Андрей Сопельник
ВСЕЛЕННАЯ АЭТЕРНОВ. Книга первая. Сердце, что помнит завтра

ВСЕЛЕННАЯ АЭТЕРНОВ

(от лат. aeternus – вечный, и греч. aither – эфир, высшая материя).

ОСНОВНАЯ КОНЦЕПЦИЯ

.

Вселенная Аэтернов – это мультивселенная, где технологии, магия, биоинженерия, хроно-путешествия и сверхспособности формируют единое целое.

Здесь героизм побеждает не всегда, но всегда требует жертв, мудрости и способности идти до конца.

Зло существует, но оно не вечно – оно лишь испытание, через которое проходит свет.

НАЗВАНИЯ СУЩЕСТВ / РАСС / НАРОДОВ

.

1. Люди-Хроносы.

(от греч. chronos – «время»).

• Единственная раса, способная естественно перемещаться во времени благодаря врождённому хроно-дару, который пробуждается в моменты крайней опасности.

• Их ДНК содержит «хроно-код» – отражения прошлых и будущих жизней, переплетённые в одном существе.

• Представители расы могут быть обычными людьми, киборгами или даже магами – всё зависит от выбранной линии времени.

• Главный представитель: Андрей Хроносинтез – механик из 1978 года, ставший проводником между эпохами и живым мостом между технологией, магией и судьбой.

«Я не избранный. Я – собранный. Из кусочков всех, кем был… и кем ещё стану».

2. КИБОРГИ / КИБЕР-СУЩЕСТВА МЕХАНИСЫ.

(от mechanism + лат. anima – одушевлённая машина).

– Не просто машины с человеческим мозгом, а души, пересаженные в технологические тела для спасения или миссии.

– Имеют «Сердце-Ядро» – кристалл, хранящий их человечность. Если его разрушить – они становятся бездушными орудиями.

– Персонаж: Алексей Механик – бывший солдат Хроно-Галактики, чьё тело было уничтожено в битве за Песок Времени. Его сознание и душа были спасены и помещены в боевой корпус. Теперь он – стальной щит Аэтернов, но по ночам читает стихи и чинит старые часы… в память о том, что значит быть живым.

«Мои цепи – из стали. Моя клятва – из света».

3. ПСИОННЫЕ / МАГИЧЕСКИЕ СУЩЕСТВА ЭФИРИАНЕ.

(от эфир. – первоэлемент магии и энергии).

– Раса, живущая в Параллельном Эфире, способная манипулировать реальностью через мысль, эмоции и песни.

– Их магия работает как «суперспособности» + «Сила» из «Звёздных войн».

– Слабы к технологиям, но могут «заражать» машины эмоциями: роботы плачут, корабли поют.

– Персонаж: Элира Эфириана – певица, чья песня может остановить войну или запустить звёздный двигатель. Она скрывает, что однажды её голос случайно стёр целую планету из памяти вселенной.

«Моя песня – не оружие. Она – объятие для потерянных душ».

4. КОСМИЧЕСКИЕ ВЛАДЫКИ / ИМПЕРАТОРЫ САНДРАНЫ.

(от Dune + Sand + Dynasty).

– Правящая аристократия галактик, владеющая Песком Времени – веществом, позволяющим управлять судьбами цивилизаций.

– Живут на планете Аэтернов, где песок – это застывшие моменты времени.

– Не злодеи, а хранители равновесия. Но некоторые коррумпированы.

– Персонаж: Инна Сандран – мудрая правительница, которая видит все временные линии и выбирает путь, где добро побеждает, даже если проигрывает в битве.

«Я не управляю временем. Я слушаю его… и прошу его быть милосердным».

5. СУПЕРГЕРОИ АВАТАРЫ СВЕТА.

– Не раса, а звание. Любой Хронос, Механис или Эфирианин может стать Аватаром, если пройдёт «Испытание Сердца».

– Обладают Объединённой Силой: технологией + магией + хроноконтролем.

