# Кошечка в сапогах исполняет желания

Регина Андреева

Что желаете, господин? Богатство, новый дом, девушку. Корону? А вы не обнаглели, уважаемый?

Впрочем, выбора у меня нет. Это плата за жизнь в новом мире – тело кошки и обязанность исполнять желания тех, кто меня спасет.

Теперь, чтобы обрести свободу, я должна женить сына мельника на принцессе, а прежде спасти ту от чудовища. В сказке все было просто, а как быть мне? Главной героине с невыполнимой миссией?

Хвост распушить, коготки наточить – и в путь. К свободе!

## Глава 1. Сделка

– Не боишься упасть, котенок? – пронеслось в памяти.

Я с трудом вспоминала день, когда всё изменилось. Кто обещал беречь меня – предал.

– Не бойся, я крепко тебя держу, – улыбался мне муж.

Вдвоём мы встречали рассвет на обрывистом берегу Енисея. Фотографа отпустили, он сделал больше тысячи фотографий. Запечатлел день моей свадьбы с самым уверенным, упрямым, целеустремленным мужчиной на свете. С первого знакомства он подхватил меня на руки, окружил любовью и понес вперед, подобно шторму.

Вдали от цивилизации мы любовались закатом. Туманная высь облаков, густой лес, скалистый берег. Ветер обдувал со всех сторон и заставлял прижаться к мужу теснее.

Убрав мои руки, он отстранился и потянулся к телефону.

– Извини, сообщение.

Марк пробежал глазами по тусклому экрану.

Я знала, что Марк давно в курсе подарка, но мне хотелось увидеть его лицо, когда это случится.

– Я так счастлив, – улыбнулся. – Твой отец передал мне акции, только что подписал документы. Теперь мы с тобой вдвоем полноправные владельцы. Я и.. ты.

Марк посмотрел вдаль, будто готовился сказать что-то важное.

Я его опередила.

– Знаешь, я бы хотела когда-нибудь отойти от дел. Конечно, сначала закончим рабочий проект, договоримся о сделке с московскими партнерами, а потом… Возможно, я могла бы посвятить себя дому, детям.

Щеки покраснели. Мы с Марком никогда не говорили о детях, больше про работу и фирму отца по производству мебели, где Марк быстро навел порядок. Он сам начинал с низов, долго работал столяром, знал кухню изнутри. Мой отец сначала был скептически настроен против нового помощника, Марк ведь ничем особо не выделялся, кроме характера управленца. Отец запрещал нам видеться, предлагал взглянуть на других, я не слушала. Пока однажды отец не увидел нас вместе. Узнал, с какой нежностью Марк смотрит на меня, берет за руку, поглаживает тыльную сторону ладони. Подумал и отпустил свои страхи.

Я знала, что это судьба послала мне Марка, мы с ним одно целое.

Поэтому, когда отец поднял вопрос о будущем фирмы, я предложила после свадьбы подарить долю Марку. Так было правильно, чтобы мы вдвоем продолжили отцовское дело. Как семья.

– Неприятная ситуация… – на лицо мужа опустилась тень.

Я заозиралась по сторонам в поисках того, что могло бы его расстроить. Но здесь были только мы двое.

– Что не так? – я мягко погладила мужа по щеке и наткнулась на колючую щетину.

– Даже если ты будешь сидеть дома, это не решит проблему. Работники никогда не будут уважать меня и принимать так же, как тебя и твоего отца. К тому же, у меня есть свое видение будущего фирмы.

– О чем ты говоришь?

Честно говоря, я ничего не понимала. Мысли плясали где-то между фуршетом и фотосессией.

– Ты не виновата, Роксана, – произнес он холодно.

Я удивилась стальным ноткам в голосе. Что происходит?

– Просто такова жизнь. Есть деятели, от которых зависит общество, которые могут изменить будущее, сделать мир лучше при должном стечении обстоятельств. А есть их расходный материал. Ресурс. Чрезвычайно важный и ценный до определенной поры.

Я хотела обернуться, но муж крепко держал меня за талию. А потом вдруг со всей силы ткнул между лопаток.

С ужасом поняла, что мои ноги оторвались от земли. Я забарахталась в воздухе в попытке ухватиться за что-нибудь, но край обрыва был уже далеко.

Он отдалялся с чудовищной скоростью, как и застывшее лицо Марка.

