятник и оградку. А что не сделать то? Она мне под подушкой, на которой лежала, тысячу рублей оставила, и инструкцию. Где, что и как у нее лежит, где украшения золотые, где облигации, где серебряные и золотые монеты. Состоятельная тётенька была, а я и не понял. Ещё записку написала:"Прости меня Витя, не хотела я тебе жизнь портить, но так получилось. Все, что я тебе оставила до похорон тщательно перепрячь. Это моя главная просьба. Я знаю о чем прошу"

Все сделал, как она написала. Тайник вырыл под поленницей, как в кино. И что ты думаешь? На похороны родственники пришли. Муж, сестра, двое детей. Откуда вот узнали? Наверное, соседи доложили. Похоронили мы ее, а они давай меня из дому выгонять! Пока не увидели бумагу от нотариуса, не успокоились! Но уж такие они нехорошие люди. Все забрали, что после нее осталось. А я не стал спорить. Я и так на нее не в обиде. А они и мебель вынесли и посуду, и постели. Вот такие бывают человеки. Человек им был не нужен, а матрасы с подушками нужны.

Так я и стал хозяином маленького домика. Повезло, наверное.

Пришло утро расставания. Как-то свела нас жизнь так близко не в очень хорошее время. Я была благодарна Витьке, и за то, что меня поддержал, как мог, и за то, что на вопросы мои ответил честно, не строил из себя святого, да и в конце концов за то, что согрел меня своим теплом. Надеюсь, я тоже рядом была не просто так. Наверное, из-за того, что у нас было что сказать друг другу, мы встали раньше, и наверное хотели сказать что то важное. Но ничего не получилось. Пока грелась Витькина Колхида, мы пили чай и болтали ни о чем. Но перед выходом Витька притянул меня к себе, обнял, поцеловал в макушку и сказал:"Спасибо, Галочка, очень ты меня поддержала!". Я была на столько тронута его словами, что расплакалась.

Ну вот, забрали все свое с собой. Кончился наш санаторский период, надо жить дальше. Как жить никто из нас не знал, но какие-то намётки были. Я рассматривала Витькино исцарапанное лицо, и понимала, что он, скорее всего прав, когда говорит, что его жёнушка его ненавидит. Со времени нанесения увечий не прошло и суток, поэтому лицо все рассказало о том, кто его царапал и как. Ну а простыми словами все это можно было охарактеризовать просто: живого места нет. Старалась конечно добрая женщина. Но вот просто так лицо живому человеку изнахратить? Да, прав Витька. Это какие-то эмоции надо переживать, чтоб во так вот в морду вцепится.

Короче поехали. По зимним пустым улицам. Тогда они ещё бывали пустыми, поэтому Витькина трахома с очень длинным кузовом за десять минут доскакала до моего адреса, и даже во двор заехала. Вот это простор был. На прощанье мы расцеловались, двор то был пустой, партизанов не было.

– Я, Гала, если что, в следующий понедельник выйду на работу, так что имей в виду

– Ой, Витюха, мне бы дожить до следующего понедельника! Вот если доживу, то буду очень рада тебя видеть.

– А что, все так плохо? Прямо к смерти готовишься?

– Не язви, Витя. Ты вон, вчера к перемирию готовился, а что получилось?

– Ну ладно, пока.

– Постой, а то я от любопытства умру, если не спрошу

– Ну спрашивай

– А ты куда клад дел?

– Какой клад?

– Который от хозяйки дома достался? Ну монеты, золото, облигации?

– Галь, поверь, всё в надёжном месте. И об этом кладе я тебе рассказал первой и единственной. А ты забудь. Денег мне хватает, и по большому счету у меня все есть. Поэтому потрошить то наследство я не собираюсь. И ни одна женщина о нем больше не узнает. Все, пока, иди собирайся на работу, а то через тридцать минут автобус пойдет.

И я пошла собираться. Дома все спали. Будить кого-то мне было жалко. Поэтому мясные запасы я сложила в холодильник, переоделась, расцеловала сонных детей, на ушко сказала маме, что я пришла, и отправилась на остановку. Все, Лафа закончилась. Не будет теперь личного такси. И на работу теперь, как все, через проходную.

Сегодня я приехала в одно время со всеми, и через проходную так же пошла, со всеми. Первой удивление высказала конечно бригадир Валя. Вот как же людям была интересна чужая жизнь, ну е маё. Ну да ладно, пусть беснуется, это не самое важное в моей жизни. Мне бы сегодняшний вечер пережить, и встречу с Витей, если он придет конечно, а уж Валю то, и основных цеховых сплетниц, я переживу. Поэтому я вместе со всеми пошла в цех, переодеваться и готовится к рабочему дню. В груди моей веселились сомнения, а посредником между ними была тревога. Как же мне было страшно, как же мне было поганенько.

Вот когда простраиваешь жизнь и план пишешь, кажется, что все продумал, ко всему приготовился. А как время подойдёт дело делать, так сразу кажется, что и не получится ничего, и что все плохо ты придумал, и совсем не правильно все рассчитал, и неправильно подготовился. В общем моих гнусных дум хватило для того, чтобы я в перекур побежала к Светке. Светка сидела в своей каптерке ноги на стол, курила Родопи и запивала растворимым кофе.

– Привет, кофе будешь?

– Потом, Света. А сейчас дай мне все-таки ключи от гаража.

– Зачем? Витька сказал, что вы больше не нуждаетесь в явочной квартире.

– Боюсь я, Света, вдруг у моего опять ум за разум зайдет.

– В кармане возьми, мне не жалко, живи. Только скажи мне, ты всю жизнь так собралась бегать?

– Не знаю, до вечера доживу, скажу.

Я взяла ключи, и убежала на свое рабочее место ждать вечера.

Получив от Светы ключ обратно, я почувствовала облегчение. И не важно, что это было не совсем удобное жилье, но теперь у меня было куда бежать. Я никогда до конца не была уверена в том, кого выбрала себе в партнёры по жизни. Но это бы мой выбор, и я это осознавала. Но мне всегда было интересно, а ради чего это терпела мама? Наверное, она тоже понимала, что лучший вариант мне не светит, и чисто по-женски сочувствовала. А уж как она терпела своего зятя, просто изо всех сил, и только ради меня. Конечно, она иногда совершала глупости, а кое когда серьезные глупости, но это скорее всего делалось по инерции, и бездумно. А я тогда и не думала о поступках своей мамы.

Первый день свободы, конечно, мнимой свободы, прошел со скрипом. Потому что весь день я тряслась от страха. Я же не знала, когда я встречу Витьку, и какое настроение у него будет. Ну а Витёк, уже все догадались, был человеком настроения. Позавтракал с утра, хорошее настроение, запнулся за камень, озверел. Ничего не поделаешь, психика, разрушенная алкоголем. До сих пор не очень верю в то, что после такой пьянки что-то может восстановиться. Но в тот день я думала конечно не об этом, а о том, случится ли вечером встреча. Мне нельзя было профукать эту встречу, потому что он меня на нее пригласил, и это было лучше, чем я за ним буду бегать, как дворняжка.

Вечером я естестно, поехала на служебном автобусе, и даже думала о том, что меня встретят на проходной. Не случилось. С одной стороны вроде хорошо, а с другой плохо. Сразу приходит тревога и напряжение. Поедем до дома, посмотрим, что там. По дороге домой меня тоже никто не встретил. Я напрягалась ещё больше. А что происходит то? Я вроде по его просьбе вышла из подполья, а меня никто и не ждёт! Дома я у мамы спросила про любимого зятя. Сегодня его не было, но был на днях. Такой прилизанный, спокойный, с улыбкой на лице. Просто спросил дома ли я, и получив ответ, удалился в неизвестном направлении. Больше никакой информации не было, оставалось только ждать.

Ждать, это всегда плохо. Весь вечер я прислушивалась к дверям в подъезде, весь вечер ждала звонка в дверь, потому что, если он написал писулю, должен был явиться. Это же для его благоденствия надо. И если он не пришел, значит либо не мог, либо какую-то гадость придумал. А мне не надо гадость. Я же уже семью придумала. Счастливую дружную семью, у которой есть квартира. Ну и Вите, наверное, надоело уже жить без служанки? Или нет? В своем доме точно должно надоесть. Да и я не особо была готова жить на Кае. Пусть лучше Ново Ленино, но с горячей водой и с ванной. Как жить в частном доме с двумя детьми. Кто с ними сидеть будет?

