Анастасия Варенцова
Зимняя тайна драконьей тени

1. Не удавшийся побег

Заветная дверь была близка и обещала свободу. Глоток свежего воздуха тоже не помешал бы, корсет нестерпимо сдавливал грудь. Я взялась за массивную ручку, толкнула ее и… против ожидания не оказалась во дворе Академии. Меня резко потянуло обратно в здание. Не отпуская холодный метал, я обернулась и увидела Ади. Мерзавец накрутил подол моего бального платья на кулак одной руки, и, не выпуская из длинных узловатых пальцев второй руки булочку, тянул меня вглубь замка.

Представители маленького народца только на вид хлипкие. Не зря они занимают самые тяжелые в физическом плане должности. Небольшой рост сполна компенсируется сильными мышцами и поразительной выносливостью.

– Ты ополоумел?! Отпусти меня! – перчатка из скользкой атласной ткани соскользнула с дверной ручки. Я схватилась за юбку и попытаться вырвать ее из цепкой хватки Ади. Не думала, что он будет держать что-то так же крепко, как еду.

– Рано, Тайша, рано. Вернуться важно, сейчас важно. – Ади тащил меня по коридору с такой же легкостью, с какой он носит высокие стопки книг. Только к ним он не смеет подходить с булочками.

Эхо пустого коридора умножало звуки торжественной музыки, доносящиеся из бального зала. Запах специй и ягодных напитков можно было уловить уже здесь.

Ради двух лун! Я не вытерплю эту помпезную скуку еще несколько часов! Просьбу ректора присутствовать на благотворительном балу я выполнила. Речи о том, чтобы провести там весь вечер не шло. Только теряю время, подпирая холодную каменную стену. Разодетая публика вальсирует, изображает веселье и строит козни, скрываясь за карнавальными масками. А я стою живой декорацией. Нет уж.

– Как вообще ты тут оказался? – Я стала сопротивляться активнее. Параллельно придумывала способ отправить домовика туда, где он обязан находиться, в высшую библиотеку.

Не оборачиваясь и продолжая тащить меня вперед, Ади вытянул над лысой головой руку с остатками булочки:

– Вкусное, очень вкусное. – Ладонь исчезла в районе рта, а через секунду появилась за спиной домовика, уже не отягощенная ароматной сдобой, и схватила подол платья. Я застонала и перестала брыкаться. Теперь точно не вырваться.

Я знаю Ади двадцать лет, всю свою жизнь. Он всегда находился при дедушке, помогая обслуживать необычную библиотеку в имперской Академии магии. Я выросла, а маленькое сморщенное лицо домовика нисколько не изменилось с годами. До этого месяца при мне он помалкивал и таскал тяжелые старинные талмуды стопками по несколько штук, будто это легкая перина. Поэтому я понимала, – если Ади взялся за груз двумя руками, то он его донесет до места назначения. Не важно, что грузом внезапно стало мое тело.

– Прежде чем закидывать меня, как кошку, в сверкающее гнездо, расскажи, зачем ты это делаешь? Там нет книг, которым нужна моя магия. Там в принципе нет книг!

Может домовик незаметно постарел и тронулся головой на почве булочек?

Ади остановился за несколько метров до входа в зал, выпустил мою юбку, и обернулся. Круглые глаза подозрительно блестели. Это что, слезы?!

– Верный способ есть. Дождись! – Он мотнул головой в сторону распахнутых дверей. – Только тут верный шанс.

Когда меня назначили хранителем высшей библиотеки после исчезновения деда, Ади начал говорить. Но речь его была настолько странной, что чаще он запутывал меня вместо того, чтобы помочь.

Я оцепенела. Понятнее не стало. Однако эмоции домовик проявлял редко и только касательно деда. Значит, надо вернуться в зал. И дождаться загадочного верного шанса.

Обойдя Ади, я присела спиной ко входу в зал, загораживая его. Домовикам точно не место на балу, а нам не нужны новые проблемы.

– Хорошо. Я останусь.

Взяв многострадальный подол платья, я промокнула слезы, наполнившие глубокие морщинки у глаз Ади, точно это русло соленых рек.

– Опиши подробнее, чего мне ждать.

Тонкие губы приоткрылись, чтобы дать подсказку, но в этот момент кто-то налетел на меня сзади. Боль ослепила на миг, я повалилась на бок. Когда открыла глаза, домовик исчез. А тень напротив ожила, обретая очертания грозного мужчины.

