Эдуард Сероусов
Наследие Гипатии

Пролог: Последний манускрипт

Александрия, 415 год н.э.

Ночь опустилась на Александрию, скрывая следы беспорядков, охвативших город. С моря дул прохладный бриз, разнося запахи соли, специй и горящего дерева. На фоне звездного неба возвышался силуэт великого Александрийского маяка, чей свет рассекал темноту подобно мечу, рассекающему ткань ночи.

Гипатия выглянула из окна своего кабинета в Музейоне, прислушиваясь к отдаленным крикам. Сегодня они звучали ближе. Религиозные фанатики, подстрекаемые патриархом Кириллом, становились все более дерзкими в своих нападках на ученых и философов.

– Госпожа, нужно торопиться, – прошептал Исидор, её любимый ученик и помощник. Молодой египтянин с тревогой оглядывался на дверь, словно ожидая, что в любой момент она может распахнуться под натиском толпы.

– Я знаю, – Гипатия обернулась к столу, заваленному свитками, восковыми табличками и странными инструментами. – Помоги мне. Самое важное нужно спрятать.

Её руки, несмотря на возраст, оставались ловкими и точными, когда она отбирала ключевые манускрипты из огромной коллекции. Некоторые свитки она откладывала с сожалением – результаты многолетних трудов, математические вычисления, философские трактаты. Всему этому суждено было погибнуть. Но не главному.

– Вот, – она протянула Исидору небольшой кожаный тубус. – Здесь мои записи о небесном металле. Все расчеты, все наблюдения. И… предостережения.

Исидор принял тубус с почтением ученика, получающего священное знание из рук учителя.

– Я сохраню его, как вы велели, госпожа. В тайном месте, о котором знали только жрецы Сераписа.

– Хорошо, – Гипатия на мгновение коснулась его руки. – Ты понимаешь, почему это знание должно быть скрыто от мира?

Исидор кивнул, его глаза отражали пламя масляной лампы.

– Небесный камень обладает силой, слишком великой для людей. Сила, способная открыть врата между мирами, не должна попасть в руки тех, кто использует её во зло.

– Именно, – Гипатия повернулась к небольшому металлическому предмету на столе. Это был фрагмент странного сплава, с необычным зеленоватым блеском. Даже в тусклом свете лампы он, казалось, светился изнутри собственным светом. – Этот фрагмент Гипериона – всё, что осталось от метеорита. Остальное я уничтожила после того, как… после того случая с храмовой прислужницей.

Оба замолчали, вспоминая трагический инцидент. Молодая служительница храма Сераписа, помогавшая Гипатии в её экспериментах, провела слишком много времени рядом с небесным металлом. Она начала видеть странные образы, говорить о существах из другого мира, а затем попыталась перерезать себе вены, чтобы "освободить путь для них". Гипатии едва удалось её спасти, но разум девушки был безвозвратно потерян.

– Я задокументировала все свойства Гипериона, включая опасности, которые он представляет, – продолжила Гипатия. – Но есть и другая причина сохранить эти знания. Расчеты показывают, что каждые пятьсот лет открывается возможность для создания… окна. Просвета между нашим миром и тем, другим. Если мои вычисления верны, следующее такое событие произойдет, когда Орион и Плеяды займут определенное положение…

Внезапный грохот со стороны главного входа в здание прервал её объяснения.

– Они здесь, – выдохнул Исидор, побледнев.

Гипатия быстро взяла металлический фрагмент и завернула его в кусок ткани.

– Возьми и это. Спрячь вместе с манускриптами. Никто не должен найти их, пока человечество не будет готово к такому знанию.

Она сунула сверток в руки Исидору и подтолкнула его к потайной двери, скрытой за книжными полками.

– Иди через подземный ход. Он выведет тебя к гавани. Найди капитана Адриана, он отвезет тебя в безопасное место.

– А вы? – Исидор замешкался у входа в тайный проход. – Идемте со мной, госпожа!

Гипатия покачала головой, её лицо в свете лампы казалось высеченным из мрамора – прекрасное и непреклонное.

– Если я исчезну, они будут искать. Не успокоятся, пока не найдут все мои труды. Но если я останусь и встречу их, у тебя будет шанс уйти незамеченным.

Крики и топот ног были уже совсем близко.

– Идиите! – Гипатия почти вытолкнула Исидора в проход. – Помни: Вади эль-Натрун, тайная пещера под храмом Сераписа. И помни шифр: "Звезда падает трижды, но лишь раз открывает дверь".

Исидор, со слезами на глазах, кивнул и скрылся в темноте потайного хода. Гипатия закрыла за ним дверь и вернулась к столу. Она собрала оставшиеся свитки, те, что не представляли опасности, и начала методично раскладывать их, словно готовилась к лекции.

Когда дверь её кабинета с треском распахнулась под ударами нескольких человек, Гипатия сидела за столом, спокойная и собранная, словно ожидала группу учеников, а не разъяренную толпу.

– Ведьма! – крикнул вошедший первым мужчина в грубой тунике, указывая на нее пальцем. – Вот она, языческая ведьма, порочащая истинную веру своими дьявольскими науками!

Гипатия медленно поднялась, расправив плечи. В свои шестьдесят лет она сохранила осанку и достоинство, которыми славилась в молодости.

– Я всего лишь ищу истину, – сказала она спокойно. – Как и Бог, которому вы поклоняетесь.

Это только разозлило толпу сильнее. Они ринулись вперед, опрокидывая столы, разбрасывая и топча бесценные свитки.

Последней мыслью Гипатии, когда грубые руки схватили её, было облегчение от того, что Исидор успел скрыться с самым опасным из её открытий – знанием, способным изменить мир или уничтожить его.

Три дня спустя, когда тело Гипатии, растерзанное фанатиками, уже было предано земле её последними верными учениками, Исидор стоял у входа в пещеру, расположенную в отдаленном уголке Вади эль-Натрун. Пустыня вокруг была безжизненной и пустой, лишь ветер гонял песок по дюнам, стирая следы.

Исидор оглянулся, чтобы убедиться, что его никто не преследует, затем проскользнул в узкий проход между скалами. Внутри пещеры было прохладно и темно. Он зажег масляную лампу и двинулся вглубь, туда, где когда-то жрецы Сераписа проводили свои тайные обряды.

В самой глубокой и укромной камере, за ложным проходом, он аккуратно поместил кожаный тубус с манускриптами Гипатии и завернутый в ткань фрагмент Гипериона. Затем, используя заранее приготовленные инструменты, он замуровал тайник, маскируя его под естественное образование в скале.

Закончив работу, Исидор отступил, чтобы оценить результат. Даже зная, где находится тайник, его было практически невозможно обнаружить. Он удовлетворенно кивнул сам себе.

– Прощайте, госпожа Гипатия, – прошептал он в темноту пещеры. – Ваше наследие сохранится. И однажды, когда мир будет готов, ваши знания снова увидят свет.

С этими словами он погасил лампу и покинул пещеру, оставив тайну Гипатии дремать в темноте на долгие столетия.

Часть I: Открытие

Глава 1: Песчаная буря

Вади эль-Натрун, Египет. Наши дни.

Песчаная буря нарастала с невероятной скоростью. Еще час назад небо было кристально чистым, а теперь огромная стена песка, похожая на цунами цвета охры, надвигалась на лагерь археологической экспедиции.

Доктор Лейла Хассан оторвалась от фотографирования недавних находок и взглянула на горизонт. Ветер уже трепал полы ее льняной рубашки, песок скрипел на зубах.

– Сворачиваемся! Буря будет сильной! – крикнула она, перекрывая нарастающий вой ветра. – Хамид, закрепи оборудование! Махмуд, собери образцы!

Команда из пяти человек – два техника, фотограф и два местных рабочих – бросилась выполнять указания. Они работали слаженно, не первый раз сталкиваясь с капризами пустыни.

Лейла быстро упаковала кофр с фотоаппаратурой и направилась к своей палатке, чтобы собрать документы и ноутбук. Песок уже начал засыпать их раскоп, и ей было физически больно видеть, как целый день работы исчезает под наступающими дюнами. Но безопасность команды была важнее.

Она успела добраться до палатки, когда ветер внезапно усилился настолько, что сорвал один из навесов полевой лаборатории. Брезент с металлическими опорами понесло по песку, словно перекати-поле.

– В укрытие! – крикнула она, указывая на грузовик. – Быстрее!

Небо потемнело до грязно-оранжевого оттенка. Видимость упала до нескольких метров. Все пятеро рабочих уже забрались в кабину и кузов грузовика, защищенный тентом. Лейла оглянулась на свою палатку, где оставались ценные записи и находки дня, но решила, что рисковать не стоит. Она побежала к грузовику, пригибаясь от ветра, который теперь дул с такой силой, что мог сбить с ног.

Песок хлестал по коже, словно тысячи крошечных игл. Последние несколько метров до грузовика Лейла преодолела почти ползком. Хамид открыл дверь кабины, втянул её внутрь и захлопнул дверь. Машину сразу же затрясло от порывов ветра.

– Все здесь? – спросила Лейла, отплевываясь от песка.

– Все, доктор Хассан, – ответил Хамид. – Такой бури я давно не видел. Обычно они приходят не так внезапно.

Лейла кивнула, вытирая пот и песок с лица. Махмуд, сидевший за рулем, включил радио, пытаясь поймать метеосводку, но из динамиков доносился только треск помех.

– Придется переждать, – сказала Лейла, глядя на танцующий в воздухе песок. Видимость была нулевая. – Надеюсь, наша техника переживет эту бурю.

Через полчаса интенсивность бури начала снижаться. Ветер все еще завывал, но уже не с такой яростью. Лейла посмотрела на часы – было около пяти вечера. До заката оставалось не так много времени.

– Как только буря стихнет, проверим лагерь, – сказала она. – Завтра придется потратить половину дня на откапывание раскопа.

Хамид кивнул, но его взгляд был направлен куда-то за спину Лейлы. Она обернулась и увидела, что песок на том месте, где утром они обнаружили остатки древней стены, странно проседает, образуя воронку.

– Что за… – Лейла прищурилась, пытаясь разглядеть происходящее сквозь пелену песка.

– Доктор, смотрите! – Махмуд указал на участок раскопа, где песок продолжал исчезать, словно его засасывало в невидимую дыру.

Лейла, забыв об опасности, распахнула дверь грузовика и выпрыгнула наружу. Ветер все еще был силен, но уже не сбивал с ног. Она побежала к раскопу, прикрывая глаза рукой от летящего песка.

Добравшись до места, она замерла в изумлении. Там, где еще утром они аккуратно расчищали древнюю стену, теперь зиял провал диаметром около трех метров. Буря фактически сделала за них работу, сдув несколько тонн песка и обнажив то, что скрывалось под ним.

– Хамид! Фонари! – закричала она, не оборачиваясь.

Подбежавший помощник протянул ей мощный светодиодный фонарь. Лейла направила луч в отверстие и увидела ступени, уходящие вниз. Древние каменные ступени, явно рукотворные.

– Это… вход? – выдохнул Хамид, заглядывая ей через плечо.

– Похоже на то, – Лейла не могла скрыть возбуждения в голосе. – Ступени. И, судя по стилю обработки камня, очень древние.

Она осветила фонарем края провала, пытаясь определить, насколько безопасно спускаться.

– Буря обрушила своды. Возможно, они были ослаблены временем, а ветер просто довершил разрушение.

К ним подбежали остальные члены экспедиции, возбужденно переговариваясь. Солнце уже садилось, окрашивая небо и песок в насыщенные оранжево-красные тона.

– Слишком поздно для спуска, – сказала Лейла, хотя ей самой стоило огромных усилий сдержать желание немедленно исследовать открывшийся проход. – Поставьте маркеры и натяните сигнальную ленту вокруг провала. Завтра с первыми лучами солнца начнем исследование.

Команда принялась выполнять указания, а Лейла отошла в сторону и достала спутниковый телефон. Она набрала номер Каирского университета, где официально числилась её экспедиция.

– Профессор Фаваз? Это Лейла. У нас невероятная находка, – её голос дрожал от возбуждения. – Кажется, мы обнаружили неизвестное подземное сооружение. Судя по всему, очень древнее. Возможно, храмовый комплекс.

Она выслушала ответ, кивая.

– Да, я понимаю. Нет, мы еще не спускались, слишком поздно. Завтра проведем первичное обследование и пришлю вам отчет. Да, буду держать вас в курсе.

Закончив разговор, Лейла вернулась к провалу. Рабочие уже установили вокруг него защитное ограждение и теперь устанавливали прожектора для освещения участка в темноте.

– Доктор Хассан, – окликнул её Махмуд. – Посмотрите, что я нашел рядом с входом.

Он протянул ей маленький металлический предмет, размером с монету. Лейла взяла его, поднося ближе к глазам. Это был фрагмент какого-то изделия, возможно, украшения или амулета, странного зеленоватого оттенка. Даже в угасающем свете заката металл, казалось, слегка светился изнутри.

– Странный сплав, – пробормотала она. – Никогда такого не видела. Сохрани его для анализа.

Махмуд кивнул и аккуратно поместил находку в пластиковый контейнер для образцов. Лейла еще раз взглянула на темный провал, зиявший в земле, словно портал в прошлое. Её интуиция, отточенная годами полевой работы, подсказывала, что они стоят на пороге чего-то значительного.

Той ночью, в своей палатке, Лейла долго не могла уснуть. Она просматривала снимки, сделанные перед бурей, и заметки о находках предыдущих дней. Её команда работала в Вади эль-Натрун уже две недели, исследуя руины древнего поселения, предположительно связанного с ранними коптскими монастырями.

Но теперь ей казалось, что все их предыдущие открытия были лишь прелюдией к тому, что ожидало их под землей. Она достала из сумки небольшую книгу – биографию Гипатии Александрийской, последней хранительницы знаний великой Александрийской библиотеки. Лейла всегда брала эту книгу с собой в экспедиции, считая Гипатию своим духовным наставником, примером женщины-ученого, бросившей вызов предрассудкам своего времени.

– Что же мы найдем там, Гипатия? – прошептала она, проводя пальцами по обложке книги. – Какие тайны ты оставила для нас?

Усталость наконец взяла верх, и Лейла заснула, все еще сжимая книгу в руках. Ей снились странные сны о звездном небе, падающих метеоритах и женщине в древних одеждах, пишущей на восковых табличках при свете масляной лампы.

Глава 2: Команда "Феникс"

Утро выдалось ясным и прохладным, идеальным для начала исследования подземного комплекса. Лейла проснулась с первыми лучами солнца, воодушевленная предстоящим открытием. Она быстро оделась, выпила крепкий кофе и вышла из палатки, готовая приступить к работе.

Лагерь уже гудел от активности. Хамид проверял оборудование для спуска, Махмуд готовил осветительные приборы, а остальные члены команды расчищали территорию вокруг провала от остатков песка, принесенного вчерашней бурей.

– Доброе утро, доктор Хассан! – приветствовал её Хамид. – Мы уже установили лебедку и страховочные тросы. Всё готово для спуска.

– Отлично, – Лейла улыбнулась, глядя на слаженную работу своей небольшой команды. – Как только завершите подготовку, начнем.

Она подошла к краю провала и заглянула вниз. При дневном свете можно было разглядеть больше деталей. Ступени, обнаруженные вчера, вели в просторное помещение, часть которого была видна сверху. Стены были покрыты какими-то символами или надписями.

