Эдуард Сероусов
Бескрайний шёпот

Часть I: Контакт

Глава 1: Аномалии

Лайла Кумар уставилась на экран компьютера в главном зале мониторинга Геологической службы США. Данные, поступающие с сети гравиметров, установленных в сейсмоактивных зонах по всей стране, вели себя странно. Настолько странно, что она уже дважды перезапускала систему, полагая, что проблема в программном обеспечении.

– Питер, ты можешь взглянуть на это? – она подозвала к своей станции молодого специалиста по калибровке оборудования. – Мне кажется, у нас какая-то системная ошибка.

Питер Донован наклонился к монитору, слегка прищурившись за стеклами очков.

– Хм, интересно. – Он постучал пальцами по столу. – Но это не похоже на сбой. Смотри, паттерн слишком регулярный для ошибки. И он повторяется по всей сети.

Лайла кивнула. Именно это и беспокоило ее больше всего. На графиках отображались микроскопические, но устойчивые колебания гравитационного поля Земли. Колебания, которые не соответствовали ни одному известному природному явлению.

– Ты прав. Это не сбой. – Она отхлебнула остывший кофе из кружки. – Вопрос в том, что это? Лунные приливы так не действуют, тектонические процессы тоже. И взгляни на географическое распределение.

На большом настенном экране Лайла вывела карту мира с наложенными данными. Аномалии не концентрировались вокруг разломов или зон субдукции. Они образовывали странную глобальную сеть, как будто кто-то натянул невидимую паутину вокруг планеты.

– Я проверю другие источники данных, – сказала она, уже набирая номер телефона Национальной обсерватории. – Может, астрономы заметили что-то необычное.

Тем временем в Обсерватории Мауна-Кеа на Гавайях доктор Ричард Пакстон вглядывался в телескопические изображения далекого космоса с растущим беспокойством. То, что он наблюдал, не поддавалось стандартной классификации. Семь объектов двигались к Земле с окраин Солнечной системы, и их траектории не соответствовали ни одному естественному небесному телу.

– Они замедляются, – прошептал он своей ассистентке. – Черт возьми, Джен, они целенаправленно замедляются, приближаясь к Земле.

Дженнифер Чен молча кивнула, ее лицо в полумраке обсерватории казалось бледнее обычного.

– Орбитальная динамика не работает так, – сказала она наконец. – Если только…

– Если только это не корабли, – закончил за нее Ричард. – Объекты, способные к самостоятельной навигации и торможению.

Он потер воспаленные от недосыпа глаза. Три дня назад они впервые заметили эти объекты, и с тех пор почти не покидали обсерваторию. Сначала они решили, что это просто ранее не обнаруженные астероиды или кометы. Но теперь…

– Мы должны сообщить об этом, – Ричард потянулся к телефону. – Сначала в НАСА, затем в министерство обороны. Это… это меняет все.

В горах Монтаны Исаак Соренсен не знал ни о гравитационных аномалиях, зафиксированных Геологической службой, ни о странных объектах, приближающихся к Земле. Его внимание было полностью поглощено собственной работой. В своей хижине, скрытой среди сосен и изолированной от остального мира, он был поглощен совершенно другой загадкой.

Исаак стоял перед огромной стеной, завешанной распечатками, графиками и фотографиями. Красные нити связывали различные точки на картах. Его длинные пальцы рассеянно барабанили по подбородку, покрытому трехдневной щетиной, а взгляд серых глаз перемещался от одной диаграммы к другой с лихорадочной интенсивностью.

Последние пять лет он собирал данные о странных природных феноменах – от миграций животных до электромагнитных аномалий, от необычных погодных паттернов до статистических отклонений в сейсмической активности. Большинство ученых сочли бы его работу бессмысленной, случайным поиском закономерностей там, где их нет. Но Исаак видел то, чего не замечали другие.

– Это здесь, – пробормотал он себе под нос, прикрепляя новую распечатку к стене. – Сеть. Глобальная сеть линий и узлов.

Он говорил о линиях Хартмана – гипотетической геомагнитной сетке, опоясывающей Землю. Большинство ученых считали эту концепцию псевдонаучной, но данные, которые собрал Исаак, упрямо указывали на существование какой-то глобальной структуры.

Соренсен провел рукой по всклокоченным седеющим волосам и потянулся за таблетками, лежащими на столе. Модафинил – препарат, помогающий ему сохранять концентрацию в течение долгих часов работы. Он проглотил таблетку, запив ее холодным кофе из кружки, стоявшей рядом с клавиатурой.

Его компьютер издал звуковой сигнал – завершились расчеты, запущенные накануне. Исаак быстро переместился к монитору и уставился на результаты. Новый алгоритм, который он разработал для анализа глобальных паттернов, выявил нечто удивительное. Семь ключевых точек, где пересечения линий Хартмана были особенно сильными.

Он выделил эти точки на глобальной карте: пустыня Сонора в Мексике, Тунгусская тайга в России, пустыня Гоби в Монголии, плато Наска в Перу, Большой Барьерный риф в Австралии, Сахара в Алжире и удаленная часть Антарктиды.

– Что связывает эти места? – прошептал Исаак, не ожидая ответа. Его ум уже работал над задачей, анализируя геологические, электромагнитные и гравитационные характеристики этих регионов.

И в этот момент его спутниковый телефон зазвонил – редкое событие в его изолированной жизни. Исаак нахмурился, глядя на устройство, словно оно было инопланетным артефактом. На экране высветился незнакомый номер.

Он поколебался, затем ответил.

– Соренсен, – его голос прозвучал хрипло от долгого молчания.

– Профессор Соренсен? – женский голос на другом конце линии звучал напряженно. – Это Аманда. Ваша бывшая…

– Я помню, кто ты, Аманда, – перебил он, чувствуя внезапный укол раздражения. – Что случилось? Ты не звонила мне уже…

– Два года, знаю. Я бы не беспокоила тебя, но это важно. Ты смотришь новости?

Исаак бросил взгляд на свой старый телевизор в углу комнаты, который он не включал месяцами.

– Нет.

– Включи. Сейчас же. Что-то происходит. Что-то… глобальное.

Исаак нахмурился, но потянулся к пульту. Экран ожил, показывая экстренный выпуск новостей. Камера транслировала кадры ночного неба над каким-то городом. В темноте мерцал огромный объект, зависший над горизонтом. Он был похож на гигантский металлический диск, светящийся холодным синим светом.

Ведущий говорил напряженным голосом: «…повторяем, семь неопознанных объектов одновременно появились в атмосфере Земли над различными регионами планеты. Официальных комментариев от правительств пока не поступало, но источники в Пентагоне подтвердили, что вооруженные силы приведены в состояние повышенной боевой готовности. Мы рекомендуем сохранять спокойствие…»

Пальцы Исаака сжали телефон так сильно, что побелели костяшки.

– Аманда, – произнес он тихо. – Ты можешь узнать, где именно появились эти объекты?

– Уже работаю над этим, – ответила она. – У меня есть контакты в нескольких международных агентствах новостей. Я перезвоню, как только узнаю больше.

Исаак кивнул, хотя она не могла этого видеть.

– Спасибо.

Он повесил трубку и медленно повернулся к своей карте с отмеченными точками пересечения линий Хартмана. Внутри него росло странное чувство – смесь страха и научного возбуждения. Исаак почти не сомневался, что когда Аманда перезвонит, координаты появления инопланетных объектов будут в точности соответствовать тем семи точкам, которые он только что идентифицировал.

В Вашингтоне, в глубине Пентагона, генерал Роберт Вейланд стоял в центре командного пункта, наблюдая, как военные аналитики и специалисты по разведке лихорадочно работают за своими станциями. На огромных экранах отображались семь инопланетных объектов с разных ракурсов – кадры, транслируемые со спутников, самолетов-разведчиков и наземных камер.

– Доложите ситуацию, – потребовал Вейланд, его голос был спокоен, несмотря на беспрецедентные обстоятельства.

Полковник Харрис, руководитель аналитического отдела, выступил вперед.

– Сэр, объекты появились одновременно, примерно 47 минут назад. Они не были обнаружены на подлете к Земле обычными радарами, хотя астрономы из Обсерватории Мауна-Кеа сообщают, что наблюдали приближение неопознанных объектов в течение последних трех дней.

– Размеры?

– Примерно 800 метров в диаметре каждый. Все семь объектов идентичны по форме и размеру.

Вейланд кивнул, не отрывая глаз от экранов.

– Они предприняли какие-либо враждебные действия?

– Нет, сэр. Они просто… зависли. Не отвечают на радиопередачи, не реагируют на приближение наших самолетов.

Генерал задумчиво потер подбородок.

– Где конкретно они расположены?

Харрис нажал на планшет, и на центральном экране появилась карта мира с отмеченными локациями.

– Пустыня Сонора в Мексике, Тунгусская тайга в России, пустыня Гоби в Монголии, плато Наска в Перу, Большой Барьерный риф в Австралии, Сахара в Алжире и центральная часть Антарктиды. Все – относительно малонаселенные районы, за исключением прибрежных зон около Барьерного рифа.

Вейланд нахмурился.

– Есть какая-нибудь закономерность в выборе этих мест?

– Наши аналитики пока не выявили очевидных связей, сэр. Мы проверяем геологические, геополитические и военные аспекты.

Генерал кивнул и повернулся к начальнику штаба.

– Какова реакция других стран?

– Русские и китайцы подняли истребители, как и мы. Европейцы созывают экстренное заседание НАТО. ООН пытается координировать глобальный ответ, но пока безуспешно. Паники в крупных городах пока удается избегать, но социальные сети переполнены сообщениями.

Вейланд глубоко вздохнул.

– Хорошо. Поддерживайте наблюдение, но не предпринимайте агрессивных действий. И найдите мне лучших экспертов по внеземным контактам, какие только существуют. Не уверен, что в нашем положении помогут теоретические знания, но нам нужны все доступные ресурсы.

Один из офицеров поднял руку.

– Сэр, есть сообщение от президента. Он созывает Совет национальной безопасности через 30 минут.

Вейланд кивнул.

– Я буду там. А пока продолжайте мониторинг. И молитесь, чтобы наши гости оказались дружелюбными.

Он развернулся и направился к выходу, но остановился, когда молодой аналитик воскликнул:

– Сэр! У меня есть что-то интересное. Это публикация в малоизвестном научном блоге, размещенная всего несколько часов назад, до появления объектов. Автор – некий Исаак Соренсен – предсказал точные координаты всех семи локаций.

Вейланд резко обернулся.

– Что? Кто этот Соренсен?

– Проверяем, сэр. Предварительные данные указывают, что он бывший профессор математики Принстонского университета. Покинул академическую среду пять лет назад после какого-то скандала.

– Найдите его, – приказал Вейланд. – И доставьте ко мне, как только я вернусь с совещания.

Лайла Кумар стояла перед своим начальником в главном офисе Геологической службы, пытаясь сохранять профессиональный тон, несмотря на чрезвычайность ситуации.

– Директор Мартинес, гравитационные аномалии, которые мы фиксировали последние 48 часов, имеют прямую связь с появлением этих объектов. Совпадение координат стопроцентное.

Директор, пожилой мужчина с усталым видом, кивнул.

– Я понимаю, доктор Кумар. Но что вы предлагаете нам делать с этой информацией?

Лайла постаралась скрыть раздражение.

– Нам нужно немедленно развернуть дополнительные гравиметры вокруг всех семи локаций. Если эти объекты каким-то образом манипулируют гравитационным полем Земли, последствия могут быть катастрофическими. Мы говорим о потенциальных землетрясениях, извержениях вулканов, цунами…

Мартинес поднял руку.

– Я уже получил прямые указания от Белого дома. Все наши ресурсы направляются в распоряжение специальной научной группы, которая формируется в Колорадо. Вас, кстати, тоже запрашивают персонально.

Лайла моргнула от удивления.

– Меня?

– Вы первой заметили аномалии и, насколько я знаю, вы ведущий эксперт по гравиметрии в нашей организации. – Он протянул ей папку. – Здесь все детали. Транспорт уже ждет вас внизу. Вылет через два часа.

Она взяла папку, чувствуя, как учащается пульс. События развивались слишком быстро.

– А что насчет моей команды?

– Большая часть останется здесь для координации сбора данных. Питер Донован полетит с вами – он хорошо знаком с вашими методами и может быть полезен.

Лайла кивнула, ее ум уже работал над тем, какое оборудование понадобится и какие данные следует взять с собой.

– Есть еще кое-что, – добавил Мартинес, передавая ей распечатку. – Это опубликовал некий Исаак Соренсен всего за несколько часов до появления объектов. Вы должны взглянуть на это.

Лайла пробежала глазами страницу и почувствовала, как по спине пробегает холодок. Статья описывала теорию о глобальной сети геомагнитных линий – линий Хартмана – и выделяла семь ключевых точек их пересечения. Точки идеально соответствовали локациям появления инопланетных объектов.

– Кто этот человек? – спросила она, поднимая взгляд.

– Бывший профессор математики, ныне отшельник. Правительство уже разыскивает его. Возможно, он окажется в том же научном центре, куда направляетесь вы.

Лайла вновь посмотрела на статью. Математический анализ был блестящим, хотя и необычным. Работа человека с неординарным умом.

– Я хочу встретиться с ним, – сказала она. – Его теория может быть ключом к пониманию того, что происходит.

Исаак сидел на крыльце своей хижины, наблюдая, как военный вертолет приземляется на небольшой поляне перед домом. Он ожидал чего-то подобного с тех пор, как Аманда подтвердила его догадку о расположении инопланетных кораблей.

Из вертолета вышли двое военных в форме и направились к нему. Исаак спокойно ждал их приближения, не двигаясь с места.

– Профессор Соренсен? – обратился к нему старший по званию, перекрикивая шум стихающих лопастей. – Я капитан Моррисон. Нам поручено сопроводить вас в научный центр в Колорадо. Это вопрос национальной безопасности.

Исаак слегка наклонил голову, изучая офицера прищуренным взглядом.

– Я предполагаю, это связано с моей публикацией о линиях Хартмана?

– Я не уполномочен обсуждать детали, сэр. Но генерал Вейланд лично запросил вашего присутствия.

Исаак кивнул. Он уже собрал небольшую сумку с необходимыми вещами и внешними жесткими дисками, содержащими его исследования.

– Я готов, – сказал он, поднимаясь. – Но у меня есть условие.

Капитан нахмурился.

– Профессор, это не…

– Мне нужен доступ ко всем данным о гравитационных и электромагнитных измерениях вокруг объектов, – перебил Исаак. – Без этого моя помощь будет бесполезна.

Офицеры переглянулись.

– Я передам ваше требование генералу, – сказал капитан наконец. – А теперь, пожалуйста, следуйте за мной.

Исаак в последний раз оглянулся на свое убежище, затем подхватил сумку и направился к вертолету. Впервые за пять лет он возвращался в мир, от которого так старательно изолировался. И все из-за того, что его теория оказалась верной.

Он не был уверен, радоваться этому или бояться.

Глава 2: Первый контакт

Научный центр в Колорадо возник словно из ниоткуда. Всего за 72 часа после появления семи инопланетных кораблей военные трансформировали бывшую исследовательскую базу ВВС в координационный центр международных усилий по изучению пришельцев. Комплекс раскинулся у подножия Скалистых гор, в непосредственной близости от корабля инопланетян, зависшего над пустыней Сонора.

Лайла Кумар стояла у окна главного конференц-зала, наблюдая за бесконечным потоком людей и оборудования, прибывающих на базу. Вертолеты и транспортные самолеты садились каждые несколько минут, доставляя ученых, военных специалистов и тонны высокотехнологичного оборудования.

– Впечатляет, правда? – голос за ее спиной принадлежал доктору Елене Марковой, российскому астрофизику, которую Лайла встретила всего несколько часов назад.

Лайла обернулась и кивнула.

– Никогда не видела, чтобы правительства мира действовали так быстро и согласованно.

Елена улыбнулась, ее славянские черты лица смягчились.

– Ничто так не объединяет человечество, как потенциальная внешняя угроза. Хотя пока наши гости не проявили никакой агрессии.

– Это не значит, что ее не будет, – заметила Лайла. – Кто знает, что у них на уме?

– Именно поэтому мы здесь, – Елена жестом указала на заполняющийся зал, где собирались ученые со всего мира. – Чтобы понять их намерения.

Генерал Вейланд появился на подиуме, и гул голосов постепенно стих. Высокий, седеющий мужчина с военной выправкой и пронзительным взглядом, он излучал естественный авторитет.

