Олег Рудаков
СМЕРТНЫЙ ПРИГОВОР

Глава 1

На втором этаже лаборатории сверхбыстрых частиц, который все сотрудники называли балконом, собралась половина учёных и все рабочие, занятые в этом эксперименте.

Это был понедельник. Понедельник, потому, что все важные эксперименты начинались именно в первый день недели и продолжались до тех пор, пока они не закончатся. А это был важный эксперимент. Если не сказать, что самый важный.

Вторая половина сотрудников находилась внизу на своих постах, внимательно наблюдая за работой гигантского устройства на своих экранах. Устройство размещалось в огромном ангаре, который и был, вместе с балконом, научно-исследовательской лабораторией.

Алексей Николаевич восседал на своём законном месте за столом. Стол, как и весь балкон, был защищён толстенным бронированным стеклом. Сквозь стекло хорошо просматривалось всё устройство, а что не было видно, транслировалось на экраны на столах учёных.

Каждый учёный отвечал за свою часть исследовательской программы и внимательно следил только за тем, в чём он сам участвовал, и что ему поручили. Только Алексей Николаевич, будучи ответственным за всю программу, следил не только за этим гигантским устройством, но и за людьми, ему подчинёнными, за разнообразными информационными устройствами, за стенами этого здания, да мало ли ещё за чем. В том числе, чтобы еду вовремя привезли.

– Ну что, поехали, – сказал Алексей Николаевич, – ворота, открывайтесь!

Ворота, сделанные из стали метровой толщины, медленно и бесшумно открылись наружу. За ними обнаружилась громадная яма, соединённая с полом лаборатории наклонным пандусом, а вверх уходила труба большого диаметра.

Раздался громкий щелчок, который предварил шум переливающейся жидкости, затем шум прекратился, раздался ещё щелчок, потом что-то загудело, и со стороны ворот появился небольшой синий факел.

Вдруг из ближней к балкону секции установки стал выползать метровый фиолетовый шар. Он выполз, поднялся метра на два и неподвижно завис над устройством.

Через секунду из следующей секции установки стал выползать такой же шар.

Установка состояла из 15-ти секций, каждая из которых была окружена бронированными капсулами и их них по очереди неторопливо выплывали фиолетовые шары. Когда последний шар встал на одну линию с остальными шарами, он резко двинулся к предыдущему шару, соединился с ним, стал в два раза больше и с огромной скоростью полетел к следующему шару, где снова увеличился.

За неизведанным процессом, с открытыми ртами наблюдали все сотрудники лаборатории, включая и заместителя начальника заведующего лабораторией.

Добравшись до последнего шара и увеличившись в размерах в четырнадцать раз, гигант начал медленно, с аппетитом поглощать и пятнадцатый. Когда он его поглотил, раздался неимоверно мощный взрыв. Осколки бронированного стекла, столы, регистрирующие приборы, люди – всё сгорало в адском пламене, превращалось в пепел и с диким шумом вылетало в вертикальную трубу за тяжёлыми стальными воротами.

Через три часа всё кончилось. В лабораторию на балкон вошла спасательная команда. Лаборатория была чиста. Первозданно чиста. И только в углу балкона в белом, без единого пятнышка халате, лежал человек.

Глава 2

В зале судебного заседания всё было готово к заключительному слушанию. Заинтересованные и незаинтересованные лица расселись по своим местам. В зал зашли два прокурора и два защитника и тоже сели на свои места – друг напротив друга. У стены, рядом с местом судьи, была установлена клетка для подсудимого. На самом деле это была вовсе и не клетка, а параллелепипед из бронебойного стекла, но, по привычке, его называли клеткой. Она была пуста. В зал вошли два полицейских, которые вели закованного в наручники седого мужчину к той самой клетке. На входе в клетку они сняли с него наручники и закрыли за ним стеклянную дверь.

– Суд идёт, – произнёс вошедший в зал секретарь суда. Все встали в ожидании, когда вошедший из потайной двери судья поднимется на постамент и сядет на свой трон. И только потом остальные, в том числе и подсудимый, стали усаживаться на свои стулья. Кроме полицейских.

