Polka Polka
Страх. Ненависть. Принятие

Глава 1

Шум. Весёлые крики. Запах алкоголя.

В деревенском трактире буйствовало веселье. Посетители громко переговаривались, обсуждали кого угодно и что угодно – здесь царила полная свобода.

Но внезапно шум стих. Дверь распахнулась, и внутрь вошла охотница.

Это была девушка с белыми, изодранными волчьими ушами и хвостом, с лицом, покрытым шрамами. В её руке болталась окровавленная голова чудовища – нечто среднее между псом и спутанными древесными корнями.

Охотница направилась к стойке, швырнула трофей на стол и жестом дала понять хозяину заведения: «Плати».

Тот исчез в подсобке и вскоре вернулся, держа в руках небольшой мешочек, звонко побрякивающий монетами. Девушка взяла его, развязала и замерла на секунду, изучая содержимое. Её лицо оставалось каменным. Она затянула шнурок, прицепила мешок к поясу…

А затем резко схватила владельца трактира за голову и с размаху ударила его лицом о столешницу.

Охранники бросились вперёд, размахивая дубинками. Но охотница была быстрее – она схватила нож, оставленный кем-то на столе, и прижала лезвие к затылку трактирщика.

– Стоять! – завопил он, когда нож впился в кожу и выступила кровь.

Охранники замерли.

– Что я сделал не так?! – выкрикнул трактирщик, задыхаясь от страха.

– Ты хотел меня обмануть, – холодно ответила девушка. – Где остальные деньги?

– Я всё отдал! – завопил он. – Проверь ещё раз!

Лезвие ножа впилось глубже.

– Ладно, ладно! – закричал мужчина. – Сейчас принесу, доплачу!

– Ты никуда не пойдёшь, – прошипела охотница. – Я знаю – сбежишь. У тебя есть два варианта: либо достаёшь двадцать серебряных прямо сейчас, либо твоя голова скатится с плеч.

Она отпустила его, бросила мешочек на стол.

Трактирщик судорожно полез в ящик, отыскал только дюжину серебряных монет и горсть медяков, но сделал вид, будто всё в порядке.

Охотница положила руку на эфес меча.

– Ты копаешься слишком долго, – прозвучало со злобой.

– Сейчас, сейчас! – нервно забормотал мужчина. – Соберу недостающее!

Но нужной суммы так и не нашлось. Внезапно он выпрямился и швырнул монеты девушке в лицо!

Та взмахнула мечом, но промахнулась – хозяин уже бежал.

В тот же миг на охотницу набросились четверо охранников.

Первый замахнулся дубинкой – и в следующее мгновение его рука отлетела в сторону.

Второй бросил в неё бутылку, но девушка поймала её на лету и швырнула обратно. Пока тот оглушённо шатался, она вонзила клинок ему в горло.

Третий попытался подкрасться сзади, но охотница услышала шаги. Резко развернувшись, она снесла ему голову одним ударом.

Четвёртый, увидев это, бросился к выходу. Девушка подняла с пола дубинку и метнула её ему в спину. Охранник пошатнулся, а она, догнав, всадила меч между лопаток.

Тишина.

Все посетители сбежали. Ни одной живой души, кроме охотницы, в трактире не осталось.

Она методично обыскивала карманы трупов, собирая монеты, когда дверь снова распахнулась.

На пороге стоял запыхавшийся парень с рюкзаком. Он оглядел кровавую бойню, но, странное дело, не испугался. Вместо этого он спокойно спросил:

– Это ваших рук дело?

Охотница медленно повернулась. Её взгляд был полон недоверия и злобы.

– Не волнуйтесь! – поспешно сказал парень. – Я спрашиваю из личного интереса. Вам не нужна работа…

– Нет! – рявкнула она. – Я занята!

– Но… Мне очень нужен такой… боец, как вы! – воскликнул он. – Я очень хорошо заплачу…

– Заткнись! – огрызнулась девушка, оскалив клыки. – Один уже наобещал золотых гор, а в итоге попытался меня кинуть. Видишь, чем это кончилось?

– Не верите? Хм… Вот, смотрите! – парень достал из рюкзака увесистый мешок и потряс им. – Я не вру!

Он сделал шаг вперёд, но охотница внезапно схватила его за грудки.

– Я сказала – мне не нужна твоя работа! – прошипела она и оттолкнула. – Исчезни, или разделишь участь вместе с ними!

