Владислав Даркшевич
Берег Красного Прилива

1

Космический корабль пылал. В него врезался метеорит? Гладкие валуны у самого берега красного инопланетного моря отражались в стекле моего шлема словно лица мертвецов.

Радиоэфир был мертв и пуст. Из всего экипажа в живых остался только я – рядовой геолог.

Моя рука на секунду дрогнула, метнувшись к клапану генератора кислорода. Я знал: стоит лишь повернуть его, и воздух в скафандре исчезнет. Все мое тело замерло.

На корабле был регенератор кислорода… Теперь меня ждала долгая и мучительная смерть от удушья. Земля – за световые годы отсюда, помощи ждать неоткуда. И хотя я ещё дышал, понимал, что уже мёртв.

Я с силой отдернул руку, сжав кулаки.

Фиолетовый песок уныло захрустел у меня под ногами, словно крошащиеся кости этой проклятой планеты. Совершенно один, на этом небольшом острове, затерянном среди инопланетного моря.

Капитан Крэйг, первый помощник Наоми, Тайлос и Лион, Пирсон и Швед… Яркая синяя вспышка, ударная волна и погибли двенадцать членов экипажа. А меня просто отбросило в воду взрывной волной – это и спасло. Но без сознания я был слишком долго.

Мой взгляд безучастно скользнул по окружающему беспорядку. На фиолетовом фоне планеты резко выделялись разбросанные остатки нашего оборудования, теперь казавшиеся ненужным хламом.

Апатия и безысходность треснули, и на их место пришло новое чувство. Меня накрыла волна безумной, клокочущей ненависти, и я с садистским удовольствием пнул переносную рацию, затем швырнул геологический молоток и, наконец, споткнулся и рухнул на песок. Я просто лежал на земле, рыдал и ненавидел все на свете: бюро, глупую вакансию геолога на межпланетном корабле, жажда приключений и денег.

Поднявшись, я с ожесточением взглянул на выступ красной скалы, за который зацепилась моя нога. Скала уходила вглубь фиолетового песка. Рядом валялся мой портативный геосканер. Я вспомнил: именно здесь я его и выронил. Поднял, отряхнул. Внешне прибор напоминал лазерный пистолет, но при нажатии на кнопку он не стрелял – сверху открывалось отверстие для образца, предназначенного для химического анализа.

Так вот он, источник всех проблем – этот красный камень. Ведь меня послали сюда, чтобы взять пробу. Капитан хотел наказать меня, после… Но во всем был виноват Швед! Он меня подговорил. Выходит, Швед и спас мне жизнь. Когда я был здесь, на корабле объявили комендантский час и все спали. Легкая смерть во сне.

2

Как глупо… Я взял пригоршню той самой красной породы, засыпал в отверстие, приложил дуло к виску… А можно ли узнать состав своих мозгов? Нажал на курок. Раздался знакомый щелчок.

Болван. Болван!

Я знал, что на дисплее геосканера появилась крупная светящаяся надпись. Отбросив сканер в сторону, я безразлично скользнул по нему взглядом и отвел глаза. Какая разница, что это за порода?

У меня был небольшой запас воды и еды в скафандре, но… Давящая тяжесть в груди напоминала мне, что время было на исходе – кислород кончается.

Как я мог бы получить кислород в таких условиях? Встав, в ярости я снова стал пинать оборудование вокруг, до тех пор, пока снова не наткнулся на осточертевший бестолковый сканер. Яркие желтые буквы горели на экране, напоминая о результате анализа: «Натрий – 68%, кислород – 31%».

Присел на булыжник рядом. Теперь мне не нужно было отчитываться перед капитаном о составе неизвестной породы. Хотя, почему-то его это очень интересовало. Тупо уставившись на горящую надпись, я ощутил, как в голове что-то щелкнуло, словно кто-то нажал на рубильник.

Натрий и кислород? Кислород! Да еще в таких пропорциях. Так это же… Боже… Так это же пероксид натрия!

Я вскочил на ноги и зажмурил глаза, мне хотелось ликовать и кричать от радости, но я помнил о нехватке кислорода. Успокоив дыхание, я посмотрел на датчик. Шкала была в «красной зоне». Запас кислорода в скафандре был на исходе. Пройдет еще немного времени и потом у меня начнет дико болеть голова, нужно поторопиться с решением.

Кислород есть, но где его удержать? Моя мысль метнулась к спасательному челноку. Мы отгрузили его подальше из-за неисправности миниатюрного ядерного реактора, опасаясь облучиться. Какая ирония! Реактор был отсоединен и утилизирован, но ремонтные работы так и не были выполнены. Спасательная капсула полностью обесточена. Но сейчас именно он был единственным герметичным помещением, где я мог попытаться собрать выделяющийся живительный газ, не давая ему улетучиться в атмосферу фиолетовой планеты.

