Залюби меня, залюби…
Сборник эротической поэзии и прозы
Анастасия Лескова

Редактор Ирина Коробейникова

Дизайнер обложки Ксения Алексеева

© Анастасия Лескова, 2025

© Ксения Алексеева, дизайн обложки, 2025

ISBN 978-5-0068-5261-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Поэзия

В тишине

В звенящей тишине, где слышен шёпот труб,
С души спадёт броня, обрушатся оковы.
В немом безумстве чувств пожары жадных губ
Готовы обжигать и обжигаться снова.

Разбросан шёлк волос по лености плечей
И застит невпопад озёра глаз и скулы.
Свободу волшебства и фейерверк ночей
Не удержать ничем, была и ускользнула…

Росой истомы соль струится по щеке,
В сплетении лучей трепещет сердца роза.
Как будто не со мной, как будто вдалеке.
Иллюзия, мираж. Какая, право, проза…

Господин

Жизней, судеб вершитель,
Тайных чувств небожитель и кумир.
Я – твоя Афродита,
Волн прибрежных сюита, ты – мой мир.
Поднимаясь из пены,
Не ищу перемены. Сердце – тир.

Я твой Феникс, я – птица.
Мой удел – возродиться в смене дней.
Я, желая, пылаю,
Трепещу и сгораю… Сноп огней
Выжигает до праха,
Рассыпаюсь без страха сном теней.

Прикажи, без сомнений
Опущусь на колени без стыда.
Ты в покорности взора
Не увидишь укора. Никогда.
Только жажду коснуться,
В твою мглу окунуться навсегда…

Струи шёлка, повязка…
Где реальность, где сказка – мир един.
То запрет, то пощада
Станет лучшей наградой. Ты один
Чувств и тела властитель
И души повелитель. Господин.

Жаждет манны признаний,
Сладких губ-наказаний между строк.
Но однажды случайно
Ей откроется: тайный мир – песок.
И курок, чуть стесняясь,
Приподнимется малость. Боль. Висок…

В моменте

Стисни узлы сильней на запястье.
Пусть остаётся след силы власти.
Глубже вонзился шнур в нежность кожи.
Этого чувства мне нет дороже.

Кожа по коже – боль обжигает,
Руки твои мой пароль не знают.
Я посмеюсь, а потом заплачу…
Ключ подобрал ко мне на удачу.

Коды вскрывай мои и шифровки,
Жёстко забей на плач и уловки.
Стала на миг твоей куклой личной,
Донельзя покорясь, неприлично…

Стисни узлы сильней на запястье.
Да-а! Остаётся след – сила власти…
Кожа по коже. Болью играли.
Руки твои мой пароль узнали…

Я посмеюсь, а потом заплачу…
Ключ подобрал ко мне на удачу.
Глубже. Остался след в нежной коже.
Этого чувства нет дороже…

Девушка в платьице

Гуляет девушка в летящем платьице.
Походка лёгкая. Она – фурор!
Рутина серая от счастья плавится,
Сердца сжимаются с недавних пор.

Сирени веточка плеча касается,
Гуляет скромница по мостовой.
Вослед прелестнице мужчины пялятся.
Один парнишечка – тот сам не свой,

Что платье жёлтое в горошек чёрненький
Самой невинностью летит в ответ.
Открыв коленочки и бёдра, томненько
Прикроют пальчики её секрет…

А грудь колышется, не зная устали.
Погода жаркая, и слышен свист:
Ветра куражатся, смеются издали.
Взлетают платьица – шифон, батист…

Гуляет девушка, и грудь колышется.
На бёдра белые налип загар.
Поток машин ползёт, почти не движется:
На низкой скорости уснул от чар.

Вы в жёлтом платьице Весну не видели?
Да, да! Её манил сирени хмель.
Встречали всё-таки? Но только издали…
В пальто сиреневом? Ах, был апрель…

В летящем платьице прошлась красивая.
Совсем не скромная. Запретов нет
Тому парнишечке, что ночью длинною
Искал в мелодии её портрет.

Она мечта из снов и наваждение.
И грудь колышется… И шёлк волос…
Слетает платьице… Забыв стеснение,
Коснись коленочек из сладких грёз.

Гуляет девушка. Одна по-прежнему.
Ласкает талию горячий взор:
Такую скромную, такую нежную,
Что тело движется с недавних пор.

Хочу тебя

Хочу тебя. Нежно и страстно.
Немедленно. Медлить опасно.
С утра разрывает на части
Кармическо-огненной властью.