В этот момент в трактир ворвались двое в чёрно-синей форме. Они застыли, ошеломлённые видом свежих трупов, но затем их взгляд упал на парня.

Тот швырнул мешок с золотом охотнице:

– Мне! Нужен! Телохранитель!

Рефлекторно поймав его, она на секунду задумалась, затем развязала узел – внутри блестели золотые монеты.

Между тем вооружённые люди уже двигались к парню. Один занёс меч – но охотница внезапно бросилась вперёд и отрубила ему руку по локоть!

Мужчина рухнул на пол с душераздирающим воплем.

Второй атаковал её. Финт, выпад – но она парировала удар в последний момент. Завязалась яростная схватка: удары сыпались один за другим, но все они встречали сталь.

Врагу удалось блокировать её клинок – и тут же он ударил её кулаком в лицо!

Охотница отлетела к столу, схватила бутылку и швырнула в противника. Тот отбил её, но не успел увернуться от стремительного выпада – меч пронзил ему грудь.

Голова второго наёмника покатилась по полу.

Парень стоял, завороженный. На его лице смешались восторг и ужас – губы дрожали, но в уголках рта играла улыбка.

– Я восхищён, – прошептал он. – Твоя скорость, сила… именно это мне и нужно…

– Сколько? – перебила охотница. – Сколько ты можешь платить?

– Эх… Золотом у меня не так много, как кажется, но я могу давать тебе по одной… нет, даже по две монеты в день… Довольно долго могу выплачивать.

– Что значит: «Золотом не так много»? Остальные деньги где тогда?

– Большая часть у моего нанимателя. Получим её после того как груз доставим. Ну и да… Твоя задача – защищать меня и груз от таких, как они, – он кивнул на трупы в форме.

– Это всё, конечно, здорово… но сначала я должна найти того, кто мне не доплатил, – прошипела она.

– Слушай… у нас на это нет времени! – запаниковал парень. – Может, я просто за него заплачу потом! Сейчас сюда остальные нагрянут.

– Ладно… пойдёт, – нехотя согласилась охотница.

Они вышли из трактира и устремились прочь от деревни. Когда расстояние стало достаточно безопасным, остановились.

– Так сколько я должен за того типа? – спросил парень.

– Сейчас посмотрю… – она достала мешочек, пересчитала. – Хм… Кажется, он мне полностью заплатил – показалось.

– Значит, я ничего не должен?

– Должен! И именно столько, сколько мне «показалось», – злобно усмехнулась она. – Не зря же я охрану трактира порубила?

Парень истошно вздохнул и выставил большой палец в знак одобрения.

Он трагично посмотрел на небо, затем на неё.

– Ладно! С деньгами, допустим, разобрались. Но мы даже не представились. Меня Харв зовут, – он протянул руку.

– Намари, – ответила она, игнорируя жест и сверля его взглядом.

Харв опустил руку.

– Вот и… познакомились.

А тем временем в голове Харва мелькнула мысль: «О, мой Бог! За что мне всё это?».

Глава 2

Путники двигались к следующей деревне. Весь путь Намари не упускала случая напомнить Харву о его долге, и с каждым разом её тон становился всё грубее. Харв отмахивался: «Вот доберёмся до деревни – тогда и расплачусь».

Но Намари продолжала давить, и в конце концов Харв уже был готов отдать деньги, если бы не его упёртость, заставлявшая противостоять раздражающей напористости Намари, которая успела ему надоесть за столь короткое время.

К вечеру они достигли небольшой деревни – зашли в трактир и устроились за столиком у стены. Харв заказал кружку пива, чтобы разговор прошёл в более расслабленной обстановке. Поставил пенное на стол, но не успел сесть, как напиток оказался в руках у Намари.

– Это пиво, вообще-то, я себе брал, – усмехнулся Харв.

—Знаю, – невозмутимо ответила Намари. – Пойди ещё «себе» возьми.

Харв промолчал, но раздражение медленно нарастало. Решив не ссориться, он встал и направился к стойке за новой кружкой. Вернувшись, крепко сжал её в руках. Намари потянулась к кружке, но Харв стиснул пальцы, не выпуская её. Она схватила кружку и потянула к себе. Почувствовав, что девушка значительно сильнее, Харв резко дёрнул в свою сторону. Пиво расплескалось по столу.

– Пока ты не отдашь обещанное, я буду пить за твой счёт, – высокомерно заявила Намари.

