# Солнечный ветер

Изабелла Зима

«Солнечный ветер» – это сборник детских рассказов о диком хомяке, которого зовут Пухлик. Хомяк не хочет быть одиноким, но проблема в том, что для выживания в дикой природе ему приходится показывать себя злым, и это мешает обрести друзей. Главный герой учится мечтать и дружить, принимать себя, ценить свой дом и семью, а также находит возможность наказать зло, намного превосходящее его по силам.

Автор: Зима Изабелла.

Солнечный ветер

Глава 1. Птица.

В одной заброшенной деревне, среди бархатных одуванчиков и душистой мяты, по которой лениво ползали гусеницы, кое-где уже успевшие превратить ее листья в желтые неровные половинки, располагалась самая лучшая в округе хомячья нора. Ну, разумеется, просто так ее было не найти, потому что вход в жилище был предусмотрительно прикрыт листом молодого лопуха.

В первое воскресенье лета с хозяином норы произошло необыкновенное происшествие. Все началось с того, что совершенно случайно хомяк услышал разговор жужелицы и паучихи о том, что в деревне снова появились люди. И это событие вызвало переполох среди обитателей мятных кустов: звери опасались, что с появлением таких соседей их жизнь может сильно измениться и, по мнению старой жужелицы, – совсем не в лучшую сторону. Конечно же ему захотелось проверить эти слухи, и он, не долго думая, пробрался на заброшенную ферму самым коротким путем – через дыру в заборе. Но оказавшись внутри, он увидел то, что никак не ожидал: зрелище казалось невероятным – ровными рядами на грядках был посажен будущий урожай. Морковь, свекла, огурцы и кукуруза – от такого разнообразия у него кружилась голова. Его мордочка затряслась, а шелковые усы зашевелились от предвкушения трапезы. Хомяк даже подумал: – Может, люди вовсе не так плохи, как о них думают? – и радостно поспешил засунуть за щеку в спешке рассыпанное фермером зерно. В этот момент за его спиной послышался странный шорох. Обернувшись, он никого не заметил, но от испуга замер, как это бывает, когда не знаешь чего ожидать – хорошее или плохое. Не сразу, но все же он разглядел сидящую в кустах маленькую птицу. Раньше он никогда не видел таких необычных пернатых. Издали она была похожа на пушистый серый шарик, а на груди у птицы красовалось крошечное, яркое малиновое пятнышко. И она с интересом наблюдала за ним, раскачиваясь на ветке шиповника, который к началу лета уже успел зацвести и привлечь бабочек, пчел и прочую живность. Все что случилось после, имело простое объяснение. Хомяк так долго жил один и так устал от одиночества, что когда ему не с кем было поговорить, ему становилось грустно. С трудом преодолевая застенчивость, он решил заговорить с незнакомкой, рассудив, что это лучше чем сидеть в норе одному.

– Привет! – дружелюбно помахал он птице, бодро задрав лапу и воспитанно поклонился. В ответ птица негромко ахнула и защебетала: – Какая красивая у тебя шубка! И запрыгала на ветке, как на детских качелях. Хомяк застеснялся, почувствовав как ветер перебирает его густую блестящую шерсть. Ему было приятно, потому что он знал, что был обладателем редкого окраса: у него была белая мордочка, черная спинка, коричневый пушистый живот и крошечный рыжий хвост.

– И вовсе ты не злой как про тебя говорят, – вдруг нарушил тишину звонкий птичий голосок: – Ты ведь дикий хомяк?

– Пухлик! – коротко представился он и поклонился. Мой дед говорил мне, что дикий хомяк – не значит злой хомяк, дикий – значит свободный. А ты, наверное, прилетела издалека? Вообще-то всем зверям в мятных кустах приходится показывать себя злыми.

– Зачем?– удивилась птица и, подлетев ближе, громко рассмеялась. И ее смех, словно звон крошечного колокольчика, разлетелся по округе, эхом отозвался у Пухлика над головой, и исчез, притаившись где-то между его ушами.

– Затем чтобы выжить!– притворно сурово нахмурился хомяк и,открыв пасть и показав острые зубы, грозно зашипел как учил его дед.

– Это называется сделать дикое лицо, – на всякий случай предупредил он ее, чтобы не испугать:– Чтобы выживать в дикой природе, нужно уметь себя защитить. Иначе тебя съедят.