Во власти земных притяжений
Сливаемся дрожью движений.
И движемся… Движемся в ритме,
В известном двоим алгоритме.

Испей, исцели моё тело,
Что ночью пылало и млело.
Согрей обнажённую душу,
Реальных границ не нарушив.

Люби меня. Просто и ясно.
Я знаю, что мы не напрасно
Нужны. Мы друг другу – спасенье.
Наш космос искрит притяженьем.

Мы, встретившись, не разобьёмся.
Сольëмся… В едино сольёмся…

Ценник желаний

Феерическим росчерком стрелы
Расширяют зрачков глубину.
Обжигающе бьются в прицелы,
Запуская каскадом волну.

Растворяется в чувственном море
Ожиданий горчащая соль,
На бескрайне целебном просторе
Обнуляя сердечный пароль.

В марафоне за призрачно многим
Неожиданный ценник утех:
Унесённые к рифам-острогам
Платят алой за мнимый успех.

И бинтов намотать не успела,
Невозможно ступить, хоть кричи!
Тетива беспощадная смело
Напевает вибрато в ночи.

Поплыла, не желая остаться
В колыбели обыденных слов.
Подписалась, скитаясь, метаться.
Ты – коралловой бритвы улов…

Электрическим росчерком стрелы
Расширяют зрачков глубину.
Фейерверками дрожь бьёт по телу
От безудержной тяги к нему!

Растеряла себя неумело,
Не вернуть, не найти. Не кричи!
Выбор сделан. А как ты хотела?
Не вернёшься сегодня… Молчи…

Ты ползла, не желая метаться
В колыбели обыденных строк,
Неизбежно согласен остаться
Под прицелом… Мишенью… Висок.

Глаза в глаза

Глаза в глаза, рука к руке
Остались следом на песке.
Стучат во тьме ночной тиши
Сердца двоих: дыши, дыши…

Озноб и жар, струится пот,
Палящих чувств водоворот.
Неистово качели тел
Искрят. И сотни жгучих стрел,

Пронзая тьму седой ночи,
Разносят: «Да… Ещë… Почти…»
Волна волос, изгиб спины
В рассветный час едва видны.

Глаза в глаза, рука к руке,
Следы коленей на песке…
Вода, смывая ложь стыда,
Уносит тайну навсегда.

Зарядник

В морозных днях душевного тепла
Растрачено, исчерпано дотла.
– Зарядным станешь?

Пополнишь мерой нежности покой,
Добра на сердце щедрою рукой?
– Едва ли, знаешь.

Лимит исчерпан. Тёмный лес в глазах
Дырой зияет, нагоняя страх,
И в мыслях серость.

Как жаль, мой друг. А знаешь, может быть,
Вайфаи душ в сердцах объединить?
– Какая смелость!

Пароль открыть во вне не страшно? Нет?
Остатки растеряешь и привет.
Ищи как звали.

Как быть, не знаю, если нет сети…
– Купи аккумулятор и лети
В любые дали.

Лететь одной неведомо куда,
В холодные, пустые города?
С тобой мне можно?

Смеёшься? Неустанный компас мой
Ведёт дорогой верной, но иной.
Там вместе сложно.

Ты извини. Не сразу поняла:
Зарядник твой не раздаёт тепла
Случайным, скажем…

Напрасно отвлекла. Уходишь? Что ж,
Расходник мегабайта мой возьмёшь?
…Вдруг будет важен?

Между городами

В новогоднюю ночь шлю из Питера сердце в Москву.
Под раскаты курантов подумаю: был бы здоров.
Распуская по нитке расшитую жизни канву,
Неизвестно зачем строю мост между двух городов.

Я была не права, ты – действительность, ты – человек.
Я всего лишь пугливая лань, неприкаянный жар.
Ты, конечно, другой: каменистая глыба, Казбек.
Нас связал мимолётно, возможно, взаимный пожар.

Если хочешь спросить, напиши, я отвечу как есть.
Если время ушло, жирный крестик начертит рука.
Может статься, что любишь порталов текучую лесть.
Что тогда говорить, влево, вправо кроши свысока.

Прочитаешь? Не знаю. А если случайно прочтёшь,
Не захочешь расслабить тиски – пусть гнетёт кабала.
Может быть, усмехнëшься: чего ты, наивная, ждёшь?
Я не знаю, чего… Просто взгляда за линзой стекла.

