Aleksey Nik
Тени пустоты

Глава 1: Последний вызов на Дриаде

Запах перегретого пластика и дешёвого виски висел в воздухе бара «Тень Дриады» густой, почти осязаемой пеленой. За искажённым силовым куполом станции медленно проплывали звёзды – холодные, безразличные. Кайрон Вард сидел у самого края стойки, правая рука лежала на рукояти пульсового пистолета, левая – обхватывала стакан с тёмной жидкостью, которую здесь называли «огнём пограничников». На виске – тонкий шрам от отключённого нейроинтерфейса, свидетельство прошлой жизни, которую он похоронил вместе с третьим флотом Сопротивления.

На экране запястья мигнул анонимный сигнал. Криптоканал. Один только такой может пройти сквозь фильтры «Дриады», не попав в лапы Империи или охотников за головами.

Он вздохнул, не отрывая взгляда от пустоты за куполом.

– Ещё один последний заказ, – пробормотал он.

Нажал на приём.

Текст появился без преамбул:

**Задание: Эвакуация с «Эхо-9».**

**Объект: женщина, 28–30 лет, учёная.**

**Локация: орбитальная станция «Эхо-9», сектор Ксандра-7, заброшенная зона.**

**Оплата: 200 000 кредитов (аванс 50%).**

**Срок: 48 часов.**

**Никаких вопросов. Никаких свидетелей.**

Кайрон поднял бровь. «Эхо-9» – это мертвецкая. Станция молчала с тех пор, как там исчез целый научный экипаж пять лет назад. Говорили, там что-то нашли. Что-то, после чего Империя закрыла весь сектор.

– Стоит ли? – спросил он у пустого стакана.

Но тут вспомнил долг перед «Чёрными Клыками». Двести тысяч не спасут его от пули, но купят время. А время – единственное, что у него осталось.

Он поднялся, бросил на стойку пару монет и направился к выходу. Его ботинки глухо отдавали по металлическому полу.

У двери его окликнул бармен – старый механик по имени Геррет, с лицом, изрезанным шрамами от осколков.

– Вард! Ты ж не летишь на «Эхо-9»? Там даже тени не живут.

– Тени – мои единственные клиенты, – ответил Кайрон, не оборачиваясь.

– Тогда держи это. – Геррет протянул ему мини-сканер с треснувшим корпусом. – Включается по нейросигналу. Покажет, если рядом активность артефактов. Слышал, на «Эхо-9»… ну, ты знаешь.

Кайрон кивнул, спрятал сканер в карман куртки.

– Спасибо, старик.

– Возвращайся живым. Долгов хватит и на тот свет.

Кайрон вышел в коридор. Станция «Дриада» дрожала от вибрации двигателей прибывающих и уходящих кораблей. Его «Скарабей» – лёгкий истребитель с потрёпанным корпусом и перепрограммированным ИИ – ждал в доке 7.

«Скарабей» вырвался из дока с рёвом двигателей, оставляя за собой синий след ионного выхлопа. Кайрон ввёл координаты «Эхо-9» в навигатор. Система предупредила:

**Внимание: зона Ксандра-7 – запретная. Проникновение без разрешения Омниа карается смертной казнью.**

– С тех пор как Омниа решила, что владеет звёздами, – проворчал Кайрон, – я перестал спрашивать разрешения.

Гиперпрыжок активировался через двадцать минут. Пространство вокруг искривилось, звёзды вытянулись в нити света, и «Скарабей» исчез в пустоте.

Станция «Эхо-9» висела в космосе, словно скелет гигантского кита. Корпус был покрыт льдом и следами микрометеоритов. Ни одного сигнала. Ни света. Ни тепла.

Кайрон подлетел вручную, отключив все активные датчики. Его костюм скрипел от холода, когда он пристыковался к аварийному шлюзу.

– Если ты там, учёная, – сказал он в коммуникатор, – лучше молись, чтобы я пришёл раньше, чем они.

Он вошёл внутрь.

Мрак. Мёртвый воздух. Вспышка фонаря выхватила из тьмы первое тело – в криокамере, разбитой изнутри. Стекло покрыто странными узорами: не трещинами, а геометрическими символами, будто нацарапанными ногтями.

– Чёрт… – прошептал Кайрон.

Сканер Геррета в кармане завибрировал. Слабо, но настойчиво.

