Тава Фето
Юная ведьма и кот Пахан

Глава

1

Как быстро может измениться жизнь и взгляды на неё!

Я надеялась на романтические каникулы, а стала за эти каникулы ведьмой, хотя никогда ни о чем подобном даже и не думала. Но я о потраченном времени ничуть не жалею, ведь лето было наполнено необыкновенными приключениями, новыми знаниями и сильными эмоциями. А началось все давно, когда меня ещё и на свете-то не было. Вот эта таинственная и мистическая история от начала до конца.

Я очень люблю свою бабушку и горжусь ею! Она совсем не похожа на этих молодящихся городских дам, уже слегка тронутых молью, которые с глубокомысленным видом раскладывают пасьянс или срезают розы на своих кукольных дачных участках. Моей бабушке молодиться не надо: в свои шестьдесят лет она обладает стройной фигурой, шикарной русой косой почти без седины и красивым лицом с едва заметными морщинками вокруг глаз. И для моей бабушки жизнь не ограничивается её садом. Для неё открыт весь мир с его законами и тайнами, которые передаются в нашей семье по родовым каналам уже не одно столетие. Но я узнала я об этом совсем недавно. И вот как это произошло.

С раннего детства каждое лето я гуляла с моей умной, красивой и весёлой бабушкой по лугам и перелескам, собирая целебные травы, лекарственные грибы, на которые обычный человек не обратил бы никакого внимания или просто пнул бы ногой. И каждую прогулку, вот уже много лет, бабушка рассказывает мне бесконечные легенды и сказки о цветах, деревьях, животных, добрых и злых волшебниках. А знает она их великое множество! Когда-нибудь я обязательно их запишу, потому что мечтаю, стать писательницей, и даже пробую писать. Вот, только сейчас я очень занята своей первой любовью и тем таинственным миром, который неожиданно открылся мне при очень необычных и даже пугающих обстоятельствах. Но, обо всем по порядку.

Итак, благодаря влиянию бабушки, я начинаю понимать, что все в природе существует в дивной гармонии, все взаимосвязано, все имеет свои свойства и назначение. Мир становится родным и понятным. Теперь я уважаю каждую букашку и былинку и никогда не пну ногой даже самый ядовитый гриб, без надобности не сломаю ветку и не нарву полевых цветов. Пусть цветут на радость миру, разбрасывают после цветения семена, чтобы не прекращалось это многовековое красочное великолепие. Я с любовью смотрю вокруг, чувствую себя частью этого огромного и такого прекрасного мира. Теперь я не боюсь змей, мышей, пауков, жаб и прочих обитателей нашей планеты. Я уважаю их и высоко ценю их вклад в великое дело жизни.

Природа и сказки подстёгивают моё и без того богатое воображение, и я переношусь в удивительный и фантастический мир настоящих и вымышленных существ, и этот мир очень добр ко мне. К тому же, в бабушкином городке у меня много хороших и весёлых друзей, близких мне по духу. И все мои летние дни заполнены всевозможными занятиями со сверстниками, поскольку в маленьком селении дети пользуются гораздо большей свободой, чем в большом городе, где я живу с родителями. А ещё прошлым летом к бабушкиной соседке, тете Нюре, приехал в гости племянник Сергей. Он такой классный! Серёга самый красивый, самый остроумный и самый интересный парень в нашей компании! Он так хорошо поёт и играет на гитаре. Он лучше всех! И он так смотрит на меня! А однажды он мне сказал: «Лиза, ты такая красивая, да ещё и умница – настоящее чудо! Как жаль, что мы с тобой живём в разных городах». В прошлом году Серёжа погостил у своей тёти всего лишь пару недель. Но этим летом он обещал пробыть здесь подольше. Серёжка часто приходит к нам в гости, и не только, чтобы увидеть меня. Его интересуют лекарственные растения, привлекает таинственность нашего жилища. И неудивительно: в уютном бабушкином доме повсюду лежат и висят холщовые мешочки с сушёными кореньями, с душистыми травами, с разными лечебными грибами и ягодами и даже с измельчённой корой. А в холодных сенях в старых шкафах стоят пузатые банки с подробными этикетками, бутылки и склянки всех форм и размеров с чудодейственными порошками и настойками. Ими же, наряду с овощами и соленьями, заполнен и бабушкин вместительный погреб.