Он…

Хотел моей смерти…

Он меня толкнул…

В голове молнией проносились мысли, молитвы, страхи. Пространство вокруг замедлилось. Наверное, жить мне осталось две секунды.

Одна.

Ноль.

Не хочу умирать! Спасите меня, хоть кто-нибудь. Прошу! Спасите! Я сделаю всё что угодно!

"Уверена? – прозвучал в голове гудящий голос".

Что пожелаете!

"Ты сделаешь всё, что пожелают ОНИ, котенок. Помни о сделке. Не подчинишься – умрешь".

Ледяная вода окутала тело. От холода, боли, шока я отключилась, так и не поняв, что это был за голос и о какой сделке он говорил. Глаза застелила тьма.

## Глава 2. Ведьма

Я очнулась в воде по шею. Кровь стыла в жилах. Я перебирала конечностями, заглатывала ледяную воду и барахталась из последних сил. Иногда выныривала, пыталась понять, куда двигаться, но вокруг была кромешная тьма.

Вдруг перед глазами вспыхнул фонарь.

– Кто это там? – прокряхтел женский голос.

Я задвигалась с новой силой.

"Помогите! Мне нужна помощь!" – хотелось кричать, но голос осип, изо рта не вырвалось ни звука.

– Бедненький! – воскликнул ребенок. – Мама, давай его спасем?

В сантиметре от моей головы шлепнулось весло, брызги полетели на лицо, в рот. Я закашлялась, но сумела ухватиться за весло как за опору. Залезла, вцепилась всем, чем могла и замерла, тело совсем не слушалось. Женщина потащила весло к себе. Свет приближался. А потом я оказалась в теплых руках ребенка, он обнял меня, заботливо вытер своим плащом.

– Оставим его? – пискнул мальчик.

Женщина что-то пробурчала и взялась за весла.

Я пыталась сказать спасибо, но язык отказывался ворочаться, зубы стучали от холода, а всё тело казалось огромной застывшей льдиной. Я не чувствовала рук и ног, только теплые ладони ребенка, они казались такими большими и мягкими.

Под ритмичные звуки волн и покачивание лодки я уснула и скоро была разбужена резким:

– Пригрелся тут, – фыркнула женщина.

Я поняла, что снова лечу, только в этот раз я приземлилась не в воду, а на твердый речной песок.

Было странное в этом падении.

Во-первых, я была голой. Холодный ветер обдувал со всех сторон, подталкивал в спину и норовил сбить с ног.

Во-вторых, я стояла на четвереньках и взглядом упиралась в бежевую шерсть на передних лапах.

Лапах!

Что это такое? Почему вместо нормальных рук я вижу покрытые шерстью лапы зверя.

Я попыталась сдвинуться с места, но запуталась в четырех конечностях и снова плюхнулась на песок. В этот раз я хотя бы сидела, потому что стоять и смело смотреть вперед я была не в состоянии.

Бочком подползла к маленькой луже и вгляделась в отражение.

Голова закружилась от осознания ужасного – я выглядела, как кошка! То есть, это определенно была я. Двигалась также, наклоняла головой – отражение повторяло за мной.

Не-не-не, Роксана. Это что-то нереальное. Так не бывает!

В шоке прикрыла глаза и медленно выдохнула. Точно, всё это дурной сон. Марк… Он не мог меня убить, это невозможно. Но еще более невозможно очутиться в теле кошки.

Посмотрела по сторонам, чтобы найти глазами хоть одно нормальное и обыденное. Понять – я не сошла с ума.

Сделать это было сложно.

Женщина, что спасла меня, копошилась возле лодки. Она была одета в длинное темное платье, на сильных плечах – мех убитой лисы. Как в фильмах про средневековье и варваров! Широкая, грузная, она вытаскивала вещи из лодки и складывала их на берег.

Маленький мальчик лет шести, по-видимому, ее сын, скакал рядом в нетерпении. Он был одет еще страннее. В большой безразмерной рубахе, подвязанной на поясе веревкой, в ярко-красных сапогах с золотым узором, тоже большего размера, чем нужно ребенку.

Впереди журчала река. Позади – редкий лес, тут и там лежали большие валуны, чуть поодаль виднелась прибрежная пещера. Ни намека на цивилизацию.

Где провода, столбы, вышки связи? Почему я не слышу шума железной дороги?

Но больше всего меня волновал мой внешний вид. Галлюцинация не прошла, я всё еще видела и ощущала себя четвероногой кошкой. Передние лапы, покрытые шерстью, никак не хотели становиться нормальными человеческими руками.

