Сергей Чувашов
Фэнтези. Морозный паттерн

В тот вечер мороз на улице был таким, что, кажется, даже воробьи замерзали на лету и падали, словно ледяные камушки. Воздух звенел, как хрустальный колокольчик, а выдох превращался в целое облако, которое могло бы уплыть в небо, если бы не ленилось и не таяло тут же, под самым носом.

Настя, закутанная в огромный шарф, похожий на гнездо обеспокоенной птицы, пробиралась по сугробам, ворча себе под нос:

– Ну вот, идеально. Просто великолепно. Минус двадцать пять, а автобус, как на зло, сломался. Наверное, у него замёрзла карбюраторная совесть. Или там топливный насос в депрессии. И у кого я только взяла эту работу на другом конце города? У человека, который явно верит, что избушка на курьих ножках – это элитное жилье.

Настя не верила в сказки. Она верила в логику, в расписание, в здравый смысл и в то, что любовь – это химическая реакция, придуманная поэтами для оправдания неадекватного поведения. Ее последние три свидания, устроенные через модное приложение, лишь укрепили ее в этой мысли. Один все время говорил о своей коллекции кактусов, второй пытался прочитать ей лекцию о квантовой физике, а третий… третий сбежал, не допив кофе, сославшись на то, что его кот объявил голодовку.

Отчаявшись дождаться общественного транспорта, она увидела спасительный огонёк. Вывеска гласила: «Кофейня «Снежинка». Без сахара, но с душой». Настя ринулась к двери.

Войдя внутрь, она ахнула. Это было не просто кафе. Это был уголок другого измерения. Стены были украшены причудливыми узорами, похожими на морозные рисунки на стекле, но они… переливались и тихо светились изнутри. В воздухе витал аромат свежесваренного кофе, корицы и чего-то еще, неуловимого, словно запах первого снега. За столиком в углу сидел парень. Лет двадцати пяти, в темно-синем свитере, с растрёпанными волосами цвета воронова крыла и с таким сосредоточенным видом, будто от его работы зависели судьбы миров. Перед ним стоял не просто ноутбук. Это был тонкий, почти прозрачный девайс, на экране которого танцевали и переплетались струны света, складываясь в сложные трёхмерные схемы.

Настя, дрожа от холода, подошла к стойке и заказала большой капучино с двойной порцией сливок. Пока бариста готовил напиток, она невольно наблюдала за парнем. Он что-то бормотал себе под нос, его пальцы порхали по клавиатуре.

– …первичная инициализация провалена… эмоциональный отклик ноль… странно, по всем параметрам они идеальная пара… Ага, вот оно! Пропущен семантический нюанс в модуле общих интересов. Исправляю.

Он взглянул на экран, и по его лицу пробежала тень разочарования. Он откинулся на спинку стула и провёл рукой по лицу. И в этот момент его взгляд встретился с взглядом Насти. Глаза у него были… ледяные. Но не холодные. А как горный ледник, подсвеченный утренним солнцем – пронзительные, светящиеся изнутри, с лёгким синеватым отливом.

– Здравствуйте, – сказал он, и голос у него был бархатный, глубокий, словно эхо в заснеженном лесу.

– Здравствуйте, – сдержанно кивнула Настя, забирая свой дымящийся стакан.

– Простите за любопытство, – парень улыбнулся, и в уголках его глаз собрались лучики смешинок. – Но вы только что смотрели на меня с таким выражением лица, будто я пытаюсь починить летающую тарелку с помощью вилки.

Настя фыркнула, поднося кофе к губам.

– Ну, что-то вроде того. Вы либо гениальный хакер, либо играете в очень сложную видеоигру.

– И то, и другое, в некотором роде, – загадочно ответил он. – Меня зовут Морозко.

– Серьёзно? – Настя подняла бровь. – Как у сказочного деда? Родители, наверное, любили зимние праздники.

– Не совсем, – он снова улыбнулся. – Это… псевдоним. Функциональный. А вас?

– Настя. И я предпочитаю функциональность сказочности.

– О, это заявление! – Морозко оживился. – Значит, вы не верите в волшебство?

– Я верю в законы физики, в теорию вероятности и в то, что кофе остывает быстрее, если за ним следить, – отрезала она, делая глоток.

– Прекрасный набор убеждений! – Он захлопнул ноутбук. Струны света на экране погасли. – А в любовь верите?

– Любовь – это неудачный паттерн поведения, вызванный избытком окситоцина и вазопрессина, – с важным видом процитировала Настя вычитанную где-то фразу.

Морозко рассмеялся. Его смех был похож на звон сосулек.

– Потрясающе! Настя, вы – ходячий вызов для моего детища. Я создал кое-что. Алгоритм. Я называю его «Морозный Паттерн». Он анализирует миллионы точек данных – от музыкальных предпочтений до ритма сердцебиения во сне – и с абсолютной точностью находит людям их идеальную вторую половинку.

Настя скептически покачала головой.

– И что, ваш «Паттерн» может учесть, что человек в понедельник ненавидит весь мир, а в пятницу готов его обнять? Или что он обожает запах мандаринов, но терпеть не может их чистить?

– В этом-то и красота! – воскликнул Морозко, его глаза загорелись с новой силой. – Алгоритм учится. Он видит не статичную картинку, а динамический поток сознания и эмоций. Это не анкета в соцсети, это… цифровая душа.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.