Серёжа постоянно спрашивает у бабушки о лечебных свойствах её сборов. Это потому, что он мечтает стать врачом. Иногда ему отвечаю я. Я ведь уже многое знаю. Бабуля смотрит на нас с улыбкой, ей тоже нравится Серёжа.

Бабуля моя – потомственная травница и фельдшер по образованию. Она очень мудрая, спокойная и добрая. А ещё она необыкновенно остроумная рассказчица. Она может и рассмешить, и удивить, и заставить рыдать любую аудиторию. Вот какая у меня бабушка! А ещё она вырастила умного, здорового и сильного сына – моего отца, которым мы обе очень гордимся. И такой же бабушка хочет вырастить и меня. Поэтому каждое лето закаливает. Я хожу босой по утренней и вечерней росе, ежедневно в любую погоду купаюсь в говорливой речке, протекающей рядом с домом. И еще бабушка учит меня разным житейским премудростям, помогающим сохранить здоровье. И я не знаю простуд и болезней. Впрочем, любые проблемы нашей семьи со здоровьем, бабушка всегда легко решает с помощью своих знаменитых лечебных чаев с медом.

Итак, каждое лето я провожу у Прасковьи Егоровны, как уважительно все называют мою бабушку. Скучно у нас никогда не бывает: многочисленные подруги и знакомые, постоянно забегают в наш домик за каким-либо зельем от нехитрой болезни, или за мудрым советом. Мне всегда хотелось знать все, что знает бабушка, хотя я и не очень понимаю, как могу это применить. Но мне кажется, что эти знания делают меня особенной, и это помогает мне самоутвердиться. А теперь эти знания ещё и вызывают уважение Сергея.

И вот шестнадцатилетней девушкой я снова еду к бабушке, чтобы провести здесь своё последнее школьное лето.

Но это лето выдалось совсем не таким, как я его себе представляла.

Странности начались с того, что бабушка не встретила меня на автовокзале, чего раньше никогда не бывало. Она не отвечала на телефонные звонки, и не поспешила навстречу, когда я подошла к нашему домику и протиснулась с чемоданом в калитку. В саду меня встретила громким карканьем только большая чёрная ворона, сидящая на нижней ветке дерева у самого дома и с интересом рассматривающая через окно комнату. Мне даже показалось, что она за чем-то наблюдает и даже принимает участие в происходящем . «Странная ворона,» – удивилась я и энергично взмахнула съехавшей с плеча сумкой в сторону птицы. «Кыш! Кыш!», – довольно громко и сердито закричала я. Но наглая ворона и не подумала улетать. Она смотрела на меня круглыми и какими-то злыми птичьими глазами, выражавшими досаду и даже какое-то тайное превосходство. Не помню, чтобы птицы хоть однажды так на меня смотрели, но, возможно, я мало общалась с птицами. Затем ворона противно, как-то издевательски, каркнула ещё раз, явно раздражённая моим появлением в саду. При этом птица взмахнула крыльями и, пройдясь по ветке, уселась хвостом ко мне и опорожнила кишечник, будто попыталась продемонстрировать, что совершенно меня не боится и не считает нужным тратить на меня своё драгоценное время, более того – презирает.

Я слегка опешила, поскольку такое поведение вороны было каким-то уж совсем невероятным, пожалуй, даже сказочным, но, изумленно похлопав ресницами, я поспешила дальше, поглощённая своими размышлениями. Сейчас мне некогда было заниматься этим пернатым дивом. Я хотела поскорее увидеть бабушку.

