Северин Дорн
VATS: Джокер. незванный гость

Глава 1

Воздух в узком переулке пах старым мусором, дешёвым китайским пластиком и страхом. Последним – больше всего. Запах доносился от трёх коренастых парней в спортивных костюмах, которые тесным кольцом окружили хрупкую девушку с сумкой, полной вязаных шапок и шарфов. Её звали Ирина, и она за полчаса до этого только что отдала им последнюю выручку за неделю.

– В следующий раз будет больше, – сипло цедил один, с бычьей шеей и кривой ухмылкой. – Бизнес у тебя налаживается. Платить будешь соответственно.

– Я… я больше не могу, – прошептала Ирина, съёживаясь. – Это всё…

– Всё что? – второй, с сигаретой за ухом, грубо шлёпнул её по щеке, не больно, но унизительно. – Крыша над головой тебе ещё нужна? Торговать тут ещё хочешь? Значит, можешь.

Третий, самый молчаливый, уже протягивал руку, чтобы обыскать её сумку в поисках спрятанных купюр.

Именно в этот момент с крыши одноэтажного бара, стоявшего в тупике, донесся весёлый, мелодичный голос.

– Эй, ребята! А вас не смущает диспропорция в численном составе? Трое на одного – это не по-спортивному. Нарушение правил ,нечестный прием!

Все четверо, включая Ирину, резко подняли головы. На краю крыши, свесив ноги в ярких разноцветных кедах, сидел парень. На нём была чёрная балаклава с принтом ухмыляющегося черепа. Он что-то жовал.

Бандиты опешили на секунду.

– Кто ты такой, урод? – прохрипел «Бычья шея».

– Я? – парень с крыши прыгнул вниз, приземлившись бесшумно, как кот. При свете единственного уличного фонаря стало видно его подтянутую фигуру в чёрных тактических штанах с неоново-розовыми швами. – Я местный специалист по… разрешению конфликтов. И по части юмора. А вы, я смотрю, с юмором туго. Надо это исправить.

Он закончил жевать и вынул изо рта пузырь. Лопнул его с громким щелчком.

Сигарета за ухом у одного из гопников сама собой вспыхнула с тихим фьють. Тот с визгом швырнул её на землю.

– Что за…?!

– Опасно это, курить в пожароопасных местах, – покачал головой незнакомец. Его стальные глаза за балаклавой сверкали весельем. – А ну-ка, ребята, давайте сыграем в игру. Она называется «Убеги от аниматора».

Он сделал шаг вперёд. Трое бандитов, опомнившись, полезли за отвёртками и монтировкой.

– Я тебя щас, паяльник…

Дальше всё произошло так быстро, что Ирина едва успела моргнуть. Незнакомец не дрался. Он танцевал. Увернулся от взмахнутой монтировки, подставил подножку первому, качнулся под удар второго, и тот угодил кулаком в плечо своему же товарищу. В воздухе свистел его нож нестандартной формы – волнистый клинок, раскрашенный под леденец.

Через двадцать секунд все трое лежали на асфальте, не раненные, но опутанные с головы до ног блестящей, липкой, невероятно прочной лентой, похожей на скотч. Они издавали глухие звуки, пытаясь вырваться.

Незнакомец подошёл к Ирине. Она отшатнулась.

– Тссс, спокойно, фея вязального цеха, – его голос сквозь маску звучал ободряюще. – Представление окончено. Билеты можно не сохранять.

Он наклонился, поднял её разбросанные шапки и аккуратно сложил их в сумку. Потом сунул руку в карман одного из связанных бандитов, вытащил пачку денег и протянул ей.

– Ваша выручка, кажется. С процентами за моральный ущерб.

– Кто… кто вы? – прошептала она.

Парень в маске черепа театрально взмахнул рукой, как фокусник.

– Для вас – случайное явление антикризисного менеджмента. Для них – – он кивнул на копошащиеся на земле «коконы», – персональный кошмар. А для этого города… – Он сделал паузу, и в его глазах мелькнула искорка чего-то нешутливого. – Пока просто Джокер. Незваный гость.

Он развернулся и, насвистывая какую-то беспечную мелодию, растворился в темноте переулка, оставив за собой запах жженого сахара, трёх связанных бандитов и одну потрясённую девушку, которая всё ещё сжимала в руках свою сумку и пачку денег.

Вдали, на стене, где только что сидел Джокер, теперь красовалась нарисованная баллончиком ухмыляющаяся рожица. Дебют состоялся.

Глава 2.

Утром следующего дня владелец небольшого кафе «У Марьи» на Старо-Рыночной площади, дядя Миша, с тоской смотрел на чёрный внедорожник, припаркованный прямо у его входа. Из машины вышли трое. Не уличные шпанёны, как вчера в переулке. Эти двое были в дорогих, но безвкусных костюмах, а между ними шёл человек, от которого веяло такой силой и уверенностью, что воздух вокруг словно сгущался.

