София Коралова
Дом лесника

Глава 1. Освобождение. И куда дальше?

Дом полыхнул так как будто был сделан из бумаги. Внутри слышны были крики, кто-то пытался выбраться через окно, кто-то ломал дверь, но всё было бесполезно. Наконец один человек смог выбить каким-то образом стекло в окне, буквально вывалился из окна. На нём горела одежда, поэтому он катался по земле, пытаясь сбить огонь.

Увидев Сергея, который стоял молча посреди двора и смотрел на то, как горел его дом, мужчина прохрипел, протягивая к нему руку:

– Помоги!

Но Сергей даже не посмотрел на него. Он продолжал стоять молча и смотреть на свой дом, который уже полыхал вовсю, и его глазах отражался пожар, а может, это был и не пожар. Теперь ему было совсем негде жить, но, казалось, его это совсем не волновало. Он стоял и смотрел на пожар ещё долго, пока огонь не стал затухать…

Воплей давно не было слышно, очаги огня ещё кое-где вспыхивали и тут же гасли. Постояв немного, он потёр запястья, на которых остались багровые рубцы после того, как бандиты его туго связали проволокой и бросили возле собачьей будки, чтобы потом ещё раз пытать. Полкан, его верный друг, сейчас лежал рядом с будкой, уже околевший.

Он знал, что никто сюда не сунется, поэтому нужно было идти самому в село. Чтобы там ни было, но ему, как бывшему зэку, отсидевшему двенадцать лет по 105- й от звонка до звонка, доверия будет мало. Он вспомнил ту ситуацию, которая привела его на скамью подсудимых.

Сергей как раз возвращался домой со смены, и неожиданно услышал крик женщины, она звала на помощь. Услышав её, Сергей, рванул туда. На остановке какой-то мужчина таскал женщину за волосы и молотил её кулаком по чём попадёт. Конечно, молодой парень кинулся к нему, оттолкнул этого мужчину, чтобы спасти женщину.

Только вот то ли так должно было случиться, то ли он не рассчитал силу, а он тогда как раз ходил в секцию бокса, но тот мужчина при падении ударился виском о бетонную урну, дёрнулся и затих. А потом прозвучал крик, куда более сильный, чем до этого.

– Убиил, убиил моего Тимошеньку. Милиция, помогите!

И милиция тут как тут. Женщина, оплакивая любимого мужа, дала показания против Сергея. Мол, и её он бил и мужа бил, который её защищал, бил, пока не убил. И, хотя улики показали обратное, костяшки пальцев у Тимофея были сбиты о жену, на руках запутались женские волосы, она твердила одно – виноват во всем Сергей.

Прокурор настаивал на двадцати годах, но судья, прочитав внимательно документы дела, особенно касающихся волос и сбитых костяшек, вздохнул и дал двенадцать лет общего режима. Отсидел Сергей от звонка до звонка. Конечно, на работу его с такой статьей брать никто не стал.

С женой он развелся сразу. Когда она пришла на первое и единственное свидание, попросила развод. Он сразу подписал все бумаги, сказал – нечего тебе такое клеймо иметь, да и сыну это не нужно. Получится – выходи замуж. Она так и сделала. Мама, пока живая была, написала ему об этом.

Вот он вышел из ворот тюрьмы, а куда идти? Кому он нужен в свои сорок два года? Ещё перед выходом он вспомнил, что где-то далеко, на Южном Урале у слияния рек Сим и Инзер жили его дед с бабкой. Они поселились там давно, ещё в сороковом году.

Они, конечно, давно уже померли, но мама рассказывала, что дом должен стоять, ведь дом когда-то, как она помнит, был крепким. Вот туда и поехал Сергей. Раза три проверили у него документы, но они были в порядке, поэтому уже через сутки после освобождения, как раз в июне, приехал он на место. Дом был…ну практически название, что дом. Крыша провалилась, окна повыбивали.

Само село вроде было и не маленькое, но работы для него там не было. До ближайшего поселка, где был какой-то завод, ехать час, но автобус ходил очень неудачно, в десять утра и в пять вечера. Это ему все рассказали соседи. Волосы отрасти у Сергея ещё не успели, поэтому на ночь его никто не пустил. Да он и не просился, было уже тепло. Правда, поесть принесли.

– Что делать? Вот куда сейчас направляться? – раздумывал он, сидя на внутри дома каком-то поломанном стуле и глядя через разбитое окно, как над лесом встает луна. Потом решил завтра сходить на могилу бабушки и дедушки, а там будет видно.

Утром соседка, которую звали Ольга, принесла ему большую кружку молока и краюху хлеба. Видно, её совесть мучила, что не пригласила мужчину переночевать у себя.

– Благодарю. Подскажите, в каком направлении кладбище находится. Хотел бы бабушку и дедушку проведать.

– Погоди часок, управлюсь и проведу. Они рядом с моими похоронены, ты сам можешь долго искать.

Сергей сытно позавтракал, затем кое-что начал убирать в доме, а тут и Ольга, соседка подошла. Она держала в руках букет пионов и тяпку

– Ну, пошли. Цветы и своим, и твоим взяла, а тяпкой сорняки вырубим. То-то твои гостю обрадуются. Давно уже у них никого не было.

На кладбище царила тишина, только кое-где пели птицы, деревья выросли и было почти как в лесу. Две могилки, два креста ржавых с табличкой – вот и все, что осталось от дедушки и бабушки, которых Сергей почти не помнил – был у них только в детстве.

Соседка что-то говорила ему, пока чистила могилы от травы, которая была почти по колено. Он что-то ей отвечал, когда помогал относить срубленную траву в овраг, и не помнил, что. Думал о своём – куда ему идти? Денег нет, жилья нет. Зимы суровые, как перезимует? Тут Ольга остановила свою болтовню и с кем-то поздоровалась. Сергей и себе глянул на пришедшего. К ним подошёл старик, с белой бородой, правда, аккуратно подстриженной, и длинными белыми волосами.

– Будьте здоровы, Афанасий Кузьмич, также родных пришли проведать? На радуницу, вроде бы, вы уже приходили.

– Да вот опять решил проведать. А вы что же, пришли Лукерью с Фёдором проведать? Постой, Ольга, не их ли это внук?

– Да, я их внук, Сергей, – отозвался тот.

Старик очень внимательно посмотрел на него, казалось, даже в голову залез и поверил, что там, потом спросил:

– Ты никак отсидел. Ну, ничего, в жизни всё случается. И, как я понимаю, ни денег, ни жилья….Дом–то, что остался от Фёдора, я видел. Ольга, ты хоть покормила человека? А то болтать ты любишь, с болтовнёй и забыть можешь.

– Да что вы, Афанасий Кузьмич, и ужин дала и завтрак.

– Хорошо, значит. Я тут сделаю свои дела, а потом зайду к тебе, Сергей. Поговорить нужно.

Убираться они как раз уже закончили, Сергей вынес последнюю охапку травы за ограду, потом помыли руки в небольшом ручье, что тёк недалеко от кладбища и пошли в село.

– Это наш лесник, но он немного того.

– Чего того? Сумасшедший?

– Нет, он при своём уме. Колдун он. К нему люди со всей округи приезжают. Много чего может делать. Да что там многое – практически всё.

– А сколько ему лет? Наверное, под восемьдесят?

– Какой под восемьдесят! Все сто с хвостиком!

Сергей хмыкнул, соседка привирает, это точно, но вслух ничего не сказал. Пришли домой, соседка уже без опаски пригласила его в дом и налила тарелку горячих щей. Он таких не ел, наверное, лет…ну до тюрьмы это точно. Съел и не заметил. А соседка ещё добавила. Поблагодарив, не стал злоупотреблять гостеприимством, пошёл домой.

– Ну что, побеседуем? – неожиданно из-за угла его дома вышел Афанасий Кузьмич

Глава 2. На дальнем кордоне

– Побеседуем, но вот в дом не приглашаю, некуда нам там присесть, ничего в доме целого не осталось, – ответил Сергей.

– Не беда, можно и стоя поговорить. Скажи откровенно – какие у тебя планы на дальнейшую жизнь? Чем планируешь заниматься?

– Ну какие планы…Сами видите, в каком состоянии дом. Буду восстанавливать, если получится…А у вас есть какие-то предложения?

– Да, есть. За этим и пришёл. Зову тебя жить к себе в свой дом. Ну как дом – домик в лесу.

– Не боитесь незнакомого человека в дом к себе приглашать? Я ведь бывший зэк, сидел по 105 – й статье.

Афанасий Кузьмич махнул рукой и ответил.

– Мне эти цифры ни к чему – 105 -106. Ты ведь не убивца, отсидел срок несправедливо. Ты же женщину ту спасал, муж её погиб случайно. Хотя ничего случайного не бывает, так –то. А она за своё спасение тебя посадила, глупая. Её бы её муж всё равно добил бы через месяц.

Лесник вздохнул и замолчал, а Сергей с удивлением смотрел на него – ОТКУДА ЗНАЕТ?

– Ну что, пойдёшь ко мне в ученики? А то мне уже давно пора на покой, а я все по кордону хожу.

– А знаете – пойду. Наверное, это самое то, что мне сейчас нужно. Только на что жить будем? У меня десять рублей осталось всего.

– Посмотрим, с голоду не умрём. А сейчас как раз пора для того, чтобы начать учёбу. Тогда бери свою котомку и пошли.

Сергей прошёл в двери, которые так и не смог до конца закрыть, взял заплечный армейский старый рюкзак, который ему вручили в колонии при выходе – там почти ничего и не было, мыло, полотенце непонятно чьё, трусы.

– Я готов.

– Не густо, – старик улыбнулся.

Они шли протоптанной тропой по лесу, мимо небольшого озера, заросшего осокой, дальше и дальше. Сергей уже начал крутить головой, раздумывая, куда это его ведёт старик, как впереди увидел просвет. Вышли на просторную поляну, на которой стоял ладный такой домик с крылечком и навесом над ним. Возле домика были разбиты грядки с огородиной, чуть дальше видно было ровные холмики с проросшей картошкой, правда, всего было понемножку. Виднелись какие-то кусты. И самое главное, все это было огорожено чисто символически какими-то небольшими столбиками.