В общем, я просидела в ожидании до одиннадцати часов вечера. Хорошо, что были неугомонные детки. Они своими играми развлекали меня, и время шло быстро и незаметно. В итоге мы все легли спать, сочинили совместную интересную сказку, побесились в кровати и заснули. Спать дома было хорошо. Потому что какой бы ни был гараж, он все-таки был гараж, а дома у меня всегда было хорошо и уютно. Потому что я с семнадцати лет почувствовала, что хочу жить в приличном месте. Ну в приличном ровно настолько, насколько это возможно. И с тех пор, пока я жила дома все зависело только от меня и я старалась. Во всех других местах я принимала то, что есть.

Не смотря на то, что Витёк не пришел, кошмары мне не снились, и бессонница не мучила. Но когда я проснулась утром было осознание несбывшейся надежды. Хотя и без Витьки было замечательно. Живи и радуйся жизни. Правда я всегда осознавала, что радоваться он мне не даст, потому что у него была такая натура изгадить все, что есть вокруг. Поэтому я заранее смирилась с этим, потому что вроде как за вечное беспокойство и дисбаланс, я получала картинку красивой семьи, так ведь. Ну а что? Где вы найдете непьющего мужа? А у меня есть! Деток я родила. Слава богу умные и здоровые. А какие муки я за это терплю, знают от силы пять человек, а остальным знать не обязательно.

Витька пришел на остановку служебного автобуса, слава тебе Господи, сколько ждать то можно? Пришел бодренький, с улыбкой на лице. И даже обнял меня, и даже поцеловал! Но поговорить то мы естественно ни о чем не успели, поэтому он пригласил меня вечером к дружку к своему, к Олеженьке. Я была согласна на все, да и в те времена я ещё не знала, какая гадость этот Олеженька, и как он устраивал мне испытания по Витиной просьбе, поэтому меня от Олеженьки не тошнило, и место встречи было вполне приемлемым. Да и вообще в тот момент я была счастлива просто от того, что все все-таки становится на свои места. Вот сейчас встанет, и сразу наступит счастье. Осталось дождаться вечера.

Настроение мое конечно подпрыгнуло. Нет конечно не от большой любви или особой радости. Просто от успокоения. Теперь по крайней мере я знаю, что на сегодня у Витюшки добрые намерения и адекватное поведение. Я изо всех сил наблюдала за ним на остановке, никаких косяков вроде не заметила. Хотя, если у него есть какие-то мерзкие задумки, я все равно об этом не узнаю. А сейчас просто хочется верить в хорошее. Я уже досыта сыта плохим. Но живут же люди спокойно и предсказуемо, почему бы нам не пожить? В общем, в то славное время я ещё сильно надеялась на перемены к лучшему, хотя мой мозг уже вполне умел анализировать. Но врать себе всегда легче, чем правду говорить.

Ну весь день в общем, я настраивалась на хорошее. Даже Светка заметила перемену настроения и порадовалась за меня. А уж как я сама за себя радовалась, ни в сказке сказать, ни пером описать. Я уже утром была согласна на все, что предложит Витя. Я сильная, я здоровая, я все смогу, я все сумею. Я хочу дружную, хорошую семью, жизнь с радужными перспективами, и ради этого я на многое готова. В то время я вообще не рассматривала его вклад в эту семью, я рассчитывала только на свои силы, и была в них уверена. Но картинку счастья и гармонии я тогда нарисовала на своей бумаге из своей головы, и своими красками. Мне казалось, это идеально.

Можно сказать я еле дожила до вечера. Собралась пораньше, и убежала на автобус заранее, ну не было у меня терпения. Ведь новая жизнь начинается, и она обязательно будет замечательной, потому что я так хочу! О, и Витёк ждал меня на остановке. С реверансами, с улыбкой во весь рот. Где-то в глубине души я понимала, что все это не просто так, но у меня в тот момент была такая эйфория, что все отягощения мне были по барабану. Честно говоря, я сейчас вообще не понимаю ради чего я была готова на все его условия? Наверное, только ради того, чтобы быть при муже. Другой причины не вижу. Вот же какие мозги у меня были закаканные, и я считала это нормой.

Ну а мы дружно шли к Олегу. Ну а Олежечка нас ждал конечно, Витя же попросил! Чай скипятил, пирожки на столе, он тоже к нам присел поболтать. Но Витёк то не сильно при нем торопился рассказать о своих планах, я это просто чувствовала. Интересно, а чо такой скрытный стал? Ведь лучший друг, как никак, любую гадость ради друга готов сделать! Но мы просто сидели и трепались ни о чем, но мне уже от этого было хорошо. Все равно, рано или поздно, Олежек нас покинет. Ну а потом и поговорим. Самое главное, что все сложилось, что не надо ждать и трястись, и теперь осталось только порешать как дальше жить и что делать в первую очередь.

Олег наконец то удалился. И с первой фразы мне стало понятно, почему Витька молчал как партизан. Ну ничего не менялось у этого товарища! Оказывается, он был должен Олегу, и сейчас окрестными путями пытался донести до меня, что желательно бы сегодня отдать Олегу семьдесят рублей. Я, конечно, от радости готова была на многое, и ещё боялась, что Витёк распсихуется, и деньги у меня были, и даже с собой. Но, слава богу мой жадный мозг успокоил мою эйфорию от встречи. И пока Витёк рассказывал о своем сложном финансовом положении, мой мозг думал, что бы такое соврать о деньгах, чтобы их дать, но маленько. Вроде и больше бы дала, но нет.

Ну и выслушав витиеватую речь отца моих детей, я так же витиевато ему ответила, припомнив, что оклад у меня маленький, что я все-таки его деточек пою, кормлю и одеваю, и что если уж сильно надо, то могу завтра попросить у Светки денег взаймы. Но семьдесят она не даст, потому что я ей уже должна, но рублей двадцать одолжит. Витюшкино лицо изменилось, он был расстроен. И в тот момент я была готова достать все семьдесят рублей из заначки и отдать ему, лишь бы он улыбался! Хорошо, что я уже более-менее пришла в себя и приказала себе не делать лишних движений. Потому что я не знала, что нас ждет, и на его деньги не рассчитывала.

По его дальнейшему поведению я почему-то поняла, что он и встретится решил только из-за денег. Сейчас, конечно, он ко мне приклеится, потому что чую я, что долг там не семьдесят рублей. Но сегодня вот все уперлось именно в эти деньги. Он прямо сейчас умолял меня у кого-нибудь их занять. Не. Сама я занимать не хотела. И я у него спросила, а отдал ли он Ольге Константиновне деньги, которые занимал на домик. Оказалось отдал. Ну так а что не занять полтинник? А двадцать я завтра привезу. В общем, я не поняла для чего мы встречались, кому Витя должен деньги, раз так кипит, но точно не Олегу. Ни о чем мы не поговорили и перенесли встречу на завтра.

Я прямо была обескуражена!

Конечно, я от этой встречи ждала другого, но получилось то, что получилось. Завтра, так завтра. Хорошо, что меня сегодня на Каю не потащили, и не принудили к исполнению супружеского долга. Я как-то ещё не истосковалась по мужским рукам, тем более таким корявым, как у Вити. Так что все слава богу, денег он занял не у меня, а я уж так и быть, завтра пожертвую двадцатку в общак, и забуду про нее. Ведь я уверена в том, что никто мне эту двадцатку не отдаст , даже исходя из того, что я сказала, что тоже заняла ее. Мы распрощались у магазина, и я опять смутно догадывалась, что у того, с кем я стремилась жить, нет денег даже на автобус. Ой, Галя, лохушка.

Мать меня ждала с искренним интересом. А мне и рассказать ей было нечего. Да и не очень я хотела ей что-то рассказывать, ведь если все честно рассказать сначала до конца, будет столько комментариев, что слушать устанешь! А зачем мне это? Я и сама все прекрасно понимала, но старалась считать, что все так и должно быть. Жена должна поддерживать мужа. Ведь она жена. Хотя женой этому чудаку я так и не стала, и это был уже мой выбор, я все-таки считала своим реальным супругом. А чо? Сколько лет уже мы портим друг другу жизнь? Особенно он мне. Хотя делает это с моего согласия. Дети родились в союзе? Двое. Ну и почему он мне не муж?

На последний вопрос был простой ответ, но я предпочитала его не знать. А на завтра меня уже никто не встречал, и я сама пошла к Олегу, договорились же. Были бы, конечно, сомнения, если бы Витя не ждал от меня денег. А за деньгами он прибежит, у кого-то интересного он их занимал, раз так нервничает. И точно. Витюшка с Олегом сидели за столом и ужинали. Вот насчёт еды они совпадали, наверное поэтому и дружили столько лет. Я от ужина отказалась и мне налили чаю. Это вот хорошее предложение. Я вручила Вите двадцать рублей, предупредив, что я их заняла, и сегодня Витя не скрывал ничего от Олега. Удивительное дело. Но не мое.