Он прошёл через лабораторный отсек, мимо перевёрнутых столов и обугленных экранов. На одном из мониторов мигал последний лог:

**[05:47] Объект активирован.**

** [05:48] Потеря контроля.**

** [05:49] Она говорит…**

Кайрон двинулся дальше.

В центральной камере он нашёл её.

Женщина сидела на полу, прислонившись к стене. Волосы – тёмные, растрёпанные. Глаза – большие, серые, полные ужаса… и странного спокойствия.

Она подняла взгляд.

– Ты… пилот?

– Наёмник, – поправил Кайрон, оглядываясь. – Кто ты?

Она медленно встала. Дрожала. Но голос был ровным.

– Лира Соран. Я… ждала тебя.

– Не ври. Никто не ждёт наёмника.

– Ты не обычный наёмник. Ты – тот, кого не должны были послать.

– Ты кто такая?

– Та, кого ты не должен был находить…

Кайрон нахмурился. Сканер в кармане вдруг завибрировал сильнее.

Из глубины станции донёсся звук – будто металл скрежет по кости.

– Уходим. Сейчас же.

Он схватил Лиру за руку. Та не сопротивлялась. Но когда они проходили мимо разбитой криокамеры, Кайрон заметил: на её виске – та же пульсация, что и на экране лога.

Что-то внутри неё… жило.

Звук усиливался – металлический скрежет, переходящий в глухой гул, будто станция дышала. Кайрон ускорил шаг, почти таща Лиру за собой. Её пальцы были ледяными, но хватка – цепкой.

– Что это? – спросил он, не оглядываясь.

– Они проснулись, – прошептала она.

– Кто?

– Те, кого мы пытались понять…

Кайрон рванул в коридор, ведущий к шлюзу. Внезапно свет в отсеке вспыхнул – не белый, а тускло-фиолетовый, как от разряда плазмы. Стены покрылись тем же узором, что и на разбитой криокамере: острые углы, спирали, точки, соединённые линиями, будто схема звёздной карты… или нейронной сети.

– Беги! – крикнул он.

Они ворвались в шлюз. Кайрон вручную закрыл внутреннюю дверь – гидравлика зашипела, металл скрипнул под невидимым давлением. За дверью что-то ударилось. Сильно. Ещё раз.

– Они не должны… выйти, – выдохнула Лира, прислонившись к стене. Её глаза закатились, на миг показав белки. – Я… удерживала их.

– Что ты удерживала?! – Кайрон втолкнул её в корабль, захлопнул шлюз «Скарабея» и активировал отстыковку.

Двигатели взревели. «Скарабей» оторвался от станции в тот же миг, когда из корпуса «Эхо-9» вырвалась вспышка тёмно-фиолетового света. Волна ударила по корпусу корабля – не физически, а… ментально. Кайрон почувствовал, как на миг пропало зрение, а в голове зазвучал чужой голос:

**Вы пришли слишком рано… или слишком поздно.**

– Чёрт! – выругался он, врубая полную тягу. – Что за хрень?!

Лира сидела на пассажирском сиденье, дрожа. Она смотрела на свои руки.

– Это не хрень… Это Пустота.

– Пустота? Это имя?

– Нет. Это… всё, что осталось от них. От тех, кто был до нас. И то, что станет после.

Кайрон бросил на неё короткий взгляд, затем переключил радар на полную чувствительность. Ничего. Только мёртвый сектор.

– Ладно. Допустим, ты не сумасшедшая. Куда теперь?

– На «Корсар», – сказала она, не раздумывая.

– Откуда ты знаешь про «Корсар»?

– Твой друг Айзек Морроу. Он единственный, кто ещё держит каналы вне контроля Омниа.

Кайрон резко повернулся к ней.

– Ты шпион?

– Нет. Я – носитель.

– Носитель чего?

Она медленно подняла руку к виску, где пульсировала тонкая вена.

– Того, что вы называете артефактом. А мы – Памятью.

Кайрон молчал. Он ввёл новый курс – к системе Нокс, где в облаке пыли прятался его старый друг. Там его не найдут ни Империя, ни «Чёрные Клыки».

– Если ты соврёшь хоть раз, – сказал он, не глядя на неё, – я сам вышвырну тебя в открытый космос.

– Я не совру, – ответила Лира. – Но ты всё равно не поверишь.

Кайрон не ответил. Он смотрел вперёд, в звёзды, и чувствовал: что-то изменилось. Навсегда.