– Интересно, а как зайцы, капусту не едят? А кабаны картошку первыми выроют или хозяин успеет – подумал Сергей.

– На мои грядки ни один зверь не позарится, знают, кто тут хозяин, – словно читая его мысли, ответил лесник, приглашая зайти в дом. Двери не были на замке, вместо замка был засунут обычный деревянный колышек через обе проушины.

В доме было две комнаты, разделённые печкой, одна побольше, вроде как парадная, со столом и лавками, вторая – спальня. Пахло травами, хлебом, чем-то непонятным, вроде как воском.

– Спать будешь на лавке, я тебе постелю, что есть, чтобы сегодня ты переночевал, мы с тобой в большой мешок накидаем сена и будет тебе перина. Вещи свои сложишь в шкаф, умывальник в сенях. Разложишь свои вещи, хотя чего там раскладывать, потом покажу своё хозяйство.

Показал Афанасий Кузьмич, где держит посуду, достал из каких-то закромов миску с ложкой да кружку для гостя, показал, какие есть припасы, а их было немало, зашли в сарай, где хранились инструменты, лопата, топор, коса, вилы и остальное. В стороне стоял колодец, выложенный камнем.

– А где ружье храните? – спросил Сергей.

– Давай договоримся называть друг друга на ты, так мне удобней. Можешь называть меня по имени и отчеству, но на ты. А ружьё мне не нужно, я и без него управляюсь.

– А как же дикий зверь, если нападёт?

– Дикого зверя я и без ружья остановлю и тебя научу. Тебе ведь Ольга уже сказала, что я колдун. Да, колдун, этому и собираюсь тебя обучать.

– А если я не соглашусь?

– Тогда иди к себе в дом, живи там. А почему ты не согласишься? Твой дед Федька был моим двоюродным братом, так что мы вроде, как и родственники. Давай так – ты посмотришь, чем я занимаюсь, какие силы за мной стоят, а там и решишь. Да, завтра с утра идём на северный кордон, накосим травы, заготовим на зиму веток. Там у меня шалаш летний стоит, переночуем пару дней, пока трава высохнет, потом сложим её в стог, прикроем ветками, чтобы олени раньше времени не растаскали. Вот там и решишь – назад к себе, в развалюху или со мной останешься. Решать нужно будет быстро. Если нет, тогда вперёд, восстанавливай свои хоромы на десять рублей, ищи работу. Ладно, давай ужин готовить, я силки пойду проверю, может, что и попалось на ужин.

А попался заяц, крупный такой, успел, видно, откормиться после зимы. Лесник быстро его разделал, шкуру натянул на какую-то раскоряку, чтобы сохла, сам тушку порубил на куски, половину оставил на ужин, вторую половину завернул в тряпицу, намоченную в уксусе.

– Это на завтра на обед, некогда будет этим завтра заниматься.

Ужин получился сытным. Сергей оглядел уже все хозяйство лесника – всё было добротным, не то, что его развалины. Подумал, что сходу отказываться не стоит, может быть, нужно присмотреться к деду, к его науке. А вдруг и получится.

Спать легли заранее, как и договорились, вставать нужно было на рассвете. А ночи то ой какие короткие в это время. Только Сергей опустил голову на подушку, сразу провалился в сон. Что-то снилось ему, кто-то звал за собой, но он не помнил, кто звал и что хотел. Показалось ему, что кто-то стучал, чьи-то голоса, но он не мог проснуться.

Ему так не хватало тюремного чая, заваренного в специальной кружке на плитке, черного, как дёготь, от которого сердце билось так, что казалось, выскочит из его груди. Тут ему вечером лесник плеснул травяного чая, добавил ложку меда и сказал выпить все.

Утром Сергей проснулся с первыми лучами солнца. Емельян Кузьмич уже был на ногах, умытый и причёсанный.

– Как спалось? – спросил он Сергея.

– Кузьмич, кто-то приходил ночью?

– А, разбудили тебя, вроде бы тихо говорили. Да, по делу по одному приходили. Давай, умывайся, собирай завтрак и пойдём, нечего задерживаться.

Завтрак был лёгким, как сказал Афанасий Кузьмич, легче идти с пустым животом. Он вел своего ученика? Гостя? одному ему известными тропами, но не забывал показывать ориентиры, чтобы тот запоминал. Как чувствовал, что Сергей останется у него. Пришли на место уже под вечер. Там действительно был небольшой шалаш, правда, в этом году лесник его построил чуточку побольше, как чувствовал, что будут ночевать в нём вдвоём. Кузьмич быстро разжёг костёр, пока было светло, принёс в котелке воды из ручья, который тёк неподалёку. Зайчатина была как кстати.

А Сергей занялся тем, что нарубил веток и прикрыл шалаш. На старых ветках уже посохла листва, кое-где было видно небо. Внутри был настил из брёвен, поэтому спать на голой земле не пришлось. Пока он занимался благоустройством, закипел кулеш с зайчатиной и аромат достиг и ноздрей Сергея.

– Афанасий Кузьмич, а ведь этот запах не только я унюхал, небось и медведи, и волки также прибегут на запах.

– А сейчас я тебе покажу, что я делаю в этих случаях. Пошли со мной.

Лесник срубил ветку орешника, очистил её от листьев и пошёл к краю поляны, на которой находился шалаш.

– Понимаешь, тут не только медведь прийти в гости может, особенно в наше отсутствие, но и всякие мелкие животные. Шалаш разорят, еду разбросают. Мы же не будем с котомкой за плечами косить. Поэтому смотри – я начерчу сейчас границу, за которую ни один зверь не зайдёт.

– Неужели испугаются этой черты?

– А ты помолчи, не мешай, а наблюдай за моими действиями.

С этими словами лесник прошёлся по всему периметру, чертя невидимую в траве, но, как понял Сергей, непрерывную линию и что-то шептал.

– А теперь пошли ужинать, что-то я устаю уже от таких переходов.

Если с аппетитом, ведь позавтракали ещё когда, да и что того завтрака – кусок хлеба, посыпанного немного сахаром сверху и тот же чай из трав. Эээх, сюда бы того чая, тюремного.

Если прямо с котелка, мисок брать с собой не стали. Выгребли всё до остатка, хотя Сергей и не думал, что всё влезет. Потом он хотел сходить помыть котелок, но лесник не пустил, сказал, что он может и не найти ручей в темноте.

– Завтра помоем, я наберу воды в него, чтобы от крупы не засох и давай ложиться спать.

Глава 3. Сергей осваивает науку

С утра стали косить. Естественно, косить Сергей не умел, ему Афанасий Кузьмич показывал, как косу держать, как размахиваться, как вести лезвие косы, чтобы траву срезать и в землю не зарывать. Намучились прилично и учитель, и ученик, но часа через два Сергей уже косил более-менее уверенно.

Правда, там уже солнце высоко поднялось, лесник сказал – коси коса, пока роса и они косить перестали. Зато начали резать ветки с листвой, связывать в веники и подвешивать на перекладину, которую установили между двух деревьев. После этого готовили обед.

– Вот такая у меня работа, – начал разговор старик, ощипывая только что пойманную куропатку, вторую ощипывал, правда не так ловко, Сергей.

– Ну этой-то я научусь, не боги, так сказать, горшки обжигают.

– И магии научишься. Смотри, как я сейчас костёр подожгу, – сказал старик, щёлкнул пальцами и Сергею показалось, что между пальцами проскочила искра и она затем полетела на сложенные кучкой дрова и прямо туда, куда бы нужно было бы ткнуть зажжённой спичкой.

– Здорово. И я так смогу?

– Вообще это так, побочный эффект. Ты должен понимать, что такое магия. Это гораздо серьёзней, чем разжигание костра. Слушай, если что непонятно, сразу спрашивай, не стесняйся.

И старик начал издалека. Рассказал о том, что первые магические обряды были изображены ещё на наскальных рисунках нашими далёкими предками.

– Это говорит о том, что ещё в те времена были люди с магическими способностями. Сейчас их намного меньше, но они есть, их магия передается их поколения в поколение. Не зря тебе захотелось приехать именно сюда после освобождения.

Да и я пришёл на кладбище, потому что знал, что это мне нужно там быть. Увидев тебя, сразу понял, что ты именно тот, кто мне нужен. Да не бойся ты, в жертву тебя приносить не буду и договор с дьяволом подписывать не будешь. Ну ладно, слушай дальше. Кстати, потом я тебя спрашивать буду, что ты понял и что запомнил. У нас с тобой год всего есть для обучения, долго сидел ты на своей зоне.

После обеда ворошили подвядшую траву, затем пошли ловить рыбу к ручью, на ужин. Ручей оказался достаточно широким и глубоким, чтобы там ловилась рыба. Некоторые рыбёшки были почти с ладонь.

– Немного позже обмелет ручей-то, рыба уйдёт, разве что ямах какая застрянет. Но сейчас на ужин наловили, завтра на уху наловим. В лесу с голоду не умрём. В следующий раз, когда придём сюда, возьмём сюда по куску соли для оленей. А сейчас поужинаем и я буду тебе снова рассказывать о магии.

Слушая Афанасия Кузьмича, Сергею казалось, лес наполнился каким-то шёпотом, каким-то светящими огоньками. Нет, это не были светлячки, уж больно крупными были огоньки.

– Кузьмич, мне кажется или светлячки уж больно крупные какие-то здесь.

– Не кажется, Сергей. И это не светлячки. В лесу полно своих духов и то, что ты их видишь, пусть и пока в виде светлячков, это уже хорошо. Пока ещё с лешим мы не познакомились, он молодец, не спешит показываться, дает тебе время освоиться, привыкнуть.

– А что за духи?

– Духи земли, духи воды, где мы ловили рыбу, – их тут много. С ними нужно уметь взаимодействовать, они помогают. Ну, особенно, если обратиться к ним уважительно и с угощением.

