# Зайчик Умя и его друзья

Александр Витальевич Бирюков

Что ждёт зайчика за поворотом? Новый друг или большой серый волк?Умя был обычным зайчиком, пока не отправился в путь. Теперь его жизнь – это настоящее приключение! Вместе с новыми друзьями ему предстоит перехитрить Лису, пережить страшную ночь и понять, что самое большое сокровище в мире – это друзья, готовые прийти на помощь в любую минуту.

© Александр Витальевич Бирюков, 2025


ISBN 978-5-0068-4606-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

## Глава 1. Первое утро большого путешествия

Зайчик проснулся и решил путешествовать. Его пробуждению поспособствовал солнечный зайчик, который, пробившись сквозь щель в ставне, игриво плясал прямо у него на носу. Это была верная примета того, что день будет удачным для любого путешествия.

Не просто верная, а самая что ни на есть отличная примета для нового дня. Особенно для дня, который станет первым днём чего-то большего.

Он потянулся, расправив длинные уши, зевнул так, что стало видно его розовый язычок, и подскочил к окошку. Мир за окном был таким же, как всегда: знакомые берёзки, поле с одуванчиками, тропинка, ведущая к ручью. Но сегодня он смотрел на него иначе. Сегодня этот мир был не просто домом. Он был картой. Картой, на которой было столько неизведанных мест!

> «Всё просто, – подумал Зайчик, набивая свой рюкзак самыми необходимыми вещами. – Положишь пару кочерыжек про запас, горсть сладких ягод, любимую шишку на счастье и отправишься в путь. Куда? А туда, куда глаза глядят!»

Он напоследок оглядел свою уютную норку: аккуратно заправленная постелька из мха, полка с запасами, крошечный столик. Всё было привычно и безопасно. Щемящее чувство лёгкой грусти на мгновение заставило его замедлиться.

А что, если там, за ручьём, темно? А что, если он заблудится?

Но тут солнечный зайчик снова запрыгал по стене, будто торопил его. Зайчик твёрдо потёр лапки и решительно распахнул дверцу.

Утро встретило его звонкой прохладой и щебетом птиц. Воздух пах мёдом, цветущими травами и чем-то таким неизведанным, что Зайчик засмеялся от восторга. Он подпрыгнул раз, другой и помчался вперёд, оставляя за спиной родной дом.

Первой остановкой стал знакомый ручей. Но сегодня Зайчик перепрыгнул через него не как обычно, чтобы позавтракать капустным листом, а остановился на другом берегу и огляделся. Это был уже не просто берег. Это была новая земля! Трава здесь казалась зеленее, а цветы – ярче.


Он шёл долго, распевая весёлую песенку о путешествиях и прищелкивая пальцами. Он разговаривал с шустрыми бурундуками, которые показывали ему короткую дорогу к опушке, и с важным дятлом, который с высоты своего дерева посоветовал обойти муравейник.

А потом лес начал редеть, и Зайчик увидел то, чего никогда не видел раньше. Поле, огромное-преогромное, покрытое высокими колосьями, которые колыхались на ветру, словно золотое море. Солнце играло в них, и всё вокруг сияло и переливалось. Зайчик замер от восхищения. Он добрался до края своего знакомого мира и стоял на пороге нового, огромного и прекрасного.

> «Вот оно! – прошептал он, и его сердце забилось чаще от счастья и предвкушения. – Моё путешествие только начинается!»

И, подпрыгнув повыше, чтобы разглядеть путь, он смело шагнул в золотое море.

## Глава 2. Золотое море и новый друг

Золотое море оказалось совсем не страшным, а очень даже дружелюбным. Высокие колосья ласково щекотали Зайчика за уши и, казалось, шептали ему на ушко: «Иди сюда, иди сюда, мы покажем тебе всё самое интересное!»

Он шёл, раздвигая стебли пушистыми лапками, и не мог нарадоваться. Солнце грело его спинку, а под ногами шуршала сухая трава. Вдруг он услышал странный звук – тихое, мелодичное посвистывание. Оно то затихало, то раздавалось вновь и было таким весёлым, что Зайчику сразу захотелось найти того, кто его издаёт.

