Алла Хосровян
Тень среди бела дня

ГЛАВА 1. НУЛЕВОЙ СЛЕД

Тишина в кабинете Маркуса Торна была такого качества, какое можно купить только за очень большие деньги. Она была не просто отсутствием звука, а активным поглотителем шума, втягивающим в себя малейшие вибрации – шелест одежды, биение сердца, даже смутный гул мыслей. Воздух был стерилен и пахло озоном от работающей климатической системы. Всё в этом помещении, расположенном на сотом этаже башни «Алетейя», было подчинено одной цели – абсолютному контролю.

Именно поэтому картина, открывшаяся глазам службы безопасности, была настолько кощунственной, что первые секунды они просто не могли её осознать.

Маркус Торн, седовласый архитектор системы «Гармония», лежал ничком на полированном полу из чёрного базальта. Широкое пятно цвета ржавчины расползалось от его тела, оскверняя безупречную геометрию комнаты. Рука с дорогими часами была выброшена в сторону, пальцы сжаты, словно в последней попытке ухватиться за ускользающую жизнь.

Ни взлома, ни борьбы, ни признаков хаоса. Только идеальный порядок и мёртвый создатель идеального порядка.

Первым пришёл в себя старший офицер безопасности, Элиас. Его лицо, обычно невозмутимое, было бледным.

– Запусти протокол «Нексус». Проверь логи «Гармонии», – его голос прозвучал неестественно громко в гробовой тишине.

Один из техников, не отрывая шокированного взгляда от тела, тыкал пальцами в планшет.

– Элиас… смотри.

На экране планшета отображалась трёхмерная карта здания. В момент, зафиксированный камерами как время смерти, в кабинете Торна горела одна-единственная метка – его собственная. Эмоциональный фон – ровная, зелёная линия спокойствия, прерванная резким, но коротким пиком ужаса в последние секунды. И всё.

– Где убийца? – прошептал Элиас. – Он должен быть здесь. Его эмоции… гнев, ярость, триумф… что угодно!

Техник поднял на него растерянные глаза.

– Никого нет, Элиас. В радиусе пятидесяти метров в момент убийства не было зафиксировано ни одной враждебной или просто сильной эмоции. Только… фоновый шум. Спокойствие. Удовлетворённость. Сосредоточенность сотрудников на работе.

Элиас медленно обвёл взглядом кабинет. Герметичные стены. Отсутствие вентиляционных шахт, ведущих прямо сюда. Единственная дверь с биометрическим замком, логи которой показывали только вход и выход самого Торна утром.

Преступление совершил призрак. Невидимка, который не оставил следов не только для камер, но и для «Гармонии». Для системы, читающей души, его просто не существовало.

– Это невозможно, – выдавил Элиас, чувствувая, как у него подкашиваются ноги. – Такого не бывает.

– Бывает, – раздался у него за спиной новый голос. – Если он один из «пустот».

В дверном проёме стояла Айрис, офицер Бюро «Гармонии». Её форма сидела безупречно, а взгляд был холодным и собранным. В руке она держала собственный планшет, на котором уже бежали строки данных.

– «Пустота»? – переспросил Элиас. – Но их же почти не осталось. Их выявляют и… регистрируют.

– Очевидно, не всех, – парировала Айрис, шагнув в кабинет. Её ботинки бесшумно ступили на кровавый пол. – Убийца – аномал. Человек, невосприимчивый к нейро-сканированию. Он был здесь. Он сделал своё дело. И «Гармония» его не увидела.

Она остановилась над телом Торна, и её лицо на мгновение исказилось от отвращения – не к крови, а к самому факту этого вопиющего сбоя в её идеальной системе.

– Кто мог это сделать? – спросил Элиас, чувствуя, как привычный мир рушится у него на глазах.

Айрис не ответила сразу. Она посмотрела на стакан с водой, стоявший на краю стола Торна. Вода в нём ещё колыхалась, отчего по поверхности бежали мелкие, почти невидимые круги.

– Кто-то, кто только что ушёл, – тихо сказала она. – Или… кто-то, кто всё ещё здесь, наслаждаясь зрелищем.

Она обвела взглядом стерильное, безупречное пространство кабинета, где царил мёртвый порядок и жила только одна, немая, необъяснимая тайна.

Расследование начиналось. И оно с самого начала зашло в тупик.

Глава 2. Инвалид

Голос маньяка был спокоен, почти ласков, что контрастировало с искажённым гримасой ужаса лицом заложницы на экране монитора.