Но птица не испугалась его зубов, а только удивилась: – Если показывать себя злым, как ты найдешь себе друзей? Вопрос застал Пухлика врасплох, и он хотел было объяснить птице что-то важное, но не успел – через секунду он оказался в чьих-то огромных крепких лапах. Пухлик испуганно осмотрелся и понял: в ярком комбинезоне и перчатках его держал за шиворот человек. Схвативший его, был вооружен лопатой и это внушало Пухлику ужас. Они с человеком встретились взглядом и хомяк, зажмурившись от страха и отчаянно пытаясь освободиться, беспомощно затряс ножками.

– Так вот кто кукурузу погрыз! Ничего на крыс не действует: ни яд, ни капканы, – раздраженно причитал человеческий гигант. Пухлик собрал всю волю в кулак и из последних сил с достоинством пропищал: – Я – вовсе не крыса, я – хомяк! Однако человек либо плохо слышал, либо ничего не понял и продолжил кричать.

– Он – хомяк,– тонким голоском пропела в его защиту птица, которая случайно стала свидетельницей этого происшествия, делая отчаянные жесты крыльями. Однако ее слова также остались не услышанными. И тогда стало очевидно, что человек совершенно не понимает звериного языка.

– Вот что я сделаю – пущу твой мех на воротник! – сказал человек, замахиваясь на хомяка лопатой. Пухлик замер, словно неживой, печально скрипя зубами и чуть не плача. Не надо! – хотелось закричать ему и заплакать, но вдруг он вспомнил мудрые уроки деда и понял, что для слез не время. Дед всегда учил его не показывать противнику свой страх. Но как эта хитрость может помочь, если твой противник – человек? Пухлик был совершенно растерян.

Неожиданно раздался громкий лай и ,взявшийся непонятно откуда пятнистый пёс подпрыгнул вверх, пытаясь схватить беспомощно висящего хомяка за ногу. У Пухлика бешено заколотилось сердце. Двое на одного,– подумал он. Силы были неравны. Так-так, что же делать, а что бы сделал дед на моем месте? – тикало у него в голове, но мысли его прервал испуганный крик. Это изо всех сил кричал человек.

– Фу! Гектор, да стой же ты, дуралей. Это дикая крыса.Опасно! Человек строго повторял псу заученные команды, требуя беспрекословного подчинения, но пес не хотел его слушаться.

– Но это же- не крыса, это – хомяк, хомяк, хомяк!– удивленно продолжал гавкать он. И, разумеется, его слова также остались непонятыми. Зато от неожиданности человек выронил добычу из рук, и Пухлик к своему невероятному везению громко стукнулся о землю. А пока падал, смекнул почему человек кричал – он испугался за пса. Неожиданно для себя Пухлик почувствовал укол зависти. Пес был так дорог человеку, потому что был его другом. Непонятно почему ему в голову пришла странная мысль – было бы хорошо, если бы люди любили его – хомяка, как эту долговязую пятнистую дылду с длинными ушами. Ну чем пес лучше его? Уж конечно не шубкой. Но он точно знал, что люди не любят диких животных, им нравятся лишь те, кого легко приручить.

Оказавшись на спасительной земле, Пухлик сжал кулаки и приготовился к атаке. И хотя он был раз в десять меньше противника, он собирался воспользоваться своим шансом на спасение и напасть первым. Пес, между тем, залаял громче, изо всех сил стараясь подступиться ближе чтобы ухватиться за пушистый хомячий бок. Пухлик ужасно боялся, но виду не подавал.

– Вот я тебя сейчас покусаю, – грозно зашипел он на продолжающую непрерывный лай собаку, и, выпустив когти, свирепо замахал передними лапками. Так он шипел, царапал землю и прыгал как бешеный несколько минут. В поведении Пухлика не было ничего странного – он боролся за жизнь.

Но пес почему-то удивленно замер, слегка повиливая хвостом, а затем вовсе отпрянул, послушав своего хозяина и рассудив, что с диким зверем связываться себе дороже.

– А теперь бежим! – отчаянно закричал Пухлик птице, которая со страхом наблюдала странную картину противостояния хомяка, человека и его собаки. Пролезая через дыру в сетке забора, он мгновенно пересек старый малинник и побежал со всех ног. И птица полетела за ним. Только оказавшись в безопасности Пухлик оглянулся. Теперь он вспомнил, что падая на землю больно ударился боком: – Ой! – вскрикнул он и потер больное место. Раньше он бы расстроился. Но теперь он думал, что еще легко отделался, потому что вполне мог стать воротником для человеческой шубы. Подумав так, и наконец отдышавшись после яростной схватки с псом, он повеселел и даже победно сверкнул глазами.