«Не может быть, чтобы бабушка меня не ждала. Ведь она же точно знала время моего прибытия» – думала я, шагая к дому по узкой бетонной дорожке под звуки дребезжания и скрипа колес моего старого вместительного чемодана, к которому присоединилось возмутительно громкое воронье карканье, не стихающее ни на секунду за моей спиной и очень напоминающее птичью ругань. Я оглянулась, посмотрела еще раз на нахалку ворону, но поскольку в моей голове уже роились тревожные мысли, решила на время забыть о ней. «Всего два часа назад мы с бабулей разговаривали по телефону», – вспоминала я. – «Ну, да, я же звонила маме и бабушке сразу, как только заняла свое место в рейсовом автобусе. Бабушка была здорова и весела, радуясь нашей скорой встрече», – размышляя таким образом, я с некоторым волнением потянула на себя дверь.

Она была не заперта. Я ступила на веранду, волоча за собой чемодан. С нехорошим предчувствием, которое появилось у меня, как только я вошла в дом, я приоткрыла дверь на кухню. В образовавшуюся щель пулей вылетел бабушкин любимец – большой черный кот Пахан. Такую бандитскую кличку дал ему отец, поскольку это был настоящий боевой кот, держащий в своих крепких когтистых лапах всю кошачью округу. Шерсть на нем стояла дыбом, зеленые глаза сверками. Кот бросился из дома в сад, и я тут же услышала грозное шипение и боевое мяуканье вперемешку с карканьем и хлопаньем крыльев. Пахан, явно, заставил ворону переместиться в более безопасное место. Я почему-то была этому рада – уж очень мне не понравилась эта птичка. Но откуда бабушкин любимец узнал, что нужно бежать к дереву, чтобы прогнать из сада необычную ворону? Такое разумное поведение кота меня несколько озадачило, к тому же моё появление не вызвало у него должных эмоций. Несмотря на репутацию хулигана, драчуна и грозы всех крыс, мышей и соседских котов наш разрисованный шрамами Пахан был очень нежен со мной и бабушкой. С нами он всегда вел себя, как джентльмен. При встрече сначала он обязательно потёрся бы о мои ноги и промяукал слова приветствия. А потом начал бы вежливый разговор на своем кошачьем языке: поинтересовался здоровьем моих близких и, наконец, завел бы разговор о погоде, как это принято у хорошо воспитанных котов и джентльменов во всём мире. Вот только сегодня этого не произошло, что ещё больше меня насторожило.

Чем же так привлекла Пахана эта странная ворона? Что заставило кота не уделить мне должного внимания и нарушить многолетнюю традицию нашего общения? Я терялась в догадках. Но победа Пахана над наглой птицей была мне очень приятна, и я легко простила ему все нарушения этикета. К тому же, мысль о том, что Пахан заставил эту чёрную нахалку покинуть ветку у окна, на миг даже согрела мне душу, но все же в кухню я шагнула ещё более удивлённая и обеспокоенная.

«Бабуль, ты дома? Я приехала», – громко заявила я прямо с порога, ещё надеясь, что бабушку задержал какой-нибудь непредвиденный посетитель, и сейчас все станет на свои места. Но надежды мои не сбылись.

Более того, по всему дому, казалось, было разлито какое-то напряжение, и меня охватила тревога и непонятный страх. Я ощутила холод, царивший в доме, совершенно неестественный для тёплого и солнечного летнего дня. Казалось, что я оказалась внутри холодильника, в который по неизвестной причине превратилась бабушкина кухня. Волоча за собой чемодан, совершенно сбитая с толку происходящим, я открыла дверь и заглянула в комнату. И тут все мысли из моей головы исчезли, и их место занял липкий ужас, заполняющий каждую клетку моего уже озябшего тела. В следующее мгновение я просто остолбенела, во всяком случае, руки и ноги перестали меня слушаться, из-за чего с грохотом упал чемодан. Этот звук вывел меня из состояния соляного столба и заставил хрипло вскрикнуть каким-то совершенно чужим голосом. Волосы на моей голове действительно встали дыбом, хотя я всегда считала, что это просто расхожее выражение. И зубы тут же стали выбивать частую барабанную дробь не то от ужаса, не то от холода, а скорее всего – от того и другого вместе.