– Махмуд, – позвала Лейла, – приготовь камеру с ночным видением и дополнительные аккумуляторы. И не забудь планшет для записи находок.

Через час все было готово. Лейла первой начала спуск по древним ступеням, освещая путь мощным фонарем. За ней следовали Хамид с измерительным оборудованием и Махмуд с камерой. Двое других членов экспедиции остались наверху для подстраховки.

Ступени оказались на удивление хорошо сохранившимися, хотя некоторые были частично разрушены. Лейла насчитала двадцать семь ступеней, прежде чем они достигли дна подземного помещения.

– Невероятно, – выдохнула она, водя лучом фонаря по стенам.

Это был просторный зал, примерно пятнадцать на десять метров, с высоким сводчатым потолком. Стены были покрыты надписями и символами – странной смесью древнегреческого алфавита и коптских иероглифов. В центре зала стоял каменный алтарь или стол, на котором лежали какие-то предметы, покрытые вековой пылью.

– Хамид, начинай съемку и замеры, – скомандовала Лейла. – Махмуд, фиксируй всё на видео. Я займусь первичным осмотром надписей.

Она подошла к ближайшей стене и провела рукой по символам, стряхивая пыль. Текст был выгравирован глубоко и четко, что свидетельствовало о его важности для создателей этого места.

– Странно, – пробормотала она, вглядываясь в надписи. – Здесь греческие буквы, но текст не на греческом… Это какой-то шифр или код.

Лейла достала блокнот и начала зарисовывать наиболее интересные фрагменты надписей. Её специализацией была лингвистика древних текстов, и сейчас перед ней была настоящая загадка.

– Доктор, взгляните сюда! – позвал Махмуд, указывая на противоположную стену зала.

Лейла пересекла помещение и увидела нишу, скрытую в тени. Внутри ниши лежал предмет, завернутый в истлевшую ткань. Она осторожно приблизилась, направив свет фонаря на находку.

– Осторожно, – предупредила она, когда Махмуд потянулся к предмету. – Не трогай голыми руками. Надень перчатки.

Махмуд послушно натянул латексные перчатки и аккуратно поднял сверток. Ткань рассыпалась от прикосновения, обнажая то, что было внутри – кожаный тубус, похожий на те, в которых в древности хранили свитки.

– Передай мне, – Лейла, также надев перчатки, взяла тубус.

Он был тяжелее, чем она ожидала, и, судя по звуку, внутри действительно было что-то твердое. Лейла положила находку на чистую ткань, расстеленную на полу, и осторожно открыла крышку тубуса.

Внутри оказался не свиток, а стопка тонких металлических пластин, покрытых мельчайшими надписями. На верхней пластине был выгравирован символ, напоминающий стилизованное созвездие.

– Невероятно, – прошептала Лейла, осторожно извлекая верхнюю пластину. – Это похоже на… рукописи Гипатии.

– Гипатии Александрийской? – переспросил Хамид, подходя ближе. – Той самой женщины-философа, которую убили религиозные фанатики?

Лейла кивнула, не отрывая взгляда от пластины.

– Если это действительно её труды, то мы нашли нечто бесценное. Большая часть её работ была уничтожена при разрушении Александрийской библиотеки.

Она аккуратно перевернула пластину. На обратной стороне был нанесен странный рисунок – что-то похожее на звездную карту с отмеченной траекторией падающего объекта.

– Нам нужно всё это тщательно задокументировать и упаковать для транспортировки в лабораторию, – сказала Лейла, возвращая пластину в тубус. – Такие артефакты требуют специальных условий хранения и изучения.

Пока они работали, Лейла не могла избавиться от странного ощущения, будто за ними наблюдают. Несколько раз она оборачивалась, но видела лишь темные углы зала, освещенные лучами их фонарей.

– Доктор Хассан, – позвал Хамид, стоявший у противоположной стены. – Здесь, кажется, есть ещё один проход.

Лейла подошла к нему и увидела узкий коридор, уходящий в глубь скалы. Стены коридора были покрыты такими же странными символами, как и главный зал.

– Интересно, – она направила луч фонаря в темноту коридора. – Продолжим исследование. Хамид, ты со мной. Махмуд, оставайся здесь и продолжай документировать находки.

Они двинулись по коридору, который постепенно расширялся, превращаясь в еще один зал, меньше первого. В центре этого зала стояла каменная конструкция, похожая на алтарь, а на нем лежал странный металлический предмет, по форме напоминающий диск с отверстием в центре.

Лейла осторожно приблизилась к алтарю. Металлический диск был покрыт теми же символами, что и стены. И, как заметила Лейла, он был сделан из того же странного металла зеленоватого оттенка, что и фрагмент, найденный Махмудом накануне.

– Не прикасайся к нему, – предупредила она Хамида, который уже протянул руку к диску. – Мы не знаем, насколько стабилен этот металл. Он может окисляться при контакте с воздухом.

Хамид послушно отдернул руку. Лейла достала из рюкзака цифровой микроскоп, подключенный к планшету, и навела его на поверхность диска.

– Удивительно, – пробормотала она, глядя на увеличенное изображение. – Структура металла не похожа ни на один известный мне сплав. И эти символы… они выглядят так, будто были выгравированы с невероятной точностью, недоступной для древних технологий.

Она сделала несколько снимков, затем аккуратно, используя специальные щипцы и перчатки, взяла небольшой соскоб с края диска для последующего анализа.

– Нам нужно вернуться наверх и отправить предварительный отчет о находке, – сказала Лейла. – Это открытие может изменить наше понимание истории науки и технологий древнего мира.

Когда они вернулись в главный зал, Махмуд взволнованно показал им еще одну находку – небольшую нишу в полу, скрытую под каменной плитой, которую он случайно сдвинул. В нише лежал еще один металлический предмет – небольшой цилиндр, покрытый теми же странными символами.

– Кажется, мы обнаружили тайное хранилище, – сказала Лейла, осматривая цилиндр. – Возможно, все эти артефакты были специально спрятаны здесь кем-то, кто хотел сохранить их для потомков.

Они потратили еще несколько часов на документирование и фотографирование всех находок, прежде чем решили подняться на поверхность. Лейла бережно упаковала тубус с металлическими пластинами, металлический диск и цилиндр в специальные контейнеры для транспортировки.

Поднявшись наверх, они были удивлены, обнаружив, что к их лагерю подъехали два черных внедорожника с затемненными стеклами. Рядом с ними стояли четверо мужчин в строгих костюмах, несмотря на жару, и женщина в легкой льняной одежде, более подходящей для пустыни.

– Доктор Лейла Хассан? – обратилась к ней женщина, когда Лейла выбралась из провала. – Меня зовут Эмма Кларк. Я представляю международную исследовательскую организацию "Феникс". Нам необходимо поговорить с вами о вашей находке.

Лейла настороженно посмотрела на незваных гостей. Она никогда не слышала о такой организации.

– Как вы узнали о нашей находке? Мы только что поднялись и еще никому не сообщали детали.

Эмма Кларк улыбнулась, но её глаза оставались серьезными.

– Наша организация специализируется на мониторинге археологических открытий определенного… характера. Мы получили информацию о вашей экспедиции и странных металлических артефактах, которые вы обнаружили.

Один из мужчин шагнул вперед. Он был высоким, с военной выправкой и проницательными серыми глазами.

– Майор Алекс Донован, – представился он. – Доктор Хассан, ваша находка может представлять не только научный интерес, но и потенциальную опасность. Мы здесь, чтобы предложить вам защиту и ресурсы для изучения артефактов.

– Опасность? – Лейла нахмурилась. – О чем вы говорите?

– Возможно, нам стоит обсудить это в более приватной обстановке, – предложила Эмма, указывая на палатку Лейлы. – У нас есть информация, которая может объяснить природу найденных вами металлических предметов.

Лейла колебалась. Всё происходящее казалось странным и подозрительным. Но её научное любопытство взяло верх.

– Хорошо, – наконец согласилась она. – Но мои находки остаются под моим контролем.

– Разумеется, – кивнул майор Донован. – Мы здесь не для того, чтобы конфисковать ваши открытия, а чтобы помочь в их изучении и… обезопасить ситуацию.

Пока они направлялись к палатке Лейлы, из второго внедорожника вышел еще один человек – высокий мужчина в очках, с растрепанными светлыми волосами и в футболке с принтом периодической таблицы элементов.

– А, это доктор Джеймс Картер, – представила его Эмма. – Наш специалист по… необычным материалам. Он поможет с анализом ваших находок.

Лейла кивнула Картеру, который ответил ей рассеянной улыбкой. Он выглядел как типичный ученый, полностью погруженный в свои мысли.

В палатке Лейлы Эмма Кларк разложила на столе несколько фотографий. На них были изображены металлические артефакты, очень похожие на те, что обнаружила Лейла.

– Эти предметы были найдены в различных частях мира за последние пятьдесят лет, – начала Эмма. – Все они сделаны из одного и того же необычного металла, который мы называем Гиперион. И все они связаны с древними текстами, упоминающими… скажем так, явления, выходящие за рамки обычного понимания реальности.

Майор Донован включил ноутбук и показал Лейле несколько видеозаписей. На них люди, работавшие с похожими артефактами, испытывали странные приступы, галлюцинации, некоторые впадали в кататоническое состояние.

– Длительный контакт с этим металлом опасен, – объяснил майор. – Он излучает неизвестный вид энергии, которая воздействует на мозг человека, вызывая нарушения восприятия и, в некоторых случаях, психические расстройства.

– И вы думаете, что металл, который мы нашли… – начала Лейла.

– Тот же самый, – кивнул доктор Картер, впервые вступая в разговор. Его голос был глубоким и резонирующим, контрастирующим с его рассеянным видом. – Судя по вашим предварительным фотографиям и описанию, это определенно Гиперион. Металл, который, согласно некоторым теориям, имеет… внеземное происхождение.

– Внеземное? – Лейла недоверчиво посмотрела на него. – Вы серьезно?

– Абсолютно, – Картер снял очки и устало потер глаза. – Его изотопный состав не соответствует ни одному земному элементу. Он, скорее всего, метеоритного происхождения, но с очень необычными свойствами.

– Вот почему мы здесь, – продолжила Эмма. – "Феникс" занимается изучением подобных аномалий и их влияния на историю человечества. Мы предлагаем вам присоединиться к нашей команде для изучения этих артефактов в безопасных условиях.

– А если я откажусь? – спросила Лейла, скрестив руки на груди.

Майор Донован и Эмма Кларк переглянулись.

– Мы не единственные, кто интересуется подобными находками, – медленно произнес майор. – Существует организация, называющая себя "Скарабей". Они охотятся за артефактами из Гипериона для… менее научных целей. Если они узнают о вашем открытии, а они почти наверняка уже знают, вы и ваша команда окажетесь в серьезной опасности.

Лейла почувствовала, как по спине пробежал холодок. Она посмотрела на контейнеры с находками, стоявшие у её ног. Неужели эти артефакты настолько ценны или опасны, что люди готовы убивать за них?

– Мне нужны доказательства, – сказала она наконец. – Доказательства того, что этот металл действительно опасен, и того, что существует эта… террористическая организация.

Эмма кивнула, словно ожидала такого ответа.

– Доктор Картер может прямо сейчас провести предварительный анализ ваших находок с помощью портативного оборудования, которое мы привезли. А что касается "Скарабея"…

Она достала планшет и показала Лейле серию фотографий и документов – отчеты о нападениях на археологические экспедиции, кражи артефактов, даже убийства ученых.

– За последние пять лет они становятся все активнее, – сказала Эмма. – И все более жестокими. Их лидер, человек, известный под кодовым именем "Анубис", бывший военный археолог. Он одержим идеей использовать свойства Гипериона для создания нового типа оружия.

Лейла внимательно изучала фотографии. Все это выглядело слишком фантастично, но доказательства были убедительными.

– Хорошо, – она наконец подняла взгляд. – Доктор Картер может исследовать металлические артефакты. Но под моим наблюдением. И рукописи остаются только в моем ведении – они представляют историческую ценность.

– Разумеется, – согласилась Эмма. – Наша цель – сотрудничество, а не конфискация. "Феникс" уважает научную ценность ваших находок. Мы просто хотим убедиться, что они не попадут в неправильные руки и не представляют опасности для вас и вашей команды.

Пока доктор Картер устанавливал свое оборудование, майор Донован вышел из палатки, чтобы отдать указания своим людям. Лейла заметила, как они размещали по периметру лагеря небольшие устройства, похожие на камеры или сенсоры.

– Система безопасности, – пояснила Эмма, заметив её взгляд. – Стандартная процедура для мест, где обнаружен Гиперион. Они засекают любое приближение на расстоянии до километра.

Доктор Картер тем временем уже работал с металлическим диском, аккуратно сканируя его поверхность портативным прибором, напоминающим гибрид микроскопа и спектрометра.

– Удивительно, – пробормотал он, глядя на показания прибора. – Этот образец намного чище, чем те, что мы находили ранее. Изотопный состав почти идеален. И эти символы… они не просто декоративные. Они расположены в определенной последовательности, которая может быть… математической формулой?

Лейла подошла ближе, заинтригованная его словами.

– Вы думаете, эти символы имеют функциональное назначение?

– Вполне возможно, – Картер посмотрел на нее поверх очков. – В других артефактах из Гипериона мы обнаружили, что определенные паттерны символов коррелируют с изменениями в излучаемой металлом энергии. Как будто… как будто символы программируют металл определенным образом.

– Программируют? – Лейла недоверчиво покачала головой. – Это звучит как научная фантастика.

– Наука часто опережает наше понимание, – философски заметил Картер. – А что касается ваших металлических пластин с текстами… если это действительно работы Гипатии Александрийской, то они могут содержать ключ к пониманию природы Гипериона. Она была не просто математиком и философом, но и выдающимся астрономом своего времени.

Их разговор прервал резкий звук сирены. Майор Донован ворвался в палатку, его рука лежала на кобуре пистолета.

– Датчики засекли приближение трех автомобилей с юга, – сообщил он. – Они движутся на высокой скорости и не отвечают на запросы идентификации.

Эмма мгновенно перешла в режим действия.

– Доктор Картер, упакуйте оборудование. Доктор Хассан, соберите все артефакты. Мы немедленно эвакуируемся.

– Но мой лагерь, мои находки… – начала протестовать Лейла.

– У нас есть не более пяти минут, прежде чем они будут здесь, – резко прервал её Донован. – И, поверьте, это не египетские власти и не грабители гробниц. "Скарабей" не оставляет свидетелей.

Лейла взглянула на его лицо и поняла, что он не преувеличивает. Она быстро собрала наиболее ценные находки, включая тубус с металлическими пластинами, диск и цилиндр, упаковав их в специальные контейнеры, предоставленные командой "Феникс".

– А как же моя команда? – спросила она, глядя в сторону палаток, где отдыхали Хамид, Махмуд и остальные.

– Мои люди уже эвакуируют их, – ответил Донован. – Они будут в безопасности.

Эмма передала Лейле небольшой рюкзак.

– Только самое необходимое. Остальное придется оставить.

Лейла быстро собрала личные вещи, ноутбук и записные книжки. Покидая палатку, она в последний раз оглянулась на разложенные на столе фотографии и заметки – результаты многих дней тяжелой работы.

Снаружи царила контролируемая суета. Люди майора Донована, профессиональные и собранные, быстро загружали оборудование в внедорожники. Хамид и Махмуд уже сидели в одной из машин, растерянные и встревоженные.