3

У самого берега стоял обесточенный челнок, который мы готовили к диагностике. По сути, это была железная консервная банка с гермодверью спереди и винтовым люком на крыше. Дверь без электроэнергии не открывалась. Вздохнув, я стал вскарабкиваться по лестнице к люку. Внутри было пусто и темно. Я стал вращать еще один вентиль и открылись стальные ставни, прикрывающие панорамное окно рядом с креслом пилота.

Вернувшись наружу, я подобрал геологический молоток, набрал несколько обломков ценной руды, зачерпнул красноватой воды в первую попавшуюся емкость – какую-то банку из-под гаек – и поспешил внутрь спасательной капсулы. В несколько ходок мне удалось все занести внутрь.

Не торопясь, один за другим, я стал подмешивать куски руды в красную воду. Но это была чужая, инопланетная вода, и из-за каких-то примесей реакция пошла не так… Жидкость жадно бурлила. Нужно было быть осторожным: в реакции вместе с кислородом образовывался едкий натр, который легко мог разъесть мне лицо и банку, в которой шла реакция.

Я слегка приоткрыл забрало шлема и наконец смог сделать полноценный глубокий вдох, смесью состоящей из атмосферы планеты с кислородом. Постоянная головная боль и давление в висках стали отступать. Закрыв глаза, я наслаждался кислородом и не заметил, как в помещении стал накапливаться другой неизвестный газ – фиолетовые клубы начали резать мне глаза. Бром? Нет, не может быть. Что-то синтетическое? Но откуда, ведь на планете нет промышленности и заводов, нет ничего живого.

Прежде чем я успел надеть обратно забрало скафандра, рефлекс заставил меня сделать вдох. Когда я все же опустил забрало, было уже поздно – газ попал мне в легкие, а оттуда в кровь. Сначала я ощутил слабость в коленях, а после мир вокруг внезапно погас.

Не уверен, как долго я пролежал на полу челнока.

Приложив чудовищное усилие, я смог пошевелить пальцами, после чего начался приступ неконтролируемого кашля. Перевернувшись на спину, я лихорадочно осмотрел внутренность челнока. В моём сознании, затуманенном фиолетовым газом, возникали цветные образы странных созданий: вытянутых и переплетающихся друг с другом. Я тряхнул головой – образы исчезли.

Приподнявшись, я взглянул на датчик кислорода на предплечье – 17 %. Еще немного, и смерть… Нужно было добыть кислород из руды, но попутно выделялся ядовитый газ. Последние вспышки разума терзали мой мозг, страдавший от гипоксии. Руда состоит только из соединений кислорода и натрия, а это значит… проблема в воде. Красная инопланетная вода, которую я собрал снаружи, содержит примеси, из-за которых её нельзя использовать.

Значит, нужна чистая, или "безопасная" вода. Но где ее сейчас взять?.. Поднявшись на дрожащих ногах, я вручную открыл гермодверь и из-за небольшой разницы в давлении, вся атмосфера внутри челнока улетучилась. Я сел в кресло пилота, в ожидании момента, когда ядовитый газ испарится.

Задраив дверь челнока, я закинул в банку несколько кусков свежей руды и открыл клапан в скафандре, расположенный ниже пояса.

Так я и стоял, сливая водяной конденсат из фильтров внутри костюма в банку со щелочью, один, находясь в глубоком космосе. Я захохотал. Этот последний мерзкий концентрат был моей последней надеждой. Теперь у меня нет вообще никакой воды. Открыв забрало, я глубоко вдыхал тяжелый от смрада воздух.

Первым делом нужно сконструировать дистиллятор, иначе мне конец.

4

У меня был небольшой запас батончиков в костюме. Теперь меня мучила жажда. Пришло время для новой проблемы. Я мог принести воду в помещение, но не мог ее пить. Я сел в кресло пилота и отчаянно стал перебирать возможные варианты решения. Вне спасательной капсулы, запаса воздуха внутри моего скафандра должно хватить на несколько часов работы. Опасность умереть от гипоксии не исчезла. Перед тем, как выйти наружу мне нужно хорошенько все спланировать.

Через иллюминатор я смотрел на груду мусора, которую мы со Шведом сложили. Вышедшее из строя оборудование… Мой взгляд упал на разобранный блок управления с торчащими из него толстыми проводами. Если снять с проводов оплетку, то я получу набор прочных трубок. Пригодится. Рядом должна лежать треснувшая панель солнечной батареи. Если бы у меня был ремкомплект, то смог бы починить её… У меня мало времени для работы снаружи. Теперь нужно найти что-нибудь, что могло бы выполнить функцию перегонной колбы. На самом краю мусорной кучи я заметил испорченный скафандр первого помощника. Что-то было не так с системой связи и было решено выбросить его в утиль. Он то и сможет мне помочь! Теперь можно выходить наружу. Снова испарилась вся атмосфера из челнока. Конденсационной воды в моем костюме не осталось, но был шанс получить ее из старого костюма.