– А что же ты не обращаешься?

– Так обратился, сразу как пришёл. Просто тебе пока не показал, чтобы не посчитал меня чокнутым. Пойдём на другой кордон, будем оба обращаться, Я научу, что нужно делать в лесу, когда останешься один, без этого нельзя.

Мелькнула мысль, что Кузьмич от одиночества тронулся, но посмотрел на один особо крупный огонёк, который висел над ними, подумал, что насчёт тронулся он, пожалуй, не прав. Утром они снова косили, выпив по кружке ароматного чая. С таким чаем он уже от своего грузинского начал отвыкать.

– Если бы мы вчера все покосили, завтра бы все собрали уже, а так на день задержимся. Но ничего, за два дня все высохнет.

– А завтра дождя не будет?

– Нет, не будет. Дождь будет через неделю.

Покосы ложились ровными рядами. После того, как выкосили большую поляну, начали снова резать ветки, запас должен быть, зима длинная и снежная. Первые два дня Сергей устал с непривычки, руки и спина болели. Спину Кузьмич сразу вылечил, а руки постепенно сами перестали ныть. Да и травку какую-то давал пить лесник своему помощнику.

В общем, побыли на том кордоне неделю, потом вернулись к себе. По дороге насобирали первых грибов. Когда остановились перекусить, напекли на костре их, нанизав на веточки. Сергей шёл и думал, как же резко поменялась его жизнь. Кузьмич же молчал дорогой, думал своё.

Сергею хотелось поговорить, но лесник сказал, что разговоры отнимают силы, все вопросы на месте. Пришли домой, сразу натопили баню и смыли с себя всю усталость. Показал лесник и помощников своих – банника и домовушку, как он его назвал. Те по просьбе показались Сергею во всей своей красе.

Теперь уж и мыслей не было, что старик не в своём уме. Два дня побыли здесь и нужно было отправляться на другой кордон, там заготовки делать. Правда, на второй день пришёл какой-то мужчина к Кузьмичу. Тот пригласил его в предбанник, там было просторно как для предбанника, и они о чем-то разговаривали.

Потом старик принёс сверток и закрылся, велев Сергею не беспокоить. Да тот и не собирался, пошёл в дом и лёг на лавку. Часа через два старик вошёл в дом, глянул на Сергея и сказал:

– Это клиент. Потом и к тебе будут приходить такие же.

В общем, напекли они сами хлеба, ну не совсем хлеба – коржи толстые на двух сковородках, после чего собрались на второй кордон. Работа практически такая же, но на этот раз духов приветствовали оба и оба сыпали семечки на пенёк. А ещё положил Кузьмич на пенёк кусок такого коржа.

Самое интересное, что от дерева, которое стояло рядом, отделилось какое-то существо, больше похоже на высокий пенёк, только с глазами и с руками и тут же забрало хлеб. Но Сергей даже не испугался. Всё свободное время он учился выпускать из рук огонь. И у него кое-что начало получаться.

Косить он также уже научился, попробовал ловить рыбу после обращения к духам воды – получилось неплохо. В общем, на третьем кордоне он уже совсем освоился. А лесник его учил дальше. И наконец Сергею как сошло озарение, он уже все и сам понимал и казалось, вспоминал давно забытое.

– Ну, то-то же, – улыбнулся Афанасий Кузьмич.

Вернувшись в дом, Кузьмич решил сходить со своим учеником в магазин, в соседнюю с ними деревню. Там в промтоварном магазине нашлись штаны для Сергея. Ну как для Сергея… Так-то ничего в те годы в свободной продаже не было, но эти штаны были 68 или даже большего размера.

Но Ольга, соседка, имела машинку. И ей было дано задание снять с Сергея мерки и сшить заново для него брюки из того, что принёс Кузьмич. А ещё он купил разной ткани и дал задание сшить для помощника и ветровку и куртку, заплатив отрезом ситца, который также «нашёлся» для него под прилавком. В общем, помощник был немного одет, осталось купить обувь, но за ней нужно было ехать в город.

– Ничего, закажу кому-то. У тебя какой размер? Сорок два? Ну вот, буду иметь ввиду. Сапоги, значит, ботинки. Леснику полагается спецодежда, но ты ведь только ученик. Оформишься в следующем году и получишь. А пока – вот, будешь носить одежду от Ольги.

Передали леснику, что скоро приедет председатель с компанией, кажись, из района, нужно было обеспечить охоту гостям. Ну и ночлег.

– Пойду с лесным хозяином, с лешим, договариваться, – сказал Сергею лесник и пошёл в глубь леса. Сергей окинул дом привычным взглядом, сел за стол, отрезал кусок хлеба себе, заодно и горбушку отрезал домовому, посыпав солью. Знал уже, что тот любит такое лакомство.

Глава 4. Охота была успешной со всех сторон

Лесник вернулся скоро, наверное, потратил на разговор не более получаса.

– Нужно было бы вдвоем идти, все равно тебе нужно приучиться вести с лешим переговоры.

– Какие переговоры? – не понял Сергей.

– Так компания же на охоту приедет, зверей пострелять, птицу. Опять, кто-то костёр захочет в лесу развести, лешему за этим смотреть нужно будет. Не столько зверя постреляют, сколько покалечат и сгонят с мест, не все же мамки с детьми смогут убежать. Так–то.

Леший из-за этого может и в болота завести, к кикиморам, если не договориться с ним. Вот через три дня прибудут охотнички, за это время лешему нужно будет дать всем команду скрыться подальше, особенно с малышами. Не хотелось бы, чтобы самок с детёнышами перестреляли. И вожаков не хотелось бы трогать. Ну, очень надеюсь, что успею тебя ещё познакомить с лешим, чтобы ты поучаствовал в переговорах.

– Афанасий Кузьмич, а что ты так торопишься мне дела передать? Я рассчитываю, что если ты и выйдешь на пенсию, мне подсказывать ещё будешь, что и как. Или ты уедешь отсюда куда?

– Уходить мне пора, зажился я на земле. Ладно, это лирика всё. В общем, договорился я с хозяином леса. Ты сходи в магазин продуктовый, купи полкилограмма пряников, толстых таких. Потом зайди к Ольге, попроси у неё банку варенья земляничного. Потом эти дары отнесём хозяину.

– А о чём договорились?

– Сейчас все, кто на ходу, срочно уходят за кордон, туда, где заканчивается участок. Там ещё проблема – они зайдут на чужую территорию, где свои хозяева. Звери, они ведь каждый имеет свою территорию и посягательство чужих на место кормления карается, начинаются драки не на жизнь, на смерть. Так вот, звери уйдут туда, а останутся здесь только увечные или слабые, все равно породу улучшать будет нужно. Они пожертвуют собой ради стаи или стада, смотря на кого придут охотиться. Но и леший развлекаться хочет – не могу ему отказать в этом, пусть.

Сергей быстро собрался и пошёл в село. Пять километров в один конец – для него уже было привычным делом. Дорогой размышлял о том, что сегодня услышал от Кузьмича. Куда же это он собрался уходить? Не умирать же собрался – крепкий ещё был старик, как косил на кордонах – не догонишь!

Купил в магазине пряники, как раз свежих завезли, себе с лесником купил кильки к картошке, взял варенье у Ольги и полведра картошки, свою ещё не копали, а у той картошка ещё останется до нового урожая. За три часа и вернулся, шёл быстро, широким шагом.

Картошку и кильку старик оценил, сказал, что молодец, сгодится. Потом позвал с собой относить дары лешему. Отошли метров пятьсот от домика, к большому дубу с огромными корнями, которые так и выпирали из земли, как толстые черви. Недалеко пенёк стоял, небольшой такой, но угощение поместилось.

И вдруг от дуба прямо отделился старик, не похожий на тот пенёк, который показался впервые Сергею. Это был старик с длинной, спутанной немного, бородой, и с такими же длинными и тёмными волосами. Мощь его тела так и чувствовалась на расстоянии.

– Знакомься. Я уже говорил тебе – это мой ученик, передаю ему свои знания. Ну, в жизни все может случиться, никто ни от чего не застрахован, поэтому решил, что лучше, чтобы я вас друг другу заранее представил. Да и родственники мы, дальние, но кровные. Парень он бедовый, прошёл и тюрьму, и суму, как говорят. Ну вот, теперь буду спокойней. Надеюсь, вы сработаетесь.

Леший, не сказав ни слова, протянул Сергею свою руку. Вернее, не руку – лапищу. Сергей без колебаний, глядя в глаза лешего, которые были ясными и смотрели пронзительно на него из-под густых бровей, вложил свою руку в его. Тот с легка сжал руку Сергея и у мужчины внезапно засверкали белые искры перед глазами.

– Но, по тише, по тише, медведь окаянный, парень только силу начал чувствовать, – услышал Сергей голос Кузьмича и пришёл в себя.

– Одобряю, хорошая смена будет, – проговорил басом леший и отпустил руку Сергея. У того перестало кружиться перед глазами.

– Что это было? – спросил он у лесника, когда они отошли на приличное расстояние от того места.

– Считывал с тебя информацию, проверял. Ты дуб –то запомнил? Мы лишний раз хозяина беспокоить не будем, показал и все.

– Дуб приметный, запомнил.

Охотники приехали небольшой толпой, пятеро. Им Афанасий Кузьмич постелил в большой комнате, Сергей ночевал в эти дни на чердаке. Готовили еду во дворе на костре, по полевому, свой мангал привезли с собой, умельцы в области сварили. Двое приезжих были из области, говорят, из руководства, двое из района, ну и председатель.

Поохотились знатно, лося подстрелили, две косули, кабанчика – подростка, с дюжину уток, тех сразу лесник разделал и приготовил половину на обед и ужин. Всю остальную добычу он также с Сергеем разделал и подготовил к транспортировке.