Просто доброго слова, где светом разлита душа,
Еле слышного шёпота нежности. В ней без прикрас
Обогретое сердце быстрее забьётся, греша…
К чёрту ждать Новый год! Отправляю сердечко сейчас.

Танец похоти

Дышится сбивчиво, ритмика рваная.
Хрипло сипя над копною волос,
Пальцы вонзаются гребнем взасос
В рыжие локоны… Страсть первозданная…

Взгляд исподлобья, трепещут ресницы,
Губки сжимаются плотным кольцом.
Похоти танец… Упругость с лицом…
Нежные ручки порхают, как птицы…

Движутся ловкие, темп соблюдая.
Соло выводит по плоти язык.
Сладостной пыткой ведуще приник…
Взрыв нагнетая… Желанный без края…

Мера взаимности кипенной лавой
Вглубь изольётся живейшим огнём…
Всё, что стонало и маялось в нём,
Миру явилось с любимой…

Залюби меня

Залюби меня. Залюби…
До предела… До жаркой точки…
Залюби меня, мой родной!
До волшебного многоточия!

Залюби меня в шум ветров,
В цвет черёмухи и сирени…
Залюби меня! Будь таков,
Каким можешь! И без сомненья

Наполняй меня. Наполняй…
Твоей негой, горячей страстью!
Обнимай меня, обнимай…
Я твоя… Во всецелой власти…

Клеточки

Женщина в чёрненькой сеточке – шок!
Рвётся из клеточки нежный сосок.
Чёрные клеточки. Сочная грудь.
Нет, не уснуть тебе… Да, не уснуть!

Ниже спускается бешеный взгляд:
Клеточки-сеточки с телом дрожат…
Руки касаются через экран
Тела сквозь сеточку. Сетка – аркан…

Ловля наивного. Да, на живца.
Без окольцовки, со следом кольца…
Сеточка клеточкой ниже пупка.
Ниже… Чуть ниже… У dote рука!

Кончились клеточки… Тела простор.
Руки за голову! Это террор!
Я – твоя женщина, ты – мой трофей.
Я – твоя музыка, твой апогей.

Патока горькая, сладкая дрожь.
Ты подчиняешься. И не берёшь…
Ты подчиняешься? Вот дурачок.
Крепко попался на клеток крючок…

О пользе труда

Халатик распахнут, колышется грудь,
Коленки по полу скользят.
Я мою полы, ты боишься вздохнуть.
Загадочно светится взгляд.

Закончено дело. Поможешь мне встать?
Дай руку, боюсь упаду.
– Да-да, непременно. Полы намывать —
Почётная тяга к труду!

Губами вдоль шеи коснëшься волос,
Уверенно капли с лица
Дрожащей рукою сотрëшь… и взасос
Вопьёшься. Трепещут сердца.

Слегка подтолкнëшь и спиною к стене
Придавишь, прижмёшь что есть сил.
В моменте волнительном жаждется мне
От страсти губу прикусить.

Пронзительно искры по телу. Разряд
Взрывает сплетения круг,
Разносит волну от макушки до пят.
Как сладко, как сладко, мой друг!

Колючим огнём наполняется грудь,
Сжимая сосков ореол.
Гудит в нетерпении, рвётся вдохнуть
Свободы и ласк произвол.

От шеи шутя проведёшь языком,
Снимая струистую соль.
Соскам, опьянённым слюнным коньяком,
Сполна насладиться позволь.

В момент разворот. И руками в упор.
Щека – по обоям в цветок.
Завязочек бантик, халатика вздор.
Пришлëпни позвонче чуток!

Ладонью по лону. Его нагота
Щедро́ увлажняет щепоть.
Колено меж бёдер. Отверзнув врата,
Вгоняешь восставшую плоть.

Звучание тела – рапсодия нас,
Мистерия грёз, болеро,
Что нотным ключом отворяет экстаз:
В истоме полёта нутро.

Струится «Ещё!» перебором хмельным
И вскриком прерывистым «Да!»
Рождается всплеском пшенично-живым
Побочное счастье труда.

Без сил опускаюсь по стеночке вниз,
Мыслишки проносятся вскачь:
Устроим обоим приятный сюрприз?
Мыть окна на завтра назначь.

Элина весна

Всё удалила: письма, подарки, строчки.
Не помогает: тянет к нему и точка.
Сотни конвертов пухнут от снов-вложений.
Чувства не слышат разума выражений.

Март хулиганит – найдена отговорка.
Скоро начнётся нежных предсердий порка,
Тех, что качают литры горящей плазмы.
Чувства на грани. Обмороки-оргазмы.

