Даниил АНДРЕЕВ
Сирена. Глубина тьмы

Содержание

Глава 1. Прилив

Глава 2. Голоса из глубины

Глава 3. Под поверхностью

Глава 4. Тайна маяка

Глава 5. Голоса глубины

Глава 7. Песнь под кожей

Глава 8. Жертва

Глава 9. Пробуждение

«Сирена. Глубина тьмы»

.

Глава 1. Прилив

Автобус, дребезжа и вздыхая, выкатился из тумана на последнем повороте и остановился у старого указателя:

Мэрроу-Бэй. Население 2 146.

Под цифрами кто-то приписал маркером: “и ни одной русалки”.

Рик усмехнулся.

Его первый день в «столице сирен».

Воздух пах солью и железом, туман висел над водой, как дым от костра.

Всё здесь казалось выцветшим – дома, вывески, даже небо. Только океан был живой: серо-зелёный, беспокойный, с холодным дыханием, которое чувствовалось даже в лёгких.

Он вытащил рюкзак и кейс с приборами.

Позади хлопнула дверь автобуса, и водитель хрипло сказал:

– Добро пожаловать в конец мира, парень. Удачи со своими рыбами.

– Это млекопитающие, – машинально поправил Рик.

– Какая разница. Здесь всё одинаково дохнет, если долго смотреть в море.

Автобус уехал, растворяясь в тумане. Рик остался один

Город встретил его странной тишиной.

На набережной хлопали ставни, кто-то тащил ящик с рыбой, в порту гудел мотор старого катера.

Рик остановился у стенда с туристической брошюрой: “Мэрроу-Бэй – место, где легенды рождаются из волн.”

Фотография – девушка в платье из водорослей, с жемчужиной в руках. Рекламный глянец поверх старой, выцветшей бумаги.

Он вспомнил, как профессор Хендриксон говорил на собрании:

“Мэрроу-Бэй – идеальное место для наблюдений. Здесь фиксируют необычные сигналы, похожие на вокализацию китов, но частоты человеческие. Возможно, это ошибка оборудования. Или – что-то новое.”

Тогда Рик усмехнулся.

А сейчас – стоял у моря, и внутри что-то кольнуло. Странное чувство, будто город ждал его.

Хозяйка пансионата, женщина лет пятидесяти, с аккуратно собранными волосами, встретила его без улыбки.

– Комната на втором этаже. Окно на бухту. Туалет общий, интернет не ловит. Завтрак – если не проспите.

– А легенды про русалок включены в стоимость? – попытался пошутить Рик.

Она подняла взгляд.

– Здесь не шутят про море, мистер биолог. Оно слышит.

Рик замолчал. В её голосе не было мистики – только усталость.

Он устроился в комнате, проверил оборудование, перепроверил диктофон.

Обычные дела. Обычная работа.

Только тишина какая-то… не такая.

В ней что-то было.

К вечеру он вышел прогуляться по пляжу.

Солнце садилось, и вода переливалась серебром. На песке стояли лодки, перевёрнутые вверх дном, как мёртвые киты.

Рик включил диктофон.

– День первый. Объект – бухта Мэрроу-Бэй. Акустическая активность – нормальная. Отмечается сильный прилив, видимость плохая. Местные считают это “пением моря”…

Он усмехнулся.

– …но, конечно, это всего лишь акустические колебания на границе термоклина.

– Вы учёный?

Голос заставил его вздрогнуть.

На пирсе стояла девушка. Молодая, с растрёпанными волосами, босиком. В руках – ведро с рыбой.

Она смотрела прямо на него, с каким-то непонятным любопытством.

– Биолог, – сказал Рик. – Приехал понаблюдать за китами.

– Китам тут не нравится. – Девушка опустила ведро и вытерла руки о джинсы. – Они больше не заплывают. Говорят, что вода… изменилась.

– Вы тоже верите в легенды?

Она усмехнулась.

– Нет. Просто я выросла здесь. А здесь, если что-то меняется – это редко к лучшему.

Она пошла прочь, босые ступни оставляли следы на влажном песке.

Рик почему-то смотрел ей вслед дольше, чем следовало.

Вечер опустился быстро.

С моря потянуло холодом.

Он уже собирался возвращаться, когда услышал крики.

– Томми! Томми, чёрт побери! – на пирсе бежал мужчина в рыбацкой куртке. – Вы не видели мальчишку? Маленький, лет десяти, кепка красная!

Рик обернулся.

– Я только что пришёл. Что случилось?

– Он играл здесь, минуту назад!