Я, не отрываясь, смотрела в угол комнаты, где извивался какой-то сумрачный силуэт, похожий на густую колеблющуюся тень. Эта тень ежесекундно меняла свой облик: то это был лохматый клубок, размером с кошку, выпускавший длинные лапы с огромными когтями и тут же втягивающий их обратно, то этот клубок превращался в зубастую пасть и неимоверно быстро рос, вытягиваясь в зловещий человеческий силуэт. Это нечто постоянно тянуло свои лапы-руки-щупальца к дивану, на котором лежала моя бабушка, в неудобной позе, не двигаясь, с закрытыми глазами на бледно-восковом лице. Но я готова была поклясться, что эта бесформенная и едва различимая тень, почувствовав еще чье-то присутствие, уставилась на меня неожиданно появившимися, очень злыми ярко-желтыми, какими-то птичьими глазами, которые ослепляли, как фары встречной машины.

Бившая меня дрожь многократно усилилась, я невольно зажмурилась, а потом, что есть мочи закричала. Когда через секунду я открыла глаза, то увидела, что тень слегка отодвинулась от дивана, оставив в покое бабушку, и начала выпускать свои руки-щупальца-лапы в мою сторону. Клубок катился ко мне медленно, но неотвратимо, все также бесконечно меняя облик. Мне стало ещё холоднее, в горле окончательно пересохло, ноги налились свинцовой тяжестью и приросли к полу, не давая возможности спастись бегством. Глаза тени светились адским огнём и становились все больше и ярче, лишая меня сил и воли. Буквально оцепенев от ужаса, я все же попыталась защищаться: с третьей или пятой попытки сдёрнула с плеча сумку и запустила ее в сторону ужасных ослепляющих глаз. Сумка пролетела сквозь тень, лишив ее органы зрения былой силы, и заодно разделив её на долю секунды на две бесформенные части. Затем моя сумка приземлилась прямо на грудь бабушки.

Бабушка вздрогнула и словно очнулась. Она медленно открыла глаза, неспешно села, как будто тело плохо слушалось её после продолжительной тяжелой болезни. Потом она встрепенулась, подняла руку, указывая пальцем на тень, и начала хрипло выкрикивать какие-то непонятные фразы, звучавшие как заклинания на неизвестном мне языке. Голос её постепенно сделался громче, звонче и гуще, заполнил собой всю комнату, эхом зазвучал в ушах. Потом бабушка медленно встала и подошла к печке, отодвинула задвижку в трубе и вдруг закричала страшно и повелительно, глядя на съёжившуюся до размеров апельсина тень, на миг ставшую птицей, очень похожей на встреченную мною в саду ворону, которая постепенно превратилась в узкую полупрозрачную ленту. И тогда эта длинная лента с уже окончательно потухшими глазами, поплыла по комнате к печной задвижке, просочилась через щель в трубу и покинула наш домик. Она унесла с собой холод и чувство бесконечно нарастающего ужаса.

Бабушка повернулась ко мне и едва слышно проговорила:

– Вернётся. Ищи, моя девочка, ищи…

– Бабушка! – кинулась я к ней.

– Ищи, – совсем слабым голосом повторила она.

Ноги её подкосились, и бабушка осела на пол.

– Что искать? Бабулечка! Бабуля! Бабушка! Что искать? – спрашивала я, опустившись рядом с ней.

Но ответа не последовало. Моя бабушка была без сознания. Она едва дышала.

Я бросилась к сумке, нашла в ней телефон. Я смотрела на него и не понимала, что мне надо сделать, чтобы позвонить. Я не знала, как этой пластмассовой коробочкой пользоваться, я просто этого не помнила. Но, тут, к счастью, телефон зазвонил сам.

Я автоматически нажала на пульсирующую зеленую трубку.

