# Жизнь в Стае

Сергей Анатольевич Сенько

«Жизнь в стае» – книга о том, как сохранять внутреннюю устойчивость, силу и ясность в мире, где каждый из нас сталкивается со стрессом, неопределённостью и высоким давлением.

Автор исследует модели поведения волков, косаток, одиночных хищников и человеческих групп, чтобы показать: психика работает по тем же законам, что и стая.

Где-то нам нужна воля. Где-то – связь. Где-то – опора.

И только их сочетание даёт человеку настоящую устойчивость.

Это не учебник и не мотивация.

Это разговор о силе, которая появляется там, где есть честность с собой, умение держать ритм, поддерживать своих и не разрушать себя в одиночестве.

Для мужчин, которые держатся из последних сил.

Для женщин, которые несут связь и держат систему.

Для всех, кто хочет жить так, чтобы не быть врагом себе и своей стае.

## ПРОЛОГ

––

Посвящается:

Марии Костевне Сербин – учительнице словесности, научившей меня видеть даже самые тяжёлые ситуации через чувство юмора и давшей понимание, что быть хищником – тоже нормально.

Сергею Моисеенко – другу, который понимал бессловесный язык животных и всегда приходил на помощь тогда, когда это было по-настоящему нужно.

––

Ты держишь в руках не психологию, не эзотерику и не учебник по управлению коллективом.

Это больше похоже на полевую инструкцию по выживанию. Для человека, который живёт в условиях стаи – семьи, бригады, отдела, экипажа, команды, гаражной артели, волонтёрского круга – и каждый день вынужден держаться.

Эта книга – для тех, кто большую часть жизни проводит в борьбе. Не в позе красивого бойца на плакате, а в состоянии «надо ещё день протянуть – и чтобы никто не развалился».

Для тех, кто слышал слишком много слов «будь сильным» и слишком мало слов «я тут рядом».

У животных есть правило, и оно настолько простое, что даже грустно, насколько мы часто его забываем: стая живёт дольше, чем одиночка.

Волк-одиночка может быть ярким, свободным, красивым. Но редко – долгоживущим.


Косатка, потерявшая стаю, часто дезориентируется и погибает, даже если она физически здорова.


Стая – это не просто «вместе». Это – распределённая нервная система. Это поле взаимной стабилизации.

То же с человеком. Нам очень удобно фантазировать про «я сам справлюсь», «никого не надо», «все предатели», «мне никто не нужен». Звучит сильно. На деле – смертельно.

И наоборот: мы научились стыдиться того, что нам нужна помощь.

Поэтому эта книга не будет говорить «будь сильным».


Она будет говорить: «будь живым настолько, насколько сейчас можешь. Этого достаточно, чтобы тебя услышали свои».

В ней есть шутки, стихи, наблюдения за волками и косатками, работающая мужская психология без инфантильного сахарного сиропа и без издевательства «ну чё ты как маленький, соберись».

Здесь есть то, что обычно мужчины обсуждают только с человеком, которому доверяют настолько, что не страшно молчать рядом.

И ещё: в этой книге юмор – это не украшение. Это реальный инструмент выживания психики в состоянии перегруза. Всерьёз.

Потому что иногда единственное, что удерживает тебя от самоуничтожения – это способность увидеть абсурд происходящего и хмыкнуть, не озверев окончательно.

Эта книга написана так, чтобы любой читатель-мужчина мог узнать себя хотя бы в одном состоянии.


Если это случилось – значит, ты не один. А когда ты не один – тебя уже не так просто сломать.

Дальше пойдём по слоям.

От боли → к осознанию → к выбору → к стае → к устойчивости → к смыслу.

Каждая глава – это кусок этой траектории. В конце каждой главы будет небольшой научный комментарий по шкале уровней сознания Хокинса (упрощенно)

Д.Хокинс показал, что эмоциональные состояния человека

формируют градиент от разрушения к созиданию.

В основе – переходы:

Апатия → страх → гнев → гордость→ смелость → готовность → принятие → единство

В этой книге мы рассматриваем как отдельные члены стаи и стая в целом

перемещаются по этим уровням.

Так же мы даем комментарии по ТИУС – Теории Информационной Устойчивости Сознания (упрощенно)

Сознание человека стремится к состоянию внутренней связности и баланса

между тремя первичными импульсами:

– Воля – движение вперёд

– Опора – устойчивость

– Связь – связь с другими

Каждая глава книги показывает, как эти три импульса проявляются

в поведении животных и людей.


И да, начнём с боли.

––

## ГЛАВА 1. ВОЛК В КАПКАНЕ

Красный уровень – страх, безысходность, «сделать хоть что-нибудь, лишь бы перестало болеть»

––

– Волк попал в капкан.

