# СОБЫТИЕ

Екатерина Счастливцева

Перед вами импортозамещение "Очень странных дел" от Netflix… Дети советского Ленинграда в этой повести обязательно узнают себя и свой любимый город.

Основано на невероятных, но реальных событиях. Имена не изменены.

СССР. Канун Олимпиады-80. В Ленинграде бесследно исчезает юный радиолюбитель. Друзья, начав его поиски, обнаруживают под городом древний разумный кристалл. Ради спасения пропавшего мальчика и предотвращения катастрофы, детям предстоит расшифровать тайные сигналы и вступить в схватку с таинственной организацией, охотящейся за силой подземного кристалла.

## Глава 1

имена не изменены

основано на невероятных, но реальных событиях


Посвящается младшему брату…


КНИГА ПЕРВАЯ. ИСЧЕЗНОВЕНИЕ


Пролог


Тот день, как и все предыдущие, начинался с Солнца. Сначала оно лениво вылезало на широкий проспект Майорова и узкие переулки Петроградской стороны, по ним добиралось до центра города и по пожарным лестницам бесшумно поднималось на крыши ленинградских «сталинок» и дореволюционных особняков. Его утреннее путешествие заканчивалось на улице Софьи Перовской. Там солнечные зайчики играли в стеклах рогатых троллейбусов, игриво отражались в витринах большого магазина «Океан» и ложились горячими пятнами на паркет в комнате героини этой абсолютно правдивой и чуточку фантастической истории…


***


Катя проснулась от запаха жареной картошки и голоса диктора Центрального телевидения, доносившегося с кухни:

– …подготовка к Олимпийским играм вступает в завершающую стадию. В московском аэропорту «Шереметьево-2» ожидается прибытие очередной иностранной делегации…


***


Лето восьмидесятого года было особенным. Его ритм задавал олимпийский мишка, улыбающийся с рекламных плакатов, значков и экранов телевизоров. Взрослые с утра до ночи пропадали на работе, субботники и «Ленинские воскресники» в то время стали привычным делом, так как по мнению руководителей города на Неве улицы, переулки, скверы и площади должны были всегда сиять ярче начищенных медных тазов.

Дочиста подметенный и вылизанный до зеркального блеска город украшенный флагами и транспарантами, казалось, затаил дыхание в ожидании большого праздника. Но для детей с улицы Софьи Перовской это лето было самым обычным – бесконечным, пахнущим тополиным пухом, пылью гаражей и речной водой с Малой Невки.

Мальчишки и девчонки пока не догадывались о масштабе событий, в которые они совсем скоро окунутся с головой…


Глава 1. Начало


Невысокая, худощавая девочка Катя с двумя куцыми косичками и цепким взглядом, сидела на скамейке возле подъезда, теребила в руках потрепанный томик увлекательной книги «Тайна двух океанов» и поглядывала на окно квартиры третьего этажа, в которой жил Алеша.

Он был ее самым верным другом, точнее, соратником и, как она сама про себя думала, «проводником в мир настоящих приключений». Например, если Катя, как сейчас принято говорить, генерировала идеи, то Алеша их умело воплощал. Он мог смастерить все, что угодно – из проволоки человечков, из пробок от лимонада – старинный башни, из старых радиодеталей – сказочных драконов. Все это он вместе с Катей находил на свалке за гаражами. Самым важным изобретением Алеши был собственноручно собранный им в тайне от старших ребят общий на двоих радиоприемник, который ловил загадочные «голоса» по ночам.


***


Из подъезда с шумом вывалились двое – коренастый, постоянно веселый, с вечно разбитыми коленками Ромка (брат Алеши) и самый младший во дворе, пухлощекий и доверчивый Колька. За ними, подобно тени, следовал Сашка – тихий и задумчивый мальчик, предпочитающий чтению умных книг шумные игры. Он ради Алеши и Кати был готов на все…

– Кать, а Лешки нет? – подпрыгивая на месте, спросил Ромка. – Он нам с утра сказал, чтоб мы тут его ждали! Хотим на стройку новую сбегать!

– Никого я не видела, – задумчиво ответила Катя.

Она насторожилась, так как Алеша никогда не опаздывал – он был пунктуален даже в мелких деталях, почти как швейцарские часы, висящие в его прихожей на стене.


***


Они подождали еще минут десять. Солнце припекало все сильнее. С тротуара поднималась мелкая пыль, пахло асфальтом и бензином. Мимо проехал длинный желтый «Икарус» с олимпийской символикой на борту, за ним проследовала полосатая «Неотложка», на несколько секунд наполнившая улицу тревожным воем сирены.

– Что-то тут не так, – поднимаясь со скамейки, тихо сказала Катя. – Давайте сходим к нему домой.

Они влетели в напрочь пропахший известкой подъезд и забежали по винтовой лестнице на третий этаж. Дверь в квартиру Алеши была приоткрыта. В прихожей стояла его мама Анна Петровна – как полотно бледная, с телефонной трубкой, зажатой в руке.


***


– Алло! Алло! Лена, это ты? Алешу не видела? – Анна Петровна обернулась и печально посмотрела на детей. – Ребята, вы Алешу не видели?

– Нет, – хором ответили друзья ее сына.

– Он с утра ушел… за хлебом. И вот… не вернулся до сих пор. Уже два часа прошло.

Катя почувствовала неизвестно откуда появившийся в груди ледяной ком. Не в Алешиных правилах было просто так уйти, не предупредив их и, уж тем более, свою маму…


***


Первыми приехали оперативный сотрудник милиции Кутузов – молодой лейтенант с сонным лицом, и милиционер из детской комнаты – коренастый капитан с умными, уставшими глазами.