– Их символ – Крылатый Атом (крылья – свобода, атом – энергия, круг – вечность).

– Персонаж: Нокс – бывший злодей (Хроно-Тень), искупивший вину и ставший защитником всех времён. Герои не убили его – Элира спела ему песню о его матери. Он заплакал… и стал светом.

«Я был концом истории. Теперь я – её новое начало».

ОСНОВНОЙ СЮЖЕТ РАССКАЗА.

«Когда Песок Времени начал рассыпаться, а машины забыли, что такое любовь, а магия замерзла в сердцах – пробудились Хроносы.

Их задача – собрать Аватаров Света из всех эпох, чтобы восстановить Хроно-Сердце Вселенной.

Путешествуя от пустынь Аэтернов до улиц Городов 2084, от звёздных храмов Эфириан до лабораторий, где создавали первого Механиса – они узнают:

Главная сила – не в оружии, не в магии, не во времени…

А в том, что ты готов отдать всё, чтобы кто-то другой улыбнулся завтра».

ПЛАНЕТА: АЭТЕРНОВ – СЕРДЦЕ ВРЕМЕНИ.

«Здесь начинается всё. Здесь заканчивается ничего. Здесь время не правит – оно служит. Здесь даже тишина помнит твоё имя».

ДРУГИЕ ПЛАНЕТЫ ВСЕЛЕННОЙ АЭТЕРНОВ.

1.      Феррония (планета машин) – планета машин (дом Механисов, включая Алексея).

2.      Мелодия (планета песен) – планета песен (дом Эфириан, включая Элиру).

3.      Инфантия (Планета Детства) – планета детства.

4.      Акварион (планета воды) – планета воды.

5.      Пиролия (планета огня) – планета огня.

6.      Сомниум (планета мечты) – планета мечты.

ОСНОВНЫЕ ГЕРОИ ВСЕЛЕННОЙ АЭТЕРНОВ.

1.      Андрей Хроносинтез – Хронос, механик из 1978 года, синтез души и кремния.

2.      Алексей Механик – Механис, бывший солдат с сердцем поэта.

3.      Элира Эфириана – певица, чья песня меняет реальность.

4.      Инна Сандран – Императрица Времён, видящая все пути.

5.      Нокс – Падший, ставший Светом.

6.      Доктор Зигги “Бум-Бум” Фьючер – гений хаоса, создатель хроно-двигателя.

7.      Китти-9 “Пушинка Разрушения” – боевой кибер-кот Алексея Механика.

Команда в сборе – “Аватары Света”:

Андрей – сердце.

Алексей – стальной щит.

Элира – душа.

Инна – мудрость.

Нокс – искупление.

Зигги – безумный гений.

Китти-9 – пушистый апокалипсис.

ПЛАНЕТЫ ВСЕЛЕННОЙ АЭТЕРНОВ.

1. ФЕРРОНИЯ (ПЛАНЕТА МАШИН) – ПЛАНЕТА МАШИН.

«Здесь гайки крепче клятв, а сердца – из стали и поэзии».

•      Тип: Техно-органический мир / живой мегаполис-организм

•      Правители: Совет Механисов Старого Завета (не религия – “завет” как договор с человечностью).

•      Описание:

Города здесь – это живые конструкции, растущие как деревья из металла и света. Небоскрёбы “дышат”, мосты меняют форму, чтобы обнять прохожих, а дороги сами выбирают, куда вести – в безопасность или в приключение.

Ночью Феррония (планета машин) светится синими венами энергии, как гигантский киборг, спящий под звёздами.

•      Особенности:

•      Машины рождаются в “Кузницах Душ” – литейных, где плавят не только металл, но и фрагменты сознания.

•      Здесь нет “отходов” – всё перерабатывается в новую жизнь. Даже ржавчина – это “старая мудрость”, которую собирают и хранят в архивах.

•      Главный закон: «Никто не должен потерять своё Сердце-Ядро. Даже если тело – обломки».