2. Музыка звезд

Черный камзол. Черные штаны. Черная маска, закрывающая лицо до подбородка. Мужчину легко было принять за порождение мрака, если бы не блеск глаз. Я привычно вскинула кисть, вызывая магический свет. Надо мной возникла маленькая сфера, темнота коридора отступила, и незнакомец стал еще реальнее.

Он сосредоточено рассматривал меня, будто я сбила его с ног. Куда он так спешил, что не заметил яркое препятствие? Почему выходил именно здесь, в коридоре для технических целей? Тут нет освещения, украшений и бархатных дорожек, приветствующих гостей благотворительного бала. Я прищурилась. Значит, он местный. Студент или учитель. Хотя бесполезно гадать о его личности, я мало с кем успела познакомиться в Академии.

Ровная линия плеч мужчины дрогнула, он присел и подал руку:

– Прошу прощения. Надеюсь, вы не ушиблись.

Голос был глухой, искаженный маской и, надеюсь, чувством стыда. Я оперлась о него и встала. Сделала пару шагов в разные стороны, оценивая ущерб. Ничего не болело. А вот у юбки точно был несчастливый день, подол декоративной части платья оказался разорван.

Кадык незнакомца сделал движение вверх:

– Я компенсирую стоимость вашего наряда.

Игнорируя его предложение, я поймала одиноко свисающий лоскут изумрудного атласа и дернула, отрывая от юбки.

– Не стоит. – Я протянула кусок ткани незнакомцу. – На память. Чтобы вы аккуратнее заходили в темные коридоры.

Мужчина накрыл ладонью сувенир, задержав руку на моей. Его глаза были почти такого же цвета, как платье. Редкость. Такие встречались мне лишь дважды. Не может быть. Я чуть дернула головой, сбрасывая наваждение. Скорее всего это отражение моего наряда.

Когда человек в черном все-таки забрал подарок, из бального зала полилась музыка, от которой завибрировало тело. Повинуясь притяжению магии, я повернулась спиной к незнакомцу и пошла на звук.

Все гости замерли и смотрели в центр зала, где высилась пушистая ель. Я пробралась в первые ряды и увидела источник музыки: тонкая, почти прозрачная девушка в платье из серебряных звезд, стояла под елью, играя на скрипке. Ее смычок вызывал искры света, они взмывали вверх и превращались в танцующие снежинки. Отчетливо запахло морозным утром в лесу.

Кристально чистые звуки, которые рождала скрипка, смывали тяжелую печаль из моего сердца, стирали грустные мысли из головы. Впервые за месяц я почувствовала легкость и уверенность, что дедушка жив. А раз он жив, я его найду.

Последние ноты музыки растаяли под куполом и опали на гостей искрящимся звездопадом. Публика зааплодировала. Возобновились разговоры. Вновь заиграл оркестр, на паркет выплывали пары.

Я стояла пораженная, смотрела вверх и старалась сохранить ощущения, которые только что испытала. Надо мной порхала снежинка. Поддавшись интуиции, я сняла перчатку с левой руки и подставила ладонь, чтобы снежинка спланировала на кожу. Глаза разглядывали кристаллический узор, переливающийся всеми цветами, а ладонь считывала магию: мы только что стали свидетелями волшебства, созданного из звездного света. Поразительно красиво!

– Прошу вас потанцевать со мной. – Крепкая мужская рука попыталась взять мою ладонь. Голую ладонь. Машинально отдернув ее, я подняла глаза и увидела черную маску все также, закрывающую лицо до подбородка. Волосы незнакомца не выбивались из образа, были смоляными.

Не дожидаясь ответа, он быстро взял меня за талию, приподнял и закружил в танце. Когда я пришла в себя, мы вальсировали в центре зала среди других гостей, а моя перчатка осталась где-то на полу. Я сконцентрировалась, чтобы не трогать партнера левой рукой, и позволила ему вести себя.

Мужчина двигался плавно, огибая ель и остальных танцующих. Музыка мягко окутала нас, я расслабилась и почувствовала себя снежинкой из звездного света, которая недавно растаяла на моей коже. Незнакомец прижал меня крепче, а сопротивляться не захотелось. Было приятно, что меня держат крепкие руки, и сильное тело, облаченное во все черное, казалось земной твердью, поддержкой и опорой. Только глаза сияли двумя изумрудными звездами. С такого близкого расстояния я разглядела в них золотые крапинки. Что?! Святые луны!