Орлов (так капитан представился Анне Петровне) задавал вопросы спокойно и обстоятельно. В этом время опер внимательно осматривал комнату сына хозяйки квартиры, его стол, заваленный чертежами, проводами и книгами братьев Стругацких. Неожиданно его пытливый взгляд зацепился за схему какого-то сложного устройства, нарисованную на листе ватмана.

– А что это у него тут? – спросил он Катю.

– Радиоприемник, – выдохнула девчонка. – Но он не совсем обычный… Алеша говорил, что он ловит не только простые радиоволны.

– Так-так, интересно, какие еще могут быть? – лейтенант усмехнулся, но капитан Орлов бросил на него такой взгляд, что тот мгновенно смолк.

– Я не знаю, – призналась Катя. – Иногда по ночам этот приемник ловит странные шумы. Как будто… чье-то страшное дыхание. Или сигналы…

Она посмотрела на друзей, те молча пожали плечами и не рискнули что-либо проговорить, так как в душе ни один их них милиционеров недолюбливал.

Орлов кивнул, ничего не сказал, но в его глазах Катя прочла едва уловимый интерес. Потом начался стандартный опрос соседей. Из них, как оказалось, никто ничего не видел

Город жил своей жизнью, люди жили в так ему – в общем-то, ничего удивительного в этом не было. Где-то гремели трамваи, где-то по радио играла «Песня о друге» Высоцкого, а в квартире пропавшего Алеши поселилась густая и тяжелая, как смола… тишина…


***


Милиция покинула квартиру пропавшего ближе к вечеру. Анна Петровна, выпив валерьянки, уснула на диване, дети покинули квартиру, плотно (до щелчка замка) закрыли дверь и убежали в штаб, находящийся в старой беседке.


***


– Он не мог просто так уйти, – заявила Катя. – Его кто-то куда-то забрал. Или… что-то такое, из-за чего его забрали.

– Может, шпионы? – с надеждой предположил Ромка. – Олимпиада же! Иностранцы понаехали! Они могли его похитить!

Молчавший до сих пор Сашка поднял голову и его очки тут же таинственно блеснули в сгущающихся сумерках.

– А вы не забыли про приемник? – прошептал он. – Вчера вечером, когда вы все ушли, Алеша сказал мне, что поймал очень странный сигнал. Не похожий на все предыдущие. Он сказал, что это…

Штаб погрузился в зловещую тишину.

– Ну, что он сказал? – не выдержала Катя.

– Он сказал, что поймал таинственный «голос из-под земли».

– Что он имел в виду? – прошептала Колька.

– Не знаю, – пожал плечами Сашка. – Но он чего-то сильно боялся. Очень. Говорил, что сегодня все проверит.

Катя посмотрела на темный прямоугольник Алешиного подъезда, внутри которого поселилась неизвестность.

– Давайте вот как поступим… Пока милиция будет искать его на земле, мы займемся его поисками там, где он часто бывал. Мы должны найти этот «голос»! – Катя посмотрела на решительного Ромку, на испуганного, но верного Кольку, на задумчивого Сашку. Они были маленькой командой, уже готовой приступать к поисками пропавшего друга.

– С завтрашнего дня начинаем расследование.


***


В это время в своем кабинете районного отдела милиции лейтенант, сняв китель, сидел перед пустым бланком протокола. Он курил «Беломор» – дым улетучивался в открытое окно, за которым горели огни ночного Ленинграда.

– Пропал ребенок, – он одновременно и говорил сам себе и что-то писал. – Стандартная схема: опрос, ориентировка, прочесывание района. Возможно, сбежал. Возможно, несчастный случай.

Все так, но что-то грызло участкового изнутри. Комната мальчишки, заваленный схемами стол… странные разговоры про «голоса».

– А ведь паренек-то умный не по годам. Не похоже на побег.

Лейтенант вздохнул, откинулся на спинку стула и посмотрел на карту города, висевшую на стене. Ленинград был похож на сложный лабиринт улиц, каналов и дворов-колодцев. В этом лабиринте сейчас потерялся мальчик.

Оперативник чувствовал, что это дело не такое простое, как могло показаться на первый взгляд. Он потушил окурок в пепельнице и взял со стола схему радиоприемника, которую забрал из комнаты Алеши. Надо было найти специалиста, который бы в ней разобрался. Что за сигналы мог ловить этот самодельный аппарат? И главное – куда они привели пропавшего?

Лето только начиналось, но для лейтенанта и для компании детей с улицы Софьи Перовской оно уже перестало быть беззаботным. Город готовился к Олимпиаде – сиял и улыбался, но под этим праздничным фасадом скрывалась иная, таинственная и, возможно, опасная жизнь. Пропажа ребенка считалось чрезвычайным происшествием, ради которого оперу нужно было вывернуться наизнанку…

## Глава 2

Глава 2. Шепот чердачных теней


Решение искать Алешу по чердакам пришло к Кате той же ночью – в тревожном сне. В нем под падающим из окна мерцающим светом голос диктора из радиоприемника смешивался с шуршанием старых газет.

Проснувшись в поту, Катя подумала о том, что если голос исходил «из-под земли», то для его улавливания требовалась антенна, поднятая как можно выше. А что в их и соседнем домах может быть выше чердака? Да практически ничего!


***


На следующее утро, собрав в штабе остаток отряда в составе Ромки, Кольки и Сашки, Катя изложила свой план.

– Слушайте, – начала она, стараясь говорить так же уверенно, как милицейский оперативник. – Алеша ловил сигнал?

– Ну, да! – подтвердил Сашка.

Колька и Ромка одновременно кивнули.

– Если так, то для хорошего приема сигнала нужна высокая антенна. Где у нас самое высокое место?