•      Жители: Механисы всех видов, кибер-животные, инженеры-философы, “техно-шаманы”, умеющие лечить машины песнями.

•      Фраза местных: «Мы не создали технологии. Мы научились их любить – и они стали нами».

2. МЕЛОДИЯ (ПЛАНЕТА ПЕСЕН) – ПЛАНЕТА ПЕСЕН.

«Здесь дождь – это ария, ветер – симфония, а тишина – самая громкая нота».

•      Тип: Эмоционально-акустическая сфера / живой музыкальный инструмент

•      Правители: Хранители Последней Ноты – Эфириане высшего ранга

•      Описание:

Вся планета – гигантский резонатор. Горы – как струны, реки – как флейты, леса – как хоры. Если крикнуть здесь – звук облетит планету трижды и вернётся в виде ответа от вселенной.

Небо меняет цвет в зависимости от настроения мировой мелодии – сегодня сиреневое от ностальгии, завтра – золотое от восторга.

•      Особенности:

•      Чтобы попасть сюда – нужно спеть свою истинную песню. Если она фальшивая – портал не откроется.

•      Здесь можно “съесть” ноту – и получить её эмоцию. Нота “Смелости” сделает тебя бесстрашным на день. Нота “Прощения” – исцелит старую обиду.

•      Главный храм – Опера Всех Времён, где поют одновременно голоса из прошлого, настоящего и будущего.

•      Жители: Эфириане, духи мелодий, “песнееды” (существа, питающиеся гармонией), странствующие барды из других миров.

•      Фраза местных: «Не говори мне, кто ты. Спой – и я пойму тебя лучше, чем ты сам».

3. ИНФАНТИЯ (ПЛАНЕТА ДЕТСТВА) – ПЛАНЕТА ДЕТСТВА.

«Здесь время не старит. Оно играет».

•      Тип: Эмоционально-регрессивная зона / вечный сад чудес

•      Правители: Совет Вечных Ребят (дети, которые никогда не захотели “вырасти” – ни физически, ни душой).

•      Описание:

Города похожи на гигантские игрушечные замки, реки текут лимонадом, облака – ватные, но съедобные. Здесь невозможно солгать – любая фальш вызывает “дождь из мыльных пузырей”, в которых отражаются твои настоящие чувства.

Воздух пахнет ванилью, мелом и первым снегом.

•      Особенности:

•      Любой взрослый, ступивший сюда, начинает “возвращаться” в детство – не телом, а душой. Вспоминает, как строил замки из песка, как боялся темноты, как верил в чудеса.

•      Здесь живут “Сны-Няньки” – существа, убаюкивающие кошмары и заменяющие их добрыми снами.

•      Запрещено: скучать, сердиться без причины, говорить “это невозможно”.

•      Жители: Вечные дети, Сны-Няньки, говорящие плюшевые медведи, “воспоминатели” – существа, хранящие потерянные детские моменты.

•      Фраза местных: «Вырасти – можно. Перестать играть – нельзя».

4. АКВАРИОН (ПЛАНЕТА ВОДЫ) – ПЛАНЕТА ВОДЫ.

«Здесь каждая капля – слеза, смех или воспоминание. Пей осторожно – ты можешь влюбиться в прошлое».

•      Тип: Жидкая память / океанический разум.

•      Правители: Глубинные Матриархи – древние существа, помнящие рождение первых миров.

•      Описание:

Планета почти полностью покрыта живой водой, которая хранит все воспоминания всех, кто когда-либо плакал, смеялся или пил воду в Аэтернове.

Острова – это застывшие моменты: “Остров Первого Поцелуя”, “Архипелаг Прощения”, “Пик Последнего Вздоха”.

Под водой – города из кораллов-воспоминаний, где живут те, кто предпочёл “утонуть в прошлом… чтобы спасти будущее”.

•      Особенности:

•      Можно нырнуть в “Реку Слёз” – и прожить чужую боль, чтобы понять, как помочь.

