# Мифология Индии. Боги, духи и герои

Ксения Дмитриевна Никольская

Сегодня в Индии индуизм является религией большинства. Однако с точки зрения религиоведа его вряд ли можно определить, как единую и стройную систему. Весь состоящий из различных сект и направлений, по своей природе он оказывается сложным переплетением верований ведийской эпохи конца II – начала I тыс. до н.э. и многочисленных аборигенных традиций и культов.

Автор ведет повествование от древней ведийской традиции к образам и сюжетам классического индуизма. В доступной форме в книге раскрываются темы сотворения мира, циклов времени, учений о дхарме и карме. Читатели познакомятся с важнейшими богами и их супругами, с духами, демонами и любимейшими героями Индии. Представленный материал опирается на оригинальные тексты, исследования филологов, историков и антропологов. Издание адресовано самому широкому кругу читателей, интересующихся культурой и мифологией Востока.

В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

# Ксения Никольская. Мифология Индии: боги, духи и герои


Серия «Популярная мифология»


В оформлении издания использованы рисунки Алисы Шур и иллюстрации из архива Shutterstock


© Никольская К.Д., текст, 2025

© Шур А.И., иллюстрации, 2025

© Издательство АСТ, 2025

## Предисловие

Древние греки считали, что Индия – это самая окраина ойкумены. Для Геродота (V в. до н. э) она – «крайняя страна на Востоке», о которой он писал: «Из всех известных нам восточных азиатских народов у восхода солнца индийцы – первый народ, о котором у нас есть по крайней мере определенные сведения. Ибо восточнее Индии простираются пески и пустыня» (III.97–98)[1]. Единственное, что было совершенно ясно человеку «западного мира» об Индии: она – страна чудес, несметных богатств, удивительных народов и фантастических существ.

Долгое время европейцы, и в самом деле, плохо себе представляли, как выглядит Индия. Немногие известные сведения, как правило, исходили от купцов и путешественников, которые во все эпохи склонны были сильно приукрашать свои рассказы. С течением времени все больше людей с Запада оказывалось в этих землях, но, похоже, имидж «страны чудес» закрепился за Индией навсегда. Традиция связывать эту страну с мистикой и волшебством до определенной степени сохранилась и сегодня. Впрочем, современному человеку известно гораздо больше, чем Геродоту. Так, имена многочисленных индийских богов знают очень многие. Однако разобраться в бесконечном многообразии божеств и их сложных взаимоотношениях друг с другом, в их разнообразных воплощениях и «широких полномочиях» – задача непростая. Попробуем же сделать это вместе!

Сегодня мы знаем, что Индия – одна из древнейших цивилизаций в истории человечества. За несколько тысячелетий она прошла в своем развитии несколько этапов, каждый из которых отразился на ее сегодняшнем облике. Как в ранние периоды истории, так и сейчас – это многоконфессиональный регион. В современной Индии помимо приверженцев индуизма, разные направления которого являются религией большинства, живут адепты многих вероучений: ислама, христианства, буддизма, джайнизма, иудаизма, а также наследники древних зороастрийцев (парсы) и народности, чьи верования далеко не всегда можно соотнести с какой-то определенной религиозной системой и потому в исследовательской литературе их объединяют под невнятным наименованием «племенные религии».

Строго говоря, для разговора обо все этом многообразии одной книги мало. Кроме того, некоторые сюжетные линии крайне сложно увязать друг с другом. К примеру, слабо представленный сейчас в регионе буддизм зародился и развивался изначально именно в Индии. Он имеет долгую историю и богатейшую литературную традицию. Однако, в отличие от индуизма, буддизм в гораздо меньшей степени связан с древней религией Индии – ведийской. Точно так же обстоит дело и с джайнизмом, приверженцев которого сегодня в Индии не слишком много. Разговоры и о буддизме, и о джайнизме, равно как и рассказ о специфике индийского ислама и судьбе христианства в регионе, требуют отдельных изданий. В этой книге речь пойдет главным образом о богах и традициях индуизма, а также о древней ведийской религии, оказавшей сильное влияние на образы индуистских богов и его культовую практику. Итак, мы начинаем.