– Чердак! – сразу сообразил Ромка, вращая по сторонам вспыхнувшими азартом исследователя глазами. – Там же полно старых антенн, от телевизоров! Я видел, когда мы с папой лазали туда смотреть голубей!

– Верно, – кивнула Катя. – Значит, он тоже мог туда подниматься. Возможно, вчера утром он пошел именно на чердак, чтобы что-то проверить в своей антенне.

– Или улучшить, – уточник Сашка.

– Может, и так, – согласилась единственная в отряде девочка.

– Но почему же тогда его там нет? – пискнул Колька, сжав в руке игрушечного солдатика. – А если он там был, то почему до сих пор не вернулся?

– Это нам и предстоит узнать, – твердо сказала Катя. – Мы должны осмотреть все чердаки в нашем доме.

– В соседних тоже! – подал голос Ромка.

– Логично!

– Проверять будем, как настоящие разведчики? – спросил Колька.

– Конечно! У нас же отряд! – девочка кивнула.

Сашка, перелистывавший книгу «Занимательная радиоэлектроника», поднял на Катю задумчивый взгляд и проговорил:

– Теоретически, это логично. Но чердаки – места опасные. Там слабые доски в перекрытиях, запросто можно провалиться. А еще везде пыль, в которой могут содержаться вредные бактерии. Ну, и о бездомных не нужно забывать…

Последнюю фразу этот совсем не глупый паренек сказал так тихо, что по спине у Кати пробежал холодок. Она вспомнила рассказы соседских ребят о бичах, иногда ночующих в подвалах и на чердаках.

– Мы будем осторожны, – поразмыслив, заявила она. – Пойдем вместе. Никакой самодеятельности. Ромка, ты отвечаешь за Кольку. Саша, ты – наш техник и наблюдатель. Все, что покажется странным, сразу отмечаем.

Так появился на свет тайный план под кодовым названием «Операция “Чердачный Шепот”».


***


Первый чердак, в их собственном доме по улице Софьи Перовской, оказался царством забвения и пыли. Дверь, расположенная на площадке на пятом этаже, была, как всегда, не заперта. Ржавая ручка болталась на двух громадных гвоздях – Катя потянула ее на себя двумя руками и врата в неизвестность с жутким скрипом поддались.

Воздух на чердаке был густым и неподвижным – он пах старым деревом и голубиным пометом. Свет проникал сюда через пыльные стекло слухового окна. Солнечные лучи падали на пол толстыми столбами, внутри которых кружились мириады светящихся пылинок.

Строго говоря, самое высокое помещение в доме можно было назвать сказочной страной. Вдоль стен громоздились горы забытого здесь еще при царе Горохе хлама, среди которого ребята отметили сломанные детские коляски, свернутые ковры с оленями и медведями и картонные коробки из-под яичных упаковок. Глядя на эту сказочную страну, можно было прийти к одному единственному выводу – здесь хранились история людей, многих из которых в их доме давным-давно уже нет.

– На доски наступайте осторожно, из них могут торчать длинные гвозди! – предупредил Сашка, светя карманным фонариком перед собой. – Проткнете ногу, будут делать сто уколов в живот!

– Да ну! – испугался Колька.

– Ты-то откуда знаешь про сто уколов? – спросил Ромка.

Они шли медленно – как по минному полю. Катя внимательно осматривала пространство вокруг себя, выискивая в полутьме хоть какой-то намек на присутствие Алеши.


***


Вот она заметила торчащую из груды хлама палку с привязанным к ней леской пенопластовому поплавку – чья-то самодельная удочка. А вот под ноги попалась гирлянда с давно потерявшими товарный вид новогодними лампочками. Среди всего этого бардака не было ничего, указывающего на пропавшего друга.

– Смотрите! – вдруг крикнул Ромка, ткнув пальцем в угол – там на одну из палок была намотана проволока.

– А это же антенна! – сказал Сашка.

Исследователи осторожно приблизились к находке, которая, действительно, оказалась самодельной антенной, сделанной из медного провода. Один конец был привязан к гвоздю, другой скрывался в маленькой дыре в потолке.

– Это не Алешина антенна, – уверенно заявил Сашка, как следует осмотрев чудо чей-то технической мысли. – Провод старый, изоляция потрескалась. А он все тут крутил-вертел совсем недавно.

Катя разочарованно вздохнула, после чего вся честная компания провела на чердаке примерно час, в конце которого ничего полезного так и не было найдено. Не считая пыли, тишины и призраков прошлого, затаившихся в старых предметах человеческого быта.


***


Следующие два дня были потрачены на чердаки соседних домов. Дом номер три оказался почти копией их под номером пять. В доме семь дореволюционной постройки с высокими потолками чердак был более мрачным и таинственным. Там ребята обнаружили только старый тяжелый сундук, набитый довоенными журналами, газетами и еще какой-то ненужно чепухой, а в углу – рассыпавшуюся от времен чью-то лежанку из половинки дивана.

Поисковики искали-искали, но нигде так ничего и не нашли – ни единой весточки от пропавшего Алеши, ни единого намека о нем…


***


Ближе к вечеру усталые они сидели в штабе. Настроение у всех было подавленным – если не сказать больше.

– Может, мы ищем не там? – робко предположил Колька.

– Сложно сказать, но мы должны закончить начатое, – сказала упрямая Катя. – Остался последний дом.

– Который девятый? – спросил Сашка.

– Угу, он самый.

– Давайте уже завтра проверим его, – разнылся Ромка.


***


Дом за номером девять по улице Софьи Перовской был особенным – более старый, чем другие. Он стоял в глубине двора, отгороженный от улицы чахлым палисадником. В нем хоть и было всего четыре этажа, но он казался массивным и почему-то неуклюжим. Ходили слухи, что до революции в этом доме жил какой-то фабрикант, а в блокаду Ленинграда находился штаб местной противовоздушной обороны.