– Доченька, как ты доехала, как бабушка? – услышала я мамин голос.

– Скорую, скорее бабушке скорую. Скорую, скорее, скорее, – повторяла я, как заклинание.

Я слышала мамины вопросы, но не могла на них отвечать. Я и думать не могла, и шевелиться не могла. Я просто сидела на полу рядом с бабушкой и держала ее за руку, в том месте, где едва заметно прощупывался пульс. Я не отпускала руку. Мне казалось, что я своим прикосновением даю её сердцу необходимые силы. Я смотрела на бабушку и не узнавала её. Вместо жизнерадостной и крепкой моложавой шестидесятилетней женщины, которой она была совсем недавно, передо мной на полу лежала сморщенная сухонькая старушка, как будто с нашей последней встречи прошёл не месяц, а целых двадцать или даже тридцать лет.

Скорая приехала быстро. Бабушку забрали в больницу, а мне сделали укол, дали таблетку и уложили в постель, оставив со мной медсестру Катю, которая была нашей соседкой. Я впала в забытье, но не могла уснуть. Мне постоянно чудился бабушкин голос, настойчиво повторявший: «Ищи! Ищи!». Через пару часов появились родители, которые долго шептались с Катей. Затем папа и Катя ушли в больницу, а мама села в кресло у моей кровати. Присутствие мамы успокоило меня, и я, наконец, уснула.

2

Проснулась я ночью, мне показалось, что кто-то меня зовёт. Рядом со мной на раскладушке спала мама. Я потихоньку проскользнула на кухню. У старого массивного буфета стоял кот Пахан и царапал правую нижнюю дверцу, многозначительно поглядывая на мою заспанную удивлённую физиономию! Мне даже показалось, что он недовольно промяукал мне: «Наконец-то, еле разбудил». Я не испугалась, после всего, что произошло сегодня, эта картина ужаснуть меня уже не могла. Тем более, что я всегда была уверена, я чувствовала, что Пахан – необыкновенный кот. Я бесстрашно подошла к буфету и открыла дверцу, с интересом заглянула в глубины этого старого вместительного хранилища, где в детстве всегда можно было найти банку с вкуснейшим вареньем, пачку печенья или коробку моей любимой пастилы. Можно было не только найти, но и ловко утащить на улицу в весёлую компанию друзей, хотя есть грязными руками на улице было строжайше запрещено.

В самом углу, на нижней полке среди множества стеклянных банок и бутылок, я увидела, что одна озарилась каким-то призрачным светом. Я осторожно вытащила её и внимательно рассмотрела, чтобы ничего не упустить. Это была самая обычная прозрачная бутылка, внутри которой светился свёрнутый в тугую трубку белый лист бумаги.

Я отвинтила пробку и вытряхнула послание на стол. Потом я поставила бутылку, взяла в руки бумагу и развернула ее. К моему удивлению лист был чист с обеих сторон. Правда, он светился, но на нем не было ни текста, ни схемы, вообще ничего. Я вопросительно посмотрела на кота, он ободряюще сверкал в темноте зелёными глазами и тёрся о мои ноги, будто предлагая сохранять спокойствие и терпение. Я уже собралась свернуть лист и положить назад в бутылку, как вдруг лист светиться перестал, но зато на бумаге стали появляться слова, написанные крупными горящими в темноте буквами, как рисунки на новогодних игрушках, нанесенные специальным светящимся составом. Слова быстро загорались и тут же исчезали, а на их месте появлялись новые, – я едва успевала читать эти живые строчки.

«Дорогая моя, любимая девочка, солнышко моё, я не желала тебе такой судьбы, да видно от неё не уйдёшь. Ты ведь тоже потомственная ведунья, а значит, тебе тоже придётся исполнять наследственные обязанности. Когда у меня родился сын, я была уверена, что передавать знания и силу теперь по роду будет моя сестра-близнец. Да вот только тогда я не знала, какая у меня сестра. Ты о ней никогда не слышала, потому что и я узнала обо всем, когда год назад умирала моя мама – твоя прабабушка. Ты знаешь, что она была лучшей травницей в своём районе. А теперь послушай историю её жизни.