Темп музыки замедлился. Мы остановились, но мужчина не спешил размыкать объятия.

Я провела левой рукой по его блестящим волосам. И стянула маску, процедив сквозь зубы:

– Оникс Раштейн! Что за игры?

3. Старый знакомый

Однажды летом я смотрела в изумрудные глаза каждый день. Оникс любил нежно брать меня за талию и поднимать над собой так, чтобы солнце проходило через мои рыжие волосы. «Ты превращаешь свет в огонь», – повторял он. А я зачаровано наблюдала, как золотые крапинки в его сине-зеленой радужке в тот момент покрываются бронзой.

Сейчас он коротко улыбнулся и взял черную маску из моих рук:

– Тайша, мне больше нравилось, когда ты называла меня Ник.

– Это было давно.

– Шесть лет назад. – Он мягко улыбнулся. – Меньше вечности.

– Ты прятался за маской, Раштейн!

– Клянусь обеими Лунами, я не собирался скрывать свою личность. Если ты не заметила, это бал-маскарад.

Я стояла без движения, а сердце билось: Ник, Ник, Ник!

– Ты изменился. – сказала я холодно.

– А ты совсем нет. – Ответил тихо он.

Спасая нас от неловкого момента, в зале стало намного темнее. Музыка зазвучала откуда-то с потолка. Раштейн положил теплые ладони на мою талию, плавно приподнял над собой, как делал в лесу, покружил так, будто не было шести лет, и опустил меня на пол у окна.

– Время подарков из праздничного шара, – Оникс махнул в сторону зала, где из купола спускался вниз сияющая конструкция сферической формы. Приглядевшись, я поняла, что форму создают почти сотня небольших шаров, внутри которых переливалась энергия чар.

Заметив мой восхищенный взгляд, Ник спросил:

– Ты знаешь, что среди обычных шаров с подарками там есть сильные артефакты, исполняющие желания?

Я застыла, обдумывая услышанное. Какого рода желания могут сбыться? Каким методом определяют того, кому он достанется?

– Ты придумал желание на всякий случай? – Я решила не задавать вопросы в лоб, а выведать подробности окольным путем.

– Конечно. Лучше быть готовым, когда фортуна поворачивается к тебе лицом. – Оникс помахал пригласительным билетом с номером. Значит, это лотерея.

– Хотя… – Дракон подцепил мой локон и намотал его на палец. – Сейчас я готов передумать и загадать что-то другое.

Я старалась дышать медленнее:

– Артефакт может справиться с любым заданием?

– Практически. Не сможет оживить мертвых или поменять базовые правила нашего мира, например, сделать так, чтобы на небе осталась лишь одна луна. В остальном, справится. – Ник сделал полшага ко мне. – Что загадала бы ты?

Отступив назад, я уперлась спиной в холодную стену. Дыхание Оникса обожгло щеку:

– Снова исчезнуть?

Изумрудные глаза ощупывали каждый миллиметр моего лица. А слова обжигали кожу:

– Снова неожиданно исчезнуть из моей жизни? Так, чтобы я не смог найти? Чтобы опять никто, даже твой дедушка, не отвечали на мои вопросы?

Да уж, шесть лет назад все произошло внезапно и для меня.

Широкие плечи Ника загораживали зал. Его фигура в темном словно провела черту между нами и всем миром.

– Ты изменился. – Произнесла я вновь.

– А ты совсем нет. – Сказал еще раз он.

Оникс прав. И даже не знает, как тяжело от того, что он прав.

Я потерла левую руку, ладонь которой до сих пор кололо от прикосновения к его волосам. Да, стало легче, чем шесть лет назад. Но все же ощутимо больно. Будто я погладила не голову молодого человека, а дикое ядовитое растение.

4. Шесть лет назад

Я росла странной девочкой, для которой окружающий мир всегда был интереснее подружек. Я могла сидеть на одном месте целый день до восхода обеих лун и рассматривать, как птицы вьют гнездо, вычисляя, откуда они несут веточки и как их выбирают. Каждое утро на море я начинала с определения ветра, его характера, и прикидывала, какую форму волн он сформирует. Каждую зиму я проводила сравнительный анализ размера снежинок и их рисунков, а, чтобы успевать фиксировать результаты, пришлось придумать заклинание, сохраняющее лед на теплой ладошке.