В итоге Олег ушел, а я мечтала узнать, как же будет все у нас дальше. В тот момент мне в принципе уже были не интересны не деньги, не интим, потому что более-менее осознала, что я со всем этим справлюсь, тем более Витюшка водитель был вроде как хорошим любовником, значит можно по быстрому сбегать налево. Меня интересовала наша будущая семейная жизнь. Сейчас мне смешно. Ведь уже изначально все через жопу. Денег у мужика просто хронически нет, в постели он предпочитает спать, а Я на этом гнилом фундаменте собралась построить счастливую семейную жизнь, вот умора! При таких исходниках загнать себя можно легко. Но мне было не страшно.

Что думал Витя в тот момент, не знаю, на лице было приклеено благодушие. Но когда я предложила ему переехать в Ново Ленино, он как-то не повелся на это предложение. Он назвал сто три причины, почему мы должны жить на Кае. Это и вроде как там что-то подремонтировать надо, и с огорода мусор вытащить, это зимой то, и охрана дому нужна, так как он далеко от остановки, а залезть туда может любой, кто захочет, и в конце концов детям полезно на свежем воздухе. Какие красивые аргументы, и все подряд фуфло. Я это прекрасно понимала. Мне было не ясно зачем он меня туда тащит. Какие дополнительные бонусы сулило ему проживание в Нахаловке.

Я слушала и понимала, что я, конечно, на все это соглашусь, потому что изначально была к этому готова, но от перспектив у меня дух захватывало! Частный дом зимой, это ужас. Вода привозная или из Иркута из проруби, или лёд наколотый там же. Домик насыпной, топить его замучишься. И даже если хочешь просто сварить картошку, придется печку топить. Ёпта. А ещё и туалет на улице, мама дорогая! И я в тот момент реально понимала, что все это ляжет на меня. Он в квартире то ничего не хочет делать, а в доме, мы уже видели, как ему вольготно живется, хозяин же. Зато все-таки между делом до меня дошло, почему ему удобнее жить на Кае. Я-то думала, что он поменял работу! Странно, но нет. Потому что на этой работе ни фига не надо было делать. Правда ни фига и не платили. Ну и бог с ним. Галька заработает. А ему до работы триста метров.

В общем, я согласилась на все это, потому что свято верила в семейное счастье и в тот момент была полна сил! Я же ещё не начала дрова рубить, воду носить, печку топить, жопу морозить в уличном туалете. А эти все бонусы сами по себе смертельны для одноногой, но у меня же ещё была засада. У меня было двое маленьких девочек. Конечно, они переедут с нами, но это тоже хомут на на мою шею. Екарный бабай, да я сдохну в этой Нахаловке! Это мой мозг мне сигналил Сереной. Но я в себя верила, я верила в то, что все будет хорошо, и в то что все это могу провернуть только я. Опять же до кучи и переезд взвалили на меня! Ну а чо? Чего я не вывезу то? Я все смогу. Вот и порешали. И расстались.

Я шла домой счастливая. Пусть Нахаловка, пусть частный дом, пусть проблемы со всем без исключения. Зато я построю счастливую жизнь, сама. Я в это верила.

Переезд мы задумали в выходные. Ну как это мы? Мне просто дали задание, переехать, вместе с детьми. Партия сказала надо, комсомол ответил, есть. До конца недели я в голове систематизировала все, что можно было придумать относительно переезда, и я понимала, что все это ляжет на меня, поэтому думала, думала, думала. А в субботу с утра реализовала в жизнь все придуманное, то есть собрала все вещи, уложила их в кули и коробки, составила возле двери. Теперь надо было найти машину, в которую все войдёт. Я же ещё прихватила с собой маленький холодильник и коврик. Я не верила, что в этом домике очень тепло, хотя бы одну стену утеплить.

Потом я пошла ловить машину, и у меня это не очень хорошо получалось. Нужен был Иж Шиньон, а лучше УАЗик. Ведь желательно бы было и детей погрузить сразу. Дети, которым конечно было скучно под бабкиным присмотром, мечтали о сугробах и горках. А я, мало того, что не могла найти транспортное средство, попутно ещё думала о том, что я буду делать с детьми в будни? Ведь одних их в частном доме не оставишь? Надежда только на маму. Кому я ещё нужна то? Опять складывалась такая ситуация, что счастливая семейная жизнь без мамы не получалась. Конечно, мама мне не откажет. Но опять в этом не участвует папочка этих хорошеньких деточек.

Замерзнув на улице, я пошла погреться. Это я сделала зря. У мамы наконец то лопнуло терпение, и она стала рассказывать мне перспективы моей жизни в частном доме. Да я и сама все знала. До служебного автобуса по снегу больше километра, домой от автобуса так же, по пути на работу надо пристроить деточек, а потом их забрать, это тоже ребус. Дома за меня никто ничего делать не будет, я точно это знала. Только воды в водопроводе нет, и батареи не греются. Как я это все буду побеждать? А ещё есть туалет на морозе, и еда только на печке. В общем все это конечно заманчиво, пока тебя это не касается. Всю эту историю рассказала мне мама. А я ей что могла, то и сказала:" Отстань, сама знаю". Она махнула рукой и ушла на кухню.

А я опять пошла ловить машину. Уже темнеть начало, когда мне наконец то повезло. Мужику на Уазике сильно нужна была пятерка, которую я предложила, поэтому он помог мне и погрузиться и детей в машину закинул в безопасное место. Наконец то мы двинули. Хоть это получилось. Мне слегка полегчало. Опять же всю дорогу я думала о том, какие у нас материальные перспективы. Я, конечно, накопила денюжку, и у меня были запасы мясных деликатесов, благо была зима, и место для их хранения было. Это мой взнос в семейную жизнь. А сколько сейчас Витюшка получает? Хватит его денег хотя бы на питание? Или хватит только на его живот, как всегда?

Но вот наше путешествие закончилось, мы подъехали к воротьям. Я быстренько их открыла, чтобы не таскать все барахло с улицы. Водитель выгрузил все, и детей, и узлы, и коробки. Наверное, сильно куда-то торопился. Я закрыла за машиной ворота, и осознала, что на помощь то мне никто не вышел. Ну пойдем говорить папе, что мы прибыли. Я взяла детей за руки и повела в дом. А в доме была тишина. Было понятно, что утром топили печку, но тепло все закончилось, потому что заслонку дымохода не закрыли, когда печь протопилась. А что так-то? Сил не хватило? Нет. У нас была другая причина. Мы нажарили сковороду картошки, съели ее и заснули.

Ну что, Галя, принимай смену. Будить Витюшку нельзя, а то встанет в поганом настроении и выклюет тебе все мозги. Я затопила печку, взяла детей и повела их во двор. Показала им, что они могут унести в сени, и мы приступили. Они лёгкие пакетики, я тяжёлые коробки. По пути топилась печка и грелся дом.

Ну ведь уже с первых минут понятно было, что бежать оттуда надо, бежать!!! А я перетаскала все вещи, разложила их по местам, уже в теплом доме раздела деточек и поставила вариться борщ. Больше у меня ни на что сил не было. А так как опять же попутно, нагрела на печке воды, то помыла всю угандошенную посуду и полы. Молодец. Орден в студию! Вокруг была красота, чистота и тепло. Ну и борщ, конечно, благоухал изо всех сил.

И вот в этот самый момент проснулся Витюша! Удобно, да? Улыбочку виноватую на себя нацепил, моментально притащил с мороза холодильник, у меня то на него сил не хватило. Накрыл на стол и стал кормить детей. Слава тебе, Господи, хоть тут подсуетился! Ну а потом поели и мы с ним, посуду я мыть не стала. В доме идеальный порядок, и хватит на сегодня. А Витюша целый день спал, значит выспался, поэтому у меня есть перспективы бессонной ночи. Буду его басни всю ночь слушать. А мне оно надо? Я сегодня за двоих отработала. Сейчас пойду укладывать детей, и надо как-то заснуть вместе с ними. А сплю я хорошо.

Ну как задумала, так и получилось. Не знаю, кто быстрей заснул, дети или я, но Витёк остался без собеседника, и меня по доброте душевной не будил. Ну пять то дней надо построить из себя доброго. А сегодня день первый.

Так началась моя счастливая семейная жизнь. То ли сном, то ли обмороком. Никто меня не тревожил, проснулась я от того, что домик то выстыл. Ну ничего же удивительного, я это все предполагала. Часы показывали семь часов. Не, не хочу вставать. Посмотрим, как будут разворачиваться события. Я прижалась к детям, оставила на свободе только нос, остальное всё было спрятано под одеялом. Очень быстро я заснула. Если честно, Я не хотела просыпаться и осознавать реальную жизнь. Потому что надо было придумывать, как жить дальше. С холодом, с детьми, с полным отсутствием благоустройства. И ко всему этому со здоровым мужиком на шее. Но это же мечта моя.