– На сегодняшнем заседании будет рассмотрена апелляция подсудимого о замене назначенной смертной казни на пожизненное заключение, – сказал судья и сквозь очки внимательно осмотрел зал судебного заседания. Никто не шелохнулся.

Судья откашлялся. Видимо заседание будет долгим. Так и есть – судья, неизвестно откуда, достал том дела, откашлялся ещё раз и приступил к чтению содержимого. Читал он долго и нудно, изредка протирая запотевшие круглые очки.

– Подсудимый, защита не предоставили в суд дополнительных материалов, – судья помолчал и продолжил, – Том первый. Подсудимый Бочаров Алексей Николаевич, будучи заместителем заведующего лабораторией сверхбыстрых частиц, убил огромное количество сотрудников и признан виновным в массовом умышленном убийстве сотрудников указанной лаборатории. Судом предыдущей инстанции подсудимый Бочаров Алексей Николаевич признан виновным по всем пунктам обвинения и приговорён к смертной казни. Суд рассмотрел апелляцию подсудимого, проверил доводы прокуратуры.

Судья сделал внушительную паузу, осмотрел зал судебного заседания и продолжил читать.

– Выслушав обвиняемого, стороны защиты и стороны обвинения Суд не нашёл смягчающих обстоятельств в деле, – сказал судья.

– Суд уходит на совещание, – судья встал. Встали все в зале судебного заседания, а судья скрылся за потайной дверью.

Прошло минут тридцать и потайная дверь начала открываться.

– Суд идёт, – произнёс вошедший в зал секретарь суда.

Из дверного проёма появился судья и все стоя стали ждать, когда он доберётся до своего трона. Судья сел. Вслед за судьёй сели все – подсудимый, прокуроры, адвокаты и заинтересованные и незаинтересованные лица.

– Рассмотрев апелляционное заявление подсудимого, суд постановил: оставить решение суда низшей инстанции в силе и признать подсудимого виновным со дня вынесения приговора судом низшей инстанции. Решение обжалованию не подлежит.

Голова осуждённого опустилась на грудь, плечи поникли. Казалось, что и ростом он стал чуть ниже. Адвокаты тоже были хмурыми. И только прокуроры чувствовали себя более чем уверенно. Ведь они хорошо подготовились к судебному заседанию.

В это время в зал вошла группа вооружённых малогабаритными автоматами людей в чёрном. Чётким шагом они подошли к судейской трибуне, и, судя по всему, старший отдал судье записку. Судья долго изучал бумажку, даже надел очки, затем наклонился к уху подателя и что-то прошептал. Старший развернулся и вместе с группой направился к клетке. Полицейский посмотрел на судью, ожидая одобрения, затем открыл дверь и надел наручники на заключённого.

– Теперь он ваш, – сказал полицейский. В зале не понимали того, что происходит и только адвокаты и прокуроры могли предположить, что произошло нечто необычное и противоречащее Уголовному кодексу.

Судья попросил не покидать зал ещё пять минут и через пять минут зал опустел.

Глава 3

Его вели по длинному сырому, слабо освещённому коридору. Звук цепи, соединяющей кандалы на ногах, цепи, соединяющей цепь кандалов на руках, был омерзителен и впивался в мозг заключённого болезненными иглами. Кандалы, цепи – всё это было тяжёлым, ржавым и грязным. Они шли и шли куда-то по нескончаемому коридору.

В конце концов, колонна людей, возглавляемая старшим, дошла до конца коридора. Справа была запертая дверь с огромной цветной фотографией планеты. Старший обернулся к осужденному и, кивнув на фотографию, коротко сказал: – Марс.

– Я надеюсь, что за дверью не Марс? – грустно пошутил осуждённый. Ответа он не получил.

Они стояли перед дверью минут пять и наконец, замок щёлкнул и дверь открылась. За ней никого не было. Очередной коридор не казался бесконечным. Он был ярко освещён невидимыми источниками света и упирался в огромную цилиндрическую конструкцию, простиравшуюся вверх на очень большую высоту. Группа с автоматами стала подниматься по винтовой лестнице и, когда дошла до первой же площадки, остановилась у двери.