***


Дверь на чердак этого дома оказалась массивной, дубовой и с огромным железным навесным замком. К несказанному удивлению ребят он висел на засове в незапертом состоянии.

– Странно… – прошептал Сашка. – …обычно двери чердаков закрывают…

– Значит, нам снова повезло, – ответила Катя и толкнула дверь от себя плечом.

Раздался тихий, скрипучий стон, от которого у ребят попадали сердца в пятки, но не смотря на весь пережитый ужас, они прошли внутрь…


***


Этот чердак был другим – почти чистым. Производил он впечатление пустого и… обжитого… В центре (под самым коньком крыши) находился странный объект, заставивший всех четверых замереть на месте.

Это была антенна. Но не такая, как предыдущие. Она была собрана из нескольких велосипедных ободов, закрепленных на деревянной крестовине. К этим ободам были припаяны медные провода, сходящиеся в единый кабель, уходящий в дыру местами прогнившего от времени пола.

Рядом с конструкцией на старом деревянном ящике стоял самодельный радиоприемник – очень похожий на тот, который вчера заинтересовал милиционеров в Алешиной квартире. К нему был подключен наушник.

– Интересно, ребзя, его работа? – ахнул Ромка.

– Не знаю, – ответила Катя.

Она подошла ближе к сооружению и увидела лежащую на ящике тетрадь в черной обложке. Любой советский школьник не отказал бы себе в удовольствии открыть чьи-то таинственные записи. Катя была не любой, она была самой любознательной девочкой из всей двести двадцать второй школы. Именно поэтому она без раздумья открыла ее…

## Глава 3

***


Страницы были исписаны аккуратным, знакомым ребятам почерком Алеши. Текст чем-то напоминал записи наблюдений или дневник ученого.


«15 июля 1980 года, 12:12. Сигнал стабилен. Частота 457 кГц. Модуляция – импульсная, пакетами по 0.8 секунды. Напоминает телеметрию…»


«17 июля 1980 года, 10:13. Усилил антенну. Уровень сигнала вырос на 30%. Источник не наземный. Пеленг указывает вниз – в сторону Невы. Глубина?!..»


«19 июля 1980 года, 15:10. Поймал любопытный фрагмент. Не цифры… Голос? Искаженный, механический. Не могу разобрать слова. “Событие”… “Событие приближается”… Что это значит?»


Катя с замиранием сердца перелистывала страницы. Последняя запись была датирована вчерашним утром.


«20 июля 1980 года, 8:30. Сигнал изменился. Наблюдаю непрерывный тон, похожий на сирену. Идет нарастание амплитуды. Иду проверять источник. Если моя теория верна, точка входа должна быть где-то здесь, на чердаке. Нужно найти “зеркало”».


И это все. В загадочной тетради больше ничего не было написано. Катя даже проверила число страниц – их никто не вырывал: как было сорок восемь, так и осталось.

– «Зеркало»? – вслух произнесла она. – Интересно, что он имел в виду?

– Смотрите! – Сашка посветил фонариком на балку, висящую над антенной. Под ней, в самом темном углу чердака, обосновалось большое, старинное зеркало в потемневшей деревянной раме. С замиранием сердца Катя подошла к нему и осмотрела со всех сторон.

Зеркало было покрыто толстым слоем пыли, по которому кто-то совсем недавно провел пальцем, оставив четкую, ясную надпись и стрелку возле нее:


«АЛЕША →»


Трудно объяснить с точки зрения физики, но стрелка указывала как бы внутрь зеркала. В этот момент сзади послышался приглушенный скрип. Массивная дубовая дверь чердака медленно, с тяжелым стуком, захлопнулась… ребята оказались… в ловушке…


***


Секунду стояла полная тишина, нарушаемая лишь учащенным дыханием не на шутку разволновавшегося Кольки.

– Это… был ветер? – недоверчиво прошептал Ромка.

Превозмогая страх, Катя резко обернулась и посмотрела на закрытую дверь. Никакого ветра на чердаке даже быть не могло. Она подбежала к тяжелой двери и надавила на нее плечом. Увы, но та не поддалась.

– Закрылась, – проговорила она, чувствуя, как колючий страх подкатывает к горлу. – Это в наши планы не входило.

Колька тихо всхлипнул. Бледный как полотно Сашка направил дрожащий луч карманного фонаря на замок.

– Нас кто-то запер, – констатировал он ледяным голосом.

Мысль о том, что они не одни на этом странном чердаке, пронзила Катю острее любого ножа. Она вжалась в дверь, притаилась – снаружи была слышна лишь могильная тишина.

– Так, не паникуем, – непривычно-низким голосом сказала она. – Ромка, помоги мне. Саша, свети давай!

Вдвоем с Ромкой они снова и снова пытались открыть злополучную дверь, но массивный дуб даже не дрогнул. Отчаянные крики о помощи тонули в толще старых досок и кирпича, не находя ответа сердобольных ленинградцев.

– Никто нас услышит, кричи, не кричи, да хоть обкричись… – упавшим голосом прошептал Сашка, когда они, обессиленные, отошли в сторону от двери. – Мы слишком высоко.

Мир команды ребят с улицы Софьи Перовской неожиданно сжался до размеров старого чердака, освещенного дрожащим лучом Сашкиного карманного фонаря. Катя почувствовала, как страх начинает сковывать ее, превращая в беспомощную куклу, которую не выбрасывают только из жалости. Но ее взгляд почему-то снова упал на тетрадь Алеши, все еще сжимаемую в ее руке.


«Иду проверять источник».


Пропавший друг совершенно точно был здесь и, возможно, оставил им подсказку.

– «Зеркало», – подталкиваемая логикой, громко сказала Катя. – Он написал про «зеркало». И оставил стрелку.