Как ни удивительно, я проснулась от того, что в доме стало жарко и было понятно, что Витёк затопил печку, наверное, замёрз. Я слышала, как он ходил туда-сюда и не хотела проявлять признаки жизни.

– А пожрать что-нибудь у нас есть?

– Я борщ вчера варила

– И что? Сколько его можно есть?

– Пока не съедим. Я же не собираюсь его на помойку уносить.

– А ты что, больше ничего не привезла что ли?

–– А что я могу привезти то?

– Колбаски какой-нибудь, мяса

– Откуда у меня может случится колбаска и мясо? Детей то тоже надо кормить.

– Дети и картошку хорошо едят. А мужика кормить надо, он добытчик, не забывай.

– Витя, дай денег. Я сейчас схожу и куплю тебе и колбаски, и мяса

– Откуда у меня деньги? Зарплата две недели назад была

– А у меня откуда? Я ещё детей твоих кормлю.

– Ты на них пособие получаешь, забыла, что ли?

– Двадцать рублей? И на что их хватит, если подумать?

– А что этим пупсам надо то? Наварил ведро каши, грей и корми.

– Ты то почему кашу есть не хочешь? Даже не кашу, а борщ? Какие-то претензии предъявляешь?

– Я, мужик! Ты не слышишь, что ли? Я после твоей каши молоток держать не смогу!

– А зачем тебе молоток держать? Ты же вроде не плотник? А кстати, кем ты числишься на своей работе, раз тебе усиленное питание надо?

– Вот это уже не твоего ума дело! Ты у нас кто?

– Я у вас тот, у кого вечно жрать просят, а денег не дают!

Я пререкалась конечно с Витькой, но внутри у меня тряслось не то, что сердце, а даже кишки. Я как будто хотела вывести его из себя и получить в глаз. Зачем мне это надо было? Чтобы еще раз осознать, что он совсем не годен для жизни? Именно для этого я приехала в этот домик в сугробах по самые окна? Да ещё с детьми? А ещё у меня была задача выстоять и не рассекретить свои деньги и мясные заначки. Для того, чтобы вкусно есть, надо хоть что-то делать! Но у Вити то тоже не было задачи сделать так, чтобы я в первый же день ходила с фонарем. Я ещё, конечно, не встала, и не рассмотрела, что есть съедобного в этом доме, но что-то догадывалась, что в закромах пусто.

Я хоть борща привезла, а у него, наверное, постоянное картофельное меню. Картоха вареная, картоха, жареная, картоха в мундирах. Да и картоха то ему досталась в наследство от корейцев. И то только потому, что они ее сами в подполье опустили. Ну а я вылезла из-под одеяла в натопленный дом и пошла греть борщ. И по пути решила напечь оладий. Я почему-то с детства любила борщ с блинами или с оладьями, почему бы не повторить детский опыт? Тем более эти изделия по цене почти бесплатные. А дети их и с чаем прекрасно употребляют. В общем через полчаса к борщу был готов ещё и небольшой тазик оладьев. Посмотрим, как Витёк среагирует?

– Борщ то ты будешь, или он тебе вчера надоел?

– Так нету же ничего? А что на вечер готовить будем?

– Я привезла суповых наборов и макарон, так что думай сам.

– Тогда лучше потушим с картошкой? Я их маленько порублю твои суповые.

– Хорошо, потушим

Что-то нет у него сегодня желания скандалить. Это прямо очень хорошо. Значит надо поговорить о детях.

– Слушай, а дети-то как тут будут жить? Ты на работу, я на работу, а их кто пристраивать будет?

– Я с бабой Гутей на неделю договорился, а потом посмотрим

– А денег ей сколько за это надо будет заплатить?

– Не надо денег, у нас с ней свои делишки

– И прекрасно. Значит я их соберу завтра, а ты к бабе Гуте уведешь, так?

– Да. Только ты еды им тоже собери, кормить она не будет.

– Да конечно, Витенька, соберу! А то уж я все мозги сломала, как же наши деточки то тут жить будут?

– Нормально жить будут, замечательно, под присмотром

Как я была рада! Это же какое мне облегчение! На радостях я даже картошку потушила не в кастрюле, а на противне в духовке, там она вкуснее получается. Ешь на здоровье милый Витюша, не ожидала я от тебя такого сюрприза. Ну и для полного счастья я ещё сбацала пирог с картошкой. Вообще, все пироги, это для тех, у кого денег нет. Три копейки, и все сыты. Вот и я от радости так накормила Витюшу, что он шевелиться не мог. Пусть ест, он так мне угодил, что я в себя прийти не могла. После того, как всех уложила, я собрала и одежду, и еду дочурам, все аккуратно сложила в коробку и поставила к двери. Идти до бабы Гути три метра, в коробке будет удобнее.

А сама опять привалившись рядом с детьми, стала настраиваться на рабочую неделю. Идти далеко, вставать на час раньше, значит завернулись в одеяло и спать. Завтра начнется адаптация к новой жизни. Господи, дай мне сил и терпения!

Ну вот и начались мои тренировки. Всю мою жизнь у меня очень сложно было с обувью. Нога вся переломана, попробуй найди, что тебе подойдёт. А если подойдёт, то давить будет. Это кроссовочки демисезонные. А зимняя обувь вообще засада, ни одного доброго воспоминания, ей богу. А мне ещё в этих плохих воспоминаниях надо было до главной улицы дойти. Снег тогда не убирали. Да ещё домовладельцы со дворов на дорогу снег скидывали. В общем ждал меня утром ребус неразгаданный, поскольку я не знала даже сколько времени до остановки идти. Сугробы, накатанные дороги, горки, отвратительная обувь. Все это надо было победить.

Варианта было два. Либо идти по Кряжева и по Медведева. Дорожка накатанная скользкая, но терпимая. Упадешь раз пять. А может и не упадешь, если здоровье богатырское. Ну в общем, как повезет. Второй вариант в горку. По Иланской, и вверх. Для того, чтобы здесь идти, надо было сначала на разведку сходить. Потому что скользко, круто, и давно я там не ходила. Да даже если ходила, то только летом, и только, потому что мой основной девиз "отвага и слабоумие". В общем, в первое утро пошла я там, где большинство народу ходило. По Медведева. Но все равно это было ужасно. Пригорочек еле победила. А сколько раз поскользнулась? Не считала.

Но на автобус успела, слава те Господи, но по спине пот тек. Хотя я не в шубе была и не в дублёнке. В стеганом пальтишке. Не сказать, что оно сильно грело. Да, стегали тогда с помощью ватина. Всяких синтепонов, холофайберов не было. Но когда я стала в цеху переодеваться, поняла, что мокрая насквозь. Благо у меня в кабинке были запасы на всю жизнь. Переоделась. Все пропотевшее под краном в раковине сполоснула, да на головку стула сушиться повесила. А мне ещё такая дорога предстояла вечером. А если я сумку с продуктами в руки возьму? Да я же не дойду никогда до этой Ереванской. От перспективы мне стало плохо.

Хотя все это я предполагала ещё тогда, когда не жила там, но попробовала зимнюю дорогу только сейчас. Можно сказать за один раз наелась этого счастья. Значит надо сказать Витюше, чтобы он теперь и хлеб и молоко покупал. Господи! Что-то я с первого утра стала сомневаться, что мне хватит сил. А впереди ещё был вечер! И полные сусеки женской работы! Хоть бы печь дорогой Витюша натопил до моего прихода! Но Витюша печь не натопил. Потому что пошел за детьми, и пару часов сидел у бабы Гути, гонял чаи. Но вообще это было его любимое занятие, трепаться до тех пор, пока из дома не выгонят. Я догадывалась, что происходит. Но зато он мне не мешал.

Я, конечно, после дороги была умотанная. Но отдыхать решила у горячей печки. Так лучше. Печь затопила, и села прямо перед дверкой. Хоть погреюсь, да одежка моя пропотевшая подсохнет. Дом, как только затопишь печку, сразу жилым становится. Вот и сейчас от треска дров веселее стало. Тепло пошло по комнатам. А на печку я поставила варить остатки вчерашних суповых наборов. Будет бульон. А мясо обрежу и запеканку сделаю. Духовка вон красная, значит все получится. Представьте, сколько мой муженёк у соседки сидел? Я печь растопила, суп гороховый сварила, запеканка стояла в духовке, а я домывала полы в прихожей. И тут явился он. Конечно, уставший и голодный.