– Входите, – сказал старший заключённому, – здесь Вы поживёте некоторое время, – снимите с него кандалы, – приказал он своим подчиненным.

Заключённый попытался что-то спросить, но старший сказал, – Никаких вопросов, никакой информации. Ничего.

Заключённый зашёл вовнутрь, и дверь за ним закрылась.

Стало темно и осуждённый стал шарить рукой по стене, пока не нашёл выключатель. Свет медленно разгорелся и он увидел, что находится в огромной комнате квартиры. На дальней стене располагалось чёрное, без каких либо отражений и отблесков, окно. Оно было от пола до потолка и от стены до стены. И его смутила только бесконечная глубина черноты за стеклом. Он не стал подходить к окну и поискал глазами, куда можно присесть. Диван. Он направился к нему. Диван был кожаный и накрепко привинчен к полу. Как в тюрьме. Наполовину, правда. Там кожи нет и в помине.

Свет был приглушённый и не мешал ни спать, ни бодрствовать. Однако осуждённый уже через некоторое время не смог сказать, сколько же он здесь находится – день, два, три, может быть месяц. Не было никаких меток, не за что было зацепиться. Осуждённый подошёл ко входной двери и хотел было постучать в неё, и он даже поднял руку, но тут перед его мысленный взором предстала бесконечная вертикальная шахта, винтовая лестница с редкими горизонтальными площадками и с надёжными стальными дверьми, закрывающими тех, кто за ними находится.

Он попытался вспомнить, сколько раз он ел, вспомнить, как подавали ему еду, но это ничего не давало. Еда всегда оказывалась на столе, когда его что-нибудь отвлекало. Грязные тарелки исчезали также незаметно, как и появлялись наполненные едой. Собственно, знание сколько, когда и чего он съел, тоже ни к чему не привело. Осуждённый бросил попытки определить своё местоположение во времени.

Глава 4

Сидя на кожаном диване, он не отрываясь смотрел ровно в центр чёрного окна. Не раз он вот также сидел и рассматривал именно эту точку. Один раз он даже встал, подошёл к окну и, что было силы, ударил по нему кулаком. Было больно. Очень. Но терпения ему не занимать и он, потирая кулак, вернулся на диван и снова уставился в центр чёрного окна.

Однако в этот раз кое-что изменилось. В центре окна появилась маленькая точка. Она росла, росла, пока не превратилась в старшего.

– Здравствуйте, – сказал старший.

– Здравствуйте, – ответил осуждённый.

– Надеюсь, Вы не забыли, что Вас приговорили к смертной казни, – снова сказал старший.

– Нет, не забыл. Такое не забудешь до самой смерти, – ответил осуждённый, грустно улыбнувшись собственному каламбуру.

– Да. На всякий случай. Стекло этого окна непробиваемо. Ни чем.

Осуждённый незаметно посмотрел на свой кулак. Кулак болел, но уже не так сильно.

Несмотря на то, что старшего и осуждённого разделяло толстое бронированное стекло, слышали они друг друга так, словно оба находились в одном помещении.

– И так. На чём я остановился? Ах да. Смертная казнь. Так вот, мы отобрали одну тысячу осуждённых на смертную казнь. Ровно одну тысячу – ни на одного больше, ни на одного меньше. Пятьсот мужчин и пятьсот женщин. Из разных стран, говорящих на разных языках, с разным уровнем образования и разного возраста. Понятно я изъясняюсь?

– Пока, да.

– Всех приговорённых к смертной казни мы изъяли из мест их временного пребывания и свезли сюда.

– Но…

– Вы последний. Тысячный. А это, там, где Вы находитесь, космический корабль с одной тысячей смертников. В смысле тех, которых приговорили к высшей мере. И вы полетите на Марс.