Лесник ходил с охотниками, показывал места, ну – как и положено. Правда, зверь то показывался, то пропадал, так, что опытные охотники из района только руками разводили. Один, особенно рьяный, который хотел выслужиться перед областными, заблудился, да так, что нашли его только поздно вечером в болоте. Его трясло, что-то лепетал о лягушках, которые плясали перед ним камаринскую. Другой, из области, рассказывал, что увидел медведя и прицелился в него, прямо в открытую пасть, а тот крикнул – Спаси и сохрани, перекрестился правой лапой и исчез.

Остальные переглянулись, с явной насмешкой, но лесник очень серьёзно ответил.

– Хорошо, что так обошлось. Места тут гиблые, мне не раз и не такое показывалось. Охота хорошая тут, зверь непуганый, но….вы сами убедились. Зачем мне что-то ещё добавлять к сказанному.

– То есть, ты хотел сказать, Кузьмич, что что-то такое существует?

– Я ничего не хочу сказать. Медведь, который крестится, может встретиться только в цирке. И здесь. А здесь цирк не проезжал. А вон, вон, смотрите – видите? – он понизил голос и показал на звездное небо, где пролетело что-то большое и тёмное.

– Что это? – также шепотом спросил один из гостей?

– Да кто его знает. Я их не спрашивал.

Сергей сидел рядом, слушал разговоры, но сам молчал. То, что лесник только что применил магию, проведя перед гостями рукой, он сразу понял. Смысл этого также понял – чтобы больше не приезжали сюда. Гости реально испугались, быстро доели ужин и поспешили в дом.

Ночью даже боялись сами выходить по нужде во двор, выходили по двое. Загрузили багажники УАЗиков трофеями, с утра уехали в район. Леший сразу дал команду возвращаться эвакуированным зверям на свои места проживания.

Сергея Афанасий Кузьмич представил, как своего ученика, сказал, что останется вместо него когда-нибудь, не рассказав о его биографии, естественно. Да и Сергей показал себя, молчал, где нужно, отвечал, когда спросят. Помогал охотникам, нёс их добычу к дому лесника, но без излишней лести.

– Хорошая смена будет, одобряю, – только и сказал председатель. Правда, Сергей и тут заметил влияние магии.

Насколько он понял за столь короткий срок, обучаясь магии, что не всё Кузьмич делал «честно», да и видел не одну девушку или женщину, которая приходила ночью к нему в предбанник, задерживались максимум на полчаса, но магией оттуда фонило до утра. Учил Кузьмич Сергея, как делать привороты и порчу, подклады и переклады, как проклинать.

– Я не буду этим заниматься, это не обсуждается, – отрезал Сергей.

– И правильно. Но снимать же будешь. А чтобы снимать это, нужно знать, как оно делается. Зная, как сделано, сможешь помогать людям избавиться от этого. Ты сам выбираешь свой путь, но помни, сделаешь один шаг в сторону, вернуться назад будет практически невозможно.

За лето заготовили грибов, ягод, заготовили овощей. Накоптили и навялили два десятка уток на зиму, заготовили дров. В общем, запасы сделали хорошие. На тележке привезли из магазина два мешка муки, соли несколько килограмм, сахара.

Как-то однажды, когда ушёл очередной посетитель из предбанника, старик пошёл там прибираться. Сергей смотрел в окно, как из трубы вылетает густой дым, иногда вперемешку с огнём. Он впервые обратил на это внимание. Потом из трубы вылетел комок огня, как теннисный шарик, потом ещё, ещё.

– Как интересно, как он это делает, – подумал Сергей, и тут неожиданно из трубы шуганул столб огня. Сергей выскочил во двор и кинулся к бане. Внутри уже всё полыхало. Он рванул к себе двери и ему прямо на руки упал Афанасий Кузьмич. И тут же огонь погас, как по команде. Сергей схватил ковшом воду из кадки, которая стояла рядом и была всегда полна и окатил деда.

Тот лежал практически не обгорелый, но не подавал признаков жизни. Сергей тряс его, пытался делать искусственное дыхание, ну, как умел. Поняв, что это конец, закрыл руками лицо, не зная, что делать дальше. С его статьей точно скажут, что это он убил деда.

Тут кто-то коснулся его плеча. Отвел руки, поднял глаза – перед ним стоял лесник.

– Не волнуйся, я ведь не закончил твою учёбу. Рано мне уходить.

Глава 5. Вместо Кузьмича буду теперь я

Сергей кинулся, чтобы обнять Кузьмича, но тот выставил предупредительно вперёд руку, не давая ему это сделать.

– Не нужно сейчас этих нежностей.

– Кузьмич, я думал, что ты всё! И как я потом оправдаюсь, тут же менты набегут, меня сразу заподозрят, что я…..– он кивнул головой на обгорелую баню и вдруг увидел, что лесник так и лежит на земле, где он его и спасал, а рядом – также стоит лесник.

– Кто же из вас настоящий и что это за фокус, ты мне такого не рассказывал.

– Оба настоящих, то лежит моё тело, а я – его дух. Помер я, Серёжа. Но я, как дух, буду рядом с тобой сорок дней. Ты так старался меня спасти, что не заметил, как сила моя к тебе перешла в тот момент, когда ты мне в лёгкие дух. Ладно, полчаса, думаю, у тебя есть, сейчас переоденешь тело в новую одежду.

Потом, как придёшь в себя, похоронишь. А дальше я помогу тебе решить все вопросы. На кладбище меня отпевать батюшка не будет, но это пусть будет на его совести.

Кузьмич, ну или вернее его дух, показал Сергею узелок с одеждой, приготовленной для похорон, тот быстро обмыл тело, пока оно не застыло, и нарядил в новую одежду, а вот обуть не смог – его начало трясти и выворачивать все суставы.

Дух лесника сумел затащить почти волоком Сергея в дом и уложить на лавку. Дальше все происходило, как во сне. Помнил, как поил его лесник водой, помнил, как приходили разные существа, что-то спрашивали, куда-то звали, но он всех посылал грубым тюремным матом.

Через два дня сила вошла и поселилась в его теле полностью и окончательно, а он пришёл в себя. Встал, подошёл к ведру, выпил воды и вышел во двор. Там, у тела покойного лесника сидел его дух, его двойник.

– Ну, очухался? Давай поспеши в сельсовет, заяви, что я помер, пусть справку напишут. Я буду рядом, но невидимый. Не волнуйся, мне столько лет, что никаких вопросов особенных не будут задавать. Возьми мой паспорт в шкафчике и иди, а то уже скоро тело пахнуть начнёт сильно.

Сергей пришёл в сельсовет, спросил секретаря, к кому можно обратиться по этому поводу, она перезвонила в милицию, там сказали, что сейчас пошлют кого-то проверить, только бензином заправят машину.

– Скажите, что я обратно три литра дам, у меня есть, пусть не затягивают, я сегодня похоронить хочу его.

Вышел председатель. Узнал, что случилось, сказал, что даст свой УАЗ, а то в милиции вечно нет бензина.

– А ты справку о смерти выпиши, нечего ему гонять туда – сюда, путь не близкий. Видно, что человек расстроен. Он же твой родственник был?– спросил председатель.

– Да, двоюродный дед.

– О, родня близкая. Давай, я подпишу, поставлю печать и поедем.

По дороге поинтересовался, есть ли ещё наследники у покойного.

– Я, если честно, никогда не спрашивал. Хорошо, если будете присутствовать, когда все осмотрим, может, там ценности какие есть. Тогда, когда пусть появятся другие наследники, пусть делят. А если вы насчёт другого наследства – это перешло ко мне.

– Я об другом и спрашивал.

Сели в машину милиционер, председатель и Сергей, и поехали по дороге, которой обычно и ездили к леснику. Правда, она была намного длиннее, чем тропинка.

Приехали, заехали во двор. На мешковине лежало тело и уже немного начало попахивать. Милиционер поморщился, но тело осмотрел, обратил внимание на то, что волосы обгорели.

– Что тут случилось?

– Да Афанасий Кузьмич начал убираться после посетителя, что-то сжигал. Я как раз в доме был. Увидел, что полымя пАхнуло, я к двери, вытаскивать, а он уже не дышит, видно, наглотался дыма. Я делал искусственное дыхание, но поздно уже было. Если бы я хоть во дворе в это время был…

Сергею действительно было тяжело смотреть на то, что недавно было его единственной родной душой. Милиционер сел писать протокол осмотра, а председатель зашёл в дом на предмет обнаружения ценностей. Был кованный сундук, к нему ключей не нашли. Зато нашли среди бумаг книжку сберегательную, на которой лежала тысяча рублей, что по тем меркам были большие деньги.

Были бумаги, среди которых была бумага на собственность этого домика и написанное от руки завещание, которое было составлено совсем недавно, в котором и тысяча рублей и все остальное переходило Сергею, как единственному родственнику. Под бумагой стояли подписи Ольги и ещё какой-то женщины.

– Ну это не совсем правильный документ, Кузьмич всегда делал так, как считал нужным. Значит, и остальное он тебе передал? – понизив голос, снова спросил председатель.

– Да, через сорок дней можно будет ко мне обращаться. Думаю, помогу вам с вашим вопросом.

– Хорошо. Значит, я через сорок дней оформлю тебя на должность лесничего.

Тем временем акт был написан, все подписались, потом председатель с милиционером уехали, а Сергей достал на чердаке гроб, положил туда тело Кузьмича и повез его на тележке на кладбище. Просил его как – то колдун похоронить рядом с его дедом.

Хорошо, земля не была твердой, управился до шести часов вечера, уже и темнеть начало. Но ему не было страшно, нежити он не боялся, а живых там никого не было. Вот креста на могилу не было, но он придумал – связал верёвкой две палки.

– Емельян Кузьмич, завтра сделаю нормальный крест и поставлю, – обратился он к призраку, который находился рядом.

– Не проблема, главное, ты сейчас поставил. Достанешь дома молитвослов и прочитаешь хоть пару молитв за упокой моей души. Ха, моя душа как раз и не упокоилась, тебя доучить нужно.

– Ты хоть расскажешь, что случилось?