Но перспектива есть суп ему не понравилась. Он то думал, что я деликатесом его попотчую. Да и я так с утра думала. Но у меня сил не хватило. Перспектива нести килограмм мяса, скользя при каждом шаге мне не нравилась. И я ему об этом сказала. Он не очень грубо наехал на меня и предупредил, что завтра он суп есть не будет. А я напомнила ему, что есть ещё запеканка в духовке. А он сообщил мне, что он давно вышел из детсадовского возраста. Я устала препираться, и молчала. Налила супу детям, и вспомнила, что нужен хлеб. А где он? Его купил кто-нибудь? Нет. О том, что нужен хлеб, Витя тоже не вспомнил, просто не привык.

– Витя, я по вашей Нахаловке, себя еле ношу. Зачем мне в руках сумка, если я иду и за заборы хвастаюсь, чтобы не упасть. Поэтому будь добр, покупай продукты по пути домой.

– Интересно, на что я буду покупать эти самые продукты? Ты мне денег дала?

– Витя, ты же вчера сказал, что ты добытчик и кормилец, у тебя должны быть деньги

– Ещё я вчера сказал, что зарплата у меня давно была, и деньги закончились.

– Ну аванс то никто не отменял? Когда аванс?

– Аванса не будет.

– Почему?

– Я его тоже получил

– И где он?

– Ну нужны мне были деньги

– А какие претензии тогда? Хлеб я допустим испеку, ну а к хлебу будет картошка или макароны. У меня денег тоже нет.

Ну вот я же предполагала, что его долг не семьдесят рублей, вот оно все и открылось. Вернее, я догадалась. Сколько у него аванс интересно? Рублей шестьдесят? Красота. И теперь он рассчитывает на меня! Герой. Суп без хлеба он не любит. Интересно, он прямо сегодня на меня наедет, или подождёт положенное время? Помолчать, наверное надо, зачем люлей выпрашивать. Витька хлопнул дверью и убежал. А я кинула в печь пару полешек и поставила тесто. Пока будем есть то, что можно изобразить из подручных средств. Но дня через три у Витюшки закончится терпение. Вернулся добытчик. Принес самоиспеченный хлеб от бабы Гути. Вот и хорошо. Вот и ужин

То ли Витя боялся меня прижать, то ли считал это бессмысленным, но где-то нашел денег и покупал каждый вечер хлебушек и молоко. Я поставила галочку в свою записную книжку. Но между тем он не забывал трындеть о мясе, которое мне надо было принести, и на которое у меня реально не было сил. Я видимо настолько уставала от той жизни, что мне было все равно, когда я огребусь. Хотя по мои подсчётам время уже пришло. Потому что кормила я Витю тем, чем реального мужика, таким он и был, кормить нельзя. Наверное, неделю мы ели суповые наборы и то, что из них можно изобразить. Но основным блюдом был суп. Суп гороховый, суп с вермишелью, борщик, картофельный супчик и он почему-то терпел это скудное меню.

А моя терпелка то ли заканчивалась, то ли прирастала, я не могла понять. Ведь помощи то от Вити не было. Слава богу, что молчит и просит соседей набрать воды из водовозки, которая приходила днём, это все. Остальное, уборка, готовка, стирка, дети, все было на мне, и все, как в частном доме. Но ещё же никто не отменил мою работу, и путь до нее и от нее. Я так уставала за пять дней, что в пятницу падала замертво и спала, пока не разбудят. Но Витя был мастер по побудке. Он то, как я понимала просыпался от голода, и начинал трындеть о том, какая я никчемная хозяйка, в закромах у меня ничего нет, суп не на бульоне, а на воде, вся семья умирает с голоду.

Но с голоду умирал только он. И конечно я могла исправить это положение. Но пока в меня ещё не метнули топором, и не посадили в подполье, я вела себя так, как нужно было себя вести при отсутствии денег. Макароны, крупа, мука, этого в достатке, все остальное не на что купить. То ли действительно этот лысый хрен, осознавал тяжесть положения, то ли были ещё какие-то причины, но он молчал. Нет, это я конечно льщу ему. Молчать он не мог и не умел. Но мозги мне кипятил, как-то корректно, я даже спать могла под его бесконечные стоны о голодном животе. Он не стаскивал с меня одеяло, не заставлял топить печку, он нудил без конца и края. А я старалась отоспаться на всю неделю.

Сюрприз был революционным. В субботу меня из-за забора крикнула баба Гутя.

– Галь, тебе Витюха сказал, что в понедельник я уезжаю, и с вашими деточками сидеть будет некому?

У меня реально подкосились ноги. Вот это да! И что теперь? Куда мне их пристроить и как? Мысли в моей голове закипели.

– Нет, тетя Гуля, ничего он мне не сказал конечно

– Ну я так и думала. Поэтому и решила тебя окрикнуть. Я же знаю, что все на тебя ляжет

– Ляжет. Это вы как-то нежно. Меня сейчас просто бетонной плитой придавило. Это же засада. Я даже не знаю в какую сторону думать. Спасибо, что предупредили. А то бы был инфарктный понедельник, а так хоть полтора дня есть.

– Ну вот и хорошо, что они у тебя есть, думай. Ты хваткая, ты чего-нибудь придумаешь.

Баба Гутя ушла, а я стояла у забора. Очень хотелось просто сесть в сугроб, так мне было плохо от этой новости. Вот ведь вроде взрослый человек, и при каждом удобном случае орет на весь мир, что он мужик! А почему мне не сказал, что дети с понедельника без присмотра? Это специально? Или по дурости? Я и сегодня не знаю, как разрулить эту проблему, так сегодня то ещё время есть. Да и что толку от этого времени? Я только одну кандидатуру знаю, которая может мне помочь. Мама. Только это каждое утро детей надо сначала везти к маме, потом забирать от мамы, и это всё я. Других вариантов нет.

Я зашла в дом, и посмотрела на этого коня, который лежал на диване, и разгадывал кроссворд.

– Ты когда мне собирался сказать, что у нас дети с понедельника не пристроены?

– А что, это так важно?

– Ты дурак? Или ты их в понедельник с собой на работу возьмёшь?

– Ты чего, Галя, городишь? На работе я работаю

– Ну а я видимо брошу работу. Мы же такие с тобой богатые. Особенно ты. Ни получки, ни аванса. Мы можем это сделать без урона нашего материального благосостояния, да?

– Дети, это твоя забота, вот ты и думай, куда ты их пристроить.

– Типа, это не твои дети? И что ты за мужик то такой? Только жрать умеешь и дрыхать у печки. А кто на эту жратву зарабатывать будет? Папа Карло?

Витёк встал с дивана, подошёл ко мне вплотную, выручил глаза и прорычал:" Я сказал, что это твоя забота, ты глухая? Ещё повторить?". Его пальцы сомкнулись на моей шее, и я поняла, что меня отключают от доступа воздуха. Но это было привычное для меня состояние, и я понимала только одно, семейное счастье так и не началось. А терпение у Вити уже закончилось.

Что интересно, в таких ситуациях я каждый раз думала о том, что сейчас же он меня не додушит, не добьет, не дорежет, не дорубит, или что там он со мной делал? Я переживу это, доживу до понедельника, и убегу отсюда. Екарный бабай, а зачем я сюда бежала то? Вопрос без ответа.

Хочу немного отвлечься от текущей реальности и порассуждать о том, что я тогда чувствовала. Вы знаете мне было плохо, больно, обидно, страшно. Но мне в голову не приходило, что я могу умереть, честное слово, в моей голове была такая жёсткая уверенность в том, что это случится не сегодня. А может я была уверена в том, что я бессмертна? Не знаю. Но мы же все понимаем сейчас, и я в том числе, что я могла все это прекратить в один момент, раз и навсегда. В то время у меня это в голове полностью отсутствовало. Я даже не вступала с ним в противостояние, я всегда готова была лечь ему под ноги половичком, пусть затопчет, пусть измажет, пусть порвет, лишь бы не выкинул.

И так же я реально понимала, что он мне больше обуза, чем помощь. Никогда я не чувствовала его поддержки. Зато всегда чувствовала, как он прямо топчет мою самооценку, глушит все мои светлые порывы. А порывы в тот момент у меня были исключительно денежные. Витя был очень дорогой девайс, очень энергоемкий. Но я почему-то не хотела понимать, что все наши деньги уходят на его содержание. Или скорее всего понимала, но боялась признаться себе в том, что я работаю на чужого дядю. А все дядины мечты сосредоточены только на палке колбасы и на жирном куске буженины. Я тогда просто была в недоумении. В моей родительской семье так не ели.