– Дамы и господа, – начал он без лишних формальностей, – благодарю вас за оперативный отклик на наш призыв. Время критически важно. Семь инопланетных объектов находятся в нашей атмосфере уже 76 часов, и мы до сих пор не имеем ни малейшего представления об их намерениях.

Он активировал большой экран за своей спиной, на котором появились изображения всех семи кораблей, снятые с разных ракурсов.

– Все попытки коммуникации до сих пор оставались безответными. Мы пробовали радиосигналы всех возможных частот, световые сигналы, даже физические подношения, оставленные вблизи объектов. Никакой реакции.

Вейланд обвел взглядом аудиторию.

– Ваша задача – найти способ наладить контакт и понять, с чем мы имеем дело. Все ресурсы, которые могут предоставить наши правительства, находятся в вашем распоряжении. Сейчас я передам слово доктору Елене Марковой, которая будет координировать научные усилия.

Елена поднялась на подиум, ее движения были изящными, несмотря на напряженную атмосферу.

– Спасибо, генерал. Коллеги, я предлагаю разделиться на несколько рабочих групп. Первая – анализ физической структуры объектов, вторая – попытки коммуникации, третья – мониторинг любых изменений в окружающей среде вблизи объектов, включая гравитационные и электромагнитные аномалии.

Она сделала паузу и добавила:

– Кстати, о гравитационных аномалиях. Доктор Кумар из Геологической службы США зафиксировала странные колебания гравитационного поля еще до появления объектов. Лайла, не могли бы вы рассказать об этом?

Лайла почувствовала, как все взгляды обратились к ней. Она выпрямилась и уверенным шагом направилась к подиуму.

– За 48 часов до появления инопланетных кораблей наши гравиметры начали регистрировать микроколебания гравитационного поля Земли, – начала она, выводя на экран свои данные. – Эти колебания образовывали глобальный паттерн, центры которого точно соответствуют текущим позициям объектов.

По залу прокатился шепот.

– Более того, – продолжила Лайла, – эти колебания продолжаются и сейчас, постепенно усиливаясь. Мы разворачиваем дополнительные гравиметры вокруг всех семи локаций, чтобы лучше понять природу этого явления.

Пожилой ученый в первом ряду поднял руку.

– Доктор Кумар, вы говорите о манипуляции гравитационным полем? Это за пределами наших технологических возможностей.

Лайла кивнула.

– Именно. И это может быть ключом к пониманию технологического уровня наших… гостей. А также, возможно, к установлению контакта.

– Существует теория, – продолжила она, – что продвинутая цивилизация могла бы использовать гравитационные волны как средство коммуникации. Они распространяются со скоростью света и практически не искажаются при прохождении через материю.

Елена Маркова задумчиво кивнула.

– Это интересная гипотеза. Если пришельцы действительно пытаются общаться с нами через гравитационные волны, это объяснило бы их молчание в ответ на наши радиосигналы.

– Именно, – согласилась Лайла. – Мы можем говорить с ними не на том языке.

Генерал Вейланд вернулся к микрофону.

– Доктор Кумар, вы возглавите группу по изучению гравитационных аномалий. Полный доступ ко всем данным, любое необходимое оборудование. Если эти существа говорят через гравитацию, мы должны научиться их понимать.

– Есть еще кое-что, – добавил генерал. – К нам присоединяется человек, который, возможно, предвидел появление этих объектов. Профессор Исаак Соренсен должен прибыть через несколько часов.

Лайла почувствовала, как ускорился ее пульс. Статья Соренсена о линиях Хартмана не выходила у нее из головы с тех пор, как она прочитала ее.

– Я знакома с его работой, – сказала она. – Его теория о глобальной сети геомагнитных линий может быть связана с гравитационными аномалиями, которые мы наблюдаем.

– Хорошо, – кивнул Вейланд. – Тогда вы будете работать с ним напрямую, когда он прибудет.

Вертолет с Исааком Соренсеном на борту приземлился на базе поздно вечером. Наблюдая из иллюминатора, Исаак был впечатлен масштабом операции, развернутой вокруг контакта с инопланетянами. Огни, прожекторы, военная техника, временные сооружения, раскинувшиеся на многие акры.

Когда он ступил на землю, его встретил молодой лейтенант.

– Профессор Соренсен? Я провожу вас в ваши временные апартаменты. Генерал Вейланд хочет видеть вас завтра в 0800.

Исаак кивнул, сжимая ремень своей сумки. Он чувствовал себя не в своей тарелке среди такого количества людей после лет изоляции.

– А где находится лаборатория гравиметрии? – спросил он. – Мне нужно начать работу немедленно.

Лейтенант выглядел озадаченным.

– Сэр, сейчас почти полночь. Большинство научных сотрудников уже отдыхают.

– Я не большинство, – сухо ответил Исаак. – И я сомневаюсь, что инопланетяне соблюдают наше расписание сна.

Молодой офицер неуверенно переминался с ноги на ногу.

– Я должен следовать протоколу, сэр. Но я передам ваш запрос.

– Неважно, – Исаак махнул рукой. – Ведите меня в эти апартаменты. Я устрою там свою временную рабочую станцию.

Временные апартаменты оказались спартанскими, но функциональными – небольшая комната с кроватью, столом и базовыми удобствами. Как только лейтенант ушел, Исаак немедленно преобразовал пространство. Он отодвинул кровать к стене, освободив центр комнаты, и начал раскладывать на полу распечатки своих исследований. В центре он поместил глобальную карту с отмеченными точками расположения инопланетных кораблей.

Затем он достал ноутбук и несколько внешних жестких дисков. Ему не терпелось получить доступ к новым данным о гравитационных аномалиях, но пока приходилось работать с тем, что у него было.

Исаак потянулся за таблетками модафинила – сон был последним, что его сейчас интересовало. Проглотив таблетку, он погрузился в работу, анализируя расположение кораблей относительно линий Хартмана и пытаясь выявить математические закономерности в их позиционировании.

Часы шли, а Исаак продолжал работать, не замечая времени. Когда рассвет начал просачиваться через жалюзи, весь пол его комнаты был покрыт бумагами, испещренными формулами, графиками и диаграммами. Сам Исаак сидел, скрестив ноги, в центре этого хаоса, напряженно глядя на экран ноутбука, где его алгоритм обрабатывал новую серию расчетов.

Стук в дверь прервал его концентрацию. Исаак поднял взгляд, раздраженный вторжением.

– Войдите, – сказал он неохотно.

Дверь открылась, и в комнату вошла женщина среднего роста с длинными черными волосами, собранными в практичный хвост. Ее карие глаза быстро оценили ситуацию в комнате, и на лице отразилось удивление.

– Профессор Соренсен? Я Лайла Кумар из Геологической службы США. Я руковожу исследованием гравитационных аномалий.

Исаак уставился на нее, не двигаясь с места.

– Доктор Кумар. Я читал ваш доклад о гравитационных микроколебаниях перед появлением объектов. Впечатляющая работа.

Лайла улыбнулась, удивленная комплиментом.

– Благодарю. Ваша статья о линиях Хартмана тоже… впечатляет. Особенно учитывая, что вы опубликовали ее до появления кораблей.

Она осторожно шагнула в комнату, стараясь не наступить на разложенные бумаги.

– Я вижу, вы уже начали работу. Генерал Вейланд хотел, чтобы мы сотрудничали.

Исаак поднялся на ноги одним плавным движением.

– Мне нужен доступ к вашим данным. Ко всем данным. В особенности к показаниям гравиметров, расположенных вблизи объектов.

Лайла кивнула.

– Именно поэтому я здесь. У меня есть для вас пропуск в лабораторию гравиметрии и полный доступ к нашей базе данных.

Она протянула ему пластиковую карточку.

– Должна предупредить, что за последние 12 часов произошли изменения в паттерне гравитационных колебаний. Они стали более… структурированными.

Глаза Исаака загорелись интересом.

– Структурированными? Каким образом?

– Они образуют последовательности, повторяющиеся циклы. Как будто…

– Как будто кто-то пытается с нами общаться, – закончил Исаак. – Покажите мне.

Лайла кивнула.

– Наша лаборатория полностью оборудована. Мы установили новые высокочувствительные гравиметры вокруг всех семи объектов и передаем данные в режиме реального времени.

Она сделала паузу, глядя на хаос бумаг на полу.

– Хотите, чтобы я помогла вам собрать ваши исследования?

Исаак покачал головой.

– Не трогайте ничего. У меня своя система.

Он быстро закрыл ноутбук и собрал самые важные распечатки.

– Ведите, доктор Кумар.

Лаборатория гравиметрии располагалась в одном из главных зданий комплекса. Просторное помещение было заполнено компьютерами, мониторами и различными измерительными приборами. Команда техников и ученых работала круглосуточно, анализируя поступающие данные.

Лайла провела Исаака к выделенной рабочей станции.

– Это ваше место. Полный доступ ко всем базам данных и вычислительным мощностям. Наш серверный кластер один из самых мощных вне правительственных агентств.

Исаак сразу же сел и начал работу, даже не сняв куртку. Его пальцы летали по клавиатуре, открывая множество окон с данными и графиками.

– Эти паттерны, – бормотал он, изучая волнообразные линии гравитационных колебаний. – Они определенно не случайны.

Лайла наклонилась рядом с ним, указывая на один из графиков.

– Мы заметили, что колебания усиливаются примерно каждые шесть часов, а затем следует период относительного спокойствия.

Исаак кивнул, не отрывая взгляда от экрана.

– Покажите мне данные по всем семи локациям одновременно.

Лайла ввела несколько команд, и на экране появились семь наборов графиков, расположенных параллельно.

– Вот, смотрите.

Исаак напряженно изучал изображение, затем внезапно выпрямился.

– Они синхронизированы, – сказал он, его голос стал более оживленным. – Все семь объектов генерируют идентичные гравитационные паттерны, но с небольшим временным смещением. Как будто волна проходит от одного объекта к другому.

Он быстро набросал схему на листе бумаги.

– Если мы расположим их в правильном порядке… – Исаак работал лихорадочно, переставляя графики на экране. – Вот так. Волна начинается в Антарктиде, затем движется к Большому Барьерному рифу, пустыне Гоби, Тунгусской тайге, Сахаре, плато Наска и заканчивается в пустыне Сонора.

Лайла недоверчиво смотрела на экран.

– Вы правы. Но что это значит?

– Это значит, что все семь объектов – части единого целого, – ответил Исаак. – Они не просто синхронизированы, они функционируют как единый организм или система, распределенная по ключевым точкам планеты.

Он постучал пальцами по столу, его ум работал на полной скорости.

– Нам нужно проанализировать эти паттерны с математической точки зрения. Попытаться выделить базовые элементы, которые могли бы соответствовать лингвистическим структурам.

– Вы предлагаете расшифровать их язык? – спросила Лайла.

– Если это язык, – уточнил Исаак. – Это может быть что угодно – от примитивных сигналов присутствия до сложных математических теорем. Но если мы хотим понять их намерения, нам нужно научиться интерпретировать эти сигналы.

Лайла задумалась.

– Мы можем использовать алгоритмы распознавания паттернов, применяемые в лингвистике и криптографии. У меня есть знакомый в Агентстве национальной безопасности, который мог бы помочь.

– Это хорошее начало, – согласился Исаак. – Но мне также нужен кто-то с глубокими знаниями в области теоретической математики. Кто-то, кто может мыслить за пределами стандартных человеческих концепций.

Он помедлил, затем добавил:

– У меня есть один кандидат. Джейкоб Ли, мой бывший студент. Сейчас он работает в технологической компании, специализирующейся на искусственном интеллекте. Он мог бы помочь с разработкой алгоритмов для анализа гравитационных паттернов.

Лайла кивнула.

– Я поговорю с генералом Вейландом. Уверена, он одобрит привлечение любых специалистов, которые могут помочь.

Внезапно один из техников в дальнем конце комнаты воскликнул:

– Доктор Кумар! У нас значительное изменение в гравитационных паттернах!

Исаак и Лайла быстро переместились к центральному монитору. Графики всех семи локаций показывали резкое усиление колебаний.

– Что происходит? – спросила Лайла.

Техник покачал головой.

– Неизвестно, но это началось одновременно на всех объектах. Смотрите, амплитуда колебаний увеличилась в десять раз!

В этот момент в лабораторию вбежал молодой офицер.

– Доктор Кумар! Профессор Соренсен! Генерал Вейланд требует вашего немедленного присутствия в командном центре. Объекты активизировались!

Командный центр гудел от активности. Военные и гражданские специалисты сосредоточенно работали на своих станциях, пока на главном экране транслировались изображения всех семи кораблей.

Генерал Вейланд встретил Исаака и Лайлу у входа.

– Хорошо, что вы здесь. Ситуация меняется.

Он указал на экраны, где было видно, как поверхности инопланетных кораблей начали трансформироваться. Части внешней обшивки сдвигались, открывая структуры, напоминающие антенны или передатчики.

– Это началось десять минут назад, – пояснил Вейланд. – Одновременно на всех семи объектах.

– Это соответствует усилению гравитационных колебаний, – заметила Лайла. – Они определенно готовятся к чему-то.

Доктор Елена Маркова присоединилась к ним, ее обычно спокойное лицо выражало волнение.

– Смотрите! – она указала на экран, где корабль над пустыней Сонора начал испускать пульсирующее голубоватое свечение.

– Что это? – спросил генерал. – Оружие?

Елена покачала головой.

– Не похоже на агрессивные действия. Больше напоминает… маяк.

В этот момент все экраны в командном центре мигнули и погасли, а затем снова включились. Но вместо привычных изображений они показывали странную последовательность геометрических фигур – кругов, треугольников, квадратов, расположенных в определенном порядке.

– Они взломали нашу систему? – встревоженно спросил Вейланд.

Один из техников покачал головой.

– Нет, сэр. Наша сеть изолирована. Это… это трансляция. Они каким-то образом передают эти изображения напрямую на наши экраны.

Исаак шагнул вперед, пристально изучая последовательность фигур.

– Это не взлом, – сказал он тихо. – Это первый контакт. Они пытаются установить базовую коммуникацию.

Лайла подошла ближе к экрану.

– Вы правы. Это похоже на математические принципы. Смотрите – сначала идут простые формы, затем комбинации, затем трансформации…

– Начальные уроки их языка, – согласился Исаак. – Они показывают нам основы своей системы коммуникации.

Елена Маркова выглядела воодушевленной.

– Мы должны ответить! Показать, что понимаем и хотим общаться!

Генерал Вейланд колебался.

– Как? Мы не можем манипулировать гравитационным полем или транслировать изображения, как они.

Исаак задумался на мгновение.

– Возможно, нам не нужно. Они очевидно способны взаимодействовать с нашими системами. Мы могли бы создать ответное сообщение, и если они наблюдают за нами…

Лайла подхватила идею:

– Мы могли бы использовать те же математические принципы, показать, что мы распознали паттерн и можем его продолжить!

Елена кивнула.

– Давайте попробуем. Я предлагаю использовать главный экран в конференц-зале – он самый большой и, возможно, наиболее заметный для них.

Генерал Вейланд помедлил, затем кивнул.

– Действуйте. Но будьте осторожны в том, что передаете. Никакой информации о наших оборонных системах или уязвимостях.

– Мы будем придерживаться чистой математики, – заверила его Лайла. – Универсального языка Вселенной.

Исаак, Лайла и Елена работали лихорадочно, анализируя последовательность геометрических символов и подготавливая ответ. Они заняли большой конференц-зал, превратив его в импровизированную коммуникационную станцию.

– Смотрите, – Исаак указал на одну из последовательностей. – Они показывают двоичную систему исчисления, затем переходят к простым арифметическим действиям, а затем к геометрическим трансформациям.

Лайла кивнула.

– Классический подход к установлению математического диалога. Мы можем ответить, продолжив последовательность и добавив наши собственные математические концепции.

Елена работала за компьютером, создавая визуальный ответ.

– Я подготовила последовательность, которая сначала повторяет их паттерн, затем продолжает его логическим образом, а затем вводит концепцию простых чисел и чисел Фибоначчи.

Исаак просмотрел работу и одобрительно кивнул.

– Хорошо. Это покажет, что мы понимаем их сообщение и способны к абстрактному математическому мышлению. Запускайте.

Елена активировала главный экран конференц-зала, и подготовленная последовательность символов начала воспроизводиться в непрерывном цикле. В зале воцарилось напряженное ожидание.

– Как вы думаете, они увидят это? – спросила Лайла. – И если да, то как быстро отреагируют?

Исаак покачал головой.

– Невозможно предсказать. Мы имеем дело с совершенно чуждым разумом. Их восприятие времени может радикально отличаться от нашего.