"Как в сказке", – подумала, но потом напрочь отвергла эту мысль.

Сказок не бывает.

Должно быть логическое объяснение.

Я осторожно потопталась на одном месте, чтобы не упасть снова. Тело легкое, как перышко, и неустойчивое. А что это сзади? Хвост! В шоке посмотрела на часть тела, которой у меня в принципе никогда не было. Мокрая шерсть прилипла к телу, поэтому хвост казался облезлым и почти лысым. Ужас! Я должна прийти в себя, так не бывает.

– Мама! – закричал мальчик.

Я подскочила, выгнув спину, как обычная дворовая кошка на лай собаки. Уф, вот это реакция. Откуда только взялась?

– Мама, оставим его, оставим?!

– Цыц, – буркнула женщина. – Такой же впечатлительный, как твой папаша. Он тоже бросался на новые игрушки, тут же избавляясь от старых. Я была лучшей, он должен был выбрать меня! Но он… Легкомысленный ублюдок испортил мою жизнь.

– Мама… – перебил мальчик. – Не говори так о папе.

– Да что о нем говорить, – вздохнула женщина, постепенно успокаиваясь. – Ну, и? Зачем тебе этот блохастый? Смотри, какой дохлый.

Я озадаченно вытянула одну лапу и просканировала шерсть на наличие посторонней живности. Врёт, нет у меня блох. И вовсе я не дохлая, а стройная. Сейчас шерсть подсохнет, вообще красавицей буду. Ой!

Передо мной встал мальчик. Надув губы, он обиженно смотрел на мать.

– Хочу. Играть. С этим котом.

Мальчик часто задышал, из ноздрей начал выходить пар.

– Ладно, – буркнула женщина и вперилась в меня острым взглядом. – На что сгодится блохастый? Давай-ка, присмотри за моим сыном, пока я разбираю вещи.

Дзынь.

Я покачнулась от резкой и неожиданной силы. Будто некто большой и властный поставил в лоб щелбан. Бр-р-р!

Пора делать ноги. Разум никак не хотел воспринимать действительность. Мне всё казалось, что стоит сбежать из этого театра абсурда, как всё закончится, и я снова окажусь дома, в мягкой постели, рядом с Марком. Ведь это просто дурной сон.

Неприятная горечь засаднила горло.

Женщина отвернулась, и я попятилась к лесу. Ходить на четвереньках было странно, но жить захочешь – и не такому научишься. Главное – держать хвост выше, а голову ниже, так я лучше чувствовала равновесие. Еще немного, выберусь отсюда. Может, это всё симуляция мозга? Может, я в больнице, в коме?

Я взобралась на бревно, за которым стоял лес. Аккуратно спустила задние лапы на ту сторону, начала съезжать и вдруг взвыла от боли.

Едва берег скрылся из моего зрения, голова затрещала. Она стала тяжелой, а в груди громко застучало кошачье сердце.

"Не подчинишься – умрешь", – пронесся в голове гудящий голос, который я уже слышала прежде.

Умрешь? Он сказал "умрешь"? Кому, по его мнению, я должна подчиняться?

Пошатываясь, я снова забралась на бревно и посмотрела на мать и сына. Парень бегал, проверял кусты и камни. Он искал меня.

Странным образом головная боль начала отступать, а сердце перестало стучать, как бешеное.

Тогда прояснилось многое. Она велела мне присмотреть за сыном. И пока я смотрела на него, я чувствовала себя как обычно. Но стоило отвести взгляд – с моим телом начинало твориться ужасное.

В тот момент я вспомнила о сделке и о том, каковы обязанности обеих сторон. Будучи дочерью своего отца, я хорошо разбиралась в договорах, важных пунктах, юридических формулировках. Но плохо разбиралась в иррациональном. Точнее, не разбиралась вовсе.

Всё, что меня сейчас окружало, было пропитано иррациональностью. Неужели это происходит со мной? За свои двадцать пять лет я даже фэнтези не читала! Не то чтобы всерьез верить в чудо.

Но мои глаза видели, лапы ощущали, хвост дрожал.

Я понимала, что попала. И даже примерно представляла куда. Прикрыла кошачьи веки, чтобы решительно открыть их вновь.

Скажи это слово, Роксана.

Сказка.

Я попала.. в сказку?

Не может быть!