Когда я подросла, дедушка направил мою любознательность в книги. Обычные романы или учебники были ужасно скучны. Но деда нашел, чем заинтересовать. Он тайком приносил экземпляры из своей библиотеки, закрывал дверь комнаты на ключ, доставал очередную старинную книгу из-под мантии, и на миг я замирала от предвкушения встречи с чем-то поразительным.

Страницы тех писаний имели шероховатую поверхность. Чернила никогда не ложились с одинаковой толщиной. Запах переплетов указывал на почтенный возраст каждого издания. Но самое дразнящее в этих книгах было то, что я не могла прочитать ни слова.

Дед настаивал, чтобы я листала, водила пальцем по непонятным рисункам, старалась расшифровать строчки мертвых языков. «Книга заговорит с тобой, если ты будешь достаточно упорной» – уверял мудрый хранитель Высшей Библиотеки. Но старые письмена молчали. Тогда дедушка брал книгу, клал ее на колени, возлагал обе ладони поверх страниц, закрывал глаза и рассказывал. О диковинных странах. О невиданных зверушках. О тайной магии.

Я слушала и мечтала, чтобы когда-нибудь книги начали доверять мне.

В четырнадцать лет родители решили, что пора определяться, к каким чарам у единственной дочери способности. Они отмахнулись от деда, просившего подождать еще немного, и отправили меня в летний пансионат, где маститые волшебники в усиленном режиме проверяли, какая магия зарождается в подростках и к чему у них есть наклонности.

Полдня у нас были практические занятия. А полдня оставалось на выдох, и я убегала в лес, который окружал пансионат. Там мы с ним и познакомились.

Высокие ели и лиственные деревья тянулись к тяжелому свинцовому небу. Я ушла в чащу. В глубине нее тек слабый ручеек. Его тихое журчание убаюкивало, а упорство, с которым он пробирался через траву и камни, завораживало. Я наблюдала за водой и не заметила, как стемнело.

Я стала выбираться из леса, помогая себе ориентироваться магическим огоньком. Остро пахло землей и бурей. Я ускорилась, но только заблудилась.

Когда тучи начали выливать накопленную влагу и метать молнии от избытка чувств, я застыла посреди поляны, подняла голову и стояла, ощущая, как сила неба стекает по моему телу и проходит в почву. Казалось, все в мире соединено вместе, все понятно, очевидно и естественно.

Мощный заряд молнии ударил рядом с большим дубом на краю поляны, и я увидела его. Темноволосого парня, безотрывно смотрящего на меня исподлобья. Через него тоже шла сила, но другого плана. Он был опасен. Для всех, кроме меня. Не знаю, откуда я это взяла.

Когда гроза закончилась, также внезапно, как и началась, он скользнул ко мне, протянул руку:

– Я Ник. Мы с тобой учимся в пансионате.

Я пожала его ладонь:

– Тайша.

Ник повернулся, не отпуская мою ладонь, и пошел:

– Я тебя выведу из леса.

И вывел. Не проронив больше ни слова. В пансионате настоял, чтобы я пошла в комнату, приняла горячий душ и сменила одежду. А потом поджидал каждый день после занятий. Находил меня в любом месте. Сдержано кивал и шагал в сторону леса. А я за ним.

Теперь мы наблюдали за животными и природой вместе. Я рассказывала ему свои мысли так откровенно, как никому. И он ни разу не сказал, что я брежу или слишком фантазирую.

С ним было хорошо молчать. На него было трепетно смотреть. Его было приятно касаться.

Однажды в середине лета мы снова попали под дождь, только днем. Теплые капли нежно щекотали кожу и вместо того, чтобы спрятаться, мы танцевали и смеялись. Воздух был насыщен обещанием и волнением. Время остановилось.

Ник прижал меня к себе плотнее, зрачок в изумрудных глазах превратился в вертикальную линию. Мои щеки вспыхнули, по телу прошла горячая волна.

– Тайша, ты мой свет. – Дракон выдохнул слова мне в губы.