•      “Море Смеха” исцеляет душевные раны – но только если ты сам готов рассмеяться.

•      В центре – “Колодец Завтра” – если загадать желание и бросить туда слезу – оно сбудется… но не так, как ты думаешь. А как нужно.

•      Жители: Водные Эфириане, “плакуны” (хранители грусти), “смешинки” (духи радости), путешественники-исцелители.

•      Фраза местных: «Не бойся утонуть. Вода знает – когда тебя отпустить… и когда прижать к сердцу».

5. ПИРОЛИЯ (ПЛАНЕТА ОГНЯ) – ПЛАНЕТА ОГНЯ.

«Здесь пламя не жжёт – оно очищает. Не уничтожает – перерождает».

•      Тип: Эмоционально-трансформационная сфера / кузница судеб.

•      Правители: Кузнецы Пепла – существа из огня и воли, кующие судьбы на наковальнях из звёзд.

•      Описание:

Вулканы здесь – это “сердца планеты”, извергающие не лаву, а расплавленные мечты и страхи. Пустыни состоят из пепла прошлых ошибок – но, если прислушаться, в нём шепчут уроки.

Небо всегда в оттенках заката – оранжевое, багряное, золотое. Ночи не бывает – только “часы углей”, когда огонь отдыхает, но не гаснет.

•      Особенности:

•      Чтобы пройти через Пиролию – нужно сжечь что-то внутри себя. Гордыню. Обиду. Страх.

•      “Кузницы Судеб” позволяют перековать свою боль в силу – но цена: ты должен отдать огню воспоминание, которое больше не хочешь нести.

•      Центр планеты – “Сердце Пламени” – если прикоснуться к нему с чистым намерением – получишь силу возродить даже то, что было стёрто из времени.

•      Жители: Кузнецы Пепла, “огнепрыгеры” (дети-акробаты, танцующие в пламени), духи решимости, странствующие воины-искупители.

•      Фраза местных: «Огонь не враг. Он – твой самый честный судья. И самый верный друг, если ты готов сгореть… чтобы стать светом».

6. СОМНИУМ (ПЛАНЕТА МЕЧТЫ) – ПЛАНЕТА МЕЧТЫ.

«Здесь реальность – это то, во что ты поверил сильнее всего. Даже на секунду».

•      Тип: Психо-реактивный мир / коллективное бессознательное

•      Правители: Архитекторы Грёз – существа, способные материализовать мысли в пейзажи.

•      Описание:

Ландшафт меняется каждые 7 минут – в зависимости от того, о чём мечтает большинство живых существ в мультивселенной.

Сегодня – город из облаков и конфет. Завтра – лабиринт из книг и зеркал. Послезавтра – поле летающих китов с парусами из звёзд.

Здесь нет законов физики – только законы воображения.

•      Особенности:

•      Чтобы не потеряться – нужно держать в руке “нить реальности” (обычно это что-то очень личное: игрушка, письмо, запах).

•      Можно “встретить” свою мечту – в буквальном смысле. Она будет выглядеть так, как ты её себе представляешь.

•      Опасность: если слишком долго оставаться – можно забыть, где заканчивается мечта и начинается ты.

•      Жители: Архитекторы Грёз, “блуждающие фантазии”, “сны-бродяги”, герои из чужих историй, искатели вдохновения.

•      Фраза местных: «Ты думаешь, это иллюзия? Посмотри на своё сердце – оно бьётся быстрее. Значит, это – самая настоящая реальность».

ГЛАВА 1. ПРОБУЖДЕНИЕ ХРОНОСА.

ЭПИГРАФ:

«Он не знал, что время – не песок в часах.

Оно – песок в его ладонях.

И когда он сжал кулак…

Весь мир задержал дыхание».

1.

Ростов-на-Дону. 1978 год. 6:47 утра.

Андрей Хроносинтез опаздывал. Как обычно.