Осторожно пробираясь на цыпочках к источнику звука, он выглянул из-за колоса и ахнул.

На небольшой полянке, окружённой колосьями, сидел маленький Ёжик. Он был занят очень важным делом: нанизывал на свои иголки спелые ягоды земляники, аккуратно собранные в корзинку. А сам в это время насвистывал бодрую песенку.

«Здравствуй! – не удержался Зайчик, выскочив из укрытия».

Ёжик вздрогнул от неожиданности и тут же свернулся в клубок. Зайчик увидел перед собой колючий шарик, утыканный ярко-красными бусинами ягод.

> «Ой, прости, пожалуйста! – залепетал Зайчик. – Я не хотел тебя напугать. Меня твоя песенка сюда привела. Очень красивая!»

Клубок медленно развернулся. На Зайчика с любопытством смотрели два блестящих чёрных глаза.

> «Ты кто? – осторожно спросил Ёжик. – Я тебя раньше здесь не видел. Ты не из наших мест?»

> «Я Зайчик! – гордо представился путешественник. – И я действительно не отсюда. Я иду путешествовать! А это что за место такое золотое?»

Ёжик окончательно развернулся, видимо, поняв, что опасности нет.

«Это пшеничное поле, – объяснил он. – А я Ёжик, его главный хранитель ягод и насекомых. Очень приятно».

Они разговорились. Зайчик рассказал про свой дом у леса, про ручей и про то, как решил увидеть большой мир. Ёжик, в свою очередь, поведал, что знает каждую тропинку в поле и даже то, где самая сладкая черника растёт.

«Куда же ты теперь путь держишь? – поинтересовался Ёжик, протягивая Зайчику ягоду на колючке».

«Не знаю, – честно признался Зайчик, с удовольствием уплетая угощение. – Думал, просто пойду, куда глаза глядят».

«Тогда пойдём со мной! – оживился Ёжик. – Я как раз собирался на край поля. Там растёт старая яблоня, а с её макушки видно то, что за полем. Хочешь посмотреть?»

«Видно то, что за полем! – это было именно то, о чём мечтал Зайчик».

Он радостно подпрыгнул.

«Конечно, хочу!»

И два новых друга зашагали вместе сквозь золотое море. Ёжик показывал короткие дорожки, а Зайчик, благодаря своему росту, высматривал впереди интересные места. Они болтали без умолку, и Зайчик понял, что путешествовать одному – здорово, а вот найти в дороге друга – ещё лучше.

Вскоре колосья стали редеть, и впереди действительно показалась одинокая раскидистая яблоня. Она стояла на пригорке, как настоящая сторожевая башня.

«Ну что, забираемся? – подмигнул Ёжик».

Зайчик кивнул, и его сердце забилось от любопытства. Что же там, за этим золотым морем?

## Глава 3. Вид с яблони и неожиданная переправа

Забраться на яблоню оказалось делом непростым. Ёжик, конечно, был мастером лазания по корням и кочкам, но вот ствол дерева был для него непреодолимой преградой. Он лишь фыркал и тыкался носиком в кору, пытаясь найти зацепку.

«Ничего, – сказал он, наконец, сдаваясь. – Я буду группой поддержки! Карабкайся ты, а я тебе расскажу, куда ставить лапки».

Зайчик, который прыгал куда лучше, чем лазил, тем не менее, полный азарта, ухватился за нижнюю ветку и начал подтягиваться. Он неуклюже перебирал лапками, то и дело скользил, но упорство и подсказки Ёжика снизу («Левее! Там сучок! Ой, это не сучок, это жук!») сделали своё дело.

Наконец он оказался на толстой, почти горизонтальной ветке у самой макушки дерева. Отсюда открывался вид, от которого у него захватило дух.

Золотое море пшеницы осталось позади. Прямо перед ним простирался луг, усыпанный ромашками и васильками, похожий на огромное, разукрашенное божьими коровками одеяло. А за лугом синела извилистая лента реки, шире и быстрее, чем его родной ручей. Солнце играло на её поверхности, и слепившие глаза блики были похожи на рассыпанные алмазы.

Но самое интересное было на том берегу. Там темнел таинственный лес. Не светлый и знакомый, как у него дома, а густой, высокий и немного загадочный. Деревья там стояли плотной стеной, а их вершины упирались в самые облака.