– Но…

– На корабле нет никаких систем управления, никаких навигационных приборов. Всем будет управлять Космический Центр Управления Полётом с Земли. Топлива хватит до Марса и немного для непредусмотренных манёвров. Еды на год. На год на Марсе. Поэкономите – то и на дольше. А затем – подножный корм. Да. И читайте инструкцию. Прощайте, – старший развернулся и начал удаляться.

– Но…, – осуждённый ошеломленно  смотрел на удаляющуюся фигуру, которая постепенно превратилась в светящуюся точку в центре окна и исчезла.

Значит, моя трёхкомнатная квартира вовсе и не квартира, а огромная каюта! И эта каюта находится на гигантском космическом корабле. И в нём находится ещё девятьсот девяносто девять таких же кают, в которых находятся девятьсот девяносто девять заключённых, приговорённых к смерти. СТОП! Всем нам отменили смертную казнь! Нет! Не отменили. Ни на Земле, ни в космосе, ни на Марсе. Мы как были приговорённые, так и остались. А что нас всех ждёт в космосе? А при посадке на Марс? А на Марсе?

Глава 5

Под ногами стала ощущаться едва заметная вибрация. Ну вот. Началось. Осуждённый посмотрел в чёрное окно. Там ничего не изменилось.

Неожиданно очнулся громкоговоритель и приятным женским голосом сказал: – Подойдите к дивану, возьмите ремни безопасности, наденьте на себя и затяните потуже.

Заключённый так и сделал. Вибрация постепенно возрастала. Окно неожиданно посветлело, и белые клубы дыма закрыли всё кругом. Когда они рассеялись, внизу стало видно землю, какие-то строения, речки, горизонт. Затем окно снова потемнело и стали видны звёзды.

Приятный женский голос сказал: – Через десять секунд наступит невесомость. Не освобождайтесь от ремней и не пытайтесь встать. И действительно, через десять секунд наступила невесомость. Руки его поплыли вверх, а тело перестало прижиматься к дивану. Если бы не ремни, то и он сам бы, вслед за руками, оправился бы к потолку.

А через полчаса к горлу подступила тошнота. Она быстро отступила, но быстро накатила с ещё большей силой. Каждый раз тошнота отступала, но потом накатывала всё сильнее и сильнее.

Приятный женский голос сказал: – Через один час и десять минут появится искусственная гравитация. Приготовьтесь. Вначале она будет очень маленькая. Но постепенно начнёт расти и через две недели по земному времени достигнет половины земной гравитации. Приятного полёта.

Осуждённый в это время корчился в ремнях на кожаном диване, пытаясь предотвратить позывы невесомости. Он уже понял, что приводить всё в порядок в этой каюте придётся ему самому.

Через полтора часа, как и обещал бестелесный голос, появилась микрогравитация. Все незакреплённые предметы начали плавно опускаться вниз, в том числе и тело осуждённого вместе с ремнями безопасности. Тошнота немного отступила, но и этого было достаточно, чтобы он смог взглянуть в окно. Звёзд было так много, что они, практически закрывали чёрные промежутки между собой. Медленно стал появляться краешек Земли, но и он постепенно исчез. Вероятно, КЦУП завершил коррекцию траектории нашего корабля.

Когда искусственная гравитация достигла расчётной величины, женский голос сказал: – Покиньте свою каюту и по указателю идите к лифту. Он доставит Вас до нужного этажа.

– Хорошо, – ответил осуждённый и подошёл к шкафу. Дверца немедленно отъехала в сторону, предоставив одежду на выбор. Брюки, рубашку, галстук, пиджак – осуждённый выбрал привычный комплект, согласовав его по цвету. Одевшись, он глянул на себя в большое зеркало и остался удовлетворённым.

– Ну, что, двинули, – и он направился к входной двери. Та моментально открылась, как будто только его и ждала.

"ЛИФТ ТАМ". Перед его глазами появился указатель со стрелкой и он, молча согласившись с ним, направился по стрелке.

В этот раз в шахте не было никаких винтовых лестниц. Да и шахты тоже. Может она и была в центре корабля, только она была изолирована и в ней что-то тихо шумело.