Они вместе обежали пляж. Волны били о сваи, чайки орали, словно что-то чуют.

Мужчина метался, звонил в телефон – сигнал пропадал.

– Может, ушёл в город? – спросил Рик, хотя сам понимал – мальчик не мог уйти незаметно.

– Томми! – крик повторился, сорвался в глухое эхо.

И вдруг – где-то вдалеке всплеск.

Тихий, как вдох.

Они оба замерли.

– Слышали? – прошептал рыбак.

Рик кивнул.

Они побежали к воде.

Ничего. Только волны и отблески лунного света.

Но среди них плавала красная кепка.

Полиция приехала через сорок минут.

Двое офицеров, усталые лица, фонари.

Они задавали вопросы, записывали, говорили «наверное, утащило течением».

Рик наблюдал, как они складывают вещи мальчика в пакет, и чувствовал странную пустоту.

– Здесь это бывает, – сказал один из полицейских, пожилой, с добрыми глазами. – Течения сильные, подводные воронки. Год назад тоже парень пропал. Город маленький, слухи быстро растут. Так что если услышите что-то… необычное – не обращайте внимания.

– В смысле “необычное”?

– Ну, знаете. Люди тут любят говорить о сиренах.

Он усмехнулся. – Мы же все знаем, что это сказки, верно?

Рик кивнул.

– Конечно. Сказки.

Но когда они уехали, он остался у воды один.

Туман опустился плотнее, и издалека донёсся едва различимый звук —

будто кто-то пел, шёпотом, прямо под поверхностью.

Он включил диктофон, но микрофон зашипел, будто от помех.

Рик поднял голову.

На воде не было никого.

Только волны, и где-то вдалеке – слабое мерцание, как отражение глаз.

Он стоял, слушая, пока не понял, что морская песня звучит уже внутри него.

Не громко. Просто не исчезает.

Позже, в номере, он записал:

“День первый. Исчезновение ребёнка. Показатели стабильны. Но ощущение, будто море дышит вместе со мной.”

Он выключил диктофон.

За окном бушевал прилив.

И где-то далеко, в шуме волн, снова слышался голос.

Тихий. Женский. Почти человеческий.

Но ведь никто не верит в сирен.

Даже он. Пока что.

Глава 2. Голоса из глубины

Утро в Мэрроу-Бэй начиналось не с солнца, а с тумана.

Он полз по улицам, стелился между лодками и домами, будто море пыталось забрать обратно то, что ночью утащило.

Рик проснулся от глухого шума – гудел порт. Корабли уходили в море, хотя вода всё ещё бурлила после прилива.

На кухне пансионата хозяйка жарила рыбу. Запах был терпкий, с металлической ноткой. Она молча поставила перед ним чашку кофе и тарелку с омлетом.

– Нашли мальчика? – спросил Рик.

Она не подняла глаз.

– В море ищут. Но море редко отдаёт.

– В городе говорят, что это уже не первый случай.

– Люди любят придумывать, когда боятся, – ответила она, всё так же глядя в сковороду. – Говорят о сиренах, потому что это проще, чем признать, что кто-то из нас виноват.

– Вы не верите в сирен?

Она впервые посмотрела прямо на него.

– Я верю в то, что море берёт, когда хочет. Остальное – сказки для туристов.

У научной станции Рика встретила Лина – та самая девушка с пляжа.

Теперь она была в куртке и резиновых сапогах, с планшетом в руках. На её лице мелькнула тень усталости.

– Ты слышал про мальчика? – спросила она без приветствия.

– Да. Я был там.

– Тогда ты понимаешь, почему все на нервах. Каждый год что-то случается. И каждый раз полиция говорит “несчастный случай”.

– А ты что думаешь?

– Думаю, что океан ведёт себя странно. И что кое-кто не хочет, чтобы мы это изучали.

Она показала ему экран планшета.

На нём – график акустических колебаний. Частоты – слишком ровные, почти синусоидальные.

– Это запись с гидрофона, – сказала она. – Сделана вчера, за час до исчезновения

Рик всмотрелся.

– Это не кит.

– И не техника. Я проверяла трижды.

– Похоже на человеческий голос.

– Только если человек может петь на глубине двадцати метров без кислорода.

Лина усмехнулась, но без веселья.

– Мы оба понимаем, что не должны говорить “сирены”. Иначе нас просто лишат гранта.

Рик кивнул.

Но внутри уже росло беспокойство.

Днём он пошёл к пирсу.

Ветер усилился, море било в сваи, поднимая пену.