– Лейла, что происходит? – крикнул Хамид, когда она проходила мимо.

– Я объясню позже, – ответила она, запрыгивая в джип, где уже сидели Донован, Эмма и Картер. – Просто доверьтесь этим людям.

Они выехали из лагеря в тот момент, когда на горизонте появились облака пыли – приближающиеся автомобили.

– Держитесь крепче, – сказал Донован, резко поворачивая руль и направляя джип не по основной дороге, а прямо через пустыню. – Будет не очень комфортно, но мы должны оторваться от них.

Машина подпрыгивала на неровностях пустынной местности, но Донован умело управлял ею, лавируя между дюнами и скалистыми участками. Лейла оглянулась назад и увидела, что остальные джипы их группы следуют за ними, а преследователи сокращают расстояние.

– Кто эти люди? – спросила она, держась за сиденье, когда машина особенно сильно подпрыгнула на песчаном гребне.

– "Скарабей", – коротко ответил Донован. – Они, должно быть, следили за вашим лагерем все это время, ожидая, когда вы найдете что-то стоящее.

– Но откуда они узнали?

– У них есть свои источники, – мрачно сказал Донован. – В университетах, музеях, даже в правительственных структурах. Любое упоминание о необычных археологических находках привлекает их внимание.

Лейла вспомнила свой вчерашний звонок профессору Фавазу. Неужели он?.. Нет, невозможно. Профессор был её наставником, человеком, которому она доверяла больше всех.

Внезапно раздался громкий хлопок, и заднее стекло джипа покрылось паутиной трещин.

– Они стреляют! – закричала Эмма, пригибаясь.

Донован выругался и прибавил скорость, одновременно вытаскивая из кобуры пистолет и передавая его Эмме.

– Свяжись с базой, запроси воздушную поддержку, – приказал он. – Доктор Хассан, Картер, пригнитесь и держитесь подальше от окон.

Лейла повиновалась, пригнувшись к коленям. Рядом с ней доктор Картер неловко сгорбился, пытаясь укрыться за спинкой сиденья.

– Если нас схватят, что они сделают с артефактами? – спросила Лейла, перекрикивая рев двигателя.

– Используют для создания оружия, – ответил Картер. – Гиперион можно настроить для открытия… назовем это порталами или окнами в другое измерение. Измерение, населенное существами, которые не очень дружелюбны к нашему миру.

Лейла хотела спросить больше, но в этот момент машина резко свернула, уходя от очередной очереди выстрелов. Она услышала, как Эмма говорит по рации, запрашивая поддержку.

– Вертолет будет через десять минут, – сообщила Эмма Доновану. – Сможем продержаться?

– Придется, – сквозь зубы ответил майор, выворачивая руль и направляя джип к скалистому участку местности. – Среди скал у нас будет преимущество. Их больше, но наши машины лучше подготовлены для бездорожья.

Они въехали в лабиринт невысоких скальных образований. Донован умело маневрировал между камнями, уводя их от прямой линии огня. Преследователи отстали, но не прекратили погоню.

– Почему они просто не подстрелят нас? – спросил Картер, вцепившись в ручку над дверью, когда машина в очередной раз резко свернула.

– Им нужны артефакты неповрежденными, – ответил Донован. – И, возможно, доктор Хассан тоже. Её знания могут быть полезны для расшифровки текстов.

Лейла почувствовала, как холодок пробежал по её спине. Мысль о том, что её могут захватить для принудительной работы над древними текстами, была ужасающей.

Вдалеке послышался шум вертолета. Эмма выглянула в окно и увидела приближающуюся точку в небе.

– Поддержка прибыла! – объявила она. – Выезжайте на открытое пространство.

Донован кивнул и вывел джип из скал на широкую песчаную равнину. Вертолет, черный и хищный, быстро приближался.

Преследователи, заметив вертолет, внезапно прекратили погоню и развернули свои машины в обратном направлении.

– Они отступают, – сказала Эмма, наблюдая за ними через бинокль. – Но это временно. Они не откажутся от своей цели так легко.

Вертолет приземлился недалеко от них, подняв облако песка. Донован остановил джип, и все быстро выбрались наружу.

– Грузите оборудование и артефакты, – скомандовал он своим людям, подбежавшим от других машин. – У нас мало времени.

Лейла стояла рядом с джипом, наблюдая за слаженной работой команды "Феникс". События последних часов казались нереальными, словно сон или фильм. Ещё утром она была обычным археологом, делающим интересное, но вполне обыденное открытие. А теперь её преследуют террористы, она эвакуируется на военном вертолете, а в её рюкзаке лежат артефакты, которые, если верить Картеру, имеют внеземное происхождение и могут открывать порталы в другие измерения.

Доктор Картер подошел к ней, держа в руках контейнер с металлическим диском.

– Знаете, – сказал он, глядя на контейнер с задумчивым выражением, – когда-то я был скептиком. Считал все эти истории о древних инопланетных технологиях бредом уфологов-любителей. А потом я встретился с первым образцом Гипериона и… всё изменилось.

– И вы действительно верите, что эти артефакты могут открыть портал в другой мир? – спросила Лейла, всё еще не готовая полностью принять такую возможность.

Картер посмотрел на нее серьезными глазами.

– Доктор Хассан, я не просто верю. Я видел это собственными глазами. И поверьте, то, что приходит оттуда, не должно попасть в наш мир.

Майор Донован подошел к ним, прерывая разговор.

– Пора. Вертолет доставит нас на базу "Феникса" в Каире. Там вы сможете безопасно изучить свои находки.

Лейла кивнула и направилась к вертолету. Она оглянулась на пустыню, где где-то вдалеке оставался её лагерь и подземная пещера с бесценными историческими артефактами. Она чувствовала, что её жизнь изменилась необратимо, и впереди ждало что-то гораздо более опасное и захватывающее, чем все её предыдущие археологические экспедиции.

Глава 3: Манускрипты Гипатии

Штаб-квартира организации "Феникс" располагалась в восточной части Каира, в здании, замаскированном под археологический исследовательский институт. Снаружи ничто не выдавало истинного назначения этого места – обычное административное здание с выцветшей вывеской "Институт ближневосточных исследований". Но внутри, под слоями обыденности, скрывался современный комплекс с передовыми лабораториями и центром управления операциями.

Когда Лейла впервые вошла в здание, она почти разочаровалась – потертые стены, старая мебель, пыльные витрины с репликами древних артефактов. Но затем Эмма Кларк привела её к неприметной двери в конце коридора, приложила ладонь к сканеру, и мир изменился.

За дверью оказался лифт, спустивший их на три этажа вниз. Двери открылись, и Лейла застыла в изумлении – перед ней был огромный операционный зал с десятками мониторов на стенах, аналитиками за компьютерами и голографическими картами мира с мерцающими точками.

– Добро пожаловать в настоящий "Феникс", – сказала Эмма с легкой улыбкой.

Сейчас, спустя два дня после прибытия, Лейла уже немного освоилась. Ей выделили небольшую лабораторию с современным оборудованием для изучения найденных артефактов и рукописей. Хамида и Махмуда разместили в гостевых комнатах, а остальных членов экспедиции отправили по домам, предварительно взяв с них подписку о неразглашении.

Лейла сидела за рабочим столом, сосредоточенно изучая металлические пластины с древними письменами. Она уже третий час пыталась расшифровать странный код – смесь древнегреческого, коптского и каких-то символов, которые она никогда раньше не видела.

– Любопытно, – пробормотала она, делая заметки в блокноте.

Дверь лаборатории открылась, и вошел доктор Джеймс Картер с кружкой дымящегося кофе.

– Как успехи? – спросил он, ставя кружку рядом с Лейлой. – Подумал, вам может понадобиться кофеин. Вы здесь с пяти утра.

Лейла благодарно улыбнулась и сделала глоток. Кофе был сильно переслащен, но сейчас это было именно то, что нужно.

– Спасибо. Я пытаюсь понять систему шифрования Гипатии. Это гениально и… очень сложно.

Она указала на экран компьютера, где были отсканированы и увеличены фрагменты текста.

– Смотрите, она использовала базовые греческие буквы как ключи к шифру. Но настоящее сообщение скрыто в математических соотношениях между буквами. Это похоже на… музыкальную нотацию, смешанную с астрономическими символами.

Картер наклонился над столом, вглядываясь в символы.

– Астрономические символы? Вы уверены?

– Почти. Видите эти знаки? – Лейла указала на ряд странных символов в верхней части пластины. – Они соответствуют древним обозначениям созвездий. Вот Орион, Плеяды, Большая Медведица… А здесь что-то похожее на траекторию движения.

– Траекторию чего? – спросил Картер, подвигая стул и садясь рядом с Лейлой.

– Возможно, метеорита. Того самого, из которого, предположительно, происходит Гиперион.

Картер задумчиво потер подбородок.

– Если это так, то Гипатия не только знала о метеорите, но и могла предсказать его падение. Что было невероятным для науки того времени.

Лейла кивнула, возвращаясь к расшифровке.

– И не только. Смотрите, что мне удалось расшифровать пока.

Она открыла документ на компьютере, где уже были записаны переведенные фрагменты.

"…небесный металл, который я назвала Гиперион в честь титана, породившего Гелиоса, прибыл к нам со звезд в огненной колеснице. Я рассчитала его путь по звездам и обнаружила место падения на острове, который местные жители называют Наксос.

Металл обладает свойствами, не подчиняющимися известным законам природы. Он существует одновременно здесь и… где-то еще. Иногда мне кажется, что я слышу голоса, исходящие из него, словно кто-то пытается говорить через завесу между мирами.

Мои эксперименты показали, что при определенном расположении частиц металла и воздействии на них через определенные точки, можно создать… окно. Портал между нашим миром и другим, откуда происходит Гиперион. Но этот другой мир не является гостеприимным для нас, а его обитатели… я не уверена, что они доброжелательны к людям. После случившегося с Терой я не смею продолжать эксперименты…"

– Тера, – задумчиво произнес Картер. – Должно быть, та служительница храма, о которой упоминалось в прологе рукописи.

– Да, – кивнула Лейла. – Далее текст становится более сложным для расшифровки, но суть понятна. Гипатия обнаружила способ использовать Гиперион для создания портала между измерениями.

– И это именно то, чего добивается "Скарабей", – мрачно добавил Картер. – Открыть портал и выпустить этих… существ в наш мир.

– Но зачем? – Лейла потерла усталые глаза. – Какой в этом смысл?

– Власть, – раздался голос от двери. Там стоял майор Донован, скрестив руки на груди. – Классическая схема – тот, кто контролирует источник неведомой силы, получает преимущество над остальным миром.

Донован подошел к столу и взглянул на расшифрованный текст.

– Как продвигается работа?

– Медленно, но верно, – ответила Лейла. – Я расшифровала основную концепцию, но детали все еще туманны. Особенно в части методики активации металла.

– Что с остальными артефактами? – Донован повернулся к Картеру.

– Металлический диск, предположительно, является ключевым компонентом устройства для открытия портала, – ответил тот. – Я провел спектральный анализ. Это определенно Гиперион, но в более чистой форме, чем те образцы, что мы находили ранее. И он… активен.

– Активен? – Лейла подняла голову. – Что это значит?

– Он излучает энергию. Очень слабую, но постоянную, – Картер снял очки и устало потер глаза. – И спектр этого излучения не соответствует ничему известному современной физике. Это не электромагнитное излучение, не радиация в привычном понимании. Это что-то… иное.

– Оно опасно? – спросила Лейла, невольно отодвигаясь от контейнера с диском, стоявшего на соседнем столе.

– В текущем состоянии – минимально, – ответил Картер. – Мы держим его в свинцовом контейнере, который блокирует большую часть излучения. Но если активировать его согласно описанной в манускриптах процедуре…

Он замолчал, подбирая слова.

– Что произойдет? – настояла Лейла.

– Теоретически, – медленно произнес Картер, – может открыться проход между нашим измерением и тем, откуда пришел Гиперион. Но без точных знаний о процедуре, это лишь предположение.

– Именно поэтому, – вмешался Донован, – расшифровка манускриптов так важна. Мы должны знать, с чем имеем дело, прежде чем "Скарабей" получит эту информацию.

Лейла вернулась к металлическим пластинам, но внезапно почувствовала легкое головокружение. Перед глазами на мгновение возникло странное видение – темная пустота, наполненная светящимися нитями, и среди них – движущиеся тени, не имеющие четкой формы.

– Вы в порядке? – обеспокоенно спросил Картер, заметив её состояние.

– Да, просто усталость, – Лейла потрясла головой, и видение исчезло. – Слишком много информации для одного дня.

– Вам нужно отдохнуть, – сказал Донован. – Продолжим завтра. И еще… Эмма хотела вас видеть. Она в зале для брифингов.

Лейла кивнула и, собрав свои заметки, направилась к выходу. Проходя мимо контейнера с металлическим диском, она почувствовала странное притяжение, будто артефакт звал её. Она остановилась, глядя на закрытый контейнер, и на мгновение ей показалось, что она слышит шепот – множество голосов, говорящих одновременно на языке, которого она не понимала.

– Лейла? – позвал Картер. – Все в порядке?

Она моргнула, и ощущение исчезло.

– Да, просто задумалась, – ответила она и быстро вышла из лаборатории.

Зал для брифингов находился в центральной части подземного комплекса. Это было просторное помещение с овальным столом посередине и большим экраном на стене. Когда Лейла вошла, Эмма Кларк беседовала с молодой женщиной ближневосточной внешности, одетой в черные джинсы и футболку с изображением египетской богини Баст.

– А, Лейла, – Эмма улыбнулась. – Познакомьтесь, это Зара Нур, наш специалист по компьютерным системам и безопасности.

– Проще говоря, хакер, – с усмешкой сказала Зара, протягивая руку. – Приятно познакомиться, доктор Хассан. Слышала, вы нашли нечто особенное.

Рукопожатие Зары было крепким, а взгляд – пронзительным и оценивающим.

– Надеюсь, это того стоило, – добавила она. – "Скарабеи" становятся все активнее. И, поверьте, Малик не тот человек, с которым стоит шутить.

– Вы знаете его лично? – спросила Лейла, заинтригованная интонацией, с которой Зара произнесла имя лидера "Скарабея".

Тень пробежала по лицу Зары.

– Можно сказать и так. Мы… пересекались. Не при самых приятных обстоятельствах.

Эмма прервала беседу, жестом приглашая всех сесть за стол.

– У нас мало времени. Зара отследила необычную активность в сетях, связанных со "Скарабеем". Они мобилизуются, и, похоже, готовят какую-то операцию.

Она активировала экран на стене, где появилась карта Каира с несколькими мигающими точками.

– За последние сутки зафиксировано несколько встреч известных нам членов "Скарабея". Они что-то планируют, и это связано с вашей находкой, Лейла.

– Откуда такая уверенность? – спросила Лейла.

– Я взломала их зашифрованный канал связи, – ответила Зара, набирая что-то на планшете. – Они не упоминают конкретно ваше имя или детали находки, но используют кодовое обозначение "Наследие". И они очень заинтересованы в его получении.

– "Наследие"… – задумчиво произнесла Лейла. – Наследие Гипатии. Они знают больше, чем мы предполагали.

– Именно, – кивнула Эмма. – И это означает, что у них есть источник информации внутри археологического сообщества. Кто-то, кто знал о вашей экспедиции и её цели.

Лейла вспомнила о профессоре Фавазе, своем наставнике. Неужели он?.. Нет, это невозможно. Он всегда был образцом научной этики.