—Ну да! – фальшиво воскликнул Харв. – Как я мог забыть про двадцать серебряных?

Он быстро отпустил кружку и мигом полез в рюкзак. В этот момент Намари схватила пиво и начала жадно пить. Харв ускорился, быстро нашёл монеты и швырнул их на стол, одновременно пытаясь выхватить кружку. Но Намари ловко увернулась, допила пиво до дна и бросила:

—Эх… Не успел.

Харв лишь вздохнул.

– Ладно, давай обсудим твоё жалованье и прочие мелочи, – сказал он, скрестив руки. – А заодно требования к тебе.

—Требования? – Намари презрительно скривила губы. – У тебя ко мне будут требования?

—Именно. Всё ради того чтобы дойти до цели.

—И далеко эта «цель»? – спокойно спросила Намари.

—Примерно пятьсот миль отсюда. Мне нужно доставить груз в пограничное село рядом с… Клонатом.

При слове «Клонат» Намари оскалилась, обнажив клыки, и её веки дёрнулись.

– Клонат?! Серьёзно?! – её голос дрожал от ярости. – Наше задание связано с ними?!

—Успокойся! – Харв поднял руки. – Я работаю на Народовольцев. В империи уже как два месяца идёт гражданская война.

—Хм… прекрасная новость! – На лице Намари появилась ядовитая ухмылка. – Как приятно узнать, что там льётся кровь.

—Я знаю, что твоя страна воевала с клонатцами, но давай не будем зацикливаться на этом, – поспешно сменил тему Харв. – Я предлагаю тебе… два золотых в день. Раз ты охотник, можешь брать подряды в деревнях по пути, но только если они не задержат нас надолго…

Намари уже наскучила болтовня.

– Те двое, что напали на тебя в трактире, – это клонатская гвардия? – перебила она.

—Да. Именно поэтому нам придётся идти не по дорогам, а через леса, поля и болота – туда, куда редко ступает нога человека, чтобы натыкаться на них как можно реже.

За стенами трактира вдруг поднялся шум, но Намари не придала этому значения.

– Так ты заплатишь мне две монеты за сегодня? – нагло поинтересовалась она.

—Что? – Харв опешил. – Я тебе уже отдал целый мешок золота!

—Это была предоплата. А теперь – жалованье.

Глаза Харва налились кровью, дыхание участилось. Он резко вскочил, словно собираясь что-то крикнуть, но, вспомнив, с кем имеет дело, лишь швырнул на стол две золотые монеты.

– Только не подавись.

В тот же момент в стену трактира что-то врезалось с такой силой, что здание содрогнулось. Снаружи донеслись рёв и крики. Посетители бросились к выходу; Намари и Харв последовали за ними.

На улице царил хаос: растерзанные тела на крышах, лужи крови, оторванные конечности. Посреди деревни бушевало двуногое чудовище ростом под два метра – с козлиной головой, усеянной зубами пастью и густой шерстью, покрывавшей всё тело.

Одни люди в ужасе разбегались, другие брались за топоры и вилы, но были не в силах дать отпор монстру и умирали в муках. Харв взглянул на Намари.

– Ну что, справишься? – усмехнулся он, кивая на монстра.

—А мне за это никто не заплатит, – холодно ответила Намари.

—Ха! Да с такой тварью и десяток стражников не справится. Куда уж одной тебе…

Намари вцепилась ему в грудки, оскалившись.

– Ты что, на слабо берёшь, падаль? – прошипела она. – Думаешь, я боюсь?

—Нет. Но мне интересно узнать предел твоих возможностей, – Харв снова указал на чудовище. – Сможешь продемонстрировать?

—Смотри, чтобы потом не пожалел.

Намари отпустила его и направилась к монстру, обнажив меч. Существо пожирало очередную жертву, стоя к ней спиной. Намари уже занесла клинок для удара, но заметила, что Харв пристально наблюдает.

– Эй, урод! – крикнула она.

Чудовище резко развернулось и ударило наотмашь, но Намари увернулась, нанеся лёгкий порез. Последовала серия атак – монстр яростно метался, а Намари уворачивалась, оставляя на его теле мелкие раны.

Решив, что враг достаточно измотан, она сделала выпад в шею. Клинок глубоко вошёл в плоть, но застрял. Намари попыталась вытащить меч, но не успела – чудовище в бешенстве ударило её, отшвырнув в стену дома.