Эля-дурëха. Неисправима Эля.
В море соблазна вновь потеряла цели.
В мартовском зное кружат красотку ритмы
Сальсы, бачаты: пламени алгоритмы.

Дождик весенний сбрызнет огонь в нарядах.
Крикнет смешная: «Я вот тебе! Не надо!»
Копятся тонны файлов и сообщений.
Где же ты странник, мастерский стихогений?

Как состоится главная в жизни встреча?
Эле не спится. Вдруг её не замечу?
Близится счастье ливнем июньской ночи.
«Гений» в дурëху-Элю влюблён заочно…

Нежданный ноябрь

Этот странный ноябрь я, наверное, не забуду.
Поздней осени след станет виться за мной повсюду.
Никому не скажу, чем он дорог и чем печален.
Знать бы всё наперёд и остаться бы там, в начале.

Если бы да кабы не изменит ноябрь. Пустое.
Что моё – то со мной, приросло, село как влитое.
Омертвевшей листвой осыпается след случайный,
Но такой неземной, опоённый влекущей тайной.

Затеряется след в камуфляже осенней краски,
Растворится дождём в непогодице-свистопляске.
Сто ветров на корню разметают листву по свету,
Но останется след отпечатком огня до лета.

А быть может, решит и впитается рыжей палью,
Рубценосным тавро, татуи́рованной скрижалью.
Сувенир ноября станет ныть переломом костным
В непогоду, к дождю, к бурям солнца и новым вёснам.

Станет частью меня, прирастёт и сроднится с кожей,
Станет мягким теплом, а не сталью сердечных ножен,
Станет петь вечерком баритоном, сопрано-меццо,
Отголосками снов отпирать потайную дверцу

В незабвенные дни, где искрили огни безумства
В изумлении слов о непознанных прежде чувствах.
На подкорку души записала: грустить отставить
И нежданный ноябрь запечатать в конверт. На память.

Панталончики

Тонкие кружавчики, белые фестончики:
Ветер треплет тканевый попочки наряд.
На сушилке маются чьи-то панталончики,
Крой для пухлых ляжечек привлекает взгляд.

Узкая резиночка обнимает талию,
Мягонькие складочки женского жирка…
Тело сочной женщины, прелесть зрелой магии…
Ждёт бельишко нежное сладкого глотка…

Ой, сняла прищепочки тонкая и быстрая,
С ноготками красными лёгкая рука.
Задирая платьице, надеваю. Мысленно
Приспустить готовая. Ухожу! Пока!

Я – больше нет!

В личку вошёл без прелюдии стука,
Двери вскрывая привычным ключом:
Встала. Нагнулась. Хорошая сука.
Молча и жестко берëшь. Как ни в чём…

Что за напасть? В глубине наваждения
Беспрекословна с тобой. Чересчур.
Терпко и сладко-желанно влечение
Твёрдого, веского слова «хочу…»

Вышел, как прежде, без фраз к сновидениям,
Хлопнув дверями в закат ли, в рассвет…
С губ соскользнуло вдогонку осеннее:
«Хочешь пожëстче? А я – больше нет!»

Без тормозов

Разогнавшись, можно не разбиться,
Если отказали тормоза,
И на кураже блестят глаза?
Можно ли, в себе почуяв птицу?

Отказал на грани женский мозг:
Мчать без управления привычно,
Переехав близких самолично…
Из любимых сложен тормоз-блок.

Стылость тёплых тел… Ценой безумств:
Души наизнанку, сердце в клочья!
Ты довольна? Смейся, чёрта дочка,
Вспоминая свой финальный «бумс»…

Время покажет

Мы не вместе сейчас. Что поделаешь…
За окошком кусок полумесяца.
Я читаю тебе околесицу,
Находя рифму бойкую, смелую…

Трахни сладко, до самого семени,
Сотрясая мои полупопия.
Ты и я – это просто утопия,
Но лучимся оргазмами… Временно…

Знаешь, кто я? Фантом вожделения
Или кем-то забытая женщина.
Та, чьё сердце в надрывах и трещинах.
Нет… Не надо жалеть… Я – осенняя.

Поугаснешь… Понятно, случается.
Досаждают другие явления…
Радость жизни без дозы старения…
Были счастливы? Позже узнаем мы…

Передоз

Передоз от любви? Извини.
Так случается, милый. Наверное.
Что накрыло тебя, это скверно.
Отдались, подыши, отдохни…

Я не стану строкой докучать
И стучаться в закрытые двери.
Я не стану. Не стану, поверь мне.
На онлайны поставлю печать.