«Ну что ты видишь? – нетерпеливо крикнул снизу Ёжик».

> «Река! – крикнул в ответ Зайчик. – И лес на том берегу! Огромный-преогромный! Я обязательно должен туда попасть!»

«К реке мы доберёмся быстро, – сказал Ёжик, когда Зайчик спустился вниз, весь взъерошенный и счастливый. – Но вот как ты переберёшься на тот берег? Это не твой ручей перепрыгнуть».

Друзья быстро добрались до берега реки. Вода бежала быстро, весело журча и подпрыгивая на камушках. Зайчик подошёл к самой кромке и замер.

Ёжик был прав: перепрыгнуть было невозможно. Он даже попробовал засунуть лапку в воду, но тут же отдёрнул её – вода была холодной и сильной.

Наступила минутка грусти. Цель была так близка, но достичь её казалось невозможным. Зайчик уже готов был пожалеть о своей затее, как вдруг его взгляд упал на старую, полусухую иву, склонившуюся над водой. Её длинная гибкая ветка свисала прямо над рекой, а на самом её кончике болталась странная, похожая на толстую палку, коричневая шишка.

И тут Зайчика осенило. Он видел, как это делают белки!

> «Ёжик! – взволнованно прошептал он. – Я придумал! Я переправлюсь, как белка!»

> «Как это? – удивился Ёжик».

> «Нужно раскачаться на этой ветке и оттолкнуться в самый последний момент! Она меня перебросит!»

Ёжик посмотрел на ветку, на быструю воду и забеспокоился.

> «Это опасно! Вдруг ты не долетишь? Вдруг ветка сломается?»

Но Зайчик уже был полон решимости. Он осторожно забрался на ствол ивы и начал пробираться по гибкой ветке к реке. Она прогибалась под его весом всё ниже и ниже, опуская его к самой воде. Холодные брызги летели ему в мордочку.

«Раз-два! Раз-два! – сдавленно командовал сам себе Зайчик, раскачиваясь всё сильнее».

Ёжик внизу зажмурился от страха.

В самый пик раскачки, когда противоположный берег оказался совсем близко, Зайчик изо всех сил оттолкнулся от ветки.

Полёт длился всего одно мгновение. Он пролетел над сверкающей водой, чувствуя, как ветер свистит у него в ушах. Неуклюже, но мягко он приземлился в густую траву на том берегу, кувыркнулся раз и замер.

У него получилось!


«Ура! – донёсся с другого берега ликующий крик Ёжика».

Зайчик вскочил на лапки и отряхнулся.

«Прощай, Ёжик! Спасибо за всё! – крикнул он через реку».

«Счастливого пути, Зайчик-путешественник! – помахал ему лапкой Ёжик».

Перед Зайчиком, тёмный, влажный и полный таинственных шорохов, стоял новый лес. Сердце его забилось чаще. Страшно? Ещё как! Но интересно – в сто раз больше! Сделав глубокий вдох, он шагнул под тень древних деревьев. Приключение продолжалось.

## Глава 4. Тёмный лес и жёлтые глаза

Под тенью высоких деревьев сразу стало темно, прохладно и очень тихо. Шум реки остался позади, его сменила гулкая, звенящая тишина, в которой каждый шорох отзывался эхом. Воздух пах влажной землёй, хвоей и грибами. Лучи солнца с трудом пробивались сквозь густой полог листьев, освещая путь редкими золотистыми пятнами.

Зайчик шёл осторожно, прижимая уши к спинке. Его восторг от успешного прыжка постепенно сменялся лёгкой тревогой. Этот лес совсем не был похож на его родной. Здесь всё было больше, старее, и казалось, что за каждым стволом кто-то притаился.

Он шёл всё дальше, и тревога росла. Внезапно он замер. Прямо перед ним, на мшистом камне, сидела большая сова. Она сидела так неподвижно, что её можно было принять за часть дерева, если бы не огромные, круглые, ярко-жёлтые глаза, которые были пристально устремлены на него. В её взгляде не было ни злобы, ни голода, лишь холодное, бездонное любопытство.