Она с трудом поднялась, голова гудела от боли. Монстр уже нёсся на неё. В последний момент Намари прыгнула в сторону, и существо врезалось в стену, защемив лапу между брёвнами.

Мгновение – и Намари уже карабкалась по его спине, вцепившись когтями в шерсть. Добравшись до шеи, она схватила эфес меча, упёрлась ногой в голову чудовища и изо всех сил дёрнула, провернув меч по кругу.

Лезвие провернулось – голова с плеч, тело рухнуло. И Намари не удержалась – упала на землю.

Харв подбежал, чтобы помочь, но Намари оттолкнула его и взяла валявшийся меч в руки. Вокруг уже собрались деревенские, раздавались благодарственные возгласы.

– А кто мне заплатит? – холодно спросила Намари.

Толпа затихла. Вышел старейшина:

– Госпожа охотница, мы сейчас не можем… Нужно восстанавливать деревню, хоронить мёртвых…

– Понимаю, – кивнула Намари.

Меч сверкнул – и голова старейшины, словно спелый плод, рухнула в пыль. Кровь брызнула на брёвна домов.

– Но и вы поймите: если бы не я, вас бы уже не было в живых, – она подняла окровавленную голову. – Думаете, мне не хватит сил сравнять эту деревню с землёй?

Бросила голову в толпу.

– Так что, полагаю, у вас найдётся чем заплатить.

Она повернулась к Харву:

– Рюкзак.

Тот молча снял его и протянул. Намари схватила рюкзак, но Харв не разжал пальцев.

—Ты не задумываешься над своими действиями, – прошептал Харв. – Может, один монстр уже был в деревне до этого.

Намари ударила Харва в живот, и тот ослабил хватку. Она швырнула рюкзак к ногам крестьян:

– Наполняйте.

Люди поспешно кидали внутрь монеты, украшения, всё ценное. Через минуту Намари взяла тяжёлый рюкзак и вернула Харву.

– Куда теперь? – спросила она.

Харв с отвращением скривился и, не сказав ни слова, зашагал прочь. Намари последовала за ним.

Когда деревня скрылась за поворотом, Харв наконец заговорил:

– Ты это из принципа сделала? Или просто ненавидишь людей? Что они тебе сделали?

—Попытались обмануть, – резко ответила Намари. – Я рисковала жизнью, а они начали выкручиваться. Вывели меня из себя.

—Это не повод рубить головы!

—Условие: никаких нравоучений, – холодно сказала Намари. – Не суди меня и мои поступки.

—И просто наблюдать, как монстр в женском облике творит безумие? – Харв горько усмехнулся. – Ладно, согласен.

—Отлично. Хотя твоё «согласие» меня не интересовало.

Глава 3

Харв и Намари шли по большой дороге. Вскоре Харв заметил малозаметную тропинку, уходящую в чащу леса.

– Намари, помнишь, я говорил, что лучше идти неизведанными тропами? – сказал Харв.

– По карте такой тропы через лес не было.

—А мы потом из леса выйдем, – ответила Намари. – Может, там вообще болото.

—В любом случае это лучше, чем нарваться на засаду, – сказал Харв, сворачивая на лесную тропу.

—Поверь, лучше клонатцам на меня не попадаться, – съязвила Намари, следуя за ним.

Они долго шли по узкой тропинке сквозь чащу. Наконец они вышли на более широкую дорогу. Идя по ней, Харва насторожила тишина, но Намари чувствовала нечто куда более тревожное – искусственность леса. Казалось, всё здесь мертво: ни щебета птиц, ни шелеста листвы, ни колыхания ветвей – полное безмолвие.

—Намари, тебя здесь ничего не смущает? – внезапно спросил Харв. – Как-то слишком тихо.

—Да, тут тихо. Даже для меня, – сказала Намари. – Я слышу лучше и дальше любого человека, но сейчас… пустота.

—Ты не против разбавить тишину разговорами? – с улыбкой спросил Харв.

—Валяй! – отмахнулась Намари.

—Чем ты занималась до того, как стала охотником? – спросил Харв.

—Я… училась в школе фехтования… «Белые Росы».

—«Белые Росы»! – удивился Харв. – Это была одна из крупнейших школ фехтования в Трифонии… когда-то. Но, на сколько я помню, всех учеников нашли мертвыми, но виновных так и не установили – не осталось ни одного свидетеля. Хотя все уверены, что это дело рук школы «Чёрные розы».