– Я знаю, вы меня слышите, – говорил он. – И я знаю, что вы не подключены к «Гармонии». Вы такой же урод, как и я. Пустота.

Лео Вальс стоял в передвижном командном пункте, заваленном проводами и аппаратурой. Он снял наушник, чтобы не слышать этот голос, и потёр переносицу. В воздухе пахло озоном и чужим страхом. Вокруг него кипела деятельность: офицеры «Гармонии» считывали данные с портативных сенсоров, пытаясь выцепить хоть какую-то эмоцию из квартиры, где Артем, бывший инженер-программист, держал трёх человек.

– Ничего, – доложил один из техников, и в его голосе звучало раздражение. – Спокойствие. Абсолютное, гнетущее спокойствие. Как у спящего.

Лео молча взял со стола бутылку с водой и сделал большой глоток. Он был единственным здесь, на кого не было направлено ни одного датчика. Его статус «нулевой эмоциональной восприимчивости» делал его слепым пятном, инвалидом в мире всеобщей прозрачности. И именно поэтому его вызвали сюда.

– Вальс, он будет говорить только с вами, – сказал начальник операции, капитан Горский. – Он знает, что мы не можем его прочитать, пока он держит заложников. Попробуйте его вывести. Разозлите, напугайте, что угодно. Нам нужна хоть какая-то эмоция, чтобы предугадать его действия.

Лео кивнул, не глядя на него. Он смотрел на планшет с планом квартиры. Артем был «пустотой», как и он. Но в отличие от Лео, который использовал свой дар для работы на систему, Артем сломался. Он ненавидел «Гармонию» и тех, кто добровольно стал её рабом.

Лео снова надел наушник.

– Артем, ты прав. Я такой же, как ты. И я понимаю, зачем ты это делаешь.

– Понимаешь? – в голосе маньяка послышалась лёгкая усмешка. – Никто не понимает. Они все думают, что мы – ошибка. Бракованный товар. Но мы – будущее, Лео. Единственные, кто остался людьми.

– Людьми? – Лео сделал свою очередь голос суше. – Ты держишь в заложниках женщину и двух детей. Это по-твоему по-человечески?

– Это необходимость! – голос Артема дрогнул, но не от гнева, а от экзальтированной убеждённости. – Жертва во имя пробуждения! Они должны увидеть изъян в своей совершенной системе! Они должны почувствовать страх, который нельзя уловить датчиками!

Лео закрыл глаза на секунду. Он мысленно представил квартиру. Прихожая. Дверь в гостиную, где сидят заложники. Кухня слева. Ванная и спальня в конце коридора. Артем был в гостиной.

– Они и так боятся, Артем. Но «Гармония» не видит этого страха, потому что ты его блокируешь. Ты скрываешь их истинные чувства, как скрываешь свои. Ты не показываешь им правду. Ты её прячешь.

Он говорил медленно, вкладывая в слова лёгкое презрение. Он не пытался его успокоить. Он пытался его оскорбить. Задеть его эго.

– Я… я покажу им! – крикнул Артем, и на этот раз в его голосе прорвалась долгожданная искра – не гнева, а паники. Паники человека, который чувствует, что теряет контроль над своим собственным спектаклем.

На экране монитора один из сенсоров, направленный на дверь в гостиную, дрогнул. Жёлтая полоска. Страх. Не заложников, а самого Артема.

– Готовы, – тихо сказал капитан Горский в свой ком. – Штурмовой группе – вход через кухню. Он дезориентирован.

Лео продолжал говорить, заливая Артема потоком слов, пока из наушника не донёсся резкий звук – хлопок дверью, крики, а затем нарастающий, истеричный вопль Артема, который тут же оборвался.

Всё кончилось за двадцать секунд.

Лео снял наушники и вышел из фургона на холодный ночной воздух. Он чувствовал вкус крови на губах – он сам не заметил, как прикусил её. Он только что манипулировал человеком, используя его собственную боль, и подставил его под дула штурмовиков. И он сделал это с помощью лжи. В мире, где правда стала законом, его величайшим преступным талантом была способность лгать.

К нему подошла Айрис. Он видел её раньше в Бюро – идеальную, выточенную из льда. Сейчас на её лице было странное, нечитаемое выражение.

– Вальс. Хорошая работа. Холодно и эффективно.

– Это моя работа, – буркнул Лео, закуривая. – Найти брешь и влезть в неё.