– А может надо было вечером приходить, когда люди спят?– поделилась догадкой птица. – Тогда бы тебе удалось полакомиться клубникой, которая растет позади фермы. Соглашаться с промахом совсем не хотелось. И вслух Пухлик сказал: – Подумаешь, человек! Я никого не боюсь. Мы – хомяки ходим куда хотим и когда хотим.

– Везет тебе, а вот мне было страшно! – вырвалось у незнакомки.

– Не бойся, – ответил Пухлик спокойно. А знаешь, что? Давай вместе никого не бояться.По моему, люди ничем не лучше остальных зверей. Когда-то давно они тоже были дикими.Просто забыли об этом. Но попробуй я не покажи себя злым такому человеку, что бы со мной было? Звери убивают ради выживания, но люди – совсем другое дело. И они немного помолчали каждый о своем. В глубине души Пухлик понимал что птица права, показывая себя злым – друзей не найдешь. Но как тогда выживать в таком опасном мире? На этот вопрос у него не было ответа.

– Раньше я жил в человеческом доме, за дровником, – похвастался он, прервав молчание. Потом дровник сгорел, и мне пришлось переехать сюда. И теперь я думаю, что мятные кусты – это лучшее место в деревне. Но я совсем забыл спросить как тебя зовут,– вдруг спохватился хомяк, подумав, что незнакомка наверняка сочла его невоспитанным, и улыбнулся птице щеками. Ему говорили что его улыбка щеками неотразима и за эту улыбку ему можно многое простить.

– Меня зовут Зорька, – ответила птица и тоже улыбнулась в ответ.

Разглядывая яркое пятно на ее груди, похожее на крошечное солнце, Пухлик подумал, что имя подходит птице идеально.

– Почему я раньше не видел тебя в мятных кустах? – спросил он, сделав

попытку пролезть в нору, но не смог – ему мешали щеки, набитые зерном. Привычка, – попытался объясниться Пухлик, разволновавшись. Он ужасно боялся что птица станет смеяться над его большими щеками, как другие звери. Но она не смеялась и поэтому ему хотелось доверять ей. Он смог пролезть в двери собственной норы только когда вытащил из щек все зерно, которое подобрал на ферме. И с сожалением подумал, что несправедливо заточён в неуклюжее тело хомяка, потому что по сравнению с птицей стал казаться себе толстым и неповоротливым.

– Ну вот и мой скромный дом. Добро пожаловать!– коротко пригласил он ее внутрь.

Птице было любопытно и она заглянула в хомячье жилище. Она разглядела дрова в камине, большой книжный шкаф с книгами и кухню с широким деревянным столом посередине. Кладовка же, которая, по всей видимости , была самым важным помещением в доме, уходила вниз длинным туннелем, извилистым как змея, и была аккуратно заставлена утварью на полках с разной едой – горохом, орехами, пшеницей. Из кладовки он достал кедровый орешек, разгрыз его и протянул лакомство гостье и она благодарно улыбнулась. Тут же налетели сизые голуби, приглядываясь, не удастся ли поживиться угощением, курлыкая Пухлику прямо в ухо. А ну – кыш! -разогнал он непрошенных гостей.

– Зачем тебе так много еды, если ты живешь один?– удивилась Зорька.

Пушистый зверь устало почесал пузо: – Это запасы на зиму. Когда похолодает, еды нигде не будет. И Пухлик покосился на еще зеленую кислую землянику, которая росла прямо в кустах: – А разве ты не делаешь запасов на зиму?

– Я и зиму никогда не видела,– призналась она. Мы – зарянки – птицы перелетные. Мы всегда там, где лето.

– Пе-ре-лет-ные? – почему-то по слогам переспросил он, как будто только что понял что-то важное.

– Несчастная птица!– воскликнул Пухлик и схватился за голову.

– Это почему же несчастная? – пришел черед удивляться ей.