Осуждённый шёл по кругу мимо бесконечного числа одинаковых стальных дверей. Неожиданно на одной из дверей появилась надпись "ЛИФТ". Осуждённый остановился, и дверь тут же открылась. За дверью оказались двери обычного лифта. Они разошлись, открыв кабину. Осуждённый зашёл, двери закрылись, и лифт плавно двинулся к своей конечной цели.

Куда он идёт, вверх или вниз, было не понятно. Разгон и торможение были слишком плавными, и плюс низкая гравитация. Поэтому, когда двери лифта открылись, заключённый подумал, что они стояли на месте. Однако голос сказал: – Приехали. Можно выходить.

В открывшемся проёме он увидел большое количество людей, идущих в одном направлении. Некоторые поворачивали головы и с любопытством осматривали вновь прибывшего. Вновь прибывший вышел из лифта и влился в толпу идущих. Как оказалось, шли они в зал собраний.

Зал был огромный и круглый. Сцены не было. Кресел было, надо полагать, ровно одна тысяча. Ни больше, ни меньше. И если кого-то не будет, то это увидят все.

– Добрый день. Хотя здесь это не имеет значения. Вы летите на Марс, и будете там создавать колонию поселенцев. Вы будете первыми. Вам надо беречь друг друга, помогать друг другу. В противном случае вы не выживете. Программа работ, которые необходимо выполнить написана на бумажном носителе и имеется у каждого. Кроме того, на любом этаже программа записана в компьютере и доступна любому переселенцу. Теперь. Почему выбрали именно вас. Вы все приговорены к смертной казни и, так или иначе, вы бы погибли на земле. А в космосе… Вы прошли уже первую смертельную стадию и остались живы. Вторая смертельная стадия – разгон корабля, и вы тоже её прошли. Впереди самая долгая стадия – полёт на Марс. И эта стадия будет длиться по расчётам специалистов, не менее шести месяцев. И да, я не представился – Искусственный Интеллект, – Искусственный Интеллект замолчал. Надобности в нём пока не было.

Гигантский космический корабль, в котором находилась одна тысяча пассажиров и ни одного члена экипажа, летел по замысловатой траектории к четвёртой планете от Солнца – к безжизненному и холодному Марсу.

Осуждённый вышел из зала и пошёл в сторону своего лифта. Он проходил мимо огромного количества железных дверей, но ни на одной из них не зажглось надписи "ЛИФТ". Он шёл так долго, и ему даже показалось, что он уже был здесь, но этому не было никаких подтверждений. И сзади, и спереди, в бесконечной череде, стальная стена разрывалась только стальными дверьми. И в бесконечном коридоре не было никого, кого он мог бы спросить. Вдруг, несколько позади, на одной из дверей зажглась надпись "ЛИФТ". Не раздумывая, осуждённый развернулся и бросился к ожившей вдруг двери. При его приближении дверь послушно открылась, словно приглашая его войти внутрь. Внутри был тот же самый лифт. И в нём ни одной кнопки.

Осуждённый зашёл. Осуждённый не всегда был осуждённым. Когда-то, давным-давно, наверное, в другой жизни, он работал в закрытом Центре Исследования Сверх Высоких Энергий и достиг права называться учёным. И никто, понимаете, никто не мог сказать, что он что-то преступает, что он преступник. А теперь он преступник. Так сказал судья и подписал смертный приговор…

Лифт немного подумал и, закрыв дверь, потихоньку двинулся по нужному адресу. В этот раз учёный решил внимательно рассмотреть лифт. Он и раньше ездил в лифтах, но никогда не рассматривал их. Тогда его интересовали только кнопки с номерами этажей и, поскольку лифты никогда не ломались, его не интересовало и всё остальное. Сейчас другое дело. В лифте ничего нет, но лифт «знает», куда ему ехать и где остановиться.

Обычная коробка из хорошо отполированной нержавейки, без единого шва и автоматическая дверь. Такое впечатление, что кабину лифта штампанули из одного листа. Дверь закрывалась герметично, но свежий воздух всё равно поступал в кабину лифта. Это единственное, что было необычного в этой кабине. По крайней мере, с первого взгляда. Ему показалось, что в центре стенки лифта пробито, именно пробито, а не просверлено, очень маленькое отверстие. Он начал приближаться к странному месту, как дверь лифта открылась, и очень настойчивый голос попросил его выйти в коридор.

