# Николка и виртуальный мир Деда Мороза

Мила Ханзина

Эта история случилась в канун Нового года, в далёкой северной деревушке, где река отделяет мир людей от дремучего леса, в который и попадает наш герой Николка – современный подросток, продвинутый геймер, не желающий принимать уклад деревни и возиться с братиком Егориком. Ежедневно, сбегая в виртуальность, выстраивая идеальный мир, мечтает о VR шлеме. Но родители не готовы его подарить. Можно было бы попросить подарок у Деда Мороза, но вот незадача, Николка не верит в сказку. А напрасно… Ведь у старика есть на него особые планы. Морозко, окончательно разочаровывается в современных людях, они больше не ценят настоящего, умирает любовь и традиции, а вместе с ними и волшебство. Отчаявшийся Дед понимает, что «морозом» людей не одолеть, и тогда он решается заморозить их на новый лад, а именно оцифровать. Деду нужен наследник для нового мира и выбор пал на Николку. Сможет ли Николка сделать правильный выбор: спасти братца и поверить в сказку, или он станет правителем нового виртуального мира?

«НИКОЛКА И ВИРТУАЛЬНЫЙ МИР ДЕДА МОРОЗА»

Современная новогодняя сказка.


Автор: Мила Ханзина.

Обложка: Анна Рыбина.

Редактор: Наталия Халимова

Контакты: hanzina@yandex.ru в ВК @milahanzina


АННОТАЦИЯ:

Эта история случилась в канун Нового года, в далекой северной деревушке, где река отделяет мир людей от дремучего леса, в который и попадает наш герой Николка. Николка – современный подросток, продвинутый геймер, не желающий принимать уклад деревенской жизни и возиться с младшим братиком Егориком. Ежедневно, сбегая в виртуальность, Николка выстраивает идеальный мир. Единственное, о чём он мечтает – это VR шлем. Но родители не готовы его подарить. Можно было бы попросить подарок у Деда Мороза, но вот незадача, Николка не верит в сказку. А напрасно… Ведь у старика есть на него особые планы. Дед Мороз, окончательно разочаровывается в современных людях, они больше не ценят настоящего, умирает любовь и традиции, а вместе с ними и волшебство. Отчаявшийся Дед понимает, что «морозом» людей не одолеть, и тогда он решается заморозить их на новый лад, а именно оцифровать. Деду нужен наследник для нового мира и выбор пал на Николку. Дед заманивает парня в свои ледяные чертоги, похищая младшего братика. Старик хочет спасти свой сказочный лес и умирающих зверюшек, но заигрывается, да так, что это может привести к уничтожению всего живого. Сможет ли Николка сделать правильный выбор: спасти братца и поверить в сказку, или он станет правителем нового виртуального мира?


Посвящается моему мастеру Романову Владиславу Ивановичу – драматургу, прозаику, профессору ВГИК им. С.А. Герасимова, Заслуженному работнику культуры, человеку с огромным сердцем, поверившему в меня и раскрывшему в своих учениках талант и созидание.


ПРЕДИСЛОВИЕ

Далеко-далеко, где в еловых дебрях путаются звёзды, где в игольчатой паутине серо-зелёных гигантов прячутся солнечные блики, застыл снежный лес. Искрятся пушистые снежинки на мохнатых лапах сосен, сияют нарядные ледяные короны на верхушках деревьев. Прилетит снегирь, сядет на ветку, запоет песню, и в этом момент, слетят сверкающие хлопья снега на нехоженые северные тропы.


В самой глубине леса – полянка. На ней – резной терем с башенками и шпилями, украшенными серебристыми звёздами. Расписные арки, ажурные лестницы – настоящий сказочный дворец! Встречает гостей большой деревянный стол, а на столе – угощения. Ягоды, орехи, вкусные веточки. Прыгают по обледеневшим ступенькам белки, носятся наперегонки зайцы, расхаживают олени – угощаются. И все они знают: здесь происходят чудеса!


А вот и сам волшебник – в роскошной бело-синей шубе, шапке и рукавицах; бегут по всей одежде морозные узоры, жемчуга и сапфиры, отражают танцующие языки огня в камине. Поставил Дед Мороз свой волшебный посох у резного трона, погладил бороду и спрашивает:


– Кики, нет ли новых писем от детей?