Однажды пришёл к ней красивый парень, попросил вылечить якобы от приворота. Да только сильные привороты он сам делал, вот и её приворожил. Это был знающий колдун, который решил силу свою в потомстве увеличить за счёт ведуньи-матери. Влюбилась моя мама в него, стал он в её доме частым гостем. И в положенный срок родила она двух девочек – близнецов.

Когда малышкам исполнилось по году, в полнолуние отец взял их на руки. Одна из девочек заплакала, а вторая – засмеялась. Тогда он положил в кроватку меня, это я вырывалась и всхлипывала, а мою улыбающуюся сестру завернул в одеяльце и понёс на улицу. Мама бросилась за ним:

– Куда ты несёшь ребёнка?

– Хоть они и похожи друг на друга, как две капли воды, но совсем разные. Там в кроватке – твоя, а эта – моя. Нельзя здесь мне больше, ухожу я и дочь забираю. А ты живи спокойно, обо всем вспомнишь, когда внуки появятся. И в деревне про меня и вторую дочь никто не помянет, – заявил он, прошептал что-то, бросил какой-то порошок на все четыре стороны, окутавший мою маму на мгновенье душистым облаком, и ушёл.

А она вернулась в дом на мой плач, и обо всем случившимся этой ночью на много лет забыла. Вот какой силой обладал мой отец. А когда мама обо всём вспомнила через двадцать лет, то попыталась отыскать вторую дочь. Ей это удалось, да только не понравилось маме, чем эта дочка занималась.

Это была сильная молодая колдунья, не гнушавшаяся исполнять за большие деньги любые просьбы, какими бы страшными они ни были. Всё она имела: красоту, здоровье, прекрасный дом с садом, машины, слуг и поклонников. Не было у неё лишь одного – доброго сердца. Не брезговали они с отцом ничем, и человеческая жизнь была для них только звонкой монетой. А зло всегда порождает зло.

Узнав об этом, мама попыталась образумить дочь, но разговора не получилось. Когда мама пришла к ней, она её даже в дом не пригласила, и только несколько минут поговорила с ней у ворот через открытое окно машины.

На слова мамы, что не все просьбы людские можно выполнять, за все же отвечать придется, она только рассмеялась и сказала:

– Людей так много, а большая часть их абсолютно бесполезна, поэтому и думать о них незачем. Ладно, напишите, где вы там живете с сестрой. Может, мне, на что и сгодитесь. Может быть, и приеду, если, вдруг, понадобитесь.

– А без надобности и не появишься?! И что же совсем не интересно тебе на родных посмотреть? – удивилась мать.

– У меня отец есть, а больше мне никто и не нужен, – холодно ответила сестра и укатила.

К нам она так ни разу и не приехала. От знакомых мама узнала, что её вторая дочь тоже родила сына, которого воспитывает дед. Рожала она поздно, так что твой дядя всего на несколько лет старше тебя, внученька. А ждать нам от их семьи добра не приходится.

У них недавно случилось горе. Кто-то решил отомстить за те беды, что они принесли своими недобрыми деяниями. Мою сестру закрыли в гараже, который подожгли, предварительно полив в нем все бензином. Спасая её погиб старый колдун – мой отец. Она же сама сейчас в больнице между жизнью и смертью.

Её сын приходил сюда, то есть он послал сюда свою тень, это ты видела, чтобы украсть мою жизненную силу и отдать ей. Мы ведь близнецы, а это как сообщающиеся сосуды, если из одного сосуда вылилось, то его другой подпитает, вот только в нем самом сильно поубавится. Это самая простая перекачка энергии для колдуна. Он застал меня врасплох и быстро смог наладить канал передачи.