Сердце Зайчика заколотилось где-то в горле. Он инстинктивно понял, что это Хозяин Тихого Леса. И он, Зайчик, здесь непрошеный гость.

«Куда путь держишь, малый? – проговорила сова». Её голос был негромким, низким и вибрировал в тишине, словно удар барабана, покрытого бархатом.

«Я… я путешествую, – прошептал Зайчик, чувствуя, как подкашиваются лапки».

> «Путешествовать – это хорошо, – медленно проговорила сова, поворачивая голову почти на 180 градусов, следя за ним. – Но не везде можно путешествовать безнаказанно. Ты знаешь, где ты сейчас находишься?»

Зайчик молча покачал головой.

«Это Сердце Леса. Место, где тишина – закон. А ты… ты шумишь. Шаги твои громкие. И дыхание тоже. Ты нарушаешь покой».

Зайчику стало страшно. Он не хотел никому мешать!

«Я… я не специально… – начал он».

«Знаю, – прервала его сова. – Потому и говорю с тобой. Иди отсюда. Иди быстро и тихо. Пока другие Хранители Леса не проснулись. Они не такие разговорчивые, как я».

Она медленно распахнула свои огромные, бесшумные крылья, закрыв ими полнеба. Это был не угрожающий жест, но жест, не терпящий возражений.

Зайчик не стал ждать повторения. Он рванул с места, забыв обо всех предосторожностях. Он летел сквозь папоротники, спотыкался о корни, путался в лианах. Страх придавал ему сил и скорости. Он слышал за спиной лишь шелест своих собственных шагов и бешеный стук сердца в ушах.

Он бежал, не разбирая дороги, до тех пор, пока у него не защемило в боку и не перехватило дыхание. Наконец он рухнул под корни огромного вывороченного дерева, забился в самый тёмный угол и затаился, дрожа всем телом.

Он сидел так долго, прислушиваясь. Лес вокруг снова погрузился в свою звенящую тишину. Никто не преследовал его.

Сова отпустила его. Предупредила.

Сердцебиение постепенно успокоилось, и на смену страху пришло новое, незнакомое чувство. Он был не в своей уютной норке, а один, в огромном, чужом и порой опасном мире. Он понял, что путешествие – это не только красивые виды и новые друзья. Это ещё и страх, и осторожность, и необходимость быть тише воды, ниже травы.

Выбравшись из-под корней, он уже не шёл, а крался, как мышь. Он внимательно смотрел под лапки, прислушивался к каждому шороху и обходил стороной тёмные, подозрительные места.

Опасность миновала, но урок был усвоен. Мир был прекрасен, но и полон правил, которые нужно уважать. А он, Зайчик-путешественник, только начал их изучать.

## Глава 5. Первая ночь и огонь в темноте

Сумрак сгущался стремительно. Верхушки деревьев ещё хранили последние отсветы заката, но внизу, между стволами, уже ложилась густая, бархатная темень. С каждым шагом Зайчику становилось всё страшнее. Знакомые дневные шорохи – щебет птиц, стрёкот кузнечиков – сменились на новые, ночные и пугающие. Где-то вдалеке ухал филин, и его крик отдавался ледяной тоской в сердце Зайчика. Трещал сучок под чьей-то невидимой лапой, шуршало что-то в кустах прямо рядом.

Он шёл уже не вперёд, а куда глаза глядят, лишь бы найти укрытие. Мысль о встрече с другими «Хранителями Леса», о которых говорила сова, заставляла его шерстку вставать дыбом. Нужно было спрятаться. Сейчас же.

Но где? Прижаться к дереву? Под него мог заползти любой. Залезть на дерево? Он помнил, как трудно ему далась яблоня, а здесь деревья были высоченными и гладкими. Нора? Но чужих нор он не знал, а рыть свою – времени не было.

Вокруг становилось всё темнее и холоднее. От сырости пробирала дрожь. Он почувствовал себя таким крошечным и беспомощным в этом огромном, тёмном, живом лесу. По щеке скатилась первая предательская слезинка. Он вспомнил свою тёплую, уютную норку, полку с запасами, мягкую постельку из мха… Что он здесь делает? Зачем ему всё это нужно?