Кики – Кикимора, появилась из правого угла комнаты, распрямила льняную рубаху, вытащила из-под бус и разных побрякушек длинные зелёные волосы, в которых запутались водоросли, принялась распечатывать конверты и читать бумажные письма:


– Дед Мороз, хочу последний айфон!


Дед Мороз вздохнул и направился к трону. Кики показалось, что он стал меньше, что ли? Сгорбился, сжался, словно просьбы эти ранили его.


– А в следующем что? – в голосе Деда Мороза слышалась надежда.


– Дед Мороз, хочу последний айфон!


– Ты это уже читала. А в следующем?


Кики очень хотелось прочитать что-то другое, порадовать Деда каким-то человеческим желанием, детской искренней просьбой. Но, к её величайшему сожалению, все письма были про одно и то же:


– Дед Мороз, хочу последний айфон! Или – вот ещё: «Быть известным».


– А нормальные детские желания есть? – Дед Мороз спросил строго, Кики не хотелось продолжать читать письма детей, жаль было расстраивать старика. Помедлив, она продолжила печально:


– Вот и в следующих тоже про айфон и ещё про последние версии компьютерных игр…


Дед Мороз, опустив голову, задумался: куда же пропали нормальные, согревающие сердце желания детей? Почему теперь все письма лишь про жестянки и гаджеты? А вслух спросил:


– Помнишь, как мы зачитывались? Ну хоть одно желание! Малюсенькое, чистое, светлое?


– Нет, Морозко, – Кики посмотрела на Деда грустными глазами –  желания у всех практически одинаковые.


Солнечные лучи, пробивавшиеся в окна терема и заставляющие сверкать тронный зал, потускнели и исчезли совсем. Спряталось солнышко за густыми серыми облаками. Загудел в лесу ветер, сбрасывая с веток деревьев снег. Разбежались по норкам зайцы и белки, умолкли птицы.


Кики с тревогой посмотрела на Деда Мороза. Лицо его сначала покраснело, затем побледнело. На лбу выступили капли пота.


– Ох бедный я, несчастный… – застонал волшебник и начал поднимать упакованные мешки с подарками. Коробки с айфонами, гаджетами и компьютерными играми высыпались ему под ноги. А он не собирал их, только качал головой.


– Лееешик! Морозке плохо! Воды ему неси! – закричала испуганно Кики.


Лешик, словно у двери караулил, вмиг оказался в зале с серебряным кубком ледяной воды. Кики осторожно поднесла кубок к губам Деда. Фыркнув, Дед Мороз сделал несколько глотков и плюхнулся на свой трон.


– Я никому не нужен, раньше я был сказкой, а теперь живу…, – простонал Дед, – как не знаю кто! Кругом гаджеты и виртуальная реальность. Детские желания теперь всё портят!


Кики торопливо развернула несколько писем и принялась размахивать ими перед Дедом Морозом, пытаясь охладить разгорячившегося старика. Но тот, оттолкнув её, вскочил и снова начал метаться по залу. Ходит из стороны в сторону, руками размахивает, бормочет что-то возмущённо.


Лешик с тех пор, как вбежал с кубком ледяной воды, стоял, уставившись в пол, не особо догадываясь о причине гнева волшебника. Вдруг в углу залы он заметил один конверт с письмом. Пытаясь хоть как-то быть полезным, он поднял его и отдал Кики.


– Морозушка, а вот ещё одно письмо нашли! Может быть, в нём что-то хорошее? – Кики подбежала к Деду Морозу, распечатала конверт и торопливо стала читать письмо в надежде успокоить Деда.


– Дед Мороз, подари мне миллион долларов, только наличкой, пожалуйста!


Сначала Кики показалось, что разбушевавшаяся метель того и гляди собьёт ставни с окон. Потом она решила, что это олень прошёл так близко, что его рога прочертили линию на брёвнах терема. Но нет! Это кряхтел Дед Мороз, прижав руки к груди:


– Я ранен, ранен в самое сердце! Это всё мир до добра не доведет!


И вдруг к изумлению Кики и Лешика он вскочил с трона, поправил шубу, шапку, схватил посох. И со словами: «Надо что-то с этим делать! Надо их как-то проучить!» поспешно покинул терем, оставив Кики и Лешика стоять посреди залы в недоумении.