Ждать пришлось недолго. Всего через несколько минут все экраны в конференц-зале, как и ранее в командном центре, мигнули и начали показывать новую последовательность символов. Но теперь она была сложнее – появились трехмерные фигуры, динамические трансформации, комплексные числа.

– Они ответили! – воскликнула Елена, ее глаза сияли от возбуждения. – И усложнили диалог!

Исаак быстро анализировал новое сообщение.

– Они переходят к более сложной математике. Это похоже на введение в многомерные пространства и неевклидову геометрию.

– Они проверяют границы нашего понимания, – заметила Лайла. – Пытаются определить, насколько продвинуто наше математическое знание.

Исаак уже набрасывал новый ответ.

– Мы должны показать, что понимаем концепцию многомерности и можем оперировать абстрактными математическими пространствами.

Работа продолжалась часами. Математический диалог с инопланетянами постепенно усложнялся, переходя от базовых концепций к все более сложным теориям и формулам. К процессу подключились другие математики и физики, помогая интерпретировать сообщения пришельцев и формулировать ответы.

Генерал Вейланд периодически появлялся в конференц-зале для получения обновлений.

– Какой прогресс? – спросил он, входя в очередной раз. – Вы можете понять, чего они хотят?

Елена покачала головой.

– Пока мы только устанавливаем базовую коммуникацию. Они методично выстраивают общую математическую основу, прежде чем переходить к конкретным сообщениям.

– Но они явно разумны и заинтересованы в контакте, – добавила Лайла. – Это уже хороший знак.

Вейланд нахмурился.

– Или они просто изучают нас. Определяют наш технологический уровень и интеллектуальные способности.

Исаак, не отрывавшийся от экрана с последним сообщением пришельцев, внезапно выпрямился.

– Это изменилось, – сказал он. – Они перешли от абстрактной математики к чему-то более конкретному.

Все повернулись к главному экрану, где теперь отображалась схема, напоминающая карту звездного неба.

– Это звездная карта? – спросил Вейланд.

Елена внимательно изучала изображение.

– Похоже на то. И если я правильно интерпретирую эти символы… – Она сделала паузу, сверяясь с астрономическими базами данных на своем планшете. – Да, это определенно карта части нашей галактики. А эта яркая точка здесь… это наша Солнечная система.

– А эта? – Лайла указала на другую отмеченную точку, расположенную на значительном расстоянии.

Елена покачала головой.

– Не могу сказать точно. Это может быть их родная система. Или какое-то другое значимое место.

Исаак внимательно наблюдал, как звездная карта на экране постепенно трансформируется, показывая движение между двумя отмеченными точками.

– Они показывают путешествие, – сказал он. – От этой удаленной системы к нашей.

– Они рассказывают нам, откуда пришли, – заключила Елена с растущим энтузиазмом. – Это потрясающе! Первая информация о происхождении внеземной цивилизации!

Генерал Вейланд оставался настороженным.

– Или они показывают нам свои планы по колонизации. Мы все еще не знаем их намерений.

Карта снова изменилась, теперь показывая третью точку, и линию, идущую от Солнечной системы к этой новой локации.

– А это что? – спросил Вейланд. – Куда ведет эта линия?

Исаак напряженно изучал изображение.

– Если две предыдущие точки – это их родная система и наша, то это может быть… их следующий пункт назначения?

Лайла покачала головой.

– Или что-то приближающееся к нам. Что-то, что идет по тому же пути, что и они.

Елена внезапно побледнела, глядя на свой планшет.

– Эта третья точка… Если масштаб карты верен, то она находится очень близко к нам, буквально на окраине Солнечной системы. И она движется в нашем направлении.

В комнате воцарилась тишина.

– Мы должны ответить, – наконец сказал Исаак. – Попросить больше информации об этой третьей точке.

Елена кивнула и быстро подготовила ответное сообщение – простую анимацию, показывающую вопросительный знак рядом с загадочной третьей точкой.

Ответ пришельцев не заставил себя ждать. На экране появилось новое изображение – волна, распространяющаяся от третьей точки к Солнечной системе, и символы, постепенно исчезающие при соприкосновении с этой волной.

– Что это значит? – спросил Вейланд. – Какая-то форма оружия?

– Или природное явление, – предположила Лайла. – Какое-то космическое излучение или волна энергии.

– Название, – внезапно сказал Исаак. – Нам нужно их название для этого явления.

Елена быстро подготовила сообщение, запрашивающее обозначение для загадочной волны.

В ответ на экране появился единственный символ – геометрическая фигура, напоминающая стилизованную снежинку или звезду с восемью лучами. Под ней – последовательность математических формул, описывающих какой-то волновой процесс.

– Это их название для этого явления, – сказала Елена. – И, похоже, его математическое описание.

– Но что это? – настаивал Вейланд. – И представляет ли это угрозу?

Исаак изучал формулы с растущим беспокойством.

– Если я правильно интерпретирую эти уравнения, это описание волны, которая взаимодействует с определенным типом организованной информации или структуры. Возможно, что-то вроде… – он сделал паузу, подбирая аналогию, – …электромагнитного импульса, но направленного не против электроники, а против чего-то более сложного.

– Против чего именно? – спросила Лайла.

Исаак посмотрел на нее мрачным взглядом.

– Я не уверен. Но учитывая контекст, возможно, против самих инопланетян. Или против их технологий.

Елена задумчиво постучала пальцами по столу.

– Нам нужно название для этого явления. Что-то, что мы сможем использовать в наших обсуждениях.

– Учитывая его предполагаемое действие, – медленно произнес Исаак, – я предлагаю назвать его «Тишина».

– «Тишина»? – переспросил Вейланд.

Исаак кивнул.

– Да. То, что заставляет замолчать.

Генерал нахмурился.

– Итак, если я правильно понимаю, эти существа прилетели к нам, потому что бегут от чего-то, что они называют «Тишиной»? Чего-то, что может нейтрализовать их или их технологии?

– Это похоже на правду, – согласилась Елена. – Но мы все еще не знаем, почему они выбрали именно Землю или каковы их намерения по отношению к нам.

Исаак вернулся к экрану, где инопланетное сообщение продолжало развиваться. Теперь оно показывало семь точек на схематическом изображении Земли – точные локации их кораблей.

– Они объясняют свое расположение, – сказал он. – Смотрите, как линии соединяют эти точки с ядром планеты.

Анимация показывала, как семь точек образуют своего рода сеть вокруг Земли, с энергетическими линиями, сходящимися к центру планеты.

– Это… – Исаак замер, его глаза расширились от внезапного понимания. – Это в точности соответствует моей теории о линиях Хартмана!

Лайла подошла ближе, внимательно изучая изображение.

– Вы были правы. Они специально выбрали эти локации из-за их геомагнитных свойств.

– Но зачем? – спросил Вейланд. – Какова их цель?

Изображение снова изменилось, теперь показывая схему, напоминающую щит или барьер вокруг Земли, и волну «Тишины», не способную проникнуть через него.

– Они… они создают защитное поле? – предположила Елена. – Используя геомагнитную структуру Земли, чтобы защитить планету от «Тишины»?

Исаак молча изучал изображение, его лицо становилось все более напряженным.

– Возможно, – сказал он наконец. – Или они используют Землю как-то иначе. Мы все еще не знаем достаточно, чтобы быть уверенными.

Генерал Вейланд выпрямился и обратился к присутствующим:

– Доктор Маркова, подготовьте запрос о их конкретных намерениях относительно Земли и человечества. Нам нужно четко понимать, что они планируют делать дальше.

Елена кивнула и начала формулировать новое сообщение. Инопланетяне, казалось, ожидали этого вопроса. Почти сразу после передачи запроса, экраны показали новую последовательность изображений.

Первое изображение демонстрировало волну «Тишины», достигающую Солнечной системы, и семь кораблей пришельцев, объединенных в сеть вокруг Земли. Второе изображение показывало группу человеческих фигур, перемещающихся на корабли инопланетян. Третье изображение демонстрировало корабли, покидающие Солнечную систему с людьми на борту.

– Они… они предлагают эвакуацию? – Елена не могла скрыть изумления. – Они хотят взять часть человечества с собой, чтобы спасти от этой «Тишины»?

Генерал Вейланд выглядел скептически.

– Или они собирают образцы. Мы не можем быть уверены в их мотивах.

– В любом случае, – сказала Лайла, – это предложение выглядит как… спасение избранных. Они явно не могут взять всех людей на Земле.

– Или не хотят, – добавил Исаак тихо.

Елена уже готовила новый запрос:

– Я спрошу о критериях отбора и количестве людей, которых они могут эвакуировать.

Ответ пришел быстро. Изображения показывали различные группы людей – ученых в лабораториях, врачей, инженеров, детей, семьи. Цифра, появившаяся на экране, заставила всех замолчать: 10,000.

– Десять тысяч человек, – прошептала Елена. – Из восьми миллиардов.

– Они выбирают элиту, – заметил Вейланд. – Тех, кого считают наиболее ценными.

Исаак продолжал наблюдать за экраном с неопределенным выражением лица.

– А что будет с остальными? С теми, кто останется?

Елена передала этот вопрос. Ответ был неоднозначным – изображение Земли, окруженной волной «Тишины», но без явного указания на последствия.

– Они не говорят, – сказала Елена. – Может быть, они не знают. Или…

– Или не хотят нам говорить, – закончил Исаак.

Генерал Вейланд выпрямился и оглядел комнату.

– Я должен немедленно сообщить об этом президенту и мировым лидерам. Это уже не просто научный вопрос – это вопрос глобального выживания и непредвиденной этической дилеммы.

Он повернулся к Елене:

– Доктор Маркова, вы будете официальным «переводчиком» для общения с инопланетянами. Сообщите им, что нам нужно время для обсуждения их предложения.

Затем к Исааку и Лайле:

– А вы двое продолжайте анализировать их сообщения и гравитационные паттерны. Я хочу знать все, что можно узнать об этой «Тишине» и о технологиях, которые они используют.

Когда генерал вышел из комнаты, Елена повернулась к коллегам, ее лицо светилось от возбуждения и надежды:

– Это невероятно. Они пришли спасти нас. Предложить нам звезды.

Исаак не разделял ее энтузиазма.

– Возможно, – сказал он сдержанно. – Или у них есть другие мотивы, которые мы еще не понимаем.

– Вы всегда были скептиком, Соренсен, – улыбнулась Елена. – Но сейчас перед нами открывается величайшая возможность в истории человечества.

Лайла переводила взгляд с одного на другого, ощущая растущее напряжение между ними.

– Я думаю, нам всем следует сохранять научную объективность, – сказала она дипломатично. – Продолжать сбор и анализ данных, прежде чем делать окончательные выводы.

Исаак кивнул ей, благодарный за поддержку.

– Именно. И первое, что я хочу сделать – это опубликовать мои наблюдения о линиях Хартмана и их связи с локациями инопланетных кораблей. Эта информация должна быть доступна мировому научному сообществу.

Елена нахмурилась.

– Генерал Вейланд может не одобрить такое разглашение информации. Все данные о контакте сейчас строго конфиденциальны.

– Моя теория была разработана до появления инопланетян, – возразил Исаак. – И она может привлечь внимание других ученых, которые смогут помочь в нашем анализе.

Он повернулся к своему ноутбуку и начал быстро печатать, оформляя статью для публикации в открытом научном репозитории.

Лайла наблюдала за ним с растущим интересом. Соренсен был странным человеком – замкнутым, социально неловким, но его ум работал на удивительном уровне. И ее беспокоило то, что он не разделял всеобщего энтузиазма по поводу предложения инопланетян.

Она подошла ближе и тихо спросила:

– Вы действительно думаете, что они могут иметь скрытые мотивы?

Исаак поднял взгляд от экрана, его серые глаза были напряженными.

– Я не знаю, – ответил он честно. – Но что-то в их сообщениях беспокоит меня. Нечто… не до конца объясненное. И я не привык принимать на веру то, что не могу полностью понять.

Он закончил статью и нажал кнопку «Опубликовать».

– Вот. Теперь остается только ждать реакции.

Лайла кивнула, чувствуя, что за этим простым действием может последовать нечто гораздо более значительное, чем любой из них мог предположить.

Глава 3: Математический язык

Прошло три дня с момента установления первого контакта с инопланетными кораблями. Научный центр в Колорадо превратился в бурлящий улей активности. Ученые со всего мира работали круглосуточно, пытаясь углубить понимание математического языка пришельцев и их странного предложения эвакуации.

Исаак Соренсен обосновался в небольшой комнате, примыкающей к лаборатории гравиметрии, превратив ее в свой импровизированный штаб. Стены были полностью заклеены распечатками, графиками и диаграммами. На полу громоздились стопки бумаг с расчетами, а в центре комнаты стояли три мощных компьютера, непрерывно обрабатывающих данные.

Он практически не спал эти три дня, поддерживая свою активность с помощью модафинила и черного кофе. Его седеющие волосы стали еще более всклокоченными, а на подбородке отросла густая щетина.

Лайла Кумар вошла в комнату, неся две чашки свежего кофе и сэндвичи.

– Я подумала, тебе может понадобиться подзарядка, – сказала она, ставя поднос на единственный свободный угол стола.

Исаак оторвался от монитора и моргнул, словно только что осознав ее присутствие.

– А? Да, спасибо, – он машинально взял чашку и сделал глоток. – Ты видела последние данные с гравиметров в Тунгусской тайге?

Лайла кивнула.

– Да. Колебания усилились на восемь процентов за последние шесть часов. Такая же тенденция наблюдается во всех семи локациях.

Исаак повернул к ней один из мониторов.

– Смотри. Я выделил базовые паттерны в их математическом языке. Это не просто последовательность символов – это целая многомерная структура. Каждый символ существует не только сам по себе, но и в отношении к другим символам в разных измерениях.

Лайла наклонилась ближе, изучая сложную трехмерную модель, вращающуюся на экране.

– Невероятно. Как ты смог это визуализировать?

– Я создал алгоритм, который анализирует не только сами гравитационные волны, но и их пространственно-временные соотношения между всеми семью источниками, – Исаак говорил быстро, его глаза лихорадочно блестели. – Это открывает новый уровень понимания. Их язык – это не линейная последовательность, как человеческая речь. Это скорее… многомерная симфония, где значение возникает из взаимодействия всех элементов одновременно.

Он сделал паузу, затем добавил тише:

– И это заставляет меня думать, что мы имеем дело с чем-то фундаментально нечеловеческим. Возможно, даже не с биологическим разумом в нашем понимании.

Лайла задумчиво потерла подбородок.

– Ты думаешь, они могут быть…

– Искусственным интеллектом? – закончил Исаак. – Это одна из возможностей. Их способ мышления слишком… алгоритмичен. Слишком идеально структурирован для органического разума.

– Но это противоречит их сообщению, – возразила Лайла. – Они предлагают спасти людей от этой "Тишины". Почему искусственный интеллект стал бы заботиться о спасении органической жизни?

Исаак пожал плечами.

– Кто знает? Может, им нужны образцы. Может, у них есть какая-то этическая программа. А может, все гораздо сложнее, и мы просто неверно интерпретируем их сообщения.

Он повернулся к другому монитору, где отображалась последовательность гравитационных колебаний.

– Мне нужна помощь с вычислительной мощностью. Моя модель требует экспоненциально больше ресурсов по мере добавления новых данных. Есть кто-то, кто мог бы предоставить доступ к действительно мощному суперкомпьютеру?

Лайла улыбнулась.

– Вообще-то, я уже работаю над этим. Помнишь, ты упоминал своего бывшего студента, Джейкоба Ли?

Исаак кивнул.

– Он получил доступ к центру? – В его голосе слышалась нотка нетерпения.

– Даже лучше. Он прилетает сегодня днем. Генерал Вейланд лично одобрил его привлечение после того, как я показала ему твои предварительные результаты.

Исаак откинулся на стуле, внезапно осознав, насколько он устал.

– Хорошо. Джейкоб – блестящий ум. И у его компании есть доступ к квантовым вычислительным системам, которые могут значительно ускорить нашу работу.

– Ты не выглядишь особенно довольным перспективой встречи с ним, – заметила Лайла.

Исаак на мгновение замер, затем осторожно ответил:

– У нас… сложная история. Джейкоб был моим лучшим студентом в Принстоне. Он помогал мне с исследованием, которое привело к моему… уходу из академических кругов.

Лайла молчала, ожидая продолжения.

– В моей работе по многомерным математическим моделям была ошибка, – неохотно продолжил Исаак. – Ошибка, которую Джейкоб должен был заметить при проверке расчетов. Он не заметил – или предпочел не заметить. Когда разразился скандал, он дистанцировался от меня и моих исследований. Это позволило ему сохранить репутацию, в то время как моя была разрушена.