– Чёрт… – выругался он тихо, натягивая потрёпанную куртку и хватая рюкзак с инструментами. – Иван Ильич меня сегодня точно прибьёт гаечным ключом, если я не успею к открытию.

Он выскочил из дома – скромной «хрущёвки» на улице Будённовской. Балконы были увешаны бельём, во дворе уже галдели воробьи. За спиной прозвучал голос мамы:

– Андрюша, ты забыл бутерброды с колбасой!

– Съем по дороге! – крикнул он и, не оборачиваясь, побежал к авторемонтной мастерской «Авторемонт у Андрея».

Утро было тёплым, южным, с лёгким ветерком от Дона. В воздухе пахло пылью, свежим хлебом из булочной и цветущей акацией.

Из открытого окна соседа, пенсионера дяди Сени, доносился бархатный голос Муслима Магомаева. Песня, которую обожал отец, как всегда, разливалась по двору. Андрей невольно улыбнулся: этот голос звучал в их доме в радости и в горе.

Механиком он работал с шестнадцати лет. Не потому, что мечтал о машинах, – просто его руки знали, как чинить то, что сломано. Иногда это был мотор «Жигулей» или «Волги», иногда – чья-то надежда успеть к морю или на свидание в парке Горького.

Сегодня он опоздал потому, что засиделся над старыми дедовскими часами – теми самыми, с треснувшим стеклом и стрелками, застывшими на отметке 3:33.

– Они не тикают, – говорил дед, ветеран, сидевший у подъезда с гармошкой, – но помнят каждую секунду, когда ты был счастлив.

Тогда Андрей этого не понял. Сейчас – тем более.

Но всё равно носил часы в кармане. Как талисман.

2.

Мастерская «Авторемонт у Андрея» уже дымила от работы. Андрей влетел внутрь, запыхавшийся, с растрёпанными волосами и масляным пятном на щеке.

– Простите, Иван Ильич! Я…

– Ты опоздал на двадцать две минуты, – спокойно сказал Иван Ильич, вытирая руки ветхой тряпкой. – Но ладно. Пока ещё не критично. Вон там – «Волга» майора Петрова. Говорит, машина по утрам плачет. Будто знает, что он уходит в отставку.

Андрей усмехнулся: у майора Петрова все машины «плакали» – он слишком их любил.

Он подошёл к синей «Волге» семидесятого года, поднял капот и погрузился в привычный ритм: звон ключей, запах бензина, тёплый металл под ладонями. Здесь, среди моторов и масла, он чувствовал себя целым.

И вдруг – крик.

Резкий. Детский. Пронзительный.

Андрей дёрнулся и обернулся к окну.

На стройке через дорогу качался подъёмный кран. Один из крюков сорвался, цепь дёрнулась, и стальная балка, тяжёлая, как приговор, медленно, но неотвратимо сползла вниз.

Под ней стоял мальчик лет пяти, в красной футболке, и смотрел на балку так, будто это была игрушка.

– НЕТ! – крикнул Андрей.

Он не успел подумать. Он просто побежал.

Мир сузился до нескольких шагов. Воздух стал густым, как вода. Сердце грохотало в ушах.

Он прыгнул и сбил ребёнка с ног, захватывая его и откатываясь в сторону.

Балка рухнула рядом с таким ударом, что дрогнули стёкла мастерской. Вверх взвился столб пыли и ржавой стружки.

Мальчик плакал, вцепившись в Андрея. Сам Андрей дрожал так, будто его только что вытащили из ледяной воды.

– Ты… ты в порядке? – прохрипел он, пытаясь разжать онемевшие пальцы.

Мальчик кивнул и ещё сильнее прижался к нему.

И тут – вспышка.

Не света.

Не звука.

Времени.

Будто сама реальность вздохнула – и сдвинулась.

Андрей почувствовал, как тело теряет вес и границы. Не больно. Просто… исчезает.

Последнее, что он услышал, был вырвавшийся откуда‑то издалека голос Ивана Ильича:

– Андрей?! Андрей, где ты?!