Поцелуй его был легким, как касание крыла бабочки: невесомое, почти нереальное, оставляющее ощущение чуда. Внутри меня вспыхнуло и заискрилось. Тело наполнилось энергией, магия лилась через каждую клеточку тела, подгоняемая ударами сердца.

Я обвила Ника руками и мои пальцы погладили его колючий затылок, шею и предплечье. Бархатистое ощущение на коже согревало. Хотелось, чтобы этот миг не заканчивался.

Внезапно ладонь ошпарило болью, тьма стала заползать мне в вены, окутывать сознание и шептать страшные слова. Оттолкнув Ника, я разорвала черную нить, и побежала в пансионат.

Ворвавшись в свою комнату, трясущимися руками я достала артефакт, оглянулась на дверь, за которой слышались быстрые, но твердые шаги Ника, и открыла портал домой. Пансионат по изучению способностей больше не требуется. Спасибо, помогли. Закрывая портал, я рыдала.

В тот день осуществилась моя мечта – высвободился дар читать магию руками.

В тот день разрушился мой мир – я не могла прикасаться к человеку, которого любила.

5. Шар желаний

В зале загремели фанфары, высокий свод проглотил звуки и взамен отсыпал золотые конфетти, они плавно спускались на прически и плечи гостей. Радостный шепот и нервный смех выдавали волнение присутствующих. Все затаились, ожидая, когда совершится раздача артефактов, волшебных шаров.

Ник нависал надо мной, жадно разглядывая. Я чувствовала жар так отчетливо, будто он гладит мою кожу не взглядом, а пальцами. Столько лет прошло, а тело реагирует на присутствие этого дракона по-прежнему ярко. Ладно, тело. Что творилось в моей душе. Сотни дней я провела, чтобы укорениться в мысли: мой дар стоит отказа от любви. Сотни ночей я провела в раздумьях: как могла сложиться судьба, будь мы вместе. Только через год я приняла ситуацию, успокоилась.

А сейчас сердце бьется так, будто хочет перепрыгнуть в грудь к дракону.

Оникс возмужал. В пансионате он отличался ростом и силой даже в старшей группе, где учились все шестнадцатилетние. А сейчас он был воплощением боевика высокого уровня – грозный, крепкий, гибкий. Мощь чувствовалась даже когда он не использовал способности.

Я прикрыла глаза. Святые луны, дайте спокойствия!

Усиленный магией голос ректора объявил, что наступило время раздачи праздничных шаров. Он уточнил, что шары распределяются случайным образом каждому, кто получил приглашение на бал. Чтобы узнать, какой подарок ждет гостей, надо активировать артефакт импульсом своей магии.

Ник потянулся и взял мою ладонь. Ту, что в перчатке. Я опустила глаза на наши руки и не стала противиться. Дракон гладил еле заметными движениями каждый палец. Не знаю, сколько времени мы простояли бы так, но в воздухе, сбоку появилось два шара.

Возле меня подергивалась елочная игрушка среднего размера. В ее перламутровых боках отражались магические огни, а белочка, нарисованная оптимистичным художником, помахивала не по сезону рыжим хвостом. Лотерея выбрала игрушку по цвету к моим волосам?

У головы Ника висел шар из прозрачного стекла большего размера. Внутри него крутился искрящийся сгусток магии. Левую ладошку закололо от нестерпимой тяги прикоснуться. Артефакт, исполняющий желание.

Достанься он мне, что бы я загадала? Чтобы дедушка нашелся и с ним все было в порядке! Сердце затрепетало в радостном предвкушении.

Тут рука Оникса выпустила мою ладонь и сердце упало в желудок. Он смотрела на шар, а я любовалась точеным профилем дракона. Или я загадала бы, чтобы моя магия позволила нам быть вместе? Сердце кувыркнулось в животе и подпрыгнуло обратно в грудную клетку.

Я сглотнула, понимая, что не смогла бы выбрать, улыбнись удача мне.

– Я знаю, что пожелать. – Раштейн твердо взял шар в руку и посмотрел на меня глазами, полными обожания, как тогда в летнем лесу.

Ник положил вторую руку на артефакт, чтобы активировать, и прикрыл веки, сосредотачиваясь.

В этот момент маленькая рука с узловатыми пальцами появилась откуда-то снизу и выбила шар из ладоней дракона. Сфера из тонкого стекла проделала дугу над нашими головами и пошла на снижение. Ади подпрыгнул и направил артефакт ко мне.