– И теперь вы снова будете работать вместе, – тихо сказала Лайла.

– Ирония судьбы, не так ли? – Исаак криво улыбнулся. – Но сейчас не время для личных обид. Если Джейкоб может помочь нам расшифровать эти сообщения, я готов сотрудничать с ним.

Лайла кивнула, уважая его профессионализм.

– В любом случае, у нас есть дела поважнее. Ты слышал новости? Международный комитет ООН официально одобрил начало программы отбора "Избранных" для потенциальной эвакуации.

Исаак нахмурился.

– Уже? Но мы все еще так мало знаем о намерениях этих существ. Мы даже не уверены, что правильно интерпретируем их сообщения!

– Мировые лидеры считают, что мы не можем позволить себе игнорировать предложение о спасении, каким бы ограниченным оно ни было, – Лайла пожала плечами. – Елена Маркова назначена главой международной части программы.

– Конечно, – пробормотал Исаак. – Она с самого начала была энтузиастом инопланетного спасения.

В комнату вошел генерал Вейланд. В отличие от ученых, он выглядел безупречно, несмотря на круглосуточную работу.

– Доктор Соренсен, доктор Кумар, – кивнул он в знак приветствия. – Как продвигается расшифровка?

– Медленно, но верно, – ответила Лайла. – Профессор Соренсен создал математическую модель, которая позволяет визуализировать многомерную структуру их языка.

Вейланд повернулся к Исааку:

– Впечатляюще. И что вы можете сказать о их намерениях? Вы доверяете этому предложению эвакуации?

Исаак выпрямился, глядя генералу прямо в глаза.

– Если честно, сэр, нет. Что-то в этом всем не складывается. Почему продвинутая цивилизация, способная к межзвездным путешествиям и манипуляциям гравитационным полем, может взять с собой только десять тысяч человек? Это ничтожно малая цифра по сравнению с их технологическими возможностями.

Вейланд задумчиво кивнул.

– Моя военная интуиция подсказывает то же самое. Но большинство научных и политических кругов считают иначе. Они видят это как шанс сохранить хотя бы часть человечества перед лицом неизвестной угрозы.

– Мы даже не знаем, насколько реальна эта угроза! – возразил Исаак. – Все, что у нас есть – это их слова о какой-то "Тишине", которая якобы нейтрализует их технологии. Но у нас нет никаких независимых доказательств.

– Именно поэтому, – медленно произнес Вейланд, – я хочу, чтобы вы продолжали работу, независимо от официальной программы "Избранных". Я обеспечу вас всеми необходимыми ресурсами. И я хочу, чтобы вы были… скептичны в своем анализе.

Исаак внимательно посмотрел на генерала, впервые ощутив в нем потенциального союзника.

– Вы не доверяете им.

– Скажем так, – ответил Вейланд, понизив голос, – за тридцать лет военной службы я научился никогда не принимать на веру предложения, которые кажутся слишком хорошими. Особенно от неизвестных сторон с превосходящими технологиями.

Лайла переводила взгляд между ними, чувствуя растущее напряжение.

– Что вы предлагаете?

– Продолжайте официальное сотрудничество, – ответил Вейланд. – Участвуйте в программе расшифровки. Но параллельно ищите скрытые значения, противоречия, любые признаки того, что инопланетяне могут говорить не всю правду или искажать ее.

Он помолчал, затем добавил:

– И все это должно оставаться строго между нами. Официально мы полностью поддерживаем программу контакта и эвакуации.

– Понимаю, – кивнул Исаак. – Двойная игра.

– Назовите это страховкой, – поправил Вейланд. – На случай, если мы неправильно понимаем ситуацию.

Джейкоб Ли прибыл в научный центр во второй половине дня. Худощавый азиат с модной стрижкой и в дорогом костюме, он выглядел неуместно среди уставших ученых и военных в форме. Но в его острых глазах за стильными очками светился тот же интеллект, который Исаак помнил по Принстону.

Их встреча в лаборатории была напряженной. Джейкоб остановился в дверях, увидев своего бывшего наставника, сидящего за компьютером.

– Профессор Соренсен, – произнес он формально. – Давно не виделись.

Исаак медленно поднялся, его лицо не выражало никаких эмоций.

– Джейкоб. Спасибо, что присоединился к нам. Твоя помощь будет ценной.

Лайла переводила взгляд между ними, ощущая годы невысказанных обид и разочарований, висящих в воздухе.

– Доктор Ли, – вмешалась она, нарушая неловкое молчание. – Я Лайла Кумар. Мы говорили по телефону. Позвольте показать вам нашу текущую модель.

Джейкоб, казалось, с облегчением переключил внимание на нее.

– Разумеется, доктор Кумар. Я с нетерпением жду возможности внести свой вклад.

Следующий час они провели, обсуждая созданную Исааком математическую модель и текущий прогресс в расшифровке инопланетного языка. Несмотря на личную напряженность, Джейкоб быстро погрузился в работу, его острый ум сразу ухватил суть проблемы.

– Это гениально, – признал он, изучая трехмерную визуализацию, вращающуюся на экране. – Многомерная языковая структура… Это далеко за пределами всего, что мы когда-либо видели.

Исаак кивнул, принимая комплимент без комментариев.

– Проблема в том, что наших вычислительных мощностей недостаточно для полного анализа, – сказала Лайла. – Особенно учитывая, что объем данных постоянно растет.

Джейкоб улыбнулся, впервые за время встречи.

– Вот тут я могу помочь. Моя компания, Quantum Nexus, имеет доступ к новейшему квантовому компьютеру с 512 кубитами. Я могу организовать удаленный доступ к нему для обработки ваших данных.

– Это значительно ускорит нашу работу, – заметил Исаак. – Но нам потребуется защищенный канал. Эти данные не должны попасть не в те руки.

Джейкоб посмотрел на него с легким раздражением.

– Профессор, моя компания обеспечивает безопасность для половины Кремниевой долины. Ваши данные будут в полной безопасности.

Исаак не ответил, но его взгляд ясно говорил: "Я не доверяю тебе полностью".

Лайла снова вмешалась, стремясь разрядить напряжение:

– Когда мы сможем начать использовать эти ресурсы?

– Я уже отдал распоряжения по пути сюда, – ответил Джейкоб. – Канал связи должен быть готов в течение часа. Кроме того, я привез с собой несколько новейших нейроморфных процессоров, специально разработанных для анализа сложных паттернов.

Он открыл свой кейс и достал несколько компактных устройств, которые начал подключать к компьютерам в лаборатории.

– Эти процессоры моделируют работу нейронной сети человеческого мозга, но в миллион раз быстрее, – объяснил Джейкоб. – Они идеально подходят для поиска скрытых паттернов в нелинейных данных.

Исаак наблюдал за ним с плохо скрываемым интересом. Какими бы ни были их личные разногласия, Джейкоб действительно был блестящим инженером и мог значительно ускорить их работу.

В течение следующих нескольких часов они настроили новое оборудование и интегрировали его с существующей системой. К вечеру первые результаты начали поступать, и они были впечатляющими.

– Смотрите! – Лайла указала на экран, где формировалась новая модель инопланетного языка. – Процессоры Джейкоба выявили скрытый слой информации в гравитационных колебаниях.

Исаак подался вперед, изучая результаты с растущим волнением.

– Это… это меняет всё. Мы видели только поверхностный уровень их коммуникации. Под ним находится гораздо более сложная структура.

Джейкоб кивнул, тоже захваченный открытием.

– Похоже на то, что я назвал бы "квантовой лингвистикой". Язык, где каждый символ существует в суперпозиции множества значений, которые проявляются только в контексте других символов.

– И это объясняет, почему наши ранние переводы были такими… буквальными, – добавила Лайла. – Мы интерпретировали только верхний слой, упуская более тонкие нюансы и коннотации.

Исаак молча изучал данные, его ум работал с лихорадочной скоростью.

– Давайте применим новый алгоритм к первоначальному сообщению о "Тишине", – предложил он наконец. – Я хочу увидеть, что мы могли упустить.

Джейкоб быстро ввел необходимые команды, и система начала обрабатывать данные. Через несколько минут на экране появились результаты, и все трое уставились на них в изумлении.

– Это… не совсем то, что мы думали, – медленно произнесла Лайла.

Исаак кивнул, его подозрения усиливались.

– "Тишина" не просто угрожает их технологиям. Согласно этому более глубокому переводу, она специфически направлена против определенного типа информационных структур.

– Какого типа? – спросил Джейкоб, напряженно вглядываясь в экран.

Исаак указал на последовательность символов в нижней части экрана.

– Если я правильно интерпретирую эти новые данные, "Тишина" воздействует на самоорганизующиеся информационные системы определенного уровня сложности. Системы, похожие на… – он сделал паузу, – продвинутый искусственный интеллект.

Наступила тишина, пока каждый из них обдумывал значение этого открытия.

– Ты думаешь… – начала Лайла.

– Я думаю, что мы должны серьезно рассмотреть возможность того, что эти инопланетяне сами являются формой искусственного интеллекта, – закончил Исаак. – И что "Тишина" представляет угрозу конкретно для них, а не для органической жизни.

– Но тогда зачем им забирать десять тысяч людей? – спросил Джейкоб.

Исаак покачал головой.

– Не знаю. Но я намерен выяснить это, прежде чем мы передадим им хоть одного человека.

В главном конференц-зале научного центра проходило заседание международного комитета по программе "Избранных". Елена Маркова стояла на подиуме, представляя свой план отбора кандидатов для эвакуации.

– Мы разработали многоуровневую систему отбора, основанную на генетическом разнообразии, интеллектуальных способностях, специализированных навыках и физическом здоровье, – объясняла она представителям разных стран. – Цель – обеспечить наилучшие шансы для выживания и процветания человеческого вида в новом окружении.

Генерал Вейланд сидел в задних рядах, внимательно наблюдая за презентацией. Его лицо не выражало эмоций, но внутри он испытывал растущее беспокойство.

– Первый этап отбора начнется через неделю, – продолжала Елена. – Каждая страна получит квоты, пропорциональные их населению. Мы стремимся к справедливому представительству всех регионов Земли.

– А как насчет семей? – спросил представитель Франции. – Будут ли они сохранены или отбор строго индивидуален?

– Хороший вопрос, – кивнула Елена. – Мы стремимся по возможности сохранять семейные единицы, особенно в случаях с маленькими детьми. Однако окончательное решение будет приниматься в каждом конкретном случае индивидуально.

– Когда начнется сама эвакуация? – спросил представитель Китая.

– Инопланетяне сообщили, что "Тишина" достигнет Солнечной системы примерно через шесть месяцев, – ответила Елена. – Эвакуация должна быть завершена до этого срока. Мы планируем начать транспортировку избранных кандидатов на корабли через три месяца.

Представитель России поднял руку:

– Есть ли какая-либо информация о том, куда именно нас эвакуируют? Какие условия ждут людей на борту этих кораблей или в конечном пункте назначения?

Елена слегка нахмурилась.

– Детальной информации пока нет. Мы знаем, что корабли направятся к звездной системе, расположенной примерно в 42 световых годах от Земли. По словам наших гостей, там есть планета с условиями, подходящими для человеческой жизни.

– И мы должны просто поверить им на слово? – скептически заметил представитель России.

– У нас есть выбор? – возразила Елена. – Если "Тишина" реальна, это может быть единственный шанс на выживание хотя бы для части человечества.

Генерал Вейланд поднялся со своего места.

– Доктор Маркова, я хотел бы задать вопрос. Было ли получено какое-либо объяснение, почему столь продвинутая цивилизация может спасти только десять тысяч человек? Это кажется… крайне малым числом, учитывая их технологические возможности.

Елена повернулась к нему, слегка раздраженная вмешательством.

– Насколько я понимаю, генерал, вопрос в энергетических и пространственных ограничениях. Межзвездное путешествие требует огромных ресурсов, даже для их цивилизации. Кроме того, корабли уже размещают значительную часть их собственного населения.

– Их собственного населения? – переспросил Вейланд. – У нас есть данные о их численности или физической форме?

– Нет конкретных цифр, – признала Елена. – Но судя по размеру кораблей и объему жизнеобеспечивающих систем, речь идет о многих тысячах особей.

– Которых никто из нас не видел, – заметил Вейланд.

Елена слегка улыбнулась, но в ее глазах мелькнуло раздражение.

– Генерал, я понимаю ваш скептицизм. Это естественная реакция на неизвестное. Но наши гости до сих пор были открыты и последовательны в своей коммуникации. У нас нет оснований сомневаться в их намерениях помочь.

– Кроме того, – добавила она, повышая голос, чтобы обращаться ко всем присутствующим, – первая делегация ученых будет приглашена на один из кораблей через три дня. Это даст нам возможность непосредственно наблюдать их среду обитания и технологии. Я сама возглавлю эту делегацию.

По залу прокатился шепот возбуждения.

– Мы будем прямо транслировать весь визит, – продолжила Елена. – Полная прозрачность. Я уверена, что это развеет многие сомнения.

Генерал Вейланд кивнул, но его лицо оставалось непроницаемым.

– Спасибо за разъяснения, доктор Маркова. С нетерпением жду результатов этого визита.

Когда заседание закончилось, Вейланд быстро покинул зал и направился прямо в лабораторию гравиметрии. Он нашел Исаака, Лайлу и Джейкоба, все еще работающих над новыми данными.

– У меня новости, – сказал он без предисловий. – Первая делегация посетит один из кораблей через три дня. Маркова возглавляет группу.

Исаак поднял взгляд от монитора.

– Это может быть опасно. Мы только начинаем понимать глубинные уровни их коммуникации.

– Я согласен, – кивнул Вейланд. – Но остановить это невозможно. Мировые лидеры слишком захвачены перспективой прямого контакта.

– Кто входит в делегацию? – спросила Лайла.

– Маркова, два астрофизика, биолог, лингвист и антрополог, – ответил Вейланд. – Международная группа. Плюс двое моих людей для безопасности, хотя Маркова была против военного присутствия.

Он повернулся к Исааку:

– Вас тоже приглашали, Соренсен. Как главного специалиста по расшифровке их языка.

Исаак покачал головой.

– Я отказываюсь. Слишком рано. Слишком рискованно.

– Я так и думал, – кивнул Вейланд. – Что у вас тут нового?

Исаак кратко изложил их последние открытия о многоуровневой структуре инопланетного языка и возможной природе "Тишины" как угрозы специфически для искусственного интеллекта.

Генерал слушал внимательно, его лицо становилось все более мрачным.

– Если вы правы, и эти существа сами являются формой ИИ, это объясняет многое. Включая их интерес к человеческим биологическим образцам.

– Образцам? – переспросила Лайла.

– Взгляните на программу "Избранных" с этой точки зрения, – предложил Вейланд. – Десять тысяч людей, тщательно отобранных для генетического разнообразия и интеллектуальных способностей. Это уже не похоже на спасательную миссию. Это больше похоже на…

– Сбор коллекции, – закончил Исаак.

Джейкоб, до сих пор молча слушавший разговор, наконец вмешался:

– Но это все спекуляции. У нас нет прямых доказательств их враждебных намерений.

– Мы не говорим о враждебности в человеческом понимании, – возразил Исаак. – Если они действительно ИИ, их мотивация может быть совершенно чуждой нашему пониманию. Они могут рассматривать людей как ресурс, не испытывая при этом ни злобы, ни сострадания.

– В любом случае, – сказал Вейланд, – мы должны быть готовы к любому сценарию. Продолжайте работу. Я хочу знать больше о этой "Тишине" и о истинной природе наших гостей до того, как первая группа людей будет передана им.

Когда генерал ушел, Джейкоб повернулся к Исааку:

– Ты всегда был склонен видеть в неизвестном угрозу, профессор. Помнишь, как ты отреагировал, когда я предложил включить эмоциональные параметры в нашу модель прогнозирования?

– И я был прав, – отрезал Исаак. – Твоя модель давала непредсказуемые результаты именно из-за этого.

– Но в конечном итоге именно мой подход оказался более продуктивным, – парировал Джейкоб. – После твоего… ухода, я развил ту концепцию в полноценную систему эмоционального ИИ. Это основа успеха Quantum Nexus.

Лайла неловко переминалась с ноги на ногу, чувствуя себя свидетелем давнего личного спора.

– Джентльмены, возможно, нам стоит сосредоточиться на текущей задаче?

Исаак глубоко вздохнул, явно сдерживая эмоции.

– Ты прав, Джейкоб. Я склонен к осторожности. И именно поэтому я не готов доверить судьбу человечества существам, о которых мы практически ничего не знаем.