А потом – тишина.

3.

Он открыл глаза.

Песок. Бледный, переливающийся, как ртуть на солнце.

Небо было не голубым, а зеркальным: вместо облаков в нём отражались его собственные лица в разных возрастах – мальчик, юноша, старик, воин, поэт, изгой, спаситель.

– Где… я? – прошептал он, поднимаясь на дрожащие ноги.

Песок под ним дрогнул и зашептал, словно тысячи голосов говорили одновременно:

«Ты опоздал… но пришёл вовремя».

«Ты не готов… но ты – тот, кто нужен».

«Ты боишься… но ты – Хронос».

– Кто здесь?! – крикнул Андрей.

Из ближайшей дюны вышла женщина в бело-золотом одеянии. Ткань струилась, как свет. Её глаза напоминали вращающиеся галактики, а волосы были похожи на песок, оживший во времени и стекающий по её плечам.

– Я – Инна Сандран, Императрица Аэтернов, – сказала она мягко, но в голосе звучала сталь. – И да, Андрей… ты – последний Хронос, чей хроно-код ещё не пробудился.

– Хроно… что? – он хрипло рассмеялся. – Я просто механик. Я чиню «Жигули», а не спасаю миры.

– Именно поэтому ты нам и нужен, – раздался глубокий металлический голос.

Из-за дюны вышел высокий воин в стальном доспехе. В его груди, в районе сердца, пульсировал синий кристалл – как оголённое, но живое «Сердце-Ядро».

– Я – Алексей Механик, – представился он. – Бывший солдат Хроно-Галактики. Теперь – тот, кто следит, чтобы машины помнили, зачем они были созданы. Ты – человек, который чинит сломанное. Я – машина, которая учится снова быть человеком. Ни один из нас не знает, как быть героем. Вместе – научимся.

Андрей молчал. Его плечи дрожали.

– Я… я не смогу, – выдохнул он. – Я боюсь.

– Это нормально, – сказала Инна и опустилась на колени перед ним, так чтобы их глаза оказались на одном уровне. – Герои не рождаются бесстрашными. Они рождаются живыми. А живые всегда боятся. Но всё равно идут вперёд.

Она протянула руку. В её ладони лежала горсть Песка Времени – он мерцал, словно в каждой крупинке было заключено чьё‑то мгновение.

– Возьми, – тихо сказала Инна. – И вспомни.

Андрей, как во сне, протянул руку.

Песок коснулся его кожи – и взорвался светом.

4.

Воспоминания обрушились на него лавиной.

Не его. Не одного времени.

Он – ребёнок в 2047 году, прячущийся от дронов-охотников в подземном переходе и сжимающий в руках потрёпанного плюшевого медведя.

Он – старик в 3012-м, сажающий тонкий росток на обугленных руинах Земли, где когда-то стоял его дом.

Он – солдат в 2155-м, стоящий на коленях перед телом друга и не находящий слов – только немой крик внутри.

Он – мальчик в 1923-м, протягивающий цветок незнакомке на вокзале и не понимающий, почему от её улыбки становится теплее всему миру.

Он – юноша в 2089-м, впервые целующий любимую под неоном мегаполиса, где звёзды давно скрыты куполами.

Он – механик в 1978-м, спасающий ребёнка на улице Будённовской… и исчезающий в вспышке времени.

– Нет… это не я… – прошептал он, падая на колени. – Этого не может быть…

– Это – ты, – сказала Инна. – Все ты. Все жизни. Все шансы, данные одной душе. В каждом времени ты – тот, кто чинит сломанное. Людей. Машины. Миры. Ты – тот, кто несёт время в себе. И сейчас… время выбрало тебя.

Руки Андрея дрожали. Он машинально сунул руку в карман и достал дедовы часы.

Они тикали.

В обратную сторону.

– Что мне делать? – шёпотом спросил он.