—Но прямых доказательств не нашли? – спросила Намари.

—Нет. Прошло уже два года, а дело так и покрыто мраком. – Харв пристально посмотрел на Намари. – А когда ты ушла из школы? За сколько времени до трагедии?

—Ты спрашиваешь, будто подозреваешь меня! – огрызнулась Намари.

—Нет, я тебя ни в чём не обвиняю, – усмехнулся Харв. – Я видел, на что ты способна, но даже ты в одиночку не вырезала бы триста человек.

—Ну да… верно, – согласилась Намари. – Не помню точно, но после моего ухода прошла примерно неделя. А потом произошло то что произошло.

—Совсем небольшой промежуток, – ехидно заметил Харв. – Очень уж странное совпадение, не находишь?

Намари остановилась, запрокинула голову, громко выдохнула и злобно посмотрела на Харва.

—Ты опять на что-то намекаешь, или это неудачная шутка? – оскалившись, произнесла она. – Теперь во всех убийствах в мире меня будешь винить?

—Я не намекал. Просто совпадение действительно забавное.

—Забавно будет, если твоё лицо встретится с землей, – огрызнулась Намари. – Так что давай прекратим, пока я и вправду не разозлилась.

Намари и Харв продолжили путь в молчании. На тропе им встретился обломок разрушенной стены, покрытый странными символами. Она выглядела чужеродно, будто перенесена из другого мира. От камня исходило что-то неестественное, мистическое и зловещее.

—Намари, тебе не кажется эта стена странной? – спросил Харв.

—Нет, стена как стена… полуразвалившаяся и стоит в лесу.

—Возле тропы, – добавил Харв. – Не перегораживает, а просто тут. Выделяется своей бесполезностью.

—Прямо как ты, когда стоишь и описываешь стену, – серьёзно сказала Намари.

—Ага. Удивительно, что у тебя есть чувство юмора, только до уровня стенки не дотягивает.

Намари злобно оскалилась,подошла и ударила Харва в плечо. Он пошатнулся, но старался не показать, что больно.

Пустая тишина снова наскучила Харву.

—А как прошло твоё детство? – внезапно спросил он.

—У меня… не было детства, – грустно ответила Намари.

—Как не было? – удивился Харв. – Не помогала родителям? Не играла с другими детьми?

Слова Харва вызвали у Намари странное чувство – ком в горле и напряжение во всём теле.

—Повторяю… Детства. У меня. Не было! – нервно выговорила она. – Или смерть родителей, бегство из рабства, воровство еды и попрошайничество – это, по-твоему, детство?

—Ладно, успокойся. Я же не знал, что все так плохо, – попытался утихомирить её Харв.

Намари охватил приступ гнева,и она ударила Харва в нос. Кровь брызнула.

—Да что ты вообще можешь знать? – грубо спросила Намари, пристально глядя на него. – На твою землю не нападали, ты не прятался в лесу, не жевал древесную кору, чтобы выжить. Что тебе известно о войне и обездоленных?

Харв быстро пришёл в себя. Вытирая кровь с лица, он холодно произнёс:

—Я и вправду мало что знаю о войне, Намари! Но я знаю другое: ты не строила свое светлое будущее, учась в академии, и, впоследствии, тебе не приходило письмо: «Твой брат чахнет от неизвестной болезни». Тебе не приходилось бросать учёбу и искать нелегальные заработки, чтобы успеть ему помочь, пока не стало поздно. Тебе не пришлось хоронить светлое будущее ради близких – ведь у тебя его изначально не было. Как и у меня теперь.

Намари пристально смотрела на Харва, стиснув зубы. Кулаки сжались до дрожи, будто она была готова переломать каждую его кость. Но вместо этого она молча пошла дальше. Харв последовал за ней, зажимая нос.

Им снова встретилась стена. Они прошли мимо, но Харва заставило обернуться навязчивое чувство.

—А это не та же стена? – спросил он.

—Ты серьёзно? – резко обернулась Намари. – Как она может быть той же, если мы шли прямо?

—Не знаю, но эта стена меня тревожит.

—Ох, заткнись и идём!

Харв согласился, но на всякий случай поднял камень, нацарапал на стене крест и догнал Намари.

Они молча шли по тропе. Снова показалась стена – теперь с крестом.

—Намари, боюсь, это та же стена, – с ужасом сказал Харв. – Мы ходим кругами.