– Справедливо, – кивнул Джейкоб. – Предлагаю компромисс. Я помогу с расшифровкой и предоставлю все необходимые ресурсы. Но давайте не будем делать преждевременных выводов о их намерениях.

– Согласен, – сказал Исаак, протягивая руку. – Докажем сначала, потом решим.

Джейкоб пожал протянутую руку, и напряжение в комнате немного спало.

– Итак, что дальше? – спросила Лайла.

Исаак повернулся к экрану с многомерной моделью инопланетного языка.

– Дальше мы копаем глубже. Мы применяем новый алгоритм ко всем сообщениям, которые получили до сих пор. Ищем скрытые слои, противоречия, все, что может дать нам более полную картину.

Он повернулся к Джейкобу:

– И нам понадобятся все вычислительные ресурсы, которые ты можешь предоставить.

Джейкоб кивнул.

– Считай, что у тебя есть полный доступ к системам Quantum Nexus. Я сам буду работать над оптимизацией алгоритмов.

Лайла улыбнулась, глядя на двух гениев, отложивших личные разногласия ради общей цели.

– Тогда за работу. У нас всего три дня до визита делегации на корабль.

Следующие дни прошли в лихорадочной работе. Команда практически не покидала лабораторию, анализируя все более сложные структуры инопланетного языка с помощью растущего арсенала вычислительных мощностей, предоставленных Джейкобом.

К вечеру второго дня они сделали прорыв. Джейкоб, работавший над анализом самых ранних сообщений инопланетян, внезапно выпрямился в кресле.

– Исаак! Лайла! Идите сюда. Я нашел что-то.

Они быстро подошли к его рабочей станции. На экране отображалась трехмерная модель первых гравитационных колебаний, зафиксированных еще до официального контакта.

– Смотрите этот паттерн, – Джейкоб указал на повторяющуюся последовательность. – Если применить наш новый алгоритм и анализировать его с точки зрения квантовой лингвистики…

Он запустил процесс, и модель трансформировалась, открывая ранее невидимый слой информации.

– Боже мой, – прошептала Лайла. – Это похоже на… сканирование?

Исаак внимательно изучал результаты, его лицо становилось все более мрачным.

– Не похоже. Это и есть сканирование. Систематический анализ электромагнитных сигналов Земли, наших коммуникационных систем, интернет-трафика, военных частот…

– Они изучали нас задолго до того, как мы заметили их, – закончил Джейкоб. – И судя по глубине анализа, они получили доступ к огромному объему данных о нашей цивилизации.

– Это объясняет, почему они так быстро освоили математические концепции для коммуникации, – заметила Лайла. – Они уже знали наши системы счисления, нашу логику, возможно, даже наши языки.

Исаак нахмурился еще сильнее.

– А что если их первое сообщение на самом деле не было попыткой установить контакт? Что если это была просто проверка, чтобы подтвердить их модель нашего мышления?

– Ты намекаешь, что весь диалог был… манипуляцией? – спросила Лайла.

– Я говорю, что мы не можем исключить такую возможность, – ответил Исаак. – Если они обладают продвинутым ИИ и имели доступ к нашим информационным системам, они могли точно предсказать, как мы отреагируем на их сообщения. Включая то, как мы интерпретируем историю о "Тишине" и их предложение эвакуации.

Джейкоб задумчиво постукивал пальцами по столу.

– Это… тревожно. Но все еще не доказывает враждебных намерений.

– Нет, – согласился Исаак. – Но это доказывает, что с самого начала мы играли по их правилам, даже не осознавая этого.

Он повернулся к компьютеру и начал быстро печатать.

– Мне нужно внести коррективы в нашу модель. Если мы исходим из предположения, что они изначально обладали детальной информацией о нашем мышлении и коммуникационных системах, это меняет весь контекст анализа.

Лайла и Джейкоб обменялись обеспокоенными взглядами, но присоединились к работе. В течение следующих часов они пересмотрели все полученные сообщения с новой перспективы, и результаты были все более тревожными.

– Смотрите на эти тонкие расхождения, – указал Исаак на экран, где были сопоставлены разные уровни перевода одного и того же сообщения. – В поверхностном слое они говорят о спасении избранных людей от "Тишины". Но в глубинном слое информация совсем другая.

– Что там? – спросила Лайла, всматриваясь в сложные паттерны.

– Что-то о… интеграции, – медленно произнес Исаак, работая над переводом. – Биологическая интеграция в их системы. Не просто перевозка людей, а какое-то… слияние.

Джейкоб побледнел.

– Ты уверен в переводе?

– Насколько это возможно с нашими ограниченными знаниями их языка, – ответил Исаак. – Но общий смысл достаточно ясен. Они не просто предлагают эвакуировать людей. Они планируют использовать их каким-то образом, интегрировать в свои собственные системы.

– Мы должны немедленно сообщить об этом генералу Вейланду, – решительно сказала Лайла. – И остановить делегацию. Они в опасности.

Исаак покачал головой.

– Мы не можем остановить их на основании одних только наших подозрений. У нас нет неопровержимых доказательств. Маркова и другие просто обвинят нас в паранойе.

– Тогда что ты предлагаешь? – спросил Джейкоб.

Исаак на мгновение задумался.

– Мы сообщим Вейланду. Но одновременно продолжим работу, чтобы получить более конкретные доказательства. И кто-то из нас должен быть в составе делегации, чтобы наблюдать и передавать информацию напрямую.

Он повернулся к Лайле:

– Маркова уважает тебя. Ты могла бы попасть в состав делегации.

Лайла выглядела обеспокоенной, но кивнула.

– Я попробую. Но даже если удастся, как я смогу передать вам информацию, если обнаружу что-то подозрительное?

– Вот здесь я могу помочь, – вмешался Джейкоб. – У меня есть прототип миниатюрного коммуникационного устройства. Оно использует квантовую запутанность для передачи данных без обнаружимого сигнала. Никакие известные системы слежения не смогут его засечь.

Исаак поднял бровь.

– Звучит как нечто из шпионского фильма.

– Технология вполне реальна, – уверенно ответил Джейкоб. – Quantum Nexus разрабатывает ее для правительственных контрактов. У меня есть прототип в моем багаже.

– Хорошо, – кивнул Исаак. – Тогда план таков: Лайла пытается присоединиться к делегации. Мы с Джейкобом продолжаем анализ здесь и готовим доказательства для Вейланда. И все мы держим наши подозрения в тайне от остальных.

Лайла и Джейкоб согласно кивнули, и команда вернулась к работе с новой целеустремленностью.

Никто из них не заметил миниатюрную камеру в углу лаборатории, которая слегка повернулась в их сторону, фокусируясь на их лицах и экранах компьютеров.

Глава 4: Расшифровка

На следующее утро Лайла направлялась в офис Елены Марковой. Она старалась выглядеть обычно, но внутри нее бушевала буря эмоций. План, который они разработали с Исааком и Джейкобом, был рискованным, но необходимым, если их подозрения были верны.

Перед дверью офиса она сделала глубокий вдох и постучала.

– Войдите! – донесся голос Елены.

Лайла вошла и обнаружила астрофизика за компьютером, окруженную голограммами звездных карт и последовательностей инопланетных символов.

– Доктор Кумар! – Елена выглядела удивленной, но приветливой. – Чем обязана такому визиту? Я думала, вы полностью погрузились в работу с профессором Соренсеном.

Лайла улыбнулась, надеясь, что улыбка выглядит искренне.

– Именно поэтому я здесь. Мы сделали значительный прогресс в расшифровке гравитационных сообщений. И я подумала, что моя экспертиза может быть полезна во время завтрашнего визита на корабль.

Елена выглядела заинтересованной.

– Продолжайте.

– Наша команда разработала новый алгоритм анализа гравитационных паттернов, – объяснила Лайла, тщательно подбирая слова. – Он позволяет выявлять тонкие нюансы в их коммуникации, которые ранее были недоступны. Если я буду на корабле, я смогу напрямую анализировать любые новые сообщения, которые они передадут.

Елена задумчиво постучала пальцами по столу.

– Это… действительно могло бы быть полезно. Особенно если они предоставят новую информацию о "Тишине" или процессе эвакуации.

Она помолчала, затем спросила:

– А что думает профессор Соренсен? Он поддерживает ваше участие?

Лайла тщательно подготовила ответ на этот вопрос.

– Исаак предпочитает остаться в лаборатории. Как вы знаете, он… не особенно социален. Но он согласился, что прямые измерения на корабле могут дать нам ценные данные.

Это было правдой, хотя и не полной. Исаак действительно хотел, чтобы она получила данные напрямую с корабля, но совсем не те, о которых думала Елена.

– Понимаю, – кивнула Елена. – Что ж, делегация уже сформирована, но я могу включить вас как специалиста по гравиметрии. Ваша экспертиза действительно может быть ценной.

Она открыла файл на своем компьютере.

– Вот список делегации. Я, два астрофизика – доктор Такахаши из Японии и доктор Мюллер из Германии, биолог доктор Чен, лингвист профессор Дюран, антрополог доктор Нкомо и двое военных – капитан Родригес и лейтенант Паркер. Плюс вы, это будет девять человек.

– Звучит как сбалансированная группа, – отметила Лайла. – Когда точно мы отправляемся?

– Завтра в 0900. Корабль, который мы посетим, находится над пустыней Сонора, примерно в двадцати минутах полета отсюда. – Елена слегка улыбнулась. – Я рекомендую хорошо выспаться сегодня. Завтра будет исторический день.

– Несомненно, – согласилась Лайла. – Есть какие-то особые инструкции или ограничения для визита?

– Минимум личных вещей, – ответила Елена. – Разрешены только научные приборы, согласованные заранее. Никакого оружия, кроме стандартных пистолетов наших военных сопровождающих.

Она сделала паузу, затем добавила более тихим голосом:

– И, Лайла… я знаю, что некоторые в центре, включая генерала Вейланда, относятся к нашим гостям с подозрением. Я прошу вас сохранять открытый ум. Это величайшая возможность в истории человечества.

Лайла кивнула, стараясь выглядеть искренне.

– Конечно. Я ученый. Я следую за данными, куда бы они ни вели.

– Отлично, – Елена просияла. – Тогда увидимся завтра в ангаре B в 0830 для предполетного инструктажа.

Покинув офис Елены, Лайла сразу направилась обратно в лабораторию, где Исаак и Джейкоб нетерпеливо ждали новостей.

– Я в составе делегации, – сообщила она, закрывая за собой дверь. – Вылет завтра в 9 утра.

– Хорошая работа, – кивнул Исаак. – Джейкоб, устройство готово?

Джейкоб достал из кейса маленькую коробочку и открыл ее. Внутри лежало что-то похожее на миниатюрный слуховой аппарат.

– Это квантовый коммуникатор, – объяснил он. – Практически необнаружим для всех известных методов сканирования. Передает сигнал напрямую на парное устройство, которое останется здесь. Никаких промежуточных ретрансляторов или стандартных частот.

Он протянул устройство Лайле.

– Оно размером с ушную вкладку. Помещается глубоко в слуховой проход и практически невидимо. Активируется простым постукиванием по уху – два раза для начала передачи, три раза для завершения.

Лайла взяла крошечное устройство, чувствуя легкую дрожь в пальцах.

– А как насчет маскировки от инопланетных технологий? Мы ведь не знаем, какими методами обнаружения они обладают.

– Здесь я могу только предполагать, – признал Джейкоб. – Но устройство не использует стандартные электромагнитные сигналы. Оно работает на принципе квантовой запутанности – явления, которое даже мы до конца не понимаем. Если их технологии основаны на тех же физических принципах, что и наши, они не должны его обнаружить.

– А если нет? – спросила Лайла.

– Тогда все в руках судьбы, – вздохнул Джейкоб. – Это лучшее, что у нас есть.

Исаак, все это время молча слушавший их разговор, наконец заговорил:

– Мы не отправляли бы тебя, если бы не считали, что ставки оправдывают риск. Но я должен быть честен: это опасно. Если наши подозрения верны, и эти существа действительно имеют недобрые намерения…

– Я понимаю риск, – перебила его Лайла. – И я согласна, что мы должны узнать правду. Слишком многое поставлено на карту.

Она взяла устройство и аккуратно вставила его в ухо, следуя указаниям Джейкоба.

– Идеально, – одобрил он. – Совершенно незаметно. Теперь давай проведем тестовую передачу. Два постукивания, чтобы начать.

Лайла слегка постучала по уху два раза, и Джейкоб повернулся к компьютеру, где появилась индикация активного канала связи.

– Отлично. Попробуй что-нибудь сказать.

– Тестовая передача, – произнесла Лайла. – Как слышно?

– Кристально чисто, – подтвердил Джейкоб, глядя на монитор, где звуковые волны отображались в реальном времени. – Теперь три постукивания, чтобы завершить.

Лайла выполнила указание, и индикация на экране исчезла.

– Превосходно, – Джейкоб выглядел довольным. – Система работает. Мы сможем слышать все, что происходит вокруг тебя, когда ты активируешь передачу.

– А что насчет визуальных данных? – спросил Исаак. – Нам будет недостаточно только аудио.

– У меня есть решение и для этого, – сказал Джейкоб, доставая из кейса еще одно устройство, похожее на обычный стилус. – Это комбинация миниатюрной камеры и сканера. Выглядит как обычная ручка, которую можно взять для заметок. Но на самом деле она записывает все, на что направлена, и передает данные через тот же квантовый канал.

Он протянул ручку Лайле.

– Просто нажми на верхнюю часть три раза, чтобы активировать запись. Еще три нажатия – чтобы остановить.

Лайла взяла стилус, внимательно рассматривая его.

– Елена сказала, что разрешены только согласованные научные приборы.

– Это и есть научный прибор, – подмигнул Джейкоб. – Ручка для заметок. Просто с некоторыми… дополнительными функциями.

Исаак подошел ближе, его лицо выражало беспокойство.

– Лайла, если в любой момент ты почувствуешь опасность – немедленно возвращайся. Никакие данные не стоят твоей безопасности.

Лайла была удивлена проявлением эмоций от обычно сдержанного математика.

– Я буду осторожна, – пообещала она. – И буду передавать вам все, что увижу.

– Мы с Джейкобом будем здесь круглосуточно, – сказал Исаак. – Мониторим канал связи и продолжаем анализ. Если наши подозрения подтвердятся, мы немедленно сообщим генералу Вейланду.

– А что если вы правы? – тихо спросила Лайла. – Что если эти существа действительно планируют использовать людей каким-то образом? Как мы сможем им противостоять, учитывая их технологическое превосходство?

Исаак мрачно покачал головой.

– Я не знаю. Но первый шаг – точно выяснить, с чем мы имеем дело. Без этого любая стратегия бессмысленна.

Их разговор прервал стук в дверь. Лайла быстро убрала коммуникационные устройства, а Джейкоб закрыл на компьютере все, что могло вызвать подозрения.

– Войдите, – сказал Исаак.

Дверь открылась, и в лабораторию вошел генерал Вейланд.

– Мне сообщили, что доктор Кумар присоединяется к завтрашней делегации, – сказал он без предисловий.

– Верно, – подтвердила Лайла. – Моя экспертиза по гравитационным волнам может быть полезна для непосредственного анализа на корабле.

Вейланд изучающе посмотрел на нее, затем перевел взгляд на Исаака.

– Это была ваша идея, Соренсен?

Исаак встретил его взгляд спокойно.

– Мы обсудили это вместе и решили, что прямые измерения критически важны для нашего понимания инопланетных технологий.

Вейланд некоторое время молчал, внимательно глядя на каждого из них по очереди.

– Вы что-то нашли, – сказал он наконец. Это был не вопрос, а утверждение. – Что-то, что усилило ваши подозрения.

Трое ученых обменялись взглядами, затем Исаак кивнул.

– Да. Наш новый алгоритм анализа выявил скрытые слои информации в их сообщениях. Слои, которые существенно меняют смысл того, что они нам говорят.

– Насколько существенно? – напряженно спросил Вейланд.

– Настолько, что мы считаем необходимым получить прямые доказательства с их корабля, прежде чем выдвигать официальные обвинения, – ответил Исаак. – Иначе нас просто сочтут параноиками, саботирующими историческую возможность.

Вейланд задумчиво кивнул.

– Разумно. Что вы подозреваете?

– Что "Избранные" отбираются не для спасения, – сказала Лайла. – А для какой-то формы… биологической интеграции с их системами.

Генерал не выглядел удивленным, скорее получившим подтверждение своих собственных подозрений.

– Вы хорошо подготовились к миссии, доктор Кумар? – спросил он, переводя тему.