## Введение. Краткая историческая справка

История Индии начинается в глубокой древности. Это обстоятельство ставит ее в один ряд с первыми мировыми цивилизациями – с Шумером, Аккадом, Египтом. Но в отличие от большинства древних культур индийская сумела вплоть до сегодняшнего дня сохранить традиции и верования, зародившиеся столетия и даже тысячелетия назад. Давно нет ни древнего Египта, ни Шумерской цивилизации, но многие боги, которым поклонялись в древней Индии, и сегодня сохраняют авторитет и властвуют над умами и сердцами людей.

Начиная разговор об индийских богах, следует учесть ряд обстоятельств, очевидно, повлиявших как на историю, так и на культуру Южной Азии.

Стоит понимать: когда мы говорим об Индии в древности, то предполагаем гораздо более обширную территорию, чем та, которую сегодня занимает одноименное государство. Древняя Индия – это еще и земли современного Пакистана, Бангладеш и Непал, а также часть Афганистана. В то же время, и сегодня история Южной Азии – это, прежде всего, история регионов: Север и Юг, Запад и Восток представлены совершенно разными народами, языками и традициями, связь между которыми часто достаточно условна. Подобная, если не бóльшая, пестрота была характерна и для раннего времени. К сожалению, далеко не всегда исторические источники позволяют нам выявить эти различия.

С одной стороны, Индия прошла в своем развитии несколько совершенно разных этапов. С другой, именно для индийской культуры характерна необыкновенная преемственность традиций. Каждая из эпох оставляла для последующих поколений что-то, что адаптировалось, трансформировалось и в итоге гармонично вписалось в новые исторические условия. Потому при всем многообразии верований и в современной Южной Азии обнаруживаются сходные черты, культы и традиции у самых разных народов и религиозных систем.

Древнейший период истории Индии, т. н. Хараппская цивилизация (сер. III – сер. II тыс. до н. э.), известен нам, главным образом, по данным археологических раскопок. Более или менее ясно представляя себе материальную культуру той эпохи, мы практически ничего не знаем ни о политической истории Индии в эти века, ни о ее культурном развитии, ни о структуре ее общества. Существовавшая в Хараппских государствах письменность до сего дня учеными не дешифрована. Соответственно, в нашем распоряжении нет никаких текстов – наиболее информативных исторических источников. Все сведения о религии и культах этого времени основаны на толковании произведений изобразительного искусства и на ретроспективном сравнении с ними данных о современных племенных верованиях, равно как и некоторых черт и культов классического индуизма. Потому приведенный ниже обзор в основном оставляет эту эпоху без внимания.

Во второй половине II тыс. до н. э. через северо-западные границы на территорию Индии пришли полукочевые племена, называвшие себя ариями. Примерно в ту же эпоху близкородственные им народы с тем же самоназванием расселились по территории Ирана (собственно, сам топоним «Иран» восходит именно к этому племенному наименованию). Прежде составлявшие этнолингвистическое единство, индийские и иранские арии, даже разделившись, продолжали сохранять сходные черты не только в социальной организации и образе жизни, но и в религиозных воззрениях и культовой практике.

Язык ариев относился к индоевропейской семье, представителей которой прежде в южноазиатском регионе не было. Племена ариев принесли с собой верования и культы, имевшие много общего с религиями других народов, говоривших на индоевропейских языках (не только иранцев, но также греков, германцев, славян и т. д.). Эти верования и культы в новых условиях, сохраняя многие свои изначальные черты, постепенно трансформировались и впоследствии оказали существенное влияние на религию классического индуизма.

С другой стороны, многие века бок о бок с племенами ариев на землях Индии проживали племена, говорившие на языках других языковых семей и имевшие совершенно иные традиции и верования. Мироощущение ариев изначально дистанцировало их от аборигенных народов, от их обычаев и богов. Однако за долгие века сосуществования на одной территории постепенная взаимная адаптация все же происходила. Уже в текстах начала I тыс. до н. э. у некоторых богов обнаруживаются явственные «неарийские» признаки. К концу I тыс. до н. э. арийские и неарийские черты в облике и сущности многих мифологических персонажей оказываются в сложном неразрывном переплетении. Этот причудливый микс присутствует сегодня и в образе индуистских богов, и в расхожих мифологических сюжетах, и в деталях ритуальной практики.