– У нас для вас есть другая брешь, – сказала Айрис, игнорируя его тон. – Более серьёзная. Маркус Торн мёртв.

Лео замер с зажигалкой в руке. Торн. Архитектор. Основатель.

– Как?

– Его убили в его кабинете. «Гармония» ничего не зафиксировала.

Лео медленно выдохнул дым. Он посмотрел на Айрис, потом на фургон, из которого выводили в наручниках плачущего Артема.

Другой «пустота». Более искусный. Более опасный.

– Значит, призрак вышел на охоту, – тихо произнёс Лео.

– Именно, – кивнула Айрис. – И нам нужен свой призрак, чтобы поймать его. Поехали.

Глава 3. Прозрачная комната

Кабинет Маркуса Торна оказался именно таким, каким его представлял Лео – стерильным, технологичным и абсолютно бездушным. Воздух был очищен от малейших запахов, оставляя лишь слабый аромат озона. Лео почувствовал, как его собственное, нерегистрируемое присутствие вносит диссонанс в эту идеальную симфонию контроля.

Айрис стояла рядом, её поза была прямой и собранной, но Лео уловил лёгкое напряжение в уголках её рта. Для неё это место было святыней, осквернённой непостижимым кощунством.

– Полная герметизация, – сказала она, указывая на стены. – Нанопокрытие поглощает все электромагнитные излучения, включая попытки дистанционного сканирования мозга. Никто не мог подслушать его мысли извне.

Лео молча обошёл помещение. Его взгляд скользнул по телу, которое уже очертили мелом, и остановился на столе. Всё лежало на своих местах: планшет, стилус, несколько кристаллов с данными. И стакан с водой.

– Его тронули, – сказал Лео.

Айрис нахмурилась. – Нет. Команда Элиаса ничего не перемещала. Всё как нашли.

– Не о том, – Лео подошёл ближе и указал на стакан. – Вода. Видите? Круги.

Он был прав. Поверхность воды была не идеально гладкой. По ней бежали едва заметные концентрические волны, как от недавнего касания или лёгкого толчка.

– Вибрации от системы вентиляции, – предположила Айрис, но в её голосе послышалась неуверенность.

– Вентиляция здесь бесшумная, – парировал Лео. – И круги слишком целенаправленные. Кто-то недавно поставил этот стакан. Или взял в руки.

Он отошёл от стола и подошёл к стене. На идеально ровной поверхности он заметил едва видимую царапину – короткую, неглубокую, как будто от прикосновения чего-то металлического.

– У вас есть запись с камер? – спросил он.

– Только до момента смерти Торна. Потом система по неизвестной причине прервала запись на три минуты.

– Удобно, – проворчал Лео.

Он закрыл глаза, пытаясь представить себе картину. Торн работает. Входит убийца. Но как? Дверь – единственный вход. «Гармония» ничего не фиксирует. Значит, убийца – «пустота», как он. Но как он прошёл биометрию?

– Данные «Гармонии» за последние сутки, – потребовал Лео. – Все, кто входил в этот кабинет.

Айрис протянула ему планшет. Лео пролистал список. Входили только сам Торн и его личный ассистент, женщина по имени Кора. Её эмоциональный фон был ровным, рабочим.

– Нужно поговорить с ассистентом, – сказал Лео.

– Она уже дала показания. Ничего подозрительного.

– Всегда есть что-то подозрительное, – отрезал Лео. – Просто «Гармония» этого не видит.

Он снова посмотрел на стакан с водой. Круги почти утихли. Что-то щёлкнуло в его памяти. Что-то важное, но ускользающее.

– Вы что-то поняли? – спросила Айрис, внимательно наблюдая за ним.

– Понял, что этот убийца не просто «пустота», – медленно проговорил Лео. – Он призрак, который умеет проходить сквозь стены. Или… – он посмотрел на Айрис, – …он был здесь всё время. Прятался на виду. И «Гармония» его не заметила, потому что он был частью фона.

Он подошёл к вентиляционной решётке. Она была слишком мала, чтобы через неё пролезть взрослый человек. К тому же, датчики движения сразу бы среагировали.

Тайна сгущалась. Убийца был невидимкой не только для системы, но и для логики. Он нарушил все правила – как технологические, так и физические.

– Нам нужен другой подход, – сказал Лео, поворачиваясь к Айрис. – Мы ищем не человека. Мы ищем идею. Ошибку в системе. И чтобы найти её, мне нужно думать как он. Как призрак.