– Конечно, расскажу. И объясню, что делать, чтобы так с тобой не случилось. Беспечность моя, защиту не поставил новую, а при чистке порчи откат и сработал. Жаль, банник сгорел, придётся нового приглашать. Сходишь в свой дом, поищешь на развалинах бани, может, не одичал совсем твой банник. Если тот жив и в своём уме – тогда заберёшь к себе его.

На следующий день Сергею пришлось снова побегать – сначала установил на могиле новенький крест, потом пошёл в церковь, а это ещё пять километров, заказал службу за упокой, отдельную, потом рядом нашёл мастерскую и заказал у них металлический крест с табличкой, чтобы написать имя и фамилию, а также дату рождения и дату смерти.

Потом вернулся в село, зашёл к Ольге сообщить о смерти лесника, но она уже знала, слух по селу прошёл быстро.

– Я похоронил его возле своих дедушки и бабушки, там и ваши родители лежат.

– Я поняла, буду весной убираться уже за всеми могилами. Жаль деда, неплохим был, кто теперь вместо него будет….

– Председатель обещал меня лесником поставить, работу я уже всю знаю, на всех кордонах побывал.

– Это хорошо, что ты там останешься.

– И остальную работу я знаю, – добавил Сергей и, развернувшись, пошёл к сторожке вытоптанной тропинкой.

– Вот как? – только и ответила Ольга.

Афанасий Кузьмич продолжил учить Сергея, правда, вся наука теперь шла быстрее, её новый колдун воспринимал очень легко. В кованном сундуке, который не смогли они тогда открыть с председателем, оказались книги и разная колдовская утварь. Беря каждую вещь – то ли камни, то ли колокольчик, то ли другое, Сергей знал, для чего это применяется. Знал и то, что те двое суток, что он лежал без сознания, он выбрал своё направление в магии. С неё он не собирался сходить. Дух Кузьмича так и сказал – какую дорогу выбрал, по той и иди. Твой выбор.

С каждым днём дух становился все прозрачнее и прозрачнее и на сороковой день он попрощался с Сергеем.

– Вижу, всему тебя научил. Председатель оформит тебя на эту должность, не забудь стребовать с него, всё, что тебе положено – обувь, одежду, зарплату. Через полгода снимешь деньги с книжки и купишь себе велосипед, нечего ноги бить. Остальное – как сам добьёшься. Ждут тебя тяжёлые времена.

– Мы больше не увидимся?

– Буду иногда приходить в снах, если что-то нужно будет срочно. Надеюсь, это будет редко.

Глава 6. Первый посетитель

Да, Сергей научился практически всему, но пока ему ещё трудно было осознать, что у него есть огромная сила и есть умение эту силу применять. С утра, отстояв в церкви службу, он пошёл пешком через село и зашёл к председателю – нужно было оформляться на должность.

Немного переживал – у него вместо документов была только справка об освобождении. Затянул он с получением паспорта вместо этой справки. Емельян Кузьмич обещал, что всё будет нормально, что давно договорился с председателем, когда ещё был живой, но ведь затянул же тот с оформлением…

Председатель куда-то торопился, но, увидев Сергея, вернулся в кабинет. Взял его бумаги, покрутил в руках, потом перезвонил в паспортный стол, поговорил там о своих вопросах, спросил, как тот, на другом конце провода, будет Новый Год праздновать.

– Да, дичь я передам, что лучше? Ага, косулю. Сегодня лесник к тебе приедет, да, вместо старого лесника, ага. Ты ему паспорт выдай, ага? Договорились, ну все, жди подарок.

Потом положил трубку и сказал Сергею:

– Дуй в район, в паспортный стол, это недалеко от центра, улица*, дом*, сфотографируешься, там ателье недалеко. Ну, в общем, на месте сориентируешься.

– Андрей Григорьевич, сорок дней прошло. Я решу сразу ваш вопрос, как и обещал. Только вы должны будете сами ко мне прийти, такие дела делаются у меня.

– Помнишь? Ну хорошо, послезавтра приду, – председатель заулыбался. А почему бы не улыбаться? Проблема у него по мужской части была, уже пару лет. Видел Сергей, что Афанасий Кузьмич к этому руку приложил в своё время, было за что, наверное. Или хотел, чтобы тот к нему пришёл.

Неделю назад он спросил у уже почти прозрачного деда, нужно ли ему восстанавливать силу у председателя, тот только махнул рукой, делай мол, как считаешь нужным.

Баню Сергей восстановил, там и выгорело мало чего, только обуглилось внутри и все. Банник, конечно, сгинул. Этот огонь был магическим, он сжигает любые сущности. Пришёл к своему дому – за лето дом почти совсем упал. Наверное, держался изо всех сил дом, ждал его, наследника.

А когда Сергей пошёл жить к леснику – и совсем упал, ждать было больше некого. А банник был жив, еле живой, обросший, грязный, но живой. С огромной радостью дал себя забрать и перенести в обновлённую баню. Дней десять приходил в себя, постриг длинную бороду, обновил одежду (с помощью Сергея) и приступил к своим обязанностям.

Документы на паспорт Сергей отнёс, в очереди, как ему объяснил председатель стоять не стал, а сразу пошёл к начальнику. Заодно спросил, к какому числу нужна будет косуля. За паспортом нужно явиться было через три дня, а косуля нужна будет к тридцатому декабрю.

На работу его оформили прямо сегодняшним днём, правда, с амуницией было «сложно», как объяснял председатель, но Сергей настаивал, что ему практически не в чём работать. И ружьё положено, иначе как он зверя добывать будет.

– Но Кузьмич как-то добывал?

– То Кузьмич, а то я. И мне действительно всё это необходимо. Нам же с вами столько дружить нужно!

– Ладно, я понял тебя, решу я все, но уже после Нового Года.

– Постарайтесь хоть частично до, мне же на кордоны идти нужно в чём-то.

Сергей понял, что председатель хочет что-то утаить для себя, поэтому решил впервые испытать на нём свою силу. Глядя в глаза, мысленно сказал

– Нужно отдать Сергею сейчас ВСЁ, что ему причитается, ты себе сможешь потом всё достать. Поедете вместе и выпишите ещё.

Председатель моргнул глазами и сказал, что согласен, привезёт он ему и тулуп, и ружьё с патронами, сапоги для зимы и осенние и остальное. Только за ружье нужно будет в милиции расписаться. На том и решили. После района Сергей возвращался по протоптанной дорожке к домику, уже стояли зимние сумерки. Заметил он, что от села к нему по снегу, там, где была тропа, ведут чьи-то следы. Днём немного мело, поэтому видно было, что следы совсем свежие.

Посветив себе фонариком, он заметил, что следы вроде бы как и женские, потому что небольшие. Почти уже дошёл до дома лесника, как навстречу ему возвращалась девушка или молодая женщина, расстроенная тем, что никого не застала. Они поравнялись.

– Здравствуйте, а вы не подскажете, где можно найти дедушку Афанасия?

– Подскажу. Он на кладбище.

– Так темно же….Ой, а он что, умер? А как же?

– Да он умер, а его обязанности перешли ко мне. У тебя к нему дело какое-то было?

– Понимаете, он был…ну в общем, понимаете….

– Я понял, Емельян Кузьмич был колдуном – ты это хочешь сказать? И тебе нужна его помощь именно такая?

Девушка кивнула головой в знак согласия.

– Пошли назад, расскажешь всё. Я теперь вместо него. Как зовут тебя?

– Люба.

– Пошли, Люба.

Сергей практически уже увидел, сам не понимая, как у него все получается, что девушка влюблена в какого-то мужчину и этот вопрос она хотела решить с покойным лесником.

Они зашли в предбанник, Сергей включил лампочку. Банник, как они об этом договорились, будет подтапливать баню сегодня, так как сегодня сорок дней, церковь, другие вопросы планировались, поэтому хотелось потом попариться.

– Ну, рассказывай, что у тебя стряслось, что ты на ночь глядя рванула в лес. Ведь не близкий свет.

– Да я вышла из дома в три часа. В общем, так. Я встречалась с Петей, был разговор, что сватов зашлёт, ждали, когда его отец приедет с Севера. Ну чтобы, как говорится, благословение там….Ну, чтобы по-людски. Это я так думала. А он с моей подругой тем временем шуры-муры крутил.

А потом оказалось, что я беременная, а Петька сказал, что если я с ним запросто, то и с другими также. И он, мол, не уверен, что ребёнок его. А у меня никого другого не было, вы мне верите?

Сергей видел, что у девушки действительно был один мужчина.

– Так, а что ты хотела от Кузьмича? – спросил он с тоской, так как уже знал, чего она хочет – ПРИВОРОТ!

– Я хочу, чтобы Петя снова стал со мной и женился на мне.

– А ты знаешь, что после приворота с тобой будет спать его тело, а душа будет не с тобой. Он будет пить, гулять, но с тобой развестись не сможет. Из-за этого он будет тебя ненавидеть, будет бить, может и сам покончит со своей жизнью.

– Ну и пусть. А как я буду жить в селе, воспитывая ребёнка без отца? Лучше пусть хоть распишется, а потом…

– Кстати о ребёнке. Он также будет нести ответ за твой грех, и внуки твои. Что же ты хочешь натворить? – Сергей вздохнул.

Девушка молчала, потом заплакала.

– Что же мне теперь делать? Меня батя из дома выгонит.

– А какой срок?

– Три месяца.

– В мае родишь…

В ответ она заплакала ещё горше.

– Люба, я многое чего могу, но приворот я делать не буду. Никому. Это насильно навязывание человеку чужой воли, изменение его судьбы. Это тяжёлый грех.

– Я уже поняла, – сквозь слёзы ответила Люба.

– Ты поговори с отцом, Люба. Хочешь, я могу посмотреть твою дальнейшую судьбу, что будет после этого разговора?

Девушка кивнула головой, продолжая плакать. Сергей быстро зашёл в дом, достал шкатулку с камнями, разложил их.

– Ну что, Люба, ругать будет, но ты вот вместе с ним в доме будешь потом.

Он доставал камни и рассказывал.