Артём «Барон» Сумской. Широкий в плечах, с шеей борца, одетый в дорогую куртку, натянутую на мощный торс. Его лицо, когда-то открытое и улыбчивое под цирковым гримом, теперь было каменной маской с холодными, ничего не выражающими глазами. Он вошёл в кафе, и звонок над дверью прозвенел, как погребальный колокольчик.

– Михаил Петрович, – голос Барона был глухим, без эмоций. – Слышал, вчера у тебя были неприятности. Мои ребята… недоработали. Я принёс личные извинения.

Дядя Миша молча кивнул, сглотнув ком в горле.

– И принёс новый график платежей, – Барон положил на стойку конверт. – С учётом… возросших рисков. И расходов на новую охрану.

Владелец кафе посмотрел на цифры и побледнел. Это был грабёж.

– Артём… я не потяну…

– Все тянут, Михаил Петрович, – Барон слабо улыбнулся, и это было страшнее любой угрозы. – Просто кому-то приходится тянуть больше. Считай это инвестицией в наше… партнёрство.

В этот момент звонок над дверью снова зазвенел.

– Опа! – раздался весёлый голос. – А у вас тут, я смотрю, без меня совещание акционеров? Можно и мне вступить в клуб? Я, кстати, принёс вступительный взнос!

На пороге стоял Джокер. Он переминался с ноги на ногу, держа в руках… три воздушных шарика с нарисованными рожицами.

Барон медленно, очень медленно повернул голову. Его взгляд скользнул по разноцветным кедам, тактическим штанам, остановился на маске-черепе. В его глашах на секунду мелькнуло что-то знакомое, старая, давно забытая ярость.

– Лёха… – прошипел он. – Я слышал, ты вернулся. Нашёл себе новый костюмчик.

– Артём! – радостно воскликнул Джокер, будто встретил старого друга. – Как же я без тебя скучал! Без твоего… тонкого чувства юмора. Или что это у тебя вместо него?

Один из телохранителей сделал шаг вперёд, его рука потянулась под пиджак.

И вот тут началось.

Джокер не стал ждать. Он резко дёрнул руку с шариками. Раздался негромкий хлопок. Это не был выстрел. Это лопнул один из шариков, выпустив облако мелкой, блестящей мишуры. Она осела на телохранителях, ослепляя и отвлекая их на долю секунды.

Этой доли хватило.

Джокер рванулся вперёд. Его первое движение было не атакой, а уворотом. Он проскочил мимо первого охранника, как тень, и его нога – не босиком, а в жёстком носке тактического кеда – со всей силы врезалась в коленную чашечку второго. Раздался приглушённый, костистый хруст. Охранник с криком рухнул, хватаясь за ногу.

Первый, отряхнувшись от мишуры, успел выхватить пистолет. Но Джокер был уже рядом. Он не стал выбивать оружие. Вместо этого его левая рука, в перчатке со светящимися смайлами, резко брызнула ему в лицо из скрытого распылителя. Охранник закашлялся, зажмурился от едкой, но не опасной жидкости, пахнущей жжёной резиной и… клубникой.

Пока тот был дезориентирован, Джокер наступил ему на ногу, схватил за руку с пистолетом, провернул её вокруг оси и с силой ударил локтем охранника о стойку. Пальцы сами разжались, пистолет упал на пол. Второй удар локтем – уже в челюсть – отправил телохранителя в нокаут.

Вся эта схватка заняла не больше пяти секунд.

Джокер выпрямился и повернулся к Барону, который за всё это время не сделал ни одного движения. Он лишь наблюдал, его каменное лицо ничего не выражало.

– Вот видишь, – сказал Джокер, слегка запыхавшись. – А ты говорил – охрана. Хлипкая какая-то охрана.

Барон медленно убрал руки из карманов. Его кулаки были размером с небольшие окорока.

– Ты всегда был быстрым, Лёха. И умным. Но ты забыл одну вещь.

– Какую? – Джокер принял лёгкую, готовую к движению стойку.

– Тот, кто сильнее, всегда прав.

Барон двинулся на него. Его движение было не быстрым, а неотвратимым, как движение бульдозера. Он не стал бить кулаком, а просто пошёл на таран, пытаясь схватить Джокера в медвежьи объятия.

Джокер отскочил, как мячик. Удар Барона пришёлся в пустоту, но тот не потерял равновесия. Он развернулся, и его могучая рука, словно клешня, рванулась схватить Джокера за горло.

Начался их личный танец. Джокер вертелся вокруг Барона, как комар вокруг слона. Он бил – быстрые, хлёсткие удары по корпусу, по рукам. Но Барон лишь пожимал плечами, будто отмахиваясь от назойливой мухи. Его мускулы были подобны броне. Джокер понимал – один точный захват, и ему конец.