Через двенадцать часов «Скарабей» вынырнул из гиперпрыжка в пылевом облаке системы Нокс. На радаре мигнул знакомый сигнатурный код – фрегат класса «Тень», модифицированный, с нестандартной энергетикой. «Корсар».

– Он ждёт, – сказала Лира.

– Не он. Я просто заплатил ему за молчание в прошлый раз.

Связь щёлкнула.

– Кайрон? – раздался голос – хриплый, насмешливый, с лёгким акцентом Колоний. – Ты опять вляпался?

– Айзек. У меня гость.

– Гость? Ты же терпеть не можешь пассажиров. Что, на этот раз – мёртвая звезда или живая бомба?

– И то, и другое.

Кайрон приблизился к «Корсару». Корабль был огромен по сравнению с его истребителем – 180 метров в длину, с обшарпанной бронёй и двумя повреждёнными пушками на левом борту. На корпусе красовалась выцветшая надпись: «Свобода – за кормой».

Стыковка прошла без инцидентов.

Шлюз «Корсара» распахнулся. В проёме стоял Айзек Морроу – высокий, в потрёпанной куртке с нашивками контрабандиста, с пистолетом на бедре и ухмылкой на лице. Его глаза – один настоящий, зелёный; второй – имплантированный, с красным зрачком.

– Ну и кого ты притащил? – спросил он, оглядывая Лиру с ног до головы.

– Лира Соран. Учёная.

– Соран? – Айзек нахмурился. – Как доктор Вейл?

– Его дочь, – ответила Лира тихо.

Айзек резко посмотрел на Кайрона.

– Ты серьёзно? Ты привёз дочь Вейла на мой корабль?

– У меня не было выбора.

– Выбор всегда есть. Просто ты выбрал самый глупый.

Он махнул рукой.

– Заходите. Но если она взорвёт мой корабль, я вышвырну вас обоих в шлюз – без скафандров.

Кайрон прошёл мимо него, Лира следовала сзади. Внутри «Корсар» пахло озоном, кофе и металлом. Коридоры были узкими, но чистыми – Айзек держал корабль в порядке.

– Ты где её подцепил? – спросил Айзек, шагая рядом с Кайроном.

– На «Эхо-9».

– …Ты шутишь?

– Я выгляжу как человек, который шутит?

Айзек покачал головой.

– Омниа уже неделю прочёсывает Ксандру-7. Если они узнают, что ты вывез кого-то оттуда…

– Они не узнают.

– А если она – приманка?

Кайрон остановился.

– Она не приманка. Она – ключ.

– К чему?

– К тому, что может уничтожить нас всех.

Айзек вздохнул.

– Вот чёрт. Я знал, что сегодня – не мой день.

Айзек провёл их в капитанскую рубку – тесное помещение с панелями управления, покрытыми царапинами и наклейками старых маршрутов. На центральном экране мигала карта сектора: красные точки – имперские патрули, зелёные – нейтральные станции, серые – мёртвые зоны.

– Посади её в изолятор, – сказал Айзек, кивнув на Лиру. – Пока не проверим, что у неё в голове.

– Я не заражена, – возразила она, не повышая голоса.

– Может, и нет. Но на «Эхо-9» пропало 47 человек. Ни тел, ни сигналов. Только запись:

**А теперь ты здесь. И ты – дочь Вейла. Прости, но доверие придётся заслужить.**

Кайрон молча кивнул. Он знал правила: на борту «Корсара» выживал только тот, кто не таил угрозы для экипажа.

– Иди с ним, – сказал он Лире.

Она посмотрела на него – не с обидой, а с пониманием. Как будто знала, что это неизбежно.

– Хорошо.

Айзек проводил её в изоляционную капсулу – небольшую комнату с прозрачной перегородкой и системой подавления биоактивности. Когда дверь закрылась, он вернулся в рубку.

– Ты уверен, что хочешь в это вляпываться? – спросил он, наливая два стакана чёрного кофе.

– Я уже вляпался, – ответил Кайрон, принимая стакан. – С первой секунды, как получил тот вызов.

– Кто послал его?

– Аноним. Но деньги пришли с криптокошелька, зарегистрированного на «Дриаде». Возможно, кто-то из старых контактов Сопротивления.

– Или ловушка Омниа.

– Возможно. Но если бы они хотели убить меня, прислали бы десант, а не учёную.

Айзек отпил кофе, уставился в экран.

– Что она тебе сказала на станции?

– Что Пустота – это Память. Что они пытались не создать оружие, а сохранить знание.