Айрис смотрела на него с странным выражением – смесью неприязни и растущего уважения.

– Вы действительно верите, что можно думать как убийца?

Лео горько усмехнулся.

– Я единственный, кто может это сделать. Потому что я единственный здесь, кто умеет лгать. А это самое древнее искусство на свете. И, возможно, самое опасное.

Глава 4. Эмпатийный поток

Комната для допросов в Бюро «Гармонии» была спроектирована так, чтобы вызывать чувство безопасной нейтральности. Мягкое освещение, стены приятного песочного оттенка, кресла, подстраивающиеся под позу. Но для Лео это место всегда пахло чужим страхом.

Кора, ассистентка Торна, сидела напротив. Женщина лет тридцати, с аккуратно убранными волосами и в дорогом, но строгом костюме. Её эмоциональный фон, отображаемый на панели за её спиной, был ровной зелёной линией – лёгкое волнение, соответствующее ситуации.

Айрис вела допрос. Лео стоял у стены, наблюдая. Он не доверял данным «Гармонии». Он доверял тому, что видел своими глазами.

– Кора, подтвердите ещё раз, – голос Айрис был спокоен и профессионален. – Вы последней видели господина Торна живым.

– Да, – голос ассистентки был таким же ровным, как и её эмоции. – Я принесла ему отчёт о стабильности сети в 9:00. Мы обсудили несколько текущих вопросов. Он был в хорошем настроении, полон планов.

– Он что-нибудь сказал необычное? Не проявлял беспокойства?

– Нет. Всё как всегда.

Лео заметил, как пальцы Коры слегка сжали край стола. Микронапряжение. Бессознательная реакция. Данные «Гармонии» ничего не показывали.

– А что было с водой? – негромко спросил Лео.

Кора повернулась к нему, её брови чуть приподнялись от удивления.

– Простите?

– На столе у Торна стоял стакан с водой. Вы его наполняли?

– Нет, – она покачала головой. – У господина Торна была собственная система фильтрации. Он наливал себе сам.

Лео кивнул, делая вид, что удовлетворён ответом. Он снова посмотрел на её руки. Она нервовала. Но почему «Гармония» этого не фиксировала?

Айрис закончила допрос и отпустила Кору. Когда дверь закрылась, она повернулась к Лео.

– Вы верите, что она что-то скрывает?

– Все что-то скрывают, – отозвался Лео. – Даже от самих себя. Особенно в этом городе. Ваша система видит только то, что люди готовы показать. Даже бессознательно.

– «Гармония» не ошибается, – холодно парировала Айрис.

– Она и не ошиблась, – Лео подошёл к панели, показывающей запись эмоционального фона Коры. – Она показала именно то, что Кора чувствовала. Лёгкое волнение. Но она не показала, почему.

– Вы предлагаете?

– Я предлагаю посмотреть глубже. Использовать «Эмпатийный поток».

Айрис замерла. «Эмпатийный поток» был крайней мерой. Прямое подключение к памяти и эмоциям другого человека через нейро-интерфейс. Это было болезненно, инвазивно и требовало специального разрешения.

– У нас нет оснований, – сказала она. – Её показания чисты.

– Убийство архитектора «Гармонии» – это и есть основание, – резко сказал Лео. – Или вы хотите и дальше ходить по кругу, пока этот призрак не нанесёт новый удар?

Айрис смерила его долгим взглядом. В её глазах боролись неприязнь к его методам и холодная логика.

– Хорошо, – наконец согласилась она. – Но подключаться буду я.

Процедурная комната была ещё более стерильной, чем кабинет Торна. Кора, под действием седативных препаратов, лежала в кресле с присоединёнными к вискам электродами. Айрис сидела рядом, в таком же кресле, готовясь к подключению.

Лео наблюдал со стороны. Он видел, как мышцы на лице Айрис напряглись, когда система активировалась. Её глаза закрылись.

На экране над ними начали проноситься обрывки воспоминаний Коры. Вид из окна кабинета Торна. Стопки отчётов. Голос Торна, спокойный и властный.

Айрис дышала ровно, её лицо было бесстрастным.

И вдруг её тело содрогнулось. Губы искривились в беззвучном крике. Пальцы впились в подлокотники кресла.

На экране замелькали другие образы. Торн, но его лицо было искажено яростью. Он что-то кричал, тыча пальцем в экран планшета. Лео не мог разобрать слов, но эмоция была чёткой – всепоглощающий, бешеный гнев.