Он использовал окружение. Отскочил за столик, опрокинул его перед Бароном. Тот просто отшвырнул его в сторону с оглушительным грохотом.

– Кончай бегать! – прорычал Барон, впервые повысив голос.

– Не могу! – парировал Джокер, перекатываясь через стойку. – У меня справка от врача! Противопоказано попадаться в лапы медведям!

Он оказался за спиной у Барона. Мгновение – и он запрыгнул ему на спину, обхватив ногами талию, а рукой пытаясь достать до лица. Но Барон был не из тех, кого можно так просто взять. Он прогнулся и с силой рванулся назад, пытаясь раздачить Джокера о стену.

Тот успел оттолкнуться в последний момент. Он кубарем скатился по спине Барона и приземлился на ноги, отскакивая к выходу.

– Ну что, Артём, – выдохнул он, поправляя съехавшую маску. – На сегодня, пожалуй, всё. Разминка удалась. Спасибо за тренировку!

Он швырнул оставшиеся два шарика в Барона. Тот инстинктивно отбил их, и они лопнули, засыпав его блёстками и конфетти.

Пока Барон отряхивался, Джокер исчез за дверью. На полу, рядом с телами охранников, осталась лежать игральная карта – Джокер. Туз пик.

Барон стоял, тяжело дыша, весь перемазанный в клею и блёстках. Его лицо побагровело от ярости. Он посмотрел на перепуганного дядю Мишу.

– Он… он вернулся, – прошептал владелец кафе.

– Да, – хрипло сказал Барон, сжимая свои огромные кулаки. – Вернулся. Чтобы умереть.

Глава 3.

Запах сырости, дешёвого самогона и отчаяния. Этот микс ударил в ноздри Джокеру, едва он спустился в подвал старого дома на окраине района Гнездо. Он шёл по знакомому маршруту, его разноцветные кеды бесшумно ступали по липкому от грязи бетону. Здесь, в этом подземном царстве затхлости, жил призрак его прошлого – старый Фёдор, когда-то великий клоун Федя, а теперь…

Джокер отодвинул самодельную занавеску, заменявшую дверь.

Коморка. Одна лампочка под потолком, затянутая паутиной. На продавленной кровати, укутанный в грязное одеяло, сидел старик. Рядом на ящике – пустая бутылка, огарок свечи и консервная банка с окурками. Воздух выл от сквозняка в вентиляционной шахте.

– Дедуля Федя, – голос Джокера прозвучал непривычно тихо, без привычной клоунады.

Старик медленно повернул голову. Его лицо было изборождено морщинами, глаза – мутными и пустыми. Узнавание заняло несколько секунд.

– Лёшка… – просипел он беззубым ртом. – Ты… Ты за чем? Денег просить? У старика… нету…

Джокер снял рюкзак, достал оттуда свежий хлеб, пару банок тушёнки, чистую бутылку воды.

– Гостинцы принёс, дед. Как дела?

– Какие дела… – старик махнул худой, дрожащей рукой. – Доживаю. Помнишь, как мы… на трапеции… «Полет Амура»… – его голос сорвался в кашель.

Джокер молча поставил воду и еду на ящик. Его взгляд упал на единственное украшение в этой норе – пожелтевшую фотографию на стене. Молодой, улыбающийся Федя в ярком костюме, стоящий на плечах у могучего силача – молодого Артёма Сумского. Оба сияли, полные жизни и надежд. Цирк «Арлекин». Их общий дом.

И тут Джокер увидел его. Тот самый сувенир. Шрам. Тонкую, белую полоску на щеке Фёдора, идущую от скулы к углу рта. След от перстня. Перстня с волчьей головой, который всегда носил Артём.

Воспоминание нахлынуло, ясное и болезненное, как удар хлыста.

Раздевалка цирка. Крики. Запах грима и пота. Молодой Лёха, тогда ещё акробат, пытается встать между разъярённым Артёмом и испуганным Фёдей.

«Он подвёл меня! На манеже! Насмешил публику!» – орёт Артём.

«Это же цирк, Артём! Мы все здесь, чтобы смешить!» – кричит в ответ Лёха.

Удар. Мощный, с размаху. Федя падает, ударяясь головой о стойку с костюмами. Кровь на лице. Артём, плюнув, уходит. А Лёха остаётся на коленях, держа в объятиях дрожащего старика, чья карьера и жизнь только что закончились.

Вернувшись в настоящее, Джокер сжал кулаки. Его пальцы в перчатках впились в ладони. Он дышал ровно, слишком ровно, пытаясь загнать обратно ту чёрную, кипящую ярость, что поднималась из желудка к горлу. Его шутливая маска треснула, и на мгновение в его глазах, обычно искрящихся озорством, вспыхнул холодный, безжалостный огонь. Огонь настоящей, непритворной ненависти.