– Что нам известно о лидере "Скарабея"? – спросила она, отгоняя тревожные мысли.

Эмма кивнула Заре, которая вывела на экран досье с фотографией мужчины средних лет с проницательными темными глазами и аккуратно подстриженной бородой.

– Малик аль-Дахаби, также известный под кодовым именем "Анубис". Бывший военный археолог, работавший на египетскую разведку. Специализировался на поиске древних артефактов, имеющих стратегическое значение. Десять лет назад во время раскопок в Синайской пустыне его команда обнаружила небольшой фрагмент Гипериона. Что произошло дальше – точно неизвестно, но в результате инцидента погибло пять человек, а Малик был уволен из армии и официально объявлен погибшим.

– Но он выжил, – продолжила Зара, и в её голосе прозвучала нескрываемая ненависть. – И основал "Скарабея" – организацию, одержимую поиском артефактов из Гипериона и древних знаний о технологиях создания порталов. Они верят, что, контролируя эти технологии, смогут установить новый мировой порядок.

– Звучит как типичный злодейский план по захвату мира, – с сомнением сказала Лейла. – Как в плохом фильме.

– К сожалению, – мрачно ответила Эмма, – реальность иногда оказывается хуже любого фильма. Малик не просто фанатик или террорист. Он – визионер с ресурсами и армией преданных последователей. И он действительно верит, что человечество движется к самоуничтожению, а единственный способ спасти цивилизацию – это радикальное изменение существующего порядка.

Она вывела на экран новые изображения – фотографии различных инцидентов, связанных с деятельностью "Скарабея": разрушенные археологические объекты, похищенные артефакты, раненые и убитые.

– За последние пять лет они совершили двадцать три крупные операции по всему миру. Результат – сорок шесть погибших, более ста раненых, и неизвестное количество похищенных древних артефактов и текстов.

Лейла изучала фотографии, чувствуя, как холодок пробегает по спине. Это уже не казалось фантастикой – реальные люди, реальные жертвы, реальная угроза.

– И они охотятся за нашими находками, – сказала она.

– Не только за находками, – ответила Зара. – Им нужны ваши знания. Способность расшифровать тексты Гипатии, понять принцип работы Гипериона. Малик не остановится ни перед чем, чтобы получить это.

Эмма выключила экран и повернулась к Лейле.

– Именно поэтому мы предлагаем вам полную защиту. Вы и ваши коллеги останетесь здесь, под охраной "Феникса", пока мы не разберемся с угрозой. И мы надеемся, что вы продолжите работу над расшифровкой текстов. Время имеет решающее значение.

Лейла задумалась. Ситуация казалась невероятной – еще неделю назад она была обычным археологом, а теперь оказалась в центре конфликта между секретными организациями, борющимися за технологию, способную открыть портал в другое измерение.

– У меня есть выбор? – спросила она.

– Всегда есть выбор, – ответила Эмма. – Но в данной ситуации разумнее остаться под нашей защитой. "Скарабей" не оставит вас в покое, где бы вы ни были.

Лейла кивнула. Выбора действительно не было.

– Хорошо. Я продолжу работу. Но мне нужен доступ к вашим базам данных по древним языкам и шифрам. И я хочу, чтобы Хамид помогал мне – он отличный лингвист.

– Без проблем, – Эмма улыбнулась. – Все ресурсы "Феникса" в вашем распоряжении.

Вернувшись в лабораторию, Лейла обнаружила, что Картер все еще работает с металлическим диском. Он установил вокруг контейнера несколько датчиков и внимательно изучал показания на мониторе.

– Что-то интересное? – спросила она, подходя ближе.

Картер вздрогнул, не заметив её появления.

– О, вы вернулись. Да, есть кое-что любопытное. Уровень излучения Гипериона изменяется. Не сильно, но есть четкий паттерн – что-то вроде пульсации с интервалом в тридцать семь секунд.

– Пульсация? – Лейла нахмурилась. – Раньше вы это замечали?

– Нет, это началось около часа назад, – Картер указал на график на экране. – Видите? Регулярные пики активности. Почти как… сердцебиение.

Лейла наклонилась к монитору, изучая график. Действительно, кривая напоминала кардиограмму с равномерными пиками.

– Что могло вызвать это изменение? – спросила она.

– Не уверен, – Картер потер подбородок. – Возможно, это реакция на расшифровку текстов. Или на приближение определенной астрономической конфигурации, упомянутой в манускриптах.

Он открыл на компьютере астрономическую программу, показывающую текущее положение звезд и планет.

– Смотрите, – он указал на экран. – Орион и Плеяды сейчас находятся в особом положении относительно друг друга. Не точно таком, как описано Гипатией для полной активации, но близком. Возможно, металл реагирует на это.

Лейла вспомнила строки из манускрипта: "Когда Охотник встретится с Семью Сестрами, путь откроется". Гипатия использовала метафоры из греческой мифологии, где Орион был Охотником, а Плеяды – Семью Сестрами.

– Если это так, то мы должны ожидать усиления активности в ближайшие дни, – сказала она. – По моим расчетам, точная конфигурация наступит через три дня.

– Три дня, – повторил Картер. – Не так много времени для подготовки.

В этот момент дверь лаборатории распахнулась, и вбежал один из техников "Феникса", его лицо было бледным.

– Доктор Картер! У нас проблема с Махмудом!

– Что случилось? – Лейла тут же насторожилась, услышав имя своего помощника.

– Он… он ведет себя странно. Говорит о голосах и существах из-за стены. И его глаза… они светятся зеленым.

Лейла и Картер переглянулись и бросились следом за техником. Они быстро прошли по коридору и вошли в комнату отдыха, где находился Махмуд. Молодой египтянин стоял посреди комнаты, его взгляд был направлен в пустоту, а из глаз действительно исходило слабое зеленоватое свечение.

– Они ждут, – монотонно произносил он. – Они так долго ждали. За стеной между мирами. Они хотят войти.

Лейла осторожно приблизилась к нему.

– Махмуд? Ты меня слышишь?

Он медленно повернул голову к ней, и Лейла едва сдержала вскрик. Его глаза были полностью затоплены зеленоватым светом, без зрачков и радужки.

– Врата скоро откроются, – сказал он голосом, который звучал не совсем как его собственный. – Звезды выстраиваются. Гиперион пробуждается. Они придут.

Картер достал из кармана небольшой прибор и навел его на Махмуда.

– Невероятно. От него исходит то же самое излучение, что и от Гипериона. Но как это возможно?

Лейла вспомнила маленький металлический предмет, который Махмуд нашел у входа в подземное сооружение.

– Образец! – воскликнула она. – Махмуд нашел фрагмент металла рядом с пещерой. Он хранил его в контейнере для образцов.

– Где этот контейнер? – резко спросил Картер.

– Должен быть среди его вещей, – Лейла огляделась и заметила рюкзак Махмуда в углу комнаты.

Она быстро подошла к нему и начала рыться внутри. Контейнер для образцов был там, но открытый, и фрагмента Гипериона внутри не было.

– Он пуст, – сказала она, чувствуя, как холодок пробегает по спине. – Махмуд, что ты сделал с образцом?

Махмуд улыбнулся странной, отсутствующей улыбкой.

– Он внутри. Он показал мне истину. Показал тех, кто ждет за стеной.

– Внутри? – переспросил Картер. – Вы имеете в виду…

– Он проглотил фрагмент Гипериона, – мрачно закончила Лейла. – Металл теперь внутри него.

В этот момент в комнату вбежали Донован и двое медиков с носилками.

– Мы засекли всплеск излучения, – сказал майор. – Что здесь происходит?

– Наш помощник вступил в контакт с Гиперионом, – быстро объяснил Картер. – Он, похоже, проглотил небольшой фрагмент металла, и теперь… что-то или кто-то контролирует его.

Донован выругался и кивнул медикам.

– Изолируйте его и проведите полное сканирование. Он теперь потенциально опасен.

Медики приблизились к Махмуду, но тот внезапно напрягся и закричал – это был нечеловеческий крик, высокий и пронзительный, от которого у всех присутствующих заложило уши. Затем он упал на колени, его тело сотрясали судороги.

– Держите его! – крикнул один из медиков, бросаясь к Махмуду.

Вместе с Донованом они удерживали молодого человека, пока третий медик делал инъекцию успокоительного. Постепенно судороги прекратились, и Махмуд обмяк в их руках. Зеленоватое свечение в его глазах погасло.

– Что с ним теперь будет? – тихо спросила Лейла, когда Махмуда уложили на носилки и вынесли из комнаты.

– Мы сделаем все возможное, – ответил Донован. – Но я не буду вас обманывать – случаи прямого контакта с Гиперионом редко заканчиваются хорошо. Металл влияет на мозг, создает связь с… тем, что находится за порталом.

– Хаос, – прошептала Лейла. – Так Гипатия называла то измерение в своих манускриптах. Мир Хаоса, где действуют другие законы физики, и обитают существа из энергии и неизвестной формы материи.

Картер нахмурился, глядя на показания своего прибора.

– Излучение постепенно спадает, но все еще присутствует в комнате. Я думаю, нам всем стоит пройти дезактивацию, просто на всякий случай.

Они покинули комнату отдыха, и специальная команда "Феникса" приступила к процедуре очистки помещения. Лейла, Картер и Донован прошли через дезактивационную камеру, где их одежда и кожа были обработаны нейтрализующим раствором.

– Это была демонстрация, – сказал Донован, когда они вышли из камеры. – Предупреждение о том, насколько опасен Гиперион даже в малых количествах.

– И напоминание о том, что мы должны спешить, – добавил Картер. – Три дня до астрономической конфигурации, о которой говорила Гипатия. Три дня до того, как активность Гипериона достигнет пика.

Лейла молча кивнула, думая о Махмуде. Она чувствовала ответственность за случившееся – ведь именно она привела его в эту экспедицию, втянула в опасную игру с силами, о которых они так мало знали.

– Я продолжу расшифровку, – сказала она наконец. – Возможно, Гипатия оставила указания о том, как нейтрализовать эффекты Гипериона. Или как помочь тем, кто подвергся его воздействию.

– Хорошо, – кивнул Донован. – А я усилю безопасность. Если "Скарабей" узнает о происшествии с Махмудом, они могут попытаться похитить его для изучения эффектов.

Они вернулись в лабораторию, где Лейла сразу же погрузилась в работу, с новой энергией изучая металлические пластины. Теперь, когда она видела реальные последствия контакта с Гиперионом, расшифровка текстов приобрела еще большую важность.

Часы пролетели незаметно. Лейла так углубилась в работу, что не заметила, как наступил вечер. Ее прервал Хамид, принесший поднос с едой.

– Вы не обедали, доктор Хассан, – сказал он с мягким укором. – Нужно поддерживать силы.

Лейла благодарно улыбнулась. Хамид всегда заботился о ней во время экспедиций, напоминая о еде и отдыхе, когда она слишком увлекалась работой.

– Спасибо, Хамид. Как ты?

– Немного ошеломлен всем происходящим, – признался он, присаживаясь рядом. – Все эти разговоры о других измерениях и древних металлах… это слишком похоже на сказки из "Тысячи и одной ночи".

– Я понимаю, – Лейла отложила стилус и потянулась к сэндвичу на подносе. – Еще неделю назад я бы посмеялась над всем этим. Но теперь…

– А что с Махмудом? – спросил Хамид, и его голос дрогнул. – Мне не разрешают его навестить.

Лейла вздохнула, не зная, как много рассказать.

– Он… под наблюдением врачей. У него был контакт с артефактом, и это вызвало некоторые… осложнения.

– Он поправится? – в глазах Хамида читалось искреннее беспокойство.

– Я надеюсь, – ответила Лейла, хотя в глубине души не была уверена. – Лучшие специалисты занимаются им.

Хамид кивнул, принимая её ответ, хотя было видно, что он не до конца удовлетворен.

– Я могу чем-то помочь вам в расшифровке? – спросил он, меняя тему.

Лейла оценила его предложение. Хамид был талантливым лингвистом, специализировавшимся на древнеегипетских текстах.

– Да, на самом деле можешь, – она указала на один из фрагментов текста на экране. – Здесь есть элементы, похожие на демотическое письмо. Я думаю, Гипатия использовала его как дополнительный уровень шифрования для особо важных частей.

Хамид подвинул стул ближе и начал изучать текст. Лейла отметила про себя, что его присутствие успокаивает – частичка нормальной жизни в этом мире секретных организаций и внеземных технологий.

Они проработали еще несколько часов, постепенно продвигаясь в расшифровке. К ночи им удалось перевести еще один значительный фрагмент манускрипта, где Гипатия описывала процедуру активации металла:

"…при соединении фрагментов Гипериона в определенной конфигурации создается резонанс, усиливающийся при правильном астрономическом расположении. Ключом служит диск с семью выступами, символизирующими семь известных небесных тел. Когда диск активируется с помощью направленной мысли человека с особым даром – потомка тех, кто первым контактировал с пришельцами из Хаоса – портал открывается на короткое время. Но предупреждаю: открытие портала привлекает внимание существ Хаоса, жаждущих проникнуть в наш мир. Они питаются энергией человеческого разума и могут захватить контроль над теми, кто не защищен…"

– Направленная мысль человека с особым даром, – задумчиво повторил Хамид. – Похоже на описание телепатии или какой-то ментальной связи с металлом.

– Да, и похоже, что не каждый человек способен на это, – добавила Лейла. – Только потомки тех, кто уже контактировал с существами из другого измерения.

– Но как определить такого человека? – спросил Хамид.

– Возможно, здесь есть ответ, – Лейла указала на следующий фрагмент текста, который они еще не расшифровали. – Продолжим завтра. Уже поздно, и нам обоим нужен отдых.

Хамид кивнул и, пожелав доброй ночи, удалился в свою комнату. Лейла осталась одна в лаборатории, собирая свои заметки. Она чувствовала странное беспокойство, будто что-то ускользало от её внимания, какой-то важный фрагмент головоломки.

Перед уходом она еще раз взглянула на контейнер с металлическим диском. Излучение продолжало пульсировать с той же частотой, но амплитуда пиков на графике немного увеличилась. Гиперион становился активнее, реагируя на приближение астрономической конфигурации.

– Что ты такое? – прошептала Лейла, глядя на контейнер. – И чего ты хочешь от нас?

Неожиданно для себя она протянула руку к контейнеру, ощущая странное притяжение. В тот момент, когда её пальцы почти коснулись свинцовой поверхности, она вздрогнула от внезапного видения – темная пустота, наполненная светящимися нитями, и среди них – движущиеся тени, тянущие к ней свои бесформенные конечности.

Лейла отдернула руку, тяжело дыша. Видение исчезло так же быстро, как и появилось, но оставило после себя ощущение холода и тревоги.

– Нужно быть осторожнее, – пробормотала она, отступая от контейнера. – Гораздо осторожнее.

Покинув лабораторию, она направилась в свою комнату, надеясь, что сон принесет отдых и ясность мыслей. Но даже сквозь сон она слышала шепот – множество голосов, говорящих на языке, которого она не понимала, но каким-то образом чувствовала его смысл.

Они ждали. И скоро их ожидание должно было завершиться.

Глава 4: Первая атака

Следующее утро началось с тревожных новостей. Лейла, едва успев выпить первую чашку кофе, была вызвана в оперативный центр "Феникса", где уже собрались Донован, Эмма, Картер и Зара.

– Что случилось? – спросила Лейла, замечая напряженные лица присутствующих.

