Станислав Боровик
Саманта

Предисловие

Этот рассказ – один из самых сжатых и в то же время самых насыщенных в моём творчестве. В нём заключено всё, что я считаю важным: судьба, случайность и цена второго шанса. Мне, как автору, пришлось полностью перевоплотиться в Саманту, чтобы увидеть мир её глазами и пропустить её историю через себя. Надеюсь, мне удалось донести до вас её чувства, и этот рассказ займёт своё место в вашем сердце, как и в моём.

1

Позвольте представиться – Саманта. Но история моя начнется лишь после того, как вы меня увидите. Так что давайте знакомиться.

Мой рост – это отдельная история с намеком на комедию. Идеальная иллюстрация – супермаркет, верхняя полка, упрямая банка с сиропом. Я на цыпочках, я тянусь, я почти достала… Финал этой сцены всегда один: либо рыцарь на час с ближайшего молочного отдела, либо звон разбитого стекла и лужа сиропа на полу. Такова уж моя анатомия.

Мой гардероб, имей он дар речи, злорадствовал бы: «Видите этот современный писк? Клоунада. А я – элегантность. Я – тихая уверенность. Я – то, что сидит безупречно и не выходит из моды, даже когда мода сходит с ума». Классика, что виделась стильной в 2010-м и ничуть не растеряла шарма к 2026-му.

У меня мягкий, уютный голос. Голос, в который хочется верить с первой фразы. Фигура – строгая графика, будто коробочка дорогих таблеток или контуры идеального здания. А глаза… В них жила надежда. Непоколебимая вера в то, что завтра будет светлее, чем вчера.

Ну что, картинка сложилась? Хорошенькая, да?

Но у каждой картины есть обратная сторона холста. Моя история такова, что я… уже не жива. Да-да, вы не ослышались. Вы слушаете историю призрака. Но, умоляю, без паники! Я не из тех, кто пугает по ночам. Мое привидение – тихое, мирное и совершенно безобидное.

И раз уж мы познакомились, самое время отмотать пленку назад. В те дни, когда я дышала, смеялась и понятия не имела, что у моей жизни есть срок годности.

2

Фэрфилд, Калифорния. 2002 год.

Двенадцатого июня того года человечество незаметно для себя пополнилось еще одной звонкой, плачущей малышкой. Как и все остальные, она получила своё имя – Саманта Мартинес.

Её назвали любящие родители: мама-стоматолог и отец, владелец небольшой автомастерской. Любой гость, переступивший порог их дома – будь то в праздничный день или в самый обычный, – сразу же видел целую стену, посвященную жизни их дочери.

Это была летопись, сложенная из снимков:

· Саманта-младенец, красная от крика в маленькой ванночке.

· Саманта-смельчак, с застывшим от ужаса смехом на лице, когда на фото ей вручили подержать змею в зоопарке.

· Саманта-первоклашка, с огромным бантом и рюкзаком почти в полроста.

· Саманта-счастливица, обнимающая щенка, подаренного на Рождество.

· Саманта-подросток, с россыпью прыщей на лице и брекетами на зубах, смущённо отводящая взгляд.

· И наконец, Саманта-выпускница, – уже почти взрослая, с дипломом в руках и уверенной улыбкой.

Эти фотографии висели там не первый год, молчаливо рассказывая историю девочки, которая стала центром целой вселенной для двух любящих людей.

3

(За год до… ну, вы знаете)

Помню, как мы торчали у Джианы в комнате. Представьте: стены, облепленные Джастином Бибером, потолок со светящимися планетами – она сама их рисовала, у нее были руки, как у Пикаччо, нет, Пикассо! Черт, я до сих пор путаю эти имена. А посреди всего этого великолепия стояла она сама – смуглая красавица в домашних шортах, с упоением трясшая своей безупречной пятой точкой под какой-то вирусный трек. А я лежала на ее кровати и копалась в телефоне, чувствуя себя старухой-врединой.

– Саманта, ну пожалуйстааа, хоть под этот трек! – взглянула на меня Джиана с таким умоляющим видом, что хоть святых выноси.

– Отстань! Не собираюсь я крутить жопой на камеру.

– Ну она у тебя такая… фотогеничная! – не унималась она. – Уверена, ни один мужик не перелистнет это видео! Разве ты не хочешь славы?

– Ну уж точно не такой! – фыркнула я. – Хочешь, чтобы у моей бабули инфаркт случился? Она в этом TikTok рецепты котлет ищет, а не мою… двигательную активность.

– Ну ты и скучная!

А я подумала: «У тебя божественные рисунки, настоящий дар! А ты вся в это дурацкое трясение ушла». Вслух, конечно, не сказала – знала, какой последует ответ.