Искатели снова подошли к старому зеркалу. Их испуганные бледные лица смотрелись сами на себя из глубины потускневшей поверхности стекла. Нарисованная пальцем на пыли стрелка упрямо показывала вглубь зеркала.

– Может, в зеркале есть потайной ход? – предположил Ромка, с надеждой постучав по раме. – Как в фильмах о шпионах!

Они тщательно прощупали раму и даже попытались сдвинуть зеркало в сторону, но оно было прочно прикреплено к стене. После нескольких попыток отчаяние снова накатило холодной волной на друзей пропавшего Алеши. Колька прижался к Кате и она обняла его, чувствуя, как дрожит этот маленький искатель приключений.

– Подождите, – сказал Сашка, направив луч фонарика чуть ниже зеркала – на стену, в ту точку, куда указывала стрелка. – Ребзя, да вы только поглядите…

Сперва луч скользнул по серому слою штукатурки, потом они увидели то, что не заметили раньше. Прямо в направлении нарисованной на зеркале стрелки – почти у самого пола – между двумя досками находилась едва заметная… щель… Узкая, темная вертикальная – в стене, прикрытая сдвинутой в сторону старой, истлевшей тряпкой. Если бы не указание с зеркала, ее никогда бы никто из друзей Алеши не заметил.

– Это… оно? – прошептал Ромка.

Не выпуская из своей руки Колькину ладонь, Катя приблизилась к находке и опустилась на корточки. Щель была очень узкая – из нее тянуло неприятно-холодным, сырым воздухом, воняющим отвратительной плесенью.

– Алеша пролез в нее, – уверенно прошептала Катя. – Он нашел этот проход.

– Вот бы узнать, куда ведет эта дыра! – панически возразил Сашка. – Это может быть опасно! Может, там находится что-то такое, от чего наши сердца полопаются от страха!

– Не полопаются. Так не бывает, Санек, – возразил ему Колька.

– А здесь не опасно? – резко сказала Катя. – Нас заперли. Мы можем просидеть до тех пор, пока… нас найдут. Или не найдут. А Алеша там один. Я не удивлюсь, если он прямо сейчас ждет помощи.

Она посмотрела на щель, за которой их ждала неизвестность. Но отступать было нельзя, да и некуда.

– Я лезу туда первой, – объявила Катя. – Ромка, ты идешь за мной, потом Колька, а Саша будет замыкать.

– Чуть что, так Сашка последний. Ну, почему?

Девочка сурово посмотрела на него.

– А ты знаешь, какой из волков идет последним в стае?

Сорванец непонимающе дернул плечами.

– Не-а.

– Последним в волчьей стае идет вожак, – ответила Катя.

– Скажешь тоже, вон, даже командир на лихом коне всегда идет впереди. Я в кино про Чапаева видел. А тут… волки… – не сдавался мальчик с карманным фонариком в руке.

– Эх ты, балда! – Катька отвесила ему легкий щелбан. – Вожак у волков идет сзади для того, чтобы контролировать всю стаю.

– А кто же у них идет впереди? А, Кать? – поинтересовался Ромка.

– Старые или больные волки.

Сашка улыбнулся.

– Значит, ты у нас самая старая или… больная…

– Сам бы больной! – обиделась девочка. – Я иду первой, потому что самая опытная и морально крепкая. Держитесь друг за друга. а ты, Санек, смотри не потеряй свой фонарик. А то вдруг останемся в полной темноте, то что будем делать?


***


Сердце колотилось под свербящем горлом. Катя встала на четвереньки перед зловещим провалом и почувствовала ледяное дыхание тайны. Сделав глубокий вдох, она просунула в щель сначала ноги, а затем – вся целиком проскользнула вниз и исчезла в темноте.


***


Проход оказался довольно-таки узким, круто уходящим вниз лазом. Катя карабкалась по грубой каменной поверхности, удерживаясь от падения локтями и коленями. Через несколько метров лаз уперся в тупик, слева от которого зиял еще один, горизонтальный проход.

– Идите! – крикнула она, ее странно искаженный голос отозвался гулким эхом в тесном пространстве подземелья. – Здесь поворот!

Она проползла в новый лаз, оказавшийся чуть шире предыдущего, который шел, как девочке показалось, параллельно чердаку. Воздух здесь был намного холоднее, чем на поверхности.

Через несколько метров туннель расширился – Катя, наконец, смогла разогнуться и встать в полный рост, правда, уперевшись головой в потолок. Так ребята оказались в крошечном каменном мешке.

Повернувшись, путешественница помогла выбраться из провала Ромке, перепуганному, но молчаливому Кольке, и, наконец, не на шутку разговорившемуся Сашке, который не выпускал из рук фонарик.

– Где мы? – озираясь по сторонам, прошептал Ромка.

Луч карманного Сашкиного фонарика выхватил из тьмы низкий сводчатый потолок, сложенный из потемневшего то ли от времени, то ли от пожара кирпича. Стены здесь оказались влажными на ощупь. Ребята стояли в узком коридоре, уходящем в непроглядную темноту в обе стороны.

– Это не чердак, – коснувшись стены, сказал Сашка. – Это… сами смотрите – каменная кладка. Очень старая. Похожа на фундамент или подвал. Вот только я никак не понимаю.

– Что? Поясни! – спросил Колька.

– Как мы попали сюда с чердака-то?

Катя ничего не сказала, так как смотрела на противоположную выходу из лаза стену. Кирпичи даже в полутьме буквально кричали ребятам о том, что кто-то оставил еще одну метку для них. Не пыльную, а нарисованную куском мела, впрочем, возможно, известняка. Катя как следует пригляделась и смогла рассмотреть стрелку и уже знакомые буквы:


«АЛЕША →»


Стрелка указывала налево – вглубь темного коридора.