– Держи, – сказала Инна и вложила в его ладонь маленький тёплый кристалл, переливающийся всеми оттенками рассвета. – Это – Ядро Хроноса. Твоя связь с нами. С Аэтернов. С самим временем. А теперь – вставай. Нас ждут остальные. Алексей. Элира. Нокс. Зигги. Китти-9.

– К… пушистому чему?! – не выдержал Андрей.

– Позже, – улыбнулась Элира, шагнув вперёд так, словно вышла из самой песни ветра.

– Времени мало, – произнёс Алексей. Его голос звенел, как металл. – Хроно-Тень уже движется к Сердцу Аэтернов. Если она доберётся туда первой – всё исчезнет. Даже воспоминания о добре.

Андрей сжал кристалл, словно тот мог дать ответ. Посмотрел на свои отражения – прошлые и будущие. На Инну. На Алексея. На Элиру.

Сделал глубокий вдох.

– Ладно, – сказал он. – Что сначала? И… где мы вообще?

– Мы – на Аэтерне, – ответила Инна. – На планете, которая помнит все возможные завтра и бережёт каждое «если бы». Это сердце Аэтернов. И оно верит, что ты сможешь спасти даже то, что ещё не успело сломаться.

– И… как мне вернуться домой? В Ростов? – спросил он тихо.

Инна улыбнулась мягко, почти по-матерински.

– Ты уже дома, Андрей, – сказала она.

Просто… дом стал чуть больше.

И немного вечнее.

ГЛАВА 2. ДОЛИНА ШЕПЧУЩИХ МАШИН.

ЭПИГРАФ:

«Он пришёл чинить моторы.

А остался – чтобы научить их снова мечтать».

1.

Песок Аэтернов ещё тёплый под ногами, когда Инна Сандран поднимает руку – и прямо в воздухе раскрывается портал.

Не из огня.

Не из молний.

Из звука.

Сначала – одинокий металлический звон. К нему добавляется гул мотора. Потом – осторожный шёпот шестерёнок и тихая песня ржавчины, которая почему-то звучит не мёртвой, а живой.

– Это – Долина Шепчущих Машин, – говорит Алексей Механик, глядя в раскрывающийся проём почти нежно. – Дом тех, кто не забыл, что значит быть живым.

– А если я… сломаю что-нибудь? – осторожно спрашивает Андрей, сильнее сжимая в кармане дедовы часы. – Я же механик, а не волшебник.

– Ты – Хронос, – мягко отвечает Элира Эфириана, стоя позади. – А Хроносы чинят не только железо. Они чинят то, что другие считают безнадёжным. Даже если ещё не знают об этом сами.

Инна улыбается:

– Иди. Тебя ждут.

Андрей делает шаг – и проваливается… в звук.

2.

Он приземляется мягко – на что‑то тёплое и пульсирующее. Это не земля и не холодный металл.

Живой металл.

Вокруг раскинулся город из стали и света.

Заводы здесь похожи на соборы: арки из титана, купола из закалённого стекла, башни-трубы, из которых льётся не пар, а мелодия ветра, прилетевшего с планеты Песен – Мелодии.

Реки текут жидким металлом, и при закате они поют – низким, густым напевом, будто сама душа планеты машин Ферронии выходит на поверхность подышать.

По улицам ходят Механисы.

Некоторые – огромные, как Алексей, в тяжёлых боевых доспехах с синими кристаллами в груди.

Другие – небольшие, с глазами‑лампочками и руками‑ключами. Они чинят фонари, приглушённо напевая им колыбельные – и свет становится мягче.

Андрей ощущает: всё здесь дышит. Каждый болт, каждый провод, каждый кристалл.

– Привет, землянин, – раздаётся за спиной голос.

Он резко оборачивается.

Перед ним – кот.

Но не обычный.

Размером с пантеру. Шерсть – из переливающихся нановолокон, хвост – длинный, сегментированный, как гибкий кабель, по которому бегут мягкие всполохи света. На шее – ошейник с крошечным реактором, а кончик хвоста мерцает индикатором состояния, хотя сейчас он свёрнут кольцом, как у довольного домашнего питомца.