Он видел не просто спившегося старика. Он видел сломанную судьбу. Украденную мечту. Уничтоженную красоту. И всё это – ради чьего-то больного самолюбия.

– Он вернулся, дед, – тихо сказал Джокер, его голос был низким и чужим.

Старик испуганно посмотрел на него.

– Кто… Кто вернулся?

– Барон. Наш старый друг. – Джокер подошёл к фотографии, провёл пальцем по стеклу, закрывающему улыбающееся лицо силача. – Он снова в городе. Терроризирует людей. Собирает дань. Как будто ничего и не было.

Фёдор затрясся, его глаза наполнились не возрастом, а старым, животным страхом.

– Лёша… не надо… Он… он тебя сломает…

Джокер медленно повернулся. Его лицо снова было скрыто под маской беззаботного шута, но в уголках губ застыла напряжённая складка.

– Он уже всё сломал, что мог, дедуля. Осталось только… подмести осколки.

Он наклонился, поправил на старике одеяло.

– Я скоро вернусь. С новыми гостинцами.

Он вышел из подвала, поднялся на улицу и прислонился к стене, закрыв глаза. Он вдыхал холодный ночной воздух, пытаясь смыть с себя запах тления и отчаяния.

Ярость не ушла. Она улеглась, превратившись из огня в лёд. В холодную, твёрдую решимость.

Его рука сама потянулась к карману и вытащила игральную карту – Джокера. Он посмотрел на ухмыляющегося шута.

– Ладно, Артём, – прошептал он в ночь. – Ты хотел силы? Ты её получишь. Но не той, о которой ты думаешь. Ты получишь силу позора. И я лично её тебе вручу.

Глава 4.

Трое бандитов из команды Барона слонялись по ночной автостоянке, «проверяя» замки на машинах. Их звали Гриша, Степан и Витя, но в голове Джокера они тут же получили прозвища: Толстяк, Сопляк и Молчун.

– Эй, парни! – раздался весёлый крик с крыши киоска. – Ищете свои ключи? Может, вот они?

Джокер стоял, подбрасывая в руке связку ключей. Бандиты вздрогнули.

– Это опять он! – прошипел Толстяк, хватаясь за нож.

– Давайте-ка вернём ему его ключи! – крикнул Сопляк.

Они бросились к киоску. Джокер спрыгнул и бросился бежать, якобы в панике, за угол гаража. Бандиты, улюлюкая, ринулись за ним.

За углом их ждал первый сюрприз. Пол под ногами внезапно стал липким. Они попали в лужу специального быстротвердеющего клея, который Джокер вылил там минуту назад. Их ботинки прилипли к асфальту намертво.

– Что за…?! Отлипни, чёрт!

Пока они пытались вырваться, Джокер появился снова, держа в руках их же ножи и монтировки.

– Потеряли? – с улыбкой спросил он. – Нашли! Только, кажется, они стали какими-то… лёгкими.

Он легко переломил монтировку над коленом. Она была не стальной, а полой внутри и сделанной из крашеного пластика. Ножи гнулись в руках, как игрушечные. Джокер подменил их, пока бандиты бежали за ним.

– Эй, а давайте поиграем в салочки! – предложил он и, прежде чем они опомнились, подбежал и наклеил им на лбы яркие стикеры с надписью «ДУРАК».

Затем он подбежал к большому мусорному контейнеру и откинул крышку.

– Заходите в гости!

Он быстрыми движениями, используя их же беспомощность, втолкнул всех троих в контейнер и захлопнул крышку, зафиксировав её снаружи специальной стяжкой. Из контейнера доносились приглушённые крики и ругань.

Джокер стряхнул с рук пыль и оставил на крышке свою визитку – карту Джокера.

– Отлично повеселились! На этом сегодня всё! – крикнул он и скрылся в темноте, оставив троих бандитов сидеть в мусоре, с дурацкими наклейками на лбах и приклеенными к полу ногами.

Глава 5.

Барон сидел в своём кабинете, расположенном в подвале автомойки. Его лицо было мрачным. После истории с контейнером он удвоил охрану склада, где хранилась основная наличность. Теперь у входа дежурили не два, а четыре проверенных бойца, вооружённых не ножами, а огнестрельным оружием.

– Он не пройдёт, босс, – угодливо говорил один из подручных. – Ребята на посту – серьёзные. Никаких шуток.

В этот момент дверь распахнулась, и внутрь вкатился… один из его охранников. Вернее, то, что от него осталось. Он был с головы до ног покрыт густой розовой пеной, в которой увязали его руки и ноги. Он бессильно мычал, пытаясь вырваться из липкой массы.

За ним появился второй, в таком же состоянии. И третий. И четвёртый.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.