И однажды услышу: «Привет.
Как дела? Хорошо, дорогая?»
Что ответить? Немного другая…
Вот такой немудрëный ответ.

Сердце розы её

Сердце женственной розы её
Сокровенной сочится росою.
Ароматика дивной мечтою
Пробуждает мужское чутьё…

Сладострастия нежный бутон,
Обладая неистовой силой,
Превращает в раба девы милой,
Зарождая источника стон…

Вожделенный цветочный экстаз
Разрывает сознание в клочья.
Прикасаемы денно и нощно
Лепестки без стыда напоказ…

Невозможно о розе забыть.
Расставание – тяжкая пытка.
Обречённо провальна попытка
Амбру розовых снов разлюбить…

Возьми её нещадно

Возьми её в прекрасном сне
Нещадно, жадно, как желаешь.
Как? Ты отлично это знаешь.
Об этом нам… известно мне…

Ласкай ладонями огонь
Её грудей горячих, манких.
На этот миг в объятьях сладких
Твоя без меры… Только тронь…

Пронзает сердце женский взгляд,
И ты не в силах удержаться…
Она тебе спешит отдаться,
Оставив в прошлом скуки ад…

Колени в пол, трепещут руки…
Сосками бьются груди… Да…
Открылась тёмная звезда
Тебе подарком страстной суки…

Игры для взрослых

Сладкая, нежная мается, ждёт
Тела горячности. Жажда, бушуя,
Стонет и просит огня поцелуя…
Тесный контакт, язычковый полёт…

Не разорваться, но хочется всё!
Много и сразу. Но так не бывает.
Тесное лоно сочится, пылает…
Губки трепещут… Он подле неё…

Пазл-перевёртыш… Забавы двоих.
Смелых и жадных. Огонь вожделенья.
Ласки искусные. Шёпот сближенья.
Страстные возгласы… Спазменный взрыв…

Чуть отдышались, а глазки горят.
Тянутся пальцы к плоти желанной.
Влага вливается в женщину манной…
Хочется ею покрыться до пят…

Кардиограмма пляшет канкан:
Стоны и возгласы, тел содроганье,
Мирра экстаза, души лобызанье…
Тайные игры двух горожан.

Из мира насекомых

Обманулся. Так бывает. Я ли не предупреждала?
Но, сама себя не слыша, отправляла поцелуй…
Ничего не ожидая, получала много. Мало…
Жерновами слов колдуя, как заправский ветродуй.

Ты зачем доверил сердце той, что о любви не знает,
Беспощадной и бездушной. Нас, таких, полным-полно.
Слышишь? Самки богомола, что инстинкты почитая,
Продолжают жрать влюблённых, как природою дано…

Шуточки

Хочу твоей руки на солнечном сплетении,
Хочу твоих «хочу» и стонов в эропении,
Хочу твоих телес на мягкой нежной заднице,
И от горячих рук неспешно воском плавится.

Хочу издалека магнитить, доминировать.
Взять мушкой на прицел, всецело контролировать.
А может, не хочу. Смеюсь, шучу бедовая,
На огонёк лечу, головушка садовая.

Ты не найдёшь ответ, что выдумка, что истина.
Ещё не поняла, покорна я, воинственна?
Нет, знаю, всё могу. Хочу – нервишки мучаю,
Доверившись судьбе, себе, тебе и… случаю.

Игрища

Пронзает боль.
Вздохнуть позволь!
Позволь!
позволь
позво-оль…
позво-о-оль.

Короткий вдох,
На шее – ты…
Кранты!
кранты.
кран-ты…
кран… ты…

Я умерла?
Ещё жива…
ед… ва…
ед-ва…
едва.
Едва.

Сквозь тьму и пот —
Движенье тел…
Её хотел…
Вот так – хотел.

Сжимая глотку,
Вводишь член…
Ещё разок.
Зачем?
Зачем?

Раскатный залп
Звучит внутри…
Сотри.
Сотри.
Сотри.
Сотри.

Благодарю…
Дышу, горю…
дышу,
дышу…
горю,
горю…

Ладонь сквозит
По волосам…
К разбухшим венам
И глазам.

За подбородок
Сверху вниз…
Любой,
Любой
Его
Каприз…

Может, сумею

Ты, как слепой щенок, тычешься в двери.
Умер почти, издох от недоверия.
Твой извращённый ум ищет подсказки:
Кто она? Кто она, та, для острастки?