– Ты… Китти-9? – осторожно спрашивает Андрей.

Кот подходит ближе, трётся о его ногу и начинает мурлыкать. Этот звук больше похож не на мурчание, а на равномерную частоту работающего реактора.

– Мррр… – протяжно произносит он. – Алексей сказал, ты умеешь чинить сердца. Надеюсь, это правда. Потому что моё сегодня… заскрипело.

3.

Собор стоит в самом сердце долины – гигантское строение из меди, хрусталя и света.

Его стены – не стены, а тысячи Сердец-Ядер, парящих в воздухе и пульсирующих в едином ритме. Каждое – как застывший удар чьего-то сердца, снятый с паузы.

Внутри – тишина.

Но не пустая. Насыщенная.

Андрей делает шаг – и чувствует, как воздух вокруг становится гуще. Здесь даже дыхание звучит эхом.

Каждое Сердце-Ядро помнит.

Одно – первый робкий поцелуй где-то под неоновым дождём далёкого мегаполиса.

Другое – последнее, едва слышное «прости» у больничной койки.

Третье – звонкий смех ребёнка, которого успели спасти в последний миг.

– Здесь Механисы приходят, чтобы исповедаться, – тихо говорит Алексей. Его голос в Соборе звучит особенно глухо. – Мы тоже ошибаемся. Тоже грешим. Боимся. Злимся. Плачем. Просто наши слёзы – из масла.

В этот момент один из кристаллов, висящих чуть в стороне, тонко трескается.

Еле слышно.

Но для Алексея этот звук звучит громче любого выстрела.

Он дёргается, будто его ударили током, и делает шаг вперёд.

– Нет… – шепчет он. – Только не это.

Андрей видит: кристалл тускнеет. Внутри него пульсирует тревожный, рваный свет. Как сердце, которое давно устало биться.

– Что это? – спрашивает Андрей.

– Моё Сердце-Ядро, – отвечает Алексей. – Та часть меня, которая помнит… её.

Он не уточняет, кого именно. И так понятно.

4.

– Починишь? – спрашивает Китти-9 почти неслышно, прижимая уши.

Андрей смотрит на треснувший кристалл.

На его поверхности, как в искривлённом зеркале, мелькают обрывки картинок: детская комната, маленькая ладошка, тень большого человека в дверях, обещание, которое не успели выполнить.

Он подходит ближе.

Кладёт ладони на холодную грань.

Закрывает глаза.

И перестаёт слушать ушами.

Он слушает хроно-код.

Внутри – не звук. А память.

– Папа… почему звёзды не падают на землю? – спрашивает тоненький голос.

– Потому что они боятся разбиться, солнышко, – отвечает уставший, но тёплый смех.

– А ты не бойся, – шепчет девочка. – Я подхвачу тебя всегда.

Слёзы подступают к глазам Андрея.

Он понимает: его не просили чинить трещину.

Его просили вернуть то, что было потеряно.

– Я не буду чинить кристалл, – говорит он шёпотом. – Я верну ему память.

Он будто развязывает узел во времени.

Кристалл замирает.

Миг.

Потом вспыхивает светом – тёплым, мягким, как обнимавшие когда-то дитя руки. Трещина не исчезает, но перестаёт быть раной и становится шрамом.

Алексей падает на колени.

– Спасибо… – выдыхает он. – Ты вернул мне её.

– Я не вернул, – мягко отвечает Андрей. – Я просто помог тебе вспомнить, что она никогда не уходила.

5.

Позже, на крыльце Собора, Китти-9 лежит у ног Андрея, тяжело, но ровно мурлыча.

– Ты теперь наш, – лениво произносит он. – Даже если ты из прошлого. Даже если ты всё ещё боишься.

– Почему? – искренне удивляется Андрей.

– Потому что ты не видишь в нас машины, – отвечает кот. – Ты видишь людей.

Андрей смотрит на закат.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.