Лежит, воет. Вспомнил: «Говорили – надо отгрызть лапу».

Отгрыз. Не ту.

Сидит, смотрит: «Вот теперь точно пропал».

На первый взгляд – анекдот. Мы смеёмся.


Но если не моргать пару секунд после смеха, становится как-то неуютно. Потому что это про нас.

Момент боли выключает стратегическое мышление.

Когда больно – физически, эмоционально, морально – психика сужает мир до одного сигнала: «прекрати это сейчас».

Не «разреши ситуацию», не «сделай лучше в будущем», а именно «любой ценой СЕЙЧАС останови боль».

Это биология. Это не «твой характер слабый». Это реакция выживания.

Волк в капкане не думает тактикой. Он думает прекращением боли. Поэтому он отгрызает лапу. Иногда не ту.

Человек в капитальном внутреннем капкане действует так же.

Уходит с работы в никуда.

Срывается на самых близких.

Заливает себя алкоголем «чтобы не думать».

Рвёт отношения, которые его ещё кормили, потому что «я не могу так больше».

Бросает «да пошло оно всё», хотя это «всё» – его единственный сейчас ресурс.

Он отгрызает не ту лапу.

Почему мы так делаем?


Потому что боль воспринимается как угроза жизни.


И любое облегчение воспринимается мозгом как «спасся». Даже если через час будет хуже.

То есть мы радуемся не улучшению положения, а снижению мгновенного напряжения.


Это и есть ловушка.

Именно так люди сами себя ломают, при этом искренне думая «я просто не выдержал».

Важно: ты не слабый. Ты в капкане.

Это две большие разницы.

Теперь – вторая часть этой главы. Самый тихий кусок.


Стихотворение про перекати-поле

Всё равно мне, холодно, убого,

Я колючек спутанный клубок,

Перекати-полем в неизвестность

Ветер гонит. Как я одинок!


Страшно мне, и всё равно что будет,

Тошно мне, и некому подать

Руку помощи, и все меня осудят,

Если я решусь кого-нибудь позвать.


Или вечность мне вот так кататься

И колоть всех безразличием своим,

Или искры поиском заняться —

Сжечь сухое и жить днём одним.


Это голос волка в капкане изнутри головы. Это то, что мужчина редко вслух говорит.

Что здесь происходит?

«Я один, мне никто не поможет».

«Да даже если попрошу – меня осудят».

«Либо я навсегда превращусь в перекати-поле, либо попробую зажечься хоть на один день и сгореть, но живым».

Это состояние «я в ловушке, я не верю никому, я уже почти безразличен».


На языке психики – оборонительное онемение.

Важная вещь.

Такое онемение – не слабость.


Это биологическая попытка выжить, когда боль слишком сильная. Психика глушит каналы, чтобы ты не взорвался изнутри.

То есть вот это «мне всё равно» – часто не холод.

А перегрев.

Как выбраться, не отгрызя себе всё подряд?

Вот что реально работает.


Шаг 1. Замри, но не вырубайся.

Это звучит банально, но это точка спасения.

Не рви лапу. Не принимай решений.

Просто перестань дёргаться.


В буквальном смысле: сядь. Дыши. Почувствуй тело.

У волка это выглядит так же: перестать дёргаться в капкане = перестать рвать мышцы и терять кровь.

Шаг 2. Назови, что именно болит.

Не «вся жизнь пошла по…», а конкретно:

– стыд;

– страх потери статуса;

– страх быть ненужным;

– одиночество;

– унижение.

Назвать боль – это вытащить себя из неё на одну ступеньку.


Не прожить, не исцелить – просто хоть на 3 сантиметра вытащить голову.

Пока боль безымянная – она рулит твоим поведением.


Как только она названа – рулить начинаешь ты.

Шаг 3. Не делай необратимых движений первые сутки.

Вообще.

То есть не увольняйся, не рушь отношения, не лезь в драку, не сжигай все мосты.

Даже если тебе кажется «дальше уже нечего терять» – это ложь боли. Верить ей нельзя.

Сам факт, что ты отложил радикальное действие на 24 часа, – это уже выход с уровня «животное в капкане» на уровень «наблюдатель». Это уже шаг вверх по шкале внутренней устойчивости. Это уже мужество.

Шаг 4. Если никто не помог и шансов нет – отгрызай лапу, но именно ту, которая болит.

И последняя вещь в этой главе.

Волк в капкане – не «жалкая жертва».


Он всё ещё волк.

Просто сейчас больнее, чем он может вынести, не навредив себе.

