# День чекиста

Николай Тюренков

День сотрудника органов безопасности. Медали, грамоты, торжественные речи. А для майора Алексея Носова – день, с которого рухнул весь привычный мир.

Одна неудачная случайность – и он оказывается по ту сторону доверия. Не перед врагом, а перед своими. В 30 лет, когда за плечами – годы службы, заслуги, молчаливые жертвы, – он вдруг чувствует: внутри пустота. Никакой гордости. Никакого смысла. Только усталость, которая давно перестала быть физической.

Это история не о герое в погонах, а о человеке в форме. О выгорании, которое не признаётся, но разъедает изнутри. О кризисе, который приходит не с возрастом, а с осознанием: а ради чего всё это было?

Через призму одного дня раскрывается скрытый мир государственной безопасности – не с триллерными погонями, а с болью, одиночеством и выбором, который нельзя отменить.

День «чекиста» – это не разоблачение. Это предостережение от необдуманных поступков, резко меняющих жизнь к худшему.

Для служебного чтения


2020 г.


От автора


Эта история не основана на реальных событиях, но описывает реальные условия, в которых данные события могли бы произойти. Все персонажи вымышлены. Любые совпадения – считать случайностью.

Уверен, каждый из нас неоднократно задавался вопросом: «Как бы я себя повёл если…» или «Что бы я сделал, если…», анализируя какую-то «экстренную» ситуацию. Ответ зачастую очевиден: «Я бы однозначно заступился за слабого» или «Я бы этого так не оставил…». Но если в моделируемую ситуацию добавить немного деталей, тем самым сделав её максимально личной, а не абстрактной, то ответы перестают быть такими однозначными и простыми. Мы начинаем подолгу размышлять и взвешивать за и против, но в ситуациях, о которых идёт речь, на это времени не будет.

Большинство рассчитывает на адекватные реакции окружающих и отвечает на них также адекватно. Вот почему большинство наших прогнозов на экстренные ситуации не имеют ничего общего с реальными действиями – мы просто к ним не готовы.

Любая обычная ситуация может мгновенно стать экстренной – это правило!


Алексей Носов, майор ФСБ. С учётом обучения в Академии, уже 15 лет на службе интересам государственной безопасности. Несмотря на внушительный, по меркам военных, стаж он ещё молод. Тридцать лет, женат, двое детей.

Алексей родом из города Пензы из обычной «крестьянской» семьи: мама – продавец, папа – заводчанин. В школе отличался умом и сообразительностью, закончил ее без трудностей с красным дипломом. Выбор образовательного учреждения для дальнейшего обучения был неосознанным и никак не связан с желаниями родителей, традициями, династией и зовом долга. Всё банально. Отец его друга-одноклассника трудился в местном органе безопасности. Своего сына он хотел пристроить в Академию ФСБ, а Алексей пошёл за компанию, хотя был наслышан об огромных конкурсах при поступлении, обилии генеральских детей и сложностях в процессе учёбы. Его это не пугало, а только подначивало доказать себе и окружающим, что он справится.

Денег на репетиторов у родителей Носова не было, поэтому к поступлению он готовился самостоятельно со всем усердием. Однако его одноклассник таким упорством и мотивацией не отличался.

И вот за несколько недель до окончания школы отец друга решает, что сынок не потянет Академию и устраивает его на целевое обучение[1]. У Лёхи не было возможности свернуть назад, поэтому он шёл к цели, и достиг её.

Учиться было действительно непросто, тут-то и пригодились прилежание и усердия Носова. Закончил Академию Алексей также с отличием, поэтому имел определённые привилегии при выборе места службы. Друзья-одногруппники хором убеждали, что нужно идти в экономическую безопасность или контрразведку, но Носов решил начать в БТ[2].

Оперативная работа не задалась с самого начала. Оказалось, что в жизни всё не так, как в учебниках. Отлично вызубренный материал плохо помогал в общении с реальными людьми. Работать «в поле» не получалось, зато документы писал отменно. «Высосанную из пальца» информацию он мог преподнести так, что можно было укладывать в красную папку и отправлять на стол прямо к Директору ФСБ. Так ему удавалось компенсировать свои неудачи в работе с людьми, но недолго.

Спустя два года начальник отдела сообщил, что нужно искать другое место службы, и, со своей стороны, предложил, попробовать себя в аналитике. Руководитель не просто вышвырнул молодого офицера, а дал ему понимание куда двигаться дальше, и похлопотал за него перед знакомым руководителем аналитиков.

Так Носов впервые встретился с Андреем Михайловичем Старостиным. Тогда он был перспективным майором, а Лёха старшим лейтенантом. В результате беседы и одного тестового задания Михалыч сразу увидел в парне задатки хорошего аналитика и забрал его к себе в отдел. Так закончился путь опера и началась история аналитика.