Ещё часто думала про семейный сценарий, который мы переносим в свою жизнь. Позже, конечно, думала. В моменте у меня не было времени думать о высоком, я думала о примитивном. Так вот, о сценарии. Сейчас я почему-то уверена, что просто загнулась под чужой сценарий. Сценарий отвратительный и непонятный для меня. Да, я реально не понимала, что происходит, почему это происходит со мной, и почему я это терплю, и год, и два, и три. И нет конца моему терпению. Ведь если я уходила, значит все, это был перебор с его стороны. Но сейчас то я понимаю, что не важно, какие у меня были намерения, в итоге то оказывалось, что я просто уходила отдохнуть и вернуться.

Про то, что детям была нужна живая мама, я не думала вообще, я же бессмертная! Да и ладно, бог со мной, если уж я так в себя верила. Надо было о детях думать. Потому что сейчас то я уверена, что детям не только вредно жить в такой обстановке, но и опасно. Потому что Вите, я узнаю это попозже, все равно, к кому применять физическую силу. Дети не стали исключением, просто в тот момент он просто ждал, когда они подрастут и смогут быть служанками. Но и в этом направлении мои мозги не работали. Я знала, что дети должны быть сыты и одеты, иметь игрушки и вкусняшки, а вот о том, что они должны быть в безопасности, я даже не догадывалась.

Конечно, сейчас уже поздно об этом рассуждать, да и смысла не имеет. Потому что я сейчас другая, и много чего знаю об этой жизни. И дети мои, слава богу, выросли хорошими. Не людьми, а именно дочерями. Наверное, на их формирование повлияло наличие отца- изверга. Но для них он был отец. И тут ещё надо, наверное, рассматривать именно желание ребенка, любого, иметь двух родителей. Я никогда не была безотцовщиной, но по примерам своих одноклассников знаю, им это не нравилось до слез. Нет, я не оправдываю себя в этом случае, я была просто рабыней. Причем в моем случае я ещё и доплачивала за то, чтобы мое рабство продлилось подольше.

А пишу я это все, наверное, для тех, кто оказался в такой же ситуации, как я, и не видит из нее выхода. Я тоже не видела. Потому что с одной стороны обязательно нужен муж, с другой стороны детям нужен отец. Эти установки в нашей голове с рождения, и они самые сильные. Я тогда вообще ничего не знала о психологии изредка меня интересовал вопрос, а почему я не могу расстаться с этим ужасным человеком? Что нас связывает? Дети? Но он никакущий отец, и ему нет дела до детей. На тот момент пришел ещё один связующий фактор, квартира. Наверное, из-за наличия квартиры я идеализировала будущее. Ну хотелось мне жить хорошо, мне же ещё тридцати лет не было.

Ведь где-то внутри я прекрасно понимала, что он не годится в партнёры вообще. Нет от него никакой пользы. Он просто гиря весом 80 кг, которую мне приходится тащить на себе. Зачем мне это было надо? Он не подходил мне не по одному параметру, но я вцепилась в него всеми силами. Ну он тоже держал меня смертельной хваткой, ему очень выгоден был наш союз. Я же полностью делала его жизнь комфортной, и ничего за это не просила, даже интима. Классно устроился. И что самое обидное, местами я это очень хорошо понимала. Но было одно но. Я старалась присвоить ему несуществующие плюсы, чтобы не осознавать, как погано я живу. И не смотря на множество предложений по обнулению Вити, я от всех отказалась, чтобы продолжить карьеру рабыни. Наверное кому-то это было надо? Или я просто ищу отмазки своему бездействию?

Ну и вот. Мало мне было проблем на голову, которые были только мои проблемы, ещё свалилась проблема с детьми! Ну подержали меня за шейку, наказали за недостойное поведение, что изменилось то? Ничего! Детей в понедельник некуда деть совсем! И Вите, в принципе по барабану эта ситуация, потому что он на сто процентов уверен, что дети, это моя ответственность. А я знаю о том, что дальше ответственность перекладывать некуда, как-то так. Поэтому, когда мое горлышко освободили, я так и осталась стоять у стены. И счастья от того, что меня оставили в живых, не испытывала. Надо было обозвать его как то, но мне не хотелось идти с фонарем на работу.

Теперь немного про Витю, и про его любовь к частным домам. Сейчас то Вите семьдесят лет! И он живёт так же, как тогда. И занимается такой же бесполезной деятельностью, и припрягает к этому внуков. Но качество его жизни от этого не меняется. К нему в дом страшно зайти, не смотря на то, что дети периодически проводят там санитарные дни. Так вот. В то далёкое время меня это не особо интересовало, я имею в виду тягу Вити к частному сектору. Мне казалось, что он выбрал это место проживания именно из-за того, что работа рядом. Но теперь я точно знаю, что я была не права. Я повзрослела, поумнела, сделала анализ, всю жизнь наблюдая за этим.

Ну во-первых, он в детстве, что то я так догадываюсь, жил даже не в доме, в землянке. Нет, это не для того, чтобы его принизить, говорится. Это мои наблюдения. Любая жилплощадь, которую он занимал, со временем превращалась в помойку и разрушалась. Либо это Витя рушил все, либо не следил за всем этим. Ведь корейцы ему оставили хорошенький домик, у них всё было продумано. Дровяник, свинарник, летняя кухня, крольчатник, гараж, сарайчик. Все на месте, все функционально. Но сначала он снёс дровяник, потом сарай, потом потом потом. И так до невозможности. Он прямо делал хуже место своего проживания, и я думаю умышленно.

Ещё почему частный дом, кроме незнания, как можно жить по-другому. Там особая атмосфера. И я в первую очередь про соседей. За исключением бабы Гути все ему были ненавистны. Ему казалось, что все у него отжимают землю, все у него что-то воруют, все прохиндеи, один он д'Артаньян. И я почему-то думаю, что и первое и второе из детства, и все это ему нравилось, наверное, эмоционально был привязан к такому виду проживания, потому что сегодня ситуация та же. Все соседи козлы, все мне завидуют, а я честный обиженный всеми мужик, никто не хочет меня понять. Но, а я тогда вообще мало интересовалась тем, что с ним, я же была декабристка. Поэтому была рядом.

Поэтому прямо вечером, бросив детей на Витю, и даже не предупредив его о том, что я ухожу, я пошла к маме. А к кому ещё то? Работу я бросить не могла, она пока меня кормила. Да и не только пока, а всегда. Я вообще не помню периодов в жизни, когда можно было понадеяться на Витю. Ответственность за мой выбор и за мое семейство, вечно лежала на моих плечах. Тяжело это было, или неудобно, я не сильно замечала, просто волокла и все. Ну как-то так все это прописано было в моей голове. Тем более примеров счастливой семейной жизни рядом не наблюдалось, поэтому, конечно, душа моя возмущалась, но редко. Я приняла, как данность, и такого мужа и жизнь свою не очень хорошую. Но всегда верила в то, что когда-то все поправится.

И про меня надо пару слов, для понимания. Никогда меня не смущали сложности жизни, вот вообще. А отказаться от материнства из-за того, что не нашла подходящего партнёра? Этого вообще в голове не было. Да и вообще в то время я жизни совсем не боялась. Я боялась Витиных кулаков, ножей, топоров, летящих в меня, но всегда была уверена в том, что смогу от них уклониться. Здоровье? Да я про здоровье тогда и не думала. Я и сейчас про него не думаю, слава богу оно у меня есть. Меня моя одна нога не смущала. Я многое что могла и умела. И родила я двух детей только потому, что больше не дали родить. Я не понимаю, как жить без детей, если ты женщина, и это заводская настройка.

А тогда я ползла по плохой и длинной дороге к маме и по лицу текли слезы. Ну что вот это такое? Почему я хочу, как лучше, а Витя не хочет? Ведь можно же как-то сообща решить этот вопрос! Так нет же! Я мужик! Я не должен этим заниматься! Какой ты мужик? Ни денег от тебя я не вижу, ни в постели тебя не ощущаю! Я должна на слово тебе верить? Хотя какая вера? Я давно не верю ни одному твоему слову. Ты говоришь то, что тебе выгодно. Своя жизнь наперекосяк, и на моей все это отражается! Ну да что теперь об этом думать? Надо как-то детей пристроить! Вот это точно никто кроме меня до понедельника не сделает!

На эмоциях я, можно сказать, до мамы долетела! Ну а мама то умная, она давно меня ждала, и даже лекций читать не стала. И по внучкам она соскучилась. Пока мы разговаривали, меня маленько подотпустило. Жизнь стала ярче и ласковей ко мне. Я успокоилась. И домой уже хромала в чудесном настроении. Было такое ощущение, что Витя и не заметил того, что меня три часа не было.