То же и с тобой.


Ты не сломался.


Ты в перегрузе.

И это лечится.


Комментарий по Д. Хокинсу: это точка, где человек находится в зоне страха/отчаяния и впервые делает шаг в сторону честности с собой. Честность – это начало мужественности. Это первый сдвиг вверх.

По ТИУС : резкий рост «вектора боли» перекрывает адекватный управляемый вектор поведения. Первая задача системы – не действие, а восстановление наблюдателя в системе. То есть не «сделать», а «увидеть».

––


## ГЛАВА 2. ПСИХОЛОГИЯ ПЕРЕКАТИ-ПОЛЯ

Оранжевый уровень – апатия, онемение, отрыв от корней, попытка не чувствовать, чтобы не умереть

––

Состояние «мне всё равно» – одно из самых страшных и самых жизнеспасающих одновременно.

Смотри стих ещё раз полностью, теперь медленно:


Всё равно мне, холодно, убого,

Я колючек спутанный клубок,

Перекати-полем в неизвестность

Ветер гонит. Как я одинок!


Страшно мне, и всё равно что будет,

Тошно мне, и некому подать

Руку помощи, и все меня осудят,

Если я решусь кого-нибудь позвать.


Или вечность мне вот так кататься

И колоть всех безразличием своим,

Или искры поиском заняться,

Сжечь сухое и жить днём одним.


Перекати-поле – это растение, которое в засуху отрывает собственные корни и даёт ветру унести себя. По дороге оно разбрасывает семена. Это выглядит как гибель, но биологически это стратегия выживания вида.

Перекати-поле не выбирает «куда», его несёт среда. При этом у него уже нет точки опоры. Оно на хрупкой грани: его сила – в мобильности, его слабость – в том, что оно больше ни к чему не привязано.


Человек в состоянии «перекати-поле» живёт примерно так:

– Я не чувствую ничего.

– Я наполовину выгорел.

– Я уже не верю, что можно на кого-то опереться.

– Меня несёт по инерции, я сам не рулю.

– И да, если подойти ко мне близко – я уколю. Безразличием, язвительностью, холодом.


Это не «я плохой». Это «я выживаю на аварийном питании».

Почему это важно понять:

Потому что нельзя требовать в этот момент от себя «будь нормальным», «улыбнись», «подумай о хорошем».

Потому что нельзя позволить себе оставаться в таком состоянии слишком долго – у него есть цена: ты теряешь корни.

Корни – это связи. Это те люди, от которых ты можешь услышать не «ну ты держись», а «я с тобой» (и точка).


Корни – это внутренние убеждения, ради чего ты вообще живёшь.


Корни – это твой ритм: сон, еда, тело, дыхание.

Состояние «меня несёт» всегда временное. Оно или перерастает в новое укоренение – или заканчивается разрушением.

Что помогает не превратиться в сухой шар, который крутит любой ветер:

1. Признать, что ты сейчас – перекати-поле.

Без стыда. Без «как же так я докатился».

Ты не слабый. Ты в состоянии энергосбережения.

2. Не обесценивать оставшиеся корни.

Даже если это один человек, с которым ты можешь просто молча рядом посидеть.

Даже если это место – одна точка, куда ты можешь прийти и не быть настороже.

Это жизненно важно.


Если корней ноль – тебя сдует окончательно.

Если корень хотя бы один – можно пустить росток снова.

Практика «карта корней»:

Нарисуй круг. Это ты.

От него – линии к тому, что тебя держит в реальности.

Это может быть человек. Это может быть место. Это может быть даже конкретный ритуал («утренний чай без разговоров»).

Тебе не нужно 20 линий. Достаточно одной-двух.

Если ты можешь нарисовать хотя бы одну связь – ты не один.


Это не поэзия, это биология стабильности нервной системы.


3. Не путать заморозку с просветлением.

Состояние «мне всё равно, я ни к чему не привязан, я никого не боюсь» может казаться силой. На самом деле это чаще всего обесточивание эмоциональной системы.

Это не «мне всё равно».

Это «мне так больно, что я отключил проводку».

Если оставить так – она потом не включится обратно даже там, где безопасно.

То есть да: это защитно. Это выживает. Это даже красиво звучит.

Но это – не конечная форма жизни.

4. Искра.

Последние строки стиха – ключевые:

Или искры поиском заняться,

Сжечь сухое и жить днём одним.

Человек в этом состоянии часто делает выбор «я проживу хотя бы один день живым, даже если потом сгорю».


Иногда это выглядит как безумный поступок.

А иногда – как проблеск настоящей жизни.

Важно вот что: эта искра – не про «радость». Это про «вернуть себе ощущение живого Я хотя бы на сегодня».