Если в реале – нет, можно со мною
Тайный увидеть свет, стану другою.
Только другой собой: сукой глубинной,
Той, что живёт внутри девы невинной.

Я не люблю себя? Не уважаю?
Может, чего-то я не понимаю?
Если готова стать тайной твоею,
Значит, себя любить я не умею?

Ты обозначь себя. Твёрдо, открыто.
Сколько ещё просить бабе корыто?
Всё. Я сказала всё! Больше не смею!
Может быть, без тебя тоже сумею…

Знаю – услышу!

В бризе солёном слышится: «Здравствуй!
Глупая… Милая… Нежная Настя.
Здравствуй, родная… Доброе утро…
Стала в размолвке ближе как будто…»

Слышится… Жду я, что тихо скажешь:
«Жаль золотое времечко наше.
Ночи чернику, утра румянец,
Неги истому, губ сочный глянец».

Может быть, этим утром услышу:
«Стала желанней, слаще и ближе».
Вдруг не услышу? В это не верю.
Настежь открою окна и двери!

Солнцем с тобою, ливнями возле!
Знаю, что скажешь! После так после…

Твои стихи

Твои стихи кипят тестостероном
И бьют раскатом дрожи в животе.
Оплавлен мозг безумием нейронов,
Морзянкой SOS на ультрачастоте.

Взрываясь в резонансе каждой строчки,
Я растворяюсь в пропасти страстей.
Потерянность наружной оболочки
Не в силах скрыть набора скоростей.

Когда вернусь? Хочу ли? Не отвечу.
Мой мир перевернулся, в нём бардак.
Раскладывать по полкам эту встречу
Не вижу смысла. Не спешу никак.

И бережно глазами пробегая
Созвучия знакомых слов и фраз,
Шепчу тайком, что я уже другая —
Бессовестно счастливая сейчас.

Мне хочется

Мне хочется безумия страстей,
Оргазмов, что собой закроют солнце.
Космических, предельных скоростей
И члена, достающего до донца.

Запретное, манящее познать,
Пока есть я, пока ещё есть время.
И слышать, и желать, и ощущать
Ламбаду тел не только в сновиденьях.

Господь, прошу, пошли раба рабе
На склоне дней любовных утешений,
Прогулок по извилистой тропе
Ко сладости взаимных прегрешений…

Но хочется реального тепла,
И чтобы я всегда собой была!

Самообман

Знаешь: примчится, куда позовёшь,
Голая, бо́сая, в снег или дождь.
Знаешь, конечно.

Знаешь: придержит запал до поры.
Правила чёткие странной игры:
Мигом – неспешно.

Губка прикушена, зубки блестят,
Дрожь охватила с макушки до пят.
Капельки пота…

Остро и колко небритой щекой
Кожу щекочешь, пришлёпнув рукой
Около dote…

Рвёшься на волю – тянет аркан.
Дальше и ближе. Нежный капкан.
Самообман.

Я хочу навсегда

Я хочу с тобой навсегда,
А иначе не вижу смысла.
Я без смысла душой зависла.
Полетела души винда.

Я спешу к тебе напролом,
Продираясь, крушу и верю.
Посшибаю замки. А двери
Сдам в утиль на металлолом.

Я хочу, я спешу. Смешно.
Сочинила себе забаву.
Рассуждать невозможно здраво.
Дверь закрыта… Но есть окно.

Двери, окна хочу. А ты?
Раз спросила, другой и третий.
Не впустил, даже не ответил.
Эпиграмма пустой мечты.

Люблю тебя

Ты знаешь, я люблю тебя, мой милый.
Не спится без тебя и не живётся.
Я жду, когда душа твоя проснётся
И мне ответить сможет что есть силы.

Обнимешь, поцелуешь, приласкаешь
Дурёху, непутёвую немножко,
Что вечер коротает с рыжей кошкой.
Не знаешь, что люблю? Конечно, знаешь.

Забыл в потоке суетливых будней
О той, что где-то в памяти хранима:
Красива и желанна, и ранима…
Чей образ стёрт в рутине многолюдной.

А я люблю. Тебя. Напоминаю:
Всегда-всегда, давно и очень сильно.
Люблю, как героиня кинофильма…
Ты тоже любишь. Просто верю. Знаю.