—Как мы можем ходить кругами? – возразила Намари. – Наверное, здесь прошли другие и оставили свои метки.

Харв закатил глаза.Хоть он и представил, что крест не его, а стена другая, сомнения заставили его начертить ещё крест.

Шли в гнетущем молчании. Через некоторое время они снова вышли к стене. На этот раз на ней было два креста. Намари прошла мимо, будто не замечая. Харв остановился и закричал:

—Намари, это всё та же стена! Или скажешь, что проходил ещё один “сомневающийся”, который нацарапал ещё крестов?

Намари остановилась,презрительно окинула стену взглядом и повернулась к Харву.

—Ну, допустим, та же. Какие выводы?

—Мы идём прямо, но возвращаемся к одной точке, – дрожащим, но спокойным голосом сказал Харв. – Мы ходим по кругу.

—И что будем делать? – спокойно спросила Намари.

—Не знаю, – Харв опустил взгляд. – Давай попробуем пойти обратно.

Намари хотела возразить, но других идей не было. Они пошли в обратном направлении. Через некоторое время снова вышли к стене.

—Ещё предложения? – язвительно спросила Намари.

—Мы шли по тропе. Попробуем идти от неё, – предложил Харв.

Он свернул влево от стены. Намари, закатив глаза, пошла за ним. Они вышли к стене быстрее, чем прежде, но справа от тропы.

—Какие выводы?..

—Никаких! – раздражённо перебил Харв.

На этот раз он пошёл вправо. Намари последовала. Они вышли к той же стене с противоположной стороны.

– Идеи? – пренебрежительно спросила Намари.

—Не знаю, – отчаянно сказал Харв, садясь у стены.

Он полез в рюкзак, что-то искал и достал мешок Намари с драгоценностями. Оттуда он вынул кольцо.

—Смотри! – азартно сказал Харв. – Когда мы идём по тропе – движемся вперёд по кольцу.

—Значит, куда бы мы не прошли мы все равно вернёмся туда от куда прибыли., – проанализировала Намари.

Харв удивлённо посмотрел на неё.

—Вау! Ты меня слушала! И ещё вывод сделала!

Намари оскалила зубы и ударила Харва по голени – не ломая, но очень больно. Он упал, держась за ногу.

—Зачем?! – завопил Харв.

—А ты так и не понял? – рявкнула Намари. – Со мной шутить не стоит!

—Говорить нельзя, спрашивать нельзя, шутить нельзя, – жалобно стонал Харв. – Тебе самой не скучно так жить?

—Жить? Я никогда не жила – только выживала и приспосабливалась.

—А в чём смысл такого существования? Может, пора изменить отношение к окружающим?

—Уж точно не начиная с тебя, – презрительно сказала Намари, слегка пиная его ногой.

– Ты меня выбешиваешь.

—Да уж, я заметил!

Харв встал, опираясь на стену, и попытался идти, прихрамывая. Намари махнула рукой и пошла одна – диагонально к стене и дороге. Харв сел у стены и стал ждать. От долгого ожидания его начало клонить в сон. Он услышал шёпот, становившийся громче, но неразборчивый. Вдруг среди гула прозвучало хрипло: «Открой глаза». Харв резко поднял веки и вздрогнул – в метре от него стояла Намари.

—Спишь! – презрительно бросила она.

—А что ещё делать? – возмутился Харв. – Нога болит!

—Думай, недоучка! Как отсюда выбраться? – ответила Намари. – На удивление, ты оказался прав: это место действительно настоящее кольцо. Я раз десять выходила на другую часть дороги, но в итоге вернулась к тебе.

—А лес пустой? Кроме нас никого? – напряжённо спросил Харв.

—Да. Никаких посторонних звуков, только мои шаги, – уверенно сказала Намари. – Думаешь, мы не одни?

—Мне казалось, кто-то шептал.

—Хм… Да ты бредишь, – сказала Намари, покрутив пальцем у виска.

—Возможно. Но мы крутимся здесь, наверное, часов десять. А может, дольше. Кто знает, сколько ещё пробудем?

Харв опустил голову,потом поднял с нездоровой усмешкой.

—А может, навсегда! – жалобно воскликнул он, истерично хихикая. – Как прекрасно сдохнуть здесь с тобой от голода! Эх… У меня еда, почти, закончилась!

Намари прищурилась, глядя на его странное поведение.

—Меня тоже не устраивает оставаться здесь. Тем более с тобой.