ГЛАВА 1


На Севере нашей необъятной Родины – России, по берегам Белого и Баренцева морей, среди диких мест, где кроме тайги и болот ничего нет, живут поморы – смелые мореходы, рыбаки, охотники. С раннего детства привыкли они к морю, знают все его капризы и тайны.


Там, в Архангельской области, на слиянии двух рек Мезени и Кимжи, окруженная густыми лесами, стоит маленькая старинная поморская деревня. В центре неё – единственная сохранившаяся на Мезени деревянная шатровая Одигитриевская церковь с колокольней, построенная в начале XVII века. Пять её куполов (плюс шестой на колокольне) возвышаются над маленькими окрестными домиками и заметны из любой точки деревни, с каждого двора. Величественная, устремлённая в небо церковь обращена одновременно к реке и к главной площади деревни, которую когда-то окружали дома богатых кимженских крестьян. А окраину деревни украшает мукомольная ветряная мельница (ветряк), обнесённая невысокой изгородью.


В деревне несколько старинных срубовых изб, окна которых покрыты морозными расписными узорами. Красота и гармония кругом! Где-то вдалеке слышны звуки скрипучего снега под валенками, доносятся голоса людей, лай собак. Из какого-то двора слышен стук топора, а из леса – голоса птиц. От сильного мороза дым из печных труб идёт столбом.


Рыбаки, одетые в тулупы, ловят рыбу. Без неё невозможно представить поморскую жизнь. Поморы сами себя охотно называют «трескоедами» и считают, что треска – в отличие от другой рыбы – никогда не надоедает, её можно есть каждый день.


Отражается в зеркале льда слепящее солнце, румянит морозный ветер щёки рыбакам, разговаривают они о чём-то между собой, смеются. Дворовые северные собаки – рядом, ждут, когда им кинут мальков.


Блестят вёдра у «дымящейся» во льду проруби. Женщина в валенках, расписном платке и современной куртке, зачерпнула из проруби воду, прицепила вёдра к коромыслу и направилась к бане, что у реки.


Хоть и управляет она всем банным хозяйством, хозяином бани все издавна считают Банника. Поговаривают, что к пьяным и бранящимся он может быть недобрым. А для остальных – венички свяжет, водичку чистой и прохладной сохранит. Да вот он, Банник! Пусть не виден, для всех – кто верит в него или нет – хлопочет, старается!


Мимо женщины, по дороге, нехотя бредёт в деревенскую школу Николка. Одетый во все чёрное, натянув до глаз покрытый инеем шарф, мальчик уныло ступает на заснеженную тропинку, ледяные кристаллы снежинок ломаются, издавая звонкий хруст.


– Доброе утро Николка! – женщина дружелюбно улыбнулась, опуская вёдра на снег.


Однако, Николка оставил её приветствие без внимания, делая вид, что не расслышал. Отвернувшись и пробурчав что-то себе под нос, он ускорил шаг.


Пожав плечами, женщина подняла вёдра:


– Ох уж и избаловали его родители… – со вздохом посетовала и, открыв двери бани, вошла внутрь.


Яркое зимнее солнце бросает свои лучи на заснеженные деревья и густые, как перины, сугробы. Хрустит снежное серебро под ногами, переливается разными цветами под голубовато-белым небом. Но не замечает этой красоты Николка, медленно идёт он с опущенной головой к школе.


«Какая польза по сторонам смотреть? – думает – Каждый раз одно и то же: двери, коридоры, актовый зал. Ничего нового».


И правда: знакомые скамейки, на них – ребята с гаджетами в руках, однако, ошибался Николка: в тот день привычный зал выглядел иначе. В центре него стояла неукрашенная к празднику ёлка. В нарядном светлом зале темно-зелёная красавица смотрелась как-то неуклюже. Но никто не замечал этого. Тут и там слышались обрывки песен и слов из ленты Тик-Тока, смешки ребят.


– Это дичь, дичь, дичь! – двенадцатилетний Федя, одноклассник Николки, положил телефон с включенным динамиком на пол и, пританцовывая и размахивая руками, принялся повторять слова за современным рэп-исполнителем. Все засмеялись, кто-то даже похлопал юному танцору.


Обрадованный вниманием, Федя стал двигаться быстрее и ещё громче выкрикивать слова.