Основными источниками наших знаний о религии и богах к. II – нач. I тыс. до н. э. оказываются веды (слово, родственно русскому «ведать», «ведун», что, очевидно, свидетельствует: основным содержанием вед являлось некое священное знание) – тексты гимнов, молитв и заговоров, а также примыкающая к ним обширная литература. По их наименованию и саму эпоху в науке принято определять как «ведийскую». Соответственно, верования, богов и ритуалы именуют ведийскими. Авторитетность текстов ведийской литературы сохраняется по сей день: они признаются священными и в современном индуизме.

В ведийскую эпоху племена ариев постепенно расселяются по землям Северной Индии, распространяя свои традиции и верования и на территориях, занятых аборигенными народами (т. е. происходит постепенный процесс арианизации этих племен). Одновременно от этих народов арии усваивают местные традиции и культы, что не в последнюю очередь оказывает влияние и на их собственную религию.

Ближе к середине I тыс. до н. э. племена ариев постепенно переходят к оседлому образу жизни. В эти века начинается зарождение и становление государственности на индийском Севере. Государственность на Юге Индии оформляется много позже – в последние века I тыс. до н. э. К этому времени некоторые арийские традиции проникают и в эту часть субконтинента. И здесь начинают оформляться синкретические культы и переосмысляться ведийские верования, часто под влиянием местных традиций.

С середины I тыс. до н. э. в Индии происходят значительные изменения во всех сферах жизни, в том числе, и в мировоззрении. С одной стороны, постепенно меняется ведийская религия, а с другой появляются многочисленные религиозно-философские учения, декларирующие свою оппозиционность к ведийским традициям. Из этих учений в настоящее время «в живых» остались лишь буддизм и джайнизм. Ни тот, ни другой не были никогда религиями большинства в Индии (а сегодня их приверженцы составляют очевидное меньшинство населения региона). Однако они оставили после себя богатейшую литературу, а буддизм в дальнейшем превратился в одну из мировых религий.

Одновременно постепенная трансформация ведийской религии, в том числе и под влиянием верований аборигенных народов Индостана, привела к оформлению в конце I тыс. до н. э. классического индуизма.

Бурная история индийского средневековья, появление в этих землях мусульман, а в эпоху Нового времени и европейцев, конечно, оказали влияние на мировоззрение индийцев. Однако в главном ситуация осталась прежней: индуизм и сегодня в Индии – религия безусловного большинства.

В этой книге речь пойдет о богах и демонах, духах и героях, ритуалах и мифах Индии – с древнейших времен и, в какой-то степени, до сегодняшнего дня.

## Часть первая. Ведийская религия

Ведийская эпоха – длительный период истории Индии, в который общество ариев прошло несколько стадий развития: от полукочевого образа жизни до образования ранних государств. Для начала эпохи (конец II тыс. до н. э.) единственным источником наших сведений о религиозных взглядах арийских племен оказывается древнейшая из вед – Ригведа (веда гимнов). Археологических материалов в распоряжении историков практически нет. Это обстоятельство создает парадоксальную ситуацию: мы знакомимся с высокохудожественным поэтическим памятником, не имея ни малейшего представления, как выглядела породившая его культура. Поздневедийское время (первая половина I тыс. до н. э.) представлено целым комплексом литературных памятников: Самаведа (веда напевов), Яджурведа (веда жертвенных формул), Атхарваведа (веда магических заклинаний), а также прозаические памятники (в т. ч. брахманы, упанишады и памятники индийской дидактической литературы). В этот период существенные изменения происходят и с образом жизни арийских племен, и с их религиозными воззрениями.

Каждая из вед соотносилась с особой категорией жрецов, исполнявших разные функции в совершении обрядов. Ригведа – с хотаром, который призывал богов на церемонию жертвоприношения. Самаведа – с удгатаром, певшим гимны. Яджурведа – с адхварью, совершавшим основные обрядовые действия. Менее явственной была связь жреца-брахмана с Атхарваведой. Впрочем, и сам памятник, скорее всего, долго оставался за пределами «троичного священного знания» (т. е. трех вед). Во многом это объяснялось спецификой текста Атхарваведы, сосредоточенного, главным образом, не на крупных жертвоприношениях, а на домашних обрядах. Кроме того, именно в Атхарваведе обнаруживается сильное влияние доарийских (т. е. аборигенных) верований. Потому она была причислена к комплексу священных текстов позднее.