Ну и началась с понедельника моя неделя. Неделя тестирования на выживание. Вот прямо реально я тащила на себе непосильный груз. Но я же хотела! Я же стремилась к этому! Какие претензии то? Претензий у меня не было никаких, я просто, наверное, осознавала свой вклад в эту конструкцию под названием семья. Мне казалось, что моя жизнь превратилась просто в смену картинок. Я вообще не особо понимала, что я делала. Я не особо успевала отдыхать, я хронически не выспалась, а сейчас мне не понятно, почему я молча волокла этот непосильную ношу. И даже в голову мне не приходило, что мне это все надо бросить и убежать. Нет. Мне нужна семья!

Утро у меня начиналось ни свет ни заря. Деток то надо было к матери отвести и отвезти. Их надо было разбудить, одеть. Сама хромая, еле иду по этому снегу, так ещё и детей тащу. Хорошо, что моя дорогая мама забирала их у меня из автобуса. С водителем было просто договориться, а вот усложнять себе жизнь было просто уже некуда. Обратно все было сложнее. На служебном автобусе я доезжала до мамы, и собирала детей в обратный путь. А дети не хотели собираться. Они осознали, что в благоустроенной квартире теплее и светлее. Они возмущались, не хотели идти. В итоге к восьми часам вечера мы оказывались дома. И не было у меня уже сил не на что. А кто меня спрашивал?

Самое лучшее и нужное, что Витя мог сделать в доме, это затопить печку. Ложился на диван и ждал меня. Это так он свою значимость показывал. А я притаскивала домой детей и вставала к станку. Ужин, уборка, дрова к печи. Хорошо хоть стирала на детей мама. А то бы я в первый месяц сдохла на этой Ереванской. Но все остальное никто не отменял. И хоть я изо всех сил держалась, и старалась не тратить деньги, они все равно тратились. Потому что, пережив два скандала до потолка и одно удушение, я смирилась с тем, что деньги я может быть от Вити увижу. Но не в этом месяце. Конечно, свои мясные заначки я домой не носила, я их продавала. Но каждый день слушала за это выговор.

Ещё очень сложно было с водой. Витёк, почему то, забывал ее набирать. А баба Гутя уехала, и все. Некому было воду нам набирать. С остальными то соседями он был не в очень хороших отношениях. На мои претензии, он отправлял меня на огород. А чо? Вон там, на пятнадцати сотках горы снега! Растопи, и будет тебе вода! Я слушала его и не могла понять, он правда тупой, или серьезно не понимает, какая вода из снега? Но у меня особо выбора то не было. А ещё меня успокаивало то, что дети дома не едят. Я, в принципе, тоже могу не есть. Поэтому какое-то время я пользовала снег, исключительно для Витиного потребления. И я тогда даже не думала, что придет осознание.

Не мое, конечно осознание, а Витино. Только не помню сколько по времени это длилось. Потому что весна была не за горами. А это значит, что с одной стороны снег начал чернеть. Не знаю уж связано Витино прозрение с тем, что сугробы стали таять, или может его ЖКТ пару раз напугал его диареей. Но он стал жаловаться на то, что песок у него на зубах скрипит. Надо же! Сначала не скрипел, а вдруг заскрипел! За почти месяц можно было привыкнуть! Но что-то и чай ему не нравился, и супчик, и картошка. Песок скрипит и привкус. Но это же ты хотел от лени воду из снега? Нам с детьми хватает литра молока, которое ты приносишь. А в выходные я хожу клянчить воду у соседки напротив, за забором.

Вообще, эта соседка, Наташа, недавно купила этот дом, и жила там с ребенком, маленькой девочкой. И как-то вечером увидела, что я гребу снег в чайник. Подошла к ограде и предложила воды. Я отказалась. Потому что мне эта вода не нужна. Полы помыть я могу действительно водой из снега. Но Наташа подумала, что я не беру воду, потому что стесняюсь. И рассказала, что ей предыдущие хозяева оставили ёмкость, которая не замерзает. С водовозом она договорилась, поэтому вода у нее есть. Я спросила только про выходные. И ещё меня интересовало, чтобы Витёк не видел, что для нас я воду беру в другом месте. В общем, мы оговорились. Выкопала я в сугробе у забора яму под ведро, и в эту яму в нужное время Наташа ставила ведро с водой.

А Витёк наконец то прозрел. Не знаю, вода в марте из снега стала не вкусная, или обкакался он от этой воды, или действительно песку нанесло на сугробы. Но он стал раз в два дня привозить воду с работы. Какая прелесть, полегчало. Потому что мне то вообще было не понятно, как можно использовать в пищу воду и из Иркута, и из снега. Мы же не в снежной пустыне живём! Над этим снегом птички летают, ветер дует и всякую фигню несёт, под снегом мышки, крыски шныряют, и я не верю, что все это бесследно. Но у них в родительском доме видимо так было принято, поэтому и ему это было не западло. А я даже сейчас представляю тот снег, и у меня скулы сводит от омерзения. А ему я этот снег месяц в чайнике кипятила.

Знаете, чем меня радовала наступающая весна? Однозначно не грязью, хотя грязи в Нахаловке хватало. Это сейчас асфальт везде, почти до Иркута, а раньше грязи по колено и лужи в человеческий рост. Мне девочке мечтательнице тогда казалось, что я распашу огород, у нас там все вырастет, курей тоже разведу и ещё поросят! Во дурочка из переулочка! Того что висело у меня на шее, мне было мало, надо было ещё зверьё завести. Зато Вите ничего не надо было. Он был согласен на все, лишь бы его никто не заставлял делать лишние движения. А как я его могла заставить? Он же для меня в то время был царь и бог! Я, можно сказать молилась на него.

Молилась, не молилась, но четко осознавала, денег нет. Это с учётом того, что Витюшка начал отдавать мне свою зарплату. Она была просто огромной, 140 рублей. У меня пенсия была такого размера. Так вот. И Витюшина зарплата, и моя пенсия, ещё и моя зарплата, маленькая, но стабильная, рассасывались по просторам вселенной. Но тогда я как-то была так нагружена бытовухой, что когда заканчивались деньги, тащила их из своих заначек. Мне просто казалось, что раз я никуда не трачу деньги, значит все под контролем. Но что такое никуда не трачу? Не трачу своими руками, потому что я бы тратила, но не донесу до дома то, что куплю. И давала деньги Вите. Думала, так лучше.

Но что-то шло не так. Вот дашь Витюше денег на молоко и хлеб, а он в долг возьмёт в магазине ливерки! Витя, кушай супчик! На сто сорок рублей и бульон надо водой разводить! А ливерку ел только он. Мне с детства она казалась настолько мерзкой, ну вот не знаю почему. И даже во времена большой нищеты ливерку и рыбу я не признавала. Сто блюд из картошки, пятьдесят из хлеба, но не ливерку. Ну вот, два килограмма он ее покупал, два килограмма и закидывал в себя. Ещё была кровяная колбаса, ещё более мерзкая, зато дешёвая, сорок копеек. Вы, конечно, можете сказать, что на ливерке не обанкротишься, и будете правы. Но Витя, он на то и Витя, чтобы придумать как добыть мясо.

Так вот, жили то мы почти в деревне, свиней держали почти все. Поэтому периодически кто-то колол эту свинью. И Витёк неожиданно притаскивал домой четвертину. Я делала глубокий вздох, понимая, что теперь то у него есть повод просить у меня деньги, он же зарплату мне отдал! А сколько весила четвертина? Килограммов двадцать- тридцать. Пересчитаем на деньги? Сразу Витина получка испарилась? Так? Но это не самое страшное. Готовить то эту четвертину предстояло кому? Мне! А что, у меня других забот не было? Супчик то сварить, два пальца об асфальт, а попробуй-ка эту четвертинку пристроить так, чтобы все были сыты и надолго хватило?

Теперь даже в выходные у меня не было отдыха. Фарш накрути, тесто замеси, пельменей, поз, чебуреков, тефтелей, котлет, голубцов наляпай, все это заморозь и живи неделю счастливо. Я и жила, первое время, пока не поняла, что сколько ни приготовь, сожрут все моментально. Нет, не дети! Детям в то время хватало пяти пельмешек или одной котлеты. Рот не закрывался у Вити. Он за раз мог сожрать сто пельменей! Ты что, хронически голоден? Так он ещё и на работу с собой брал хорошую порцию чего-нибудь мясного. В общем эти немалые килограмчики улетели где-то за две недели. Я ещё изощрилась и сварила из костей и рульки ведро холода.

На этом остались кости на суп. А я поняла, что Витина зарплата, ее даже на Витю не хватает. И что делать? Кушай суп, как и предполагалось. Но после разносолов Вите борщик не зашёл вообще. И как-то вечером, он пришел с предложением.

– Там Виталька, в конце улицы, порося колет, я договорился на заднюю четверть.