– Ребёнок будет, смотри, дед его любить будет. И замуж ты выйдешь.

– Точно выйду? – слёзы уже совсем высохли на её лице.

– Давай я ещё посмотрю по-другому на замужество. Опусти руку в шкатулку и вынешь оттуда два камня. Покажи мне. Видишь, камни одинаковые? Значит, пару вынула. Давай, беги домой, поздно уже. И не бойся, все у тебя сложится. А у Пети – наоборот, жалеть он будет, да поздно будет.

– Спасибо вам огромное, – девушка повеселела совсем и поспешила тропинкой в село.

Глава 7. Ты нужен лесу

Сергей тихо ответил:

– Да, нет за что. Удачи тебе, – хотя девушка этого уже не расслышала. Он мысленно проводил её до края леса, стоя во дворе и глядя ей в след. Вроде ничего ей по дороге не угрожало. Потом зашёл в дом, собрал вещи и пошёл в баню. С банником он типа сдружился.

Тот был ему благодарен за то, что Сергей его спас, предоставив кров, а Сергей знал, что на банника, которого он назвал Митькой, всегда можно было положиться, не подведёт. Помылся Сергей, попарился, как следует, потом пошёл готовить ужин.

Сейчас он уже не был похож на того бывшего зэка, который приехал на развалины дома его предков. Отпустил небольшую бороду, которую периодически подстригал перед зеркалом. Отросли волосы и теперь они даже слегка вились. Можно сказать, что Сергей ожил, даже немного помолодел.

Но и что значит – помолодел? Ему было чуть за сорок, просто тюрьма не придает человеку здоровья, год жизни там за два года на воле казался, если не больше. Пару раз, когда был в селе или в районе, замечал на себе заинтересованные женские взгляды.

Но его это не цепляло, куда он может привести жену? В лесную сторожку? На кордон в шалаш? Другую работу он и не хотел, и жилья другого не было. А баловством, как он считал, заниматься не стоило. Решил завтра снова пойти в село, что-то прикупить к Новому году, заодно и лешего угостить на рождество. После того, как попробовал свою силу на председателе, понял, что многое может, но нужно себя контролировать, чтобы не перегнуть палку.

Поужинал и лёг спать, не подумал, что теперь, когда окончательно Афанасий Кузьмич ушёл, ему самому придётся защищать свой двор – огород от лесных гостей. Утром сначала удивился, обнаружив столько разных следов – и косуль, которые искали чем поживиться на огороде, и волка, потом понял, в чем дело.

Взял сухую ветку из кучи валежника, который не успел порубить, очистил её и прошёлся вдоль ограды, приговаривая заклинание, перед этим проверив, не спрятался ли у него под сараем какой зверёк. Прочертил непрерывную линию, только потом пошёл готовить завтрак.

В магазине пахло мандаринами, хотя на прилавке их не было и в помине. Набрав всего, что планировал, наклонился к продавщице и, глядя прямо в глаза, сказал негромко:

– Взвесь мне штук десять мандарин.

Та сначала чуть дёрнулась, а потом кивнула головой. Сделала бумажный кулёк, достала из коробки из-под прилавка мандарины, сразу завернула сверху кулёк и взвесила этот диковинный фрукт. Видно, привезли ящик для своих людей. Сергей не считал, что он злоупотребляет, просто ему хотелось угостить Лешего чем-то особенным.

Яблок они не заготовили на зиму, груш также, этого в магазине тогда не продавалось, ну а для начала дружбы мандарины как раз подойдут. Сложил продукты в рюкзак, кулёк с мандаринами сунул во внутренний карман телогрейки и собрался возвращаться домой. Тут его окликнул председатель Андрей Петрович, он также подъехал к магазину на своём УАЗе, наверное, в магазин за своим продпайком пришёл.

– Привет, ты сегодня у себя будешь? Я после обеда заеду.

– Да, буду дома, заезжайте сегодня, завтра метель начнётся.

– Я сейчас заеду на склад, часть амуниции привезу тебе.

– Да, привозите, а то морозы начинаются, а я в телогрейке покойного деда Афанасия. Зарплаты нет ещё, в наследство не вступил – прямо беда. Заодно и ваш вопрос решим, зачем откладывать. Жду вас с подарками, – он внимательно посмотрел председателю в глаза.

Тот поменялся во взгляде, сказал, что всё привезёт, что найдётся на складе. Сергей повернулся и пошёл мимо бабы Оли к себе, а председатель пошёл к задней двери магазина. Все прекрасно знали, что председатель покупает все только из тех дверей. Сергей шёл домой и думал, что нужно достать лыжи покойного лесника и начать вспоминать, как на них ходить, тринадцать лет не вставал на лыжи, а тут нужно будет по снегу идти на кордоны, кормить оленей, принести им солонцы в рюкзаке. Они вдвоем отнесли по камешку, часть припрятали. Но уже нужно было, как учил лесник, обновить всё.

Дед учил, как настроить оповещение, если Сергей будет далеко, а нужно будет его срочная помощь.

– Просто магия и больше ничего. Кто-то, допустим срочно ищет тебя, банник это видит, ударяет в дно медного таза, и ты слышишь этот звук. Один удар – просто нужен – возвращаться или нет, будет зависеть от того, как далеко ты ушёл, два удара – срочно возвращайся.

– А как посетитель узнает – вернусь я скоро или нет?

Посетитель услышит тихий звон. Свои, местные знают, что мне был подан сигнал. Значит, могут прийти снова на следующий день, я вернусь. А если просто так, чтобы решить спор с соседом – звона не дождутся.

– И что, приходят и по такому вопросу?

– А ты думал! Это самый распространённый случай. Ну я порчу серьёзную по такому поводу не делал, так – петуха лиса утянет, из туалета два дня сосед выходить не будет. Они ведь помирятся потом, а я виноват останусь.

Председатель приехал после трёх часов дня, приехал сам, без водителя. Показал список Сергею, сказал, чтобы тот разгружал машину и отмечал крестиком, что получил.

Оказалось, практически вся одежда была, в том числе и тулуп белый, с густым мехом романовской овцы, зимние сапоги на меху, шапка – ушанка, да и много чего для лета. Инструмент – топор, пила, спиртовка, даже какие-то продукты.

– Ружье с патронами после праздников, его оформлять нужно.

– Хорошо, Андрей Петрович, как вернусь с кордонов, приду к вам за ружьём. Ну, что, давайте все отнесём в дом, потом складывать буду, а потом пойдём в баню.

– Ага, давай.

Они за несколько заходов отнесли все в большую комнату в дом, а потом Сергей повел председателя для проведения ритуала в предбанник. Видел лесник, что на председателе магическое воздействие, скорее всего, жена заказала.

– Я сделаю всё, как нужно, будет работать при первом зове ваш перчик, но хочу предупредить – не увлекайтесь. Вижу я неприятности, одна из ваших будущих пассий принесёт ребёнка в партком и назовет отца. Может быть скандал с женой, причем сильный, у неё отец, что ли кем-то служит, да?

Председатель только вздохнул. Кажется, этот молодой колдун сильнее старого будет, ишь, как всё видит.

– Я только одно обещать могу – на вас приворот делать не буду, – продолжал лесник.

– Ну и это правильно, мы и так решить можем, – воодушевился председатель, а Сергей приказал закрыть глаза, взял свечу, зажёг её, поводил ею кругами в районе того самого органа против часовой стрелки, шепча заклинание, затем, поставив свечу рядом, сделал какие-то пасы руками, сплюнул и сказал – ВСЁ.

– Но помните мои слова, не увлекайтесь, – ещё раз напомнил Сергей, подойдя вместе с председателем к машине.

В первый вечер испробовал Андрей Петрович свой перчик на жене. Сработал лучше, чем в молодости. Значит, можно секретаршу оставить после работы напечатать указ. А у жены, хотя давно она не имела кекса с мужем, тревожно ёкнуло сердце.

Но Сергей не зря напомнил ему о том, чтобы он осторожней был, как только Андрея Петровича тянуло в гречку, на ум приходили слова лесника о том, что любовница может прийти в райком. А членом райкома был тесть, чтобы ему не встать, ни сесть. Поэтому гулять то он гулял, но с оглядкой.

На следующий день, как только начало мести снегом, набрал Сергей гостинцев и пошёл к тому дубу. Пришёл, никого не увидел, позвал Лешего. Никого. Разложил на снегу газету, выложил на неё гостинцы. Затем взял один мандарин, очистил и начал есть его, отламывая по дольке.

Неожиданно появился какой-то мужчина средних лет, прилично одетый для такого места, поздоровался, как и полагается, затем взял другой мандарин, почистил его, разломал пополам и половинку кинул в рот.

– Ничего, вкусно, спасибо. И за остальные гостинцы также, будет мне на рождество чем себя побаловать. За чем пришёл?

– Ой, так это вы хозяин леса?

– А ты не узнал? Ха-ха-ха, богатым буду. Я разным могу быть. Так что нужно?

– Во – первых, теперь я уже лесник, Афанасий Кузьмич умер. Пришёл, так сказать, представиться в новой должности. Во-вторых, мне на новый год список дичи составили, неприятно это, ну а что я могу сделать? Такова цена моей должности здесь. Кстати, после рождества я ухожу на дальний кордон.

– Огласи мне весь список. Куда денешься, ты нужен лесу.

Глава 8. Перестройка, гласность

Они разговаривали долго, обсуждали, как лучше будет решить вопрос по списку. Зверей же нужно было разделать, приготовить к транспортировке.

– Ты внутренности сложи на кучу, но подальше от дома. Волки и лисы придут и подберут все, и следа не останется, – поучал леший, а потом добавил, – ты мне те сочные оранжевые шарики снова принеси. Очень понравились.

– Хорошо, через два дня буду в районе, документы свои заберу и привезу оттуда.

– Вот как вернёшься оттуда, так и начну зверей подгонять, чтобы не всех сразу.