Проблема, с которой неизменно столкнется любой исследователь, желающий получить представление о первоначальных образах ведийских богов, о ритуалах и мифах конца II тыс. до н. э., обусловлена спецификой единственного источника этого времени. Ригведа – текст, в высшей степени сложный для толкования. Являясь памятником высокой поэзии, составленная изящным, даже изысканным, часто малопонятным языком, постоянно играющим на многозначности слов, она в то же время практически лишена какого-либо внятного нарратива. Мы не найдем в ней ни последовательного изложения мифологических сюжетов (предполагалось, что аудитории они и так прекрасно известны), ни описания ритуальных действий, ни сколь-нибудь отчетливой иконографии богов. Еще больше ситуацию осложняет отсутствие какого-либо изобразительного материала, относящегося к ведийской эпохе. Все изображения ведийских богов датируются гораздо более поздним временем и являются памятниками уже индуистскими. Немногие сведения, относящиеся к раннему времени, получены в результате скрупулезного и тщательного анализа памятника: изучения контекстов и особенностей словоупотребления, устойчивых эпитетов и т. д. Иногда наши представления о том или ином боге ведийского пантеона строятся исключительно на том, с какими просьбами обращаются к нему (а с какими – нет) во время исполнения гимна. В итоге мы иногда можем в лучшем случае угадывать антропоморфные черты некоторых из ведийских богов или отмечать их полное отсутствие. Иногда же и этих невнятных подсказок в текстах найти не удается, и приходится полагать, что бога Агни почитали именно как огонь, а бога Сому – как священный напиток. Одновременно в некоторых контекстах обнаруживаются и зооморфные ипостаси ряда персонажей. Так, громовержец Индра иногда может выступать в образе быка, Агни – коня, а Пушан – козла.

Еще одна сложность состоит в том, что с трудом угадываемые в текстах мифологические сюжеты постоянно противоречат друг другу, а один и тот же статус может приписываться совершенно разным богам. Так, к примеру, в пантеоне сразу несколько персонажей имеют отчетливую связь с солярной тематикой: это и Сурья, и Савитар, и Ушас, и Агни («огонь в небе»). Ассоциации с солнцем есть у Ашвинов, у Пушана, у Митры. Для древнего человека в этом нет никакого противоречия: аналогичную ситуацию мы легко обнаружим в других культурах – у египтян, греков и т. д. Собственно, она даже не требует специального объяснения: солнце в мифах и обрядах может появляться в разных своих ипостасях (восход, зенит, закат) и потому ассоциироваться с разными богами. Кроме того, и значимость богов может меняться от эпохи к эпохе (Сурья в эпоху Ригведы – малозначимое божество, но в начале I тыс. н. э. его культ переживает расцвет, тогда как древняя богиня Ушас наоборот практически изчезает из пантеона).

Кроме того, можно заметить, что совершенно разные боги ведийской эпохи награждаются царскими регалиями: царем может называться то Индра, то Сома, то Агни, то Варуна. Современному человеку с его представлениями о «монархическом строе», понять это практически невозможно. Однако самим ведийским ариям картина вовсе не казалась противоречивой. Каждый из гимнов Ригведы прославлял какое-нибудь божество, чтобы затем к нему можно было обратиться с просьбой. Воспеваемый награждался всевозможными эпитетами, в том числе и царскими регалиями. Но даже если не брать в расчет заключенную в гимнах «лесть», царственным статусом, и в самом деле, могли обладать разные боги – в зависимости от ситуации и контекста. Так, в качестве царя-воина, военного вождя, которого просили о победе над врагами, неизменно выступал громовержец Индра. При этом никаких сомнений не вызывало то, что все жрецы-брахманы рассматривались традицией как подданые царя Сомы. Во время же совершения обрядов, а потом и на жертвенном пиру, царем выступал Агни – огонь на жертвенном алтаре, главный «участник» церемонии. Наконец, в качестве верховного царя-судьи тексты прославляли Варуну, воплощение магико-юридической функции.