– Мне нужно прославиться и свалить из этой дыры! Разве ты не хочешь сбежать из этого мертвого городишка?

– Ничего он не мертвый, – огрызнулась я. – Он спокойный. И тихий.

А она уже в десятый раз кружилась под один и тот же такт, снова не попав в бит.

– Да блин, опять поторопилась! – в сердцах топнула она ногой, снимая телефон со штатива.

– И почему это так сложно? – выдохнула она, вся запыхавшаяся, и плюхнулась рядом со мной на кровать.

– Это все из-за тебя! – заявила она, хотя в голосе сквозила шутка.

– А я-то тут причём? – ответила я с легким возмущением и смехом.

– Ты не хочешь снять со мной этот ролик, а я без тебя, сама знаешь, ничего не могу нормально сделать!

– Разве ты не помнишь наше выступление в пятом классе? – напомнила я ей о том позорном моменте.

Джиана тогда уговорила меня выступить с ней в школе на День святого Валентина. Мы две недели готовили этот танец у неё в гараже под трек Селены Гомес. Безумные идеи в её голове рождались с самого детства, и даже в тот раз она задумала завершить номер так: я раскручиваюсь пять раз, приседаю, а она через меня перепрыгивает и садится на шпагат. Но в тот день я съела бурито. И после того как я раскрутилась и присела, меня вырвало прямо на пол. А Джиана подскользнулась на моей же блевотине и грохнулась. Этот год стал для нас самым позорным – над нами смеялись целую вечность.

– Ой, даже не напоминай! – застонала она. – Все мальчишки потом дразнили меня. Заботу проявил только один Николас!

– Да-да, слышала я эту историю, – рассмеялась я. – Он подошёл, сказал, что ты выступила круто, и потом поцеловал в щёчку.

– Так и было! Я не вру!

– Тогда почему же он потом таскал портфель Дженифер Стоун? Ходил за ней как привязанный.

– Ну, конечно, она первая додумалась запихнуть себе под лифчик носки своего отца! – фыркнула Джиана. – А этот Николас… пускал слюни, да и вообще он полный придурок!

– Ну ладно тебе, – успокоила я её. – Уверена, сейчас бы он положил на тебя глаз. Ты же у нас вон какая красавица!

– Ага, красавица, которая и пяти тысяч подписчиков собрать не может! – вздохнула она, но тут же воспряла духом. – Ну, Саманта, пожалуйста! Ради своей лучшей подруги!

Джиана с самого детства обладала даром уговаривать меня на самые дурацкие авантюры. Когда она о чём-то просила, в её глазах зажигались два зелёных прожектора, и она становилась вылитым Котом в сапогах из «Шрека» – те же глаза-блюдца, тот же взгляд, от которого тает сердце. Но меня такими трюками уже не взять; я выучила её как таблицу умножения. Её просительное «Са-а-ам…» я могла распознать за версту.

Но она была не просто подругой. Она была моим личным рыцарем в рваных джинсах. Когда Саймон и его шайка придурошных друбин начинали строить из себя крутых и задирать нас, Джиана вставала передо мной, упирала руки в боки и заявляла, что её отец – коп, и он лично отстрелит им яйца, если они не отвалят. Её папа и правда был офицером, и этот козырь мы разыгрывали не раз, с наслаждением наблюдая, как наглые рожи мальчишек бледнели.

Мы были не разлей вода. Помню, на Хэллоуин мы нарядились сиамскими близняшками: скрепили две кошачьи пижамы безопасными булавками и ходили по улицам, синхронно мяукая и путаясь в «общем» хвосте. Мы делились всем: секретами, шоколадками, домашкой по алгебре и даже первой пачкой прокладок, которую я стыдливо купила в аптеке, краснея до кончиков ушей.

Всё рухнуло, когда у неё появился бойфренд. Какой-то тип из интернета с двести тысячами подписчиков, который снимал дурацкие пранки на безрыбье – типа «засунул голову в унитаз, ЧТО БЫЛО ДАЛЬШЕ??». И моя Джиана, моя умная, талантливая Джиана, вдруг начала млеть от его плоских шуток и примитивных закидонов. Она стала другой – озабоченной своим внешним видом для его сторис, вечно сидящей в телефоне в ожидании его звонка.

А потом она просто уехала. С ним. В Майами. Бросила всё: свои картины, наш гараж с тренировками, светящиеся планеты на потолке… и меня.

Теперь она даже трубку не всегда берёт. Перезванивает на следующий день, и её голос звучит отчужденно и далеко, будто из параллельной вселенной. Она говорит о своём Томе, о солнце, об океане, о вечеринках. А я слушаю и молчу. Потому что с её отъездом мне стало не просто грустно. Мне стало не с кем поговорить. По-настоящему. О том, что болит.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.