Харв перестал смеяться,вздохнул и достал из рюкзака хлеб.

—Последняя буханка. В трактире не пополнял запасы.

Он разделил хлеб и протянул большую часть Намари.

—Я не голодна! – высокомерно отказалась она. – В отличие от тебя, я найду, что поесть!

Намари развернулась и пошла.

—Ну, удачи, – с издевкой пожелал Харв. – Я предлагаю нормальную еду, а не древесную кору.

Намари резко повернула голову,стиснув зубы.

—Вот я не пойму: ты бессмертный или бесстрашный? – злобно произнесла она. – В первом сомневаюсь, а во втором – глаза говорят за тебя.

—Намари, ты права, – с улыбкой сказал Харв. – Но на самом деле я просто схожу с ума.

—Смотри, чтобы я не сошла! – презрительно бросила она. – Последствия для тебя будут куда хуже!

Харв смотрел на неё с ухмылкой,будто хотел что-то добавить, но промолчал. Намари фыркнула и скрылась в чаще подальше от дороги.

Харв остался один доедать хлеб. Тишина сгущалась вокруг. Страх навсегда застрять здесь перерос в паранойю: мерещилось, что за стволами деревьев кто-то следит, кто-то невидимый издаёт несуществующие звуки. Ужас подсказывал: то что «мёртвое» на самом деле «живое» – мыслящее, наблюдающее и, возможно, жаждущее того, о чём живым думать не стоит. Харв сам не понимал, что происходит в его голове и не хотел понимать. Мысли, что продиктованы чем-то или кем-то потусторонним и невообразимым, так и должны оставаться непонятыми, дабы окончательно не потерять свое собственное «Я». Знания могут заставить «его» существовать, а тебя исчезнуть из понятной тобой реальности и появится в неописуемом кошмаре.

Пока Харв был погружён в самопожирающие мысли, вернулась Намари. Она выглядела растерянной, хотя старалась этого не показать. Заметив состояние Харва – она насторожилась.

—Ооо, Намари. Вернулась! – с натянутой улыбкой и смешком сказал Харв. – А гуляя по «Мёртвому лесу», не думала, что он «Живой»?

Намари сдержанно посмотрела на него.

—Нет, не думаю… Потому что здесь вообще ничего нет, – с отчаянием произнесла она.

– Ни растений с ягодами, ни животных… Только деревья и пустые кусты. Совсем ничего.

—Видишь, какие у меня животрепещущую мысли? – усмехнулся Харв. – Пока тебя не было часами, я начал сходить с ума.

—Меня не было от силы минут сорок, – настороженно возразила Намари. – О часах и речи нет!

—Ты врёшь! Нашла что-то и не хочешь делиться! – Харв засмеялся ненормально. – Хочешь уморить меня голодом и забрать деньги!

—Идиота кусок! Ты совсем головой тронулся! – возмутилась Намари. – Если б я хотела тебя убить, просто вонзила бы клинок!

—Да? – жалобно протянул Харв, не прекращая смеяться. – Мне кажется, ты любишь мучить людей!

—Мне выгоднее дойти с тобой до конца и получить весомую награду, чем шарить по твоему трупу в поисках мелочи.

—Чёрт знает, что у тебя в голове, – произнёс Харв, пристально глядя ей в глаза. – Да я уже не знаю, что в моей творится.

Намари сначала разозлилась, но, глядя на него, вспомнила о войне – неудержимый упадок надежды и веры в завтрашний день. Состояние Харва напоминало не начало безумия, а безвыходное отчаяние. Злость сменилась презрением и непониманием: как можно так быстро сломаться? Может, его толкает в бездну что-то или кто-то незримый, присутствующий везде и нигде? Сама эта мысль вызвала у Намари раздражение и паранойю. Она молча села рядом с Харвом, глядя в серое небо сквозь кроны.

– Почему? Как мы сюда попали? Зачем? – жалобно восклицал Харв.

– Почему?! – с оскалом крикнула Намари.

– Потому что один идиот повернул не туда!

– Я просто хотел обезопасить путь!

– Ну и как? Обезопасил? Теперь сдохнем здесь от голода!

Харв замолчал, гложимый виной. Просидев так долго, он почувствовал другое – неприязнь. Не желая признавать свою причастность к их положению, он прошептал со злобой:

—Знаешь, Намари, а может, мы здесь из-за тебя? Может, сама судьба решила тебя наказать?