– Звучит как пропаганда Вейла. Он годами твердил, что артефакты – не угроза, а подарок.

– А потом исчез.

– Или сбежал. Слухи гласят, он работает на Омниа под прикрытием. Разрабатывает «Проект Тень» – оружие на основе артефактов.

Кайрон помолчал.

– Если это правда… и Лира – часть этого проекта…

– Тогда ты привёз на мой корабль живую боеголовку.

Внезапно сенсоры подали сигнал тревоги.

– Что? – нахмурился Айзек.

– Два корабля на выходе из гиперпрыжка, – сказал ИИ «Корсара» женским голосом. – Класс «Стервятник». Имперский патруль.

Кайрон подскочил к панели.

– Они не могли нас засечь!

– Может, они и не нас ищут, – сказал Айзек, но в его голосе прозвучала тревога. – Но если они проверяют каждую пылинку в Ноксе…

– Мы не спрячемся здесь надолго.

– Тогда уходим. Сейчас.

Он включил маскировочные генераторы, «Корсар» начал медленно разворачиваться, прячась за плотным слоем космической пыли.

– Куда? – спросил Кайрон.

– Есть одна дыра в астероидном поясе Ксандры. Никто не летает туда – радиация, обломки, старые мины. Но там можно спрятаться на неделю.

– Омниа тоже знает про эту дыру.

– Зато они думают, что там ни хрена нет. А мы знаем лучше.

Кайрон кивнул.

– Забери моего «Скарабея» в ангар.

– Уже делаю.

Он бросил последний взгляд на изолятор. За прозрачной перегородкой Лира сидела на койке, скрестив руки на груди. Она смотрела не на него, а в пустоту – как будто видела то, чего не было.

– Кто ты, Лира Соран? – прошептал он.

В этот момент её глаза резко повернулись к нему. И на миг в них промелькнуло нечто чужое – глубокое, древнее, лишённое человечности.

Кайрон отвёл взгляд.

«Корсар» рванул вперёд, скрываясь в пыли. Позади имперские корабли начали прочёсывать сектор.

Глава 2: Корсар на гребне тени

Астероидный пояс Ксандры – хаос из камней, обломков древних сражений и радиоактивных пятен. «Корсар» двигался на минимальной тяге, почти бесшумно. Только вентиляция да шёпот систем поддержания жизни нарушали тишину.

Через шесть часов после ухода от патруля Айзек отключил маскировку и вывел корабль в укрытие – гигантскую пещеру внутри астероида-карлика, когда-то использовавшегося контрабандистами.

– Здесь нас не найдут, – сказал он, снимая куртку. – Минимум на трое суток.

Кайрон стоял у наблюдательного окна рубки, глядя, как вдалеке мерцают вспышки сканирующих лучей.

– Ты проверил Лиру?

– Да. Никаких имплантов, кроме нейроинтерфейса в виске – стандартный для учёных высокого уровня. Но… – Айзек замялся. – Её мозговая активность… странная. Как будто часть нейронов работает в другом диапазоне. Не по-человечески.

– Пустота?

– Похоже.

В дверях рубки появилась сама Лира. Без сопровождения. Дверь изолятора была открыта.

– Я вышла, – сказала она спокойно. – Вы не заперли замок.

– Или ты его открыла, – ответил Айзек, рука непроизвольно скользнула к пистолету.

– Я не враг вам.

– А кто ты?

Она подошла к карте на экране, указала на одну из мёртвых зон.

– Там. В этом секторе. Есть обломки древнего корабля. Не человеческого. Там – ключ.

– Откуда ты знаешь? – спросил Кайрон.

– Потому что он зовёт меня.

– Это бред! – фыркнул Айзек. – У тебя галлюцинации!

– Нет. Это связь.

Она подняла руку и провела пальцем по стеклу. На нём остались следы – не от пыли, а будто от светящейся пыльцы. И в этих следах проступили координаты.

Кайрон подошёл ближе.

– Это… точные данные. С точностью до метра.

– Я не выдумываю, – сказала Лира. – Я вижу то, что скрыто.

Айзек посмотрел на Кайрона.

– Ты веришь ей?

– Я видел, как стены «Эхо-9» рисовали звёздные карты. Я слышал голос, которого не было. Так что… да. Пока она не убьёт кого-то, я верю.

– Отлично, – проворчал Айзек. – Тогда готовься к вылазке. Но если это ловушка – ты тащишь её обратно сам.

– Договорились.