– "Скарабей" нашел нас, – мрачно ответил Донован. – Наши системы наблюдения зафиксировали их разведчиков в окрестностях института. Они готовят нападение.

Зара активировала голографическую карту района, где находился замаскированный комплекс "Феникса". На карте были отмечены несколько красных точек, окружающих здание института.

– Я перехватила их коммуникации, – сказала она. – Они планируют атаку сегодня ночью. Цель – захват артефактов и… – она бросила взгляд на Лейлу, – вас, доктор Хассан.

– Меня? – Лейла почувствовала, как сердце ускоряет ритм. – Зачем я им?

– Ваши знания, – ответила Эмма. – Вы единственная, кто может расшифровать манускрипты Гипатии. И, судя по перехваченным сообщениям, они знают о вашем прогрессе.

– Это означает, что у них есть информатор внутри "Феникса", – добавил Донован, обводя взглядом присутствующих. – Кто-то из наших сотрудников работает на "Скарабея".

В комнате повисло тяжелое молчание. Мысль о предателе среди них была особенно тревожной.

– Что мы будем делать? – спросила наконец Лейла.

– У нас есть два варианта, – ответил Донован. – Первый – эвакуировать вас и артефакты на резервную базу. Второй – подготовить ловушку и попытаться захватить кого-то из руководства "Скарабея" во время нападения.

– Я за второй вариант, – решительно сказала Зара. – У нас редко появляется возможность нанести им серьезный удар.

– Слишком рискованно, – возразила Эмма. – Мы не знаем, какими силами они располагают. И если они захватят артефакты или доктора Хассан…

– Я согласен с Эммой, – вмешался Картер. – Безопасность Гипериона и манускриптов должна быть приоритетом. Особенно учитывая, что активность металла усиливается с каждым часом.

Донован задумчиво потер подбородок, взвешивая варианты.

– Хорошо. Мы эвакуируем артефакты и доктора Хассан. Но также подготовим небольшую группу для контрнаблюдения. Возможно, нам удастся выявить информатора, когда он попытается передать информацию о наших перемещениях.

Он повернулся к Лейле.

– Доктор Хассан, вам нужно собрать все необходимое для продолжения работы. Мы выезжаем через час.

Лейла кивнула, ощущая смесь страха и решимости.

– Я могу взять с собой Хамида? Он помогает мне с расшифровкой.

– Конечно, – согласился Донован. – Также мы берем с собой Махмуда. Его состояние стабилизировалось, но медики хотят продолжать наблюдение.

– Как он? – с беспокойством спросила Лейла.

– Физически в порядке, – ответил Картер. – Но его мозговая активность… необычная. Он периодически впадает в транс-подобное состояние, во время которого говорит о существах из другого измерения. Но между этими эпизодами он вполне адекватен и помнит, кто он и что с ним случилось.

Лейла почувствовала облегчение – по крайней мере, Махмуд был жив и в относительном порядке.

– Я соберу все для эвакуации, – сказала она, направляясь к выходу.

– Я пойду с вами, – вызвался Картер. – Помогу с упаковкой артефактов.

Они вместе направились в лабораторию, где Лейла начала собирать свои записи, компьютер и личные вещи. Картер тем временем готовил к транспортировке контейнеры с металлическими артефактами.

– Излучение Гипериона продолжает усиливаться, – заметил он, глядя на показания приборов. – Амплитуда пиков выросла на восемнадцать процентов за ночь.

– Это коррелирует с астрономическим расположением, – ответила Лейла, не отрываясь от сбора документов. – Орион и Плеяды сближаются, приближаясь к конфигурации, описанной Гипатией.

Она остановилась, вспомнив еще один фрагмент расшифрованного текста.

– Кстати, мы с Хамидом вчера обнаружили интересный момент. Гипатия упоминает, что ключом к полной активации Гипериона является не только астрономическое расположение, но и определенные ментальные вибрации – своего рода резонанс между мозгом человека и металлом.

– Ментальные вибрации? – Картер оторвался от своей работы. – Вы имеете в виду телепатию?

– Не совсем, – Лейла подошла к компьютеру и открыла файл с переводом. – Скорее, определенная частота мозговых волн, которая может синхронизироваться с излучением Гипериона. И, согласно Гипатии, такой способностью обладают лишь потомки тех, кто ранее контактировал с существами из другого измерения.

Картер задумчиво нахмурился.

– Это объясняет, почему Малик так одержим этой технологией. Если для активации портала нужен специфический человеческий фактор, простого обладания артефактами недостаточно.

– Именно, – кивнула Лейла. – Они ищут не только металл, но и подходящего "оператора" – человека, способного активировать портал своим сознанием.

– Как Махмуд? – предположил Картер. – Может быть, именно поэтому металл так сильно повлиял на него?

– Возможно, – согласилась Лейла. – Или это простое совпадение. В любом случае, нам нужно быть осторожнее с тем, кому позволяется контакт с артефактами.

Они закончили сборы, и к назначенному времени все необходимое было готово к транспортировке. В коридоре их ожидал Хамид, уже собравший свои вещи.

– Куда нас перевозят? – спросил он тихо.

– На резервную базу, – ответила Лейла. – Это мера предосторожности.

Хамид кивнул, не задавая больше вопросов. За годы работы с Лейлой он научился доверять её решениям, даже если не понимал всех деталей.

Они спустились в гараж, расположенный на нижнем уровне комплекса, где уже были подготовлены три бронированных внедорожника. Донован руководил погрузкой оборудования и распределением персонала по машинам.

– Доктор Хассан, вы, Хамид и Картер поедете во второй машине, – сказал он, указывая на центральный внедорожник. – Артефакты разделены между всеми тремя автомобилями для безопасности. Я буду в первой машине, Эмма и Зара – в третьей.

– А Махмуд? – спросила Лейла.

– Он уже в медицинском отсеке второй машины, под наблюдением врача, – ответил Донован. – Его состояние стабильное, но за ним следят на всякий случай.

Лейла кивнула и направилась к указанной машине. Внутри внедорожник был оборудован как небольшой мобильный командный центр – экраны мониторов, системы связи, даже небольшая лаборатория.

– Впечатляет, – заметил Хамид, усаживаясь рядом с Лейлой. – Эти люди явно готовы к любым ситуациям.

– "Феникс" существует уже пятьдесят лет, – сказал Картер, занимая место напротив них. – За это время организация накопила значительные ресурсы и опыт в обращении с аномальными артефактами.

Лейла хотела спросить больше о "Фениксе" и его истории, но в этот момент в салон вошел Донован с последними инструкциями.

– Мы выезжаем через секретный туннель, ведущий за пределы города, – сообщил он. – Маршрут известен только водителям, и меняется в последний момент для предотвращения утечки информации. Связь поддерживаем по защищенному каналу. В случае атаки следуйте указаниям охраны. И, доктор Хассан… – он посмотрел прямо на Лейлу, – если что-то пойдет не так, ваша задача – защитить информацию. Вы единственная, кто полностью понимает манускрипты Гипатии.

Лейла серьезно кивнула, ощущая тяжесть возложенной на нее ответственности.

Донован покинул их машину и вернулся в первый внедорожник. Через несколько минут колонна тронулась, спускаясь по наклонному туннелю, который, как предположила Лейла, вел далеко за пределы института.

Путешествие началось в тишине. Лейла смотрела в затемненное окно, наблюдая за сменой пейзажа – сначала подземный туннель, затем промышленные окраины Каира, и наконец пустынная местность, где дорога становилась все менее заметной.

Через час пути Картер нарушил молчание.

– Я проверил последние показания датчиков, – сказал он, глядя на свой планшет. – Активность Гипериона продолжает расти по экспоненте. Если так пойдет дальше, через двадцать четыре часа излучение может достичь опасного уровня даже через защитные контейнеры.

– Что это означает? – спросил Хамид.

– Это означает, что мы все можем начать испытывать эффекты, подобные тем, что случились с Махмудом, – ответил Картер. – Галлюцинации, необъяснимые ощущения, возможно, даже ментальный контакт с существами из другого измерения.

Лейла вспомнила свои странные видения и сны последних дней. Возможно, это уже начало происходить.

– Есть способ экранировать излучение? – спросила она.

– Свинец блокирует большую часть, но не все, – ответил Картер. – При достаточной интенсивности излучение Гипериона проникает даже через самые плотные материалы. Это одна из его уникальных характеристик, которая заставляет нас предполагать его внеземное происхождение.

Внезапно машина резко затормозила, заставив всех податься вперед.

– Что случилось? – спросила Лейла, хватаясь за сиденье.

Водитель обернулся, его лицо было напряженным.

– Впереди дорога заблокирована. Похоже на аварию.

Лейла выглянула в окно и увидела перевернутый грузовик, перегородивший узкую дорогу. Вокруг суетились несколько человек, предположительно, пострадавшие.

– Это может быть ловушка, – настороженно сказал Картер.

В этот момент ожила рация.

– Второй машине, говорит первая, – раздался голос Донована. – Держите позицию. Мы проверим ситуацию.

Они наблюдали, как из первого внедорожника вышли двое охранников и направились к месту аварии. Но не успели они сделать и десяти шагов, как "пострадавшие" выхватили оружие и открыли огонь.

– Засада! – крикнул водитель, одновременно включая заднюю передачу.

Но было поздно. Откуда-то сбоку вылетели дымовые гранаты, окутавшие машины плотным туманом. Через мгновение раздались выстрелы со всех сторон.

– Ложись! – крикнул Картер, толкая Лейлу и Хамида вниз, на пол машины.

Пули ударили в бронированные стекла, оставляя на них паутину трещин. Водитель пытался развернуть машину, но в этот момент что-то ударило в борт с такой силой, что внедорожник накренился, грозя перевернуться.

– Гранатомет, – процедил сквозь зубы один из охранников, открывая огонь через специальную амбразуру в борту машины.

Лейла прижималась к полу, сердце колотилось в груди. Рядом с ней Хамид тихо молился по-арабски. Картер пытался дотянуться до небольшого арсенала, встроенного в стенку салона.

– Нужно связаться с другими машинами, – сказал он, доставая пистолет и передавая его Лейле. – Вы умеете стрелять?

– Немного, – ответила она, принимая оружие. Годы работы в нестабильных регионах научили её основам самообороны.

Картер кивнул и активировал коммуникатор.

– Первая, третья, ответьте! Какова ситуация?

Сквозь треск помех донесся голос Донована:

– Первая машина под огнем! Нас пытаются взять живыми. Защищайте артефакты любой ценой!

Связь с третьей машиной установить не удалось.

– Что будем делать? – спросила Лейла, крепче сжимая рукоятку пистолета.

– Держаться, пока не придет подкрепление, – ответил охранник, продолжая вести огонь. – Сигнал тревоги уже отправлен на базу.

Внезапно стрельба со стороны нападавших прекратилась. Наступила зловещая тишина.

– Что происходит? – прошептал Хамид.

– Ничего хорошего, – мрачно ответил Картер, осторожно выглядывая в окно через трещины в стекле. – Они перегруппировываются.

И действительно, через несколько мгновений раздался усиленный мегафоном голос:

– Внимание, сотрудники "Феникса"! Вы окружены. У вас нет шансов на спасение. Выдайте нам доктора Лейлу Хассан и артефакты, и остальные смогут уйти живыми.

Лейла похолодела, услышав свое имя. Голос принадлежал мужчине с сильным арабским акцентом.

– Это Малик аль-Дахаби, – сказал охранник. – Лидер "Скарабея" лично возглавил нападение.

Лейла осторожно приподнялась и выглянула в окно. Сквозь рассеивающийся дым она увидела высокую фигуру мужчины, стоявшего перед линией вооруженных людей. Он был одет в темный тактический костюм, лицо частично скрыто балаклавой, но глаза… эти пронзительные, темные глаза, казалось, смотрели прямо на нее, даже сквозь затемненные стекла внедорожника.

– Я даю вам две минуты на размышление, – продолжил Малик. – После этого мы начнем использовать более… убедительные методы.

– Не поддавайтесь, – сказал Картер Лейле. – Это блеф. Они не станут рисковать артефактами.

– А как насчет людей? – возразила Лейла. – Я не хочу, чтобы кто-то погиб из-за меня.

– Никто не погибнет, – твердо сказал охранник. – Подкрепление уже в пути. Нам нужно продержаться еще десять минут.

В этот момент раздался громкий взрыв со стороны первой машины. Лейла в ужасе наблюдала, как внедорожник, в котором находился Донован, окутало пламя.

– Боже мой… – выдохнула она.

– Это демонстрация, – снова раздался голос Малика. – Следующей будет третья машина, с вашими коллегами Эммой Кларк и Зарой Нур. У вас осталась одна минута.

Лейла обменялась взглядами с Картером. Она видела в его глазах то же сомнение, что терзало и её.

– Я не могу допустить еще жертв, – сказала она решительно. – Я выйду.

– Нет! – воскликнул Хамид. – Доктор Хассан, вы не можете сдаться этим людям!

– У меня нет выбора, Хамид, – Лейла положила руку на его плечо. – Но я не отдам им манускрипты. Доктор Картер, – она повернулась к физику, – вы должны доставить артефакты на базу, независимо от того, что случится со мной.

Картер нахмурился, явно не соглашаясь с её решением, но не успел возразить. Снаружи раздался еще один взрыв, на этот раз ближе к их машине. Стекла задрожали, а в салон проник запах гари и взрывчатки.

– Время истекло! – объявил Малик. – Сейчас мы атакуем третью машину.

– Нет! – крикнула Лейла, приближаясь к двери. – Я выхожу! Не трогайте остальных!

– Доктор Хассан, пожалуйста, – начал Картер, но Лейла остановила его жестом.

– Это единственный способ спасти людей, – сказала она твердо. – И, возможно, находясь внутри организации "Скарабей", я смогу узнать больше об их планах.

Она повернулась к водителю.

– Откройте дверь, пожалуйста.

Водитель взглянул на охранника, тот неохотно кивнул. Дверь с тихим щелчком разблокировалась.

– Будьте осторожны, – тихо сказал Хамид, его глаза были полны страха и беспокойства.

Лейла кивнула, глубоко вдохнула, и вышла из машины, подняв руки.

– Я доктор Лейла Хассан! – крикнула она. – Я сдаюсь, но с условием: вы не тронете моих коллег!

Малик подошел ближе, и теперь Лейла могла лучше рассмотреть его. Он был высоким, хорошо сложенным мужчиной с военной выправкой. Его глаза, единственная видимая часть лица, были темными и пронзительными.

– Доктор Хассан, – он слегка склонил голову в приветствии. – Наконец-то мы встретились. Я много слышал о ваших… талантах.

– Откуда вы знаете обо мне? – спросила Лейла, стараясь говорить спокойно, несмотря на бушующий внутри страх.

– У меня свои источники, – ответил Малик. – Более важный вопрос: где манускрипты и артефакты?

– В безопасном месте, – солгала Лейла. – Я расскажу только после того, как убежусь, что мои коллеги не пострадали.

Малик рассмеялся, звук был неожиданно приятным и культурным.

– Вы торгуетесь, как настоящий бедуин, доктор Хассан. Хорошо, я уважаю это.

Он повернулся к своим людям и сделал знак. Группа вооруженных мужчин направилась к третьей машине.

– Мы заберем ваших коллег с собой как гарантию вашего сотрудничества, – сказал Малик. – Но они не пострадают, если вы будете… разумны.