## Глава 3. Волшебные сапоги

Мальчик глядел на меня сверху вниз с обожанием. Пухлые ладошки сжимались в попытке схватить меня за подсохший хвост, но я была проворнее.

– Можно тебя погладить? – спросил он, чуть не плача.

Сжалившись, сделала шаг навстречу и прогнула спинку. Гладь.

Ребенок расплылся в счастливой улыбке, неуклюже коснулся шерсти, зарылся обеими руками и прикрыл глаза.

– У меня никогда не было домашних животных, – зашептал он, прижимаясь ко мне. – Мама не разрешает, ведь мы всё время переезжаем.

Пригнула кошачьи уши, когда детская ладошка накрыла голову.

– Мама говорит, что я сын самого главного человека в королевстве, поэтому меня надо беречь. Говорит, я должен стать сильнее перед встречей с ним.

Осмотрела мальца с ног до головы. Совершенно обычный ребенок. Рыжеволосый, чумазый, с большими глазами, нос торчком. Только одет странно, не по-современному, хотя сейчас здесь странным казалось абсолютно всё.

Ненароком опустила взгляд на ярко-красные сапоги с золотистым узором.

– Ненавижу их, – в сердцах воскликнул мальчик, и я удивленно посмотрела на него. – Они мне сильно жмут, но мама заставляет носить. Они скрывают магические проклятья и отклонения. А я просто хочу быть собой.

Он наклонился ближе и заговорщически зашептал:

– Я пытался сжечь их в костре, утопить в речке. Они неубиваемые!

– Людвиг! – раздался голос его матери.

Мальчик непроизвольно сжался, будто боялся, что она слышала его слова. Женщина закончила разбирать вещи и подошла к нам.

– Идем, сын. Пора на тренировку.

– Ура!

Мальчик с облегчением скинул красные сапоги, отбросил их подальше и босиком вскочил на траву.

Если я думала, что на этом странности закончились, я ошибалась.

Ноги ребенка начали изменяться. Ступни выросли в половину, крохотные детские пальчики превратились в крупные пальцы-картошки. Ноги покрылись рыжими волосами. То же произошло с руками и ушами.

От прежнего милого мальчика осталась только рубаха. Пояс на ней порвался, упал на траву. Он стал выше, толще, волосатее.

– Фух! – пробасил он совершенно недетским голосом и, разминая затекшие пальцы на ногах, заковылял к пещере, где его ждала мать.

Я поняла, что всё это время стояла, держа хвост торчком и выгнув спину. Мои эмоции непроизвольно отражались на поведении кошачьего тела.

Спокойно, Роксана!

Я присела в траву, наблюдая за тем, как женщина берет сына за.. волосатую лапищу! И ведет в пещеру. Потревоженные светлячки закружились вокруг них и умчались вглубь пещеры.

Что эта женщина делает с ребенком?! Что это за тренировки такие? Он ведь только что выглядел, как нормальный человек. Или он не был человеком? Я прикрыла глаза, понимая, что не хочу этого знать. Всё вокруг казалось нереалистичным.

Существо, похожее на фантастического тролля, надевает сапоги и становится мальчиком. А потом снимает и превращается обратно в чудище. Бр-р! Такое только в сказках бывает.

Я покосилась на "волшебные" сапоги. Что он сказал? Эти сапоги скрывают магические проклятья и отклонения.

Можно ли назвать мое превращение в кошку проклятьем? Абсолютно точно – да!

А что, если…

Пушистые лапки зачесались в предвкушении эксперимента. Усевшись рядом, я вставила лапы в прорези. Сначала ничего не произошло, и я даже расстроилась. Но потом почувствовала, как мои ноги начали расти.

Боги!

Надеюсь, я не превращусь в тролля!

Но больше обычного ноги не выросли. Следом вытянулось тело, позвоночник выпрямился – и вот я с ужасом и радостью одновременно смотрю на свои человеческие руки. Мои руки.

Единственным исключением были окрепшие твердые ногти. Мои вечно слоились и рвались, поэтому я предпочитала стричь их под корень. Теперь же я имела крепкий естественный маникюр. Мечта!

А это что такое?

По ягодицам прошлось что-то пушистое, и я тут же подпрыгнула, обернулась. Никого. С тревогой посмотрела за спину. Хвост! Такой же светлый, бежевый, какой был у меня-кошки.

Если есть хвост, то должны быть и… Уши.