– Ты еще спрашиваешь? Оглянись! Ты видела у фермера крепко сколоченную из досок конуру – это домик пятнистого пса. А вот шелковая паутина, что тянется от одного куста к другому – это домик паука. У муравьев есть муравейник, у пчел – улей, а у фермера – кирпичный дом. Даже слепой крот вырыл себе нору под землей, а виноградная улитка всегда носит свой домик с собой. Здесь у всех есть дом. А у тебя его нет. Вот почему. Ничто не сравнится с чувством когда ты возвращаешься домой! Уж такое это особое место.

– А ,кстати, как там в теплых странах? – вдруг с интересом спросил он и почесал нос, который всегда чесался от любопытства. Ему нравилось читать дедовские книги о путешествиях, но сам он нигде не был кроме мятных кустов.

– О дальних странах так сразу не расскажешь, – мечтательно улыбнулась зарянка. Тут они оба заметили бабочку, бившуюся о стеклянное окно голубыми крылышками. Зорька попыталась помочь, но как ни старалась поймать ее, ничего не выходило. Она была такая хрупкая, что птица боялась навредить, потому что вместо крепких и ловких лап, у нее были совсем неудобные для такого дела крылья из перьев.

– Не расстраивайся, каждому – свое, -успокаивал ее Пухлик, погладив по голове. А потом аккуратно поймал голубянку сачком и немедленно выпустил в окно. И бабочка сразу упорхнула. И они помахали ей на прощанье. Вот так и Пухлику хотелось полететь и посмотреть мир, но он понимал, что его дом здесь. И сегодня ему было хорошо в нем.

Когда наступил вечер и совсем стемнело, и над ними зашелестели черные мотыльки и глазастые филины загугукали так, что это было слышно во всей деревне, на небе зажглись белые звезды. Зорька долго,не отрываясь, смотрела на них. Но Пухлик предостерег: – Дед говорил, что звездная красота опасна! Только я не знаю почему?– испуганно шептал он, хотя ему и самому хотелось все время смотреть на звезды.

– Такова наша птичья природа,– объяснила она. Когда мы в небе, мы смотрим на землю. Но на земле наш взор всегда устремлен вверх.

Так они болтали весь вечер и никак не могли наговориться. Зарянка тараторила без умолку, рассказывая о дальних странах, где вечное лето. А Пухлик завороженно слушал и не мог поверить, что такое место где-то действительно существует. А потом она в свою очередь расспрашивала о том, что такое сугроб, как падает снег и как воет вьюга. И он отвечал с видом опытного знатока.

– Какая она – зима?– не унималась птица, зажмурившись, пытаясь представить себе зимний пейзаж.

– Как бы получше описать? Все вокруг становится белым как покрывало, и оно светится в темноте. А снежинки танцуют когда падают с неба.

– Неужели танцуют?– восторженно переспросила зарянка, и глаза ее загорелись от любопытства.

– Ну конечно! Он вскочил и принялся пританцовывать и кружиться, изображая танец снежинки.

– Ух ты! – искренне восхитилась птица и тоже бросилась в пляс. И они долго-долго вместе танцевали, воображая себя маленькими холодными снежинками. И поскольку вечер был лунный и светлый, Пухлик вспомнил, что в детстве думал, будто луна состоит из сыра и можно будет подобраться к ней и отломить кусочек, – и он улыбнулся, рассказывая о своем детском заблуждении новому другу.

– Нет там никакого сыра! – засмеялась птица, – и невидимый колокольчик снова поселился у Пухлика над головой, немного смутив его.

– Знаю, что нет. Зато на полную Луну можно загадать желание и тогда оно обязательно сбудется. Так говорил мой дед, – хитро прищурился хомяк. – Давай проверим?– предложил он спор и тут же загадал желание про себя. Он боялся, что если сказать его вслух, желание может не сбыться.

– Если можно загадать что угодно, я хотела бы увидеть зиму! – тут же без промедления озвучила свое желание птица, чем сильно развеселила Пухлика: он был уверен, что это невозможно. Потому что летом зимы не бывает!

Но тут внимание птицы привлекло нечто гораздо более загадочное – звуки леса. К своему стыду о лесных жителях Пухлик почти ничего не знал. Кроме того что там водятся волки и лисы.

– Слышишь? Кто-то поет. – настороженно вслушивалась она.

– Птицы поют эту песню каждое лето. Они оба прислушались к шуму, чтобы понять некоторые слова. И даже разобрали куплет:

– Я посажу семечко, из него вырастет дерево.

Дерево даст плоды, их соберу в подол и отнесу домой.