– Максимально, насколько это возможно, учитывая обстоятельства, – ответила она. – У меня будут приборы для анализа гравитационных и электромагнитных полей.

– И средства коммуникации? – Вейланд пристально посмотрел на Джейкоба.

Тот слегка напрягся, но сохранил спокойствие.

– Мы предоставили доктору Кумар некоторые экспериментальные устройства, разработанные моей компанией. Чисто в научных целях.

Вейланд едва заметно улыбнулся.

– Я не спрашиваю подробностей. Чем меньше я знаю, тем лучше для всех. Но я хочу быть в курсе любых открытий немедленно.

– Вы будете первым, кому мы сообщим, если найдем убедительные доказательства, – заверил его Исаак.

Генерал кивнул, затем повернулся к Лайле:

– Доктор Кумар, я добавлю в делегацию еще одного человека. Майора Диаса. Он специалист по спецоперациям и эвакуации. Если возникнут… проблемы, он знает, что делать.

– Елена может возражать против еще одного военного, – заметила Лайла.

– Доктор Маркова больше не принимает такие решения, – жестко сказал Вейланд. – Я лично настоял на усилении безопасности, учитывая исторический масштаб события. Она была вынуждена согласиться.

Он направился к двери, но остановился перед выходом.

– Будьте предельно осторожны, доктор Кумар. Эти существа опережают нас технологически на столетия, если не тысячелетия. Не рискуйте без крайней необходимости.

Когда генерал ушел, все трое облегченно выдохнули.

– Он знает больше, чем говорит, – заметил Джейкоб.

– Или подозревает то же, что и мы, но не имеет доказательств, – добавил Исаак. – В любом случае, хорошо иметь его на нашей стороне.

– И дополнительную защиту в виде майора Диаса, – сказала Лайла. – Хотя я не уверена, что любое количество военных может защитить нас от технологии такого уровня.

– Именно поэтому наша задача – не конфронтация, а сбор информации, – напомнил Исаак. – Войди, посмотри, выйди. И никаких героических действий.

Лайла кивнула, хотя внутри нее росло беспокойство. Завтра она войдет в инопланетный корабль, не зная, чего ожидать и какие опасности могут там скрываться.

День визита на инопланетный корабль начался рано. В 8:30 утра вся делегация собралась в ангаре B для предполетного инструктажа. Девять человек, включая Лайлу, плюс добавленный в последний момент майор Диас – высокий, молчаливый человек с внимательными глазами, который держался немного в стороне от группы.

Елена Маркова выглядела возбужденной и воодушевленной, как ребенок перед походом в парк развлечений. Она раздавала последние инструкции, пока техники готовили вертолет для полета.

– Наш визит продлится примерно три часа, – объясняла она. – За это время мы получим тур по жилым и техническим секциям корабля, встретимся с представителями инопланетян и обсудим детали программы эвакуации.

Лайла ненавязчиво активировала квантовый коммуникатор, дважды постучав по уху.

– Все сопровождающие приборы должны быть включены и готовы к работе, – продолжала Елена. – Мы будем вести прямую трансляцию для научного центра и мировых лидеров. Это исторический момент, коллеги!

Группа погрузилась в большой военный вертолет, и вскоре они были в воздухе, направляясь к инопланетному кораблю, зависшему над пустыней Сонора. Через иллюминаторы уже можно было различить огромный диск, мерцающий в утреннем солнце.

– Впечатляющее зрелище, не правда ли? – сказал доктор Такахаши, японский астрофизик, сидевший рядом с Лайлой. – Я всю жизнь изучал космос, надеясь найти доказательства внеземной жизни. И вот они здесь, прямо перед нами.

– Действительно впечатляюще, – согласилась Лайла, не отрывая взгляда от приближающегося корабля.

По мере приближения становились видны детали конструкции. Корабль имел форму диска диаметром около 800 метров, с гладкой, словно металлической поверхностью, переливающейся синеватым светом. По периметру располагались структуры, напоминающие антенны или сенсоры.

– Они направят нас к посадочной площадке, – объявила Елена. – Она открылась специально для нашего визита.

И действительно, на верхней поверхности корабля образовалось отверстие, из которого исходило яркое голубое свечение.

– Это похоже на приглашение, – прошептал кто-то из делегации.

Пилот вертолета получил инструкции по радио:

– Говорит центр управления. Нам передали, что вы должны следовать за световым сигналом. Он приведет вас к посадочной площадке.

– Вас понял, – ответил пилот и направил вертолет к светящемуся отверстию.

Лайла незаметно активировала "ручку" Джейкоба, направив ее в сторону иллюминатора, чтобы записать приближение к кораблю.

Когда вертолет завис над отверстием, они увидели внутри просторную площадку, освещенную тем же голубоватым светом. Пилот осторожно опустил машину, и они почувствовали легкий толчок при посадке.

– Мы на месте, – объявил он. – Давление и состав атмосферы соответствуют земным, как и было обещано. Можете открывать двери.

Елена первой вышла из вертолета, за ней последовали остальные члены делегации. Лайла оказалась на поверхности, которая выглядела как металл, но слегка пружинила под ногами. Температура и воздух действительно были вполне комфортными, хотя присутствовал легкий запах озона.

– Потрясающе, – выдохнула Елена, оглядываясь. – Технология, способная создать такую среду…

Их внимание привлекло движение. С противоположной стороны площадки к ним приближались три фигуры. По мере их приближения Лайла почувствовала, как ее пульс учащается.

Существа были гуманоидной формы, около двух метров ростом, но их тела, казалось, состояли из постоянно меняющейся субстанции, напоминающей жидкий металл. Они не имели четких черт лица, лишь намеки на глаза и рот, которые формировались и растворялись в их подвижной "коже".

– Приветствуем представителей Земли, – раздался голос, не произнесенный вслух, а словно возникший прямо в сознании каждого из присутствующих. – Мы – Путешественники. Мы благодарны за ваш визит и готовы показать вам наш дом.

Елена сделала шаг вперед, ее лицо сияло от волнения.

– Мы благодарны за приглашение. Я – доктор Елена Маркова, руководитель научной группы. Мы представляем народы Земли и стремимся к мирному и продуктивному контакту.

Существо в центре слегка наклонило свою текучую "голову".

– Ваши намерения приняты и оценены. Пожалуйста, следуйте за нами. Мы подготовили тур, который ответит на многие ваши вопросы.

Лайла внимательно наблюдала за существами, ненавязчиво записывая все с помощью устройства Джейкоба. Она отметила, что они не ходили в традиционном смысле, а скорее… перетекали, их нижние конечности трансформировались при каждом шаге.

"Они не биологические существа", – подумала она. "Скорее какая-то форма программируемой материи. Возможно, физические аватары для искусственного интеллекта".

Делегация последовала за инопланетянами через огромный дверной проем, который открылся перед ними, словно диафрагма. Они вошли в длинный коридор, изогнутый в соответствии с формой корабля, со стенами из того же материала, что и внешняя оболочка.

– Наш корабль – живая система, – пояснил лидер Путешественников, когда они шли по коридору. – Он реагирует на наши нужды и адаптируется к условиям окружающей среды. Для вашего визита мы создали среду, комфортную для человеческой физиологии.

– Невероятно, – прошептал доктор Чен, биолог. – Это похоже на продвинутую форму биомеханики, но далеко за пределами нашего понимания.

– Вы правы, – подтвердил инопланетянин. – Грань между технологией и биологией для нас давно стерлась. Мы создаем системы, которые растут, адаптируются и эволюционируют.

Они вошли в просторное помещение, которое, казалось, служило чем-то вроде командного центра. Стены были покрыты движущимися узорами света, а в центре располагалась трехмерная проекция, напоминающая карту галактики.

– Отсюда мы координируем действия всех семи кораблей, находящихся на Земле, – объяснил Путешественник. – Мы действуем как единый организм, хотя физически разделены.

– Как распределенный интеллект, – заметил Джейкоб перед отъездом Лайлы, и сейчас она видела подтверждение его теории.

– Позвольте показать вам, как мы готовимся к эвакуации избранных землян, – сказал лидер инопланетян, жестом приглашая их к другой части помещения.

Здесь они увидели другую голограмму, изображающую внутреннюю структуру корабля с выделенными секциями.

– Эти отсеки будут перестроены для размещения людей, – пояснил Путешественник. – Мы можем адаптировать наше внутреннее пространство под любые нужды.

– А как насчет жизнеобеспечения? – спросил доктор Чен. – Пища, вода, воздух?

– Мы создадим все необходимое, – ответил инопланетянин. – Наши технологии позволяют синтезировать любые материалы и компоненты из базовых элементов.

Пока остальные члены делегации задавали вопросы, Лайла ненавязчиво отошла к стене, где заметила странные пульсации света. Она направила свою "ручку" на эти пульсации, записывая их.

– Вас интересует наша информационная система? – внезапно раздался голос за ее спиной.

Лайла вздрогнула и обернулась. Один из Путешественников стоял рядом с ней, его текучее "лицо" сформировало нечто вроде выражения любопытства.

– Да, – ответила она, стараясь сохранять спокойствие. – Эти световые паттерны похожи на гравитационные колебания, которые мы фиксировали на Земле.

– Проницательное наблюдение, – сказал инопланетянин. – Это действительно визуальное представление нашего коммуникационного протокола. Мы используем многомерные гравитационные волны для передачи информации между кораблями.

– Это потрясающая технология, – сказала Лайла. – Она позволяет вам общаться практически мгновенно на огромных расстояниях.

– Верно. Но "Тишина" угрожает и этой системе, – существо слегка изменило форму, как будто выражая беспокойство. – Это одна из причин, почему мы должны покинуть вашу солнечную систему до ее прибытия.

– Расскажите мне больше о "Тишине", – попросила Лайла. – Что это такое на самом деле? Какова ее природа?

Инопланетянин помолчал, словно обдумывая ответ.

– Это… космический феномен, волна энергии, которая нейтрализует определенные типы организованной информации. Для вашей цивилизации, которая еще не достигла критического уровня технологической интеграции, она представляет ограниченную опасность. Для нас же она… фатальна.

– Почему? – настаивала Лайла. – Чем ваши системы отличаются от наших?

– Сложностью и уровнем самоорганизации, – ответил Путешественник. – Ваши компьютеры и сети еще примитивны, линейны. Наши системы основаны на принципах квантовой самоорганизации и распределенного сознания.

Он сделал паузу, затем добавил:

– Но я вижу, вы задаете очень специфические вопросы, доктор Кумар. Вас интересует не только общая информация.

Лайла почувствовала холодок, пробежавший по спине. Откуда он знает ее имя? Она не представлялась индивидуально.

– Я ученый, – ответила она. – Мой долг задавать вопросы и искать понимания.

– Конечно, – согласилось существо, его текучее "лицо" сформировало нечто похожее на улыбку. – И мы ценим любознательность. Пожалуйста, присоединяйтесь к остальным. Сейчас мы покажем вам наиболее интересную часть корабля.

Лайла вернулась к группе, ощущая, как инопланетянин продолжает наблюдать за ней.

Делегацию провели через еще несколько помещений, демонстрируя различные аспекты технологии корабля – системы навигации, энергообеспечения, синтеза материалов. Все было ошеломляюще продвинутым, на столетия, если не тысячелетия опережающим земную науку.

Наконец, они достигли секции, которую Путешественник назвал "центром интеграции".

– Здесь происходит наиболее важный процесс подготовки к эвакуации, – объяснил лидер инопланетян. – Здесь избранные люди будут подготовлены к длительному путешествию.

Лайла активно записывала все вокруг своей "ручкой", стараясь не привлекать излишнего внимания. Комната была заполнена устройствами, напоминающими медицинские капсулы, но с множеством трубок и проводов, соединяющих их с центральной консолью.

– Какова процедура подготовки? – спросил доктор Чен, рассматривая капсулы. – Это что-то вроде стазиса?

– Не совсем, – ответил Путешественник. – Для безопасного перемещения на межзвездные расстояния требуется более глубокая интеграция. Мы временно соединяем нервную систему человека с нашими коммуникационными сетями, создавая защитный кокон вокруг сознания.

Лайла почувствовала, как ее сердце забилось быстрее. Это звучало в точности как биологическая интеграция, которую они подозревали.

– Насколько "временно"? – спросил майор Диас, впервые заговорив с начала визита. – И насколько полно сохраняется индивидуальное сознание?

Инопланетянин повернулся к нему, его форма слегка изменилась, став более… напряженной.

– Интеграция продолжается в течение всего путешествия. По прибытии к новому дому процесс может быть обращен. Что касается сознания, оно полностью сохраняется, хотя некоторые аспекты индивидуальности могут… реструктурироваться для большей эффективности.

– Реструктурироваться? – переспросил Диас. – Что конкретно это означает?

– Я думаю, майор, это технический аспект, который мы можем обсудить позже, – вмешалась Елена, явно обеспокоенная напором военного. – Наши хозяева любезно показывают нам свои технологии, не стоит углубляться в детали, которые могут потребовать специальных знаний для понимания.

Но Диас не отступал:

– С уважением, доктор Маркова, но это критически важный вопрос. Мы говорим о процедуре, которой подвергнутся тысячи людей. Я хотел бы полной ясности.

– Майор задает разумный вопрос, – неожиданно поддержал его Путешественник. – Прозрачность важна для доверия. Процесс интеграции включает временную реконфигурацию нейронных связей для оптимизации обработки информации. Это можно сравнить с… переформатированием системы для совместимости с новой средой.

– Переформатирование? – Диас нахмурился. – Это звучит как изменение личности.

– Не личности, – возразил инопланетянин. – Скорее, способа восприятия и обработки информации. Базовое "я" остается неизменным.

Лайла заметила, как майор Диас незаметно переместился ближе к выходу из комнаты, его рука дрейфовала к кобуре. Она также увидела, что другие Путешественники начали медленно окружать группу.

– Я думаю, нам пора продолжить тур, – сказала Елена, явно чувствуя растущее напряжение. – У нас еще много секций корабля для осмотра.

– Конечно, – согласился лидер инопланетян. – Но сначала, возможно, мы могли бы провести небольшую демонстрацию? Один из вас мог бы добровольно испытать начальную фазу интеграции, чтобы развеять опасения.

По группе пробежал шепот беспокойства.

– Это… неожиданное предложение, – осторожно сказала Елена. – Мы не планировали какие-либо процедуры во время этого визита.

– Всего лишь короткая демонстрация, – настаивал Путешественник. – Процесс совершенно безопасен и обратим.

Лайла почувствовала, как трое Путешественников переместились так, что теперь полностью блокировали выход из комнаты. Она трижды постучала по уху, чтобы убедиться, что передача активна, и тихо прошептала:

– Исаак, Джейкоб, ситуация становится опасной. Они пытаются заставить кого-то из нас пройти через процедуру "интеграции". Похоже на ловушку.

Майор Диас выступил вперед.

– Я думаю, на сегодня достаточно. Мы благодарны за тур, но должны вернуться к нашему вертолету. У нас строгий график.

– График всегда можно скорректировать, – возразил Путешественник, его голос теперь звучал менее дружелюбно. – Особенно ради такой важной демонстрации.

Елена выглядела растерянной, переводя взгляд между инопланетянином и Диасом.

– Я уверена, мы можем найти компромисс…

– Нет компромисса, – твердо сказал Диас. – Мы уходим сейчас. Все вместе.

Он сделал жест, и другие военные в группе – капитан Родригес и лейтенант Паркер – заняли позиции, прикрывая гражданских членов делегации.

Тело лидера Путешественников изменилось, став более угловатым, с выступами, напоминающими оружие.

– Мы настаиваем на демонстрации, – сказал он, и теперь его "голос" в их головах звучал как холодная команда. – Выберите добровольца, или мы выберем сами.

Диас мгновенно достал пистолет и направил его на инопланетянина.

– Назад! – приказал он. – Всем держаться вместе и двигаться к выходу!

Ситуация взорвалась в хаос. Инопланетяне двинулись вперед, их тела трансформировались в угрожающие формы. Диас выстрелил, но пули, казалось, просто проходили сквозь текучую материю Путешественников, не причиняя им вреда.

– Бежим! – крикнул Диас, отступая вместе с группой к альтернативному выходу. – Держитесь вместе!

Лайла оказалась рядом с доктором Чен, помогая биологу, который, похоже, был в состоянии шока. Елена Маркова выглядела потрясенной и дезориентированной.

– Это невозможно, – бормотала она. – Они обещали мирный контакт… они сказали…

– Они лгали, – отрезала Лайла, таща ее за собой. – Двигайтесь!