Это почва для следующей главы.

Переход по Хокинсу: с уровня апатии («я пустой») к скорби («мне больно, и я это признаю»). Скорбь – это уже движение. В апатии движения нет. В скорби оно появляется.

По ТИУС: сознание временно теряет устойчивые связи с полем и уходит в минимальную конфигурацию энергосохранения. Задача системы – восстановить хотя бы одну линию обратной связи («я не исчез»), чтобы начать реукоренение.

––

## ГЛАВА 3. ГОЛОДНЫЙ ПЁС

Жёлтый уровень – ненасытность, жажда немедленного облегчения, поиск «чем бы забить пустоту», зарождение ответственности

––

Стих целиком:


Хэх..

Чем ещё набить свою утробу,

То, что съел, мне всё ж не помогло.

Может посмотреть мне на дорогу,

Что идёт от дома моего?


Может, что-то есть, что вдруг утешит

Весь тот голод, что я накопил?

Может, выпить мне спиртной напиток,

Чтобы стресс и страх мой утолил?


Выбор есть везде вот так метаться,

Потребляя то, что придёт само,

Иль просить зерно подать для счастья —

Не сожрать, а вырастить его.


Это другая фаза.

Если перекати-поле – это почти мёртвое состояние, когда нет сил ни на что,

то «голодный пёс» – это уже движение.

Но движение хаотичное, ненасытное, без меры.

Что говорит этот голос?

– Я ненасытен.

– Всё, что я съел, не помогло.

– Я не могу остановиться.

– Я хочу заткнуть страх.

Это состояние, когда человек глотает всё подряд: еду, алкоголь, новости, секс, признание, лайки, роли «я крутой», «я мессия», «я страдалец»… и не насыщается.

Почему не насыщается?

Потому что это не еда. Это затычка.

Похожий эффект у собак, которые выросли без стабильной стаи: они могут есть до рвоты, потому что тело не верит, что еда будет завтра. Такое поведение не жадное – это паника.

То же самое в психике мужчины, который испытывает хронический внутренний голод: голод уважения, тепла, влияния, безопасности.

Он жрёт. Но не питается.

Стих меняется на последних строках. И это очень важно.

Иль просить зерно подать для счастья —

Не сжрать, а вырастить его.

Вот здесь впервые появляется ответственность.

Не «дай мне», а «дай мне семя, и я вырасту сам».

Это момент очень тонкий. Это не «просвещение» и не «духовность».


Это рождение взрослого.

До этого – сплошная реакция: заглушить боль.


С этого момента – первое осознанное действие: создать источник питания, а не сожрать источник питания.

Дальше – практическая часть.

Эвристика №1. «Я ем семена или сажаю семена?»

Каждый раз, когда ты тянешься к «сейчас сниму стресс», спроси себя:

– Это то, что исчезнет, оставив пустоту?

– Или то, что даст плод и восстановит меня (и, возможно, других) через время?

Примеры:

– Выпить вечером до отключки = съесть семя.

– Поговорить честно и без агрессии с близким = посадить семя.

– Сказать: «Мне плохо, я не справляюсь, мне нужно просто рядом посидеть» = посадить семя.

(даже если это звучит непривычно или «слабо» – это наоборот сильная форма внятного запроса)

Эвристика №2. Не путай снятие симптома с решением проблемы.

В голоде очень легко спутать: «мне стало полегче» с «мне стало лучше».

Полегче – это «я перестал чувствовать боль на 20 минут».

Лучше – это «я стал жить как человек, а не как чёрная дыра в поисках очередной дозы».

Эвристика №3. Не стыдись своего голода.

Голод – это маркер ЖИЗНИ, а не испорченности.

Страшно не то, что голод есть, а то, что он управляет всем остальным.

Когда ты говоришь себе «да, я жру потому что мне страшно/пусто/одиноко», ты впервые становишься тем, кто управляет процессом.

Практика. «Пауза между укусами».

Когда тянешься за чем-то, что снимает напряжение (еда, выпивка, вспышка агрессии, скроллинг), – замри на три минуты.

Обрати внимание: где в теле этот голод?

– Горло?

– Грудь?

– Живот?

– Челюсть?

Назови это. «Это не про еду. Это про то, что я не хочу снова сегодня чувствовать себя никому не нужным».

Через эти три минуты в теле часто возникает новый тип энергии: не дрожащая жадность, а тихое «я ещё жив».

Вот это уже база для движения вверх.

Переход по Хокинсу: это переход с уровня «вожделение» (ненасытное «хочу») к уровню «гордость» (я начинаю отвечать за то, как я живу). Это и есть рождение ответственности.