– Договорились, – Сергей протянул руку, хотя помнил, как у него кружилась голова после того рукопожатия. Но всё прошло нормально, Леший только подмигнул. Потом что-то за спиной стукнуло. Сергей быстро обернулся – никого. Повернулся к Лешему, а его и следов не осталось, как будто никого рядом не было, только следы самого Сергея.

А метель уже разыгралась, в ста метрах уже ничего не было видно. Сергей пошёл в небольшой сарайчик, где хранились разные инструменты – косы, топоры, лопаты. Там на стене висели лыжи. Снял, попробовал ходить на них по двору.

– Да, Сергей, вспоминай, как ходил, считай десять дней осталось, – сказал он сам себе. Конечно, будет теперь сам с собой больше разговаривать, а на кордоне тем более.

До вечера совсем замело дорогу и тропинку для похода в село, утром он почистил двор от снега и снова встал на лыжи, привязав их к валенкам. Иначе он и в район не может завтра добраться. Уже через час чувствовал себя более уверенно.

Конечно, после таких метелей зверю будет трудно найти еду, сразу после рождества ему нужно будет отправиться их подкармливать. В назначенный день он встал на лыжи и пошёл до села, там снял лыжи, положил их у Ольги и пошёл на остановку автобуса. Мороз был несильный, около пяти градусов. Сразу по приезду направился к начальнику паспортного стола, спросил, готов ли его паспорт.

– Заказ ваш будет готов к сроку, но мне нужно килограмм мандарин.

Начальник паспортного стола чуть рот не открыл от неожиданности.

– Не себе, думаете, я голыми руками зверя ловить буду? У меня свои дела, меняю мясо на мандарины.

– Понял, но это не ко мне, пойдёшь в центральный магазин, вот дашь директору записочку от меня, она тебе и продаст. Я тридцатого приеду к тебе, ну или кого пришлю.

В общем, нашёл Сергей магазин, нашёл директора, которая была вся издергана, как – никак праздники, нужно было все верха обеспечить дефицитом, а тут какой-то мужчина требует мандарины. Они уже почти все разошлись.

– Тебе сколько нужно? – раздражённо спросила она.

– Килограмм. И палку копчённой колбасы, тут же добавил он, решив, раз такая халява, то вдруг и колбаса выгорит.

– Тут только мандарины написаны…Ладно, бери и колбасу, – неожиданно для себя махнула она рукой.

Сложив покупки во внутренний карман, он поспешил на автобус. Вечером он снова встретился с лешим и отдал тому в кульке мандарины, оставив и себе пять штучек. Он и так был счастлив – теперь у него был паспорт, была и прописка – тот развалившийся дом его дедушки и бабушки.

Тридцатого с утра приехала машина из района, Сергей загрузил всё по списку туда, после обеда приехал председатель, отгрузил и ему, что заказывал.

– Ну как, все работает? – спросил у него.

– Всё нормально, спасибо.

– Помни о том, о чем я предупреждал, – снова напомнил ему об осторожности.

– Помню, не сомневайся.

Новый год Сергей встретил в постели, а чего сидеть до полуночи? Радио немножко послушал, поужинал и лег спать. Колбаса была непривычная для него, столько лет не ел, поэтому и не смог много съесть, решил взять её с собой в поход. Утро было тихое, мороз стал меньше.

Сергей походил по двору – ну чего сидеть без дела? Сейчас сходит на ближний кордон, пока больших морозов нет, за неделю и обернётся. Попробует, как получится у него самому обходиться. Так и сделал – быстро собрал все необходимое – еду, спички, инструмент, запасной свитер, который купил в прошлый раз в районе, спальник и пошёл.

Двадцать километров прошёл легко, на лыжах было идти гораздо быстрее, чем пешком. Избушка, которую соорудили они с покойным Кузьмичом, была крошечная, но всё же не шалаш в снегу. Утром разнёс он по яслям сено, достал веники из веток с листьями. Потом выложил солонец, небольшой, на килограмма два, разбил его на части.

Часть сена оставил на февраль, оставил и часть веток. Потом приготовил себе обед, поел. Ну что оставаться? Можно было и переночевать, но уж лучше дома, там теплее. Было уже темно, показалось, что вокруг него то там, то сям появлялись тени.

– Постой-ка Сергей, ты чего это испугался? Вспоминай, чему учил Кузьмич, – мысленно отругал себя Сергей. Мысленно создав вокруг себя непробиваемый кокон, он, успокоившись, пошёл домой. Ну конечно, дома лучше. Решил не откладывать, а послезавтра прямо с самого утра пойти уже на дальний кордон.

Всю зиму он был занят. Пришлось одного лося подстрелить, у него уже теперь ружьё было. Лось ранен был, дрались между собой за самок и поранился, а леший сообщил ему как раз, что волчья стая голодает, как бы к людям в село не вышли за домашней скотиной.

Отрезав для себя лосиную ногу, остальное оставил волкам. Им также зимой трудно приходится. А следующим был 89 год, полным ходом начиналась перестройка – куй железо, пока горячо, так говорили многие. Началась вседозволенность, об этом ему поведал первым леший, который летом уже это ощутил. Они теперь часто общались.

Весной потянулись к Сергею люди. И странное дело оказалось – все норовили сделать друг другу пакость. Ну сдвинул сосед межу на «целых двадцать сантиметров» – а ты ему сделай бельмо на глазу, а то говорит, что не увидел. А тому соседу, что дрова зимой украл целую охапку, ну или не он, но всё равно – сделай так, чтобы у того рука отсохла.

И такие просьбы были постоянно. Все таких просителей Сергей отправлял домой, объясняя, что он таким не занимается.

– А чем же ты занимаешься тогда, если ты вместо Кузьмича? Говорили люди, что ты также колдун, – спросил один из таких посетителей.

– Могу лечить, могу порчу снимать. Могу соседа заставить прийти и покаяться при всех людях, – это максимум.

– Что мне от его «прости». Хотя, давай, делай.

– Платить будешь?

– С чего это? Такое бесплатно.

– Бесплатно – тогда за тебя бес платить будет. Ладно, уходи, ничего я для тебя делать не буду, – Сергей развернулся и пошёл в дом.

Но приходили и те, кому помощь Сергея была нужна. Однажды принесла женщина ему ребёнка, приехала из соседнего района. Ребёнку четыре месяца, оставили диагноз ДЦП, а Сергей увидел явно, что при родах произошёл сдвиг шейного и грудного позвонков.

Ах, как же он осторожно взял ребёнка на руки. Тот открыл глаза и посмотрел очень серьёзно на колдуна, словно спрашивая:

– А что ты будешь со мной делать? Ты сможешь?

Сергей кивнул в ответ головой, а потом вспомнил своего сына, которому уже было двадцать лет. Где он? Что с ним? Положил малыша на стол в предбаннике, снял распашонку и ползунки, перевернул ребёнка на живот, тот заплакал, ему было больно.

Не обращая внимания, он пробежался пальцами по позвоночнику, нажал легонько у основания черепа, потом между лопаток, Он больше нажимал не силой пальцев, а своей внутренней силой. Малыш дважды всхлипнул и всё.

Перевернул ребёнка на спину, тот уже не сжимал кулачки и лежал на спине ровно, даже пробовал улыбаться.

– Всё, ваш ребёнок здоров, одевайте его, – сказал он изумлённой матери.

– Вы прямо экстрасенс, как Кашпировский, – женщина думала, что сделала Сергею комплимент.

– А кто это? – удивился Сергей.

– А у вас разве нет телевизора? Это знаменитый экстрасенс. Тут такое творится, а вы не знаете? Перестройка, гласность…

Глава 9. Как оборону держать будем?

Да, в лесу телевизор был ни к чему. Что его, по заимкам и кордонам за спиной тащить? Да и в домике он был бы разве что в качестве мебели. Радио и то не всегда ловило. Но о том, что в стране началась перестройка, Сергей и без телевизора узнал. Пропало всё из прилавков магазина, в лесу увеличилось количество браконьеров.

Председатель давал разрешение на вырубку леса направо и налево. Сергей было обратился к нему по этому поводу, но тот только отмахнулся – что ты вмешиваешься не в своё дело?

Он стал озлобленным каким-то, дёрганным. Присмотревшись, Сергей увидел на председателе небольшой приворот, видно, делали своими силами. Пожал плечами – предупреждал же, но, если не стал слушать его – он не виноват. Понятно, что жить с нелюбимой было трудно, но и голову на плечах нужно иметь, а не пустой казанок.

В августе начал Сергей оформлять корм для животных, было когда-то такое. Правда, не все лесники использовали то, что что получали, по назначению. Многие продавали сразу всё налево, некоторые – половину, а, наверное, только один Сергей оставил всё для животных.

Человек, который отвечал за лесное хозяйство в районе, был человек ушлый. Сразу заявил, что если лесник хочет получить корма (а это и соль каменная, и минералы, и другая продукция, я точно не знаю), тогда, как говорится – один пишем, два в уме.

Хорошо, Сергей магию применил, хотя оставил деятелю от лесхоза один мешок всего, что получил. Остальное на тракторе с прицепом отвёз к себе. Тракторист также крутился и крутился возле лесника, чтобы тот хоть немного, хоть чего-нибудь, но дал.

– Ну чего тебе дать за твои труды? Разве что шкуру зайца? Так она летняя.

– Ну дай шкуру, стельки сделаю, – обрадовался водитель.

Шкуры животных здорово выручали Сергея. Когда он получил вклад Афанасия Кузьмича, который перешёл ему по наследству, решил действительно купить хороший велосипед. А велосипеды как-то в один момент пропали с продажи. Удалось ему узнать, что их и на базе, откуда приходили товары в магазин, нет.

– Слушай, а помоги мне с этим велосипедом, мне для работы нужен, причем хороший нужно, – обратился он к заведующей магазином.

– Их, на складе, нужно чем-то заинтересовать.

– Я принесу лисью шкуру, две шкуры, Одна тебе, другая на склад. Ну а что я ещё могу предложить?

– Ну ты как дитё. Что такое одна шкура? Или шапка или воротник. А женщине нужно если уж шапка, то с воротником. И вообще, у них там этого добра навалом. Хотя неси, попробую.