Вот он, настоящий, ни с чем не сравнимый страх первой ночи в одиночестве.

Вдруг он споткнулся о корень и кубарем скатился в небольшую яму, присыпанную сухими листьями. Он замер, ожидая, что из темноты сейчас появится что-то страшное. Но ничего не произошло. Яма оказалась довольно глубокой и узкой, словно маленький природный погребок.

Это было неидеально, но уже что-то. Зайчик забился в самый дальний угол, подальше от входа, и свернулся клубочком, стараясь занять как можно меньше места. Он дрожал от холода и страха, прикрыв глаза лапками, пытаясь не слышать пугающие ночные звуки.

И тогда он увидел его.

Сквозь щель между лапками, сквозь слезинки, он разглядел вдалеке слабый, тёплый, желтоватый огонёк – всего в двадцати шагах от ямы. Он был совсем крошечным, не больше светлячка, но горел так уверенно и спокойно, что на него хотелось смотреть.

> «Костёр? – подумал Зайчик и почувствовал, как в его сердце затеплилась надежда. – Но кто мог развести костёр в таком месте?»

Он боялся пошевелиться, боялся выдать своё присутствие. Но свет манил к себе, обещая тепло и, возможно, безопасность. Может, это другой путешественник? Может, кто-то добрый?

Страх одиночества оказался сильнее страха неизвестности. Осторожно, ползком выбираясь из ямы, он пополз на свет. Он двигался медленно, замирая при каждом шорохе.

Огонёк оказался не костром. Он исходил из-под корней ещё одного огромного дерева. Его источником был маленький, почти игрушечный фонарик-светлячок, аккуратно поставленный на камень. А рядом с фонариком, уютно устроившись в дупле между корнями, спал кто-то крохотный и пушистый, укрытый платочком из паутинки.

Это был не человек и не опасный зверь. Это был…

Зайчик замер в двух шагах, не решаясь подойти ближе. Но одного взгляда на тот мирно спящий комочек и на этот одинокий, дежурный огонёк, оставленный словно для того, чтобы отгонять ночные страхи, оказалось достаточно.

Он не был один. В этом большом, страшном лесу был кто-то ещё, такой же крохотный. Кто-то, кто тоже боялся темноты, но был достаточно смел, чтобы оставить себе свет.

Зайчик не стал будить незнакомца. Он осторожно, чтобы не шуметь, вернулся к своей яме. Но теперь он знал, что там, в двадцати шагах, горит огонёк. Он снова устроился на ночь, уже не плача, а глядя на тусклую, дрожащую точку в темноте.

Ему было всё так же холодно и неуютно. Но уже не так одиноко и смертельно страшно. Он смотрел на огонёк, и его веки начали слипаться. Первая ночь в большом мире подходила к концу.

## Глава 6. Утренняя охота

Несколько часов тревожного сна под утро сменились дремотой. Зайчик уже не дрожал, уставший организм требовал отдыха. Тёплый огонёк вдалеке всё ещё горел, разгоняя мрак и самые страшные мысли.

Именно в этот предрассветный час, когда ночь уже не властна, а день ещё не вступил в права, тишину разорвал звук.

Не крик филина, не шорох мыши. Это был низкий, глубокий, рычащий вздох. Звук, от которого кровь стыла в жилах, а инстинкты кричали одно: «Беги!»

Зайчик мгновенно вскочил, сердце его колотилось, как барабанная дробь перед казнью. Из-за кустов, метрах в пятидесяти, на поляну вышел волк.

Он был огромным, серым и голодным. Это было видно по впалым бокам, по пристальному, выискивающему взгляду жёлтых глаз, по тому, как он медленно и целенаправленно втягивал носом воздух, выискивая запах добычи. Его взгляд скользнул по поляне и на секунду задержался на том самом огоньке у корней дерева.

Зайчик замер, вжавшись в землю. Он боялся даже моргнуть. «Не двигайся, не дыши, стань частью земли! – твердил ему внутренний голос».

Но волк был не просто голоден. Он был опытен. Его взгляд, скользнув мимо огонька, тут же вернулся к нему. Кто-то оставил свет. Значит, кто-то есть рядом. Он медленно, неслышно ступая на мягких лапах, двинулся к дуплу.