– Он здесь точно был, – уверенно сказала Катя. – Он прошел этим путем. Идемте дальше!

Они двинулись в указанном направлении цепочкой, касаясь руками к холодной сырой стены. Коридор был узким и карманный фонарик Сашки выхватывал из мрака ужас происходящего. Тишина стояла абсолютная – давящая до такой степени, что их собственные легкие шаги и учащенное дыхание казались оглушительными.

Вдруг Колька, шедший за Катей, вскрикнул и ухватился за ее руку.

– Кать! Смотри!

Он указывал пальцем вперед. Луч фонаря дрогнул, прыгнул на стене и высветил нанесенный известкой странный рисунок. Несколько вложенных друг в друга окружностей, от которых расходились лучи, похожие на розу ветров. В центре была изображена стилизованная башня, безошибочно определенная Катя с первого взгляда как шпиль Адмиралтейства.

– Что это? – прошептал Ромка.

– Похоже на… карту, – предположил Сашка. – Смотрите, лучи… указывают на какие-то направления. А эти круги… может, уровни?

– Уровни чего? – спросила Катя.

Она подошла ближе. Под рисунком лежал небольшой предмет. Наклонившись, девочка подняла его. Это был перочинный нож с коричневой ручкой, на которой была выцарапана буква


«А»


– Алешин нож… – выдохнула Катя. Она сжимала в ладони холодный металл и чувствуя всем своим естеством связь с пропавшим другом. Он совершенно точно был здесь, и он оставил ребятам карту, а еще – знак.

Девочка перевела взгляд с ножа на рисунок. Расходящиеся от центра лучи упирались в странные символы – волнистую линию, похожую на реку, несколько квадратов, которые могли обозначать здания, и небольшой круг, рядом с которым была нарисована та же пиктограмма, что и в центре – башня, но в миниатюре.

– Он отметил, как оказался здесь, – догадалась Катя. – Смотрите, от центра идет луч к этой маленькой башне. Он пошел туда.

– Но где этот «центр»? – спросил Сашка. – И что это за уровни? Мы что, находимся сейчас под землей?

Прежде чем Катя успела ответить, из темноты впереди послышался негромкий, отчетливый и ритмичный звук. Потом что-то щелкнуло. Затем снова и еще раз щелкнуло. Ребятам показалось, что кто-то методично – с равными интервалами – стучал одним камнем по другому.


Щелк… Щелк… Щелк…


Путешественники прислушались и поняли, что странный звук приближался к ним. Ребята слились с тенью на стене и замерли. Луч фонаря продолжавший дрожать в Сашкиной руке, был направлен им в пустоту туннеля – туда, откуда приближалась неведомая, звуковая угроза.

Щелчки становились все громче и громче. Теперь они слышались прямо за поворотом – в каких-то шагах двадцати шагах от них. Неожиданно Сашкин луч света выхватил из тьмы длинную, искаженную тень, которая медленно ползла по стене, приближая неминуемое ужасное появление того, кто ее отбрасывал.

Катина рука с ножом Алеши сжалась в кулак. Ребята вышли на след пропавшего друга, но теперь им предстояло встретиться с тем, кто, возможно, знал о его судьбе все. А, возможно, был причиной его исчезновения…


Глава 3. Карта из подземелья


Щелк… Щелк… Щелк…


Тень на стене росла и принимала чуткие очертания. Вот показалась палка, вот вторая… между ними появилось нечто большое и очень темное. Дети замерли и приготовились к самому худшему.

Тут из-за угла появился… высокий сутулый старик, несмотря на лето одетый в потрепанную телогрейку и брезентовые штаны. В одной руке он держал длинную суковатую палку, которой методично стучал перед собой. В другой он держал точно такую же палку, но на нее он опирался, как на трость.

За сгорбленной спиной незнакомца висела огромная, туго чем-то набитая сумка. Его морщинистое лицо было похоже на старую карту, а из-под надвинутой на лоб шапки-ушанки зыркали по сторонам внимательные глаза.

Увидев детей, старик резко остановился. Щелчки прекратились. Воцарилась тишина – еще более зловещая, чем можно себе представить.

– Чего это вы тут делаете? – прокуренным голосом прохрипел старик. – Черти малые, а? Зачем в катакомбах шляетесь?

Собрав всю свою храбрость в кулак вместе с волей, Катя шагнула вперед, заслонив собой младших ребят.

– Мы… ищем нашего друга. Мальчика Алешу. Он пропал.

Старик с хрустом позвонков повернул голову в сторону ребят и осмотрел их едва ли не с ног до головы. Его взгляд задержался на фонарике в руке Сашки, на ноже в руке Кати и на испуганном лице Кольки.

– Ага, – буркнул он. – Искать пошли. А сами знаете, куда пошли? Это место для игр не предназначено!

– Мы не играем, дяденька! – горячо возразил Ромка. – Мы по следу идем! Алеша здесь был, мы знаем!

Старик усмехнулся, обнажив единственный желтый зуб.

– След? Тут следов много. И не все человечьи. Это чтобы вы понимали, – он ткнул одной из двух палок в рисунок на стене. – Это вашего друга работа?

– Да! – воскликнула Катя. – Вы его видели?

– Видел… не видел… – старик загадочно покачал головой. – Много кого я тут вижу. А вы кто такие будете? Из милиции, что ли? Но таких маленьких туда не берут.

– Мы его друзья, – твердо сказала Катя. – И мы не уйдем, пока не найдем его.

Старик промолчал, изучая ребят. Казалось, он что-то тщательно прикидывал в уме.

