Александр Посохов
Do widzenia! Или ксёндз и безбожник

Сели в купе на Ленинградском вокзале двое. Поехали. Один и спрашивает другого:

– Извините, а что это за белый квадратик у вас на воротничке?

– Я ксёндз, польский священник, – ответил тот, который выглядел явно моложе.

– А я российский безбожник. Может, выпьем за знакомство?

– Я не беру в дорогу спиртное.

– Зато я беру, на всякий случай. Такой, как сейчас, например. Ну, по чуть-чуть, на ночку. И больше не будем.

Выпили. Безбожник одним глотком, а ксёндз пригубил только.

Закусили слегка, убрались на столике и прилегли каждый на своём месте.

– Скажите-ка мне, религиозный товарищ, – снова бесцеремонно спросил безбожник. – А некрещёному исповедоваться можно?

– Если душа просит покаяния, то можно, – ответил ксёндз. – Без совершения определённых формальностей, конечно.

– А я вот могу исповедоваться перед вами?

– Исповедуются не перед священником, а перед богом.

– Да чёрт с ним, с богом!

– Странно как-то у вас, и чёрт и бог в одном предложении, – заметил ксёндз.

– Не вижу ничего странного, – в свою очередь заметил безбожник. – Они и по дороге одной ходят, и обнимаются иногда. Так я могу исповедоваться перед вами?

– Признаться, вы ставите меня в затруднительное положение.

– Нормальное у вас положение, горизонтальное.

– А позвольте спросить, почему вы некрещённый и почему именно передо мной?

– А позвольте спросить, вы действительно настоящий польский священник?

– Можете не сомневаться.

– А чего ж вы тогда на вопрос вопросом отвечаете, как некоторые?

– Как кто?

– Ладно, не обижайтесь на старика. Отвечаю. Потому, что недокрестили.

– Как это, впервые слышу?

– Да бабушка увидела, что в дом напротив поп приехал. Подкараулила его, за рясу и к нам в квартиру. А тот уже был навеселе. Даже воду для обряда в корыто налили, а сами на кухню ушли. Сидят, пьют там, пока вода потеплее станет. И тут мать с работы прибежала, ей кто-то из соседей позвонил. Схватила полено и обоим по хребтам надавала. Утопить ведь меня могли по пьянке.

– И только поэтому вы считаете себя безбожником?

– Нет, конечно. Я ещё в советское время научный коммунизм преподавал.

– А в несоветское?

– Разные дисциплины. Но я не ответил на второй ваш вопрос. Перед вами потому, что вы поляк, а я полуполяк, как минимум. А, возможно, и больше. Во всяком случае, я себя всегда считал и считаю поляком. Ну, или почти поляком.

– А почему возможно?

– А у меня с предками вообще всё так. Бабушка, которая попа затащила, вовсе и не бабушка мне, а тётка отца, эвакуированная в начале войны из Харькова на Урал. А настоящая бабушка в девятнадцатом родила моего отца и вместе со своим отцом уехала в Польшу. Он тоже священником был.

– Точно или возможно?

– Точно только то, что возможно. После революции служителей церкви притеснять стали. А тут ещё дочка в подоле принесла. И он будто условие ей поставил, поедешь со мной, но без ребёнка. Вот она и оставила сына сестре того, от кого родила. Обещала вернуться за ним, но не вернулась. Мать рассказывала, будто она в Польше известной артисткой стала.

– А как её звали?

– Не знаю. Осталась у нас с сестрой только фотография, типа открытки, на которой очень элегантная женщина с зонтиком от солнца сидит на парапете в Ялте. Но откуда взялась эта фотография, неизвестно. Помню только, что мать показывала нам её и говорила, вот ваша родная бабушка полька.

– Погодите, – перебил попутчика ксёндз. – А вы не в Великий Новгород едете?

– Туда, – ответил безбожник. – Завтра у сестры день рождения. Она с сорок пятого.

– Тогда всё сходится. Дело в том, что я уже слышал похожую историю про фотографию с бабушкой полькой без имени и фамилии. Лет десять назад подходила ко мне там женщина с просьбой помочь отыскать родственников в Польше.

– Ну, правильно, это моя сестра была. Она мне рассказывала, что специально встречалась с ксёндзом. И он обещал ей помочь. Даже попросил принести эту самую фотографию. Так, значит, это вы были?

– Да, но она не пришла больше.

– Она долго сомневалась, а когда решилась, то ей сообщили, что вы уехали на какое-то время. Потом уже она к этой идее не возвращалась.

– Получается, что вы вообще ничего про настоящую бабушку не знаете. А у дедушки почему не спросили?

– А у нас с ним никаких связей не было. Я про него тоже ничего не знаю. Возможно, и он поляком был. Неспроста же они с бабушкой общаться стали. А вообще про этого деда с сестрой у нас в семье такая легенда. Будто их родители, то есть мои прадедушка и прабабушка, были царскими разведчиками в Европе, а дети их под вымышленными фамилиями жили в каком-то специальном пансионате в Харькове.

– А вот эта ненастоящая бабушка ничего о своей молодости не рассказывала?

– Рассказывала, что с Лениным в Смольном встречалась, и всё. Выпьет, закурит и причитает, хороший человек был, маленький только. И больше ничего. Боялась, наверное, лишнего сболтнуть.

– А что она там делала?

– Какие-то патроны в подвале. С её слов, конечно.

– Жалко, что вы про польскую бабушку ничего у неё не выведали.

– Если честно, не интересовался я тогда ничем, что было связано с отцом. Исчез он, и бог с ним. Он на свою мать злился, а я на него.

– Как это исчез, куда?

– В небытие.

– Но он же был?

– Был, конечно. До шестьдесят первого года. Родная мать за ним не вернулась, отец новую подругу завёл, у тётки своя жизнь. И лет в семь он сбежал от неё, беспризорником стал. Кстати, тётка эта каким-то образом на свою фамилию его записала, по мужу. Который тоже неизвестно кто и куда исчез. До войны ещё. И у меня сейчас эта фамилия. А чья она, бог весть. Хотя в раннем детстве, до школы, у меня другая фамилия была.

– А почему другая?

– Так вы слушайте дальше. Про это вам моя сестра не рассказывала. Её просто поиск родных интересовал. А мне бы на закате жизни разок в самой Польше побывать без проблем.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.