Намари в ответ сначала усмехнулась,потом засмеялась неестественно.

—Да? А ты-то за что, святоша? – выкрикнула она сквозь смех.

—Я не святой, но уверен: я не совершал столько ужасного, сколько ты! – злобно сказал Харв. – Хотя… почему уверен? Я «знаю» это, Намари!

Намари продолжала смеяться,но смех звучал всё безумнее.

—Какая разница?.. Мы всё равно сдохнем! – говорила она сквозь смех. – Я сдохну с тобой… Как же ты мне… отвратителен! Лучше уж одной сгинуть…

Харв смотрел на неё с непониманием – отчаяние это или настоящая ненависть? Что он сделал за такое короткое время?

Намари неистово смеялась,глядя в небо. Вдруг смех оборвался, и она посмотрела на Харва.

—Я… не собираюсь умирать здесь с тобой! – прошипела она зловещим взглядом.

Харв увидел в её глазах зверя – полное отсутствие разума. Он начал отползать. У Намари потекли слюни – улыбка смешалась с оскалом.

—Я хочу есть…

Она почувствовала во рту едкий привкус железа.Голод! Голод как одержимость – рвать, впиваться, пожирать. Шёпот в голове приказывал: «УБЕЙ».

«И «Он» хочет… «Оно» голодно… Я дам ему то что «Он» хочет… Я тоже своё возьму… Хватит с меня!»

Намари бросилась на Харва. Он успел упасть на спину и пнуть её в лицо. Пока Намари выла от боли и ярости, Харв вскочил и побежал. Намари ринулась за ним, обнажив меч. Она бежала быстро, но Харв, гонимый страхом, бежал ещё быстрее. Лес мелькал перед глазами. Они бежали долго, не чувствуя усталости. Наконец Харв снова выбежал к стене. Прижавшись к ней спиной в безнадёжности, он увидел Намари, готовящуюся к удару. Она приблизилась и нанесла удар. Харв увернулся, будто его толкнула невидимая рука. Меч воткнулся в стену – в головах обоих прозвучал истошный вопль. Харв поднял взгляд и увидел, как из стены сочится кровь. Намари отпустила меч от невыносимой головной боли.

—Режь стену! – прокричал Харв. – Это «сердце»!

Намари скрючилась от боли.Харв схватился за меч, изо всех сил выдернул его и упал. Голова раскалывалась. Он встал и попытался ударить по стене. С каждым ударом кровь текла сильнее, а боль и крики в голове становились невыносимее. Харв подбежал к Намари, лежавшей на земле в ужасном состоянии, схватил её руку и вложил в ладонь меч. Она смотрела на него, а он, указывая на стену, пытался крикнуть: «Убей… «Сердце»». Намари сжала меч, поднялась, опираясь на клинок, и через боль с размаху рассекла мясо – стена превратилась в груду плоти и сухожилий, из которой хлынул поток крови. У Намари и Харва потемнело в глазах.

Они очнулись в другом лесу – настоящем. Вокруг лежали человеческие и звериные останки, а в центре – разрубленная надвое куча плоти. Из черепов вырывались тени, устремляясь в небо.

– О, чудо! Мы живы… – хрипло прошептал Харв, лежа на земле.

Вдруг он встрепенулся, сел, снял рюкзак. Достал железную коробку и с облегчением вздохнул. Намари,лежа, наблюдала за ним.

– Это и есть тот груз?

– Да. Он самый.

Намари встала,подошла и легонько пнула Харва.

– Больше не смей трогать мой меч! – пригрозила она. – Иначе в следующий раз рубить буду тебя!

– Да ты уже чуть меня не зарубила, а потом съесть хотела. После такого… понятно почему тебя стоит ужасаться.

– Вот и славно, – злобно усмехнулась Намари.

– Да чего тут славного? – воскликнул Харв. – За что ты меня ненавидишь? Что я тебе сделал?

Намари вздохнула и закатила глаза.

– Не бери в голову! Да и презираю я не только тебя, а всех людей. Так что ты не уникален.

– Ох, да я наверное тебе должен быть благодарен за столь щедрое откровение, но, всё-таки, чем люди заслужили такую немилость?

– За мои страдания, боль и отобранную счастливую жизнь!

– Прям всё человечество издевалось над тобой? Я, конечно, не знаю, как с тобой обращались, но если бы ты не совершала сомнительных поступков, мне кажется, отношение было бы иным.