– Звать меня Степанычем, – наконец произнес он. – А это мои… владения. – Он широким жестом обвел палкой темноту туннеля. – Значит, ваш друг, выходит, без спросу по моим владениям шарился? Спрашивать надо, детвора. В чужих подземельях без спросу не ходят. Это опасно.

– Да что тут опасного? – спросил Сашка.

Степаныч хмыкнул.

– Стены обвалиться могут. Воздух испортиться. А еще… эхо тут странное. Голоса слышны. Не всякому по нраву они.

– Это еще почему? – не выдержал Ромка.

– А у многих, кто тут побывал, психика не выдерживает.

Катя вспомнила «Голоса» из записей Алеши в черной тетради.

– Какие голоса? – тихо спросила она.

Степаныч прищурился.

– Разные. Иные на непонятном языке бормочут. Иные… предупреждают. А вы, я смотрю, с фонарем? Умно. Только светите аккуратней. Не все тут свет любит.

Он шагнул вперед, дети инстинктивно посторонились. Но старик лишь протянул руку к рисунку.

– Карта, говорите? Недоделанная. Центр-то где? – Он ткнул пальцем в спираль на рисунке. – Центр – это Шереметьевский дворец. Фонтанный дом. Под ним… ну, это вам рано знать. А ваш друг, если по этой карте пошел… – Степаныч провел пальцем по лучу, ведущему к маленькой башне. – Тогда он на «Коммунаров» двинулся. В старые кирпичные коллекторы.

– А вы случайно не знаете, что там находится? – не сдержался Ромка.

– А кто его знает. Может, выход. Но может, и не выход, а вход, например. – Степаныч посмотрел на них пронзительно-колючим взглядом. – Ладно, вашу прямоту я уважаю. Ищите. Только смотрите – через час, как часы мои пробьют, – он стукнул палкой по стенке, – вам лучше наверху быть. А то двери закрываются. Насовсем.

Он повернулся и, не прощаясь, протиснулся в боковой лаз, который они раньше не заметили. Щелчки палки постепенно стихли. Дети перевели дух.

– Жуткий какой, – выдохнул Ромка.

– Но он помог, – снова глядя на карту, сказала Катя. – Теперь мы знаем, куда идти. К «кирпичным коллекторам». У нас есть час! Нужно торопиться!

Ребята решительно двинулись вперед. Подземный туннель вскоре разделился. Идя по карте карту Алеши и смутным указаниям Степаныча, они выбрали проход, выложенный аккуратным, старым кирпичом. Воздух здесь стал более сухим, с явственным металлическим привкусом.

Через несколько минут они вышли к огромному залу – это было просторное помещение с высоким сводчатым потолком, который опирался на ржавые чугунные балки. Посредине зала стояли странные механизмы, похожие на огромные котлы с рычагами и манометрами, покрытые толстым слоем пыли и паутины.

Вдоль стен тянулись трубы толщиной в руку взрослого человека, которые запросто пригодятся в любом хозяйству.

– Что это за место? – прошептал Колька, разглядывая гигантские тени, пляшущие в свете фонаря.

– Похоже на старую котельную, – предположил Сашка.

Девочка воскликнула:

– Смотрите, трубы уходят вверх и вниз.

Катя осматривала зал, выискивая в нем любые новые следы Алеши. Она их нашла – на одном из рычагов висел клочок изоленты. Молодой радиолюбитель всегда носил ее с собой. А на полу, у одной из самых больших труб, ведущих вглубь стены, она увидела стрелку, нарисованную тем же известняком. Рядом с ней лежала обертка от «Красной шапочки» – любимой конфеты Алеши.


***


Труба, на которую указывала стрелка, была огромной – около метра в диаметре или даже больше. Ее крышка была открученной и стояла прислоненной к стене.

– Алеша пошел туда, – уверенно сказала Катя, заглядывая в черную бездну трубы.

– Он в трубу залез, что ли? – с недоверием спросил Ромка. – Она же вертикальная!


***


Сашка направил фонарь внутрь – луч скользнул по гладким, покрытым ржавчиной стенкам. Труба уходила вниз, но не вертикально, а под углом примерно в сорок пять градусов. Внутри были проложены старые, истлевшие деревянные рейки, похожие на шпалы.

– Это не водопроводная труба, – сказал Сашка. – Это… похоже на какой-то транспортный тоннель. Для вагонеток, наверное.

– Значит, по нему можно пройти, – заключила Катя. – Идемте!..

## Глава 4

***


Осторожно – чтобы не поскользнуться на наклонной поверхности – они начали спускаться вниз. Обшитые деревом стены были скользкими из-за толстого слоя плесени, плюс к этому – двигаться ребятам приходилось почти ползком, удерживаясь за редкие выступы. Но разве для настоящих искателей приключений это когда-нибудь было препятствием?

Фонарь светил не так далеко, как хотелось бы. Иногда казалось, что тоннель уходит все глубже и глубже в землю. Неожиданно впереди что-то мелькнуло.

«Свет?», – подумала Катя.

Действительно, это был свет – не яркий, как у Сашкиного фонаря, а тусклый, мерцающий и отчего-то зеленоватый.

– Там кто-то есть! – дрожащими от страха губами прошептал Ромка.

Маленькие спасатели замерли, вглядываясь в темноту тоннеля. Источник света не двигался, а просто висел над тем, что с трудом можно было назвать полом, и… пульсировал, нагоняя на ребят страх и ужас.


***


Тоннель вывел ребят в еще одно подземное меньшее по размеру, чем котельная, помещение. Сводчатый потолок здесь был очень низким, а стены сплошь покрыты странным лишайником, который местами излучал тот самый испугавший их зловещий зеленый свет.

Но это еще не все – в центре комнаты стоял странный объект, сильно напоминающий металлический шкаф из школьного кабинета физики, но более старый, с аутичными циферблатами, тумблерами и разноцветными лампочками, некоторые из которых тоже слабо светились.