«А если не выйду? То что? Повесите? Без гравитации?» – подумал он, но всё-таки вышел из кабины.

На удивление, лифт остановился напротив его двери, хотя здесь стена коридора была совершенно гладкая, и там не было никаких дверей и никаких лифтов.

На пороге он на всякий случай обернулся и, вместо лифтового проёма, увидел совершенно гладкую стальную стену. На этот раз свет в помещении зажёгся сам, и он сразу увидел огромную чёрную стену, за границей которой неподвижно стояли и излучали свет миллиарды звёзд. Вверху Марса видно не было. Земли, внизу, видно не было тоже.

Искусственная гравитация росла медленно. Корабль экономил топливо. Но так сильно не наэкономишь – можно удлинить траекторию и тогда топлива нужно будет не меряно.

И тут, будто бы кто-то услышал умственные рассуждения учёного, мощность ракетного двигателя увеличилась и, соответственно, возросла гравитация, и увеличился вес. Вес не только учёного, но и всех приговорённых к смертной казни на этом корабле.

Прошло десять дней.

«А всего сто восемьдесят. Вроде, как и не мало. Хотя ничтожно мало», – подумал учёный.

– К Вам делегация, – сказал Искусственный Интеллект.

– Я никого не звал, не приглашал и не договаривался, – ответил учёный.

– Это люди, приговорённые к казни, – настаивал Искусственный Интеллект.

– Чёрт с тобой. Покажи их, – учёный повернулся к окну.

Гигантское окно немедленно превратилось в гигантский экран, на котором отразилась группа людей, идущих по коридору.

– Вообще-то, я не это имел ввиду, – и учёный обвёл рукой экран.

– Но Вы повернулись к окну, поэтому я его и использовал, – ответил Искусственный Интеллект.

– Они идут ко мне? Откуда они знают мой этаж, мою дверь?

– Это уголовники. По самым злостным статьям. Потому и узнали. А как узнали? Да мало ли как.

– Чего они хотят?

– Не знаю. Меня это не интересует, – Искусственный Интеллект замолчал.

Экран продолжал показывать группу людей и без единого шва металлические стены коридора.

– Когда они подойдут, впустите одного из них. Самого главного, – наконец сказал учёный.

– А как я узнаю, кто из них главный? – спросил Искусственный Интеллект.

– Да как-нибудь, – ответил учёный.

Слабый ветерок прошёлся по помещению, и учёный понял, что дверь открылась, впустив главного этой делегации.

В комнату вошёл огромный детина, лет сорока. Детина стал молча разглядывать учёного, пытаясь понять, справится ли этот недоделок с той ролью, которую отвёл ему он и его помощники. Учёный ждал. Уж чего-чего, а этого ему не занимать. Наконец детина сказал, что ему нужен умник, типа него. А если что не так… И детина показал жест, которым сворачивают голову.

– Понял?

– Я понял. Но мне надо немного подумать, – ответил учёный.

– А чё тут думать-то? Раз – и в дамки, – детина двинулся к учёному, – порешу тебя и всё думаньё.

– Не стоит никого убивать на этом корабле. Это рабочие руки. И эти руки ещё пригодятся и здесь, и на Марсе, – неожиданно вмешался Искусственный Интеллект.

Детина остановился и поискал глазами источник звука. Ему не понравилась идея за кого-то работать.

– Ну, ладно, рабочие, так рабочие.

– Погоди, я принял Ваше предложение, – сказал учёный.

– Это не предложение. Это требование. И обязательное, – детина развернулся и пошёл на выход. Дверь открылась и закрылась.

Учёный недолго постоял в задумчивости, а затем повернулся к окну. В окне снова были звёзды.

– Скажите, почему он или они, выбрали именно меня? – просто так, не ожидая ответа, в воздух, не то сказал, не то спросил учёный.