Еще сложнее выглядит ситуация с образом демиурга (бога-творца). Список персонажей, которые в разных контекстах называются создателями Вселенной, необычайно велик: то это Праджапати, то Вишвакарман, то Притхви и Дьяус и т. д.

Этой «странности» может быть несколько объяснений, которые при этом совершенно не противоречат друг другу. Прежде всего, надо понимать, что «стройная космогония» (один бог-демиург, подобный библейскому творцу, шаг за шагом создающий мир) – явление довольно позднее. Искать ее в ведийской литературе – занятие, лишенное смысла.

Важно учитывать, что ведийские тексты вообще и Ригведа в частности – памятники, которые складывались на протяжении нескольких веков. За это время религиозные представления, равно как и мифологические сюжеты, претерпевали существенные изменения. В тексте одного памятника могли получать отражение мифы и взгляды разных, часто довольно сильно удаленных друг от друга эпох. Так, к примеру, общая для многих индоевропейских культур идея о рождении мира в результате брака Земли и Неба (в ведийской традиции – Притхви и Дьяус), уходит корнями в глубочайшую древность. Знаменитый же миф о жертвоприношении Пуруши (Ригведа X.90), из частей которого был создан мир, хронологически относится к одному из самых поздних пластов памятника (хотя сам образ – тоже древний, а сюжет встречается в разных культурах). Но обе эти версии благополучно сосуществуют в рамках ведийской традиции, наряду с иными вариантами космогонии (о чем речь пойдет ниже).

Стоит также учитывать, что ведийские тексты создавались представителями разных жреческих «школ». В каждой из них существовала собственная традиция. Собранные воедино гимны Ригведы могли включать взгляды разных традиций, а «древний редактор» вовсе не ставил перед собой задачу ликвидировать «нестыковки» в священном тексте.

Наконец, надо понимать, что, анализируя ведийскую мифологию, мы не можем подходить к ней с нашими представлениями о логике. Невосприимчивость к противоречиям, характерная для мышления древнего человека, совершенно спокойно допускает сосуществование в его сознании и разных вариантов космогонического мифа, и разных, плохо совместимых с точки зрения современного человека, функций одного и того же бога, и разных богов, ответственных за одно и то же явление.

Важным обстоятельством оказывается тот факт, что на протяжении всей ведийской эпохи в Индии не было письменности. Соответственно все священные тексты этого времени создавались, хранились и транслировались исключительно в устном виде. Главным персонажем в этих условиях оказывался творец и хранитель традиции – брахман (жрец). Поэтому в ведийской культуре особым значением наделялось устное слово жреца, а сама священная речь обожествлялась.

### Ригведа

Древнейший памятник индийской литературы – это обширный сборник гимнов. Прямо или косвенно все более поздние тексты ведийской эпохи ориентированы на него и предполагают его существование и «главенство». Потому он особо значим и для изучения индийской истории, и для разговора о становлении индийской религии. Текст Ригведы датируется последними веками II тыс. до н. э. и является стержневым для всей ведийской, а затем в какой-то степени и индуистской традиции, в которой он и по сей день сохраняет свой священный статус.

Ригведа сформировалась уже после прихода племен ариев на территорию Индостана. Об этом ясно свидетельствует как ряд появляющихся в тексте топонимов и гидронимов (в поздних частях памятника встречаются даже единичные упоминания Ганги и Ямуны), так и лексика не индоевропейского происхождения (из языков аборигенных народов Индии – дравидийских и мунда). В большей степени, чем остальные тексты эпохи, Ригведа отражает религиозные воззрения не только ведийских ариев, но также верования периода индоиранского единства. Потому в ней обнаруживается множество параллелей с ранними фрагментами иранской Авесты, комплекса священных текстов зороастризма, – в пантеоне, в культовой практике, в поэтических образах, в деталях быта, в социальной организации и т. д. Даже язык Ригведы имеет большее сходство с языком древнейшей части Авесты (Гат), нежели с классическим санскритом. Более того, в некоторых случаях памятник позволяет проследить черты, общие и для других индоевропейских народов (греков, хеттов и т. д.), что, очевидно, является наследием еще более раннего времени – эпохи индоевропейского единства.