Внезапно смех стал тише и оборвался совсем. Дядя Вася, охранник школы, внёс в зал огромную коробку и с недовольным лицом наблюдал за происходящим. Дядю Васю знали все. Взрослые его уважали, а дети побаивались. В огромных, разбитых, перемотанных изолентой очках и старой зелёной армейской одежде он казался им ворчливым стариком, который вечно бормочет что-то себе под нос.


– Что сидите лентяи? Кто ёлку украшать будет? – Василий внимательно смотрел на детей. Сквозь толстенные линзы его глаза казались огромными. – Тьфу! Ну и дрянь вы слушаете! Сейчас все гаджеты отберу!


Федя торопливо выключил динамик и убрал телефон в карман.


– Фёдор, а ну-ка иди сюда! – Дядя Вася поставил коробку и жестом подозвал танцора. Тот с неохотой подошёл к охраннику и заглянул в коробку.


Она была наполнена самодельными игрушками и северными пряниками-козулями. Такое название забавные маленькие фигурки получили от слова «козуля» – завиток. Сплетённые в причудливые извивы, древние поморские полоски теста изображали животных и птиц, домики и сердечки. Эти забавные маленькие фигурки покрывают белой и розовой глазурью из сока брусники или клюквы. Архангельские мастерицы держат свои рецепты в тайне, передают их по наследству и никогда не скажут их чужакам. И это понятно: ведь эти милые пряники – волшебные! Они не только приносят в дом счастье и достаток, но и оберегают от злых духов.


– И что? Этим старьём ёлку украшать? – Федя не смог скрыть своего пренебрежения.


– Без старья и нового не будет! – буркнул в ответ Дядя Вася. – Сами себе корни обрубаете, как жить-то дальше будете? Ни черта не знаете… Одни развлекаловки на уме! А трудиться кто будет?


Как ни боялся охранника Федя, уступать в споре не собирался.


– То, что надо, мы знаем, остальное – неактуально уже. Сейчас главное не труд, а успешность, – уверенно заметил Федя.


– Ух… – раздраженно махнул рукой Дядя Вася – Хорошо вам мозги запудрили! – и, вздохнув, добавил, – Надеюсь, это ещё поправимо…


Федя, понимая, что разговор окончен, развернулся и пошёл к ребятам на скамейке. Но Дядя Вася, прикрывая коробку с игрушками, вовсе не собирался отпускать танцора:


– Иди вон ёлку укрась! – а притихшим ребятам скомандовал:


– Остальные за мной!


В наступившей тишине стало неуютно, казалось, что ёлка и Дядя Вася увеличились в размерах, а дети – уменьшились. Они словно вросли в скамейки и продолжали смотреть в телефоны, искоса поглядывая на доматывающегося до них деда.


– Оглохли? Мне два раза повторять? Совсем распустились…


Конфликт с охранником мог легко привести к наказаниям от родителей, а это было опасно, особенно накануне Нового Года. Дети нехотя встали и молча поплелись за сцену. Через некоторое время они вернулись в зал в старых выцветших карнавальных костюмах.


Унылые лица в линялых нарядах рассмешили Федю и он не смог сдержаться. Его громкий смех в напряжённой тишине отвлёк Николку от игры. Он посмотрел на происходящее с презрением, достал наушники и пересел к батарее – погреться и доиграть.


Дядя Вася тоже услышал заливистый Федин смех:


– Нарядил ёлку? Иди вон тому геймеру костюм отнеси! Репетировать сказку сейчас будем. Да побыстрее!


Эту просьбу охраннику повторять не пришлось. Федя быстро согласился: нечестно, что Николка играет, а они репетировать должны.


Федя охотно приступил к восстановлению справедливости:


– Привет Николка! Тут Василич всех запряг. Злой сегодня. Надевай костюм, давай быстрее!


Федя торопливо протянул однокласснику когда-то серебристую, а теперь изрядно заношенную кофту с рыбьим хвостиком. Из неё торчала неопрятная карнавальная шляпка рыбки.


– Какое убожество! – Николка поморщился и брезгливо оттолкнул руку Феди. – Рыба! Придумали тоже! Трескоеды!


– Ну ты чё? – обиделся Федя. – Не такой как все, что ли? Или модный, городской? – Федя прекрасно понимал возмущение Николки, и даже в душе был согласен с ним. Но создавать себе проблемы на пустом месте, тем более перед каникулами, желания не было никакого. К тому же, другого исполнителя на роль рыбы не было.