– Это просто, – неожиданно ответил Искусственный Интеллект, – он самый сильный и, заодно, не самый умный. Вы, наоборот, самый умный, естественно, из них, и далеко не самый сильный. А вместе Вы и он, умный и сильный. Лидеры этих отбросов. Ваш ум и его кулаки. В данной ситуации меня удивляет только одно: почему вы сами до этого не догадались.

– Это не укладывается в мою голову. Я думаю по-другому. Это нелепость. Лучше быть дураком среди гениев, чем гением среди дураков. Это моё главное правило, исключающее даже возможность подобного объединения. Может поэтому я до подобной мысли не додумался?

– Вы многое потеряете, – ответил Искусственный Интеллект и замолчал.

Глава 6

В окне были только звёзды. Крупные и мелкие, едва различимые, объединённые в созвездия и одиночные. Только ни Земли, ни Марса, ни Солнца видно не было.

– Земля внизу, Марс вверху, а Солнце сбоку от корабля, с другой стороны, поэтому их и не видно, – сказал ИИ.

– Я знаю. Ведь до приговора я был космофизиком. Собственно, почему был? Я и сейчас космофизик. Двигатель этого корабля я и разработал, – ответил учёный.

Прошло три месяца. Учёного никто не беспокоил. Исправно появлялась пища на столе, и также исправно исчезали использованные столовые приборы. Всё шло своим чередом. Неожиданно, звёзды в окне пришли в движение. Они пошли назад, появились новые звёзды и Солнце. Так продолжалось дня три и, наконец, новые звёзды и Солнце успокоились.

В дверь отсека начали бешено тарабанить.

– Кто там? – спросил учёный, неторопливо подойдя к двери.

– У нас несколько вопросов, – грохот стука прекратился.

– Войдёт только один. Он и получит ответы на все вопросы. Если они, конечно, есть, – сказал учёный.

Он вернулся в зал, к окну.

– Покажи коридор.

В коридоре находилась группа людей. Они совещались. В конце концов, от них отделился один человек, подошёл к двери и постучался. Дверь, впуская его, открылась и тут же бесшумно закрылась. Человек обернулся и начал испуганно озираться. Рассказы смертников внушили ему ужас перед тем, кого он должен был сейчас увидеть, и, оставшись с ним один на один попытаться узнать, что творится с их космическим кораблём.

Из полутьмы помещения на свет вышел учёный. Казалось что за его спиной, во тьме, открылся проход в открытый космос к мерцающим звёздам. Он не был таким страшным, каким его рисовало воображение. Он был нормальным человеком, и от этого посланнику стало ещё страшней. Он прижался спиной к двери и мгновенно покрылся холодным потом.

Учёный ждал. Он был терпеливый, но и его терпению пришёл конец.

– Ну, – сказал он.

Посланник молчал и только его испуганные глаза смотрели то на учёного, то на космос позади, то снова на него.

– Это, в самом деле, космос? – спросил посланник, показывая рукой на гигантское окно. Он хотел спросить другое и по-другому. Да и не входил этот вопрос в список интересов людей, пославших его сюда

– Да, – коротко ответил учёный.

Снова наступило молчание.

– У меня вот какой вопрос, – не поднимая взгляда от пола, сказал посланник, – многие из нас видели очень сильное изменение траектории корабля. Настолько сильное, что нос корабля стал направлен на Землю, а тяговые двигатели на Марс. И, что самое страшное, тяговые двигатели продолжают работать. В том же режиме.

Учёный после этих слов стал внимательнее слушать посланника. Он явно не дурак. Он может стать его помощником. Потом. Когда их корабль сядет на Марс.

– Когда нос корабля был направлен на Марс, то для создания силы тяжести на корабле непрерывно работал двигатель, направленный на Землю. Наша скорость медленно росла, а ускорение создавало силу тяжести. Где-то в середине пути, чтобы не выключать разгонные двигатели, мы сделали огромную петлю, и теперь наши разгонные двигатели превратились в тормозные. А петля позволила нам не потерять искусственную гравитацию, – сказал учёный.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.