Ты приходи, пожалуйста, пораньше.
На полчаса. А, впрочем, как сумеешь…
Начну, когда поешь и разомлеешь,
Шептать на ушко о любви. Почаще.

А может, тихо рядышком присяду
И просто посмотрю с тобою «Вести».
Мы помолчим, но главное, что вместе.
Мы рядом намолчимся до упаду.

А после упадём друг другу в души
Простым, понятным, ласковым касаньем,
Супружеским взаимопониманьем.
Без лишних слов. Удары сердца слушать…

Встреча

В душном купе рождались тысячи прикасаний,
Важных и неизбежных рваных зачатков слов.
Воля, теряя силу, плавилась голосами,
Волнами ощущений в спешке под стук колёс.

Воздух пронзали искры буйства нежданной связи.
Взлом потаённых кодов скроют глаза к утру.
Вежливо улыбаясь, прячем восторг экстаза
В список коротких станций фразой: «Я наберу…»

Ветер по шпалам – эхом, точкой вагон поставлен.
Вечер, сомнений полный, цифры сотрëт в нули.
Ворох листвы с перрона нас бичевать не станет,
Влага дождя не спросит: «Боже, как вы могли?»

О душе

Пей моё тело, силу, огонь.
Только вот душу, душу не тронь.
Будь осторожен: чувства – эфир,
Лишнее слово – сломленный мир…
Лишнее слово – боли печать.
Бросишь бездумно – можно не встать.
Нет на любимой прежней брони…
Видишь? Нагая… Можно… Люби…

Дыши!

Вдох-выдох. Замру на секунду.
Вдох – капля, намерений всплеск.
Вдох – масса надежд на успех.
На выдохе всё позабуду.

Вдох-выдох не слышен в рутине.
Вдох-выдох – глоток, ерунда.
Не слыша победного «Да!»,
Желания тонут в трясине…

Живу как дышу – незаметно.
Не время… Потом. Как-нибудь…
А после… Да ладно, забудь!
Нет! Надо дышать! Надо. В темпе.

Почувствуй дыхание утра.
Почувствуй дыхание дня.
Дыхание тела. Меня…
Послушай, как дышится мудро…

По венам гоняя живое,
Сердечко-трудяга стучит.
Оно и насос, и магнит.
Всё тянет на дело благое…

Дыши! Выдыхай! Замечай
Мгновения счастья простого.
Не будет другого такого.
Дыши как живи. Жизнь встречай!

Тополиный снег

Дар тополиный вьётся клубами:
Почта июня шлёт поцелуй.
Облако пуха, тронув губами,
Ввысь отпускаю. Странствуй, балуй…

Знаю, найдётся дом без ошибки.
Тайные письма мчатся в подъезд…
Пух, прорываясь в двери с улыбкой,
Губы лаская, шепчет: «Привет…»

Ветры, сбивая пух в одеяло,
Шлют издалече белый ответ:
«Примешь подарок? Пусть укрывает
Душу и сердце, тело от бед».

С радостью, милый! Я принимаю
Мягкое море – наш оберег.
Вьётся взаимно, вовсе не тая,
Тихого счастья призрачный снег…

В сердцах двоих

В сердцах влюблённых целый мир,
Огонь восторга, сладость плена:
Вино и мёд попеременно.
Она – Богиня, он – Кумир.

В сердцах любимых – мир двоих.
Горячность счастья, нега ласки.
И расстаются без опаски
На время, что пророчит стих…

С любимым тяготы нести
Чуть легче, быт слегка воздушней.
Дожди в ненастье – добродушней,
Что проливаются в пути.

Любимый, я твоё всегда.
А ты – моей души отрада,
Мечта, как песня и услада.
Ты – мой… Моя… Любовь… Звезда…

Звёздное

Звёздное кружево лунной невесте
Косу скрывает незримой фатой.
Страстные души поэзии вместе
С первой строки и дуги запятой.

Двое, пылая целительной силой
Позднего чувства, желаний янтарь
Искренней клятвенной речью скрепили,
Трепет сердец положа на алтарь.

Тьма поднебесья мерцает огнями,
Путь освещая счастливым двоим,
Что на рассвете укроются днями,
Скроются с глаз сновиденьем чудным.

Помнится женщина Деве небесной,
Помнит мужчину седой Козерог
Магией таинства ночи воскресной,
Силой пророчества млечных дорог.

Полночь сменяется утром туманным,
Тени влюблённых давно не видны.
Счастье земное хранят талисманы:
Звёздные россыпи поздней весны.