– Мы тоже это тряпьё на себя напяливать не хотим, – попытался он вразумить Николку. – Ничего не поделать, надо надевать, а то Василич отлупить нас грозился и телефоны отобрать! – Считая последний аргумент весьма убедительным, Федя снова протянул костюм Николке.


Но Николка уступать не собирался. Наоборот, прозвучавшая угроза ещё больше разозлила его. Он рассерженно отбил руку Феди, отправляя костюм на пол.


– Ну ты что, совсем? Скоро Новый год, смотри, не подарит тебе Дед Мороз подарок! – неуклюже пошутил Федя.


– Деда Мороза не существует! Понимаешь, нет его! Сказки это всё. – Николка наклонился поднять костюм, но Федя опередил его и теперь поспешно складывал реквизит.


– Не было никогда и не будет! – не унимался Николка. – Будущее – это новые технологии и виртуальная реальность!


– Да согласен я! – обиженно махнул рукой Федя и пошёл переодеваться к репетиции.


Сиверко – холодный и порывистый северный ветер – бился с негодованием в окно зала, швырял в замерзшее стекло белые потоки тяжелых снежных хлопьев, возмущенно наблюдая за происходящим. Ему хотелось возразить Николке, но он мог только выть дурными голосами, гневно и жалобно. Дед Мороз тоже наблюдал за происходящим через окно. Седые брови его нахмурились, взгляд стал грустным:


– Мир изменился, он уже не лубяной, а цифровой. – Сиверко возмущенно кружил вокруг Деда Мороза: то прятался в его бороде, то стучал в стекло.


– Сказка умирает, а вместе с ней и любовь…, – печально вздохнул Дед и дунул на окно. Ледяное дыхание покатилось по прозрачной глади, как по катку, оставляя на стекле затейливые узоры. Их причудливые изгибы сковали окно. Сиверко посеребрил узоры инеем и распахнул форточку.


Николка почувствовал студёное дыхание ветра в зале и спешно закрыл окно. Морозные расписные узоры на нём превратились в светящиеся цифры. Но рассерженный Николка не заметил их. Он слез с подоконника, напялил на себя куртку, прокричал вдогонку Феде:


– Я не все! Не заставите! – и, хлопая дверьми, вышел на улицу.


ГЛАВА 2


Лай для собак – естественный способ общения. С его помощью они выражают радость или недовольство, привлекают внимание или предупреждают об опасности, – разговаривают. Но для человека любой лай часто звучит одинаково, как отрывистый или повторяющийся звук. Николке же любой лай казался угрожающим, тем более, если он доносился от стаи собак. Натянув шарф до самых глаз, оглядываясь по сторонам, подгоняемый страхом, морозом и усиливающимся лаем, Николка бежал домой.


Дом его – один из старинных срубовых домов, украшенный резьбой и коньком на кровле. Суровый, без краски и штукатурки, северный деревенский дом, отличается от домов Центральной или южной частей России. Ажурные деревянные узоры на оконных наличниках будто связаны на спицах, а не вырезаны из дерева. Это символ упорства и выносливости русских северян, их умения создавать уют даже в самых непростых обстоятельствах.


Жёлтый свет от ламп осветил просторную гостиную. В ней – массивная мебель: стол на резных тяжёлых ножках с широкой столешницей, узорные полки вдоль стен, горка с безделушками и книгами, на окнах – комнатные растения, даже лимонное деревце! Кровать застелена покрывалом, сшитым мамой из разноцветных лоскутов. На полу – красивые домотканые дорожки. Так чисто и нарядно! Все в доме говорит о том, что здесь, в северном климате, люди не просто выживают, а живут с большим комфортом и достоинством.


А на Кимже реке есть одна деревушка

И далеко идет от нее добрый свет.

Там привольно стоят колокольня с церквушкой,

Озаряя мой край добротой прошлых лет…


Напевая северную песню, мама достала из русской печи сковородку с треской в сметане и поставила на стол, а рядом уже стояла кастрюля с супом.


Отец с Егориком, младшим братом Николки, мастерят. Папа из деревянного бруска вырезает птицу счастья, обучая младшего сына секретам ремесла. Шестилетний Егорик приготовился расписывать птичку.