Я не сразу поняла, что происходит, и очень ослабела, последние силы я потратила, чтобы его прогнать. Но он вернётся. Когда расходуются все украденные силы на её исцеление, он примется качать энергию из любого другого кровного родственника женского пола, хотя сделать это намного труднее. А кроме тебя и меня нет никого, потому ты в большой опасности. Но спасти её он все равно не сможет, она уже одной ногой в могиле. Он это понимает, но зачем-то пытается продлить её жизнь, принеся в жертву наши. Скорее всего, он готовит какой-то ритуал, а не надеется на чудо. Поэтому поспеши. Найди на чердаке в маленьком сундуке книгу и сделай все так, как там написано. Ничего не бойся, солнышко моё, я всегда буду с тобой, и ты будешь это чувствовать. Тебе придётся стать ведьмой и научиться защищать себя и семью от колдуна дяди. Обо мне не думай, помочь не пытайся, я сама буду бороться. Больше, чем они взяли у меня – уже не возьмут. Но сейчас ты должна позаботиться о себе, научись ставить заслоны и делать себе обереги».

Последние буквы растаяли, и листок перестал светиться. Я вернула его в бутылку, которую поставила на место. Теперь я все знала, но волнение моё за бабушку только возросло. Я понимала, что она в большой опасности. И защитить её, как и себя, могу только я. Ну уж нет, я не отдам им свою жизнь и бабулю! Я сделаю все, что надо. И если мне необходимо стать ведьмой, то я ей стану, и более того – стану очень скоро.

Июнь, ночи очень короткие, и небо уже начало светлеть, постепенно окрашиваясь в розовые оттенки на востоке. Я вышла в сени, ко мне тут же подбежал бабушкин кот, деловито мяукая и сверкая глазами, и мы вместе полезли на чердак. Пахан оживлённо говорил со мной на своем кошачьем языке, будто что-то старательно объяснял. И создавалось такое впечатление, что Пахан прибывал в полной уверенности, что я его прекрасно понимаю. Чтобы не расстраивать любимца, я не стала ему ничего объяснять, а просто погладила и улыбнулась.

Потом кот медленно и гордо направился в дальний угол чердака, заваленный старыми вещами, сложенными в картонные коробки, в чемоданы без ручек и в большие бумажные и полиэтиленовые пакеты. Там он остановился и сел, многозначительно поглядывая на меня. Здесь я и обнаружила нужный деревянный сундучок небольшого размера, обитый медными пластинками. Много лет назад, я его уже видела и даже пыталась открыть. Тогда я случайно наткнулась на сундук, изучая чердак. Но сундук тогда мне не поддался. Я обратилась за помощью к бабушке, и та мне ответила, что он пуст, а ключ давно утерян. Теперь же сундучок открылся легко, лишь я дотронулась до крышки. Как будто пришло время, и я так изменилась, что теперь мне можно было доверить семейную тайну.