На досках сидел старый рыбак – морщинистый, с глазами цвета стали.

– Вы здесь вчера были? – спросил Рик.

– Был, – хрипло ответил тот. – Слышал, как парень звал кого-то. А потом… песня.

– Какая песня?

– Такая, от которой сердце встаёт. Не громкая, не страшная. Просто… хочется идти к воде.

Рик помолчал.

– Может, ветер. Или звук мотора.

Старик усмехнулся беззубым ртом.

– Так и говори, сынок. Так спокойнее жить.

Он встал, прихрамывая, и добавил:

– Но если услышишь её сам – не иди. Никогда не иди.

Вечером лаборатория пустела.

Лина уехала домой, оставив Рика одного среди приборов и тихого гула серверов.

Он снова включил запись с гидрофона.

Звук был тихим, будто пение под водой.

Мелодия – странно знакомая, ритмичная, как дыхание.

Рик закрыл глаза, слушая.

И вдруг заметил: между звуками – едва различимые слова.

Научный инстинкт заставил его усилить частоту, фильтровать шумы.

Фраза стала понятнее.

Короткая, но отчётливая.

«Не бойся».

Он резко остановил запись.

В груди будто что-то оборвалось.

Монитор мигнул, и на секунду экран покрылся рябью – как будто вода.

Потом всё исчезло.

– Помехи, – пробормотал Рик, стараясь убедить себя. – Просто помехи.

Он выключил оборудование и направился к двери.

Но у выхода, в отражении стеклянной панели, ему показалось – за его спиной стоит женщина.

Смутная, как тень под водой.

Он обернулся. Пусто.

Ночь снова пришла с приливом.

Море шумело, как живое.

Рик сидел на пляже, глядя в темноту. В руках диктофон.

– День второй. Необъяснимая акустическая активность. Возможно, помехи. Возможно, совпадение.

Он замолчал.

Волны приближались, обдавая ноги ледяной водой.

И тогда он снова услышал голос.

Тихий, женский, из самой глубины.

Слова были непонятны, но в них было что-то человеческое.

Рик поднялся.

Сердце колотилось.

Он подошёл ближе, чувствуя, как песок уходит из-под ног.

В этот момент кто-то схватил его за плечо.

– Ты с ума сошёл? – Лина. Голос резкий, испуганный. – Там подводное течение, тебя засосёт!

Он моргнул – и звук исчез.

Только волны. Только ветер.

Лина тяжело дышала.

– Больше не подходи к воде ночью, понял?

Рик кивнул.

Но когда они шли обратно, он обернулся ещё раз.

И вдалеке, у линии прибоя, ему показалось, что кто-то стоит по колено в воде.

Женская фигура. Неподвижная.

Он моргнул – и её не было.

Поздно ночью он снова включил диктофон.

“День второй. Я начинаю понимать, почему люди здесь сходят с ума. Иногда кажется, что море говорит со мной. Но я учёный. Я должен объяснить всё. Даже то, что не хочет объясняться.”

Он выключил запись.

И за окном – будто в ответ – море вздохнуло.

Словно услышало.

Глава 3. Под поверхностью

Утро в Мэрроу-Бэй началось с тревоги.

Сирена – не мифическая, а полицейская – прорезала туман, прокатившись по улицам и бухте.

Рик выскочил на крыльцо пансионата. Люди уже бежали к пирсу.

Он накинул куртку и пошёл за ними.

Возле старого причала стояли полицейские, мэр, рыбаки. Все смотрели на воду.

Там, между лодками, покачивалось что-то тёмное.

Когда тело вытащили на берег, стало тихо. Даже чайки улетели.

Это был мужчина – лет сорока. Один из рыбаков. Его звали Нолан Уэйд, Рик слышал о нём от Лины.

Кожа бледная, будто выжженная солью, глаза полуоткрыты.

Но страшнее всего были раны – глубокие, симметричные, словно от крупных зубов… или когтей.

– Акула, – сказала Лина, стоя рядом. Но голос её звучал неуверенно.

– Здесь нет акул, – тихо ответил Рик. – Температура воды слишком низкая.

Офицер полиции нахмурился:

– Тогда что это, по-вашему, профессор?

Рик не ответил.

Потому что знал – таких следов он не видел ни у одного морского животного.

В лаборатории пахло йодом и металлом.

Они с Линой осматривали образцы ткани. Рик увеличил масштаб под микроскопом.

– Видишь это? – он показал на экран. – Следы соли не на поверхности, а внутри клеток. Как будто тело пролежало в морской воде… недели, хотя оно свежее.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.