Лира не ответила. Она смотрела на звёзды за иллюминатором – и в её глазах снова мерцало что-то чужое.

Через два часа «Корсар» вышел из укрытия. Айзек направил корабль к координатам, указанным Лирой. По мере приближения сенсоры начали фиксировать аномалии: искажения гравитационного поля, фоновые волны неизвестной природы, отсутствие космического мусора – будто пространство вокруг «очищено».

– Здесь что-то подавляет сканирование, – сказал техник по связи, молодой парень по имени Рен. – Даже пассивные датчики дают помехи.

– Ещё бы, – пробурчал Айзек. – Если это то, о чём я думаю, нам лучше не светить активной эмиссией.

Кайрон стоял рядом с Лирой у бокового экрана. Она молчала, но её пальцы слегка дрожали.

– Ты в порядке? – спросил он тише.

– Я… чувствую его. Ближе, чем раньше.

– Кого?

– Корабль. Он не мёртв. Он спит.

«Корсар» замедлился. Впереди, среди обломков древних боёв, висел объект – не совсем обломок, но и не целый корабль. Его форма нарушала законы симметрии: изогнутые плоскости, соединённые под немыслимыми углами, будто складывающиеся и разворачивающиеся в зависимости от угла зрения. Поверхность – чёрная, но не поглощающая свет, а… отражающая его внутрь.

– Это не наше, – сказал Айзек. – И не имперское. И не из колоний.

– Это их, – прошептала Лира.

– Чьих?

– Тех, кто был до Большого Разлома.

Кайрон знал этот термин. «Большой Разлом» – катастрофа 12 000 лет назад, стёршая с карты галактики целые цивилизации. Археологи находили лишь обрывки записей. Но Вейл утверждал: Разлом был не катастрофой, а предупреждением.

– Мы не можем подлететь ближе, – сказал Айзек. – Гравитационные аномалии могут разорвать нас.

– Я пойду сам, – сказал Кайрон.

– Ты сошёл с ума?

– У нас нет выбора. Если там есть артефакт – Омниа найдёт его рано или поздно. Лучше мы первыми.

– А если там ловушка?

– Тогда я умру. Но ты уйдёшь.

Айзек посмотрел на него долго. Потом кивнул.

– Бери скафандр с усиленной изоляцией. И возьми её. – Он кивнул на Лиру. – Если это её «сон», пусть сама его разбудит.

Кайрон кивнул.

– Лира. Готова?

Она не ответила сразу. Потом сказала:

– Я родилась для этого.

Через час Кайрон и Лира вышли в открытый космос. Их скафандры мерцали в тусклом свете далёких звёзд. Между ними – тонкий трос, но Кайрон знал: если что-то пойдёт не так, он не сможет её спасти.

Объект висел неподвижно. Чем ближе они подплывали, тем сильнее вибрировал нейросканер Кайрона – тот, что дал ему Геррет.

– Ты чувствуешь это? – спросил он по каналу.

– Да, – ответила Лира. – Это не радиация. Это… пульс.

Они достигли шлюза – не механического, а органического: гладкая мембрана, реагирующая на приближение. Когда Лира протянула руку, мембрана раскрылась, как цветок.

– Ты уверена? – спросил Кайрон.

– Нет. Но я должна.

Они вошли внутрь.

Гравитация включилась мгновенно – слабая, но достаточная, чтобы стоять на ногах. Воздух был пригоден для дыхания, но пах озоном и чем-то древним, как пыль в заброшенном храме.

Стены светились тусклым светом, пульсируя в такт её сердцу – Кайрон был в этом уверен.

– Здесь… пусто, – сказал он.

– Нет, – возразила Лира. – Здесь всё.

Она подошла к центру зала. Посреди него парил артефакт – не кристалл и не сфера, а нечто среднее: геометрически совершенный многогранник, вращающийся вокруг своей оси. Внутри него мелькали вспышки – как будто там бушевала целая галактика.

– Это Ядро Памяти, – сказала Лира. – Последний архив.

– Не трогай его!

Но она уже протянула руку.

В тот миг артефакт вспыхнул. Свет заполнил зал. Кайрон зажмурился – и в голове раздался голос. Не Лирин. Другой. Многоголосый. Холодный. Вечный.

«Носитель. Ты пришла. Мы ждали. Время конца близко».

Лира закричала – не от боли, а от переполняющей энергии. Её тело окутало сияние. На виске пульсация стала видимой – под кожей двигалась чёрная нить, как живая.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.