В сундуке лежала массивная старинная книга, а еще особенная одежда и удивительные украшения. От этих вещей веяло тайной силой и древними красивыми легендами. Украшения были из червлёного серебра, очень массивные, с загадочными письменами и крупными разноцветными камнями. Эти потемневшие от времени украшения можно было рассматривать часами. На серебре вокруг каждого камня были выгравированы загадочные значки и подобие цифр и букв, похожие на древние руны, которые притягивали взгляд и завораживали. Такими же письменами была расшита и шёлковая чёрная накидка, к которую была завёрнута книга. Ещё в сундуке лежало белое льняное платье-рубашка, всё расшитое непонятным сложным орнаментом. Я вытащила все вещи, полюбовалась ими и решила примерить, как и любая женщина на моем месте. И старое платье, и накидка, и украшения пришлись мне впору. Массивные кольца прекрасно смотрелись на моих пальцах, широкие браслеты обхватили запястья, обозначив их хрупкость, а гривна украсила платье и подчеркнула длинную шею. Льняное платье и шёлковая накидка были хороши и в длину, и в ширину, и сидели прекрасно. Почему-то в этом наряде я чувствовала себя очень комфортно. Эта необыкновенная одежда согрела мне душу и успокоила и как-то сразу настроила на серьёзную и длительную работу. Зеркала на чердаке не было, поэтому я только немного покрутилась перед ещё не освященным солнцем окном, но всё же даже в нем я увидела, что этот наряд мне очень идёт. Но по-настоящему полюбоваться собой я не могла, но подумала, что всё это я ещё успею. Правда, Пахан, смотрел на меня с одобрением и восхищением и радостно мяукал, что я без сомнения готова была принять за самые лестные комплименты. Внимательно рассмотрев всё ещё раз, я со вздохом сложила вещи назад в сундук, оставив только книгу. Книга притягивала меня, но всё же вызывала какое-то странное беспокойство и даже страх. Я чувствовала, что открыв эту книгу, изменюсь навсегда, и обратной дороги не будет. С такими мыслями я взяла в руки этот древний фолиант и погладила его отполированный за столетия переплёт. Это была очень старая и очень большая книга с толстыми негнущимися страницами и потёртым кожаным переплётом. Я открыла её и подсела к маленькому чердачному окну, где сразу же обнаружила, что не могу прочесть ни строчки. Книга, вся в ярких схемах и рисунках, на некоторых страницах очень страшных, была написана на совершенно незнакомом мне языке красивым каллиграфическим почерком. От досады из глаз моих брызнули слезы. И тут же каким-то непостижимым образом текст стал понятным, и я начала жадно читать. Кот снова многозначительно поглядел на меня и улёгся рядом, как будто решил оказывать мне посильную помощь и моральную поддержку. Его глаза сверкали в темноте зелёными огнями, и я почему-то твердо была уверена, что он зорко охраняет меня от разлитого вокруг невидимого зла.

Итак, изучая страницу за страницей, я поняла, что сначала мне предстоит посвящение в ведьмы, потом я должна пройти ряд уроков и испытать свои силы. Все, о чем я читала, было очень трудно и страшно, но я приготовилась к борьбе не только за себя, но и за свою бабушку. И эта мысль прибавила мне смелости, решимости и сил. Я учила наизусть заговоры и вызовы. У меня была хорошая память, и дело шло. Наконец, я устала, убрала книгу в сундучок и спустилась по скрипучей лестнице вниз. Кот последовал за мной, как верный телохранитель. Теперь Пахан не отходил от меня ни на минуту, постоянно что-то рассказывая и заглядывая в глаза.

Я села на кровать как раз в тот момент, когда мама проснулась. Она внимательно посмотрела на меня и спросила:

– Как ты себя чувствуешь, доченька?

– Все хорошо, мама. Не волнуйся. Просто вчера я очень испугалась за бабушку, – ответила я, понимая, что не могу рассказать правду. Поверить в эту историю с тенью может только человек, который сталкивался с чем-то подобным. Мои родители таким опытом не обладали. Именно поэтому я решила молчать и попыталась просто успокоить маму. Мама погладила меня по голове, поцеловала и спросила:

– Что тебе приготовить на завтрак? Ты очень бледная, тебе надо поесть и выпить горячего сладкого чаю.

– Я съем все, что приготовишь. Очень есть хочется. Папа все еще в больнице? Когда мы пойдем к бабушке?

– Нет, отец уже уехал на работу. Ты же знаешь, что у него расписан каждый день, и там не только плановые операции, но и срочные. А состояние бабушки стабильное, но она очень слаба, и врач попросил не беспокоить ее сегодня.

– Хорошо, тогда пойдем к ней завтра, – вздохнула я.

Я действительно осилила омлет, творог, два бутерброда и две большие чашки чая. Я съела бы и ещё больше, мне требовалось колоссальное количество энергии, что порождало такую прожорливость. Мама порадовалась моему аппетиту и немного успокоилась. Ей очень хотелось узнать, что же вчера произошло, но она боялась снова встревожить меня. Я воспользовалась этим и сказала, что займусь на чердаке сортировкой трав. Это занятие хорошо успокаивает нервную систему. Мама не возражала.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.