Лейла стиснула зубы, понимая, что выбора у нее нет. Она наблюдала, как из третьей машины выводят Эмму и Зару. Эмма выглядела относительно спокойной, но Зара… в её глазах пылала такая ярость, когда она смотрела на Малика, что Лейла почувствовала невольную дрожь.

– А теперь, – Малик снова обратился к Лейле, – артефакты. Где они?

– Во второй машине, – ответила она, указывая на внедорожник, из которого вышла. – Контейнеры с металлическими пластинами и диском.

Малик кивнул своим людям, и двое из них направились к машине. В этот момент воздух прорезал звук вертолетных лопастей. Все подняли головы, увидев два боевых вертолета, стремительно приближающихся со стороны Каира.

– Подкрепление "Феникса", – процедил Малик. – Раньше, чем я ожидал. Берите женщин и артефакты! – приказал он своим людям. – Быстро!

Началась суматоха. Люди Малика бросились к машинам "Феникса", стремясь захватить ценные артефакты до прибытия вертолетов. Лейла воспользовалась моментом и бросилась обратно к внедорожнику, но была перехвачена двумя боевиками, которые грубо схватили её за руки.

– Хорошая попытка, доктор Хассан, – Малик подошел к ней, в руке он держал металлический контейнер, извлеченный из машины. – Но недостаточно быстрая.

Вертолеты были уже близко, и люди Малика начали отступать к своим машинам, увлекая за собой пленников. Лейла сопротивлялась, но хватка боевиков была слишком сильной.

В этот момент раздался выстрел, и один из удерживавших её мужчин вскрикнул, хватаясь за простреленное плечо. Лейла обернулась и увидела Картера, стоявшего у открытой двери внедорожника с пистолетом в руке.

– Бегите, Лейла! – крикнул он.

Она попыталась вырваться из хватки второго боевика, но тот лишь сильнее стиснул её руку. Малик хладнокровно поднял пистолет и выстрелил в Картера. Физик покачнулся, схватившись за грудь, и упал на колени.

– Нет! – закричала Лейла, рванувшись к нему, но была оттащена назад.

– Забирайте их в машины! – приказал Малик. – Сейчас же!

Лейлу потащили к черному фургону, стоявшему неподалеку. Она сопротивлялась, но боевик ударил её по затылку, и мир на мгновение потемнел. Когда зрение прояснилось, она уже находилась внутри фургона, рядом с Эммой и Зарой.

– Вы в порядке? – спросила Эмма, помогая Лейле сесть.

– Да, но Картер… – Лейла не могла закончить фразу, перед глазами стояла картина падающего физика.

– Они застрелили Картера? – резко спросила Зара.

Лейла кивнула, чувствуя, как слезы наворачиваются на глаза.

– Он пытался помочь мне…

– Чертовы ублюдки, – процедила Зара, ударив кулаком по стенке фургона.

Фургон резко тронулся с места, и Лейла услышала звуки стрельбы снаружи – вертолеты "Феникса" начали атаку. Но было поздно. Машины "Скарабея" уже отъезжали, увозя пленников и похищенные артефакты.

Через маленькое затемненное окно Лейла видела, как вертолеты кружат над местом засады, их пулеметы поливают огнем позиции боевиков, оставшихся прикрывать отступление. Она не знала, выжил ли Донован, что случилось с Хамидом и Махмудом, и был ли еще жив Картер.

В фургон запрыгнул Малик, сбросив с лица балаклаву. Теперь Лейла могла полностью рассмотреть его лицо – красивое, с правильными чертами, обрамленное короткой бородой. Но глаза… в них была холодная решимость человека, готового на все ради своей цели.

– Доктор Хассан, – он сел напротив нее, держа на коленях контейнер с артефактами. – Надеюсь, путешествие будет не слишком некомфортным. Нам предстоит долгий путь.

– Куда вы нас везете? – спросила Лейла.

– В место, где вы сможете спокойно продолжить свои исследования, – ответил Малик. – Место, где наследие Гипатии наконец раскроет свои тайны в полной мере.

Он открыл контейнер и достал одну из металлических пластин с древними письменами.

– Удивительно, не правда ли? – сказал он, рассматривая пластину. – Знания, скрытые на протяжении тысячелетий. Ключ к невероятной силе, способной изменить мир. И вы, доктор Хассан, единственная, кто может полностью расшифровать эти тексты.

– А если я откажусь сотрудничать? – спросила Лейла, хотя уже знала ответ.

Малик улыбнулся, но его глаза остались холодными.

– У меня есть способы убеждения. Например, жизни ваших коллег, – он кивнул на Эмму и Зару. – Но я надеюсь, что до этого не дойдет. Вы разумная женщина, доктор Хассан. И, я думаю, когда вы узнаете мои истинные цели, вы сами захотите помочь мне.

– Ваши цели? – Лейла не скрывала скептицизма. – Создать оружие из Гипериона? Открыть портал и выпустить в наш мир существ из параллельного измерения? Звучит как план безумца.

Малик рассмеялся, на этот раз искренне.

– О, доктор Хассан, все гораздо сложнее и интереснее. Но сейчас не время для длинных объяснений. Скоро вы сами увидите и поймете все.

Он вернул пластину в контейнер и закрыл его. Затем достал из кармана небольшое устройство, похожее на инъектор, и повернулся к Эмме.

– А пока, думаю, нам стоит обеспечить ваше… послушание.

– Что это? – Эмма напряглась, пытаясь отодвинуться.

– Всего лишь трекер и небольшая доза седативного, – ответил Малик. – Ничего опасного, уверяю вас.

Двое боевиков удержали Эмму, пока Малик прижал устройство к её шее. Раздался тихий щелчок, и Эмма вздрогнула.

– Ваша очередь, мисс Нур, – Малик повернулся к Заре.

– Даже не думай, ублюдок, – прошипела Зара, пытаясь отбиться от боевиков.

– Все еще такая дерзкая, – с ноткой восхищения заметил Малик. – Некоторые вещи не меняются.

Несмотря на сопротивление, Заре также ввели инъекцию. Затем Малик повернулся к Лейле.

– Доктор Хассан?

Лейла понимала, что сопротивление бесполезно, и подставила шею. Короткий укол, и она почувствовала легкое жжение, а затем странное онемение, распространяющееся по телу.

– Что вы… на самом деле… вколол/ нам? – её язык начал заплетаться, и мысли путались.

– Ничего страшного, – улыбнулся Малик. – Просто небольшая помощь для долгого путешествия. Спите, доктор Хассан. Когда вы проснетесь, мы будем уже на месте.

Лейла пыталась бороться с наступающей темнотой, но веки становились все тяжелее. Последнее, что она увидела перед тем, как потерять сознание, были глаза Малика – темные, пронзительные, полные странной смеси жестокости и интеллекта.

А затем наступила темнота, и Лейла провалилась в бессознательное состояние, унесенная неизвестно куда в руках людей, готовых убивать ради древней тайны, которую она только начала раскрывать.

Глава 5: Расшифрованное послание

Лейла медленно приходила в сознание. Голова гудела, во рту пересохло, веки казались неподъемно тяжелыми. С трудом разлепив глаза, она обнаружила, что находится в небольшой комнате с голыми бетонными стенами. Единственное узкое окно под потолком было забрано решеткой, через него пробивался тонкий луч солнечного света.

Она попыталась сесть, но тело отказывалось слушаться – последствия действия сильного транквилизатора. На второй попытке ей удалось принять сидячее положение на узкой кровати, застеленной серым армейским одеялом.

– Наконец-то очнулись, – раздался голос от двери.

Лейла повернула голову и увидела Зару, сидящую на полу у противоположной стены. Молодая хакерша выглядела потрепанной, но решительной. На её скуле виднелся свежий синяк.

– Где мы? – спросила Лейла, морщась от боли в висках.

– В одном из укрытий "Скарабея", – ответила Зара, понизив голос. – Судя по звукам и температуре, где-то в пустыне. Возможно, оазис Сива – у них там основная база.

– Как долго я была без сознания?

– Около двенадцати часов. Эмма очнулась раньше, но её забрали на допрос пару часов назад.

Лейла с тревогой посмотрела на дверь.

– Что с Хамидом и Махмудом? А Донован? Картер?..

– Не знаю, – Зара покачала головой. – Я слышала выстрелы, когда нас увозили. Но Малик – расчетливый ублюдок. Если кто-то из них мог быть полезен, он скорее взял бы их живыми.

Лейла с трудом поднялась на ноги. Комната на мгновение закружилась перед глазами, но она устояла, опираясь о стену.

– Нужно выбираться отсюда, – сказала она, осматривая помещение в поисках возможных путей побега.

Зара горько усмехнулась.

– Поверьте, я уже проверила все варианты. Дверь армированная, окно слишком узкое даже для ребенка, и за стенами постоянно ходит охрана. – Она понизила голос до шепота: – Но это не значит, что мы сдаемся. Просто нужно ждать подходящего момента.

Внезапно дверь открылась, и на пороге появился Малик аль-Дахаби собственной персоной. Без маскировки он выглядел еще более внушительно – высокий, подтянутый, с военной выправкой и пронзительным взглядом. За его спиной маячили двое вооруженных охранников.

– Доктор Хассан, рад видеть вас в сознании, – сказал он, входя в комнату. – Надеюсь, у вас не осталось неприятных последствий от седативного?

– Где Эмма? – вместо ответа спросила Лейла.

– Мисс Кларк в порядке, – ответил Малик. – Мы просто беседуем, обмениваемся информацией. Возможно, вам будет приятно узнать, что ваши коллеги, молодой египтянин Хамид и пациент Махмуд, также здесь, под нашей… заботой.

Сердце Лейлы екнуло – значит, Хамид жив. Но Малик ничего не сказал о Доноване и Картере.

– Чего вы хотите? – прямо спросила она.

Малик улыбнулся, и эта улыбка, как ни странно, не выглядела фальшивой.

– То, чего хотим мы все, доктор Хассан. Разгадать тайну Гипатии. Раскрыть секреты Гипериона. – Он сделал шаг вперед. – Но в отличие от "Феникса", я не намерен скрывать или уничтожать это знание. Я хочу использовать его для изменения мира.

– Для захвата власти, – презрительно фыркнула Зара.

Малик даже не взглянул в её сторону.

– Для спасения человечества, мисс Нур. Как всегда, вы видите только поверхностный слой.

Он снова повернулся к Лейле.

– Я пришел предложить вам сотрудничество, доктор Хассан. Добровольное сотрудничество. Продолжите расшифровку манускриптов Гипатии, помогите нам понять, как активировать Гиперион, и я гарантирую безопасность вам и вашим коллегам.

– А если я откажусь? – спросила Лейла, хотя уже знала ответ.

– Тогда придется действовать менее… комфортными методами, – ответил Малик. – Но я искренне надеюсь, что до этого не дойдет. Вы разумная женщина, доктор Хассан. И думаю, когда вы узнаете всю историю, вы сами захотите помочь.

Он жестом приказал одному из охранников, и тот вышел в коридор, вернувшись через минуту с пожилым мужчиной в традиционной египетской галабее.

– Профессор Фаваз! – воскликнула Лейла, не веря своим глазам.

Её наставник, человек, которого она уважала и которому доверяла, выглядел смущенным, но решительным.

– Лейла, дитя мое, – сказал он, делая шаг вперед. – Прости, что ты узнаешь об этом таким образом. Но все, что делает Малик, необходимо. Я сам не верил, пока не увидел доказательства.

– Доказательства чего? – спросила Лейла, чувствуя, как внутри растет гнев от осознания предательства. – Того, что вы продали информацию о нашей экспедиции террористам? Что из-за вас погибли люди?

– Нет, нет, – профессор покачал головой. – Доказательства того, что Малик прав. Человечество на грани. Старый порядок рушится. Нужен новый путь, новая сила.

– И вы считаете, что выпустить в наш мир существ из другого измерения – хорошая идея? – Лейла не скрывала сарказма.

– Мы не собираемся "выпускать" их, – вмешался Малик. – Мы хотим установить контакт, наладить коммуникацию. Существа из Хаоса, как их называла Гипатия, обладают знаниями и технологиями, которые могут спасти нашу планету от экологической катастрофы, войн, голода.

– Или уничтожить нас, – возразила Лейла. – Гипатия предупреждала об опасности.

– Гипатия жила в примитивное время, когда любое непонятное явление вызывало страх, – сказал Малик. – Мы живем в эпоху науки. Мы сможем контролировать портал, управлять контактом.

Он сделал паузу, наблюдая за реакцией Лейлы, затем продолжил:

– Я предлагаю вам шанс убедиться самой. Продолжите работу над манускриптами. Полностью расшифруйте метод активации Гипериона. А потом решайте, на чьей вы стороне.

Лейла колебалась. Часть её хотела категорически отказаться, но другая часть – ученый, исследователь – жаждала разгадать тайну до конца, независимо от обстоятельств.

– Я хочу видеть Хамида и Махмуда, – сказала она наконец. – И Эмму.

– Разумное требование, – кивнул Малик. – Вы увидите их за ужином. А сейчас я предлагаю вам переодеться и отдохнуть. Вечером мы продолжим разговор.

Он сделал знак охранникам, и один из них протянул Лейле стопку чистой одежды.

– Ванная комната в конце коридора, – сказал Малик. – Охрана проводит вас. И, доктор Хассан… – он внезапно стал серьезнее, – не пытайтесь сбежать или связаться с "Фениксом". Это только усложнит ситуацию для всех.

После ухода Малика и профессора Фаваза Зара тихо сказала:

– Не верьте ни единому его слову. Он манипулятор высшего уровня. Я знаю, я провела в его плену шесть месяцев, прежде чем "Феникс" вытащил меня.

– Что случилось? – спросила Лейла.

Зара отвернулась, её лицо исказилось от болезненных воспоминаний.

– Я была независимым хакером, работала на того, кто больше заплатит. Малик нанял меня для взлома баз данных "Феникса", а потом… решил, что я слишком много узнала. – Она машинально потерла шрам на запястье. – Его методы убеждения крайне эффективны, поверьте.

Лейла почувствовала холодок, пробежавший по спине. Что бы она ни решила, ситуация была смертельно опасной.

После освежающего душа и переодевания в чистую одежду (простые брюки и рубашку песочного цвета) Лейлу проводили в большую комнату, служившую столовой. Здесь уже собрались Эмма, выглядевшая утомленной, но невредимой, Хамид, чьё лицо осветилось при виде Лейлы, и Махмуд, который казался удивительно спокойным, хотя его взгляд был немного отсутствующим.

– Лейла! – Хамид поднялся ей навстречу. – Слава Аллаху, ты в порядке! Я боялся, что они…

– Я в порядке, – заверила его Лейла, обнимая молодого человека. – Что с тобой? Они тебя не трогали?

– Нет, они обращались со мной… корректно, – ответил Хамид. – После нападения на конвой меня привезли сюда. Я был без сознания большую часть пути.

Лейла повернулась к Махмуду, который сидел, рассматривая свои руки с каким-то детским любопытством.

– Махмуд? Как ты?

Молодой египтянин поднял голову, и Лейла с тревогой заметила, что его глаза периодически вспыхивают тем же зеленоватым светом, что и раньше.

– Они ближе, – сказал он тихим, монотонным голосом. – Звезды выстраиваются, стена истончается. Они ждут, когда мы откроем дверь.

Лейла обменялась встревоженными взглядами с Эммой.