Качели

На перепутье апрельских капелей
С трепетной юностью майской листвы
Двое взлетали на хрупких качелях
Робких объятий в эфир синевы.

Маятник чувства беспечно пронзает
Пенных черёмух хмельной аромат,
Разум туманя без меры и края,
Не оставляя дороги назад.

Магия зрелости призрачной нитью
В рваные души незримо вплелась,
Соединяя с невиданной прытью
Руки и губы в порочную связь.

Песня полёта звучит вдохновенно,
Музыку ветер разучит едва ль.
Древо качелей хранит сокровенно
Тайную исповедь О или А.

Люблю апрель за то…

Люблю апрель за то, что в нём нашла тебя,
Такого же, как я, чудного и простого.
Внезапно, как порыв, пришёл, уже любя
Неведомо за что… Но не хочу иного.

Останься таковой, апрельская весна!
Перетекая в май, исследуй обороты.
Открой душевный рай, огонь и негу сна,
Не спрашивая вновь, откуда ты и кто ты.

За то люблю апрель, что снова расцвела
Вишнёвым лепестком и яблоневым цветом.
За то, что напишу: «От счастья уплыла!»,
Любуясь из окна карминовым рассветом.

Люблю апрель за дождь, черемуху и снег,
За солнечные дни, зелёные бульвары,
За то, что где-то есть родной мне человек,
Который пожелал со мною слиться в пару.

Не знаю почему, но мне открыл апрель
Неведомую страсть, сердечное томленье,
Полынное вино, горящих маков эль
И на рассвете дня строку стихотворенья…

Этой ночью

Я сегодня не та: этой ночью я ведьма
И на Лысой горе разжигаю огонь.
Волшебство по кудрям разливается медью.
Ты на празднике в ночь хочешь выжить?
Не тронь,
Не касайся лица, ослеплённый улыбкой.
На магический зов не бросайся. Хотя…
Поспеши. Я – твоя этим временем зыбким.
Светлячки наших душ, угасая, летят…

Чайное

Ты не встречал такой? Я тоже
Впервые «зеркало» встречаю…
Забавно, правда? Хочешь чаю
Без сахара? Ах, пару ложек…

Невольно приоткрылись губы,
Случайным обжигаясь взглядом.
Нет, просто слишком… Слишком рядом…
Наивно-дерзко. Дерзко-глупо…

Ладонь окутывает плечи
И растекается по коже.
В запале чувства таю тоже
И прихожу в себя под вечер…

Разлитый чай… и кружка боком
По полю сахаристых крошек.
Такая чушь. Спасибо, Боже,
За встречу чувственных потоков.

Нашёл и не отпустишь? Верю.
Не отпускай… Заваришь чаю?
…Ты знаешь, я уже скучаю.
И я. Иди ко мне. Скорее…

Проза

Эля дома

Эля лежала на диване, как всегда, в полутьме. Светился лишь экран телефона. Комнату уже давно заполнил морозный воздух, но встать и закрыть окно ей было лень, вернее некогда. Она быстро набирала текст. С ошибками. Торопилась, пока мысль не ускользнула. А витала эта мысль где-то очень-очень далеко.

Незаметно для себя она начала водить языком по приоткрытым губам. Его заострённый кончик то напористо упирался в ровненькие передние зубки, по описывал полукружия в уголках губ.

Затем сами собой в движение пришли колени: лениво двигаясь влево и вправо, чуть замирали, размыкались на несколько секунд, неторопливо соединялись и начинали двигаться снова. Пальчики быстро бегали по клавиатуре, и Эля не замечала всего того, что вытворяли ноги.

Неожиданно в комнату вломился, да-да, вломился, её мужчина.

Поток света ослеплял, и она недовольство зажмурилась.

– Ну, что тебе? – сказала она, недовольная тем, что её отвлекли.

– Спишь? – поинтересовался он.

– Сплю! – шикнула она.

И продолжала писать, покачивая коленями. Он подошёл вплотную и стал наблюдать за ней. Зачем нарушил её уединение, так и не сказал.

– Для чего ты это делаешь? – спросил он.

– Что? – переспросила она.

– Ноги раздвигаешь! – уточнил он.

– Не знаю. Думаю. – Ответила, лишь бы отстал.

Тут он неожиданно и резко перевернул её на бок и стянул розовые брючки с одной ягодицы. Дёрнул сильнее и, оголив вторую, сжал ладонями мягкие половинки. Эля не протестовала, а только улыбалась и удивлялась его прыти.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.