Форма гимнов Ригведы разнообразна: это и гимны-монологи, содержащие восхваления богов и просьбы, обращенные к ним, и диалоги. Кроме того, присутствуют заговоры, гимны-загадки, космогонические тексты.

Авторами гимнов традиция называет риши (пророков), обладающих особым даром, позволявшим «слышать» богов и перекладывать услышанное на «человеческий язык». Потому говорить в отношении Ригведы об авторстве в современном смысле этого слова невозможно: ведийские гимны представляются, своего рода, «божественным откровением». Сама индийская традиция причисляет веды к жанру шрути (букв. «слышание»). Верили, что пророческий дар риши – наследственный. Многие из них, как считалось, имели полубожественное происхождение: так, Васиштху тексты называют сыном Варуны и апсары (нимфы) Урваши, а Агастья, сообщают они, был рожден от семени Митры и Варуны.

Первоначально великих риши называется семеро. Позднее их численность возрастает до девяти. Именно к этим пророкам возводят свои генеалогии брахманы. Для брахманов риши выступают в качестве обожествленных предков. Как о деифицированных предках речь о них еще пойдет.

Ключевым понятием религии ведийской эпохи является рита – основа мироздания, некий закон круговращения Вселенной, истина, на которой мир строится и существует. Ожидаемо, и сам термин, и идеи, в него заложенные, находят параллели в древнеиранской культуре, где эквивалентом и термину, и его толкованиям оказывается понятие арта. Охрана риты – залог благополучного существования мира. Ее нарушения (анрита) – примета грядущего конца света. Позднее, в классическом индуизме, на смену идее риты пришло представление о дхарме – неких правилах поведения, этических установлениях, различающихся в зависимости от статуса человека (варны, касты, стадии жизни и т. д.), на которых держится этот мир. «Наследница» риты дхарма в классическом индуизме становится ключевым для всей культуры понятием, о чем речь пойдет в соответствующих главах.


Рукопись Ригведы, XIX в.


Ведийский пантеон включает в себя огромное количество богов. Посчитать точное их число не представляется возможным. Сама традиция называет разные данные: 33, 333, 3306 и т. п. Скорее всего, тексты «обыгрывают» священные для культуры числа, стремясь «подогнать» количество богов под них. Не менее сложно обстоит дело и с «божественной иерархией». В сущности, как такового, главы пантеона нет. Царским статусом в разных контекстах наделяются разные боги – Индра, Агни, Сома, Варуна и т. д. Однако количество именных гимнов, равно как и частотность упоминаний показывают: наибольшее значение для традиции имеют Агни, Индра и Сома. Именно к ним чаще всего обращаются люди, именно им (или же с их участием) приносят жертвы.

#### Ритуалистика

Считается, что большая часть гимнов Ригведы была приурочена к ритуалам, совершавшимся во время празднования Нового года, т. е. была связана по содержанию с началом нового календарного цикла, с возрождением природы, всего космоса, с космогоническими представлениями.

Взаимоотношения ариев с их богами носили характер дарообмена: богам возносили хвалу, произнося или пропевая священные тексты, им приносили жертвы, угощали пищей на жертвенном пиру. В ответ от них ожидали благосклонности, щедрости и содействия во всех начинаниях. К ним обращались с просьбами о приумножении стад, плодородии, рождении сына, победе над врагами и т. д. Непрерывность круговорота даров между миром богов и миром людей считался залогом стабильности во Вселенной. Прекращение же жертвоприношений рассматривалось как примета грядущего конца света. Самые важные обряды ведийской эпохи были связаны со священным напитком – сомой, который готовили из некоего растения, а затем смешивали с молоком или водой. Им совершались возлияния богам. Особая категория ведийских жрецов обладала правом пить сому, обретая в результате сверхъестественные способности.

Помимо сомы богам приносили в жертву пищу (ячмень, ячменные лепешки, зерно, кашу из ячменя, кислое молоко, мед, топленое масло). Кроме того, в ведийскую эпоху в жертву могли приносить и животных – барана, козла, коня и даже корову, которая позднее, уже в классическом индуизме, станет совершенно неприкосновенным созданием. Угощение бросалось в жертвенный костер, с дымом которого, как считалось, пищевой дар достигал жилища богов на небе.