Я зажмурилась, закрывая мохнатые уши, вылезшие прямо на голове. Чудовищная трансформация. В теле кошки я была хотя бы кошкой! А теперь стала не пойми кем!

Так, спокойно, Роксана. Теперь ты женщина-кошка, смирись с этим. Хорошо, хоть не паучиха какая-нибудь!

Одеться, мне надо срочно одеться. Голая женщина-кошка – это никуда не годится.

Я взяла один из плащей женщины, брошенный на берегу в кипу грязных тряпок. Накинула на голое тело. Плащ скрыл хвост, а капюшон – нечеловеческие уши.

Не до конца понимая, что творю, обернулась к пещере и поняла, что больше не испытываю головной боли, если не смотрю на мальчика.

"Ты сделаешь то, что захотят они", – вспомнила гудящий голос.

Женщина просила присмотреть за ребенком, я выполнила ее желание. Теперь что? Я свободна?

Укрываясь плащом на голое тело, я побежала к лесу. Перемахнула через бревно, прислушалась к себе. Ничего не болит.

И я убежала.

Не знаю, кем были женщина, спасшая мне жизнь, и ее нечеловеческий сын. Они остались позади.

Впереди меня ждали месяцы, а затем и годы переосмысления. Пришлось в полной мере понять, каким проклятьем меня наградили.

И дело не в фантастической внешности, уши и хвост я научилась маскировать под одеждой. Хотя чаще предпочитала снимать сапоги и появляться на людях в облике кошки. Не отсвечивать, скрываться, выживать – легче, когда ты маленький и незаметный.

Но истинное проклятье заключалось в другом.

Исполнять желания тех, кто меня спасет.

К счастью, после одного озвученного желания я становилась свободной. До тех пор, пока снова не окажусь под колесами повозки и не буду спасена неравнодушным путником.

У меня было много "хозяев", рядом с которыми я поняла, что в этом мире у меня нет свободы воли. Тот, кто спасет меня от смерти, может пожелать что угодно. Чаще всего они хотели денег и наладить свою жизнь. Об этом люди часто жалуются кошкам. Я не могла противиться желанию хозяина. Обязана выполнить его, вопреки собственной воле, иначе в груди начинало болеть, а тело слабеть. Ночами я надевала сапоги и шла улучшать жизнь хозяина, изворачивалась, договаривалась, чтобы человеку привалило много денег. Мне же хотелось лишь одного… Чтобы меня, наконец, отпустило, и я могла удрать.

Пришлось стать сильнее, научиться избегать неприятностей, привыкнуть к одиночеству. Я научилась драться и стрелять из лука, не боялась лесных бандитов. Больше всего на свете я боялась, что кто-нибудь решит меня от этих бандитов спасти.

Спасибо, я лучше сама!

Здесь был город неподалеку, местные называли его Златогорск. Туда я ходила редко и только по сильной нужде.

Я построила себе хатку в лесу. Жила уединенно. Большую часть дня проводила в облике кошки, оставляя сапоги и одежду дома. По правде, кошкой жилось проще, легче затеряться среди толпы, на меня обращали внимание разве что дети и городские стражники. От последних я старалась держаться подальше.

А еще подальше от воды.

После того, как чуть не утонула, я избегала реки и других водоемов. Купалась только в самых мелких, где предварительно палкой проверяла дно. Хотя, чтобы попасть в город, приходилось идти по мосту. Я делала это быстро, перебежками, от одной опоры к другой.

Но я не учла человеческой гадости. А стоило бы.

Ведь если я иногда забывала про людей вокруг, то не все люди делали то же самое по отношению ко мне.

– О, смотри, кошка дворовая, – гаркнул прохожий. – Пусть полетает!

Тяжелый башмак врезался мне в бок – и я моментально отправилась в полет. Запоздало выпустила когти, но уцепиться за бревна уже не успела. Кошки, вообще, летают быстро. И так же быстро приземляются на лапы, если только под ногами не вода.

Легкое тельце шлепнулось в воду. Ледяная, как в тот раз. До берега далеко. В голове пронеслись воспоминания о том дне, когда я заключила с судьбой проигрышную сделку. Может, не стоило соглашаться? Какой в этом смысл?

– Эй, вы что творите?! – на мосту зазвучал еще один голос. – Пошли вон!

Раздался звук удара – рядом со мной поднялись волны, будто два больших тяжелых тела свалились в воду.