– Если есть деньги, можешь покупать, у меня денег нет

– Он подождёт деньги пару дней, так можно

– А где ты их возьмёшь за пару дней? Я того порося не видела, но как минимум нужна сотка, а как максимум, даже прикидывать не буду.

– А куда все деньги ушли?

– На предыдущую четверть, которой хватило на две недели. Тебе. Я не ем дома, мне мяса на работе хватает

– А где твоя зарплата?

– Ну так-то весна на дворе. Детям сапоги купила, куртки, шапки, и как ты догадываешься не в магазине

– А почему бы им в магазине куртки не купить или пальто? Семь рублей пальто стоит!

– Ты видел то пальто? Они поэтому в магазине и есть, что никому не нужны!

– А что у нас царицы растут? От горшка два вершка, и ишь ты, куртки с барахолки, сапоги тоже. А отцу жрать нечего!

– Витя. Ты бы жрал по-человечески, тебе бы того, что я сотворила из той с четвертины на месяц хватило, и детям бы ещё осталось. Так ты же жрешь в три горла!

– Ты чего лепечешь то? Мужик должен есть мясо, он тяжело работает!

– А чего тебе за такую тяжёлую работу всего сто сорок рублей платят? Значит не тяжёлая она?

Я поняла, что что-то я не то говорю, что Витёк такого не простит. Он же мужик! Его же кормить надо! Витёк схватил меня за шкирняк и выкинул в мокрый сугроб.

– Иди, ищи деньги. Не должен муж голодным сидеть!

Я труханула. Думала будет хуже. Пятая точка моя, конечно, промокла. А дети запускали кораблики из щепок. Я зашла в дом, оделась, и пошла искать деньги, вместе с детьми. Что-то я устала не по-человечески. Витёк, уверенный в своей победе даже не понял, что я прихватила всю детскую одежду. Правильно, не надо за мной следить. А своего у меня всегда по минимуму. Одни брюки, одно пальто. Гардероб пуст. Зато муж сыт. В тот момент я переживала за одно. Сейчас до него дойдет, что я ухожу и он меня догонит. Но Витёк захлебывался чувством собственной важности, ему было некогда.

Я шла по Ереванской, прямо по грязи, и за собой тащила детей. Не хотелось мне, чтобы именно сейчас меня остановили. Я, конечно, каждый раз уходила от Вити навсегда. Но. Как-то не сильно у меня получалось. Сейчас я обычно говорю, что уходила от него двести раз, а ушла только на двести первый. Цифра эта очень близка к действительности. Ну как-то так я сама считаю. Сейчас то мне все ясно и понятно, а тогда меня саму иногда так бесило мое поведение, хоть головой о стену бейся! Но что поделаешь, в тот момент я себе была совсем не хозяйка. И кроме ожидаемого ПТСР, о котором я в то время ничего не знала, моим поведением рулила ещё и созависимость, которая к тому моменту уже вполне сформировалась.

А тогда, мечтая невидимой дойти до поворота, я мечтала только отдохнуть. Как мне надоела эта никчемная суета! Ведь есть квартира мной добытая, зачем жить в этом свинюшнике? Грязь по колено, воды нет, дрова кончаются, в ход идёт уголь. А от угля весь потолок в кухне черный. Кто белить его будет? Риторический вопрос. А ещё этот вечный вопрос пропитания! Почему я должна работать на чей-то желудок? И эта дебильная уверенность в том, что мужик должен жрать, как крокодил! Вот он и заглотил порося! И не успел этот поросенок раствориться в животе, он уже нового просит! А деньги то не стремится зарабатывать! Потому что за деньги работать надо!

Так, думая злые мысли, я дошла до киоска Ася. Возле него была остановка двадцать второго автобуса. Правда этот автобус ходил раз в час и не чаще, и то не каждый день. И именно сегодня мне повезло, не тащить детей в гору. Самое главное, чтобы он отправился прямо сейчас, а то дойдет до Витюшки, что я от него убежала, и догонит он меня в три секунды. Это он работать не умеет. Вернее не хочет. А бегает он прекрасно, уж я-то об этом знаю! Но автобус, видимо специально ждал меня. Вздрогнул, рыкнул, и мы поехали к ЖБИ. Ещё пара минут, и все, мы скрылись из зоны видимости. И кажется мне, что основываясь на том, что не мог меня найти в прошлый раз, Витя к матери сегодня не побежит. Подождёт. Но это не точно. И все равно страшно.

Маман моя встретила нас радостно, она всегда нас так встречала. Ну она то в этой жизни понимала однозначно больше, чем я. Детей вытряхнули из одежды, помыли, и они счастливые присели перед телеком, смотреть мультики. А мы достали бутылку и пошли бухать. Я бухала ещё и потому, что думала, что меня отпустит страх. Я все равно ждала стука в дверь, хотя сильно надеялась на Витрину лень. Но я же про него много что знала. И даже с этими знаниями я не могла просчитать дальнейшего его поведения. А у меня впереди был выходной, и поэтому я просто хотела упасть и лежать. Я только сейчас после рюмки портвейна поняла, как я выдохлась.

День тюлень прошел отлично, а потом я осторожно выползла на работу. Никто меня не караулил. Но успокоилась я только после того, как прошла через проходную. Все, наши победили! Душа моя пела и всем это было видно. Свою работу сделала, кому могла помогла, сбегала на кофе к Светке. Она сильно обрадовалась, что я наконец то в себе

– Твой Витя, как будто колдует над тобой. Ты никого кроме него не видишь и не слышишь. У меня колбасы целый ящик, и что мне с ней делать?

– А что Витька? Не хочет вывозить, или на работе нет?

– Он меня к тебе отправил! Сказал, что без тебя не может

– Чего не может? Колбасу под шкуры спрятать?

– Галя, ты же помнишь наш уговор? Я достаю, ты вывозишь. Поэтому сама иди с ним разбирайся!

Да я готова была в тот день договориться хоть с самим Змеем Горынычем, не то, что с Витькой. И тут я вспомнила, что я его давным-давно не видела. И даже не знаю, как у него дела. Но Светка то говорит, что он работает! Или не в нашем цехе? Но из окна конторы была видна родная Колхида. Значит Витюша здесь. После обеда пойду поищу. Ни фига. В этот момент я увидела Витю. И поняла, что я как-то за прошлое время не имела контакта с мужчиной! Правда? Значит Я не женщина, я посудомойка? И повариха? И кто там ещё? Но дело было не в том, кто я. А в том, что мое тело моментально отреагировало на того, кто относился ко мне, как к женщине.

Я постучала в окно. Было видно по спине, что Витёк услышал. Но поворачиваться не торопился, цену себе набивал. Ну и что? Подождем пару минут. У него то, наверное, такие же проблемы. Но раз так реагирует, я, наверное, и его достала, как Светку. Вот это да! Хотя в принципе, ожидаемо. Какой мужик? Если сил нет, и думы только о хозяйстве? Да ещё эти пути дороги, которые вообще делают меня безвольной. Я ждала. Наконец то Витёк оглянулся и сделал удивление лицо. Артист, мама дорогая. Я сделала ему знак, чтобы шел на солевой склад. Витя почти побежал. Значит развод в процессе, с женой не помирился. Ну и хорошо.

– Ты что, дорогая, пришла в себя? Очень меня это радует.

– А что я была не в себе?

– Ну если никого вокруг не видела, это как назвать? Чего звала то?

– Ты же знаешь.

– На каких условиях?

– Говори.

– Вместе с колбасой едем сначала ко мне.

– А родственники?

– Нет у меня больше родственников. Ну что, договорились?

– Договорились

– Светке скажи, чтобы приготовила свою посылку. А тебя где забирать?У проходной или у калитки?

– А что, можно у калитки?

– Можно.

– Тогда у калитки. Только домой меня отвезешь.

–Как скажешь. После того, как рассчитаешься

Я шла к Светке, и не понимала, зачем я все это творю. Зачем мне муж, если толку от него нет? Зачем мне семья, если она держится только на мне? Что мне даёт Витя кроме скандалов и вечного напряжения и страха. Ничего. Зачем мне с ним жить? Ответа на этот вопрос не было. Никогда.

Пи си. Кстати, кто там спрашивал, как он относится ко мне? Ровно или не ровно? Не ровно. Он так же ненавидит меня, как я его. Наверное потому, что смогла и без него. А он же мужик! К тому же он считает, что Я не дала ему реализоваться, как строителю! Отвлекала, ха-ха-ха. Его отвлечь можно было только от дивана. Всю жизнь.

Меня он, скорее всего не читает. Отвык. Читать конечно. Если бы по телеку показывали, может и посмотрел бы. Комментарии его конечно бы узнала, но это не он.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.