Чтобы накормить детей, я разрежу каждый плод пополам, и каждому поровну их раздам.

Из каждого плода выпадет новое семечко. И мои дети посадят новое дерево.

– О чем они поют? – спросила она.

– Они поют о том, что каждый обязан вывести потомство и продолжить свой род. И о том, как они похожи на своих предков. Их родители пели, поэтому они поют и их дети будут петь. И хотя они поют для себя, а не для нас, какое счастье слушать как они поют! -восхищенно вздохнул он.

Тогда может быть ты хочешь, чтобы я спела для тебя? Обычно зарянки встречают песней восход и провожают закат.

Пухлик заинтересованно кивнул головой и почесал от любопытства нос.

– Чай пить!– обычно кричит дрозд, пролетая над мятными кустами.

– Спать пора! – раздавалось издали и Пухлик знал что так поет перепел. Ку-ку! – бесцеремонно раздавалось где-то над головой. Это была кукушка. Но как поет зарянка он действительно не слышал никогда.

Взлетев, она удобно устроилась на ветке молодой рябины и запела. Хомяк снова замер. Уже второй раз за день. Это была самая красивая песня что он слышал и его черные глаза-бусинки сверкнули в темноте и увлажнились от слез. В этот миг все остальное потеряло для него значение. А невидимый колокольчик который, как ему казалось, сопровождал ее смех, зазвенел еще громче и настойчивее. Он навострил уши и услыхал как его сосед крот, услышав эту песню, от удивления перестал рыть свою нору. Но Пухлику это не понравилось. Ему хотелось, чтобы зарянка пела только для него одного – для Пухлика из мятных кустов. Голос зарянки был такой звонкий, что в сумерках казалось, что эту песню поет не красногрудая малышка, а сама птица счастья. Он испытал странный трепет. Печаль пронзила его душу. Более того, ему самому захотелось стать птицей и научиться летать: – Ах, если бы у него были крылья. Если бы! – думал он в темноте. Он не верил, что на свете бывает такая красота и такие песни.

– Никто не должен жить один, – пела зарянка. Никто! И в этот момент произошло странное – Пухлик почувствовал себя абсолютно счастливым, потому что перестал быть одиноким. Он жил на свете долго и считал себя опытным хомяком. И раньше уже ощущал страх перед будущим, боль от потери, сомнение в правильности выбора и удивлялся новому. Он испытывал отчаяние,муки совести и даже радость от того что снова видит солнце, но вот это чувство он испытал в первый раз в жизни. И не знал что с этим делать.Все мысли слились в одну – совсем скоро птица улетит и он больше не услышит ее волшебные песни. А значит больше никогда не будет счастлив как сейчас. Он не знал как ему жить дальше.


Глава 2. Мятные кусты.

– Лучше не думать о грустном, – сказал он сам себе, – лучше действовать, как учил его дед – старый карбыш, проживший долгую и счастливую жизнь, полную побед и приключений.

– Если хочешь увидеть как выглядит настоящая зима, оставайся у меня! – взволнованно предложил Пухлик. Теперь он осознал, что привязался к птице, потому что ему хотелось все время быть рядом.

– А разве ты не впадаешь зимой в спячку? – осторожно спросила его птица. Маленькой зарянке льстило внимание хомяка и его желание идти против своей природы. Никто из ее стаи не мог похвастаться такой высокой оценкой певческого дара.

– Ерунда! Я могу не спать, если мне не будет скучно, – самоуверенно заявил Пухлик, но почему-то громко зевнул.

– Хомяки могут все, если захотят.

– Кар! Ты не можешь остаться на зимовку, маленькая зарянка. Ты замерзнешь, когда серебряный снег начнет падать с неба, – закаркала седая ворона с дубовой ветки, подслушавшая их разговор. – Лучше улетай со своей стаей на юг!

Зарянка, услышав такие слова, опустила голову. Казалось, что каждое слово, сказанное вороной ложилось тяжестью на ее маленькие крылья. Он понял, что ей, в отличие от него, было важно, что говорят другие птицы. И ему страшно захотелось защитить ее, только он не знал как это сделать.

– Чтобы птица жила в хомячьей норе? Неслыханно! – закряхтел слепой крот, царапая землю, услышав воронье карканье. – Хорошо подумай, хомяк, не слишком ли ты самоуверен и хвастлив? У тебя в норе темно, холодно и сыро, а птицы не могут жить без света и тепла.