Носов быстро освоил новую работу, понял какие темы наиболее чувствительные и важные, осознал показатели эффективности и в совершенстве овладел стилем аналитического письма. Алексей любил работать над сложными и «уникальными» задачами, разбираться в том, что никто никогда не делал. Выходившие из-под его пера документы, многократно попадали на самый верх и заслуживали высоких оценок. Однако обилие рутинных задач его угнетало, вгоняло в тоску и выгорание.

Так он работал в отделе восемь лет. Правда, интересными были первые два, пока многие из задач были новыми для него. Потом сложной работы становилось всё меньше, поручения становились однообразными и неинтересными. Огонь в глазах погас, и началась жизнь обычного офисного клерка. Дом – работа – дом с редкими суточными дежурствами и ненормированным рабочим днём.

Не так он себе представлял работу на Лубянке, когда учился в Академии, но и серьёзно менять свою жизнь не хотел. Служить до пенсии оставалось пять лет, военная ипотека будет погашено только через семь лет, амбиции стать генералом у него пропали через один год службы. Зона комфорта поглотила его с головой.

Даже последний атрибут чекистов – «ксиву»[3] у него и всех офицеров отдела забрали, после очередного скандала с бездумным её использованием. Один их бывший коллега помог своим друзьям в решении вопроса по бизнесу для этого на встречу с должником пришёл, размахивая «ксивой». Всем присутствующим обещал проблемы, рассказывал про глубокие подвалы Лубянки и нежданные визиты спецназа в пять утра.

В итоге данные из удостоверения запомнили и сообщили «кому надо». Так, «ксивы» всего отдела оказались в сейфе у начальника отдела и выдавались только по оперативной необходимости, то есть – никогда.

Носов ей не пользовался с того момента, как стал аналитиком, но факт её наличия грел душу.


20 декабря 2019 г.


Казалось бы, обычная пятница, но для чекистов этот день является профессиональным праздником.

Лёха с утра носился как «ссаный веник», что-то подписывал, согласовывал и совсем забыл про «собрание».

– Ну ты идёшь или нет? – третий раз позвали его коллеги.

– Да, да… Лечу! – впопыхах ответил Носов.

Быстрым шагом он дошёл до «актового зала», который по факту являлся приёмной перед кабинетом начальника отдела. Там уже собрались почти все. Стульев на всех не хватало, поэтому женщинам предложили присесть, а мужчины стояли вдоль стен.

К тесноте на Лубянке все привыкли. Казалось бы, «контора» занимает целый квартал, а в кабинетах сотрудники, как клопы в бабушкином матрасе, сидят друг на друге.

Через несколько минут из кабинета вышел полковник Старостин и его заместитель. В руках у «зама» была стопка грамот, значки и ещё какая-то чепуха. Начальник торжественно зачитал поздравление Директора ФСБ с праздником, добавил немного от себя, выкинул пару шуточек, всё как всегда.

– А теперь самое приятное! Приказом Директора ФСБ от 10 декабря 2019 года №457 за инициативу, старание и особые заслуги в обеспечении безопасности Российской Федерации и в честь празднования дня работника органов государственной безопасности награждаются… И далее по старшинству воинских званий и по алфавиту поздравляли сотрудников отдела, вручая заветные знаки внимания.

– Майор Носов! Грамотой от Директора ФСБ!

Лёха вышел к начальнику, пожал руку, сказал: «Служу Российской Федерации» и встал на свое место. Посмотрев на грамоту в рамке под стеклом, обратил внимание на подпись. «Ненастоящая… Напечатанная», – подумал он про себя.

Через несколько минут торжественный митинг закончился. Носов со всеми сотрудниками вернулся в кабинет. Коллеги засобирались по домам, позвали его в бар, так сказать, из вежливости. Ему нужно было работать, поэтому Лёха на предложение ответил отказом (как и неделю назад).

Праздничного настроения не было несмотря на столь высокую награду. Почему? Наверное, не каждый день сотруднику вручают грамоту от Директора. Вот и у Лёхи она была первая, но готовился к ней он долго.

«Разнарядка» на награды приходит каждый раз к любому значимому празднику. Начальник назначает «отличившихся», а они, в свою очередь, теперь должны с честью и достоинством написать на себя Представление, в котором ёмко расскажет о совершенном подвиге. Для «оперов» или «тяжёлых»[4] подвиг найти несложно, а вот у аналитиков с этим проблемы…

Если твоя рутина не связана со спасением страны от очередной угрозы, то нужно проявить фантазию. У кого фантазия лучше, тому и грудь в орденах. У Носова голова в этом направлении работала крайне плохо, поэтому на груди были только юбилейные медали и награды за выслугу лет.