– А-а-а! – заорали мужики.

Но я едва могла их разглядеть. Надо мной было голубое небо, а глаза медленно закрывались от холода и бессилья.

Следом меня с головой накрыла еще одна волна. Крепкие, сильные руки схватили меня. И потащили к берегу.

– Сейчас выберемся, – произнес человек с моста.

С диким неверящим взглядом я повернула голову.

Ну вот, опять!

Моя боль, мое проклятье. Мой новый хозяин.

## Глава 4. Кузнец, сын мельника

"Отстань! Отпусти!" – молилась мысленно, но неравнодушный прохожий, решивший спасти тонущую кошку, крепко вцепился в меня. А ручища какие крепкие, спортсмен, что ли? В этом мире бывают спортсмены?

Не отпускает, зараза!

– Мяв! – подала голос, полный возмущения и попыталась избавиться от его рук.

– Куда же ты, глупенькая, – мужчина крепче прижал меня к себе, полностью отрезая путь к свободе.

Раздраженно куснула его в плечо, но вызвала только хриплый мужской смех. Он думает, я с ним в щекотки играю?

Доплыв до берега, он вместе со мной упал в траву. Ветер обдал мокрую шерсть, стало только хуже.

Я хватала ртом воздух в попытке выровнять дыхание. Дрожала всем телом, пока мужчина сильными руками закутывал меня в свою куртку и прижимал к обнаженному торсу. Какой твердый и горячий! Он точно человек? Откуда он взялся?

Мужчина сильно вымок. Холодные капли стекали с волос по шее, но он даже не думал вытереться сам. Он грел меня. Кожаные брюки промокли насквозь, сухой была только куртка, которую он успел скинуть, прежде чем броситься в воду.

От него пахло костром, таким умиротворяющим, надежным. От мощного тела жарило, и я беззастенчиво грелась об него, терлась лицом, прятала нос в районе шеи и пыталась выровнять собственное дыхание. Еще минуточку, сейчас. В себя приду и скажу ему всё, что я о нем думаю.

Но из кошачьего тела вопреки здравому смыслу и моему отношению вырвалось преданное мурчание.

– Тише, принцесса, – мужчина осторожно похлопал меня по спинке, нежно коснулся головы, почесал за ушком. – Всё закончилось, ты спасена.

Подняв голову, я в отчаянии взглянула на своего спасителя зелеными кошачьими глазами.

Он не понимал. Для нас двоих всё только начиналось.

***

Лишив меня свободы передвижения посредством помещения в кокон из куртки, мой спаситель отконвоировал меня в город. В свой дом или это было его рабочее место, я плохо понимала в городских кварталах.

Интересно, что думали жители, когда он шел в мокрой одежде по улице. Он внес меня внутрь низкого каменного здания, и я поняла, что об этом парне не стоит переживать. На нем всё высохло моментально, волосы распушились, проявляя природную густоту.

Красив.

Я на таких в фильмах залипала. Одет, как отвязный пират, в кожаный костюм с ремнями и бляшками, просторная на вид рубаха обтягивает мышцы в нужных местах и болтается на плоском животе. Благородный разбойник, с длинными темными волосами до плеч и взглядом, который срубает с ног и заставляет зрительниц в кинозале смущенно улыбаться.

На четком профиле выделяется ровный нос, ровные черты лица. Может, он принц какой?

– Эй, кузнец, где ты шлялся?! – рявкнул бородатый мужик в черном страшном фартуке. И я поняла, что мы в этом здании не одни.

– Я здесь.

– Меч должен быть готов завтра к полудню!

Бородатый мужик обвел хищным взглядом вещи моего хозяина. Я пригнула уши, зарываясь в кокон, чтобы он не заметил меня. Почему-то казалось, он здесь главнее, и лучше не отсвечивать.

Он ушел, а я всё не хотела вылезать из своего убежища.

– Испугалась, Росинка? – благородный спаситель беспощадно освободил меня из кокона и поставил лапками на бочку.

Погодите, как он меня назвал?

Должно быть, на кошачьем лице отразилось изумление, потому что он вдруг рассмеялся.

– Мокрая, как роса. Росинка. Нравится?

Мои глаза забегали. Он ведь не ждет ответа от кошки? Кошки как бы не говорят, даже в этом мире. Я проверяла. Среди других встречных животных – лесных и городских – я не встретила ни одной разумной особи. В смысле, такой же разумной, как я.