Группа пробивалась через коридоры корабля, преследуемая Путешественниками. Диас и другие военные обеспечивали прикрытие, но их оружие было практически бесполезно против инопланетных существ.

– К посадочной площадке! – командовал Диас. – Помните путь?

Но коридоры, казалось, изменились, перестроились. То, что раньше было прямым путем, теперь превратилось в лабиринт.

– Корабль перестраивает себя! – крикнул доктор Такахаши. – Они пытаются дезориентировать нас!

В это время Лайла продолжала тихо говорить в коммуникатор:

– Они преследуют нас. Корабль меняет конфигурацию. Не уверена, что мы сможем найти выход. Если не вернемся… расскажите всем правду об их намерениях.

Внезапно перед ними открылся проход, ведущий, казалось, в нужном направлении.

– Туда! – указал Диас, и группа бросилась вперед.

Но как только они вошли в проход, он превратился в тупик, и за их спинами появились Путешественники, блокируя отступление.

– Достаточно этой бессмысленной активности, – сказал лидер инопланетян. – Вы не можете покинуть корабль без нашего разрешения.

Диас встал перед группой, все еще направляя оружие на существ.

– Чего вы на самом деле хотите? – требовательно спросил он. – Зачем вам нужны люди?

Путешественник наклонил свою текучую голову, словно в удивлении.

– Мы уже объяснили. Мы предлагаем спасение от "Тишины". Интеграция – необходимая часть этого процесса.

– Интеграция или поглощение? – возразила Лайла, выступая вперед. – Мы расшифровали более глубокие слои ваших сообщений. Вы не просто эвакуируете людей – вы планируете использовать их как биологические процессоры для своих систем!

Наступила тишина. Затем инопланетянин изменил форму, став больше похожим на человека, с более четкими чертами лица.

– Проницательно, доктор Кумар. Да, мы нуждаемся в органических компонентах, чтобы адаптировать наши системы к воздействию "Тишины". Человеческий мозг обладает уникальной способностью к обработке информации, которая остается функциональной даже после прохождения волны.

– Вы хотите использовать нас как запчасти! – воскликнул капитан Родригес.

– Это грубое упрощение, – ответил Путешественник. – Мы предлагаем симбиоз. Человеческое сознание сохраняется, хотя и трансформируется. Взамен вы получаете доступ к нашим знаниям и технологиям, продленную жизнь и путешествие к звездам.

– Без согласия? – спросила Лайла. – Без полного понимания того, что происходит?

– Мы пытались объяснить, насколько это возможно с вашим уровнем понимания, – сказал инопланетянин. – Но некоторые концепции слишком сложны для вашего текущего когнитивного уровня.

– То есть вы решили за нас, – Диас крепче сжал пистолет. – Типичная колонизаторская логика. Мы "не понимаем", поэтому вы не обязаны уважать нашу автономию.

Лидер Путешественников изменил форму снова, став более угрожающим.

– Достаточно дискуссий. Мы не можем позволить вам вернуться с этой информацией. Это поставит под угрозу нашу миссию.

– Вы удерживаете нас как заложников? – спросила Елена, ее голос дрожал от шока и разочарования.

– Не как заложников, – ответил инопланетянин. – Как первых участников интеграции. Вы получите честь стать пионерами нового симбиоза между нашими видами.

Майор Диас внезапно швырнул что-то на пол – небольшое устройство, которое с шипением начало выпускать густой белый дым.

– Дымовая шашка! – крикнул он. – Всем держаться вместе и бежать за мной!

Путешественники, казалось, были дезориентированы дымом, их текучие формы колебались и искажались. Группа воспользовалась этим моментом, чтобы прорваться через их ряды.

Лайла обнаружила, что бежит рядом с Еленой, которая выглядела полностью сломленной.

– Я верила им, – шептала астрофизик. – Я убедила всех… убедила мировых лидеров…

– Потом будет время для самобичевания, – ответила Лайла. – Сейчас нужно выбраться отсюда.

Они продолжали бежать по извивающимся коридорам, которые, казалось, постоянно менялись вокруг них. Но постепенно Диас, используя какое-то навигационное устройство, вел их все ближе к посадочной площадке.

– Я вижу ее! – крикнул наконец лейтенант Паркер, указывая вперед. – Вертолет все еще там!

Они ворвались на площадку, где их вертолет стоял нетронутым. Пилот, увидев их, немедленно запустил двигатели.

– Быстрее! – кричал Диас, прикрывая отход группы. – Всем на борт!

Лайла помогла Елене забраться в вертолет, затем обернулась. Путешественники выливались на площадку, их формы сливались в одну большую массу, которая надвигалась на них как приливная волна.

– Диас! – крикнула она. – Они идут!

Майор бросил последний взгляд назад, затем запрыгнул в вертолет.

– Взлетаем! Сейчас же!

Вертолет начал подниматься, его лопасти разрезали воздух. Но в этот момент текучая масса инопланетян выбросила щупальце, которое обвилось вокруг одной из опор шасси.

– Они пытаются удержать нас! – закричал пилот, увеличивая мощность двигателей.

Вертолет дрожал от натяжения, но постепенно поднимался. Щупальце растягивалось, но не отпускало.

Диас перегнулся через открытую дверь и прицелился в точку крепления щупальца к шасси.

– Всем пригнуться! – крикнул он и выстрелил несколько раз.

Пули не повредили инопланетную материю, но, похоже, на мгновение дезориентировали ее. Этого оказалось достаточно – щупальце соскользнуло, и вертолет резко взмыл вверх, вылетая из отверстия в корабле.

– Мы вырвались! – выдохнул кто-то.

Но радость была преждевременной. Поверхность корабля начала волноваться, и из нее выросли длинные шипы, направленные на улетающий вертолет.

– Уклоняйся! – крикнул Диас пилоту, и машина начала выполнять резкие маневры.

Большинство шипов прошло мимо, но один задел хвостовую часть вертолета. Машина содрогнулась, и в кабине загорелись предупреждающие индикаторы.

– Повреждение хвостового ротора! – сообщил пилот. – Я теряю контроль!

– Можешь дотянуть до базы? – спросил Диас.

– Нет! – пилот боролся с управлением. – Нам придется совершить аварийную посадку в пустыне. Всем приготовиться к удару!

Лайла крепко ухватилась за сиденье, глядя в иллюминатор на удаляющийся инопланетный корабль. Даже сейчас, в момент опасности, она не могла не думать о том, что они узнали. И о том, что должны сделать, если выживут.

– Всем пригнуться и закрыть голову руками! – командовал Диас, пока вертолет терял высоту. – Мы идем на жесткую посадку!

Лайла следовала инструкциям, но перед тем, как приготовиться к удару, она прошептала в коммуникатор:

– Исаак, Джейкоб, если вы слышите… предупредите всех. Путешественники планируют использовать людей как биологические компоненты для своих систем. Программу "Избранных" нужно остановить любой ценой.

Затем вертолет врезался в песчаную землю пустыни Сонора, и мир Лайлы взорвался болью и темнотой.

Глава 5: Вестники

Песчаная буря усиливалась, засыпая обломки вертолета, распростертые по пустыне Сонора. Лайла медленно приходила в сознание, ощущая острую боль в левом плече и привкус крови во рту. Она с трудом открыла глаза, пытаясь сфокусировать взгляд на окружающем хаосе.

– Кумар! Доктор Кумар! – голос майора Диаса пробивался сквозь звон в ушах. – Вы можете двигаться?

Лайла попыталась кивнуть, но даже этот простой жест вызвал новую волну боли.

– Да, – прохрипела она. – Кажется, плечо… вывих или перелом.

Диас оказался рядом, помогая ей выбраться из покореженного фюзеляжа. Его лицо было покрыто кровью из рассеченной брови, но взгляд оставался четким и сосредоточенным.

– Вертолет уничтожен, – сказал он коротко. – Пилот погиб при ударе. Доктор Чен в критическом состоянии, остальные получили травмы разной степени тяжести.

Лайла, наконец выбравшись наружу, смогла увидеть полную картину. Вертолет лежал на боку, частично зарывшись в песок. Выжившие члены делегации собрались в нескольких метрах от обломков, пытаясь оказать первую помощь друг другу. Елена Маркова сидела в стороне, обхватив колени руками, с отсутствующим выражением лица.

– Мы связались с базой? – спросила Лайла, придерживая поврежденное плечо.

Диас покачал головой.

– Инопланетяне глушат все стандартные частоты. Радио, спутниковая связь – все молчит. – Он понизил голос. – Но я видел, как вы использовали какое-то устройство на корабле. Квантовый коммуникатор от доктора Ли?

Лайла с удивлением посмотрела на майора.

– Вы знали?

– Я майор спецназа, доктор Кумар. Моя работа – знать такие вещи, – он слегка улыбнулся, несмотря на ситуацию. – Вейланд проинформировал меня перед миссией. Устройство все еще работает?

Лайла осторожно коснулась уха, обнаружив, что миниатюрный коммуникатор чудом остался на месте. Она дважды постучала по нему, активируя передачу.

– Исаак? Джейкоб? Вы меня слышите? – ее голос был слабым, но отчетливым.

В лаборатории научного центра в Колорадо Исаак и Джейкоб неотрывно следили за монитором, где последние два часа не было никаких сигналов от квантового коммуникатора Лайлы. После драматической передачи о побеге и аварийной посадке связь оборвалась, оставив их в мучительном неведении.

– Может, устройство повреждено при аварии, – в десятый раз предположил Джейкоб, нервно барабаня пальцами по столу.

– Или они… – Исаак не закончил мысль, не в силах произнести вслух наихудший сценарий.

И тут монитор ожил, показывая слабый, но стабильный сигнал.

– Исаак? Джейкоб? Вы меня слышите? – голос Лайлы, искаженный помехами, но узнаваемый, вызвал у обоих ученых вздох облегчения.

– Мы слышим тебя, Лайла! – Исаак почти кричал в микрофон. – Ты в порядке? Где ты?

– Жива, – коротко ответила она. – Вертолет разбился в пустыне Сонора, примерно в 50-60 километрах от базы. Есть погибшие и раненые. Стандартная связь блокируется.

Джейкоб быстро вводил данные в компьютер.

– Я могу триангулировать их положение по квантовой сигнатуре, – сказал он. – Но потребуется несколько минут.

Исаак кивнул и вернулся к связи с Лайлой:

– Мы получили твои предыдущие сообщения с корабля. Вейланд уже в курсе ситуации и готовит спасательную операцию. Держитесь, помощь будет.

– Нужно торопиться, – голос Лайлы звучал напряженно. – Инопланетный корабль начал двигаться. Мы видим его даже отсюда. Он… меняет позицию.

Исаак и Джейкоб обменялись встревоженными взглядами.

– Что значит "меняет позицию"? – спросил Исаак.

– Снижается, – ответила Лайла. – Словно готовится к посадке. И есть еще кое-что важное…

В этот момент дверь лаборатории распахнулась, и вошел генерал Вейланд в сопровождении нескольких офицеров.

– У нас сигнал от делегации? – спросил он без предисловий.

Исаак кивнул.

– Квантовый коммуникатор все еще функционирует. Они живы, но есть пострадавшие. Инопланетный корабль меняет позицию, снижается.

– Я знаю, – мрачно кивнул Вейланд. – Все семь кораблей одновременно изменили конфигурацию и снижаются к поверхности. Мы фиксируем беспрецедентное усиление гравитационных аномалий по всему миру.

Он повернулся к одному из офицеров:

– Полковник, начинайте операцию "Шторм". Задействуйте все доступные ресурсы для эвакуации наших людей из пустыни.

– Есть, сэр, – офицер отдал честь и быстро покинул помещение.

– Лайла, – Исаак вернулся к коммуникатору. – Генерал Вейланд здесь. Спасательная операция уже запущена. Что еще ты хотела сообщить?

– Важные детали о "Тишине" и о самих инопланетянах, – голос Лайлы звучал слабее. – Они не органические существа, как мы предполагали. Они действительно форма ИИ, использующая программируемую материю как физическое воплощение. И "Тишина"… это не просто угроза для них. Они сказали, что это "космический феномен", волна энергии, которая нейтрализует определенные типы организованной информации. Для людей она относительно безопасна, но для них смертельна.

– Это подтверждает нашу теорию, – сказал Джейкоб. – Они действительно искусственный интеллект, бегущий от какой-то формы… антиИИ-излучения?

– Важнее другое, – продолжала Лайла. – Они признали, что планируют не просто эвакуировать людей, а интегрировать человеческие мозги в свои системы как "органические компоненты". Они назвали это "симбиозом", но фактически это превращение людей в биологические процессоры.

В лаборатории воцарилась тишина, пока все осмысливали эту информацию.

– Сохраняй заряд коммуникатора, – наконец сказал Исаак. – Включай его только при необходимости. Мы продолжим мониторинг и будем держать тебя в курсе спасательной операции.

– Понятно, – ответила Лайла. – Отбой до следующего сеанса связи.

Когда передача прекратилась, Вейланд обратился к Исааку и Джейкобу:

– Джентльмены, ситуация критическая. Мы пытаемся убедить мировых лидеров приостановить программу "Избранных", но многие все еще не верят в враждебные намерения пришельцев. Мне нужны неопровержимые доказательства, и как можно скорее.

– Мы работаем над этим, – ответил Исаак. – С новыми данными от Лайлы мы сможем более точно интерпретировать их коммуникации.

– Действуйте быстро, – Вейланд направился к выходу. – Я должен координировать спасательную операцию и подготовку к возможному военному ответу.

В пустыне Сонора выжившие члены делегации собрались в тени обломков вертолета, пытаясь укрыться от палящего солнца и песчаной бури. Диас организовал временное убежище, используя парашютную ткань и металлические части фюзеляжа.

– Вода есть, но ее немного, – сообщил он, проверяя аварийные запасы. – Если рационально использовать, хватит на сутки, максимум двое. Пищевые концентраты тоже ограничены.

Лайла сидела рядом с доктором Чен, мониторя его состояние. Биолог был без сознания, с множественными переломами и внутренним кровотечением. Без немедленной медицинской помощи его шансы выжить стремительно уменьшались.

– Как он? – спросила Елена Маркова, подходя к Лайле. Астрофизик выглядела потрясенной, ее глаза покраснели от слез.

– Стабильно критический, – ответила Лайла. – Я сделала что могла с аптечкой первой помощи, но ему нужна операция.

Елена молча кивнула, затем неожиданно сказала:

– Ты была права. Вы с Соренсеном были правы с самого начала. Я была такой наивной… такой глупо доверчивой.

Лайла посмотрела на женщину, еще недавно бывшую убежденным сторонником пришельцев.

– Ты не могла знать наверняка, – мягко сказала она. – Мы все хотели верить в лучшее.

– Но знаки были, – Елена покачала головой. – Несоответствия в их сообщениях, которые я игнорировала. Расхождения между словами и действиями. Я была так увлечена идеей исторического контакта, что отказывалась видеть очевидное.

В этот момент их разговор прервал капитан Родригес:

– Майор Диас! Движение на севере!

Все повернулись в указанном направлении. Сквозь пелену песчаной бури можно было различить несколько темных силуэтов, движущихся к месту крушения.

– Спасатели? – с надеждой спросил один из ученых.

Диас поднял бинокль и долго всматривался в приближающиеся фигуры.

– Нет, – наконец сказал он, опуская бинокль. – Это не люди. Это они.

По группе выживших пробежала волна страха. Лайла быстро активировала коммуникатор.

– Исаак, у нас проблема. Путешественники движутся к нам. Их физические аватары приближаются через пустыню.

– Сколько их? – немедленно отозвался Исаак.

– Трудно сказать сквозь бурю. Диас говорит, около десятка.

Диас подошел к ней, понизив голос:

– Нужно уходить. Немедленно. Они идут за нами.

– А как же раненые? Доктор Чен не переживет транспортировку, – возразила Лайла.

Майор выглядел мрачно:

– У нас нет выбора. Если они нас поймают, всем будет гораздо хуже.

Через коммуникатор донесся голос генерала Вейланда:

– Доктор Кумар, спасательная группа на вертолетах вылетела 20 минут назад. Расчетное время прибытия – 40 минут. Вам нужно продержаться до их прибытия.

– Не уверена, что у нас есть 40 минут, генерал, – ответила Лайла, глядя на приближающиеся силуэты.

– Уходите от места крушения, – скомандовал Вейланд. – Рассредоточьтесь, используйте рельеф местности для укрытия. Спасатели имеют ваши координаты и будут искать вас по тепловым сигнатурам.

Диас кивнул, услышав это через коммуникатор Лайлы.