– Гиперион внутри него все еще активен, – тихо сказала Эмма. – И его эффект усиливается. Я пыталась убедить Малика дать ему медицинскую помощь, но он считает, что Махмуд – ценный источник информации о природе контакта с существами из Хаоса.

– Это варварство, – прошептала Лейла, садясь рядом с Махмудом и осторожно беря его за руку. – Мы должны помочь ему.

В этот момент двери столовой распахнулись, и вошел Малик в сопровождении профессора Фаваза и нескольких помощников, несущих подносы с едой.

– Надеюсь, вы проголодались, – сказал Малик, занимая место во главе стола. – Повар у нас превосходный, хоть и готовит в полевых условиях.

Еда действительно оказалась отменной – традиционные египетские блюда: кошари, бабаганудж, фалафель и свежий хлеб. Несмотря на ситуацию, Лейла поняла, что голодна, и с удовольствием приступила к еде. Остальные, за исключением Махмуда, который лишь рассеянно ковырял свою порцию, также оценили ужин.

– Итак, – сказал Малик, когда с основным блюдом было покончено, – давайте обсудим нашу ситуацию, как цивилизованные люди. Профессор Фаваз рассказал мне, что вы, доктор Хассан, уже близки к полной расшифровке манускриптов Гипатии.

– Не так близка, как хотелось бы, – осторожно ответила Лейла. – Шифр сложен, и многие символы еще не поддаются интерпретации.

– Но вы уже знаете, что Гиперион происходит из метеорита, упавшего на острове Наксос, не так ли? – вкрадчиво спросил Малик.

Лейла бросила быстрый взгляд на профессора Фаваза, который виновато опустил глаза. Очевидно, он передал Малику все, что знал о её исследованиях.

– Да, Гипатия указывает на Наксос, – признала она. – Но это лишь часть головоломки. Без точного места и метода активации Гиперион бесполезен.

– И именно это нам предстоит выяснить, – кивнул Малик. – Завтра вы приступите к работе над оставшимися фрагментами текста. Я уже приказал подготовить для вас лабораторию со всем необходимым оборудованием.

– А если я откажусь сотрудничать? – спросила Лейла, хотя уже знала ответ.

Малик не изменился в лице, но его глаза на мгновение стали холоднее.

– Я бы предпочел избежать неприятных мер. Но время поджимает. Астрономическая конфигурация, необходимая для полной активации Гипериона, наступит через день. Мы должны быть готовы.

Лейла переглянулась с Эммой, которая едва заметно кивнула, словно говоря: "Соглашайся пока".

– Хорошо, – сказала наконец Лейла. – Я продолжу работу. Но мне понадобится помощь Хамида и доступ ко всем артефактам.

– Разумеется, – согласился Малик. – Хамид будет работать с вами. Что касается артефактов… – он сделал паузу. – Металлические пластины с текстами в вашем распоряжении. Но диск из Гипериона слишком ценен и опасен. Он останется под усиленной охраной, хотя вы сможете изучать его под наблюдением.

– И еще, – добавила Лейла, – я хочу, чтобы Махмуду оказали медицинскую помощь. Его состояние ухудшается.

Малик перевел взгляд на молодого египтянина, который сейчас смотрел куда-то сквозь стену, беззвучно шевеля губами.

– Боюсь, медицина здесь бессильна, – сказал он. – Но я могу предложить другое. Когда мы активируем полный потенциал Гипериона, мы сможем установить контакт с существами из Хаоса на наших условиях. И тогда, возможно, мы найдем способ помочь вашему помощнику.

– Или он окончательно потеряет рассудок, – мрачно заметила Эмма.

– Риск есть всегда, мисс Кларк, – философски ответил Малик. – Но иногда, чтобы спасти многих, приходится рисковать немногими.

После ужина пленников отвели в их комнаты. Лейлу поместили в новое, более комфортабельное помещение с кроватью, столом и даже небольшой книжной полкой, заполненной научными трудами по археологии и древним языкам. Очевидно, Малик готовился к её "визиту".

Оставшись одна, Лейла села на кровать, пытаясь собраться с мыслями. Ситуация казалась безвыходной, но сдаваться было рано. Если она сможет затянуть расшифровку, выиграть время… возможно, "Феникс" найдет их. Или появится шанс для побега.

Лейла достала из кармана небольшой предмет, который незаметно прихватила со стола в столовой – заколку для волос Эммы. Простая металлическая заколка, но в умелых руках она могла стать отмычкой.

"Спасибо, Эмма", – подумала Лейла, пряча заколку в матрас. Она не знала, пригодится ли эта импровизированная отмычка, но сам факт её наличия придавал уверенности.

Той ночью Лейла спала тревожно, её сны были наполнены странными образами – звездное небо с непривычными созвездиями, сияющие нити, пронизывающие пустоту, и шепчущие голоса, зовущие её из темноты. И среди этих голосов один звучал отчетливее других – женский голос, произносящий слова на древнегреческом: "Звезда падает трижды, но лишь раз открывает дверь".

Утром Лейлу разбудил стук в дверь. Охранник проводил её в обещанную лабораторию – просторное помещение с компьютерами, сканерами и другим оборудованием для анализа древних текстов. Хамид уже был там, настраивая программное обеспечение для работы с изображениями манускриптов.

– Доброе утро, – тихо сказал он, когда они остались наедине. – Как ты?

– Насколько хорошо может быть в нашей ситуации, – ответила Лейла, оглядываясь в поисках прослушивающих устройств.

Хамид, уловив её беспокойство, едва заметно покачал головой и написал что-то на листе бумаги: "Комната под наблюдением. Аудио и видео".

Лейла кивнула, показывая, что поняла, и громко сказала:

– Приступим к работе. Покажи, что у нас есть.

Хамид активировал большой экран на стене, где появились отсканированные изображения металлических пластин с текстами Гипатии. Лейла подошла ближе, вглядываясь в знакомые символы.

– Мы уже расшифровали основную концепцию, – сказала она. – Теперь нужно сосредоточиться на деталях процедуры активации и точных координатах.

Они работали несколько часов, методично анализируя каждый символ, сопоставляя их с известными древними алфавитами и шифрами. Лейла намеренно двигалась медленно, делая вид, что сталкивается с трудностями в интерпретации отдельных фрагментов. На самом деле, часть текста она уже расшифровала ранее, работая в лаборатории "Феникса".

Около полудня дверь открылась, и вошел профессор Фаваз с подносом, на котором стояли чашки с ароматным кофе и сэндвичи.

– Подумал, вам не помешает перерыв, – сказал он, ставя поднос на стол.

Лейла холодно кивнула, все еще не простив своего наставника за предательство.

– Как продвигается работа? – спросил профессор, глядя на экран.

– Медленно, – ответила Лейла. – Многие символы уникальны, не соответствуют ни одному известному алфавиту.

– Возможно, я могу помочь, – предложил Фаваз. – Я изучал древние коптские диалекты, когда был моложе.

– Спасибо, но мы справимся, – отрезала Лейла.

Профессор вздохнул.

– Лейла, я понимаю твой гнев. Но ты должна знать – я делаю это не из корыстных побуждений. Малик показал мне доказательства… вещи, которые невозможно объяснить современной наукой. – Он понизил голос. – Существа из Хаоса реальны. И они уже пытаются связаться с нами через Гиперион. Мы должны быть готовы к контакту на наших условиях, иначе…

– Иначе что? – спросила Лейла.

– Иначе они найдут другой путь, – мрачно ответил Фаваз. – И тогда мы потеряем контроль над ситуацией.

Он оглянулся, словно проверяя, не подслушивает ли кто, хотя оба знали, что комната прослушивается.

– Малик не рассказал тебе всего, – прошептал он. – Инцидент в Синайской пустыне… Малик не просто нашел фрагмент Гипериона. Он… контактировал с ними. Напрямую. То, что он видел, изменило его навсегда.

– Что он видел? – спросила Лейла, несмотря на свое недоверие.

– Будущее, – ответил Фаваз. – Множество вероятных будущих. И в большинстве из них человечество уничтожало себя в течение ближайших десятилетий. Но было одно будущее, где мы выживали и процветали. Путь, требующий… внешнего вмешательства.

Лейла скептически покачала головой.

– И вы верите в эти видения? В то, что существа из другого измерения хотят нам помочь?

– Я скептик по натуре, как и ты, – сказал Фаваз. – Но я видел доказательства, Лейла. Неопровержимые доказательства.

– Покажите мне, – потребовала Лейла. – Покажите эти доказательства, и, возможно, я изменю свое мнение.

Профессор колебался.

– Я поговорю с Маликом, – наконец сказал он. – Возможно, он согласится показать тебе… то, что показал мне.

После его ухода Лейла и Хамид молча переглянулись, затем продолжили работу. Они говорили только о технических аспектах расшифровки, зная, что каждое слово записывается.

К вечеру они добились значительного прогресса, хотя Лейла продолжала делать вид, что некоторые фрагменты остаются непонятными. На самом деле, ключевой фрагмент текста, описывающий точное расположение метеоритного кратера на Наксосе, она расшифровала уже давно:

"Звезда пала на северном побережье острова, близ храма Аполлона, где скала напоминает профиль спящего титана. Удар был столь силен, что часть берега обрушилась в море, образовав залив в форме полумесяца. Под этим заливом, в пещере, доступной только во время отлива, я обнаружила основную массу небесного металла, сияющего зеленым светом даже в кромешной тьме…"

Это описание было достаточно точным, чтобы найти место по современной карте, но Лейла решила придержать эту информацию как можно дольше.

Вечером Малик посетил лабораторию, чтобы лично ознакомиться с результатами.

– Впечатляет, – сказал он, изучая расшифрованные фрагменты на экране. – Но профессор Фаваз сказал, что вы столкнулись с трудностями в определении точного местоположения кратера на Наксосе.

– Описание Гипатии туманно, – ответила Лейла, показывая на экран. – Она использует мифологические метафоры и астрономические ориентиры, актуальные для её времени, но не для нашего.

Малик задумчиво посмотрел на нее, словно оценивая, говорит ли она правду.

– Профессор также упомянул, что вы хотели бы увидеть… некоторые материалы, – сказал он наконец. – Доказательства реальности контакта с существами из Хаоса.

Лейла кивнула, стараясь выглядеть заинтересованной, но скептической.

– Если вы хотите моего полного сотрудничества, мне нужно знать, с чем мы имеем дело.

Малик улыбнулся.

– Справедливо. Хорошо, доктор Хассан. Завтра я покажу вам то, что убедило профессора Фаваза. А сейчас, – он посмотрел на часы, – уже поздно. Вам следует отдохнуть. Завтра предстоит важный день.

Когда Лейла вернулась в свою комнату, на кровати лежал небольшой пакет. Внутри она обнаружила записную книжку, карандаш и записку: "Для ваших личных заметок. Может быть полезно перед сном упорядочить мысли. – М."

Лейла понимала, что это, скорее всего, еще один способ следить за её мыслями, но решила воспользоваться возможностью. Она начала записывать свои размышления о расшифровке, намеренно допуская незначительные ошибки и высказывая сомнения в своей интерпретации. Однако между строк она оставляла подсказки для себя самой – числовые последовательности и символы, которые напоминали ей о ключевых моментах расшифровки.

Перед сном она перечитала написанное, убеждаясь, что никакая действительно ценная информация не была раскрыта. Затем положила записную книжку на видное место – пусть Малик думает, что его уловка сработала.

Той ночью её снова посетили странные сны. Но на этот раз они были более отчетливыми. Она видела себя на скалистом берегу, стоящей перед входом в пещеру, частично скрытую приливом. Внутри пещеры что-то светилось пульсирующим зеленым светом. А над головой созвездия медленно двигались, выстраиваясь в определенную конфигурацию.

"Завтра, – шептал женский голос, который Лейла теперь узнала как голос Гипатии. – Завтра звезды встретятся, и путь откроется. Будь готова, Лейла. Будь осторожна."

Проснувшись на рассвете, Лейла чувствовала странную ясность мыслей. План действий, до этого момента туманный, теперь обретал четкие контуры. Она знала, что должна делать.

Сразу после завтрака её и Хамида снова отвели в лабораторию. Но вместо продолжения работы над манускриптами Малик появился с предложением:

– Доктор Хассан, я обещал показать вам доказательства. Пойдемте со мной.

Он провел их через серию коридоров вглубь комплекса, к массивной двери с электронным замком. Набрав код, он жестом пригласил Лейлу и Хамида внутрь.

Комната за дверью оказалась чем-то вроде медицинской лаборатории. В центре стояла большая стеклянная камера, внутри которой… Лейла ахнула, увидев Махмуда, подключенного к различным приборам. Молодой человек сидел в странной позе, его глаза были широко открыты и полностью заполнены зеленоватым светом. Губы его беззвучно шевелились.

– Что вы делаете с ним? – возмутилась Лейла.

– Не беспокойтесь, ему не больно, – ответил Малик. – Скорее наоборот. Он сейчас переживает опыт, недоступный обычным людям. Он… общается с ними.

– С существами из Хаоса? – недоверчиво спросила Лейла.

– Именно. Фрагмент Гипериона в его организме создал постоянный канал связи. – Малик подошел к панели управления и активировал несколько мониторов. – Мы записываем все, что он говорит. Большую часть времени это бессвязный бред, но иногда… иногда сквозь него говорят они.

Он включил запись. На экране появился Махмуд, его глаза светились, а голос звучал иначе – глубже, с странными модуляциями, словно говорили одновременно несколько существ.

"Мы ждали. Долго. Ваш мир близко. Мы видим. Мы знаем. Мы можем помочь. Спасти от конца. Но нужна дверь. Полная. Постоянная. Нам нужны тела. Сосуды для нашего сознания."

Лейла почувствовала, как по спине пробежал холодок.

– Они хотят завладеть человеческими телами? – спросила она.

– Не совсем, – ответил Малик. – Они хотят создать симбиоз. Соединить своё сознание с нашим, поделиться своими знаниями и способностями.

– Это похоже на одержимость, – заметил Хамид.

– Это эволюция, – возразил Малик. – Следующий шаг развития человечества. Представьте, доктор Хассан, людей с доступом к знаниям и технологиям, опережающим наши на тысячи лет. Мы сможем решить все проблемы, стоящие перед нашей планетой – изменение климата, болезни, голод.

– А какова цена? – спросила Лейла. – Что эти существа получат взамен?

– Физическую форму, – ответил Малик. – В своем измерении они существа энергии, без материальных тел. Наш мир для них – возможность испытать физическое существование.

Лейла подошла к стеклянной камере, за которой находился Махмуд. Молодой человек внезапно посмотрел прямо на нее, и она почувствовала странное ощущение, будто сквозь его глаза на нее смотрит что-то древнее и чуждое.

– Рассвет близок, – произнес Махмуд своим измененным голосом. – Звезды выстраиваются. Гиперион пробуждается. Наксос ждет. Ты знаешь место, Лейла. Ты видела его во сне.

Лейла отшатнулась, пораженная тем, что существо знало о её снах.

– Впечатляет, не правда ли? – сказал Малик. – Они могут видеть сквозь барьеры пространства и времени. И они выбрали вас, доктор Хассан. Вы не просто случайно нашли библиотеку Гипатии. Они направляли вас.

Лейла молчала, пытаясь осмыслить услышанное. Если Малик говорил правду, то все её исследование, все открытия были частью плана этих существ.

– Я могу поговорить с Махмудом? – спросила она наконец. – Наедине.

Малик колебался, затем кивнул.