Выходит, это мое персональное проклятье. Для всех вокруг я просто кошка.

– Буду звать тебя Росинка, – решил мужчина, верно оценив мое типичное, безразличное, кошачье поведение.

Усевшись на бочке, я приготовилась ждать, когда он скажет заветные слова.

"Хочу…"

Кузнец молчал. Час, три часа, полдня.

Он занялся работой и работал, на мой взгляд, честно. Не знаю, чего там орал бородатый. Мой хозяин отрабатывал свой хлеб. А после вытерся в полотенце и вспомнил обо мне.

– Идем домой, Росинка.

Я ждала.

Меня принесли в деревянный дом, крохотный по сравнению с соседними. На первом этаже был бардак, стулья раскиданы, кровати не заправлены.

– Братья опять в загуле, – пробормотал мой хозяин.

Ясненько, он в семье не один. Наверняка он пожелает получить много денег. Все бедняки хотят денег. Думают, с деньгами их жизнь станет лучше. Но деньги кончаются, особенно, если человек не умеет ими распоряжаться. И потом бедняк все равно остается с носом.

Может, он пожелает жениться?

Тоже популярный вариант. Мужчины думают, что жена – спасение от их беспросветной жизни на работе. Но они забывают, что вести совместный быт – тоже работа. И не все готовы к такому повороту событий.

Новый дом? Да, хозяин мог бы пожелать съехать от братьев. Все юнцы хотят жить отдельно, но не все готовы к ответственности. Платить налоги, содержать дом в чистоте, уметь наладить отношения с соседями – не всем дано.

Чего же пожелает он?

Скажи – и я успокоюсь. Серьезно, шерсть становится дыбом от тревоги и ожидания. Он должен произнести желание вслух.

– Иди ко мне, Росинка, – мужчина подтянул меня к себе. Укрыл одеялом, оставив на воле только нос. – Тебе тепло?

Да, прекрасно!

Спокойно, Роксана. Будь кошкой. Подумаешь, почти голый мужчина с телосложением атланта прижимает тебя к себе.

Подумаешь, я же просто кошка, у меня здесь единственная миссия. Выполню ее – и можно жить дальше.

– Моя принцесса… – он почесал мне за ушком, и я окончательно растаяла.

Ну как же можно держать себя в руках, когда рядом тот, кто о тебе заботится? Хороший попался хозяин в этот раз. Пусть у него и желание будет хорошее, какое-нибудь простое. Чтоб раз – и всё!

Как бы не так.

Наступила ночь, и я сразу сбежала в лес. В свою маленькую хатку на опушке, в самой чаще, куда никто не заглядывает. Я и сама нашла это место случайно.

Посреди вековых дубов и стройных берез стояла маленькая заброшенная избушка. С низким потолком, что приходилось нагибаться, одной комнатой и маленькой печкой. С огородом вокруг. Кроме вереницы сушеных трав и замульчированных травой грядок, ничто не выдавало здесь присутствия человека. Заброшенный дом стал моим убежищем и помог пережить несколько зим.

Привычным маршрутом через заднюю дверь я забралась внутрь.

Прихватила сапоги, плащ, платье, засунула в мешок и понесла в город, в дом нового хозяина.

Куда бы спрятать?

Подумав, закинула мешок под кровать. Хозяин там вечность не убирался, вряд ли полезет смотреть. А мне была нужна возможность обернуться в случае чего.

Кузнец проснулся, потянулся, заварил себе крепкий чай. Я сидела на подоконнике и размышляла, чего же он пожелает. Коготки нервно терлись о деревянную раму, а хвост мельтешил из стороны в сторону.

– Доброе утро, Росинка, – теплая мужская ладонь легла мне на голову.

Нет, этот человек однозначно теплее многих других. Может, у него там грелка под рубахой? Или это всё работа в кузнице сказывается, что весь жар впитался в кожу.

Физиология моего нового хозяина была для меня загадкой. А я для него загадкой не была. Кошка и кошка. Кажется, он был рад нашему соседству, налил молоко в блюдце, дал кусочек мякиша, а сам продолжил жевать корку.

Снаружи послышался топот копыт и сопровождающие его свисты и возгласы. К нам мчался гонец.

Я выглянула в окно, хозяин сделал то же самое.

Королевский глашатай – ухоженный, опрятный, в ярко-оранжевом камзоле с белоснежным шейным платком – запрыгнул на пьедестал на городской площади и развернул свиток.