По ТИУС: система переходит от рефлекторного потребления ресурса к попытке формирования устойчивого источника ресурса. Появляется зачаток самоуправляемого цикла: не только «гасить боль», но и «строить поле, которое меня питает».

––

## ГЛАВА 4. ГРУСТНЫЙ ВОЛК

Коричневый уровень – вина, самообесценивание, усталость от собственных ограничений, первая честность с собой

––

Стих целиком:

Умотался я погонями с флажками,

Давит грудь мне ограниченность своя.

Сам решил не прыгать через флаги —

Вот дурак – теперь страдаю я.


Отдохнуть бы, сделать передышку,

На ступени этой переждать.

Здесь спокойно, можно ловить мышку,

На луну повыть, потом поспать.


Иль бежать мне по пустому полю

С перекати-полем к пьяным псам,

Иль в борьбу вступить за вольну волю,

Как и предначертано волкам.


Ощущу себя тогда я волком,

Пусть побитым, но ещё живым.

Чую запах крови – это вызов.

Будь что будет. В бой – как молодым.


Вот здесь начинается взрослая честность.

Не «мне не дали».

Не «меня загнали».

А: «сам решил не прыгать через флаги».

Это тяжёлая точка, но и очень важная.


Что такое флажки?

В буквальной охоте флажки – это куски ткани с запахом человека, развешанные полукругом. Зверь (в том числе волк) часто не идёт через эту линию, потому что считает её опасной. Формально это не стена – но психика зверя воспринимает это как границу «там смерть».

То есть флажок – это не реальное препятствие. Это внушённая граница.


У людей флажки выглядят так:

– «Я не имею права просить»

– «Я не могу быть слабым»

– «Я не должен быть уязвимым рядом с близкими»

– «Я обязан тащить всё сам»

– «Я не могу менять курс, уже поздно»

– «Мне нельзя показать, что мне больно, потому что потеряю уважение»


Обрати внимание: все эти вещи похожи на честь, но на самом деле они – тюрьма.

Стих начинается с самообвинения («вот дурак, теперь страдаю я»). Это нормальная фаза.

Грусть, стыд, вина.

Потом – желание отступить, схорониться, завыть.

И потом – странное: «в бой – как молодым».


То есть уставший волк, который «сам себя загнал флажками», внезапно снова чувствует пульс.

Это не радость. Это не эйфория.

Это «я ещё живой».


Теперь важное.

Усталость — не всегда знак «надо срочно лечь и не трогать меня».

Иногда усталость – сигнал: «хватит жить по придуманным флажкам, давай хоть раз сделаем так, как для тебя честно».

Это то, что обычно мужчина называет «всё, я больше так не могу» – и в этот момент либо рушит брак/работу/систему, либо… впервые говорит честно.

Второе – это и есть выход.


Что можно делать практически:

1. Найти один флажок.

Не все сразу. Один.

Например: «Я не могу просить помощи».


Признай: это не закон природы. Это флажок. Его кто-то когда-то развесил. Может, семья. Может, окружение. Может, ты сам, чтобы выжить.

Уже одно это признание возвращает тебе свободу двигаться.

2. Перестать унижать себя за то, что ты устал.

«Отдохнуть бы, сделать передышку… На луну повыть, потом поспать».

Это не трусость. Это регенерация.

Если волк не ляжет, он сдохнет. Если мужчина не разрешит себе хотя бы немного восстановления, он начнёт кромсать самых близких.

Отдых – это не награда. Это топливо твоей стаи.

3. Сделать шаг в сторону, а не в пропасть.

Не обязательно «уничтожать систему», «сжигать мосты» и «доказывать всем, что я волк иду в бой».


Иногда достаточно лёгкого нарушения собственного флажка.

Например:

– Позвонить человеку, которому доверяешь, и сказать честно одну фразу о себе.

– Честно сказать «мне сейчас хреново, я держусь на зубах».

– Прямо попросить: «Можно просто рядом помолчать?»

– Попросить реальную помощь по мелочи, не пытаясь выглядеть героем.

Это микропереход к жизни без флажка, сделанный безопасно. То есть ты не ломишься в лоб «через огонь», а аккуратно выходишь из ловушки.

И это уже движение вверх.


Переход по Хокинсу: вина и стыд → мужество. Мужество – это не «я всех порву», а «я честно скажу себе правду и сделаю шаг, даже если страшно».

По ТИУС: система перестаёт считать навязанные ограничения «структурой управления» и впервые допускает самостоятельную коррекцию режима («я могу менять свои правила поведения, если они меня убивают»). Это качественный скачок.