– Если захочу – все смогу! – упрямо зашипел Пухлик в ответ кроту. И стал утеплять нору. Сначала постелил на пол ковер из пушистого мха. Двери и потолки обшил шерстью и соломой. На речке раздобыл кусочек янтаря и вставил вместо окошка. Это чтобы зарянка могла смотреть сквозь него, если будет темно, потому что янтарь – это маленький кусочек солнца.

Пухлик проводил птицу до дома по тропинке через мятные кусты в еловую аллею, где гнездилась ее стая и вернулся домой.

Следующим утром он,как всегда, начал день, широко распахнув окошко норы, и не поверил своим глазам – в деревне выпал снег. Пухлику несложно было предугадать ночную грозу, если днем небо мутное, закат красного цвета и солнце скрывается за облаками. Но снег летом?Это невозможно предсказать.

Пухлик на всякий случай взглянул на календарь. Все правильно: лето, июнь месяц. Но ветер был совсем не летний, щекотал усы и даже стал подвывать: – Ууу!И хотя все еще пахло мокрой травой, воздух стал очень холодным.Через окно Пухлик увидел, что река, только начавшая замерзать, уже успела покрыться тончайшей коркой хрупкого льда. Мокрые хлопья снега падали и безжалостно липли к его мордочке. А когда он открыл двери настежь, увидел что рядом со входом в нору образовался настоящий снежный сугроб. Деревья же вокруг покачивали покрытыми инеем ветками, махали ему листьями словно множеством платочков, а ароматные сосновые лапки хвои в еловой аллее ходили ходуном и от этого казались живыми.

– Вот это чудеса природы! Кажется сбылось желание Зарянки, которое она загадала на полную Луну. Зима пришла летом! Может быть тогда и мое желание сбудется? – с надеждой подумал Пухлик, почесал от любопытства нос и ,почувствовав необычный запах, увидел как высоко над старой фермой поднимался дым от костра. Как потом выяснилось, это фермер пытался спасти свой урожай от заморозков. Над крышей его кирпичного дома из трубы поднимался серый дым и тут же, словно торопясь, растворялся в воздухе, уносимый порывистым ветром вдаль. Между тем снег покрыл мятные кусты, поле и даже черепичную крышу фермы – да и вообще все вокруг.

– Ты видел, все вокруг белое, даже небо! – радостно закричала зарянка, когда увидела Пухлика. Только почему так холодно? – удивилась птица, поежившись и, почувствовав что ее клюв замерзает, задрожала.

– Потому что зимой солнце светит, но не греет, – поучительно, с важным видом ответил хомяк, прислушиваясь как под озябшими лапками хрустит снег и одел на голову птице теплую шапку. Ему хотелось согреть ее.

– Ну раз такое дело и летом выпал снег, давай лепить снеговика? – предложил он, стараясь как всегда во всем искать положительную сторону.И они принялись катать шарики из снега около хомячьей норы. А поскольку снег был липкий, они довольно быстро справились с тремя снежными шарами, каждый из которых был меньше предыдущего. Кое-как слепив снеговика, они воткнули ему вместо носа рыжую морковку, одели вместо шляпы на голову ведерко и нашли свое создание вполне симпатичным.

– Здорово! – засмеялась она. Какой он славный мягкий и холодный.А что теперь?

– А теперь мы будем есть мороженое изо льда.

– А где мы его возьмем? – удивилась она.

– Мы приготовим его сами! И Пухлик заморозил молоко, добавил розовое варенье и лед, и получилось вкусное и сладкое мороженое.

– А теперь, мы будем праздновать новый год! – таинственно сказал Пухлик.

– Что это – “новый год”?– переспросила птица.

– Это такой зимний праздник, когда звери собираются в кругу семьи, наряжают елку, едят вкусную еду и дарят друг другу подарки! Они отмечают, что прожили еще один год.

Они нашли елку в аллее, водили около нее хоровод и пели новогодние песни. А потом Пухлик сказал: – У меня есть для тебя подарки! И вытащил из-за спины бусы из черемухи, гербарий из фиалки и маленькое тыквенное семечко в виде сердечка. Птице очень понравились подарки, особенно съедобные бусы.И весь оставшийся день они катались с ледяной горки на санках и на коньках и ловили снежинки. А потом Пухлик показал ей особенное место за деревней и они вместе встретили рассвет на вершине горы, на которой серебрилась снежная шапка.