От шкафа расходилась паутина десятков проводов, теряющихся в лишайнике стен. Рядом с этим странным сооружением стоял на деревянном ящике уже знакомый Катьке, Ромке, Кольке и Сашке самодельный радиоприемник. Из него, как и в прошлый раз, торчала тонкая нить провода с наушниками.

Сердце самой старшей из присутствующих в подземелье путешественницы заколотилось в груди. Оно и понятно, так как, по всей видимости, искатели только что вышли на Алешину лабораторию. Но где же он сам?


***


Ребята осторожно прошли в помещение. Сашка, как заколдованный, приблизился к загадочному шкафу.

– Скажу вам, ребзя, это какая-то уж больно странная аппаратура, – прошептал он. – Очень старая. Смотрите, тут маркировка выбита…

Все ринулись к Сашке и увидели на шкафу ржавую железную табличку с надписью:


«1938 год»


– И гляньте на эти лампы… – продолжил шептать Сашок, – они же должны были перегореть десятки лет назад! Интересно, что их питает?

В этот момент из наушника, лежавшего на радиоприемнике, донесся довольно-таки серьезно искаженный помехами, но узнаваемый, голос Алеши.

– …тест… тест записи… Это Алексеев. День седьмой… наблюдений. Уровень сигнала продолжает расти. «Событие» приближается. Я… я уже чувствую его. Оно не враждебное. Оно… ждет своего часа. Но я не могу найти точку контакта. Нужно… нужно больше мощности. Возможно, усилитель…

Заветный голос пропавшего друга неожиданно сменился резким шипением эфира. Дети переглянулись – от произошедшего у них аж перехватило дыхание.

– Он был здесь! – воскликнула Катя. – Значит жив! Он… он снова говорил о «Событии»!

– Но где же он? – Ромка внимательно посмотрел во все углы помещения. – Комната маленькая, тут негде спрятаться.

Сашка подошел к поросшей светящимся лишайником стене и осторожно прикоснулся к нему ладонью – он пульсировал под кожей, как живой, и источал тепло.

– Смотрите, – тыча пальцев в сторону схождения лишайника, сказал любознательный паренек. – Мне почему-то кажется, что он растет из одной точки.

Путешественники посмотрели туда, куда указывал Сашка – пучки светящихся нитей лишайника исходили из одного месте на стене, образуя подобие окружности диаметром не больше метра. В центре лишайник был особенно густым и ярким.

Присмотревшись, Катя увидела, что в центре окружности угадывался контур… люка, сделанного из темного, отполированного до зеркального блеска металла, не похожего ни на сталь, ни на чугун.


***


На поверхности люка не было ни ручек, ни замков. Однако в самом центре мерцал маленький, тусклый огонек, синхронно пульсирующий вместе с загадочным лишайником. У основания (на полу) лежала еще одна Алешина вещь – его записная книжка в серой обложке, которую ребята иногда у него видели.

Катя подняла находку и увидела в ней странный чертеж – спираль, уходящая в центр, и несколько непонятных формул. Под нагромождением линий торопливым почерком было написано:


«НАШЕЛ ВХОД. ИДУ ВНУТРЬ. ЕСЛИ ЧИТАЕТЕ ЭТО – НЕ ИДИТЕ ЗА МНОЙ. ЖДИТЕ. ВЕРНУСЬ ПОСЛЕ СОБЫТИЯ. АЛЕША…»


Голодные и уставшие путешественники стояли перед таинственным люком. Их друг наверняка был где-то рядом. С одной стороны, он просил никого не идти за ним, с другой… он не вернулся оттуда, куда ушел. Всему отряду нужно прямо сейчас принимать решение, от которого могла зависеть Алешина жизнь…


***


Внезапно тишину подземелья нарушил исходящий от люка нарастающий гул. Металлическая поверхность резко завибрировала и светящийся лишайник вокруг него сразу вспыхнул ослепительно ярким зеленым светом, а огонек в центре тревожно замигал.

– Что это? – прижимаясь к Кате, испуганно спросил Колька.

– Не знаю, – сдавленно ответила девочка. – Вдруг… это и есть «Событие».

Люк, тем временем, начал бесшумно открываться. Из-под него хлынул поток ослепительного света, заливший все вокруг. Гул же стал невыносимо-оглушительным…


КНИГА ВТОРАЯ. ТЕНИ НАД ГОРОДОМ


Глава 1. Стена непонимания


Хлынувший из-под открывающегося люка свет ослепил буквально на одно мгновение. Затем он погас, непонятный гул стих так же внезапно, как и начался. В помещении снова воцарились тишина и зловещее зеленое мерцание лишайника. Крышка темного загадочного люка лежала на прежнем месте.

– Что… это было? – вытирая пот со лба, прошептал Ромка.

– Энергетический всплеск, – с дрожью в голосе констатировал Сашка. – Колоссальный. Как будто там… что-то включили.

– Где это «там»? – поинтересовался Колька.

– Да внизу! Где же еще, балда? – Сашка задумался и выпалил, как из пулемета: – Или выключили.

Катя, все еще сжимающая в руке Алешину записную книжку, посмотрела на люк. Предупреждение друга висело в воздухе, как Дамоклов меч:


«НЕ ИДИТЕ ЗА МНОЙ».


Это все понятно, но он до сих пор не вернулся. Что ему помешало это сделать? Страх боролся в неугомонной девочке и прожигал насквозь ее сознание ответственностью и любопытством.

– Мы не можем просто ждать, – тихо сказала она. – Нам нужно понять, с чем мы столкнулись.

Катино размышления прервал отдаленный, но отчетливый звук – металлический лязг, донесшийся из тоннеля, по которому они спустились сюда.