Сняв со старого костюма шлем, я внимательно его осмотрел. Его внутренность представляла собой литой титановый корпус. Я удалил всю проводку и подкладку, вмонтированные в шлем, – теперь он должен был служить дистиллятором. Также мне удалось получить несколько трубок. Я посмотрел на датчик кислорода. Мое время кончалось.

Затащив все барахло внутрь челнока, я присоединил шлем к костюму. Я приоткрыл забрало шлема и влил немного красноватой воды. Проверив еще раз герметичность, я нажал на клавишу реабсорбции, расположенную на плече старого скафандра. Система жизнеобеспечения была рассчитана на несколько недель автономной работы. Я задержал дыхание от волнения. После долгой паузы я услышал, как внутри скафандра зажужжали микронасосы и фильтры.

– Да! Выкуси! Ты так просто меня не прикончишь! – воскликнул я, вскинув руки. Я настолько разволновался, что изнутри стекло шлема запотело, и мне пришлось подождать, пока испарина не пройдет.

Я знал, что для того, чтобы вода появилась в системе скафандра, нужно было подождать. Время будто растянулось. Мой сон в криокапсуле и тот теперь казался не таким уж долгим. Наконец по тонкому шлангу полилась струйка чистой, прозрачной воды. Я не мог оторвать от неё взгляд. До последнего я боялся, что фильтры скафандра не справятся. Внутри него находилась система очистки и сбора воды – она-то меня и спасла.

Внутри челнока должен был быть резервуар для воды и много другое, что могло бы спасти жизнь в критической ситуации, но перед ремонтом мы вынули все потенциально полезное, оставив практически голые стены в челноке.

К счастью, в куче мусора я нашёл пластиковую канистру.

Кислород и вода теперь есть… На какое-то время… Я проверил состояние водяных фильтров. Их должно было хватить на несколько дней. Итак, мою мучительную смерть вновь отсрочили.

5

Все очень плохо! Мне на этот раз точно конец!

Я выходил из челнока только тогда, когда внутри заканчивалась вода или красная руда. Сначала я был очень доволен собой, ведь мне удалось решить, на первый взгляд, безвыходные проблемы, но теперь… ощутил ступор. Вода, прошедшая фильтры старого костюма, уже стала отдавать красным оттенком. Теперь ее нельзя пить.

Я с грустью встряхнул канистру с водой. Несмотря на то что фильтр костюма работал уже несколько дней бесперебойно, мне не удалось собрать запаса воды. Почти вся вода уходила на химическую реакцию, остальную часть я выпивал. Проблема была в том, что я вынужден был открывать дверь челнока, и атмосфера моментально улетучивалась, поэтому мне приходилось каждый раз начинать все заново – заполнять помещение кислородом. Замкнутый круг. А энергия и запас фильтра заканчивался.

Я снова пошел к красной скале, которую мне удалось основательно раздолбить. Мой взгляд зацепился за блестящий корпус переносной радиостанции. Эту бандуру нужно было брать с собой во все дальние экспедиции. Тяжеленная штуковина. Мне приходилось таскать ее на спине. Мне хватило сил оттащить радиостанцию досюда.

– Так в ней же есть здоровенный аккумулятор! Наверняка в нем еще сохранился заряд, – воскликнул я.

Оказавшись внутри челнока, я решил модифицировать свой дистиллятор. Система, которая использовалась в скафандре для очистки, требовала новые фильтры, тогда как простое кипячение воды должно было быть более эффективным способом получения чистой воды. Я мог легко собрать простой нагревательный элемент из нихромовой нити и аккумулятора радиостанции.

6

Осталось только включить радиостанцию и проверить заряд аккумулятора. Я нажал кнопку включения, рефлекторно повернул ручку автоматического поиска сигнала… Я тысячу раз делал это на тренировках, и вот – снова. До меня не сразу дошло, что может означать шипение в радиоэфире. На светящемся экране радиостанции я увидел значение заряда аккумулятора – всего десять процентов. Трудно было сказать, насколько этого хватит, но было очевидно, что ненадолго. Я уже потянулся к кнопке выключения, но меня остановил голос. Инопланетный и неестественный. Грубые звуки перемежались со странным пощелкивающим треском. Голос неизвестного сменился потусторонним воем. Перед моими глазами снова появился фиолетовый газ, и снова заиграли потусторонние цветастые образы, но теперь я не мог от них избавиться. Не в силах терпеть, я быстро нажал кнопку выключения. Мне захотелось разбить радиостанцию, но успел остановить себя. Трясущимися руками, я вытащил аккумулятор.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.