Инстинктивно я схватила шар. На эмоциях голая ладонь выдала магический импульс. С легким шипением и запахом копченых еловых иголок из артефакта стала выходить энергия, давая понять, что желание активировано.

6. Высшая библиотека

Я сделала шаг, уперлась в книжные полки, резко развернулась на пятках и пошла в обратную сторону. Сколько кругов набрала с прошлого вечера? Наверняка можно было бы перейти через горный перевал, вид на который открывался из двух огромных окон.

Вернувшись с бала, я не смогла уснуть. Переоделась, собрала локоны в высокий пучок и стала ждать.

Ади не появлялся на глаза до утра, но я чувствовала, что он сидит где-то за верхними полками и с нетерпением наблюдает. После восхода солнца он не выдержал и вылез со скорбным видом в центр зала:

– Важное желание Тайша загадала, важнее важного?

Ровно двадцать четыре шага от окон до противоположной стены. И посередине стоял домовик, как олицетворение моих сомнений. О чем я думала во время прикосновения к Шару желаний? Как артефакт исполняет просьбу? И главное: если дедушка до сих пор не появился, это значит, что я пожелала другое или… что деда невозможно вернуть?

Я затормозила и громко сглотнула.

– Если бы вместо таскания меня за юбку, – я тыкнула указательным пальцем в высокий лоб Ади, – ты объяснил понятными словами о Шаре, то я была уверена в загаданном! А сейчас…

Я вскинула руки и растеряно посмотрела вокруг. Холодный утренний свет ложился на бесконечные ряды книг – все стены занимали полки, уходящие под высокий потолок. Казалось, старые фолианты смотрят с укором, что несмышлёная внучка провалила шанс вернуть Хранителя библиотеки. Ночью это было не так заметно.

– Сейчас мы можем только ждать. – Сказала я нарочито громко, чтобы услышал не только домовик, но и книги. – Давай займемся чем-то полезным!

Я опять внимательно огляделась. Раз я тут остаюсь, нужно обживаться и показать библиотеке, что у нее новый Хранитель.

Сердце кольнуло, в глазах защипало.

Надеюсь, временный новый Хранитель. Но надо показать волшебным фолиантам, что с укором смотреть на меня не стоит. Я потерла подбородок и задумалась.

Правый корпус имперской Академии Магии располагался под прямым углом к левому корпусу. Чтобы драконам удобно было присаживаться, крыша имела пологий скат. На углу крыши, четко между корпусами, величественно стояла квадратная башня. Все ее окна выходили на долину, а стены, смотрящие на Академию, были непроницаемо глухими.

Библиотека называлась Высшей не только потому, что вход в нее разрешен избранным. Но и потому, что она в действительности возвышалась и над Академией, и над долиной.

В башне было два помещения: маленькая спальня Хранителя, совмещенная с ванной, и библиотека с книжными стеллажами до потолка. Книги были везде, они лишь аккуратно обступали два огромных окна, по одному в каждой стене, выходящей на долину.

Рабочий стол дедушки из деревянного сруба прятался в темном углу, у глухих стен. Пожалуй, с него и начнем.

Я поправила короткие серые перчатки и скомандовала:

– Ади, перенеси стол в угол между окнами! – и для верности указала пальцем на новое место.

Домовик водил круглыми глазами из одного угла в другой. Затем мелко затряс головой и молвил:

– Привычные вещи служат в привычном месте, так привычными кажутся.

Ади не сдвинулся с места. Он мне перечит что ли? Мерзавец обладал уникальной способностью сохранять невозмутимый вид в любой ситуации, поэтому понять по лицу смысл сказанного было так же сложно, как и по произносимым словам. С тяжелым вздохом я задала проверочный вопрос:

– Ади, кто я?

– Любимая внучка Хранителя, любимая маленькая.

Без запинки выдал домовик, подтвердив мои сомнения. Ректор в этой самой башне ввел меня в должность, только Ади не принял изменений.

– Это ты маленький. – Сказала я спокойно, но четко. – Я. Хранитель. Высшей. Библиотеки. Передвинь стол.

Домовик опустил голову, сделал шаг назад и застыл. Ах так?

Я медленно сняла перчатки, сложила их пополам, засунула в карман широких штанов и подошла к дедушкиному столу. Накрыла ладонями столешницу, прикрыла глаза.