– Его Величество Владими́р с тревогой сообщает, что его любимая дочь принцесса Елена была похищена ночью чудовищем-людоедом.

Народ на площади беспокойно зашептался.

– Принцессу похитили!

– Чудовище!

– Людоед!

Глашатай продолжил:

– Лучшие стражники пытались его остановить, боролись с ним, но чудовище убежало в Заповедный лес. Стража отправлена на поиски, но этого недостаточно. Король просит вас о помощи и гарантирует награду.

На площади стало тихо, комары перестали пищать, лошади ржать.

– Тот, кто спасет принцессу от чудовища-людоеда, получит триста золотых и может просить руки принцессы!

Народ загалдел, оживился. Триста золотых! Да на эти деньги можно три дома построить! Один себе, второй матери, третьим долги отдать. Или так: один себе, второй жене, чтобы не пилила, третий…

А женитьба на принцессе? Что же получается, спасти принцессу – и можно стать королем?

Мужик, что стоял близко к нашему окну, искоса глянул на свою жену в простом сарафане, но та быстро пресекла его думы и погрозила коромыслом.

– Иш чего удумал! – шикнула на него баба.

И была права. Пойти на чудовище – жизнь отдать. Недаром король установил такую награду, видно, совсем дела плохи.

Я слышала об этой истории. Местные шептались, а у кошек хороший слух.

В заповедном лесу поселилось чудовище, только никто его не видел. А кто видел, тех уже нет в живых. Лично я считала всё чепухой, потому что реальных доказательств не было. Только домыслы и страхи, а у страха, как известно, глаза велики.

Хотя в борьбе страха и алчности, побеждала последняя. О чем свидетельствовали оживленные разговоры, мужские споры, о том, кто лучше и кто достойнее.

– Триста золотых, – в шоке повторил мой хозяин.

Глашатай начал раздавать листовки, где указана награда. Вокруг него мигом столпилась очередь. Да уж, сейчас понабегут иванушек, друг друга поубивают, деньги в казне останутся. А может, спасется кто-нибудь удачливый.

– Ладно, Росинка, хватит уши греть. Пора работать.

И я была с хозяином абсолютно согласна. Это же настоящее самоубийство, чтобы простой крестьянин чудовище победил. Пф! Пусть этим специально обученные люди занимаются.

– Спасти принцессу, – хозяин пробормотал под нос, – хотел бы я спасти принцессу. Хотя… Не бери в голову.

Что-что-что?

В глазах потемнело, в лоб прилетел сильный удар.

– Мяу-у-у! – не выдержав силы волшебного щелбана, я свалилась с подоконника.

А потом в голове запоздало раздался он.

Дзынь.

## Глава 5. Братья

Глашатай зашел в каждый дом в нашем квартале, раздал листовки с описанием награды и инструкцией, как зарегистрировать себя в операции по спасению.

Совершать подвиг без разрешения нельзя! Точнее, можно, но награду так не получишь. Нужен был специальный жетон.

К неудовольствию жителей – выдавали его не всем.

Как только глашатай уехал, людей сдуло с площади прямиком в сторону дворца. Теперь они стояли там, друг за дружкой, от самых ворот королевского замка до последнего жилого дома по улице.

В рассеянных чувствах я пыталась принять судьбу и простить одного балбеса. Он же не со зла, он просто хотел спасти принцессу. Это ведь страшно – оказаться в лапах чудовища. А мой нынешний хозяин так и рвется всех спасти.

Влюблен в нее, наверное. А любовь – это же чистое чувство, на него нельзя злиться.

– Как думаешь, она красивая? – прервал мой душевный монолог хозяин. И я тяжело вздохнула.

Он ее даже не видел! Какого ж мокрого хвоста он решил пожертвовать своей жизнью и моей заодно?

Спокойно, Роксана.

– Не-е-ет, конечно, ты лучше, – хозяин провел теплой рукой по кошачьей спинке. – Вон какая шерстка, какой нос!

Нос? Я шумно чихнула в его ладонь и притихла, пытаясь сохранить равновесие, потому что терпение мое заканчивалось стремительно.

Еще никогда задача не была такой сложной. Как говорят, не оценивай по одежке. Я думала, желание кузнеца будет простым, низменным. А он мне дохлую мышь подложил! Принцессу спасти от чудовища. Королем решил стать! Наглец!