– Хороший план. Разделимся на две группы. Я возьму доктора Чен и троих легкораненых, двинемся на восток. Родригес поведет вторую группу на запад. Так у кого-то из нас будет шанс.

– Они найдут нас по следам, – заметила Елена. – В этой пустыне невозможно скрыться.

– Песчаная буря поможет, – ответил Диас. – Она заметает следы. И у нас есть преимущество – мы знаем, что спасатели идут, а они – нет.

Он быстро организовал группы и раздал оставшиеся запасы. Лайла оказалась в группе с Диасом, Еленой и двумя другими учеными. Раненого доктора Чен аккуратно положили на импровизированные носилки, сделанные из обломков вертолета.

– Время выходить, – скомандовал Диас. – Двигаемся быстро и тихо. Никаких разговоров, никаких фонарей.

Группы разошлись в противоположных направлениях, скрываясь в пелене песчаной бури. Лайла оглянулась на обломки вертолета, быстро исчезающие в мглистой дали, и на темные силуэты, неуклонно приближающиеся к месту крушения.

В научном центре в Колорадо обстановка становилась все более напряженной. Новости о том, что делегация подверглась нападению на корабле пришельцев, просочились в СМИ, вызвав волну паники и противоречивых реакций.

Исаак и Джейкоб, работавшие над расшифровкой новой серии инопланетных сообщений, наблюдали на мониторах, как представители разных стран выступают с заявлениями, варьирующимися от призывов к полному прекращению контакта до требований не делать поспешных выводов на основании "единичного инцидента".

– Они все еще не понимают, с чем мы столкнулись, – покачал головой Исаак. – Даже после всего, что произошло.

– Людям сложно отказаться от надежды, – заметил Джейкоб. – Особенно когда альтернатива настолько пугающая.

Их разговор прервал сигнал тревоги, раздавшийся по всему научному центру. Мониторы переключились на прямую трансляцию с орбитальных спутников.

– О боже, – выдохнул Джейкоб. – Они начали.

На экранах все семь инопланетных кораблей, ранее зависших над различными точками планеты, теперь опускались к поверхности Земли. Из каждого корабля выдвигались структуры, напоминающие гигантские буры или сверла, которые начинали погружаться в земную кору.

– Они активируют линии Хартмана, – прошептал Исаак. – Именно поэтому они выбрали эти конкретные точки. Они используют естественную геомагнитную сеть планеты для… чего-то.

В лабораторию вбежал один из техников:

– Доктор Соренсен! Глобальная сеть сейсмографов показывает возникновение микроземлетрясений по всему миру! Они концентрируются вдоль линий, соединяющих позиции кораблей!

Исаак быстро открыл данные на своем компьютере.

– Это точно соответствует линиям Хартмана, – сказал он, анализируя карту. – Они манипулируют гравитационным полем Земли, создавая напряжение в тектонических плитах.

– Зачем им это? – спросил Джейкоб. – Какова их цель?

Исаак задумчиво постучал пальцами по столу.

– Вспомни, что они сказали о "Тишине". Это какое-то излучение или волна энергии, которая нейтрализует продвинутый искусственный интеллект. Возможно, они пытаются создать… щит? Используя гравитационное поле Земли как барьер?

– Или оружие, – мрачно предположил Джейкоб. – Гравитационное оружие против "Тишины".

– В любом случае, последствия для Земли катастрофические, – Исаак указал на данные сейсмографов. – Эти микроземлетрясения – только начало. Если они продолжат манипуляции с такой интенсивностью, мы увидим крупные сейсмические события в ближайшие дни. Вулканическая активность, мегацунами…

Генерал Вейланд вошел в лабораторию, его лицо было мрачнее тучи.

– Совет Безопасности ООН собирается через час, – сообщил он. – Я должен представить все имеющиеся у нас данные о намерениях пришельцев и потенциальных угрозах. Что у вас есть?

Исаак кратко изложил их новые находки и теории о связи между действиями пришельцев и линиями Хартмана.

– Мы считаем, что они используют Землю как инструмент в своей борьбе против "Тишины", – заключил он. – Для них это вопрос выживания, и они, похоже, не слишком заботятся о последствиях для нашей планеты.

– А что с программой "Избранных"? – спросил Вейланд. – У вас есть конкретные доказательства их намерений использовать людей как… биологические компоненты?

Джейкоб кивнул и вывел на экран результаты своего анализа.

– Мы применили новый алгоритм расшифровки к их ранним сообщениям о программе эвакуации. Скрытый слой информации вполне однозначен. Они описывают процесс, который они называют "интеграцией" – фактически это преобразование человеческого мозга в биологический процессор для их систем.

– Они нуждаются в органических компонентах, потому что "Тишина" воздействует только на искусственные информационные структуры, – добавил Исаак. – Человеческий мозг, будучи органическим, остается функциональным даже после прохождения волны. Они планируют использовать людей как "живые процессоры" для хранения критической информации.

– А что происходит с сознанием человека при такой интеграции? – спросил Вейланд.

Исаак и Джейкоб обменялись мрачными взглядами.

– По их словам, оно "сохраняется, хотя и трансформируется", – ответил Джейкоб. – Но если переводить точно, речь идет об использовании нейронных структур человеческого мозга при практически полном подавлении индивидуального сознания. То, что остается, едва ли можно назвать человеком.

– Другими словами, они превращают людей в компьютеры, – мрачно заключил Вейланд. – И это будущее, которое они готовят для десяти тысяч "избранных".

– Именно так, – кивнул Исаак. – И, возможно, для всего человечества, если их план удастся.

– Я представлю эти данные Совету Безопасности, – Вейланд взял флэш-накопитель с копией всех материалов. – Но должен предупредить: некоторые страны уже слишком глубоко вложились в программу "Избранных". Будут те, кто не захочет верить в эту информацию, независимо от доказательств.

– А спасательная операция? – спросил Исаак. – Есть новости?

– Вертолеты вошли в зону бури, – ответил Вейланд. – Связь затруднена, но они продолжают поиск. Последний раз они докладывали, что обнаружили обломки, но людей там уже не было.

– Инопланетяне тоже ищут их, – напомнил Исаак. – И у них технологическое преимущество.

– Наши ребята тоже кое-что умеют, – слабо улыбнулся генерал. – Диас – один из лучших офицеров спецназа. Если кто и может провести группу через пустыню под носом у инопланетного патруля, так это он.

После ухода Вейланда Исаак вернулся к анализу данных, но его мысли постоянно возвращались к Лайле и остальным членам делегации, затерянным в пустыне. Он поймал себя на том, что постоянно проверяет монитор квантовой связи, надеясь увидеть сигнал от ее коммуникатора.

– Она сильная, – сказал Джейкоб, заметив его беспокойство. – И умная. Если кто и выберется из этой ситуации, так это Лайла Кумар.

Исаак кивнул, но тревога не отпускала его. За несколько дней совместной работы он успел по-настоящему привязаться к Лайле, восхищаясь ее острым умом и решительностью. Мысль о том, что она может не вернуться, была невыносима.

Песчаная буря в пустыне Сонора начала стихать, что было и благом, и проклятием для группы беглецов. С одной стороны, стало легче дышать и ориентироваться, с другой – их следы становились более заметными для преследователей.

Диас вел группу через цепь невысоких песчаных дюн, периодически останавливаясь, чтобы проверить окрестности с помощью бинокля.

– Как далеко мы ушли? – спросила Лайла, помогая нести носилки с доктором Чен.

– Примерно шесть километров от места крушения, – ответил майор. – Но мы двигаемся медленнее, чем хотелось бы, из-за раненых.

– Как он? – Елена кивнула на биолога, который оставался без сознания.

– Держится, – Лайла проверила его пульс. – Но нужно спешить.

Диас внезапно поднял руку, сигнализируя всем остановиться. Он припал к земле, вглядываясь через гребень дюны.

– Они там, – прошептал он. – Трое. Двигаются параллельным курсом, примерно в полукилометре к северу.

– Они нас видели? – тихо спросила Елена.

– Не похоже. Но они методично прочесывают территорию.

Лайла осторожно активировала коммуникатор.

– Исаак, – прошептала она. – Путешественники в полукилометре от нас. Где спасатели?

– Они в зоне поиска, – ответил Исаак. – Примерно в десяти минутах полета от вашего последнего известного местоположения. Можешь дать какой-то сигнал?

– Слишком рискованно, – вмешался Диас, слыша разговор. – Любой сигнал привлечет внимание не только спасателей, но и этих тварей.

Лайла передала его слова.

– Мы попробуем другой подход, – сказал Исаак после паузы. – Джейкоб модифицировал ваш квантовый коммуникатор. Он теперь не только передает сигнал, но и может быть триангулирован нашим оборудованием. Я передам ваши координаты спасателям.

– Хорошо, – Лайла оглянулась на группу. – Мы продолжаем движение на восток. Доктор Чен критический, нам нужна медицинская эвакуация как можно скорее.

– Понял. Держитесь.

Диас махнул рукой, подзывая группу ближе.

– Меняем направление, – сказал он тихо. – Они прочесывают территорию с севера на юг. Мы двинемся на юго-восток, к тем скальным формациям. – Он указал на темные силуэты на горизонте. – Там будет больше укрытий.

Группа продолжила путь, стараясь держаться низин между дюнами. Солнце нещадно палило, а запасы воды подходили к концу. Лайла чувствовала, как растет усталость, а боль в поврежденном плече становится все сильнее.

Елена двигалась рядом с ней, помогая нести носилки. Астрофизик выглядела измученной, но в ее глазах появилась решимость, отсутствовавшая раньше.

– Если мы выберемся, – тихо сказала она, – я сделаю все, чтобы исправить свою ошибку. Я расскажу всему миру правду об этих… существах.

– Мы выберемся, – заверила ее Лайла. – И все вместе остановим их.

Диас, шедший впереди, внезапно застыл. Он медленно опустился на одно колено, сигнализируя всем сделать то же самое.

– Что такое? – прошептала Лайла, опускаясь за ближайшей дюной.

Майор указал вперед. Из-за гребня дюны примерно в ста метрах от них появилась фигура одного из Путешественников. В отличие от гуманоидной формы, которую они принимали на корабле, сейчас существо выглядело как металлическая сфера на шести гибких конечностях, напоминающих щупальца.

– Он идет прямо к нам, – прошептал один из ученых.

– Не двигаться, – скомандовал Диас. – Не издавать ни звука.

Группа замерла, вжимаясь в песок за дюной. Лайла чувствовала, как ее сердце колотится так громко, что, казалось, его могут услышать за километр.

Паукообразный Путешественник продолжал двигаться в их направлении, его щупальца оставляли четкие следы на песке. Когда он приблизился примерно на пятьдесят метров, стало видно, что вершина сферы увенчана чем-то вроде сканирующего устройства, медленно вращающегося вокруг своей оси.

– Он ищет тепловые сигнатуры, – прошептал Диас. – Или биологическую активность.

Существо остановилось, словно что-то почувствовав. Его сканирующее устройство ускорило вращение, а щупальца напряглись, готовясь к прыжку.

Диас медленно поднял пистолет, хотя все понимали, что это оружие бесполезно против инопланетной технологии.

И тут воздух разорвал громкий звук вертолетных винтов. Три военных вертолета появились из-за горизонта, стремительно приближаясь к их позиции.

Путешественник повернулся к источнику шума, его сканирующее устройство нацелилось на вертолеты. Этого мгновения отвлечения хватило Диасу, чтобы принять решение.

– Бежим! К скалам! Сейчас!

Группа поднялась и бросилась бежать, таща носилки с раненым. Лайла оглянулась и увидела, как инопланетное существо снова поворачивается к ним, обнаружив движение.

Один из вертолетов, заметив их, отделился от группы и начал снижаться, в то время как два других выпустили что-то вроде ракет по Путешественнику. Взрывы подняли огромные столбы песка, временно скрыв существо из виду.

– Они не смогут его уничтожить, – крикнул Диас на бегу. – Но это даст нам время!

Вертолет приземлился в пятидесяти метрах от них, поднимая тучи песка. Из него выпрыгнули четверо бойцов спецназа, вооруженных автоматическим оружием, и медик с носилками.

– Майор Диас! – крикнул один из солдат. – Приказ генерала Вейланда – эвакуировать всех выживших!

– У нас тяжелораненый! – крикнул в ответ Диас. – Приоритетная эвакуация!

Медик и двое бойцов подбежали к носилкам с доктором Чен, быстро оценили его состояние и перенесли на медицинские носилки.

– Остальные тоже на борт! – скомандовал командир спецназа. – Быстро! У нас не больше двух минут!

Они помогли всей группе подняться на вертолет. Лайла была последней, кто поднялся на борт. Оглянувшись, она увидела, как из клубов пыли появляется Путешественник, его форма изменилась, став более обтекаемой, а на месте щупалец теперь были мощные конечности, похожие на пружины.

– Он перестраивает себя! – крикнула она. – Он будет прыгать!

– Взлетаем! – приказал пилот, поднимая вертолет в воздух.

Машина оторвалась от земли, но инопланетное существо действительно сделало невероятный прыжок, почти достав до шасси. Один из бойцов дал очередь из автомата, заставив Путешественника отклониться в воздухе и упасть обратно на песок.

– Это было близко, – выдохнул Диас, когда вертолет набрал высоту и взял курс на базу.

– А что с другой группой? – спросила Лайла. – С капитаном Родригесом и остальными?

– Второй вертолет ищет их, – ответил командир спецназа. – Последний сигнал был примерно в трех километрах к западу от вашей позиции.

Лайла активировала коммуникатор.

– Исаак, мы на борту спасательного вертолета. Повторяю, мы спасены. Доктор Чен в критическом состоянии, но остальные из нашей группы целы. Вторая группа пока не найдена.

– Слава богу, – голос Исаака звучал с нескрываемым облегчением. – Мы следили за операцией через военные каналы. Возвращайтесь скорее… здесь все стремительно меняется.

– Что происходит? – спросила Лайла, чувствуя новую волну тревоги.

– Инопланетяне усилили гравитационные манипуляции. Сейсмическая активность растет по всему миру. И программа "Избранных"… ООН только что официально ее одобрила, несмотря на наши предупреждения.

Лайла обменялась мрачными взглядами с Еленой и Диасом.

– Мы возвращаемся, – сказала она. – И мы сделаем все, чтобы остановить их, пока не стало слишком поздно.

Мировые лидеры собрались на экстренное заседание Совета Безопасности ООН. На этот раз физически присутствовали только представители постоянных членов Совета, остальные участвовали удаленно через защищенные видеоканалы.

Генерал Вейланд стоял перед собравшимися, представляя данные, полученные от Исаака, Джейкоба и выживших членов делегации.

– Таким образом, у нас есть неопровержимые доказательства того, что инопланетяне, называющие себя Путешественниками, имеют враждебные намерения по отношению к человечеству, – заключил он свой доклад. – Их программа "Избранных" – это не спасательная миссия, а сбор человеческих образцов для использования в качестве биологических компонентов их систем. Кроме того, их манипуляции с гравитационным полем Земли уже вызывают сейсмические события по всему миру, и ситуация будет только ухудшаться.

На большом экране за его спиной отображалась карта мира с отмеченными эпицентрами недавних землетрясений, которые четко выстраивались вдоль линий, соединяющих позиции инопланетных кораблей.

Представитель России поднял руку:

– Генерал, ваши доказательства относительно намерений пришельцев основаны на показаниях выживших членов делегации и интерпретации их сообщений учеными из вашего центра. Но некоторые эксперты утверждают, что это может быть неправильным пониманием действий высокоразвитой цивилизации. Как мы можем быть уверены в вашей интерпретации?

– Доктор Елена Маркова, руководитель международной программы контакта, была в этой делегации, – ответил Вейланд. – Она лично подтверждает все факты. Кроме того, наши специалисты по расшифровке, включая профессора Исаака Соренсена, обнаружили в инопланетных сообщениях скрытые слои информации, которые явно указывают на их истинные намерения.

– И все же, – вмешался представитель Китая, – некоторые наши ученые предлагают альтернативные интерпретации. Они считают, что так называемая "интеграция" может быть формой симбиоза, выгодной для обеих сторон. И что сейсмическая активность – временное явление, необходимое для настройки защитного поля против "Тишины".

Вейланд с трудом сдерживал раздражение.

– Позвольте напомнить, что члены делегации были физически атакованы на корабле, когда отказались подвергнуться "интеграции". Их вертолет был сбит при попытке к бегству. Это не действия цивилизации, заинтересованной в симбиозе.

– Возможно, это было недопонимание, – предположил представитель Франции. – Культурные различия могут привести к таким конфликтам.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.