Магия существует во всем. Где-то ее больше, где-то меньше. У нее разное качество и выражение. Но она есть в каждом предмете, каждом существе. Во всем вокруг. Магия связывает наш мир, как дороги города. Только мало кто обладает достаточной чувствительностью, чтобы видеть волшебные связи. И еще меньше тех, кто имеет дар подключаться к ним. Мы с дедушкой из таких.

В Высшей библиотеке нет простых вещей, на которые легко влиять бытовыми заклинаниями. Тут собраны особые экспонаты, как степени защиты от краж и утечки информации из древних фолиантов в чужие руки.

Стол открылся на импульс моей магии. Дерево, из которого он был сделан, росло где-то в жарких джунглях во времена, когда на небе было не только две луны, но и два солнца. Волшебство, что еле текло внутри древесины было горячим.

Я обратилась к тягучему потоку силы: «Приветствую, верный помощник. Теперь ты – мой стол. Я Хранитель. Ты помогаешь мне работать с древними книгами. Поменяй место. Наше служение магии будет происходить в углу между окнами. Благодарю».

Легкая вибрация прошла по столешнице. Я подняла ладони. Стол исчез и появился там, где я его ожидала.

Достав перчатки и надев их, я сдержанно произнесла, взглянув на Ади:

– Принеси завтрак сюда.

Шаркая, домовик подошел к столу. Потрогал его за угол, будто проверяя, не подменили ли старожила во время перемещения. И не смотря на меня, Ади ответил:

– Привычный путь не единственный, хотя и привычный.

Повернув голову и внимательно взглянув из-за плеча, дополнил:

– Новый путь нового Хранителя.

Я застыла, боясь поверить, что домовик свыкнулся с ситуацией. Это настолько облегчило бы мою жизнь, что от радости внутри себя я пообещала отдать Ади теплую булочку, которую всегда добавляли к завтраку.

Тут стол задрожал, будто подхватил озноб. Домовик только успел отскочить от него, как крайний выдвижной ящик с грохотом упал на кафель. А сверху бухнулась толстая тетрадь в потертом переплете.

Я вскрикнула. Тетрадь была скручена в трубу и вдета в зеленую тканевую перчатку. Именно такие перчатки носил мой дед.

7. Дневник деда

Третий час я сидела над неожиданной находкой и боялась выпустить из рук. Это оказался дневник дедушки. Знакомый острый почерк и его любимые фиолетовые чернила.

Ади утверждал, что не знает о дневнике. Кажется, он даже сомневался, что это писал Хранитель. Но некоторые моменты убедили меня – автор точно дедушка.

Например, он рассказывал, как сильно ждет моего приезда. И как во время короткого визита я считывала текст с редкого фолианта из королевства льдов. У меня тогда посинели губы и зуб на зуб не попадал, отчего я прикусила язык, произнося вслух, что передала магия.

На другой странице дед описывал свои ощущения, когда в ночи, до конца не проснувшись, он пошел в туалет и взялся голыми руками за косяк двери. Зафиксировать ощущения от прикосновения к предмету, в котором теплится волшебство, могут лишь маги, имеющие наши способности. Кроме деда, я встречала парочку таких. Вряд ли они решили подделать дневник Хранителя.

Когда домовик принес послание, я дожевывала булочку, которую собиралась отдать Ади, но задумалась. Вспомнила об этом намерении только увидев его круглые глаза и протянутую ладонь с чем-то ярким.

– Новое письмо новому Хранителю.

Ади положил на стол конверт и не двинулся с места, пристально смотря на меня. Скосив взгляд, я разглядывала почту. Бархатная бумага цвета меди. Ни печати, ни надписи.

– От кого?

За месяц мне никто не присылал писем. Ректор общался либо через Ади, либо приходил лично. Как и другие редкие гости, которых интересовали книги Высшей библиотеки.

– Темный дракон, что ходит по темной стороне.

По спине прошла холодная волна и одновременно с этим грудь обдало жаром. Я не поняла про темную сторону, но была уверена, что послание пришло от Ника.

Подтянув на запястьях короткие перчатки, я взяла конверт и достала письмо. Аккуратные буквы были написаны с сильным нажимом:

«Тайша, ты настолько быстро убежала в свою башню, что я не успел сказать, я не обвиняю тебя или домовика Высшей библиотеки в подмене шара желаний. Я счастлив, что исполнится твоя мечта. Потому что мою мечту осуществить просто и без артефактов – встреться со мной. Сегодня после обеда в беседке на южной стороне парка Академии».