Отличительной особенностью ведийской религии было полное отсутствие традиций сооружения храмов. Для жертвоприношений использовались особым образом организованные площадки, специально подготовленные для церемоний (очищенные от сорной травы и колючек, обмазанные коровьим навозом и застеленные стеблями священной травы куша), на которых сооружались алтари (веди), расстилалась жертвенная солома (бархис) и зажигался жертвенный огонь. В этот огонь совершались возлияния (хавис). Когда в жертву богам приносили сому, стебли священного растения раскладывали на алтарной площадке и специальный жрец давильными камнями выжимал из них сок, смешивая его с водой. Еще одним элементом алтарной площадки мог быть жертвенный столб (юпа, юпастамбха), к которому перед совершением обряда привязывали жертвенное животное. Все действия жрецов сопровождались произнесением священных текстов.


Священная трава дарбха, или куша (лат. Роа cynosoroides). Использовалась жрецами в древней Индии для совершения обрядов


Ведийским ариям, как уже говорилось, не была знакома практика поклонения изображениям богов (что резко контрастирует с традициями классического индуизма, где именно поклонение изображениям или символам является ключевым в обрядах). Скорее всего, культура этой эпохи не имела изобразительной традиции вовсе. Об этом свидетельствует не только отсутствие соответствующих находок, но и характер упоминаний богов в текстах: многие из них либо не имеют иконографического облика совсем, либо он очень нечеток. Очевидно, что этот феномен не должен объясняться примитивностью общества, которое не создало собственной изобразительной традиции. Дело в другом: ведийская культура – это, главным образом, культура священного слова. Все остальные ее стороны существовали как дополнение к сакральным текстам.

Наши представления о ведийском ритуале основаны на анализе памятников древней священной литературы. Уже ко времени оформления классического индуизма многие культовые традиции безвозвратно ушли в прошлое. И все же, пусть в сильно измененном виде, но ведийская обрядность сохранилась в некоторых регионах Индии и до сегодняшнего дня.

### Боги как боги

#### Девы и асуры

Ведийские боги классифицируются и самой традицией, и исследователями по-разному. Иногда их соотносят с тремя сферами мироздания – небом, атмосферой, землей. Действительно, часть пантеона составляют небесные божества, которые связаны с солнцем, луной и т. п. К атмосферным причисляют богов дождя, грома, ветра (Индра, Маруты, Ваю и др.). Земные боги имеют связь с темой плодородия, потомства (Ашвины), с ландшафтными объектами (обожествленные реки, горы и т. д.). Другой способ деления пантеона ориентирован на исполняемые богами определенные функции в «божественном социуме»: магико-юридические (Варуна, Митра), воинские (Индра, Маруты) и функции, связанные с темой плодородия (Ашвины). Помимо этого, ведийский пантеон включает в себя значительное число абстрактных божеств: Вач (речь), Кала (время), Кама (любовь, страсть), Тапас (жар) и т. д. Их роль существенно повышается в поздневедийскую эпоху.

Но при всем при этом одна из самых сложных и спорных проблем пантеона – деление небесных персонажей на девов и асуров. В классическом индуизме это деление превратится в типичную бинарную оппозицию, в которой асуры будут осмысляться как демоны, абсолютные антагонисты богов, вокруг соперничества с которыми выстроится множество мифологических сюжетов. В ведийскую же эпоху ситуация выглядит несколько иначе, хотя противопоставление девов и асуров обнаруживается уже в текстах этого времени. Ожидаемая для европейского мировоззрения ассоциация с ангелами и демонами представляется неудачной. Хотя бы потому, что и девы, и асуры изначально являлись богами: им поклонялись, приносили жертвы, молились.

Очевидно, что сама эта классификация имеет как минимум общеарийские (индоиранские) истоки. Живым подтверждением тому оказывается ее присутствие и в древнеиранском пантеоне, где боги делятся на дэвов и ахуров. Так же, как и в ведийской мифологии, отчетливого антагонизма в раннюю эпоху, кажется, между ними нет. Как и позднее в классическом индуизме, впоследствии дэвы и ахуры будут враждовать. Примечательно, что в иранской мифологии происходит инверсия: негативными характеристиками наделяются дэвы, тогда как ахуры сохраняют свои божественную природу (ср.: верховное иранское божество Ахура-Мазда). Иранские дэвы позднее превратятся в страшных монстров, с которыми будут сражаться герои таджикских сказок. В близком родстве с ними окажутся и чудовища армянского, грузинского, казахского фольклора.