И тут же – ответная волна страха. Страха Коры. Глухого, животного, приглушённого страха.

Это длилось всего несколько секунд. Потом образы сменились вновь на спокойные рабочие будни.

Система отключилась. Айрис судорожно вздохнула и открыла глаза. Они были полны ужаса.

– Она… она боялась его, – прошептала она, с трудом переводя дух. – Она его ненавидела. Но… но «Гармония» никогда этого не показывала. Она подавляла это. Намеренно.

Лео медленно подошёл к экрану, где замирал последний образ – Торн, кричащий на свою ассистентку.

– Не подавляла, – тихо поправил он. – Она это скрывала. Осознанно. Ваша система видела только верхний слой. А под ним… под ним бушевала настоящая буря.

Он посмотрел на Айрис, которая всё ещё не могла прийти в себя от пережитого шока.

– Ваша «Гармония» слепа, Айрис. Она видит только то, что люди хотят ей показать. А этот убийца… он знает это. Он использует эту слепоту.

Он повернулся и вышел из комнаты, оставив Айрис одну с открывшейся ей неприятной правдой. Правдой о том, что даже в самом прозрачном обществе могут существовать самые тёмные тайны. И чтобы найти их, нужно смотреть не на данные, а в души людей.

Глава 5. Первая ложь

Лео ждал Кору у выхода из Бюро. Сумерки сгущались, окрашивая небо «Алетейи» в фиолетовые тона. Воздух был прохладен и неподвижен, как и всё в этом городе.

Когда дверь открылась и Кора вышла, её шаги были быстрыми и отрывистыми. Она почти прошла мимо, не заметив его, закутанная в собственные мысли.

– Кора, – окликнул её Лео.

Она вздрогнула и резко обернулась. Увидев его, её лицо на мгновение исказилось – не страхом, а раздражением.

– Вы? Чего вы хотите? Я всё уже сказала.

– Не всё, – спокойно ответил Лео, делая шаг вперёд. – Вы не сказали, почему боялись Торна.

Он наблюдал за ней внимательно, игнорируя данные «Гармонии», которые, он был уверен, по-прежнему показывали лишь лёгкую досаду. Её глаза выдали её. Зрачки резко сузились. Микро-дрожь века.

– Я не знаю, о чём вы, – она попыталась обойти его, но Лео блокировал ей путь.

– «Гармония» всё видит, Кора. Даже то, что вы пытаетесь скрыть. Особенно то. – Он солгал. Солгал прямо и бесстыдно, глядя ей в глаза. – Во время «Потока» мы увидели всё. Его гнев. Ваш страх.

Это был выстрел наугад. Но он попал в цель. Цвет drained с её лица. Ровная линия её эмоционального фона на портативном сенсоре Айрис, который Лео держал в кармане, дрогнула. Появился первый, крошечный зубец страха.

– Он… он был жесток, – прошептала она, глядя куда-то мимо него. – Когда что-то шло не по плану. Он не кричал. Он… шипел. Говорил такие вещи, от которых кровь стыла. Угрожал.

– Чем он угрожал? – мягко спросил Лео.

– Не мне, – она покачала головой, и её голос дрогнул. – Моей дочери. Она учится в Академии «Гармонии». Он говорил, что испортит ей карьеру. Сделает её изгоем. Если я хоть в чём-то ошибусь.

Теперь Лео понимал. Её идеальное спокойствие было формой самозащиты. Она загоняла свой страх так глубоко, что «Гармония» принимала это за искреннюю умиротворённость. Она не просто скрывала правду. Она жила ложью, чтобы защитить своего ребёнка.

– В день убийства, – настаивал Лео. – Что-то случилось? Он был зол?

Кора замолчала, сжимая и разжимая пальцы.

– Утром… был сбой. Кратковременный. В системе мониторинга эмоций в секторе «Дельта». Все показатели упали до нуля на три минуты. Как будто все люди в секторе вдруг… перестали чувствовать. Торн был в ярости. Он сказал… – она замялась.

– Что он сказал?

– Он сказал: «Он уже здесь. Он тестирует систему».

Лео почувствовал, как по спине пробежали мурашки. «Он». Не «оно», сбой или ошибка. «Он». Торн знал. Знало ли Бюро? Знала ли Айрис?

– Кто «он»? – спросил Лео, но уже зная, что ответа не будет.

– Я не знаю, – Кора снова попыталась уйти. На этот раз Лео пропустил её. – Я ничего не знаю. Оставьте меня в покое.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.