– Пять минут. Но он редко бывает… собой. Существа почти полностью контролируют его сознание.

Он отключил запись и вышел из комнаты, жестом приказав Хамиду следовать за ним. Когда дверь закрылась, Лейла быстро подошла к стеклянной камере.

– Махмуд? Ты меня слышишь? Это я, Лейла.

Молодой человек медленно повернул голову, его светящиеся глаза сфокусировались на ней.

– Лей-ла, – произнес он, словно с трудом вспоминая имя. – Они… говорят… через меня.

– Кто они, Махмуд? Что они хотят?

– Вый-ти. – Голос Махмуда стал неровным, прерывистым. – Они хотят… выйти. Но им нуж-ны… тела. Мно-го тел.

– Они хотят завладеть людьми? – спросила Лейла, чувствуя, как сердце колотится в груди.

– Да. Нет. – Махмуд запрокинул голову, словно борясь с чем-то внутри себя. – Они… не как мы. Не пони-мают… что такое… свобода воли. Для них… сознание коллективно. Они не видят… проблемы… в захвате тел.

– Малик знает об этом?

– Малик… обманут. Они показывают ему… что он хочет видеть. Обещают… спасение. Но они… не спасители. Они… беженцы.

– Беженцы? – переспросила Лейла.

– Их мир… умирает. Они хотят… новый дом. – Махмуд внезапно схватился за голову, его лицо исказилось от боли. – Они… возвращаются. Я не могу… сопротивляться.

– Махмуд, держись! – Лейла прижала ладони к стеклу, беспомощно наблюдая за страданиями молодого человека.

– Най-ди… диск. Унич-тожь его. Единственный… способ, – успел сказать Махмуд, прежде чем его глаза снова полностью заполнились зеленым светом, а лицо стало бесстрастной маской.

В этот момент дверь открылась, и вернулся Малик.

– Время вышло, доктор Хассан, – сказал он. – Надеюсь, вы получили ответы на свои вопросы.

Лейла медленно отошла от камеры, стараясь скрыть свое потрясение от услышанного.

– Да, получила, – ответила она, делая глубокий вдох. – И я знаю, где находится кратер на Наксосе.

Малик удивленно поднял брови.

– Неужели?

– Северное побережье острова, недалеко от руин храма Аполлона, – сказала Лейла. – Бухта в форме полумесяца, образовавшаяся после падения метеорита. В пещере, доступной только во время отлива, должен находиться основной фрагмент Гипериона.

– Вы уверены? – В глазах Малика вспыхнул жадный интерес.

– Абсолютно, – ответила Лейла. – Гипатия описывает это место однозначно. Я могу показать вам точные координаты на карте.

Малик довольно улыбнулся.

– Превосходно! Мы немедленно начинаем подготовку к экспедиции. – Он посмотрел на часы. – Если вылетим сегодня вечером, то успеем добраться до Наксоса к завтрашнему утру. Как раз к астрономической конфигурации, описанной Гипатией.

– Я еду с вами, – твердо сказала Лейла. – Без меня вы не найдете точного места.

– Разумеется, – кивнул Малик. – Я и не предполагал иного. Вы, я и небольшая команда специалистов отправимся на Наксос. Остальные останутся здесь, в качестве… гарантии вашего сотрудничества.

Он повернулся к двери.

– А теперь, доктор Хассан, вернитесь к работе. Нам нужно полностью расшифровать процедуру активации Гипериона до нашего отъезда.

Оставшийся день прошел в лихорадочной работе. Лейла и Хамид, под постоянным наблюдением, расшифровывали последние фрагменты манускриптов Гипатии. Теперь Лейла уже не пыталась скрывать информацию – ей нужно было, чтобы Малик поверил в её сотрудничество и взял с собой на Наксос.

Она знала, что это единственный шанс остановить открытие портала. То, что рассказал Махмуд, убедило её – существа из Хаоса не собирались "помогать" человечеству. Они были беженцами из погибающего измерения, стремившимися захватить новый дом, используя человеческие тела как сосуды для своих сознаний. И Гипатия, осознав эту опасность, спрятала свои знания, надеясь, что человечество никогда не откроет путь между мирами.

К вечеру все было готово к отъезду. Лейла быстро собрала немногочисленные личные вещи, включая записную книжку, которую Малик так услужливо предоставил. Теперь она будет играть роль сотрудницы, убежденной аргументами Малика и готовой помочь в "великой миссии по спасению человечества".

Перед посадкой в вертолет ей позволили попрощаться с Эммой и Зарой, которые оставались в комплексе под охраной.

– Будь осторожна, – тихо сказала Эмма, обнимая Лейлу. – Что бы ни случилось, помни – ты не одна.

– "Феникс" найдет нас, – прошептала Зара. – Они уже ищут. У меня есть источники информации.

Лейла кивнула, стараясь не показать своего удивления. Неужели Зара смогла каким-то образом связаться с "Фениксом"?

– Береги Хамида, – сказала она. – И… если что-то пойдет не так, попытайтесь помочь Махмуду.

Последний взгляд на оазис Сива – зеленый остров посреди бескрайней пустыни. Затем вертолет поднялся в воздух, унося Лейлу, Малика и небольшую команду специалистов к греческому острову Наксос, где, согласно древним текстам Гипатии, лежал ключ к открытию портала между мирами.

Сидя в вертолете рядом с Маликом, Лейла смотрела в иллюминатор на проплывающие внизу пески. В её голове крутились последние слова Махмуда: "Найди диск. Уничтожь его. Единственный способ". Но как это сделать, если диск постоянно находился под охраной? И что ждет их на Наксосе?

Она не знала ответов, но была полна решимости не допустить открытия портала, даже если придется пожертвовать собой. Слишком высока была цена ошибки – судьба всего человечества.

Часть II: Погоня

Глава 6: Остров загадок

Наксос встретил их рассветом. Вертолет приземлился на небольшой площадке у частного причала на северном побережье острова. Малик, очевидно, готовился к этой экспедиции заранее – все было организовано с военной четкостью и эффективностью.

Лейла, измученная бессонной ночью в вертолете, с облегчением ступила на твердую землю. Вокруг расстилался типично греческий пейзаж: скалистые утесы, спускающиеся к лазурному морю, редкие оливковые деревья, выживающие на каменистой почве, и безоблачное небо, обещавшее жаркий день.

– Добро пожаловать на Наксос, доктор Хассан, – сказал Малик, подходя к ней. – Один из самых красивых островов Эгейского моря. И, если верить Гипатии, место, где изменится судьба человечества.

Он был одет в легкую полевую одежду, но даже в ней сохранял военную выправку. За его спиной команда из шести человек разгружала оборудование из вертолета: ящики с археологическими инструментами, контейнеры со специальными приборами для измерения излучения Гипериона и, конечно, тяжелый свинцовый контейнер с металлическим диском – ключевым компонентом для активации портала.

– Как далеко отсюда до храма Аполлона? – спросила Лейла, оглядываясь.

– Около четырех километров по берегу, – ответил Малик, указывая на восток. – Древний храм был разрушен еще во времена Гипатии, но его руины сохранились до наших дней. Сейчас это туристический объект, но я позаботился, чтобы сегодня там никого не было. Официальная версия – археологические работы.

Он улыбнулся, отмечая предусмотрительность своего плана.

– Нас ждут два джипа, – продолжил он. – Доберемся до места за полчаса. Там нас встретит местный проводник, который знает все пещеры на побережье.

– Вы хорошо подготовились, – заметила Лейла. – Давно планировали эту экспедицию?

– Годы, доктор Хассан, – ответил Малик, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на фанатичный блеск. – Я посвятил этому поиску почти десять лет своей жизни. Изучал каждый фрагмент информации о Гиперионе, который мог найти. Но именно вы дали нам последний ключ к разгадке.

Он хлопнул в ладоши, подзывая своих людей.

– Время не ждет! Загружаем оборудование и выдвигаемся!

Дорога к храму Аполлона проходила вдоль живописного побережья. В другой ситуации Лейла, возможно, наслаждалась бы видами, но сейчас её мысли были заняты совсем другим. Она лихорадочно искала способ сорвать планы Малика, не подвергая опасности заложников, оставленных в оазисе Сива.

Сидя в джипе рядом с Маликом, она внимательно наблюдала за местностью, сверяя её с описаниями Гипатии. Скоро они проехали мимо скалистого выступа, профиль которого действительно напоминал лежащего титана – гигантское каменное лицо, смотрящее в небо.

– Там, – сказала Лейла, указывая на скалу. – "Скала, напоминающая профиль спящего титана" – так писала Гипатия.

Малик кивнул водителю, и джип остановился. Следом притормозила вторая машина с оборудованием и остальными членами команды.

– Мы близко, – сказал Малик, доставая бинокль и оглядывая побережье. – Где-то здесь должна быть бухта в форме полумесяца.

Лейла тоже посмотрела вперед. В нескольких сотнях метров от них берег действительно изгибался, образуя небольшую бухту с идеально полукруглой формой. Такая геометрически правильная форма не могла быть создана природой – это определенно был результат метеоритного удара, как и описывала Гипатия.

– Вон там, – указала Лейла. – Видите бухту?

Малик взглянул в указанном направлении и удовлетворенно кивнул.

– Вижу. Действительно, форма полумесяца. Продолжаем движение.

Джипы двинулись дальше по извилистой прибрежной дороге. Вскоре они достигли небольшой площадки над бухтой, где уже ждал человек – седой грек в выцветшей рыбацкой одежде.

– Ставрос, наш проводник, – представил его Малик, когда они вышли из машин. – Он знает каждый камень на этом побережье.

Старый грек кивнул в приветствии и заговорил на английском с сильным акцентом:

– Мистер Малик сказал, вы ищете особую пещеру. Под водой, да?

– Не совсем под водой, – ответила Лейла. – Доступную только во время отлива.

Ставрос задумчиво почесал седую бороду.

– Здесь несколько таких пещер. Отлив будет через три часа. Тогда я смогу показать вам все.

– У нас нет трех часов, – нетерпеливо сказал Малик. – Мы должны найти пещеру немедленно.

– Без отлива невозможно, – пожал плечами Ставрос. – Вода высокая, все входы под водой.

Малик раздраженно повернулся к одному из своих людей.

– Костас, принеси акваланги. Мы будем нырять.

Ставрос покачал головой.

– Не советую, господин. Течения сильные, пещеры запутанные. Можно заблудиться, утонуть. Лучше ждать отлива.

– Мы не можем ждать, – отрезал Малик. – Астрономическая конфигурация наступит в полдень, у нас есть только несколько часов.

Он повернулся к Лейле.

– Доктор Хассан, вы умеете плавать с аквалангом?

– Да, – ответила она, вспоминая курсы дайвинга, которые проходила во время экспедиции в Александрию несколько лет назад. – Но Ставрос прав, это опасно.

– Опаснее не успеть, – возразил Малик. – Такая конфигурация звезд повторится только через сотни лет.

Он начал отдавать распоряжения своей команде, и вскоре оборудование для дайвинга было выгружено из джипов. Четыре человека, включая Малика и Лейлу, должны были погрузиться в воды бухты в поисках пещеры. Остальные оставались на берегу с основным оборудованием, ожидая сигнала.

Пока они готовились к погружению, Лейла обратила внимание на свинцовый контейнер с диском из Гипериона. Он был тщательно упакован в водонепроницаемый кейс, который Малик намеревался взять с собой под воду.

– Вы уверены, что стоит брать диск? – спросила она. – Мы могли бы сначала найти пещеру, а потом вернуться за ним.

– Диск не покинет меня ни на минуту, – твердо сказал Малик. – Особенно сегодня, когда его активность достигла пика.

Лейла хотела возразить, но заметила предостерегающий взгляд Ставроса. Старый грек едва заметно покачал головой, словно говоря: "Не спорьте".

Через полчаса они были готовы к погружению. Лейла в гидрокостюме стояла на краю скалистого выступа, глядя на лазурные воды бухты. Внешне спокойные, они скрывали опасные течения и запутанную сеть подводных пещер. Старик Ставрос, несмотря на свой возраст, тоже облачился в гидрокостюм – он настоял, что будет их проводником.

– Держимся вместе, – инструктировал Малик. – Ставрос впереди, потом я, доктор Хассан и Райан замыкающим. Связь по подводным коммуникаторам. Ищем вход в пещеру, который будет соответствовать описанию Гипатии.

Лейла проверила своё снаряжение в последний раз. План начинал формироваться в её голове. Если она сможет незаметно отделиться от группы в запутанных пещерах и каким-то образом завладеть диском… Но это было рискованно. Слишком рискованно.

Один за другим они погрузились в воду. Видимость была хорошей – не менее десяти метров. Ставрос уверенно вел их вдоль скалистого основания бухты, где в известняковой породе зияли многочисленные трещины и отверстия – входы в подводные пещеры.

– Смотрите символы, – прозвучал голос Малика через коммуникатор. – Гипатия должна была оставить метки у входа в нужную пещеру.

Они медленно плыли вдоль скалистой стены, внимательно осматривая каждый потенциальный вход. Лейла вспомнила описание из манускрипта: "Вход отмечен знаком Змееносца – символом медицины и трансмутации".

Она тщательно изучала поверхность скал, пока наконец не заметила небольшой, почти незаметный знак, высеченный в камне рядом с одним из входов – стилизованное изображение человека, держащего змею. Символ Асклепия, бога медицины, часто отождествляемого со Змееносцем.

– Здесь! – сообщила она через коммуникатор, указывая на знак.

Малик быстро подплыл к ней, внимательно изучил символ и кивнул. Он жестом приказал Ставросу проверить вход. Старый грек осторожно заглянул в темный проем, затем включил мощный подводный фонарь и начал медленно продвигаться внутрь. Остальные последовали за ним.

Подводный тоннель был узким и извилистым. Они плыли друг за другом, освещая путь фонарями. Стены пещеры были покрыты странными узорами – то ли естественными формированиями, то ли древними символами, высеченными в камне. Лейла заметила, что некоторые из них напоминали знаки из манускриптов Гипатии.

Через несколько минут тоннель начал подниматься, и вскоре они достигли поверхности воды в большой подводной пещере. Выбравшись из воды на каменный выступ, они сняли маски и огляделись.

Пещера была просторной, с высоким сводчатым потолком, покрытым сталактитами. В центре располагалось небольшое озеро – продолжение подводного тоннеля, через который они прибыли. Но самым впечатляющим было то, что стены пещеры, казалось, слабо светились зеленоватым светом.

– Невероятно, – выдохнул Малик, проводя рукой по светящейся поверхности. – Следы Гипериона. Вся пещера пропитана его излучением.

Лейла чувствовала странное головокружение, находясь в этом месте. Воздух казался густым, наполненным странной энергией, которая одновременно бодрила и вызывала беспокойство.

– Осторожно, – предупредила она. – Мы не знаем, как длительное воздействие этого излучения повлияет на нас.

– Оно уже влияет, – тихо сказал Ставрос, глядя на свои руки с выражением удивления на лице. – Я чувствую… странно. Молодо.

Малик проигнорировал их беспокойство и начал методично осматривать пещеру, освещая каждый уголок мощным фонарем.

– Где-то здесь должен быть основной фрагмент Гипериона, – сказал он. – Метеорит, о котором писала Гипатия.

Они разделились, исследуя разные части пещеры. Лейла заметила, что дальше пещера разветвлялась на несколько тоннелей, уходящих в глубь скалы. Возможно, там была возможность скрыться, если представится шанс.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.