Сердце колотилось, а подушечки пальцев показывало от желания прикоснуться к бумаге и найти след магии Ника. Я держала листок двумя руками и позволила себе лишь погладить буквы большим пальцем в тонкой перчатке.

Громкий вздох вывел меня из ступора. Ади продолжал стоять рядом и смотреть в упор, сморщенное личико выражало беспокойство.

– Ответа не будет, иди.

Домовик подвигал губами, но не произнес ни слова. Забрал посуду и пошаркал в сторону выхода.

Я посмотрела в окно на горы, острые вершины и склоны были покрыты белой простыней снега, искрящегося под солнечными лучами. Темный дракон эффектно смотрелся бы на их фоне. Святые Луны! Нельзя Ониксу занимать все мои мысли.

Я спрятала конверт и письмо в выдвижной ящик стола, решив, что не пойду на встречу. Мне есть, чем заняться. Я склонилась над дневником дедушки.

Записи велись не каждый день. Иногда Хранитель делал лишь одну маленькую заметку в месяц. А порой регулярно писал по длинному разъяснению устройства книжных стеллажей или рассуждения о смене времен года. Я не замечала, что дедушка такой философ!

Солнце шло к горизонту и окутывало склоны в розово-золотую вуаль, когда я изучила две трети дневника, перевернула страницу и открыла рот от удивления: следующее сообщение было записано на ирмейском языке.

Этот язык считали мертвым, давно потерянным. Я узнала орнаментальную вязь, ножки одних букв цеплялись на ножки других, словно боялись заблудиться на бумаге. Книги на ирмейском расшифровывали исключительно при помощи магии такие Хранители, как мы с дедом.

Я сняла перчатки и прикоснулась к странице дневника, прикрыв веки. Тишина. Темнота. Ни крупицы магии. Будто кто-то старательно вычистил тетрадь от любого присутствия чар. Как тогда прочитать сообщение?

Я плотнее сжала веки. Погладила бумагу дневника и прислушалась внимательнее. Ничего.

Грохот и лязг раздался за моей спиной. Я развернулась в кресле, распахивая глаза, и увидела, как домовик падает с железной стремянки. Я вскочила, чтобы помочь ему, но Ади проворно кувыркнулся в воздухе и приземлился на ноги.

– Ааа! – вопил возмущенный Ади и показывал маленькими кулаками в сторону окон. – Оскорбительное кощунство, оскорбительная наглость!

Я медленно развернулась к окнам, стараясь выровнять дыхание.

На фоне золотых гор, ровно напротив башни Высшей библиотеки, в воздухе застыл огромный черный дракон. Он смотрел прямо мне в глаза.

В лучах закатного солнца чешуя дракона переливалась всеми оттенками ночи. Могучие крылья взмахивали, удерживая огромного зверя на одной высоте. В его темных глазах было что-то дикое и одновременно мудрое. Он моргнул и зрачок сузился, став вертикальной линией, а радужка оказалась изумрудной. С золотыми всполохами.

Я протянула руку, касаясь стекла. Коктейль из страха, благоговения и волнения наполнял мои вены. Никогда еще я не видела дракона так близко. Никогда я не видела Оникса в звериной ипостаси. Мое тело тянуло к нему, как к единственно верному в мире пристанищу.

Я отдернула руку и отвернулась от окна, тяжело вздыхая. Ади сверлил меня взглядом и жевал свои тонкие губы.

– Закажи плотные шторы на окна. – Попросила я его.

Домовик перевел взгляд с меня на черного дракона и обратно.

– Прямо сейчас!

Ади сделал шаг назад, развернулся и исчез под люком, скрывающим лестницу в Академию. В этот момент дракон издал низкий гортанный звук. Это походило не на угрожающий рык, а на начало песни.

Я закрыла глаза, стоя все так же спиной к окну, и глубоко вздохнула, чувствуя, как мелодия, наполненная тоской и желанием, проникает в меня, щекоча теплом. Песня закончилась на длинной таящей в воздухе ноте.

Сердце сжалось. Я поняла, что не могу быть настолько жестокой с Ником.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.