Три раза писал он Представления. «Выдавливал» из себя подвиги. Кадровики из раза в раз не принимали его труды, указывая на то, что сроки не соблюдены или подвиг, не подходящий… С третьего раза документ прошёл фильтр противной кадровички, только тогда, когда о реальной работе майора Носова в Представлении не было ни слова. «Наконец-то от меня отстанут», – выдохнул он с облегчением.

Поэтому праздничного настроения не было, да и работы под конец года было много. Не то, что бы он сильно думал о Родине, просто если сейчас не посидеть пару часов и недоделать справку, то придётся приезжать в выходные. Если и приедешь в выходной день поработать, то руководители могут подкинуть дополнительных задач, раз уж ты на месте. А так не хочется… Поэтому лучше задержаться в пятницу.

Освободился Носов около девяти часов вечера. Жена уже позвонила несколько раз. Волнуется. А ведь ещё нужно ехать до Балашихи, сначала на метро 30 минут до перехватывающей парковки, потом ещё 1,5 – 2 часа на машине. Пятница. Москва. Да, да, не все ФСБшники ездят с мигалками на черных иномарках. Далеко не все.

Впереди два выходных, торопиться никуда не нужно. Алексей катил, не спеша по знакомому маршруту под любимую музыку. Настоящий кайф офисного планктона. Настроение было какое-то дурацкое. Работы много навалилось, ещё и этот праздник со своей нелепой грамотой, и, видимо, кризис среднего возраста начал подкрадываться с вопросами о смысле бытия.

«Менты, что ли? Откуда они здесь?» – удивился, но не придал значения Лёха. Пустынный участок дороги между населёнными пунктами, пятница в 11 часов вечера. Взмах чёрно-белого жезла прервал прекрасный променад.

Майор остановился, но не выходил. «Тебе надо, ты и иди», – думал он про себя. Настроение испортилось ещё больше, но Лёха этого внешне не показывал. Господин полицейский тоже не торопился. Носов даже на секунду подумал, что если сейчас к нему не подойдут, то он уедет.

Полицейский неспешно подошёл к остановленной машине спустя 5 минут, постучал в окно, Носов открыл.

– Ну чего сидим, кого ждём? – небрежно начал полицейский.

– Вы для начала представьтесь, товарищ лейтенант, и доложите причину остановки, – ощетинившись, ответил чекист. Он обычно никогда так себя не вёл с представителями правопорядка, но этот нарушитель покоя возмутил его своим поведением.

– Ах вот оно как… Ок… Лейтенант Маховой, 2 батальон 5 полка ГИБДД. Вы нарушили Правила дорожного движения. Ваши документы, пожа-а-алуйста, – с ехидной улыбкой протянул последнее слово лейтенант.

– Что я нарушил? – уточнил Носов.

– Выйдите из машины, пожалуйста, и предъявите ваши документы, – настаивал Маховой.

– Да не дам я тебе ничего, пока не услышу, что я нарушил, – продолжал упираться Лёха.

– Уважаемый, если вы сейчас не представите ваши документы, то я расценю это как неподчинение законному требованию сотрудника полиции! – начал терять терпение лейтенант.

– И что ты мне сделаешь? – с ухмылкой ответил Лёха.

Лейтенант жестом позвал напарника из патрульной машины и достал табельный ПМ из кобуры. Подошедший полицейский держал в руках автомат.


Лёху обдало потом.

По характеру Носов был совсем не боец, и не был готов к такому развитию событий. Он судорожно закрыл окно, достал телефон, наставил его на полицейских и начал снимать. Лейтенант, увидев реакцию Лёхи, как будто с цепи сорвался. Они с напарником щёлкнули затворами, направили стволы на Лёху. Начали кричать, чтобы он выходил из машины. Полицейский дёрнул ручку двери, она открылась. Лёха в суматохе не подумал, что их нужно заблокировать.

Лейтенант одним движением достал ФСБшника из машины, нанёс пару «расслабляющих» ударов и поволок его к капоту. Телефон всё ещё был в руках Носова. Напарник вырвал его, и со всей дури швырнул его об асфальт. Старенький «айфон» разлетелся на куски. Майор был ошеломлён происходящим, от его первоначальной уверенности в себе не осталось ни следа. Такого напора от полицейских он не ожидал…

– Ну и чего ты выебывался? А? Фара у тебя, блять, не горит! Фара! – ударяя носом Лёхи о световой прибор, кричал лейтенант.

Лицо было в крови, Лёха был в ступоре. Напарник начал шарить по его карманам, в поисках документов.

– Там… Там в «бардачке» документы и удостоверение… Я ФСБшник… Слышите… Пизда вам! – придя в себя, заявил майор.

# Примечания

1

Программа подготовки кадров для органов безопасности во вневедомственных учебных заведениях.

2

Борьба с терроризмом.

3

Удостоверение личности.

4

Так называют всех сотрудников спецподразделений.