Сергей Чувашов
Бременские музыканты в метро

В подземном царстве, где солнце – редкий гость, а вместо птиц поют динамики, жил-был один молодой человек. Звали его Иван, а по паспорту – Иван-Царевич, но это имя казалось ему слишком тяжёлым, как парчовый кафтан предков. Все звали его просто – Трубадур. Он был музыкантом, но не тем, что блистает на сценах, а тем, чьи аккорды терялись в гуле поездов и торопливых шагов.

«Эх, – вздыхал он как-то раз, перебирая струны своей потрёпанной акустики в переходе у станции «Библиотека имени Ленина». – Кабы не грамота-диплом менеджера, хоть в сказку сгинул! А тут… слышь, как ветер в вентиляции заунывно воет. Прямо песня просится».

И тут ветер ответил. Вернее, ему ответил чей-то усталый, глубокий голос, доносящийся из-за бетонной колонны:

«Согласен, коллега. Напоминает митинг акционеров в пятницу вечером. Один сплошной гул невысказанных претензий».

Из-за колонны вышел мужчина лет сорока пяти, в потрёпанном кожаном пиджаке, с усталыми, умными глазами. Он нёс чехол от бас-гитары.

«А вы кто будете?» – удивился Трубадур.

«Осёл, – без тени улыбки ответил незнакомец. – В миру – Алексей. Двадцать лет таскал на себе корпоративные проекты в одной IT-конторе. Бас-гитара была моим спасением. А месяц назад взял и послал всё к чёрту. Теперь вот ищу, куда бы приложить свои четыре струны. Только не в офисе, слышишь? Никаких KPI и ежедневных планерок!»

Трубадур рассмеялся: «Да я бы и сам не прочь собрать ансамбль, да такой, чтобы дух захватывало! Да где таких найдёшь?»

«Знаешь, – подумав, сказал Осёл, – я вон того Пса видел. На «Курской», в электричке. Сидит, на гитаре блюз играет, а сам так грустно поглядывает, что пассажиры ему не монетки, а платочки подают. Говорят, от тоски по бывшей хозяйке, которая его на дачу увезла, а он сбежал обратно к музыке. Зовут его, кажется, Шарик, а по-артистически – просто Пёс».

Не долго думая, наши герои отправились на поиски. Нашли Пса в тамбуре пригородной электрички. Он сидел, поджав лапу, и выводил на гитаре грустнейший блюз, временами подвывая в микрофон тихо и пронзительно.

«Пёс, брат, идёшь к нам в группу?» – спросил Трубадур.

Пёс поднял на него свои грустные, преданные глаза: «Гав… То есть, готов. Только играть буду то, что душу трогает. А не то, что заказывают».

«Так то и надо!» – обрадовался Трубадур.

Трио отправилось дальше, и слух вывел их в джаз-клуб «Синий Кот», что в самом сердце старого Арбата. Там, за роялем, восседал невероятно гибкий молодой человек в очках с зелёными стёклами. Его пальцы порхали по клавишам, выписывая сложнейшие пассажи, а сам он говорил загадками.

«Кот, тебя зовут?» – обратился к нему Трубадур.

Тот, не прерывая игры, ответил: «Тот, кого ты ищешь, ищет тебя самого, но не знает, что уже нашёл. Да, я Кот. А ты – недостающий диссонанс в моём аккорде».

«Короче, мы группу собираем. Фолк-рок, альтернатива. Места хватит для джазовой импровизации», – прямо сказал Осёл, терпеть не могший загадки.

Кот убрал сигарету в длинном мундштуке: «Интригует. Я в деле. Но предупреждаю, я не приручаем. Я… гуляю сам по себе. Просто иногда наши пути будут пересекаться».

Группа была почти что готова, но не хватало последней, взрывной ноты. И её они нашли на заброшенной заводской крыше, где оттачивал своё мастерство Петух – худой парень в яркой толстовке и с наушниками на шее. Он отбивал невероятные ритмы, щёлкал, свистел и читал наскоро сочинённые рэп-куплеты.

«Эй, Петух! Нам нужен твой бит!» – крикнул ему Трубадур.

Петух прекратил выступление и каркнул в микрофон: «Йоу! Наконец-то ценители! Надоело тут одного ворон считать! Я – голос улиц, будильник для спящих! Ку-ка-ре-ку, ё-ё! В деле!»

Так и родилась группа, которой позже предстояло взорвать не только подземку. Они репетировали по ночам в том же переходе, и рождалась магия. Глубокая, как тоска, бас-линия Осла; душа разбитого сердца в гитарных пассажах Пса; витиеватые, как лабиринты, джазовые узоры Кота; взрывная энергия битбокса и скэта Петуха – и поверх всего этого – чистый, летящий голос Трубадура и его акустическая гитара, связывающая всё воедино.

Их первый совместный выход в метро стал легендой. Они встали в кольцевой переход на «Киевской», и с первых же аккордов своей авторской песни «Баллада о кольцевой линии» произошло чудо. Торопливые пассажиры замедляли шаг. Кто-то останавливался, забыв о работе. Кто-то улыбался, а у кого-то наворачивались слёзы. Монеты в чехол гитары летели не как подаяние, а как плата за билет на концерт. Воздух дрожал от энергии. Это была не просто музыка. Это было чистое чувство, вырвавшееся на волю.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.