Как чувствовал зимой Сергей, была у него проблема с лисами, никак с ними не мог договориться, чтобы у Ольги не воровали птицу, вот и наловил в капкан. Но было только три. Их он и принёс заведующей.

– Всё, что есть. Зима придёт, принесу для тебя ещё красивую шкуру, но сейчас лето, мех плохой. Хочешь – лосиную шкуру принесу?

– Неси лосиную, я тебе ещё дефицита привезу к велосипеду. Может, куртку какую на зиму, чтобы ты в тулупе не ходил постоянно.

– Это было бы неплохо. Хорошая ты женщина, Вера. И что тебе так не везёт с мужиками? Приходи ко мне, помогу.

– Серёга, ты хоть и крепкий мужчина, но я не люблю такого баловства, – резко ответила заведующая.

– Вера, ты все неправильно понимаешь, видно, все тебе только это предлагают. Я ведь помочь хочу в другом плане. Есть проблема у тебя, поэтому к тебе тянутся только дерь…вые мужчины, я могу в этом помочь.

– А, ты об этом? Прости, ты прав, во мне видят только возможность что-то достать, чем-то поживиться. Насчет твоего предложения я подумаю.

В общем, через две недели Сергей стал обладателем велосипеда «Уралец», пусть и односкоростного, но способного возить тяжести, например, мешок с комбикормом. Также Вера «подогнала» ему куртку финскую, «аляску». Размер был «на вырост», но уж какая есть. Зимой свитер поддеть и нормально будет.

– Ты мне ещё бы сапоги подогнала бы, зимние. А то в этих «фирменных» тяжело ходить, правда, тепло и не промокают. Ну что надумала приходить ко мне?

– Надумала, Серёга. Когда лучше? Ночью?

– Нет, добрые дела делают днём. Скажи, чтобы твой отдел не открывали до обеда, а сама с утра ко мне приходи. Только возьми чистое бельё, чтобы потом переодеться, когда попаришься после ритуала.

– Тогда я на целый день закрою отдел.

– Как хочешь, так даже лучше будет. Не забудь, ты откуп должна дать.

– Я тебе мало привезла?

– Я за то рассчитался.

– Ладно, завтра приду с утра.

Видел, Сергей, что женщина отрабатывает грехи кого-то из её умерших родственников, бабки или прабабки. Та, как видно, то ли приворот делала, то ли заказывала, вот теперь все следующие поколения и расплачиваются. Всё это он ей рассказал, когда она пришла к нему.

Снимать всё было долго, покойная, которой все возвращал, визжала и кричала, ведь ей добавлялось к её наказанию. Наконец все очистилось, банник как раз истопил баню, помог попариться женщине. Она все равно его видеть не могла, просто пар вовремя поддавал, веник запарил.

Вышла она из бани, одета во все новенькое – как на свет заново родилась. И так ей спать захотелось! Сергей заранее по стелил ей на лавке в предбаннике, а сам ушёл в дом по своим делам.

Нравилась ему Вера, он же был ещё не старым – сорок три года всего. Но куда привести её? К себе? А как же его и её работа? Он может неделю пропадать на каком – либо кордоне, также зимой уходить. А ей на работу. На его одну зарплату не разбежишься. Красивая была Вера, а он её в лесу закроет…

Проснулась она около четырёх часов дня, проспав три часа. Как же легко было на душе у неё! Прямо петь хотелось. Зашла в дом, осмотрелась, положила два червонца на стол, подумав про себя, что оно того стоит.

– Кушать будешь? – спросил он у гостьи.

– Нет, я домой. И так задержалась. Спасибо тебе, надеюсь, теперь всё у меня будет по-другому.

– Да, теперь всё у тебя должно сложится правильно.

Она ушла, а Сергей понял, что она его в качестве возможной пары и не рассматривает. А через неделю, это уже был сентябрь, он зашёл в правление, нужно было уточнить свои вопросы, а там в кабинете председателя сидит другой мужчина.

Оказалось, это теперь новый председатель, старого таки выгнали. Наверное, это был последний партком, на котором это произошло, дальше парткомы сначала перестали быть теми парткомами, которых все боялись, а потом и вовсе…

Пришла любовница с пузом к жене председателя, мол, подвинься. Нажилась с мужиком и будя. Теперь её очередь. А председателя и самого тянуло к ней каким-то непонятным для него образом. Хотя и понимал, что ничего хорошего не получится. В общем, жена к отцу жаловаться побежала, а тот вещи собрал и к любовнице.

Пока село гудело от новости, приехал новый председатель, который оказался ещё хуже прежнего. Приехал на велосипеде Сергей к себе, пошёл в лес к тому дубу, где с лешим встречались они. Леший успел как-то два пня больших посадить, на которых они с лесником сидели и разговаривали иногда по душам.

Принёс пряники, положил на том пне, где леший всегда сидел. Тот сразу появился, взял угощение, поблагодарил. Сидели оба, ели пряники и молчали. Иногда они разговаривали мысленно.

– Сергей, беда какая-то надвигается на землю, чувствую я это.

– И я чувствую, Лёшик. Непонятно всё как-то. Слушал радио – одни лозунги. Люди поменялись.

– Браконьеров полно стало в лесу, лес то там, то тут рубят, нужно что-то делать.

– Да, нужно придумать, тут твоя помощь, Лёша нужна. Кикимор своих собери, ну кто там ещё у тебя в штате?

– Навки скоро спать залягут, но разные духи есть, которые спать не идут на зиму. А что ты предлагаешь, как оборону держать будем?

Глава 10. Это только начало

Сергей помолчал, думая, как правильно объяснить:

– Лёшик, нужно сейчас напугать людей, потом только добавлять. Понимаю, что не хотелось бы, чтобы люди пострадали, я не кровожадный, но давай ты будешь более жёстким. Ну не до смерти, но чтобы запомнили, что нечего без спросу лезть сюда.

– Всё правильно, Сергей, но когда нож под рёбра тебе сунут, тут уж будет не до жалости.

– Думаешь, могут и до этого дойти?

– Думаю, да. Знаю я человеческий род лучше тебя. И если кто из перепугу в лесу и навсегда останется, это только на пользу.

– Я понимаю, но всё-таки лучше без смертей. Пусть обос…но живые.

– Посмотрим, буду стараться, но я своё мнение не поменяю. А ты завтра собирайся в путь, обойди все границы твоего хозяйства. Понимаю, путь неблизкий, но поставь защиту, такую, какую ты ставишь вокруг своего двора.

– Так-то ведь от зверя.

– Человек ещё хуже зверя, ставь от человека, авось кого-то отпугнёт. А я своих подготовлю, немного дам им воли, пусть перед зимой порезвятся.

– Завтра не смогу, нужно в магазин сходить, хлеба купить, консервы, Ольга обещала купить мне пару килограмм сала в выходные на рынке.

– Тогда послезавтра выйдешь. Не затягивай, дожди начнутся – побегаешь по лесу.

На следующий день Сергей поехал, как и рассчитывал, в магазин. Ему там Вера обещала десять банок консервов оставить, продукты начали пропадать уже из магазинов, правда, пока не так заметно. Он все купил, что нужно, даже с запасом, привязал сумку к багажнику, а тут его окликнули.

Огляделся, а это новый председатель. От него издалека какой-то злобой тянуло, Сергей это почувствовал ещё в первый раз.

– Подойди, поговорить нужно.

Сергей подошёл вместе с велосипедом, поздоровался. Тот не ответил, но разговор продолжил.

– Ты что, бывший зэк и по такой статье сидел? Кто тебе ружьё дал в руки? Немедленно сдать назад. И …думаю, ты не подходишь на эту должность. Не знаю, правда, за какие такие заслуги тебя прежний председатель взял на работу, но со мной такое не прокатит. Ружьё завтра отвезёшь, я проверю.

– Хорошо, но как к вам обращаться? Я ведь в лесу живу и начальства в лицо не знаю.

– Виктор Иванович я. А ты Сергей, я и то знаю, хотя вас тут столько разных.

Сергей протянул руку для рукопожатия, то брезгливо и с явным неудовольствием протянул свою.

Немного задержав его руку в своей руке, лесник, глядя в глаза начал говорить вполголоса, но очень чётко.

– Виктор Иванович, вы никогда не будете пытаться меня уволить, где бы вы не работали. Мне не нужно сдавать ружьё, потому что я работаю в лесу. Вы всегда будете с уважением относиться ко мне и к односельчанам. Всё, что касается леса, будете согласовывать со мной. Я очень ценный сотрудник. И меня зовут Сергей Михайлович.

Потом он отпустил руку председателя, которая так и повисла плетью, закинул ногу на раму велосипеда и поехал к Ольге. Забрав кусок сала, рассчитался и поехал к себе. Дома он приготовил ружьё на завтра, на всякий случай, собрал остальное, чтобы выйти прямо с утра в дорогу.

Его не было десять дней, вернулся к себе уже под дождём. Чертил линию по всей границе. Если останавливался отдохнуть или на ночлег – втыкал палку, чтобы потом начать чертить с этой точки. Слышал выстрелы браконьеров, но сейчас ввязываться не хотел, нужно было завершить начатое.

В двух местах на границе с соседним лесничеством нашёл большие площади спиленного леса, причем обрубленные ветки так и остались лежать в беспорядке. След от машин показывал, что это были машины большие, они ехали, как он понял, и туда, и оттуда без страха.

Пока он рассматривал вырубку, появился леший, также, как и Сергей, осматривал поляну, молчал, вздыхал. Потом сказал, что это только начало, дальше будет хуже и жаль, что они спохватились только сейчас.

– А чего леший с того места ничего не предпринимает?

– Старый он, его смена только начала подрастать. Вот и не рискует, забился в берлогу, чтобы его не тронули.

– А что, разве вас можно обидеть?

– Можно, Серёжа. Не буду говорить, как. Не то, чтобы я не доверяю, но мало ли, пытать будут.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.