В эпоху Ригведы девы и асуры равным образом являются персонажами божественными. На первый взгляд разница между ними не столь очевидна. Первое и значимое различие состоит в том, что асуры, в отличие от девов, обладают некоей колдовской силой (майя). Некоторые из них, скорее, боги, некоторые, немногие, – противники богов, «небесные демоны». Другой отличительной чертой асуров оказывается их «возраст»: они часто называются старшими братьями девов. Последнее обстоятельство позволяет предполагать, что деление на эти две категории в какой-то мере может отражать хронологическую многослойность ведийского пантеона, отдаленно напоминающую греческое противостояние титанов и богов-олимпийцев. Так или иначе, асуры, вероятнее всего, – персонажи более древние, что отчасти объясняет их большую загадочность по сравнению с девами.

При все при том, следует понимать, что многие значимые боги ведийского пантеона изначально имели асурическую природу. К таковым, прежде всего, следует отнести Варуну. Вероятно, изначально асурами были Индра, Митра, Агни и др.

К концу ведийской эпохи традиция начинает рассматривать асуров как демонических созданий, вечных противников и богов, и людей. К асурам причисляют главного врага Индры – Вритру. Асурами считают и иных демонов разного толка – данов, данавов и др.

#### Адити

В мифологии Ригведы – мать богов-адитьев. Иногда в ведийских памятниках выступает в зооморфном облике – в виде коровы. В ранних текстах говорится, что у Адити семь сыновей, седьмой из которых – бог Индра. Позднее называется двенадцать богов-адитьев, рожденных ею, из которых особо выделяется Вишну, сын мудреца Кашьяпы.

#### Адитьи

Особый класс богов, сыновей богини Адити. Число адитьев варьируется – то их шесть, то семь (это находит прямые параллели в иранском семибожии), то восемь, то двенадцать. Они благосклонны и милосердны к людям. Наиболее значимые персонажи ведийского пантеона причисляются к ним – Индра, Митра, Варуна, Савитар и т. д. Адитьи называются царями, светлыми, золотистыми, чистыми как Сома, они «поддерживают (все) движущееся и неподвижное» (т. е. живую и неживую природу), «несут три земли и три неба», они – «обладающие истиной» (ритой) и «наказывающие за проступки»[2]. Их нельзя обмануть, а того, кому они оказывают покровительство, никогда не убьют (Ригведа II.27). Характеристики, даваемые богам-адитьям, недвусмысленно указывают на их солярную природу: об этом свидетельствуют и постоянные эпитеты (светлые, золотистые и т. п.), и то, что к ним обращаются на восходе солнца.

Используя обозначение «Адитья» (в единственном числе), текст Ригведы может подразумевать разных богов – иногда Индру, чаще – Сурью.

В более позднее время адитьев становится стабильно двенадцать и их начинают соотносить с двенадцатью месяцами индийского календаря. В эту эпоху из числа Адитьев особо выделяется солярное божество Вивасват. Его фигура играет важную роль в древних и средневековых династийных списках. Считается, что от Вивасвата был рожден прародитель человечества Ману, герой индийского мифа о потопе. Непосредственно к Ману возводит свое происхождение легендарная Солнечная династия царей. К ней, среди прочих, принадлежал царевич Рама. От дочери же Ману Илы и ее мужа Будхи, сына бога Сомы, был рожден Пуруравас. От Пурураваса ведет свое происхождение Лунная династия царей. К ней, как считается, относился Бхарата, потомки которого стали героями Махабхараты, а имя дало название всей стране.

#### Космогония (сотворение мира)

# Примечания

1

Текст в переводе Г.А. Стратановского цитируется по изданию: Геродот. История в девяти книгах / пер. и комм. Г.А. Стратановского. – Ленинград: издательство «Наука», 1972.

2

Здесь и далее текст Ригведы в переводе Т.Я. Елизаренковой по изданию: Ригведа. В 3 тт. / пер. Т. Я. Елизаренковой. – Москва: Наука,1989–1999.